Текст книги "Суданская Альтернатива (СИ)"

Автор книги: Кирилл Чернов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 57 страниц)

Историк и ещё несколько деятелей и работников общества были застрелены двумя молодыми поляками прямо в здании, те кто остался жив в этой бойни свидетельствовали, что стреляя они кричали – " Zapomnieli bydło,kto ci panie!!!", писатель был лишён жизни тоже юношей с револьвером, и как писала львовская пресса, явно семитского происхождения. После это пошёл слух, что это дело рук Бунда. На меня от всего это явно повеяло зубастой-клыкастой зубатовщиной, и это дуновение ветра перемен меня, прямо, скажем радовало.

Про Симона Петлюру было не слышно, вероятно он как в других случаях, должен был в будущем стать центром притяжения для рекрутов украинского национализма, после ликвидации ряда его нынешних идейных лидеров.

Про тех о ком красные былинники вели свой сказ тоже нашли, Климент Ефремович Ворошилов с 1896 года работал на Юрьевском металлургическом заводе, Донецко-Юрьевского металлургического общества, которое было основано в 1895 году Алексеем Кирилловичем Алчевским. Поэтому он как подающий большие надежды работник был срочно отправлен на курсы повышения квалификации и отправлен работать по контракту на предприятия Алчевского в Судан ещё в 1901 году. Про его военные таланты спорно конечно рассуждать, но как организатор и управленец вполне может быть выше среднего, особенно если уровень образования повысить.

Мужчину с большими усами не искали, он сам нашёлся… Семён Михайлович Будённый был призван в русскую императорскую армию в 1903 году. Если останется живым после русско-японской в новой реальности, то наверно учиться ему в военном училище, уж на хорошего командарма он точно потянет.

Про красных маршалов Жукова, Рокоссовского, Тухачевского, Шапошникова, знал только, что они взяты под крыло "Благовеста" и "Соратника". В отличие от других я знал их имена и отчества, и примерно, где найти. Г.К.Жукова в районе Малоярославца, за который в Отечественную войну 1812 года, шли жестокие бои, и именно там Кутузов заставил идти Наполеона обратно по им же разорённым Смоленским дорогам. Рокоссовского понятно, что вероятней всего найти в Польше. Помнил, что Конев Иван Степанович, а Баграмян Иван Христофорович (спасибо Колумбу и капитану Врунгелю), но Баграмяна скорее всего найдут быстрее, чем Конева, Коневых больше в России, чем Баграмянов. А ведь ещё были, Егоров, Блюхер, Тимошенко, Василевский, Говоров, Мерецков, Ватутин, Чуйков, Еременко, Соколовский, Рыбалко, Катуков но, увы, только фамилии, о Малиновском помнил, что он Родион. Хотя одного я помнил точно, Сергей Сергеевич Камнев, военноначальник Гражданской со стороны красных, хотя из "бывших", запомнил его за усы а-ля Буденный, и Сергея Сергеевича Паратова, ха-ха. Кстати тоже тип с пышными усами. Вот такой ассоциативный ряд!

Помнил я, ещё об одном очень перспективном кадре, а именно о Лавре Георгиевиче Корнилове, но, здесь в особой опеке не нуждался, он проявлял себя и без особых протекций. Но, как говориться на карандаш его взяли. А пока он был занят делом. Тибет. Страна тайн. Есть там Шамбала или нет, не известно, хотя искали её и русские и большевик и нацики, Елена Блаватская ещё в 80-е годы 19 века, пудрила мозги этой тибетской хёрней, всякой феерично-эзотеричным муйней, разным дурикам. Но, то, что Тибет всё больше становился предметом геополитических устремлений России и Британии в Большой игре становилось яснее ясного. Н.М.Пржевальский не зря ходил туда не один раз, но не дошёл. Бриты отреагировали быстро в ответ на это, вскоре возник пограничный конфликт между Сиккимом и Тибетом. В 1888 г. в Сикким были введены британские войска, которые вытеснили тибетцев в долину Чэмби. Английские войска заняли находящийся на сиккимо-тибетской границе город Гангток. Состоявшееся вскоре после этого, в 1890 г., соглашение с Китаем об установлении английского протектората над Сиккимом, а также заключенный в Дарджилинге в 1893 г. англо-китайский договор о торговле с Тибетом не удовлетворили англичан. Но, тибетцы забили на бритов и игнорили их претензии о не соблюдении договора, а китайцы говорили, что не могут повлиять на своих как бы подданных. В 1901 г. лорд Керзон попытался вступить в переговоры с Далай-ламой, но получил свое письмо обратно нераспечатанным. Об этих делах мне дали справку из России.

