Текст книги "Сердце подскажет (СИ)"

Автор книги: Кира Верго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

Глава 35

– Тот, у кого светит солнце в душе, будет видеть его даже в самый пасмурный день… – донеслось откуда-то, привлекая моё усыплённое сознание, что внезапно пробудилось от знакомого голоса.

Слух мой обострился, будто я вынырнула из воды. Мне слышалось тихое и ласковое, до боли знакомое пение. Кто-то гладил меня по волосам. От нахлынувших эмоций, что были заперты во мне во время сна, и от того, что я слышу сейчас, горько всхлипнула, ощутив, как горячие слёзы нашли выход из-под ресниц и потекли к ушам. Открыв глаза, всё виделось в мутном свечении, но с каждым взмахом ресниц, картинка потихоньку прояснялась.

– Моя девочка, моя звёздочка, – ласково сказала мама, гладя меня по голове, которая покоилась на её коленях.

Она выглядела не как дух. Она была очень реальной, и от этого приступ слёз усилился. Я понимала, что это ещё одна иллюзия, чтобы усыпить меня.

– Не рви сердце, моё солнышко, всё будет хорошо, – говорила мама, ласково улыбаясь мне, и на её светлом лице образовались мягкие ямочки на щеках.

– За что мне всё это? – всхлипнула, прошептала я, коснувшись её руки, ощутив под своей ладонью тепло. Отчего-то стояла мысль, что это мираж. Мне думалось, что так работают чары Орголиуса, ведь он хотел сделать меня счастливой, оградить от ужаса и поместил придуманный мирок. Слишком реальная иллюзия. Это жестоко, хоть и до боли приятно видеть и ощущать всё это.

– Я не знаю, но таков её план, – ответила мама, нежно улыбнувшись и взглянув наверх, – я ей доверяю.

Я посмотрела туда, куда был направлен её взгляд, и стерев слёзы, увидела небесный страшно красивый водоворот, уходящий бесконечно вверх. Ему нет конца и края.

– Где мы? – хрипло прошептала я.

– В безопасности, – ответила мама.

– А где папа? Почему ты здесь, со мной? – спросила я, начиная верить, что всё это вполне может быть настоящим.

– Он тоже здесь, но уже исчерпал свои силы, чтобы проявиться, – от её ответа у меня мурашки по коже прошли, – прислушайся и ты услышишь его, а может и ощутишь. Он всегда был рядом, как и я.

– Папа? – сердце замерло, когда после слов мамы, кто-то легонько коснулся моей руки.

– Я здесь, наша звёздочка. Я здесь, доченька, – тихо-тихо, словно шёпот ветерка прошелестел его голос. А затем, в пространстве вырисовался его воздушный образ. Он был прозрачным, но я видела его. Он едва светился, и видно было его лицо, добрую улыбку и глаза.

– Вы настоящие? Это не иллюзия? – всё же спросила я.

– Настоящие настолько, насколько можем быть. Ведь нас уже нет, но мы всё ещё рядом. Мы одновременно везде и нигде, – взяв меня за руку, сказал папа, и я ещё чётче ощутила его касание.

– Мы хотим, чтобы ты знала, что ни в чём нет твоей вины. То, что ты видела у Мирового змея следствие наших решений. Мы хотели тебя уберечь, но своим сопротивлением нарушили событийное течение. Она выбрала тебя ещё задолго до твоего рождения, и твой возлюбленный, он тоже избранный, как и ты, – сказала мама.

– Орголиус? – моё сердце взволновано забилось.

– Да, доченька. Мы не должны этого делать, но ты должна знать, что он отправился на погибель. Твоя любовь очистила его душу, каким он изначально был сотворён, но сделала его уязвимым. Ты единственная, кто может это предотвратить, – сказал папа.

– Как он и сказал, вы следствие друг друга. Он ждал тебя всю свою жизнь сам того не подозревая. Колдовство Нияна затмевало его разум, но ты вернула ему похищенные части. Та шкатулка, передавалась из рода в род, но никто не смог принять синее пламя, потому что оно само выбирает своего носителя. Я хотела тебя уберечь и принять его, потому что ты с рождения уже управляла стихией огня. Меня пугала мысль и рассказы прабабки о том, какие испытания тебя ждут, – сказала мама.

