Текст книги "Сердце подскажет (СИ)"

Автор книги: Кира Верго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Предательство. Я дура!

Не помню, как мои ноги шли. Не помню, как я оказалась в коридоре перед спальней. Сознание гудело. Будто тело вернулось, а я осталась где-то там… я даже плакать не могла. Это был шок.

Я села в кресло, тупо глядя на золотую монету, что лежала на моей ладони. Внутри было пусто.

– Что случилось? Разве ты не должна быть в саду со своим любимым Орголиусом? – раздался вопрос кота.

Я посмотрела на него, и не нашлась что ответить. Я сама не верила в то, что увидела.

Кажется, я только что начала дышать, а до этого не помню, дышала ли вообще. Картинка увиденного в саду, молнией била по мозгам, и только сейчас, какой-то хрип вырвался из онемевшего горла. Глаза кота становились всё больше от ожидания моего ответа.

– Лина?

А я лишь дёрнула плечами, не в силах сказать.

– Что случилось, скажи же?! – кот почти впал в истерику.

– Это был обман. Я дура, Гелиодор. Наивная дура, – всхлипнула я, и слёзы наконец-то нашли выход.

Кот ошарашено глазел на меня, пока я пыталась подобрать слова, чтобы описать ситуацию. Как вдруг где-то сбоку раздался странный звук, будто воздух электризуется. Звук разрядов тока. Вытерев рукавом слёзы, обменялась взглядом с Гелиодором, и прислушалась, всматриваясь в пространство, откуда исходил странный звук.

В воздухе, посреди спальни возникло свечение, разряды становились громче. Оно будто рвалось. Я вжалась в кресло, впившись пальцами в подлокотники, ожидая чего угодно.

– Се-Лина! – раздался радостный вопль, и в спальню из рваной материи ввалилась толпа морфоксов.

Они облепили меня своими пушистыми тельцами, что я не сразу осознала, что происходит. Они пищали на всех тонах. Их было так много, что не сосчитать. А когда мой взгляд упал на кота, то я увидела, что морфоксы уже тащат клетку с ним по воздуху.

– Се-камень! Ми спасатели! Се-Лина! – визжали они, являя на наше обозрение камень Гелиодора, который он потерял в коридоре миров.

– Ах, вы мои драгоценные! – радостно воскликнул кот, и морфоксы перегрызли клетку, освободив Гелиодора и вручив ему камень в лапы.

– Скоее, се-Лина! – подталкивали меня к электрическому порталу морфоксы. Они тянули меня за волосы, за ткань плаща.

Пара мгновений, и в комнате уже не было кота. В этом переполохе я не заметила, как произошло превращение Гелиодора в прежний вид. Но, он уже стоял у портала, подавая мне руку со словами: «Пришло время делать ещё один выбор».

Я в нерешительности смотрела на его руку, понимая, что шагнув за ним, назад пути не будет. Больно. Но, я делаю этот шаг.

Глава 15

Орголиус

Рядом с ней я теряю остатки контроля над собой. В прекрасные минуты, что она рядом со мной я остро ощущаю приближающуюся опасность. Обладая властью над третью измерения, должен понять дальнейший план действий. Всё изменилось. Как раньше уже не будет. Я не желаю притворять в жизнь задуманное до встречи с ней.

Но, надо мной нависают нерешённые вопросы. Всё, что я строил до этого момента, должно быть разрушено. Я решил, что должен изменить ход событий. Ради неё. Ради нового будущего, которое поселилось ярким видением в моём ожившим сердце.

Я только и занимался созданием тюрем для искр, но пришло время перечеркнуть этот путь. Они будут разрушены, живые искры будут отпущены на волю к своим обладателям. Больше мне они не нужны.

Я создал новое и прекрасное, и мне это понравилось. А ещё больше я получил удовольствия от её оценки моего творения. Этот сад – памятник зародившимся чувствам между нами. Она мой свет, мой огонь, моя жизнь.

Аделина. Свет во тьме.

Но, я должен сделать последние штрихи на пути к свободе от старых планов. Эта тень внезапно упала на моё счастье. Я стал ощущать волнение. Оно постоянно преследует меня и усиливается с каждым мгновением.

Я забылся, держа в объятьях свою душу. Светоч сводит мой когда-то холодный интеллект в умопомрачительное состояние.

И вот мелькнула тень. Сирин, взбалмошное, наглое создание. Она может всё испортить, и я должен с этим разобраться.

