Текст книги "Сердце подскажет (СИ)"

Автор книги: Кира Верго

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)

Подавляя желание врезать или что-нибудь ответить ему поперёк, я упёрлась внимательным взглядом в девушек. Поправив свою косу, мельком взглянула на неё, запомнив оттенок ленты, чтобы не промахнуться с выбором. Я боялась, что та, которую ищу, уже не здесь. Ленты выглядели совершенно одинакового цвета в косе каждой из них, и моё сердце задрожало. Неужели она сгинула?

– Ты собираешься делать выбор или как? – раздражённо прозвучал голос Нияна за спиной.

Времени мало. Была не была, указываю сначала на первую девушку, затем на вторую и, затаив дыхание, пробегаю взглядом по косам, выбираю третью.

– Отлично! – хлопнул он в ладони, скомандовав остальным удалиться.

Девушки встали рядом со мной, а Ниян, подхватив меня за руку, резко притянул к себе, горячо прошептал: «Буду ждать тебя во всей красе. Не разочаруй».

После этого, он дал приказания прислужницам, и пританцовывающей походкой ушёл, скрывшись во мраке длинного коридора, идущего из этого зала.

Жди, жди… я тебя не разочарую. Ты пожалеешь, что связался со мной, – шептал мне внутренний голос, когда в моей голове созревал план, что как глоток свежего воздуха прояснил мысли и смыслы происходящего.

Глава 29

Мои прислужницы привели меня в новые покои, что распахнулись передо мной душной роскошью. Пол, стены и потолок, были расписаны золотом и украшены драгоценными камнями. Вся мебель в спальне была огромных размеров, будто здесь должен жить великан. Особенно огромной была кровать, перетянутая алым бархатом с золотым балдахином над ней. В спальне струился дымок, идущий от благовоний, что дурманил разум до тошноты.

– Ну и ну, – промолвила я, окинув взглядом комнату, сморщив нос.

– Это царские покои, госпожа, – тихонько прокомментировала моё негодование одна из прислужниц.

– Оно и видно. Никакого вкуса, – фыркнула я, зажав нос рукой, не в силах терпеть аромат удушающе тяжёлых благовоний, и попросила убрать их куда подальше отсюда. Прислужницы мигом выполнили мою просьбу, и распахнули окна, выгоняя дым прочь.

Я решила проверить все комнаты, поочерёдно распахивая в них двери. Тут было всё и даже больше: спальня, будуар, столовая, библиотека, купальная зона с бассейном, ванной и душевой, массажная комната и ещё несколько, непонятно для чего. Но, самое интересное, что всё здесь было предназначено для женщины.

– Я что-то не пойму. Вы сказали, что это царская спальня, но почему тут всё такое женское? – обратилась я к ожидающим приказаний прислужницам.

– Это покои одной из его любимиц. Он приходит к ним, когда желает слияния, – прозвучал ответ.

– Чего-чего? – прищурилась я.

– Слияния, – повторили прислужницы, кивнув на кровать.

– Вот оно что, – ощущая себя неловко, пробурчала я, почесав затылок, – а куда делась та самая любимица из этих покоев?

– Переведена на нижний этаж, – прозвучал ответ от прислужниц.

– А она не обиделась? Ну, что её выгнали. Разве здесь мало спален, что пришлось кого-то куда-то выгонять? – пожала плечами я, не зная как уже реагировать на весь маразм ситуации. Вот тебе и царство.

– Это вопрос без ответа. Но, сюда попадают только самые старательные и любимые невесты господина.

– Вот те на, старательные невесты, – фыркнула я, отвернувшись к окну, задумчиво глядя на открывшийся взору вид на искусственный сад, выточенный из чёрного камня и золота.

Надо же, куда меня занесло. А может, оно и к лучшему, ведь у меня созрел план. Если я не ошибаюсь в своих расчётах, то это мой билет на свободу отсюда.