В самой России был человек, который продвигал идею дальнейшей экспансии России в Азию, вплоть до присоединения к ней Монголии, Тибета и части Китая. Его я знал, так сказать хорошо, писал на эту тему работу в ВУЗе, Пётр Бадмаев, бурят, крестник самого Александра 3-го. Даже вроде ездил сам в Тибет, и задвигал после этого мысль, что Россия и Тибет духовная родня, а русский царь перевоплощение, чуть не самого Чингис-хана! Вообщем весьма мутный тип, типа тибетский врач, целитель, гомеопат, чистильщик чакр и прочая восточная муть, был понятно вхож в высшие этажи власти, дружбан был Распутина. И один из создателей русско-японской войны, она же была рождена идеей "великой азиатской политикой", а Пётр Бадмаев её и продвигал в умы элиты империи. Так, вот на монгольско-тибетские дела он просил у крестного… 3 миллиона рублей!!! Для начала! Понятно император отказал, а Ники повёлся на великие дела в Азии, решил след в истории оставить.

Вообщем движение в сторону Тибета в России в 90-е годы 19-го века и начале 20– го были активные, был в Тибете в окружение далай-ламы там русский агент вроде Авган Доржиев, что Доржиев точно, ездил Тибет– Питер. В реале то, бриты с началом войны с Японией вошли в Тибет большим военным отрядом, командовал ими брит с фамилией на Янг – хрен дальше выговоришь. Теперь на фоне поражений бритов дело пошло намного быстрее в русско-тибетских отношениях, русские стали быстрее ловить мышей.

Весной 1901 г. Доржиев как посланец ламы вновь появляется в России в составе целой миссии, имея при себе специальные документы – полномочия послам, письма царю, подарки и др. После многочисленных встреч и бесед с видными государственными чиновниками 23 июня 1901 г. тибетские гости были торжественно представлены императору и императрице. В послании Далай-ламы, в частности, говорилось, что "тибетскому государству наносили войну и приносили много вреда иноземцы англичане", поэтому, "сохраняя верноподданнические отношения к Богдыхану и не имея симпатий и поклонностей к враждебным англичанам", он направил специальных послов, "с тем чтобы надлежащим образом установить стезю, по которой русские и тибетцы, соединившись в мире, пришли бы в доброе согласие".

В ответном послании Николай II выразил надежду, что "при дружественном и вполне благосклонном расположении России никакая опасность не будет угрожать Тибету в дальнейшей судьбе его". Вообщем по смыслу всё было понятно, крыша мира просит, чтоб её крышевала от Британии и Китая, – Россия.

Поэтому весной 1902 года из Кяхты через Ургу вышёл в Тибет прямо в Лхасу торгово-паломнический караван бурятов-ламаистов, вместе с котором двигалась русская экспедиция во главе с подвижником Н.М. Пржевальского, Пётром Кузьми́чом Козло́вым.

А из Верного, через Урумчи, Турфан, Хами в тоже время и тоже в Лхасу выдвинулся ещё один такой же караван, только из паломников-калмыков. Наверно, про этих паломников можно было бы сказать строками "нашего всего", А. С.Пушкина, – Все красавцы удалые, Великаны молодые, Все равны, как на подбор, С ними дядька, Лавр Георгиевич Корнилов, – ха – ха!

Он как раз вписывается в их типаж своей азиатской мордой лица. Тем более есть версии, что мать у него была казашка, а по другой мать русская, отец калмык, да и языки наверно знал.