Отпуская Аделину, не решаюсь задерживаться. Я тону в её глазах. Мне нужно вернуть былой напор. Ухожу, не оглядываясь, чтобы решить последнее дело.

Птице-женщина встречает меня поклоном. Как прежде, её глаза горят неутомимым голодом. Это раздражает меня, ведь её хищная натура меня отталкивает. Она была исполнителем приказов, а теперь не нужна. Я хочу дать ей свободу, но с условием.

Она хитра и изворотлива. С ней будет непросто. Я мог бы её убить, но не вижу в этом смысла. Добавлять пятен в свою судьбу не желаю. Передо мной открылся новый, светлый путь, и с него я не намерен сходить.

Поднявшись с поклона, она пристально смотрит на меня. Её глаза сияют безумным блеском, её слегка потряхивает. И я понимаю, что стою перед ней, не скрыв лица.

– Зачем явилась? – игнорируя ситуацию, строго задаю вопрос.

– Не знаю с чего начать, мой повелитель. Я ошеломлена, – она обводит рукой сад и, возвращаясь взглядом ко мне, указывает на отсутствие капюшона.

Игнорирую её внимание, потому что внутри меня терзает желание сломать ею любопытную шею. Её взгляд меняется, становится хитрым. Я знаю её.

– О, мой повелитель, после того, как вы меня наказали, я очень горевала. Но, я верна вам до смерти. Страдая от изгнания, в одиночестве и с болью в сердце за несправедливость, я не отошла от своих убеждений. Я многое узнала. И принесла информацию, которая будет весьма полезна в дальнейшем, – то жалобно, то сладко лепетала она, взмахивая густыми чёрными ресницами.

– Говори, раз решилась нарушить мой покой.

– Братья-месяцы, всё двенадцать, живы и движутся сюда. Они настроены очень агрессивно, и готовы биться на смерть за девчонку, – с нескрываемым пренебрежением сказала она.

– Всё под контролем.

– Но, мой повелитель, я жду, когда мы приступим к делу, – приблизившись ко мне на шаг, как зачарованная сказала Сирин.

– Терпение. Она ещё не готова. Мне нужно время, – я говорил правду, которая известна только мне. Как мои слова воспримет птице-женщина, меня мало волновало. Одно только раздражало, что я посвящаю её в свои мысли. Мы говорили на разных языках, с разным пониманием ситуации.

– Я не могу больше ждать. Не хочу скрываться, Орголиус! Мы вместе достигнем такого величия, что никому и не снилось, – страстно выпалила Сирин и вонзилась в меня своими алыми губами.

Впервые за время своего существования я ощутил растерянность. Она так жадно вцепилась в меня, а я стоял словно каменное изваяние. Меня не трогали её чувства. Ничего не отзывалось на её ласку. Единственная в моём сердце – Аделина.

Отшвырнув от себя Сирин, ощутил прилив ярости. Её ядовитый поцелуй пробудил во мне желание разрушать. Она упала на цветочную поляну с ужасом глядя на меня сапфировым глазами. Её длинные тёмные волосы растрепались, задевая нежные лепестки цветов. Она была красива, но мне не по нутру. Чужая, холодная и расчетливая. Я смотрел, как её чёрная фигура выделяется на фоне этого светлого места. Она лишняя в этом саду.

– Как ты смеешь?! – сдерживая желание оторвать её голову, процедил я.

– Я люблю тебя, – отчаянно выдохнула она, и даже показались слёзы на её глазах. Но я знал, что такие как она не плачут. – Разве ты не видишь, Орголиус?! Я готова на всё ради тебя, а ты отталкивает меня! Это всё из-за девчонки?! Этот сад, твой вид. Она не достойна! Она должна умереть! – её голос набирал обороты, переходя на истерический визг, и я схватил её за шею. Поднял перед собой, едва ли сдерживая желание сжать пальцы и лишить её жизни.

– Больше ты мне не нужна. Убирайся, пока я добрый, – разомкнув пальцы, отпустил её. Она рухнула на землю, хватаясь за шею, глядя на меня как дикий зверь, отползая назад. Её человеческий облик начал постепенно таять, тело обрастало иссиня-чёрными перьями, вместо рук появились крылья, острые когти.

Напоследок она обернулась и окинула меня взглядом. Я видел в её глазах то, что нужно было раздавить сейчас. Месть. Она будет мстить. Но, я стоял и смотрел, как она подбирает осколки гордости, и спасается бегством.