Правда, мне страшно, если всё провалится. Даже не представляю себе последствий, но, разве есть варианты? Никто не идёт меня спасать. Слишком много времени прошло. Они либо забыли обо мне, либо считают погибшей. Я не знаю что думать, и не хочу ни на кого надеяться. Ни Октябрь, ни Орголиус не придут. Отчего-то стояла внутренняя уверенность в этом. Да и страшно их видеть, если честно, особенно Орголиуса. Его почему-то больнее представить в роли моего спасителя. А Октябрь, милый мой Октябрь, попросту не справится с Нияном. Братья-месяцы едва не погибли в схватке с Орголиусом, что тут говорить о битве с Нияном. Не хочу больше никаких жертв, хотя втайне мечтаю, что кто-то вытащит меня на волю, но… Поэтому, выбираться придется самостоятельно.

Если я правильно всё поняла, то мне нужно принять синее пламя, но не только это. Мой билет на свободу, это ключ, что Ниян получил от меня обманом. Моё слово-согласие. Мне нужно его забрать, и тогда, он ничего мне уже не сможет сделать. Что-то мне подсказывает, что та шестиглазая птица поможет мне, если я достану ключ-слово. Мама тоже сказала, что моя свобода – это синее пламя.

– Госпожа, – легонько коснувшись моего локтя, прошептала прислужница, оторвав меня от размышлений, – это я. Вы не ошиблись.

Девица смотрела на меня добрыми глазами, и у меня потеплело на душе. Значит, не сгинула она, ведь я так разволновалась.

– У меня послание для вас, госпожа. Но, сначала, займите нас делом, чтобы не вызывать подозрений, – шепнула она.

– Девчонки, давайте начнем подбирать платье на бал. Но, перед этим, я бы хотела послушать музыку, настроиться, так сказать. Есть тут возможность организовать подобное, м-м-м? – быстро организовалась я.

– Да, госпожа, – поклонилась одна из девиц, и вышла из комнаты.

– А как насчёт освежающих напитков? Компотик какой-нибудь тут у вас есть? Пить хочется.

– Да, госпожа, – поклонилась другая девушка, и тоже вышла из комнаты.

Мы остались наедине с той самой девицей.

– Так, быстро говори, не томи, – выпалила я в ожидании.

– Ваша матушка передала, что вы должны принять синее пламя, и не обращать внимания на его запугивания, – тихо-тихо ответила она, будто опасаясь, что нас услышат.

– Как передала? Ты видела мою маму? – прошептала я, глядя на неё во все глаза.

– Я оттуда, – она указала куда-то наверх, махнув рукой. – Я пришла сюда из-за вас, потому что обязана отплатить вам за спасение. Я помогу и сделаю всё, что вы прикажете, – прошептала она, многозначительно глядя на меня своими небесно-голубыми, искренними как у ребёнка глазами.

Значит, я права. Моё чутьё меня не подводит.

– Госпожа, – раздался голос вернувшейся прислужницы за спиной.

Я развернулась, и увидела в её руках струнный инструмент, наподобие маленькой арфы. За ней возникла другая прислужница, держащая в руках изящный серебристый кувшин. Обе они смотрели на меня в ожидании.

– Отлично, девочки. Начнём, – плюхнувшись в громадное кресло, хлопнула я в ладоши, – давайте посмотрим наряды, послушаем музыку и освежимся напитками. В моей голове мысли складывались в логические цепочки точно продуманного плана, и это радовало. Это было лучше ощущения растерянности, в котором я прожила последние дни.

Девушки в недоумении взглянули на меня, но исполнили приказ. Первая поднесла мне бокал с ароматным напитком, а другая заиграла на музыкальном инструменте. Третья, которая моя, распахнула высоченный шкаф с золочёными рамами, и начала вынимать оттуда наряды на вешалку.

– А вы чего не пьёте? – сделав глоток, окинула взглядом их.

– Нам не положено, – ответили они хором.

– Ну, вот ещё. Это вкусно. Пейте со мной, – подняв бокал, скомандовала я, и девушки боязливо переглянулись, но всё же налили себе напитка. Они так трепетно держали кубки двумя руками, перед тем, как отпить, будто это их первая и последняя возможность. После первого глотка, лица их озарились улыбками. Они стеснительно прикрывали рот, пытаясь скрыть радость.

– Только не говорите, что вы тут святым духом питаетесь, – глядя на их реакцию, сказала я.

– Так и есть, госпожа. Вы первая, кто позволил нам вкусить пищу. Это много значит для нас. Потому что есть и пить здесь, имеют право только знатные особы. Мы же, обычная прислуга и живём за счёт собственных энергий, что захватили из прошлого мира живых, – прозвучал ответ.

