Текст книги "Сердце подскажет (СИ)"
Автор книги: Кира Верго
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)
– О, госпожа, миленькая, благодарю вас! – бросился к моим ногам прислужник, и я распахнула глаза.
– Что случилось? – глядя в зал, ничего не могла понять.
– Они вернулись… они вернулись! – поднявшись, трясущимися губами еле вымолвил Сезар со слезами на глазах.
– Кто?
– Те, кого мы потеряли. Тёмный владыка вернул их искры. Простите меня, я должен… я так хочу обнять их. Разрешите мне отлучиться, я ненадолго, я только обниму их и сразу же вернусь, – умоляюще сложив руки, просил прислужник.
– Конечно, иди, – опешив от его просьбы, ответила я, наблюдая за происходящим в зале.
Это был не просто бал, как говорил Сезар, где они могли встретиться со своими родными. Это было гораздо большее, практически невероятный праздник жизни. Эмоции вибрировали в воздухе, волшебные создания обнимали друг друга, плакали и смеялись от счастья, что я сама уже не сдерживала слёз, глядя на них.
Взглянув на Орголиуса, что молча наблюдал за всеми с высокого выступа, хотела сказать ему спасибо, но… огни вокруг него потухли, он развернулся и исчез из поля зрения.
Глава 9
Этот вечер был для меня открытием. Бал был больше похож на семейный праздник, на котором я всё же ощущала себя лишней, не смотря на всю его теплоту. Конечно, все меня благодарили, радовались, но, я не могла понять смысла происходящего. Нет, я бесконечно рада, что Орголиус поступил благородно, вернув искры, души существ, дав им шанс прожить свою жизнь, обнять родных, но, всё это странно. Зачем ему это?
Я понимала, что могу ошибаться, но было ощущение, что отдав сегодня, потом он заберёт гораздо больше. Он сделал это, потому что хотел, чтобы я это увидела. Значит, пытается настроить меня, чтобы я согласилась с ним искать кристаллы. Других мыслей и объяснений у меня пока нет.
Но это говорит мне мой мозг, а внутри, вдали от его внимания, я всё же ощущала в этом поступке нечто бескорыстное. Будто он хотел так сделать давным-давно, но не представлялось случая. Быть злодеем, наверное, не так просто, особенно, когда возникает желание сделать что-то хорошее, а ты оброс правилами злодейства. И нарушить их, равно отрубанию руки, а может и головы. Полная потеря наработанного статуса. А тут появляется возможность скинуть хорошие поступки на меня.
Я не знаю что думать, уже запуталась в своих мыслях. Помимо мозга, сердца и сознания, внутри грозно топает ногой страх. Он намекает мне, внушая опасения о моей благосклонности к врагу. Так и слышу этот холодящий шёпот внутри, что я предаю свои убеждения, жителей города Мира, братьев-месяцев, Октября…
Спустя какое-то время, пообщавшись с кучей народу, почувствовала сильную усталость и попросила Сезара отвести меня обратно в мои покои. Тем более там Гелиодор сидит один, и я за ним соскучилась. Гости праздника провожали меня воодушевлёнными взглядами, как вдруг, стоя у дверей на балконе, я услышала пронзительный крик в толпе.
– Кто-о-о позволил?! Как посмели?! – раздался знакомый до скрежета зубов голос.
Развернувшись, я подбежала к перилам балкона, и точно, это была она. Сирин пролетела над толпой, которая в ужасе разбегалась в стороны, прижимаясь к стенам зала, закрывая руками и телами своих родных. Опустившись на пол, она обернулась в красивую, но хищную женщину. Цокая по полу, она неспешно шла, разглядывая всех вокруг, хищно скалясь на них, а затем резко остановилась.
– Так, так, так… – постукивая острыми когтями по стеклянным украшениям в зале, начала медленно царапать стекло, что оно в итоге треснуло и рассыпалось.
Она прикрыла глаза, довольно улыбнувшись, и словно принюхивалась. Улыбка сползла с её лица, и Сирин распахнула глаза, в которых горела ярость.