Меня остановила мысль об Аделине. Я больше не хочу убивать. Я другой. Я обещал ей.

Оставшись в саду наедине с собой, почувствовал, как в груди, будто ледяной иглой укололи сердце. Какая-то странная тоска пронзила моё сознание. Что-то не так…

Плохое предчувствие подступило к горлу и сжало его удушающим комком.

Я поспешил во дворец. Открыл портал и промчался по всем залам, осматривая обстановку. Никаких предпосылок для волнения не было, но, чем ближе я подходил к покоям Аделины, тем сильнее становилась боль в груди.

Я терял силы. Я не летел. Я шёл. Медленно, из последних сил, поднимался в башню.

Страх овладел мной. Почему я это испытываю? Только бы…

Рука легла на дверную ручку, и сердце моё практически не билось. Оно ныло, словно скорбело.

– Аделина, – позвал я, надеясь, что она сейчас мне откроет, и все эти чувства лишь побочный эффект нашего слияния.

Но, в ответ тишина.

Страх, ледяным ветром сковал тело. Поборов себя, всё это внезапное бессилие, я силой мысли вышиб дверь и вошёл в спальню.

– Аделина… – какой-то чужой голос вырвался из моего горла, но я сам себя уже не слышал. В мыслях гремела гроза.

Её не было.

– Сезар!

– Да, повелитель! – мгновенно возник передо мной прислужник.

– Где она?! Почему её здесь нет?!

– Повелитель, я думал, она с вами, – испуганно ответил тот.

– Ищи! Немедленно! Всех поднять на поиски!

Прислужник исчез, а я остался один. Осмотрев все комнаты, я потерял контроль над собой. Крушил всё, что попадалось на пути. Я был таким живым, а теперь умираю. Я чувствую, что это конец, и мой свет меня покинул. Но, почему? За что?!

Я не чувствовал её вибраций. Их нет. Они исчезли так, будто их никогда и не было здесь.

За что ты так со мной любовь моя?!

– Повелитель! Её… нигде нет, – с ужасом в глазах сказал явившийся Сезар.

– Я так и знал, – схватившись за голову, еле вымолвил я, не понимая, что делать дальше.

– Повелитель…

– Пошёл вон! Иначе тебе не жить, – прогнал Сезара, понимая, что сейчас разорву его.

Монета. Она использовала её для побега. Этот проклятый кот, он подсказал ей как им воспользоваться.

При первой же возможности, она ушла. Значит, лгала?

Она сбежала! Бросила меня!

ОБМАНУЛА! БРОСИЛА!

В сознании бились эти слова, сводя меня с ума. Боль сводила меня с ума!

Я бился и метался, не слыша сам себя от горя, что истязало остатки жизни в теле.

Стоя перед последним целым зеркалом в ванной комнате, разорвал ткань на груди, желая избавиться от этого… мне больше не нужно ничего. Достав из кармана перчатку, надел на руку. Острые наконечники проткнут плоть с лёгкостью. И нечего жалеть. Я готов.

Тело не чувствует боли, но сердце как испуганная птица трепыхается в груди в последних попытках доказать свою надобность, пока остриё медленно направляется к нему.

Руки в серебре. Такая у меня кровь. Чёрный кафель пола тоже засеребрился. А сердце, почему-то выглядит как золотистый камень, что стремительно темнеет в моих руках.

– Так тебе и надо, – сказал я, приблизив остриё к сердцу.

– Повелитель, не надо! – воскликнул внезапно явившийся прислужник.

– Прочь! – взмахом руки вышвырнул его и захлопнул дверь.

– Повелитель, прошу вас! Это ошибка! – не унимался за дверью Сезар.

– Это ошибка, – прошептал я.

Уже потемневшее сердце слабо мерцало золотистым светом на ладони. Оно болело. Оно погибало. Так чего ждать. Я сам хозяин своей судьбы.

Холодная сталь плавно пронзила сердце.

– Я отпускаю тебя, Аделина, – прошептал я, ожидая смерти.

Но, боль не ушла. Всё стало только хуже.

Зеркало треснуло и разлетелось на миллиарды осколков, что жадно впивались в кожу. Яркая вспышка ослепила глаза. Жар ударил в лицо. Огонь охватил моё тело.

Нарушил клятву! – раздался грозный безликий голос.

Сгоришь в сомнениях… сгоришь в неведении… мы огонь… мы решаем… – зашептались отовсюду голоса.

– Хватит! Дайте мне умереть! – кричал им, но они имели другие планы.