– Мы хотели защитить тебя. Мы не знали, с кем имеем дело. А когда поняли, то было уже поздно, – молвил папа.

– Ты такая сильная, наша девочка. Она знала это, когда выбор пал на тебя, а мы страшно боялись. Страх затмил наш разум, поэтому не позволяй ему сделать это с тобой. Ты избранная пламенем, избранная Всевидящей матерью, и тебе доверено собрать кристаллы, чтобы восстановить равновесие. Одному ему не справиться. Его жертва может быть напрасной. Но он также как и мы ослеплён любовью к тебе, он хочет тебя защитить, чего бы ему это ни стоило, – сказала мама.

– Печати разрушены и назад пути нет. Тебе нужно к Коту на Чудесный остров. Он знает что делать. Лети наша звёздочка, мы тебя очень любим, – сказал папа и я ощутила, как неведомая сила плавно поднимает меня в пространстве.

– Подождите! – запаниковала я, хватаясь за мамину руку, но она стала воздушной и грустно улыбнулась мне.

– Ничего не бойся, моя девочка. Мы с папой в тебя верим, – растворяясь на глазах, сказала она и нежный ветерок ласково коснулся моей щеки.

– Мам… пап… – хрипло вырвалось у меня из груди, и всё что осталось от них, лишь красивое свечение в пространстве.

Неведомая сила продолжала меня уносить ввысь, в глубину небесной воронки, в самый эпицентр вихря. Я была в таком потрясении, что даже плакать не могла. Я не знала, что делать, что думать и куда лететь. Меня несло куда-то сквозь пространство, пока я внутри себя проживала на повторе последние мгновения с родителями. Многое стало ясным, и я понимала, что это великое счастье получить такую возможность, побыть хоть немного с ними, но… мне всегда будет их не хватать. Я не хотела их отпускать, хотя внутренний голос просил об этом, но я его игнорировала. Это невыносимо. Отпускать невероятно сложно, даже тогда, когда кажется что уже отпустил.

– Я тоже вас люблю, – прошептала я в пространство, осознав, что не сказала им этого сразу. Вся в эмоциях была…

Две светящиеся золотистые спирали пронеслись возле меня и сплелись в высоте, расширяясь в пространстве словно коридор. Я знала, что это были они.

Мы всегда рядом… – раздались их голоса в моих мыслях, и в груди всё наполнилось теплом.

Меня вынесло из вихря к самому Древу с золотыми листьями на Чудесном острове. Голова шла кругом, что я с минуту просто лежала на изумрудной траве, глядя в волшебное небо, пока обзор не затмила пушистая морда Кота.

– Так-с-с, – топал он ногой возле моего уха и шевелил серебристыми усами. На этот раз он был бархатно-серого цвета.

– Привет, Кот. Догадываешься, почему я здесь или нужно начинать рассказ? – вздохнув, спросила я, глядя в его прищурившиеся глаза.

– Тебя как сюда занесло? Ты одна? – изумился он, оглянувшись по сторонам, уперев руки в бока.

– Долгая история, но я одна и меня именно занесло. Всё перевернулось с ног на голову. Печати разрушены, я вышла замуж за Нияна, приняла синее пламя, потом сбежала от него, и что-то сделала с Орголиусом, что он от великой любви решил принести себя в жертву, сделав меня счастливой. А я люблю его и хочу спасти ваш мир. Ведь меня выбрали для этой цели ещё до моего рождения. Мои родители сказали, что ты знаешь что делать, ведь мне всё же нужно найти кристаллы Вселенной. Это если кратко, – тяжело вздохнула я, ощущая, как подступают слёзы, но старалась подавить их.

– М-да-с, ну и дела, – задумчиво произнёс Кот, и сел рядом со мной, – как ты умудрилась за такое короткое время так вляпаться? Что же Октябрь? Помнится, вы были вместе, м-м-м.

– Я не знаю, что тебе ответить. Мои чувства были искренними, я ничего не придумывала. Они и сейчас есть, но…

– Но что? – с интересом Кот заглянул мне в глаза.

– Я люблю Орголиуса. Именно той любовью, которая не нуждается в доказательствах.

– А Октябрь? Что ты чувствуешь к нему? – подставив лапы под морду, Кот навострил уши.