– Ты! – она выставила острый коготь, указывая на меня.
– Я. Не ожидала меня встретить? – как-то язвительно прозвучал мой вопрос, что я сама удивилась, как и весь зал народу.
– Ах, ты дрянь! Я вырву твоё сердце! – заорав как дикая кошка, Сирин вспорхнула вверх, распустив мощные чёрные крылья, моментально оказавшись передо мной.
– Госпожа, берегитесь! – закричал Сезар, бросившись грудью на мою защиту, заслонив меня от психичной гостьи.
– Прочь, прислужник! Иначе я скормлю твоё сердце гиенам на глазах твоих родителей! – прошипела она.
– Ни за что, – голос Сезара звучал твёрдо, но с ноткой холодного ужаса.
– Что ж, – усмехнулась она, – тогда ты первый, а следом она.
– Сезар! – пыталась оттолкнуть его, чтобы эта чокнутая птице-женщина не убила его, но он стоял так твёрдо, прижимая меня своей спиной к дверям, что были позади.
– Что, страшно мерзавка? – процедила Сирин, играя когтями в воздухе.
– Пошла вон! Пусти меня Сезар, я не боюсь её! – крикнула я, ощущая, как горит кристалл в груди, а Сирин удивлённо посмотрела на меня.
– Смелая, да?
– Хочешь проверить? – фыркнула я.
– Госпожа, прошу, не злите её, – взмолился Сезар.
– Почему ты её называешь госпожой, прислужник? – подставив свой коготь ему под подбородок, спросила она.
– Потому что я так приказал, – грозным рокотом прогремел голос Орголиуса, и Сирин мгновенно изменилась в лице.
Как злая собака, услышав команду хозяина, перестаёт скалиться, прижимает уши и виляет хвостом, так и эта хищная женщина, заискивающе заговорила перед ним.
– Повелитель, я не понимаю, что происходит. Откуда она здесь. Вы же знаете о пророчестве. Мы должны покончить с ней немедленно, пока не…
Она не договорила, схватившись руками за горло, будто её душил кто-то невидимый. Орголиус щёлкнул перчаткой, и Сирин упала на колени.
– Повелитель… – прохрипела она, и Орголиус повернул рукой в воздухе, усиливая её удушье. Сирин начала закатывать глаза в предсмертном моменте, и меня что-то дёрнуло вступиться за неё.
– Орголиус, не надо, – промолвила я из-за спины Сезара.
Он повернул голову в мою сторону под глубоким капюшоном, взгляда его я не видела, но ощущала на себе. Он не спешил, а зал замер в ожидании. Время будто застыло и, судя по степени удушья Сирин, это были её последние секунды жизни.
– Не надо, – тихо повторила я, и он ослабил невидимую хватку.
Сирин упала на пол, шумно дыша. Сейчас она напоминала дикого зверя в ловушке. Взгляд её бегал по нашим лицам, он был далеко не добрый, скорее мстительный, мол, я ещё вернусь и сожру вас всех.
– Убирайся прочь, пока я тебя не призову, – мрачно сказал Орголиус, и Сирин тот час взмыла ввысь, пробив стеклянный купол зала, оставив после себя дождь из осколков, от которых отскакивали гости праздника.
– Она хотела тебя убить, – сказал он.
– Знаю. Ничего страшного. Каждая тварь имеет право на второй шанс, – ответила я, и сама не поняла что только что сказала.
Глаза Орголиуса вспыхнули под капюшоном, и его взгляд перешёл на прислужника, тот молча кивнул, будто они телепатически общались, а затем он растворился в воздухе. В зале зашумели голоса. Такое событие возбудило толпу. Да что там говорить, меня тоже затрясло от всего этого.
– Внимание! Слушайте все! Повелитель разрешил вам провести всю ночь со своими друзьями и семьями. Пейте, ешьте, веселитесь, но с первыми лучами солнца все должны убраться отсюда по своим домам и ждать распоряжения, – объявил Сезар, и толпа заликовала.