Не ты решаешь… она… только она… – прошелестели голоса.

– Её выбор очевиден! – корчась от боли, хрипел я, пытаясь доказать своё право поставить точку этой истории. Но огонь был непреклонен. Он безжалостен и выполняет волю Всевидящей матери.

Сердце должно быть на своём месте, – прозвучал грозный безликий голос.

Пламя отпустило меня, и стояло напротив, будто ожидало моих действий.

– Зачем? – ощущая бессилие, прошептал я. – Зачем оно мне?

Пламя трансформировалось в пристальный взгляд. Глаза, которые прожигают каждую частичку существа. Они видят всё, что ты прятал даже от себя.

Мне было всё равно. Я не видел смысла. Пусть делает со мной, что хочешь, но это проклятое сердце не вернётся в моё тело.

Огненная рука направилась ко мне.

Прими его. Клятва священна, – схватив меня за руку, молвил огонь.

Оно поглощало мою волю, заставляя вернуть сердце в грудную клетку. Как больно! Я… не могу…

Но, пламя всё решило. Ткани срастались, запечатывая источник страданий внутри меня.

Клятва нерушима… помни это и… живи… – раздался шепот голосов со всех сторон, и осколки зеркала поднялись в воздух, собираясь в целостную гладь. Будто время повернулось вспять. Пламя исчезло в Зазеркалье, оставив меня в покое.

– Я проклят, – лёжа на полу, прошептал в тишину, пока неописуемая боль волной разливалась по каждой клетке моего существа.

Глава 16

Светоч

Мы вышли из портала морфоксов в Игмеральде. Пушистая братия радостно визжала, проскакав вперёд нас по сочной траве.

– Думаешь, здесь безопасно? – спросила Гелиодора.

– А мы здесь не задержимся, – подмигнул волшебник, поправив свой цилиндр на голове. Он явно был счастлив обрести прежнее тело.

– Орголиус будет меня искать. Нам нужно уходить отсюда, пока он не наведался в город. Хватит уже народу Игмеральда испытаний.

– Ты так и не сказала, что произошло, – внимательно глядя на меня, спросил Гелиодор.

– Это уже не важно, – отмахнулась я, чувствуя, как начинает трясти от этого вопроса.

– Дело твоё, дорогая. Но гляди, чтобы накал сердечный не испепелил душу. Иногда достаточно поделиться проблемой…

– Куда нам идти? – настойчиво перебила его речь, глядя в изумлённые глаза волшебника.

– К гномам. К Мировому Змею. Нам нужно найти второй кристалл раньше, чем его найдут Орголиус и Сирин, – ответил он, а меня едва не перекосило от последнего имени. И это не ускользнуло от внимательных глаз Гелиодора.

– Не найдут, – фыркнула я, и пошла вперёд.

Это теперь дело принципа. Найти кристаллы и… забыть это приключение, вернуться домой, в свой мир. Хватит с меня любви.

Шла вперёд, чуть ли не бежала, желая, чтобы Гелиодор не увидел моих слёз, что предательски выползали из глаз. Неудержимые струйки чистого отчаянья, предательства любимого… нет, не человека. Чудовища. Это же сколько нужно было выдумать, провернуть, чтобы я проверила, полюбила этого подонка. А говорил, что я его душа. Такая красивая ложь. Какая же я дура. И ведь поверила, и до сих пор хочется верить, но я понимаю, что это глупость.

– Дорогая, погоди! – сказал Гелиодор, нагнав меня. – Я едва угнался за тобой на своих двоих. Знаешь ли, не привык ещё после четырёх лап. Смена облика имеет свои побочные эффекты.

– Прости, не подумала.

– Ты готова? – спросил он, обеспокоено глядя на меня.

– Конечно, – изобразив настрой, дёрнула плечами и с вызовом посмотрела на него, – я уже знаю чего ожидать.

– Ладно, – с подозрением глядя на меня, Гелиодор дотронулся тростью до одного из кристаллов, что стояли по бокам золотых ворот, ведущих в Гномью гору.

Долго ждать не пришлось. Ворота плавно распахнулись, являя нам тот замечательный звуковой коридор, по которому навстречу к нам торопился рыжебородый Исгерфер.

– Друзья! – расставив в стороны сильные руки, воскликнул он, крепко обняв нас. – Как? Как вы оказались здесь, ведь тёмный похитил вас! А мы готовили легион. Да, мы собирались навестить его, чтобы вызволить вас, – ударяя себя кулаком в грудь, эмоционально делился с нами Исгерфер.