Как следствия всего этого действа, английские газеты в конце 1902 года начале 1903, завопили о русском вторжении в Тибет тысячами своих азиатов. Тысячи не тысячи, но двести двадцать два, ха-ха, бурято-калмыцких паломника-богатыря, "на солнце золотом горя" далай-лама наверно, получил в усиление своей армии, а она у него была, как это не странно для буддиста. И сколько ещё по пути эти паломники набрали желающих трудно сказать, как и о том, чего и сколько они навезли в своих караванах, и в последующих на Тибет, эти нерусские, но верные солдаты Российской империи, жаждущие увидеть материальное воплощение сострадания на этой грешной земле.

В июне 1903 года дипломатическая миссия во главе с британским офицером, полковником вроде Янг-хрен выговоришь дальше фамилию, пытались выдавить из Лхасы уступки, в том, числе и отправку домой загостившихся по их мнению паломников из России. Но, тибетцы с буддийским спокойствием пудрили мозги бритам, и те ушли с Тибета пока не с чем.

Как то мне пришла в голову мысль, о том, что Эфиопия рядом, Менелик мне почти кореш, значит я могу стать маститым… пушкиноведом!!! После этого я про предков Пушкина, на полном серьёзе запросил все сведения из России, и, получив их, попросил своего подельника и союзника негуса Менелика, провести поиски родни величайшего русского поэта у себя в Эфиопии. В ответном письме он обещал помочь мне и России в этом благом деле, указав в нем, что поистине пути господни неисповедимы, – правитель исламской страны, просит христианского государя помощи, чтоб сделать приятное для другой великой христианской державы. И, что Эфиопия, Россия и Судан это сила способная противостоять врагам сейчас и потом, уверения в дружбе, а так же задавал вопрос, нельзя ли рассмотреть вопрос о улучшении условий для пограничной торговли. Вот же хитромудрый царь Абиссинии!

Я честно говоря слегка напрягся после этих строк, то есть типа я, Халифа, на вторых ролях в сравнении с христианами!? Я? Который здесь перекроил историю, в том, числе и долбанной Эфиопии, при чём в сторону улучшения. Даже где-то внутри меня шевельнулся подобной мыслью и уже глубоко спящий Абдаллах. Но, после того, как ещё раз прокрутил эту мысль в голове, я начал долго и от души смеяться. Знал, бы Менелик, с кем он на самом деле имеет дело и читает его подёб…ки! Мой глава МИДа, секретари, смотрели на меня в этот момент, выпучив глаза, таким они меня видели крайне редко, точнее вообще никогда не видели. Письмо Менелика, как говориться сделало мне день, я несколько раз видел удивлённые взгляды своих людей, когда они замечали на моём лице улыбку или усмешку в этот день. Но, ответ дали хитроделанному Менелику вежливо холодный, в том, смысле, что намёк был понят, и выражали надежду, что это была дружеская шутка, но лучше так впердь не шутить.

Ещё один из весьма нужных в будущем русских военных "усачей" в марте 1902 года, абсолютно официально появился в Судане, в статусе военного атташе Российской империи. Это бы русский ответ на заключение англо-японский союз в январе того же года, Британия вышла из столь дорого обошедшейся ей в этой реальности "блестящей изоляции".

Франция как и в реальности вяло реагировала на просьбы России дать совместный внятный ответ на явно антирусский союз на Дальнем Востоке, получилась только совместная декларация о предотвращении роста военно-политической напряженности и прочие бла-бла. Париж явно не хотел лезть в англо-русские игры, на поле Большой игры, которые после заключения союза с Японией запахли войной. Англия союзы просто так не заключает, тем более с азиатами, это французы на себе испытали в Крымской войне.

По этим и не только причинам 8 марта 1902 года полковник Николай Николаевич Юденич, сошёл с борта парохода Доброфлота на гостеприимную для русских землю Судана.