Он развернулся ко мне, и заботливо подал руку.
– Здесь есть солнце? – удивилась я.
– Да, но ночь тут длиннее, чем где либо. Солнце появляется на несколько минут, чтобы сообщить нам о начале нового дня, – ответил он, распахнув двери.
– Спасибо тебе, – сказала я, когда он вновь предложил свою руку, чтобы отвести меня обратно в комнату.
– Госпожа, это мой долг. Вы единственная надежда, и потерять вас, равно смерти.
Сезар вновь достал откуда-то светящуюся сферу, подбросил её вверх и мы оказались перед дверью в мою комнату.
– Скажи, ты знаешь, что происходит? – перед уходом я решилась спросить прислужника.
– Что именно, госпожа?
– Ну, всё это, – я обвела руками круг в воздухе, – воскрешение существ, бал, наказание Сирин. Зачем всё это? Почему Орголиус так старается?
– Я не могу вам ничего ответить, госпожа. Простите меня. Я всего лишь прислужник и выполняю то, что мне велено. Повелитель не посвящает меня в свои планы.
– Понятно. Ну, всё равно спасибо тебе, Сезар. Ты хороший… – и тут я подумала, как сказать правильно. Человек, существо, создание? Но, взгляд прислужника вспыхнул теплом, и он благодарно поклонился.
– Это честь, получить похвалу и одобрение от носительницы света. Вы позволите мне удалиться к моим родным?
– О, конечно! Я тебя более не задерживаю, – спохватилась я, понимая, что отнимаю драгоценное время.
Сезар растворился в воздухе, оставив меня одну. Войдя в комнату, я пошла в ванную комнату. Гелиодор спал, и я не стала его тревожить, хотя так много хотелось ему рассказать. Сбросив с себя платье, призвала водяную сферу и забралась в ванную, мне необходимо расслабиться и забыться, раствориться… потому что мои мысли были заняты Орголиусом.
Тот призрачный танец. Его облик, улыбка и свет глаз из-под тени капюшона. Его странные, противоречивые поступки, которые никак не могли сложиться в цельную картину. То он тёмный и страшный, потом тёплый и добрый, где-то даже справедливый, но всё равно негодяй.
Я уснула, сама не заметив как это произошло. Сон нашёл так внезапно и буквально чуть не исполнил моё желание раствориться. Разбудил меня визг кота и шум воды, которая разливалась по всей комнате, переливались за край ванны.
– Стоп! – выпалила я в сердцах, оглядываясь вокруг.
Воды в комнате было по пояс, и я с ужасом представила, что там с Гелиодором, если она просочилась и туда. Схватив с полки полотенце, обернулась ним и пробираясь по воде, открыла дверь в спальню. Меня едва не сбило с ног течение, и я увидела перепуганные глаза кота.
– Живая! – радостно воскликнул он.
Вода почти дошла до уровня кровати, благо она высокая и кот был в порядке.
– Я уснула, – растерянно пробормотала, думая как теперь всё это убрать.
– Я звал на помощь, но никто не пришёл! Очнулся от шума воды, я думал, что ты утонула! – прочитал кот.
– Всё в порядке. Если не считать вот этого, – я обвела руками комнату, в которой плавали вещи, – странно, что никто не явился. Получается, что никто не следил за нами?
Кот прищурил глаза, внимательно глядя на меня.
– Возможно. А главное, почему? – шевеля усами, сказал он.
– Все на празднике, – пожала плечами я, – никому нет до нас дела.
– Кстати, расскажешь, как всё прошло?
– Да, но сначала нужно решить вопрос с откачкой воды.
– Вызови прислужника, – посоветовал кот, но мне так не хотелось его сейчас дёргать. Но, видимо придётся. Сама я эту проблему не решу.
Отыскав волшебный шар, потрясла его, и Сезар был тут как тут.
– Госпожа, что произошло? – глядя себе под ноги, вопрошал он.
– Водяная сфера. Я уснула, когда купалась и… вот. Можешь помочь?