– А имена у вас есть? – допивая свой искрящийся напиток, спросила я, и вновь столкнулась с недоумением на лицах девиц.

– Есть, но какое они имеют здесь значение? – пожали плечами девушки.

– Моё имя – Марья, – ласково ответила моя прислужница, и другие девушки, поджав губы, опустили свои глаза.

Такая реакция меня насторожила. Поднявшись с кресла, я поставила опустошенный кубок на столик и подошла к одной из них.

– Не бойся сказать. У каждого должно быть имя, – сказала я, и девушка подняла на меня печальные глаза. Такая мука в них стояла, что у меня сердце сжалось.

– Я не помню своего имени, – вздохнула она.

– А ты? – обратилась я к другой, что играла музыку. Но, она отрицательно покачала головой.

– Госпожа, позвольте нам продолжать работать без имени, – тихо молвила девушка с кувшином, быстро смахнув слезу со щеки.

– Хорошо, но как мне к вам обращаться? Вот Марью, я могу позвать, а с вами как быть? – задумчиво сказала я.

– Госпожа, вы можете дать нам имена, – с загоревшимся взглядом, сказала девушка с кувшином, и переглянулась с другой прислужницей. Та закивала головой в ответ, заиграв более веселую музыку на струнах.

– Имя здесь непозволительная роскошь. Мы здесь служим за земные проступки своих предков, которых пытаемся спасти, облегчить их переход. Мы не хотим без них уходить. Но, прошло так много времени, что мы не помним ничего, кроме цели, ради которой пошли на это. Но, если вы дадите нам имена, мы будем счастливы, – сказала девушка с музыкальным инструментом в руках.

Глядя на них, я задумалась. Эти девушки были хоть и похожи друг на друга, но в глазах каждой жила чистая, неповторимая душа. Взгляды их были полны надежд, и мне пришла мысль о героинях книг, которые мне полюбились в детстве. Александра из «Сибирочки» и Лиза из «Лизочкиного счастья». Обе героини были светлыми, белокурыми девочками с искренней душой. Очень похожи на них были мои прислужницы.

– Как вам такие имена, как Александра и Лиза? – спросила я с надеждой, и рассказала, почему выбрала такие имена.

Девушки пришли в восторг до слёз от рассказа о героинях книг, что носили эти имена и осыпали меня благодарностями. Девушка с кувшином выбрала себе имя Александра, а вторая Лизу. Они как-то незримо, но всё же уловимо преобразились после этого. И мне тоже стало хорошо, что я кому-то причинила добро, и хотя бы ненадолго оттолкнулась от тяжких мыслей. Да, я пыталась заткнуть шипящий за спиной страх, и не поддаваться ему ни под каким соусом. Но, помимо страха, был ещё и другой камень, что тяготил моё сердце, но я упорно старалась его игнорировать. И этот груз я прятала глубоко в себе, чтобы не пасть духом. Призрачная любовь моя, бродила как чёрный кот в чёрной-пречёрной комнате. Но, я знала, что он там не один. Поэтому, старалась не замечать этих призраков, что больно царапали сердце и душу.

– Госпожа, мы вам так благодарны! Вы единственная, кто проявил к нам столько доброты! – внезапно кинулись к моим ногам девушки, что я опешила.

– Александра и Лиза, поднимитесь сейчас же, – выдохнула я, присев на корточки, оказавшись с изумлёнными лицами девушек наравне.

– О, милая госпожа, скажите, чем мы можем отплатить вам за такое великодушие? – слёзно вопрошали они.

– Ничего не нужно, – замотала головой я, – просто закончите то, зачем вы сюда явились. Я рада, что принесла сюда хоть капельку счастья. Поэтому, давайте вернёмся к делу, которое мне тоже предстоит пережить. Я хочу выйти из предстоящих испытаний если не победительницей, то хотя бы с достоинством, – вздохнула я, покосившись на огромную кровать. Мысли о том, что мне предстоит провернуть с Нияном, шли морозом по коже.

– Да, госпожа. Как прикажете, – закивали девушки, пока Марья пристально наблюдала за ними у раскрытого шкафа.