– Не здесь, – намекнул ему Гелиодор.

– О, да! Проходите скорее, – буквально затолкнув нас внутрь, король огненных гномов зорко выглянул наружу и запер ворота, наложив следом на них магическую печать.

– Мы сами не ожидали, что окажемся здесь. Плана не было. Всё произошло внезапно, – сказал Гелиодор.

– А, как ты вернул свой облик? – изумился Исгерфер.

– Это тоже часть неожиданного побега. Всё дело в морфоксах. Они помогли, – поправив усы, ответил Гелиодор.

– Эти ребята непредсказуемы. Никогда не знаешь, что от них ожидать. Они же не управляемые! Как вспомню, так вздрогну, как они пробрались к Мировому Змею, когда он спал. Их не прогнать. Ох, и потрепали же они тогда нас, й-е-е-х! Но, раз они спасли вас, теперь я их уважаю, – эмоционально выдал Исгерфер, потрясая густой рыжей бородой, положив массивную руку на сердце.

– Нужно вновь разбудить Змея. Необходима его помощь в поиске кристаллов. Тёмный бросится нас искать, и мы должны успеть добраться до кристалла раньше, чем нас схватят, – выдал Гелиодор, и камень на его трости ярко подмигнул.

Эйфирия. Она вновь пытается что-то сказать. Я внимательно посмотрела на Гелиодора, но тот лишь закрыл камень рукой.

– Помнишь наш последний разговор? – настойчиво напомнила я.

– Не сейчас, дорогая, – отмахнулся он.

– А если ты вновь потеряешь камень? – настаивала я.

– С чего такие мысли? – возмутился он.

– Отпусти её. Разве не этого ты хотел?

Гелиодор как-то странно посмотрел на меня. Погладил камень большим пальцем, и вздохнул.

– Не могу. Ещё не время. Это опасно, – покачал он головой в ответ.

– Ясно. Веди нас к Змею, Исгерфер. Хочется скорее выполнить своё предназначение!

Король гномов переглянулся с Гелиодором и, кивнув, пошёл вперёд. А я, на пределе клокочущих внутри эмоций, шла позади, пытаясь успокоиться, глубоко вдыхая и медленно выдыхая. С моим сердцем что-то не в порядке. Оно болит. Щемит.

– Что с ней? – еле слышно вопрошал у Гелиодора Исгерфер, косясь боковым зрением на меня.

Волшебник только сделал знак рукой, намекая, что сейчас не время для разговоров. Гном тяжело вздохнул и провёл нас в главный зал. Тут нас встретила Айталлири. Жрица распахнула свои объятья и звеня браслетами на руках, бросилась нас обнимать.

– Ты цела! Слава Всевидящей матери! А у меня для тебя есть отличная новость! – подмигнула она, важно выставив палец вверх. – Ты будешь рада, ведь парни твои на подходе к городу. Мне только что сообщили разведчики, что всё двенадцать молодцев, вот-вот войдут в Игмеральд! – жрица захлопала в ладоши, чуть ли не подпрыгивая на месте.

– Здорово. Но, как они сюда добрались? – ощущая внутреннее раздражение, и даже страх, под пристальным вниманием окружающих, вымолвила я.

– Ты не рада? – в голосе жрицы послышалось огорчение.

– Я? Рада, конечно! Ещё как! – пытаясь максимально выдавить из себя огоньки эмоций, но получилось тухло. Моё страдание трудно скрыть. Я не ожидала встречи с братьями-месяцами, по крайней мере не сейчас. Я хотела бы остаться одна, но это невозможно.

– Так что дождёмся их, а потом к Змею, – довольно потерев ладони, выдал Исгерфер.

– Вам не кажется, что события повторяются? – чуть не плача, еле держа себя в руках, вымолвила я.

– Иди сюда, дорогая, присядь, – обняв меня за плечи, Гелиодор посадил меня на диванчик и внимательно заглянул в глаза.

– Так, а мы сейчас займёмся подготовкой к встрече парней. И вы отдохните, – сказал Исгерфер, подмигнув жрице на дверь. Мы остались одни с Гелиодором.

– Я знаю, что ты испытываешь. Это честно. Это больно. Но ты сильная. Не бойся. Веди себя так, как велит сердце.

– Оно умирает, Гелиодор. Понимаешь? Я не готова посмотреть в глаза Октябрю, после всего, что было там… мне стыдно. Я не знаю, что мне делать. Я хочу спрятаться, – уткнувшись лбом в его плечо, дала волю слезам.