– Уснули в ванной? – он побледнел.
– И я о том же. Она могла утонуть. Я звал на помощь, но никто не пришел! – вмешался кот, и на прислужника вообще лица не было.
– Не нагнетай. Всё нормально. Я жива, здорова, – вмешалась я.
– О, госпожа! Это страшно, если бы вы…
– Воду поможешь убрать? – прервала его сожаления.
– Да, сию минуту, – растерянно пробормотал он, дотронувшись до воды указательным пальцем, плавно помешивая ним по кругу, шепча неизвестные слова.
Образовалась воронка и вся вода ушла куда-то. Затем он взял одну из светящихся полусфер и разделил её на две части. На его ладони огонёк превратился в светящуюся пыль. Он дунул на неё, и она, разлетевшись по комнате, вернула всё в прежнее состояние. Было тепло, сухо и чисто.
– А теперь возвращайся к родным, – убедившись, что и в других комнатах всё в порядке, сказала я.
– Но…
– Никаких но. Иди, пока есть возможность. У людей такое часто случается, мы затапливаем целые этажи. Со мной всё в порядке, – заверила его, буквально выгоняя к родне.
– Иди, я прослежу, чтобы она больше не наделала здесь ничего, – вмешался кот.
– Будьте осторожны, госпожа, – сказал Сезар и растворился в воздухе.
– Ну, и как всё прошло? – пристально уставившись на меня, вопрошал кот.
– Даже не знаю с чего начать.
И я рассказала ему обо всём по порядку. О танце, который был или не был, о появлении Сирин и поступке Орголиуса. Кот слушал внимательно, и я заметила, что он изумлён не меньше моего.
– Теперь ясно, почему ты уснула. И не ясно, что тут происходит, – заключил он.
– Он странный. Не похож на то, что я себе представляла раньше. Когда мы столкнулись с ним в городе Мира, а затем в Игмеральде, я не то что ненавидела его, но считала злом, а теперь…
– А теперь? – глаза кота округлились в вопросе.
– Даже не знаю. Это так странно. Я объяснить не могу. Мне кажется, что всё не так, как мне рассказали Великие матери. Мы что-то упустили в этой истории. Орголиус многогранен, его поступки противоречат друг другу. Вот скажи мне, зачем ему кристаллы? Зачем ему власть? Ну, получит он её, и что тогда? Какой смысл, если почти ничего не изменится, а только увеличится площадь владений.
– То, что он многогранен, я с тобой согласен. Но с кристаллами не всё так просто, как тебе кажется. Орголиусом управляет неутолимый голод. И обида на всех. Я не хотел, но теперь должен рассказать тебе о нём больше.
Его последние слова меня зацепили, и кот сверкнул глазами.
– Пришло время сказать, пока не стало поздно. Я не думал, что до этого дойдёт. Ты же знаешь, что Орголиус не может никого касаться. Всё, к чему бы он ни притронулся, сразу погибает. Смертельное касание – это его проклятье. Вечно холодный и мрачный, похититель искр, повелитель тьмы… и вдруг этот танец с тобой. Ты, единственная на свете, кто не сгинул в его руках. А то, что он потеплел, ну… я не знаю, дорогая. Это невозможно. Но, как говорится, нет ничего невозможного, и всё же. Это тепло не сулит ничего хорошего. Я подозреваю, что теперь он будет использовать тебя, чтобы заполнить бесконечную пустоту внутри себя. Я боюсь, что это погубит тебя, если ты попытается заглянуть в эту бездну. Я вижу, как горят твои глаза, и что ты именно этого и желаешь.
– Ты хотел мне рассказать что-то интересное, помимо того, что я и так знаю, – присев на кровать, напомнила коту.