– Он родной, и его тоже люблю. Но, это что-то другое. Мы с ним с самого начала и я… это что-то вроде как любить брата, но тоже не то. Мне больно думать о том, что он чувствует, потому что я люблю его по-другому. Мне стыдно и страшно взглянуть ему в глаза. Я не знаю, это ужасно на самом деле, – вздохнула я.

– Вот видишь, как случается в жизни, – кот выпустил когти и начал рисовать узоры на земле, приговаривая при этом, – ты требовала от него этой любви. И он дал тебе её столько, сколько тебе не вынести теперь.

– Я требовала? – едва не задохнулась от такой предъявы.

– Ну а кто же ещё? – изумился Кот. – Вспомни, как долго он запрещал себе любить. Он пытался не выбиваться из братства. Но ты, поманила его, заставила поверить. А теперь ты любишь другого, и не готова к встрече с первым. Ты не в силах объяснить свои поступки, но хочешь спасти мир, м-м-м. Женщины, такие коварные и одновременно наивные, играете с мужскими душами, жонглируете сердцами, выбирая лучшее, словно самый близкий к телу наряд. Тот, что не колется, подчеркивает всё достоинства и дарит уверенность.

– Знаешь что! – вскочила я на ноги в ярости.

– Что? – лукаво спросил Кот, сев прямо.

– Зря меня к тебе отправили. Прав был Гелиодор, что ты самое заносчивое существо во вселенной. Сам-то за что наказан, не хочешь рассказать? А? Любишь влезать ко всем в головы, вытаскивать секреты на поверхность, а в свою душу ты давно заглядывал?

Глаза Кота грозно сверкнули, и шерсть на холке стала дыбом. Ему явно не понравилось то, что я сказала. Но мне всё равно. Я махнула на него рукой и, развернувшись, пошла куда глаза глядят. Тоже мне, помощник всезнающий. А у самой на душе так кошки скребут, что хочется упасть в эту высокую траву и чтоб никто меня больше не искал. И в тоже время сердце сигналит, что там, где-то, сейчас вершится судьба Орголиуса и всех дорогих сердцу друзей и любимых. Они в опасности, а этот противный Кот, хочет от меня непонятно чего.

– Отсюда нет выхода, милая, – фыркнул Кот мне в спину.

– Выход есть всегда! – бросила ему в ответ я.

– Так что же, считаешь, что ты права? Ведь пока ты развлекалась в Пекельном царстве, кое-что пропустила, – зеленея, сказал кот, оказавшись передо мной.

– Что? – сложив руки на груди, спросила я.

– Твои парни устроили бой, едва не поубивав друг друга. Никогда не думал, что Октябрь может быть таким яростным. Он мог убить Орголиуса, но ему помешала новость о твоих приключениях с Нияном. Бедные, как они извелись от мысли, что самый похотливый житель измерения завладел тобой, – подмигнул Кот.

– Они что? Ты не лжёшь?

– А ты не знала? Ах, бедняжка, – сложив лапы вместе, Кот принял ангельский вид.

– Ничего я не развлекалась. Ты даже не представляешь, что мне пришлось пережить, – рявкнула я, заметив насмешливый взгляд Кота и пошла дальше ища глазами какие-нибудь ключи, подсказки, как мне выбраться отсюда.

– А зачем тогда дала согласие Нияну? Он слишком очарователен, не правда ли? Никто не может устоять перед ним, – не отставал Кот.

– Сгинь, – махнула я рукой, не желая слушать этот бред.

– Обиделась? На правду не обижаются, светоч, – преследовал меня Кот.

– Ты будешь котом ещё сто тысяч лет, если не миллион, – сказала я.

– Это почему же? – принимая золотисто-рыжий оттенок, спросил он.

– Потому что ты не исправим. Быть тебе котом всегда. Вот так, – топнула я ногой.

– Много ли ты понимаешь, – фыркнул он.

– А ты? Способность читать мысли не означает мудрость или какое-то особое понимание вещей, – остановилась я, глядя ему в глаза.

– Я задам тебе один вопрос, и ты должна ответить на него честно. Если скажешь правду, то я тебе помогу, – сверкнул глазами Кот.

– Хорошо. Спрашивай, – приготовилась я.

– Ты должна выбрать, кто погибнет в этой схватке. Октябрь или Орголиус?