Сокрушитель турок в Первую мировую и угроза для красного Петрограда в той истории, на 1902 год имел уже солидный послужной список. В 1887 году окончил Академию Генерального штаба по 1-му разряду и был переименован в штабс-капитаны Генерального штаба. С ноября 1887 года – старший адъютант штаба 14-го армейского корпуса. Цензовое командование ротой отбывал в лейб-гвардии Литовском полку. С января 1892 – старший адъютант штаба Туркестанского военного округа. В 1894 году участник Памирской экспедиции генерала Ионова, где русские вправили мозги китайцам и афганцам, напрямую и опосредовано и бритам тоже. Юденич был там, в качестве начальника отдельного отряда и начштаба Памирского отряда, то есть был он из последних "туркестанцев" и нюхнул мал-мала пороху. Полковник с 1896 года. С сентября 1900 – штаб-офицер при управлении 1-й Туркестанской стрелковой бригады.

Честно говоря, это я его сам выпросил у Артамонова. Он Юденича и соблазнил отправиться в Судан атташе, туда где дервиши сначала у себя разбили в пух и прах гордых бритов. А потом устроили погром их же в войне в Южной Африке и других владениях английской короны в Африке. Это не могло у него как у военного вызвать интерес, тем более он служил в Туркестанском ВО, был на Памире, и знал цену туземным войскам. И тут, что-то вроде афганцев или бухарцев одерживает победы на британской армией! Это же интересно! Да, и опыт общения с мусульманским населением у него был. И для меня в роли накопителя и транслятора послезнаний подходил почти идеально. Деникин, Свечин ещё молоды, Корнилов при деле, Брусилов, Ренненкампф, Гриппенберг уже генералы, первым ещё рано атташе быть, даже в Судане, а вторым невместно по званию. А полкану Юденичу в самый раз, тем более с басурманами умеет вести дела. В японскую он точно будет командовать полком, это уже сила, а в Первую мировую вообще фронтом. Вот и надо его напитать послезнаниями, и сделать из него "туркестанского африканца". Ха-ха!

"Вот такой генерал Юденич! -подумал глядя на вошедшего в зал полковника. – "Полковник наш рождён был хватом, слуга царю, отец солдатам", вспомнились мне строки гениального "Бородино" Лермонтова. – Что ж такой ты мне и нужен! Я то уж знаю точно, что если что, ты, пойдешь до конца. А я то тебя здесь нашпигую всем нужным для этого по самые гланды и выше!"

Первую встречу с ним провели официально, я его поприветствовал по – русски сказав без акцента:

– Добро пожаловать, господин полковник, в Судан! Друзей, и тем более из России мы всегда рады у себя видеть!!! Как говориться в России, хлеб да соль!!!

По лицу был видно, что он немного удивился, такому вступлению, и, приложив руку с сердцу, сделав достаточно глубокий поклон, ответил мне:

– Спасибо достопочтимый Халифа за добрые слова! Я рад иметь честь представлять в Судане Российскую империю, и надеюсь улучшить ещё больше, хорошие отношения между Россией и Суданом!

– Я тоже на это надеюсь, – уже через переводчика ответил я. И спросил его, – Каковы ваши первые впечатления он Судане?

– Проделав путь из Суакина сюда к вам, – и он вновь немного поклонился, – я был удивлён увиденным!

– Удивить, значит победить! Не так ли Николай Николаевич? – быстро сказал я. И добродушно рассмеялся.

– Гений Суворова, как всегда прав! И у Юденича вновь прошла по лицу волна удивления.

– Да, вы правы, господин полковник, – продолжил я, – Судану и России, выпала историческая судьба удивлять мир, а значит побеждать. Россия это делала уж не раз, Судан в последнее время тоже сумел это сделать. Но, дальше "удивление" будет идти только по нарастающей, и не всегда со знаком "плюс". И я хочу, Николай Николаевич, что наши страны прошли это путь и дальше вместе, и с минимальным количеством "минусов", тем более, он будет крайне трудным и для вас и для нас. Вы ведь уже поняли, что Судан это не Бухарский эмират, и не Афганистан?

– Да. Мне рассказали об успехах в делах по развитию Судана, после вашей победы на англичанами у Омдурмана. Но, то, что я увидел, стало для меня открытием!– ответил Юденич.

– Толи ещё будет, Николай Николаевич! Толи ещё будет, – вновь по– русски сказал я, и по-доброму усмехнулся.