Я посмотрела на неё, и она одобрительно кивнула. Я поняла без слов, что эти девушки нас не предадут.

Дальнейшая подготовка к предстоящему балу закипела. Мы выбирали самое лучшее платье, которое должно было свести с ума искушённого царя Пекла. Но, оно не должно было быть вызывающим, и ни в коем случае скучным. И после долгих примерок, такое нашлось. Идеальное во всех отношениях. Тонкое, нежное, соблазнительное, но при этом благородное и оставляющее пищу для ума. Лёгкое как воздух, заманчивое и загадочное. Оно подчеркивало все достоинства фигуры, струясь по изгибам, навевая фантазии. Белая, плавно переливающаяся серебром ткань, подчёркивала чистоту образа. Платье имело высокие разрезы до бёдер, но их скрывала лёгкая, словно дымка, верхняя вуаль. Все мои прелести фигуры были одновременно на виду, и в то же время нет. Это платье-игра, будоражащее фантазию, мёд для глаз.

Я сама, глядя на себя была удивлена тому, что видела. Это было эффектно и сексуально, но без перебора.

– Госпожа, вы настоящий ангел, – восторженно произнесла Александра.

– Поистине сказочная невеста, – выдохнула Лиза.

– Он рухнет со своего трона при виде вас, госпожа, – улыбнулась Марья.

– Да… надеюсь, рухнет вниз головой, и тогда мне не придется… – задумчиво сказала я, замолчав на полуслове, глядя на своё отражение.

Глаза прислужниц расширились от ожидания моих слов, но я поджала губы, и развернулась прочь от зеркала. Девушки окружили меня, сочувственно глядя и шепча о том, что всё будет хорошо. Но, какое там хорошо?! У меня из-за приближения часа икс, начали сдавать нервы. Ещё недавно, мой план мне казался идеальным, но чем ближе подходило время, тем более жутко становилось.

Я не смогу. А если не смогу, то пропаду. Если хоть где-то промахнусь, мне конец. Но, я должна это сделать.

Где же вы, мои спасители? Забыли обо мне? Ведь скоро я достанусь надменному царю Пекла, если мой план не сработает. Где же ты, мой любимый, по которому плачет душа? Неужели не чувствуешь, как сильно она зовёт и кричит о тебе, хоть и молчат мои губы? Мы же связаны, но ты не слышишь… глупая я, надеюсь на того, кто жестоко обманул, использовал. Все его слова были ложью, а я до сих пор страдаю и чего-то жду.

– Госпожа, позвольте заняться вашими волосами, – тихо обратились ко мне девицы, ласково взяв меня за руки.

Я молча кивнула головой, не в силах говорить из-за кома в горле. Я думала о нём, о том, кого никогда не смогу забыть. Но, он предпочёл мне другую. Зачем же жду, надеюсь, что он ворвётся в Пекельное царство, чтобы вырвать меня из лап Нияна? Потому что я глупая девушка с Земли. Он не придёт, потому что завладел моей душой для неё. Он обманул меня. Зачем же думаешь о нём, зачем?!

Руки мои сжимали подлокотники кресла, в которое меня усадили прислужницы. Мне хотелось выть в голос, как зверь от боли, что рвалась наружу из глубины, которую я пыталась заглушить. Но тщетно, слёзы покатились по щекам.

Почему он, а не Октябрь? Теперь я отчётливо ответила себе вопросом на вопрос. И это было больно, потому что Октябрь заслуживал моей любви. Он не предал меня. Это я предательница, и за это теперь расплачиваюсь, ожидая предателя, без которого хочется умереть. Я должна любить Октября, и люблю его, но не его жду, не его… теперь я поняла. Сейчас, когда меня ждёт неизвестность, я осознала, кого зовёт моя душа. Её отчётливый вой, оглушал меня, заставляя открыто рыдать, не в силах больше сдерживать истину рвущуюся наружу. Она рвала на части мой внутренний мир, громко вереща о расплате. Предала одного, будешь предана другим, чтобы обмануть третьего.

Из моей груди вырвался сдавленный, горький смех.

– Оставьте мои волосы в покое. Пусть будут распущены, – сказала я, грубо стерев ладонями слёзы с щёк.