– Что значит выбрать? Не хочу я выбирать. Никто не погибнет.

– Не-е-е-т, ты не поняла. Кто-то из них погибнет, и всё зависит от твоего выбора. Это не шутка, светоч. Выбирай, – настаивал Кот.

– Если кто и погибнет, так это буду я! Если эта жертва устроит тебя, то я выбираю себя, а не их, слышишь? – в сердцах выпалила я. Никогда я не смогу выбрать. Что это за выбор такой?!

Кот молчал, изучающе глядя на меня. А я уже плевать на всё хотела. Слёзы потекли, нос опух.

– Выбор всё же придётся сделать, – настаивал Кот.

– Выбирать я должна, видите ли! Ни за что!

– Но, разве это не очевидно, что нужно выбрать Октября, судя из твоих слов? – продолжал издеваться Кот.

– Это ещё почему?!

– Во-первых, он тебе не так дорог, как Орголиус. А во-вторых, ты его избавишь от страданий. Подумай, как это больно, узнать, что твоя возлюбленная выбрала не тебя. Он считай уже живой мертвец, – парировал Кот.

– Ты не кот, а змея какая-то! Хотя нет, даже змеи, и те лучше тебя! Что ты за тварь такая? Любишь решать за других, да? Так вот, что я тебе скажу, никого я выбирать не буду. Все будут жить. И найдут своё счастье. И всё будет хорошо. Точка! А теперь проваливай с моего пути!

– Вообще-то, это ты завалилась в мои владения, сама и проваливай, – фыркнул Кот, вальяжно обходя меня, махнув хвостом возле моего лица.

– Ух, не зря тебя сослали на этот клочок земли. Ты где-то там всех видимо порядком задолбал. Неисправимый, так ещё и с каким-то больным взглядом на чужую любовь и женщин. Тебя выбрали или наоборот, не выбрали?

– Ты ещё здесь? – зевнул Кот, но интерес в глазах был горящий. В нём сидело то, что готово было выпрыгнуть наружу, только нужно лучше зацепить.

– Ты сам сказал, что отсюда нет выхода. Куда же мне деваться? Мир спасать я не могу, по твоей прихоти, – я развела руками в стороны, глядя на него с вызовом.

Кот молчал, усы его дергались, пушистые губы то и дело оголяли один клык. Будто нервное что-то, словно вырывался ответ, но он его тормозил. Наконец-то он взглянул на меня максимально медовым взглядом, но в глубине его глаз я видела другое. Это было похоже на боль, которую он тщательно глушил своим вредным характером.

– Ты выбрала себя. Почему? – спросил он.

– Потому что не могу иначе, – вздохнула я, – как можно выбрать чью-то смерть? Каждый из них мне по-своему дорог, пусть и кому-то моё сердце и душа принадлежит больше чем другому. Я люблю их. Не могу ответить тебе, потому что сама не знаю ответа. Но я никогда не выберу такую участь для Октября, хоть искренне признаю, что люблю Орголиуса. Лучше самой погибнуть, чем принять такую жертву. Никогда себя не прощу, – сказала как на духу.

И тут произошло что-то странное. Из глаз Кота покатились огромные слёзы. Морда его исказилась в страдании. Уши прижались к голове. Он заревел как ребёнок.

– Что с тобой? – не ожидав такой реакции, опешила я.

– Я понял, – навзрыд, проревел он, – почему она не выбрала никого.

– Кто? – изумлённо спросила я.

– Не важно. Благодарю тебя за честность и храброе сердце. Я помогу тебе. Как и обещал. Ты достойна уважения, светоч. Выражаю тебе моё почтение, – стирая слёзы с морды, поклонился Кот.

– Во дела, – прошептала я.

– А теперь, садись на меня! – скомандовал Кот.

– Эм-м, это обязательно?

– Я говорю, садись! Нам миры пересекать. Торопиться надо, пока не поздно! – сказал он.

– Хорошо, – забравшись к нему на спину, чувствовала себя странно, ведь мы были почти одного размера.

– Держись крепко! – воскликнул он, и его шерсть засияла белым цветом, а сам он начал увеличиваться в размерах. Ощущение было, что я уже не на Коте, а на динозавре сижу верхом.