– Ах, милая моя, – вздохнул Гелиодор, – на свете существуют несовместимые вещи, которые не могут проявляться друг без друга: ночь без дня, зло без добра, свет без тьмы… то, что произошло с Орголиусом, не его вина. Я видел, что он был другим, не таким как мы. Совершенная форма творения, новая и непознанная. И Феникс это видел. А другие были слепы. Они видели в нём угрозу. Но кое-кто использовал это себе в пользу, завидуя такому подарку. Думаешь, почему Нижний мир запечатан?
– Хочешь сказать, что тут замешан король Пекла? – прошептала я.
– О, тут много кто замешан, но ты права. Перед тем, как произошло окончательное разделение миров, король Пекла навестил сад Феникса, когда там сидел Орголиус. Он был ещё ребёнком, – кот виновато опустил уши.
– И? – нетерпеливо вопрошала я.
– Ты первая, кто узнает тайну, о которой я всегда молчал. Я желал добра, не хотел рушить надежду… то, что случилось в королевском саду, могло привести к войне измерений. Сама понимаешь, я не мог этого допустить.
– Что случилось? Ну же, – торопила Гелиодора я, чувствуя, что он либо передумает говорить, либо что-то помешает ему сказать.
– Король Пекла дотронулся до сердца Орголиуса. Он сказал, что это его дар ему, а мальчик ничего тогда не понял. Эта встреча была тайной, нарушением правил. Никто не знал о ней, и я молчал, надеясь, что всё обойдётся. Мальчик старался изо всех сил быть таким, каким его желал видеть Феникс, но… подарок сделал своё дело. И в этом виноваты все мы.
– Подожди, а почему собирались закрыть Нижний мир?
– Король Пекла нарушил коны Вселенной. Ему стало мало быть сыном Ночи. Он хотел обладать огнём. Он крал его, вместо того, чтобы отправлять искры во вселенский исток. Его работа заключалась в сопровождении душ до встречи с причиной причин, с Всевидящей матерью. Он нарушил баланс, и Феникс опалил его тёмные крылья. Ты не представляешь, что это значит, лишиться крыльев для таких созданий. Они не только физические, моя дорогая. Вот тогда-то и началось противостояние, и первые тревожные звоночки. Всевидящая матерь стала реже с нами говорить. Феникс мучился, что обидел брата, но уже ничего нельзя было изменить. А потом, как ответ на вопрос, появился Орголиус. Феникс считал, что это подарок Всевидящей матери. Ни у Феникса, ни у короля Пекла нет детей. Они короли, хранители, проводники, великие Сути, созданные из вселенского огня. Их миссия соблюдать правила и порядок.
– Но, почему? Другие же могут, а они нет. Несправедливо.
– Другие, как братья-месяцы разумом рождённые. Это непростой процесс. У волшебных существ немного проще, почти как у людей. А такие как я, Эйфирия, Феникс, Король Пекла, все мы созданы огненным дыханием Всевидящей матери. Орголиус тоже похож на нас, но его материя совершенней, и неподвластна нам. Я верил, что старания Феникса не пройдут даром, что этот ребёнок послан нашему миру в противовес нарушению баланса, который устроил Ниян.
– Кто?
– Треклятый гоблин дёрнул меня за язык, – фыркнул кот, – это имя короля Пекла. Мы не называем его с того дня, как всё пошло кувырком, и ты лучше забудь его. Я наблюдал за мирами, ожидая, что всё нормализуется. Все измерения взаимосвязаны, и если где-то что-то перекрыть, начинается коллапс. Он первым начал нарушать потоки энергий, использовать дар Всевидящей матери в своих целях. Феникс его младший брат. Можно сказать, что они неразрывно связаны между собой, – кот замолчал, будто решаясь, стоит ли продолжать свой рассказ.
– Как связаны? – мой вопрос прозвучал так жадно, что меня аж передёрнуло.
– Король Пекла обладал огнём. Он судья и через его огонь проходили все души, прежде чем слиться с Истоком. Чистые души не ощущали ничего кроме тепла, запятнанные же испытывали муки, до тех пор, пока не очистятся. А потом произошло то, из-за чего он лишился этого дара. Ему стало скучно править в одиночестве, и захотелось ему взять в жены царевну из людского мира. Он имел возможность заглядывать в любые миры и измерения, ведь все пути из них вели к нему в царство.