– Но, госпожа, – промолвила прислужница, но увидев моё лицо, сразу же замолчала.

– Платья будет достаточно. Ему нужно моё тело, а не волосы. Пусть хоть что-то останется таким, какое есть! – воскликнула я.

– Госпожа, вам нельзя в таком состоянии на бал, – тихо промолвила Лиза.

– А мне плевать. Это всё игра! Какой смысл, если он не придёт, если он обманул меня!

– Кто, госпожа? Вы говорите о хозяине? – испуганно спросила Марья.

– Ха-ха, да сдался мне ваш хозяин! – горько вырвалось из груди, – Не придёт тот, кого я… кого я… так сильно… жду, – едва не задыхаясь от слёз, выдохнула я.

– Миленькая, вы наша драгоценная, хорошая госпожа, – бросились обнимать и жалеть меня девицы, – скажите нам, что мы можем сделать для вас, чтобы вы не плакали, не страдали так горько.

– Вы не можете, – покачала головой я, пытаясь вернуть себе контроль над разбушевавшимися эмоциями, что взбесили сердце и душу.

– Госпожа, миленькая, давайте мы вам поможем, скоро бал, а ваше лицо, оно опухает от слёз. И глаза грустные, – уговаривали меня прислужницы.

– Плевать. Мне всё равно. Делайте что хотите, – безразлично отмахнулась я, и откинулась в кресло.

Прислужницы переглянулись между собой, и о чем-то зашептались, чем всё же привлекли моё внимание.

– Что вы задумали? – спросила я, и они хитро посмотрели на меня.

– У нас есть идея, как вам помочь преодолеть тяжкое состояние, но не знаем, одобрите ли вы это, – ответила Марья.

– Валяйте, то есть, я вся во внимании, – заинтересовавшись, глядела на них.

– В общем, есть одно средство, но его в основном используем только мы. Оно для того, чтобы не сойти с ума, пока мы прислуживаем наложницам хозяина. А они очень противные, не каждый выдержит. Мы используем звёздную пыль, которая оседает на лунных цветах. Это хорошее средство, поверьте. Вам станет легче, если вы этого хотите, – спешно рассказали мне прислужницы, в ожидании уставившись на меня.

– Средство… – задумчиво произнесла я, глядя на них, понимая, к чему они клонят, – давайте, только не переборщите, чтобы я не забыла своё имя.

– Не забудете, – прошептала Марья, и достав из кармана платья маленький флакон со светящейся пылью, высыпала себе на ладонь и дунула на неё, что я не успела ничего сказать, как эта пыль, сверкая, полетела в моё лицо.

И начало происходить странное дело, ведь и вправду, я ощутила, что мне всё равно. Боль, что сковывала сердце, внезапно отступила. Возникло какое-то странное чувство, замещающее все эмоции в груди, что резали до этого сердце. Из пустоты, возникло нечто, что заставило меня ощутить прилив энергии, странной и необъяснимой радости, лёгкости и чего-то коварного, обещающего приключений.

Увидев своё отражение в огромном зеркале, удивилась тому довольному взгляду, что выражали мои глаза. Будто это и не я была. Моё лицо мгновенно преобразилось. С него стёрлись следы слёз и страданий. Глаза блестели огнём жизни.

– Что со мной? Как это? – удивилась я, дотронувшись рукой к груди, будто пыталась нащупать ту боль, что недавно сковывала сердце.

– У всех свои секреты, госпожа, – подмигнула Марья, переглянувшись с прислужницами.

– Вы слышите? – промолвила Александра.

– Что? – спросила я, любуясь своим отражением. Мне оно действительно нравилось сейчас.

– Кажется, пора, – ответила она.

– Ох, да мы забылись совсем! Пора, – воскликнула Лиза.

– Уже? – замерла я, но не ощущала привычного страха.

– Да, госпожа, пора. Бал начался. Мы должны вас провести, – решительно ответила Марья.

Глава 30

Бал. В объятьях морока

Звёздная пыль работала. Моё состояние было бодрым и полным решимости исполнить свой план. В какой-то момент, шагая по празднично украшенному коридору, я заметила, что на меня смотрят. Пристально так смотрят, что по спине пробежал неприятный холодок. Остановившись, присмотрелась, и заметила тёмную женскую фигуру, за золотой, кованой решёткой в стене коридора. Как только наши взгляды встретились, она гневно сверкнула глазами и скрылась.