Глава 36

Когти кота стали словно из стали, что с характерным звоном вынутого из ножен меча, выдвинулись из пушистых лап. Подняв свою огромную лапу, он очертил в пространстве круг, и оно раскроилось как материя, испуская яркие искры. Перед нами открылся портал, напоминающий зазеркалье, но это выглядело немного иначе. Каждая пара отражений в коридоре немного отличалась от предыдущей. Будто бы мир отражал сам себя, а следом за ним шла другая, немного видоизменённая локация, и так далее.

– Приготовься, будет не просто, – прорычал Кот, и сиганул внутрь открывшегося пространства, не дав мне опомниться.

Как только мы оказались по ту сторону, раздался страшный рокот, обещая нам неприятности. Это место было похоже на бушующий океан, где волны уходили в бесконечность пространства, огибая один единственный проход впереди. Перекаты низких звуков усиливались, то внезапно приближаясь, то отдаляясь, но я не видела их источника. Кот мчал по кипящим волнам к следующему проходу-отражению, как вдруг перед нами возникла огромная, чёрная трехглавая ворона. Она грозно каркнула, хлопнув крыльями, и хищно блеснула серебряными глазами.

– Как смеете вы пересекать завесу?! Прочь, если не ищете смерти!

– Уймись или не видишь кто перед тобой?! Зачем тебе три пары глаз дали? – грозно рявкнул кот.

Ворона как-то странно заклокотала, будто внутри неё заводится механизм. Глаза её вспыхнули красным цветом и она, устрашающе каркнув, ударила крыльями по воде. Под нами мгновенно образовалась воронка, что стремительно расширялась, обещая большие проблемы. Но Кот быстро среагировал, и не успела я моргнуть, как он сиганул вверх, пролетев над головами вороны.

– Никто не смеет пересекать завесу! – прогремела ворона, и я обернулась назад, увидев, что она разделяется на три части.

– Вот же дурная! Отвяжись! – выругался Кот, прорываясь сквозь разбушевавшийся космический океан к следующему проходу.

– Она разделилась на три части, – оповестила я Кота.

– А вот это плохо, – ответил он.

– Кто это и почему преследует нас? – вцепившись в шерсть Кота, держась чтобы не снесло, вопрошала я.

– Игрушка моей возлюбленной, – ответил Кот на бегу.

– Кто? – изумилась я.

– Страж порядка. И если мы не проскочим, то нас ждёт вечное забвение, – добавил Кот.

– Неужели нельзя было выбрать другой, более безопасный путь?

– Нет. Потому что он единственный отсюда. По крайней мере для меня! – ответил Кот, внезапно подпрыгнув, что я едва не слетела с него.

Две вороны выставив смертоносные когти, налетели на нас с двух сторон, едва мы успели увернуться, как вдруг сверху атаковала третья, вцепившись в морду Кота. Мне стало страшно от его рёва, который был наполнен болью.

– Отстать от него! Пошла вон! – в сердцах выпалила я, ударяя кулаком по её лапе.

Я понимала, что против этой вороны, я как муравей против слона, но ужас за кота и за себя, заставлял меня действовать. Кот взмахнул гигантской лапой и вцепился когтями в ворону, оторвав её от своей морды и повалив в бездну океана, пока та яростно хлопала крыльями, утопая. Но тут же налетели две другие вороны, яростно атакуя нас.

– Дурные создания! Мир вот-вот рухнет, а вы… – не успел он договорить, как одна из них вновь вцепилась в его морду когтями, а другая била крыльями по воде, вновь вызывая водоворот под нами.

– Отпусти его! Он мой проводник! Я светоч, мы идём за Кристаллами Вселенной! – воскликнула я, в надежде, что это сработает.

– Мне плевать кто ты! Никого не пропущу! Вас ждёт смерть за нарушение правил! – противным скрипом раздался голос вороны.

Кот боролся изо всех сил, пытаясь отцепить от себя чокнутую птицу, но тут из воды вынырнула третья ворона и тоже накинулась на нас. Они ранили его. Кот застонал и захрипел, они сжимали его голову своими страшными когтями. Чувствуя безысходность, я вспомнила три слова и недолго думая, произнесла их: Виль мьюр друнн!

– ВИЛЬ! МЬЮР! ДРУН! – что было сил, до звона в голове прокричала я, взывая к тому, кто может нас спасти.