После этого был обмен официальными любезностями и подарками, мне подарили набор холодного оружия из Златоуста из булата, и именную суперкачественную с гравировкой и позолотой винтовку Мосина нового образца, Юденичу в ответ ушла подарочно-боевая каскара и кинжал. На этом мы пока и расстались.

Златоустовские сабля, кинжал были ой, как хороши! Я с удовольствие поработал ими в ходе утренней зарядки, режим ЗОЖ я соблюдал относительно строго. Даже Абдаллах, можно сказать поцокал языком, когда я их рассматривал более подробно. Но, наверно вкуса крови врагов им уже не узнать.

Мой боевой меч, которым я убил нескольких британцев у Омдурмана, висел у меня в комнате, иногда я снимал и брал его в руки, и ко мне приходили воспоминания той битвы.

Напряжение, страх, ярость боя, кровь, звуки битвы, крики о пощаде врагов и победный рёв моих воинов, и огромная радость, когда пришло понимание, что одержана… ПОБЕДА! Победа! Да, крайне мощное ощущение!!! Именно, тогда, я стал понимать до конца своих дедов, ветеранов и всех кто пережил войну и в ней победил! Пока сам не переживёшь такое, как говориться не поймешь до конца!

Юденичу по моему распоряжению показывали ВСЁ, от полосы препятствий до учений дивизии, от тропы разведчика до глушителей на стволах, миномёты и РСЗО он видел только в опытных образцах. Он побывал на всех полигонах, облазил строящийся укрепрайон Вади-Хальфы, заглядывал в котлы походных кухонь, был в казармах, примерял на себя форму, разгрузки, каски, броники, сидел в блиндажах, ДЗОТах, ДОТах, стрелял из всего, чем была вооружена суданская пехота и артиллерия.

Измерял рост, объём груди, призывников и тех, кто уже служил год и более, подсчитывал сколько грамотных, общался с офицерами и генералами, военспецами не суданцами, тем более в основном они были русские и сербы, наблюдал их командно-штабные игры, присутствовал на занятия в военных училищах, читал боевой устав джихадии, то есть делал всё, что считал нужным. Его очень сильно удивил, сон-час в армии Судана, и четырёх и даже пяти разовое в гвардии и спецназа питание, и насыщенность средствами связи и наблюдениями. Штурмовая пехота на него произвела сильное впечатление, особенно, когда они на учениях проводили отработку зачистку зданий, диверсы по отзывам тех кто его сопровождал, вызвали двоякое мнение, благородия, мать их.

И через четыре месяца после нашей встречи, передо мною вновь появился полковник Юденич, только в варианте а-ля Лоуренс Аравийский, похудевший, загорелый. Когда он вошёл в мой шатёр, по моему приглашению, после трехдневных учений, в ходе, которых "Львы Судана" и "Нильские львы" выясняли, кто из них лучший.

В его глазах, когда он снял солнцезащитные очки, я прочитал вопрос, который был там написан большими буквами, – "Откуда это всё здесь???!!!". Я движением руки предложил ему сесть, и спросил его по-русски:

– Как вам суданская армия, Николай Николаевич? Вы не были разочарованы? Всё ли вам показали, из того, что вы хотели увидеть? Убедились вы, окончательно, что Судан это не Бухара, Афганистан, не Персия? Если у вас есть вопросы спрашивайте. Забросал я его вопросами.

– Я дам на них ответы. Но, сначала честно, как военный, как профессионал, дайте мне ответ, на ещё один мой вопрос. Как вы считаете, если бы в бою сошлись суданская дивизия и русская образца 1902 года, кто из них бы взял верх? – спросил я. И слегка усмехнулся.