Проклятье… этот взгляд я ни с кем не спутаю. Ворона общипанная, чтоб её, Сирин!

Что она тут делает?

Меня охватила такая палитра гнева, что не описать словами. Сразу вспомнилась картина в саду, которая без ножа резала сердце.

– Госпожа, всё в порядке? – взволнованно прозвучал голос прислужницы.

– Да, – ответила я, мысленно принимая вызов. Раз уж она здесь, то ей должно понравиться шоу, которое я приготовила. Помнится, она сохла по Нияну. Пора потеребить старые раны.

Да, я хотела отомстить. Я понимала, что это плохой путь, но перед глазами до сих пор стоит их поцелуй!

Ох… пытаюсь глубоко дышать, чтобы взять себя в руки. Воспоминания нахлынули водопадом, но мой огонь ему не погасить. Это огонь возмездия.

Она не скрывала своих намерений с первой встречи, и я не буду. Бывших влюбленных не бывает, а это значит, что залётную птицу сегодня ждёт неприятное зрелище.

А может, ну его? Я здесь не для того, чтобы разлагаться от ревности. Хватит уже. Чаша испита, это его выбор, – говорил внутренний голос.

Но где-то из угла сознания доносился тихий, горький шёпот, посылающий образы того злополучного дня в саду. И плевать он хотел на мои установки, поливая обжигающей болью сердце, что сжималось и замирало в груди.

Кто прав? Кто виноват? Почему любовь так безрассудна?

– Госпожа? Вы в порядке? – разбудил меня голос прислужницы. Настолько я ушла в себя, что не заметила, как мы прошли весь коридор, и упёрлись в широкие, высокие алмазные двери с чёрными, расписанными золотом колонами по бокам.

– В полном, – выдохнула я, готовая надеть на себя маску новой роли ради свершения задуманного плана.

Двери распахнули два исполинских размеров стражника, облаченных во всё чёрное. Они выглядели, так же как и те, что стояли на ступенях перед входом во дворец.

Яркие всполохи огней ослепили глаза. Заиграла торжественная музыка, духовые инструменты гудели так, будто сейчас под ногами должна развернуться земля и оттуда вылезет сам дьявол по мою душу. Но, к счастью или на беду, тот самый дьявол стоял во всей красе в центре пышного зала, сияя улыбкой и новой короной.

– А вот и ты, моя ненаглядная! – воскликнул он, хищно окинув меня взглядом.

Мы с прислужницами остановились, ожидая, что будет дальше. Ниян щёлкнул пальцами, и в мгновение ока оказался передо мной.

– Брысь, – шикнул он на прислужниц, и те рассеялись.

– Что ты? – хотела возмутиться я, но он меня опередил.

– Ш-ш-ш, моя ненаглядная. Они целы, если ты об этом, – он провёл рукой по моей щеке, плавно спускаясь пальцами к губам.

Хотелось взять, и укусить, но я сдержалась и, собравшись с мыслями, сделала самый кроткий вид, на который была способна. Взгляд Пекельного царя вспыхнул восхищением, что я буквально ощутила эту волну обжигающего жара. Он неотрывно рассматривал меня сначала с нескрываемым вожделением, будто хотел съесть. А затем его зрачки сузились, проявляя недоверчивый интерес.

– Вижу, ты постаралась для меня, и я доволен, – дотронувшись до моих волос, сверкнул глазами он, плавно обходя меня за спиной.

Оказавшись по другую сторону, он обвил мою талию рукой, и уже оказался вновь впереди. Его зрачки ещё сильнее сузились, образовав две тонкие полоски, как у змеи, и хищно приблизился к лицу. Мне стало жутко от его взгляда, что казалось, он видит меня насквозь. Он наклонился к моему уху и прошептал:

– Что ты задумала, моя драгоценная?

– Стать твоей женой, – без капли дрожи, вымолвила я так, как сама не ожидала.

Да и он, видимо, не ожидал такого ответа. Ниян резко отстранился, внимательно всматриваясь в меня. Время будто застыло, музыка затихла. Это были страшные мгновения, которые стирали опору под ногами. Он не верил мне.