– И что, похитил её?
– Не просто похитил. Когда земной царь узнал, кто позарился на его возлюбленную, то убил себя, чтобы спуститься к Нияну и сразиться с ним. Стоит сказать, что изначально земной царь вызывал его на честный поединок, но тот не явился, тогда и было принято решение идти прямо в Пекло. Я видел это, – кот печально покачал головой, – честного боя не было. Ниян испепелил его душу, впитал искру и с того момента аппетит его рос. Он начал творить страшные вещи, ощущая безнаказанность. Не знаю, почему Всевидящая матерь допустила это, и почему так поздно пришло наказание, но оно пришло. Он лишился огня. А затем и крыльев. Но не успокоился, по сей день. И подарок Орголиусу вовсе не подарок, а месть. Что он ему дал, я не знаю, но подозреваю, что хотел убить его, но не смог. Никто не может. Но он либо что-то забрал, либо что-то подсадил ему. Он коварен. И я боюсь, что оживление Орголиуса рядом с тобой не означает ничего хорошего.
– Почему? А вдруг ты ошибаешься?
– Не исключено, что я могу ошибаться. Но сама подумай, Орголиус сродни чёрной дыре. А ты свет. Ты для него лакомый кусочек, и он может выпить тебя до дна, даже не желая убивать. Хочу, чтобы ты понимала, что я нейтрален, потому что наблюдал эоны лет за судьбами противоборствующих сторон. Каждый из них по-своему прав, но наша миссия – это равновесие. И глядя в твои горящие глаза, я боюсь, что ты не выдержишь такого количества вибраций рядом с тёмными. Они съедят тебя, даже не осознавая этого. Единственный, кто мог с этим справиться, это был Феникс. И то, ему приходилось перерождаться, уходить от нас, отдав нам столько света, сколько могло позволить его существо. А ты, моя дорогая, не бессмертна.
Глава 10
Наступил новый день, который ознаменовался ярким светом солнечных лучей в окошке. Это было быстрее, чем говорил Сезар. Не пара минут, скорее мгновения, после которых вновь стало темно. Я всё думала о словах Гелиодора, который выглядел удручённо после долгого ночного разговора, а затем вновь уснул. Сидя в библиотеке, я просматривала книги в своём арсенале, но никак не могла сосредоточиться. Затем прозвучал стук в дверь, Сезар принёс завтрак. Он был такой счастливый, и всё благодарил меня, что я не знала, куда себя деть и как его заставить перестать посыпать меня благодарностями.
Вся эта история с Орголиусом обросла новыми подробностями и требовала новых подробностей. Я не могла перестать думать обо всём этом, ведь та книга показала мне прошлое, но она казалась мне ненастоящей, а теперь оказывается, что всё имеет свои корни. И все эти непонятные миражи, и не миражи вовсе. Кот не зря раскололся и поведал столько интересного, чувствуя, что незнание деталей может обернуться катастрофой. А мне эти детали, как масло в огонь. Кто же ты, Орголиус и почему на тебя упало столько несправедливости?
Ковыряясь вилкой в салате, заметила, что кот пристально наблюдает за мной.
– Дорогая моя, у тебя на лбу написаны твои мысли, – констатировал он.
– Я пытаюсь понять, почему ты всё это время молчал. Если бы я с самого начала знала эти подробности, то может быть всё пошло бы иначе.
– Винишь меня в желании уберечь от необдуманных поступков? – взвинтился кот, и его шерсть встала дыбом.
– Если бы ты сказал об этом Великим матерям, то может, они бы не были так категоричны. Может, достаточно было бы поговорить, объясниться, а не устраивать войну. Зря ты промолчал. Так нельзя.
– Ах, вот как! – обиделся кот, и отвернулся от меня в своей клетке. Я, было, хотела его окликнуть, извиниться за свои высказывания, но, что-то остановило меня.
Помолчав, всё же решила сказать.