– Мировой Змей, помоги нам, прошу! – меня трясло от наплыва эмоций.

Ворона, что хлопала крыльями, вдруг замерла, опустив свою любопытную голову глядя вниз в образовавшийся водоворот. Из его недр доносился необычайный гул, от которого у меня заёкало в груди. Это он. Он услышал меня!

– Мьёр даар гурн! – зычно раздался из недр голос Мирового змея, что означало, как я помню, «моя светлая посланница».

Ворона выставила свои когти над водоворотом и раскрыла клюв, чтобы каркнуть, но не успела. Змей вынырнул из недр и проглотил её в одно мгновение, не успела она ничего вякнуть. Вороны, атаковавшие Кота, в ужасе за свою подругу с криком вспорхнули вверх, но тоже не успели скрыться. Змей настиг их в мгновение ока, проглотил и нырнул в бушующий космический океан.

Кот ослаб, и просто бултыхался на волнах, практически без чувств, лишь слабо двигая веками. Я гладила его, теребила, пытаясь поднять морду, что тонула в воде. Я боялась, что он захлебнётся и погибнет.

– Кот! Очнись! Ну, давай же, милый, приди в себя! Прошу тебя, не сдавайся, – тормошила его, но он слабо реагировал на мои мольбы. Шерсть его уже не светилась, она померкла, что приводило меня в ещё больший ужас.

Взбесившийся океан захлёстывал нас волнами. В попытках растормошить Кота, я едва не упала в воду. Но, тут Мировой змей резко вынырнул из воды, и ударил по ней хвостом, что образовавшийся шторм мгновенно утих. Наступил полный штиль. Океан растянулся неподвижным зеркальным полотном, и змей внимательно посмотрел сначала на меня, а затем на Кота.

– Ему плохо. Помоги, прошу, – простонала я, волнуясь за жизнь Кота.

Змей приблизился к нам и, открыв пасть, подул светящимся ветром, который вихрем окружил нас. На моих глазах раны Кота затягивались, и он дёрнув ушами, распахнул глаза. Шерсть его вновь ярко засверкала.

– Благодарю, – промолвил Кот, увидев внимательный взгляд змея. Тот сверкнул глазами и величественно кивнул головой в ответ.

– Ла-а-горд мьёр даар гурн! – сказал Мировой змей, и растворился в пространстве.

– Он сказал: прощай, моя светлая посланница, – тихо сказал Кот. – Вы получается с ним друзья?

– Что-то вроде того, – прошептала я, неосознанно гладя мягкую шерсть Кота, искренне радуясь, что он жив.

– Ты боролась за меня… почему? – как-то странно спросил Кот.

– Дурацкий вопрос, не находишь? – опомнилась я.

– Действительно, – с улыбкой в голосе, молвил он, и двинулся вперёд к следующему проходу, в котором сиял теплый жёлтый свет.

– Что там? – настороженно спросила я.

– Огненная земля. Там второй кристалл.

– И что, мы просто придём и возьмём его или нужно к чему-то готовиться?

– Там и узнаем. Судя по твоим способностям, огонь тебе не враг. Проблем быть не должно.

– Как знать… – вздохнула я, во все глаза всматриваясь в приближающийся портал.

Кот пересёк его в один прыжок, и прохлада предыдущего места сменилась жарким дыханием нынешнего. Мы оказались на ярко-рыжем каменном плато, из которого местами били как фонтаны языки пламени. Небо здесь было цвета марганцовки, но светилось тысячами ярких огоньков. Я понимала, что это не звёзды. Особенно тогда, когда они начали сыпаться вниз, сначала красиво и плавно. Но затем это действо превратилось в дождь из огненных искр.

– Не бездействуй, иначе мы сгорим! – выпалил Кот, перескакивая с места на место, уворачиваясь от огня.

– Что делать?

– Приручи его! Ты же избранная пламенем!

Я в растерянности взглянула на свои руки и тут же обнаружила на пальце подаренное Мировым змеем кольцо, которое у меня отобрали. Серебристая змейка сверкнула глазками и, шевельнувшись, коснулась татуировок на руке.

– Вс-с-спомни, – шепнула она, и меня как током ударило. В сознании возник образ меня маленькой, что щёлкая пальцами, управляла огоньком на ладони.