– Почему? – внезапно раздался его вопрос, и будто толкнул моё замершее сердце.

– Я приняла такое решение. Лучше быть рядом с тобой и разделить власть, чем страдать и быть использованной. Сам подумай, ты обладаешь властью, я силой, ты красив, умён, я тоже. Мне не нужны пустые обещания, мне нужен сильный мужчина рядом. Я была слишком доброй, и что получила? Страдания. Больше я не намерена прожигать свою жизненную силу впустую. Мне видится, что из всех мужчин на моём пути, ты самый достойный, хоть и жестокий. Но, в этом есть свои плюсы. Ты не бросаешь слов на ветер, – при каждом моём слове, глаза Нияна вспыхивали, он был самодоволен и впитывал каждую фразу.

– Это не мужчины, а мальчишки, – фыркнул он, – что они могут тебе дать? Вот я, могу! – он обвёл рукой зал.

– Я готова быть рядом с тобой, но ты должен быть бережен со мной. Это главное условие, – выставив указательный палец вперёд, сказала я.

– Ты моё главное сокровище, – выпалил он, сделав шаг вперёд.

– Второе условие, я должна быть единственной, – выставив второй палец.

Ниян хотел было сделать шаг, но вдруг замер, а затем рассмеялся грудным смехом на весь зал, что резко наполнился гробовым молчанием присутствующих.

– Если я стану твоей женой, то не потерплю никаких гаремов и соперниц. Ты должен быть только моим, – гордо выпятив подбородок, пристально смотрела на него.

Ох, как же трудно ему было согласиться с этим условием. Без особого труда была видна его борьба с самим собой. Его ломало от этой мысли.

– Я могу создать тебе личный мужской гарем, – подмигнул он, ухмыльнувшись.

– Нет, – твёрдо ответила я, – только я и ты. Никаких гаремов. Ты хочешь получить моё согласие? Тогда распускай свой гарем!

Ох, как же яростно вспыхнули его глаза. Не понравилось ему моё условие, ой, как не понравилось.

– Хорошо, – процедил он с ехидной улыбкой и щёлкнул пальцами, после чего по залу пронесся гулкий женский вздох.

– И третье, первая ночь на моих условиях…

– Хватит условий, моя ненаглядная! – воскликнул Ниян, не дав мне договорить, он в два шага оказался передо мной, жадно впиваясь в меня глазами. – Я не мальчик, чтобы играть со мной в условия. Я царь! Я владыка нижнего мира! Я бог! Лучшего ты не найдешь! Я дам тебе власть, рядом со мной ты познаешь всю глубину удовольствия, всё грани блаженства, – горячо шептал он мне в ухо, отчего у меня начали немного сдавать нервы, проявляясь дрожью в теле. Я начала терять контроль над ситуацией.

– Посмотри мне в глаза и скажи, что не причинишь мне зла, – прошептала я в его ухо.

Он видимо не ожидал, и немного отстранился. Облик его был переменчив и напоминал змея, который хотел съесть зайчонка.

– Обещаю, – его губы растянулись в улыбке, и он взял меня за руку, и резко притянул к себе, обняв другой рукой за талию, плотно прижал к себе.

Огни на высоких колонах ярко вспыхнули, страстная музыка разлилась по залу, и он закружил меня в танце. Я чувствовала каждое его движение. Тело Нияна более чем материально. Его желание было очевидным, и его трудно было не заметить. Он так прижимал меня к себе, не скрывая звериного вожделения, которое меня пугало.

Воздух стал каким-то густым. Он обволакивал меня, и в танце мы плыли, словно через кисель времени. Все образы начали размазываться перед глазами. Моё тело, онемев от такого напора, было в его власти. Свечение вспыхивающих огней туманило зрение. Это всё напоминало лихорадочный сон. Мне дурно.

Пытаясь сфокусироваться на лице Нияна, у меня начались галлюцинации. Оно превращалось то в лицо Октября, то в лицо Орголиуса. Моё сердце замирало и ускорялось, внутри что-то накалялось. Образ дорогих сердцу мужчин не переставал проявляться, и я теряла нить реальности.

– Ты станешь моей навечно, – прошептал он, жадно впившись в мои губы, и резкая вспышка в глазах, ударила по сознанию.