– Не твоя вина, что всё так сложилось, но, ты мог повлиять на ход событий. А теперь, я хочу распутать этот клубок. И ты, должен мне в этом помочь, больше ничего не утаивая.
Кот не успел ничего ответить, потому что в дверь вновь раздался стук. Голос прислужника за ней прозвучал как-то взволнованно, сообщая, что повелитель желает меня видеть. Недолго думая, попросила подождать пару минут, чтобы переодеться, накинув свой прежний костюм, сотворенный сестрами Инглии.
– Всё нормально? Ты какой-то наэлектризованный, что ли, – оценив внешний вид Сезара, спросила я, стоя в коридоре. Его волосы и бородка, как-то странно торчали, да и вообще от него исходила странная аура.
– Госпожа, я проведу вас к повелителю. Но должен предупредить, что он сам на себя не похож, – перебирая пальцами, сложив руки, ответил он.
– В смысле?
– Внешне всё так же, как и раньше, но его поведение крайне загадочно. Я не знаю, что происходит, поэтому решил вас предупредить. Я волнуюсь за вас, и желаю всего самого доброго, что может дать моя тёмная душонка, – он виновато посмотрел на меня.
– Ты меня пугаешь, Сезар.
– Как раз этого я хотел меньше всего. Я желал подготовить вас, предупредить, но ни в коем случае не пугать, – сложив руки в мольбе, тихо сказал он.
– Думаешь, мне угрожает опасность?
– Не могу сказать, госпожа, – он тяжело вздохнул, – но происходит что-то странное.
– А что ты мне скажешь, дорогой кристалл? Меня ждут неприятности? – тихо прошептала я, ожидая реакции, но её не последовало.
Сезар смотрел на меня, приоткрыв рот от удивления.
– В-в-вы, говорите с ним, госпожа? – заикаясь, спросил прислужник с округлившимися глазами.
– Он иногда даёт мне подсказки, – подмигнув бровями, ответила я, – веди меня, угрозы нет.
Протянула ему руку в ожидании, а он стоял как громом пораженный. В отражении его глаз, я заметила, что за моей спиной стоит Орголиус. И сама замерла.
– Свободен, – рокотом раздался его голос, и прислужник растворился в воздухе как дым.
Мгновение затянулось, когда можно было развернуться и задать ему вопрос или поздороваться. Я молча стояла в ожидании, как вдруг почувствовала лёгкое касание к волосам. Толпы диких мурашек сбежались на затылок. Я затаила дыхание, ощущая, как он склонился надо мной.
– Я приготовил для тебя кое-что особенное, – вкрадчиво произнёс он над моим ухом, – не бойся.
– Хорошо, – наконец выдохнув, почти беззвучно ответила я, ощущая спиной его тело. Он был слишком близко.
– Позволишь? – спросил он, протянув вперёд руку с бархатной лентой чёрного цвета на ладони.
Такая неожиданная близость меня лишила голоса, и я просто молча кивнула в ответ. Он осторожно убрал мои волосы назад, а затем закрыл мне глаза повязкой.
***
Орголиус
Она стояла в трепетном ожидании. Горячие вены под её нежной кожей неистово стучали, напоминая бурные горные потоки, что достигая глубин, превращались в тихие родники кристальной воды. Желание испить из него, охватывало меня непреодолимой жаждой.
Держи контроль.
Она доверилась мне.
Единственный цветок в моём мрачном саду, аромат которого я готов вдыхать вечно. Мне не нужен её страх. Я хочу другого. Того, что мне никто не способен дать… кроме неё.
Я отведу её туда, где ещё не была ни одна живая душа. Она будет первой и единственной.
– Запомни, ни в коем случае не снимай повязку. Чтобы ты не слышала, кто бы тебя ни звал. Слушай, но не смотри.
– Куда ты меня ведёшь? – шепотом спросила она.
– Туда, где ты получишь ответы. Это мой подарок тебе за…
И тут я осекся, ощутив обжигающее касание своих же правил.