Он немного, опешил от такого потока вопросов на русском языке от меня, и ещё тако неудобного последнего вопроса. Через минуту ответил:

– Исходя из того, что здесь увидел, вынужден признать, что суданская дивизия выиграла бы бой. У нас нет такого количества огневых средств у пехоты и артиллерии в полках и дивизии. Наши атаки из-за этого, новой тактики боя в обороне и применения, инженерных заграждений не удались, потери бы были очень большими. Если б атаковали суданцы, то наша артиллерия и укрепления тех видов, которые сейчас применяются, были бы разбиты их артиллерией, которой у вас её много больше в дивизии, чем у нас. И остановить массированные атаки суданской пехоты, тем более при таком количестве пулемётов у неё, которые можно передвигать в рядах пехоты, только огнём из винтовок нам бы вряд ли удалось, ручные гранаты, бронежилеты дали бы преимущество в рукопашном бою. И быстро сам спросил:

– Откуда это всё, что я увидел касаемо армии появилось в Судане? Ни в России, Германии и Британии очень многого, что я здесь увидел, просто нет. И великий Халифа, знает русский?

"Всё-таки военный взял верх над человеком", – подумал я. – Это хорошо!"

– Знаю, – ответил я. – Спасибо вам за честный ответ. Давайте так, Николай Николаевич, вопросы "откуда" мы вынесем из нашего разговора, считайте, это проявлением воли Всевышнего. И я претворяю её здесь в Судане, и не только! И вы после того, как получите от меня и других людей знания, будете делать это! Делать для России! Поверьте, мне она в этом очень нуждается, и в большей мере, чем Судан. Вы готовы для начала меня выслушать, а потом надеюсь и поверить? Если не мне так, другим людям, которые может вызовут у вас больше доверия, чем, я, Халифа Судана.

– Да, я готов вас выслушать, достопочтимый Халифа, – ответил Юденич, немного привстав.

После этого я рассказал ему, про будущую русско-японскую войну, и что Россия имеет все шансы её проиграть, проиграть потому-что шакалы и бараны будут командовать львами. Тут его лицо начало выражать молчаливое возмущение, даже усы как у кота растопорщились, – "Ничего, потерпишь ваше высокоблагородие", – усмехаясь про себя, думал я.

– Вам, господин полковник, по возвращению дадут полк в командование, потом во время войны могут и бригаду. Полк, тем более бригада в определённых обстоятельствах это сила. Тут я замолчал, и сказал улыбнувшись:

– Вы знаете, Николай Николаевич мне даже жалко офицеров, унтеров и солдат вверенного вам полка.

– Почему? – удивлено спросил Юденич.

– Потому-что их ждут, нелегкие времена. Вы ведь не откажите себе в удовольствии сделать свой полк самым передовым по выучке и боеспособности. У вас наверно, уже руки чешутся, взять за дело!-ответил, я и засмеялся.

– Да, вы правы многоуважаемый Халифа, – улыбнувшись, сказал Юденич.

– Скоро так и будет. Вы в Судане больше не нужны, – продолжил я. – У вас есть дела в России.

– Вы конечно знаете, кто такие "африканцы"? – спросил я.

– Да, – ответил полковник. – Новаторы, новая школа, антидрагомировцы. Их среди военных называют по разному. Здесь я понял, откуда у них такие взгляды и новые решения. Они все прошли бурскую войну, с некоторыми я беседовал в России, ведь они все воевали рядом с вашими "Львами Судана", а полковник Артамонов был свидетелем сражения у Омдурмана. Это он во многом меня уговорил принять предложения стать первым военным атташе России в Судане.

– Я знаю, Николай Николаевич, об этом. Это я его просил, чтоб были именно вы, – сказал я, сделав ударение на "вы".

– Вы? Но, почему! -почти воскликнул Юденич, и немного подался вперёд.

– Причина проста. Вы талантливый военный, и у вас большое будущее. И я хотел, что вы стали "туркестанским африканцем". Надеюсь так теперь и будет? – спросил я. Юденич кивнул в ответ.

– И главное вы будете верны присяге до конца. И всё на этом, Николай Николаевич! Никаких вопросов. Всё ответы вы получите в России. У кого спрашивать вы теперь знаете. И у меня к вам есть просьба, её выполнение, принесёт пользу и Судану и России.

– Раз так, я готов её исполнить, – сказал Юденич.