Кот метался из стороны в сторону, пытаясь не обжечься, а я спрыгнула с него, надеясь, что мой план сработает.

– Ты куда?! – спросил Кот.

– Спрячься. Вернись к океану, – ответила я, выставив над собой руки глубоко дыша. Я надеялась, что сейчас пойму как мне усмирить огненную стихию.

– Нет уж, я останусь. Жаль, ведь мне нравился этот облик, – сказал он, и начал меняться на глазах, становясь золотым, как огромная статуя.

Моё восхищение его новым обликом мгновенно сменилось горячей вибрацией в груди. Мой кристалл пробудился, и меня словно магнитом начало тянуть вперёд. Тело послушно следовало внутреннему зову. Кончики пальцев начали покалывать, а за ними это ощущение перебросилось выше, и я увидела, что мои татуировки, символы и узоры, загорелись золотым свечением.

Я взмахнула руками, ощущая готовность взлететь, как это было с синим пламенем, но произошло другое. Искры повторили моё движение и раздвинулись в стороны, словно шторы, открыв перед нами безопасный проход. Кот выразил своё восхищение, но в следующий миг перед нами материализовались высокие огненные стражи. Они грозно выставили перед собой щиты, от которых исходило ослепляющее свечение.

– Проклятье! – рявкнул кот за спиной, – Эти ребята не рады нам.

Мы ничего не видели, ослеплённые ярким сиянием. Я закрыла лицо руками, ощущая, как сильно начали гореть мои веки. Дышать стало тяжело, будто в лёгких поселился огонь.

– Смерть заблудшим! Только избранным дозволен сей путь! – грозным хором раздались голоса стражников, к которым прибавились звуки металлических ударов, будто били молотами в небесной кузнице.

– Идиоты, она и есть избранная пламенем! – прорычал Кот.

– Пусть докажет! – точно раскат грома раздался ответ.

– Милая, докажи этим чурбана кто ты, пока я не ослеп, – простонал Кот.

Пока они говорили, я пыталась совладать с внутренними изменениями, что грозились вырваться из меня взрывом вулкана. Кровь в венах кипела точно лава. Моё тело менялось, сознание горело. Опустив руки, я стояла, прислушиваясь к шёпоту, что доносился сквозь гул ударов молота.

Покажи им светоч… покажи, кто ты… они должны знать, кто перед ними… один взгляд… открой глаза…

Затылок мой стал таким горячим, будто голова изнутри накаляется. Казалось, я не вынесу этого ощущения, но из невыносимой, мучительной боли, это превратилось в новое ощущение чистой энергии. Она гармонично двигалась во мне, больше не больно… это прекрасно… божественно…

Выпрямившись, я распахнула глаза, окинув взглядом огненных стражей. Мир вокруг вспыхнул превосходящим свечением, что шло из моих глаз. Свет от их щитов казался спичечным огоньком в сравнении с моим. Я видела всё в этом свете. В сознании стояла прочная уверенность, и я сделала шаг вперёд, как вдруг стражники преклонили колени, сложили щиты и, склонив головы, положили руки на грудь.

– Приказывайте, госпожа! – воскликнули они хором.

– Очуметь! – выпалил Кот, всматриваясь в моё лицо. – Твои глаза, это нечто!

И протянул свою лапу, выпустив серебристый коготь, что словно зеркало показывал мне отражение. Выразить то, что я в нём увидела, можно только так: из-под век моих бьёт солнце.

– А эти, красавцы, теперь в нашем распоряжении, – довольно молвил Кот, кивнув в сторону огненных стражников.

Он ждёт тебя… иди же… – раздался шёпот в сознании.

Ощутив прилив энергии, в груди с новой силой завибрировал кристалл. Я пошла вперёд.

– Ты куда? – изумился Кот.

– Он зовёт меня, – сказала я, слыша свой голос со стороны. Всё было так странно, я была в себе, но при этом наблюдала будто бы сверху за собой. Я видела всё и сразу, что происходит вокруг.

Впереди меня ждал каменный цветок. Он, словно бутон нераскрывшиеся розы вибрировал изнутри. По его тёмным лепесткам, будто по венам, волнами проходило красно-огненное свечение. Он был прекрасен. Он призывал меня коснуться.