– Я всё понимаю. Ты не виновата. Сердцу не прикажешь, ведь его можно только слушать, – гладя меня по волосам, прошептал волшебник.

– Хочешь сказать, что я ничего не решаю? – всхлипнув, спросила его.

– Конечно, решаешь. Но, принесут ли эти решения то, чего ты искренне желаешь? Сердце не способно выполнять приказы, понимаешь? Оно не обманет, в отличие от разума. Последний может играть с тобой, но сердце никогда. Поэтому так больно, ведь ты знаешь правду, и от неё не убежать. Прими её, и станет легче, – сказал Гелиодор, ласково собрав мои слёзы с лица.

– Легко сказать.

– Посмотри, – он указал на свою ладонь, где лежали сверкающие камушки, точно бриллианты, – это плоды твоих страданий. Не каждая слеза имеет такие свойства. Я не знаю, что там у вас произошло, но это всё серьёзно. Перед твоими глазами подтверждение моим догадкам.

– Как это? – недоумевая, смотрела на его ладонь, ведь думала, что это он превратил мои слёзы в кристаллики.

– Это мы узнаем позже. И если я прав, то всё закончится хорошо.

– А если нет?

Гелиодор посмотрел куда-то вверх и вздохнул.

– Всё будет так, как должно быть. И эти слёзы тому подтверждение. Просто живи, дорогая. Не выдумывай того, чего нет. Призраки ума способны завести в такие лабиринты, из которых можно никогда не выйти. Твой единственный путеводитель – это сердце.

– Не так-то и легко его слушать. На словах всё красиво, а на деле провал за провалом. Там… в саду, я увидела… – слёзы вновь подступили, – там были они вместе. Он и Сирин. Они обсуждали свои планы, а затем, был поцелуй.

Каких сил мне стоило это рассказать! Гелиодор смотрел на меня в изумлении, в его глазах читались молнии эмоций. Его брови то сходились на переносице, то поднимались на лоб.

– Сирин, говоришь? – он сделал паузу, потёр рукой переносицу, а затем внимательно посмотрел мне в глаза. – Совпадение это или реальность, мы узнаем потом.

– Смеёшься? – истерический смешок вырвался из меня.

– Вовсе нет, дорогая. Всё очень серьёзно. Ваша клятва…

– А вот и я, с угощениями для моих дорогих друзей! – довольным голосом произнес Исгерфер, в сопровождении слуг, что несли угощения на подносах. – Простите, я не вовремя? Просто у вас такие лица… я подумал, что надо вам поесть, выпить, расслабиться.

– Всё хорошо, Исгерфер. Выпить и поесть не помешает, – сказала я, и король гномов просиял. Прислуга установила возле нас стол и начала раскладывать угощения на блюда, наполнять кубки напитками.

– А ведь парни не знают что вы здесь. Представляете, какой сюрприз будет! – он хлопнул в ладоши, мечтательно улыбаясь. Первый раз видела его таким.

– Выпей, – Гелиодор подал мне кубок с ароматным напитком, заметив, как затряслись мои руки. Он знал, что я боюсь встречи с Октябрём.

Что я ему скажу при встрече? Как смотреть ему в глаза после всех обещаний? Нас разлучили в момент выбора. Я же слушала сердце. Оно выбрало его. А теперь что? Оно выбрало другого. Затем разбилось. И вновь дрожит, ожидая встречи с тем, кому откликнулось впервые. Сердце гуляка. Набедокурило.

Я не знаю, что будет дальше. Правильно ли я поступила, что ушла? Эти мысли не давали мне покоя. Неужели всё было игрой? Сердце ноет от воспоминаний о тёплых моментах с Орголиусом. Я полюбила чудовище, предала сердечного друга, с которым меня ждёт неминуемая встреча. Влюбилась в похитителя. Как это объяснить им? Нужно ли объяснять?

Замолчи же ты! Перестань меня терзать! – кричала про себя в мыслях сердцу, что гулко колотилось в груди.

Руки мои дрожали так, что напиток едва не выплёскивался из кубка. Гелиодор обнял мои руки своими тёплыми ладонями. Он без слов всё понимал, это читалось в его глазах.

– Не говори им о том, что видел и слышал в плену. Прошу, не говори им о моей связи с Орголиусом, – умоляла шёпотом Гелиодора.

Он без слов кивнул, и крепче сжал мои дрожащие руки.