Я попросил его внести поправки в боевой устав армии Судана, исходя из того, что он увидел, осмыслил, сделать памятки солдатам, сержантам, офицерам, по тактике и прочим военным мудростям, а так же прочитать несколько лекций в училищах и офицерам, внести коррективы в программу обучения для офицеров и сержантов. Всё это он сможет применить и в России. Ох, вдвойне тяжко теперь будет в отличие от реала, полку, бригаде и всем по восходящей, кто попадёт под командование Юденича. Через три месяца после нашего разговора полковник Н.Н.Юденич получил разрешение вернуться в Россию, уехал на родину, я наделся, что нашего полку прибыло. Артамонов и другие раскроют ему все карты, им он поверит быстрее, чем мне, хотя письмо с набросками о будущем я ему всё-таки вручил напоследок, а на его вопросы пусть уже Артамонов отвечает.

И благодаря "белому" цвету Юденича вспомнил, я ещё пару кадров, – Василий Иванович Чапаев и его визави по фильму, Владимир Оскарович Каппель! Я о них совсем забыл! Чапай вроде со средней Волги, Нижний Новгород или Казань, ну а Каппеля найдут по Ф.И.О в военных училищах или вообще. И ещё одного активиста по "цвету" выудил из памяти, – Антонов-Овсеенко, очкариком был, по фамилии и очкам разыщут.

Но, Юденич уезжал не просто так. Помимо выполненных моих просьб, мы с ним выбирали преемника вместо него, а бы какой мне был не нужен, нужен был проверенный временем и событиями человек, и его надо было нам найти.

Сделали мы так, я начал перечислять людей, а он говорил по варианту "ромашки" "знаю – не знаю". Антон Иванович Деникин, Петр Николаевич Врангель, Кутепов, Мамонтов, Дроздов или Дроздовский, Марков, Миллер, Вацетис, Слащёв. Шкуро и Краснова даже не называл, они запятнали себя предательством, Юденич и названных мною "белых" не знал никого, многие наверняка были ещё молоды и только начинали своё военную карьеру. И только на Май-Маевском, он активизировался.

– Май-Маевский? – спросил меня полковник.

– Именно так, – ответил я. – Вы его знаете, Николай Николаевич?

– Фамилия звучная, слышал я о Май-Маевских из Могилевской губернии, – ответил он, – вроде кто из них в гвардии служил. Я ему молча задал вопрос, в духе, – "И что из этого?"

– Мой род из Минской губернии, и дворяне, часто знают не только своих местных, но и соседей, – дал пояснения Юденич.

– Вам надо будет обязательно уточнить, "мой" ли это Май-Маевский, и если это так, то я в свою очередь в официальном запросе попрошу на должность атташе в Судане именно его. А в свою очередь с ним лично поговорите и склоните к согласию, – сказал я. Полковник молча кивнул.

Через две недели пришёл ответ на наши запросы о "весеннем", ха-ха, генерале! Мой неофициальный и официальный Юденича. Пазлы сошлись, это оказался белый генерал Май-Маевский из моего времени, отлично!

Владимир Зенонович Май-Маевский, батю его значит Зеноном величали, видать дед греческой философией увлекался, хорошо хоть конфуцианством, ха-ха! Преемник Юденича был хорош! "Окончил Николаевское инженерное училище в 1888 году. Выпущен в 1-й саперный батальон. Подпоручик с августа 1888 года. Переведен в лейб-гвардии Измайловский полк тем же чином и старшинством. Поручик с августа 1892 года. Окончил Николаевскую академию Генерального штаба в 1896 году, по 1-му разряду! Старший адъютант штаба 13-й пехотной дивизии (август 1897– май 1898). Старший адъютант штаба 15-й кав. дивизии (май 1898– ноябрь 1900). С ноября 1900 года начальник штаба Осовецкой крепости". Мне в связи с этим вспомнилась "атака мертвецов". "Подполковник с декабря 1900 года". Сообщила мне информационная записка из России, о "майском" генерале. Прекрасный кадр! Во время войны вполне может, получит полк под командование или стать начштаба бригады или даже дивизии.