Подняв руку, мои пальцы замерли в сантиметре от него. Кристалл в груди откликавшийся до этого, тоже будто затаился в ожидании. Я приложила руку к нему, и лепестки пришли в движение. Они раскрывались слой за слоем, рассыпаясь золотым свечением касаясь земли. В ожидании, натянутом как пружина, я следила за тем, как лепестков становится всё меньше. И, наконец-то, показалось то, что было так желанно.

Второй Кристалл Вселенной.

Он общался с первым кристаллом, что был во мне. Этот разговор был в образах, без слов. Это была непередаваемая палитра чувств, великолепной музыки души, невидимого, но ощутимого танца. Мне захотелось плакать от неописуемого счастья.

Завороженная его красотой, я прикоснулась до него кончиком пальца, и он вспыхнул в моём сознании безграничной любовью. Мне показалось, что я растворилась в нём, но всё было ровно наоборот. Он растворился во мне, соединившись с первым кристаллом в одно целое.

Невероятное чувство связи со всем живым, пронесло моё сознание в одно мгновение через время и пространство, через измерения и события. Я видела всё и сразу. Мне нужно было что-то найти.

Осколки третьего кристалла… я чувствовала их, и видела как в зеркальном калейдоскопе, разбросанные по разным уголкам Мрачных земель, других изменений, они поднялись из своих тайных мест и устремились ко мне. Это было так красиво, захватывающе и мощно, что вобрав их в себя, я упала на землю практически без чувств. Кристаллы исполняли танец под клавиши моей души, что звучала в эти мгновения особенно ярко.

Я видела себя со всех сторон, словно была кружащей птицей. И постепенно, я начала понимать, в чём дело, когда увидела Кота, что в ужасе раскрыв рот, бросился ко мне. Я смотрела на всё вокруг сквозь огонь. Я стала им.

***

Город Мира

Агрессивный сюрприз Нияна не оставлял шанса ничему живому. Видя, что чёрная пыль уже не просто расползается по залу, а пытается завладеть телами, проникнуть в суть существа, Гелиодор решился на отчаянный шаг. Он не мог рисковать жизнями братьев-месяцев, Великих матерей и уж тем более своей возлюбленной. Чёрная гадость стремилась захватить всё, к чему прикасалась. Она двигалась к Мировому Оку, а это значило, что попади она туда, то всё и везде обречено на погибель.

В руках Гелиодора был шанс всё исправить. Его трость с волшебным камнем. Нужно только разрушить его и выпустить силу, заточенную в него и запредельная дрянь рассеется, если, не уничтожив окончательно, то хотя бы даст фору во времени.

Время… она наотрез отказалась нарушать кон мироздания. Он умолял её, но всё тщетно. Сейчас ничего не изменить, слишком много ветвей затронуто, чтобы как-то исправить ход событий. Теперь всё зависит от каждого из них и никак иначе. Ярость и безысходность смешались в одно целое. Он не мог бездействовать дальше. Пусть так, он готов. Сжав в руках свою трость, он замахнулся…

– Даже не думай об этом! – резко перебила его помыслы Эйфирия, заметив странное поведение возлюбленного. Она легко считывала его настроение, и по оттенку могла определить ход мыслей. И то, что она ощутила, ужаснуло её.

Гелиодор взглянул на неё, мысленно прощаясь с ней. Прекрасные фиолетовые глаза Эйфирии расширились от ужаса. Но тут из Мирового Ока раздался могучий рокот, что всё невольно устремили туда свои взгляды, не зная каких сюрпризов ещё ожидать. Оно вспыхнуло разрядами молний, во вспышках которых испарялась чёрная пыль. В сердцах борющихся загорелась яркая надежда.

Каково было их удивление, когда из портала Мирового Ока материализовался Орголиус. Его чёрное облачение светилось серебряной россыпью звёзд. Глаза его горели неистовым холодным пламенем, при виде которого все напряглись. Его появление было понятно одному лишь Гелиодору, остальные же были настороже.

Без лишних слов, Орголиус активировал своей магией тюрьмы-ловушки, что мигом поглотили всю чёрную дрянь в тронном зале города Мира. Обессиленные защитники дворца стояли в замешательстве, ожидая дальнейшего развития событий. Они привыкли ждать от его визитов только разрушение и смерть, а тут…