– За что? – искреннее удивление звучало в её голосе.
– Скоро ты получишь ответы. Помни, что я тебе сказал.
– Хорошо, – облизнув пересохшие губы, ответила она.
Я мог взять её за руку, но голод… он требовал всего и сразу. Он рвался наружу, затмевая все попытки самоконтроля. Рядом с ней это будет трудно, но я должен преодолеть его.
Осторожно коснувшись её руки, ощутил, как она вздрогнула. Дыхание её замедлилось, а сердцебиение ускорило ход. Но страха в ней не было, и это придало мне уверенности. В её венах кипело любопытство. Оно поглощало вибрации сомнения, приглашая меня к действию.
– Когда мы будем там, не отпускай моей руки, – добавил напоследок и, щёлкнув пальцами, мы перенеслись в Междумирье.
Место, скрытое от глаз живых, где я нашёл дверь, ведущую ещё дальше. Она открывала путь в любое место и время. Это была прекрасная возможность уйти в чистый эфир, где никакой вселенский шум не способен достать. Но помимо этого, эта дверь открывала возможность многое увидеть и узнать.
– Я знаю, что у тебя есть вопросы, и сейчас ты можешь получить на них ответы. Спроси что хочешь.
– Где мы? – неуверенно прозвучал её голос.
– Там, где впервые оказалась живая душа. Спрашивай, мироздание откликнется тебе.
Она могла узнать ответ на любой вопрос, и это было испытанием для меня.
Что она спросит?
Я впервые ощущал трепет ожидания.
Я был здесь тысячи раз, но, сколько не спрашивал, ответ был один и тот же: мёртвые видят, живые слышат.
Все образы, приходящие ко мне в виде ответов, давали понять, что я мёртв. Но, когда в наше измерение пришла она, то я стал слышать. Мало, отрывисто, но этого было достаточно, чтобы понять намёк мироздания.
– Почему я? – спросила она, и эфир завибрировал вокруг нас, порождая из пустоты тысячи образов.
Избранная первозданным огнём… рождённая победить тьму в сердцах. Двое приблизятся друг к другу… будет ли то для сражения или объятия, решит огонь, – раздался безликий голос в пространстве.
– Это не ответ, – прошептала она, явно огорченная.
Первозданный огонь соединяет и связывает тех, кто различен по природе, – прозвучал голос.
Она поджала губы. Я почувствовал, что и этот ответ её не устроил. Всё идёт совсем не так, как я ожидал. Мироздание говорит о том, что я подозревал, но сам боялся себе признаться, а она… замолчала. Только разочарованно качает головой.
– Я чувствую твою печаль, – глядя на её невинное лицо с белой, тронутой лёгким румянцем кожей. Хотелось прикоснуться к ней, и я, было поднёс руку, но остановился.
– Всё так глупо, – вздохнула она, – зачем ты меня сюда привёл?
– Чтобы ты получила ответы.
– Нет, скорее, чтобы ты их получил. А я, и так всё это знаю, и даже больше.
В голосе её скользило раздражение. Видимо, она права. Зря я это всё задумал.
– Чего ты добиваешься, Орголиус? Думаешь, что сможешь повернуть меня на свою сторону?
Её вопрос поставил меня в тупик. Первое желание было уйти. Чего же я действительно добивался, я и сам не знал до конца. Мои планы менялись на ходу, и те, что я преследовал раньше, растворились, оставив только её образ. Он затмил всё, чего я желал. Она стала точкой в замкнутом круге. Я боролся с собой, чувствуя, как она изливает гнев. Он источал аромат отчаяния.
– Что же ты молчишь? Тебе нужно быть убедительнее, чтобы я проверила в эти предсказания! – выпалила она, и я…
Я не знаю, что на меня нашло… она требовала доказательств. Такая хрупкая и одновременно сильная, бросила мне вызов и внутри что-то закипело, ослепило меня. Я сделал то, чего ещё никогда не делал, сам не понимая, как так вышло, но ни о чём не жалел в этот миг.