30 января 1903 года, в Судан прибыл, новый военный атташе Российской империи, подполковник, Владимир Зенонович Май-Маевский. Что милости просим! Схема действий на Юдениче уже была отработана, так, что и ему предстоит, напитать в себя всё, что увидит здесь, и с началом войны покинуть Судан, и начать реализовывать это на практике и на японцах. И, чтоб лучше получалось, "африканцы" в России помогут, чем смогут.

Буденный, Юденич, Чапаев и другие усачи, конечно кадры в хорошем смысле ещё те, с бОльшим потенциалом, просто кому-то надо помочь ускориться в карьерном росте, кому-то помочь с образованием, но среди них был один, который стоил их всех вместе взятых и плюс Тухачевский сверху… Иосиф Виссарионович Джугашвили, ещё не Сталин.

В то, что Ленина можно как Плеханова или Аксельрода, запугать, остановить, я не сильно верил, они всё-таки кефирные – интеллигентики, а Ильич сверхамбициозный лидер, готовый ради своих целей рвать со своими друзьями, сотоварищами и вообще, готовый на всё ради достижения своей целей, поэтому он и был убран, эффект от этого будет несомненно, можно сказать эффектище, Ленин это глыба, локомотив, это гений!

Сталина, "всесоюзного старосту" Михаила Калинина, Сергея Аллилуева, Вано Стуруа и Ладо Кецховели, безопасники корпорации как говориться "приняли" в августе 1900 года, после того как они организовали мощную забастовку в Главных железнодорожных мастерских Тифлиса. ИВС занимал на тот момент интересную должность, с конца декабря 1899 года он в качестве вычислителя-наблюдателя был принят в Тифлисскую физическую обсерваторию, где он жил и работал. Благодаря обсерватории мне вспомнился Луначарский, первый советский нарком просвещения имя, отчество не помнил, но, его нашли и по фамилии.

Вообщем Сталина и его соратников "вычислили", дали хорошенько влипнуть, взяли на "горячем" и сделали предложение от которого, все подельники… гордо отказались. Но, после того, как их хорошенько отметелили, а самому дерзкому, Кецховели, на глазах у остальных сломали руку, раздробили пальцы, и плюс к этому дали расклад по их родным, и объяснили, что их взяла НЕ охранка, на следствие, суд, адвокатов они могут не рассчитывать, и в случае отказа их просто убьют, предложение они приняли. В октябре 1900 года были уже у меня в Судане, в России их объявили без вести пропавшими.

Мои люди мне доложили, что когда Аллилуев прибыв в Суакин, понял, куда он попал, у него случилась истерика, остальные были в шоке, грузины по своему ругались и взывали к Богу, Калинин изощренно матерился и тоже начал поминать Всевышнего. То-то робяты! Не в сказку попали, а то, как воду мутить в России, и далеко не сразу за это срок получить или ссылку, так можно. Россия же типа, – "Тюрьма народов!" Сначала на учёт возьмут, беседы душеспасительные проведут, если опять залёт, потом только арест, высылка и может быть ссылка. Калинина аж в Тифлис выслали! А что, горный воздух, фрукты, вино, шашлык-машлык, грузины со своими песнями. Короче одно сплошное наказание! Очень, преочень жестокая мера воздействия для профессионального революционера со стороны государства. Но, теперь придётся реально перевоспитаться, и доказать это, пройдя не через одну проверку, и получить шанс на возвращение в Россию или остаться в Судане навсегда, хотя и необязательно в виде трупа.

Гостей из солнечной Грузии распределили по их специальностям, Аллилуева, который был машинистом паровоза, отправили работать на железную дорогу, потом может, займётся преподавание в железнодорожном училище, работать с людьми он умеет.

Михаил Калинин тоже был рабочим классом, в 1893 году поступил учеником на Санкт-Петербургский патронный завод, в 1895 году перешел токарем на Путиловский завод, поэтому он попал в арсенал, где должен был работать сам и обучать суданцев. Думаю Калинин не усидит на месте, и начнёт проявлять свои большие организаторские способности, и в Судане. А, что? Ему подучиться, станет начальником цеха, директором завода, училища, может и выше, может даже и в России, если захочет, конечно.