Казалось, он желал выпить мою душу через этот поцелуй… поцелуй смерти, который отрезвил меня до нельзя. Но, сразу после этого он отстранился, и огни в зале внезапно погасли, оставив меня в кромешной тьме.

– Что происходит? – промолвила я, не двигаясь с места.

Послышались шаги, что эхом разлетались по залу. И потихоньку начали возникать светящиеся пушинки, озаряя тьму. Их становилось больше. Они спускались с высокого свода потолка. Шаги принадлежали Нияну, который что-то нес в своих руках, приближаясь ко мне. Рядом со мной что-то зашипело, а затем коснулось ноги, скользнув по ней, словно холодная цепочка, что я невольно вздрогнула, осматриваясь. И к моему ужасу, обнаружила, что чёрный каменный пол кишит золотистыми змеями, которые выстраиваются в странный узор вокруг меня.

– Моя невеста, – властно обратился ко мне Ниян, выставив вперёд металлическую корону, украшенную чёрным камнем, похожую на его, – нарекаю тебя моею женой, царицею Пекельного мира!

Змеи шумно зашипели в унисон с его голосом, повторяя его слова и Ниян надел корону мне на голову. Это была очень тяжёлая корона, словно из свинца. Как из-под земли, возле нас возникла высокая тёмная фигура в глубоком капюшоне, что держала в руках два металлических кубка украшенных драгоценными камнями.

Сердце ёкнуло при виде этой фигуры, на мгновение, заставив поверить, что это он… но, это был не он. Моё сознание упорно играло со мной в злые игры, доставляя мучения. Как вдруг, за спиной Нияна, я увидела светящиеся глаза в толпе присутствующих. Это она. Смотрит. Взгляд испепеляющий, эмоции через край, словно молнии, летят в нас.

Хоть что-то из этого не зря… смотри курица, смотри и страдай, как я в том проклятом саду.

– Выпьем за наш союз, любовь моя, – вручив мне кубок в руки, сказал Ниян, – до дна!

– До дна, – автоматически повторила его слова и прильнула губами к кубку, ощущая, как захлопываются двери прошлого за спиной, блокируя отступление.

Теперь только вперёд.

Закрыв глаза, осушила кубок, что наполняла вязкая ароматная жидкость, напоминавшая вино. Плавно распахнув глаза, ощутила, что моё тело стало каким-то неестественно лёгким. Сознание начало затуманиваться, чего я очень старалась избежать, то и дело, пытаясь фокусироваться на лицах и предметах, которые начали плыть словно волны.

– Моя ненаглядная жена, – вкрадчиво произнёс Ниян, запустив свои руки мне в волосы, спускаясь по шее, затем по спине… его дыхание опаляло кожу, где он касался губами.

Это всё должно быть не так. Не так!

– Что-то мне не хорошо, – выдохнула я от накатившей дурноты, пытаясь найти опору, схватилась за его плечи, – мне нужно на воздух.

Перед глазами на мгновение возникла чёткость, в виде белого как фарфор, лица Нияна. Я автоматически схватилась рукой за давящую на голову корону, и одним движением сняла её, ощутив моментальное облегчение. Глаза Нияна вспыхнули недовольством и он, подхватил меня на руки, когда я начала сползать вниз.

– Рано ещё терять сознание, моя ненаглядная. Я хочу видеть твои глаза при слиянии, – прошептал он, и только ощутила, как мои волосы взмыли в воздух, как мы оказались в спальне.

Он уложил меня на кровать, нависнув надо мной, и внимательно всматриваясь в лицо. А у меня перед глазами всё троилось и мерцало.

– Я чувствую аромат твоей невинности. Он так сладок, – промолвил он, и со сдавленным рычанием отстранился от меня.

На этой фразе меня словно под холодный душ поставили. Стекло затуманенного разума разбила кувалда осознания надвигающегося события. Ниян отошёл к креслу, и сев в него, достал жемчужину. Ту самую, что таила в себе синее пламя. Он крутил её в руках, пристально рассматривая.

– Очнис-с-сь, светлая дева. Борис-с-сь. Собери все силы и иди к воде, чтобы снять морок. Сделай три глотка и произнеси: мар амарра астериум, – еле слышно раздалось шипение возле уха.