Текст книги "Сердце подскажет (СИ)"
Автор книги: Кира Верго
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)
Глава 21
Светоч
Меня несло неведомо что и куда. Я летела спиной назад, не видя, что там впереди. Зато обездвижено наблюдала за собирающимися осколками, что запечатывали путь в зал гномов. Меня уносило от этого места, пока оно не превратилось в точку, а затем и вовсе исчезло.
Вокруг было темно. Эта тьма как густой дым, обволакивала всё вокруг. А затем, откуда-то появились проблески тёплого света. Поначалу он был слабый, мягко играя на волнах тёмного тумана. Но чем дальше я плыла, словно по течению, тем ярче он становился.
И как я не пыталась вернуть себе контроль над телом, ничего не выходило, пока не доплыла до места, которое можно описать как огромный алтарь. Первое, что я увидела, был яркий электризующийся шар голубоватого оттенка с переливами белого и немного розового. Он вибрировал прямо надо мной, а затем моё тело опустилось на холодную и ровную поверхность. Тогда я и обрела вновь контроль над телом.
Не смело ощупав поверхность ладонями, поняла что сижу на мокрой, идеально гладкой, каменной поверхности. Электрический шар чувствительно реагировал на каждое моё малейшее движение. Поэтому я не сводила с него глаз, от греха подальше. Сидела и ждала непонятно чего.
– Кто ты? – тихо спросила.
Шар сильнее завибрировал и начал выпускать электрические лепестки небесного цвета во все стороны. Словно это раскрывался цветок. Лепесток за лепестком, рядами открывался этот шар, как вдруг, из центра на меня смотрел глаз, такого же небесно-голубого цвета.
Я обомлела и замерла. Куда меня занесло? Что это?
Глаз внимательно смотрел на меня, слегка подёргивая лепестками, зрачок то увеличивался, то уменьшался. А потом он моргнул, и из него выкатилась крупная слеза, что неожиданно упала прямо мне на голову. Я не успела даже дёрнуться, потому что эта огромная капля рассыпалась, словно жемчуг вокруг меня. И все они начали кататься вокруг меня. Их было так много, просто сотни бусин, что тоже стали глазами, которые водили хоровод вокруг меня, пристально наблюдая за мной.
Они строились рядами, от малого к большему, и кружили один ряд, против другого, что у меня закружилась голова.
– Что вы хотите? Где я? – не выдержав, спросила, почти не надеясь на ответ. Чем им говорить? Или мне нужно кого-то дождаться?
Глаза молча продолжали водить хоровод, поэтому немного осмелев, я решила осмотреться по сторонам. Свет шёл от главного цветка-глаза и освещал туманное пространство вокруг. Я сидела на ровной круглой плите из камня, и решила встать, чтобы посмотреть, что на краю. Должны же здесь быть ступеньки что ли? Как отсюда выйти? Не сидеть же мне с молчаливо-любопытными глазами?
Осторожно переступая через движущиеся ряды танцующих глаз, подошла к краю в четыре шага. И, ничего не обнаружила, кроме туманной пропасти. Здесь не было дорожки дальше или ступенек. Просто пропасть. Я стою на каменной платформе с глазами, неизвестно где!
– Эй! Тут есть кто-нибудь? – крикнула в неизвестность я, прислушиваясь к непонятным звукам издалека. Это было похоже на шелест крыльев.
Но, в тумане ничего не было видно. Прищурившись, я всматривались в густое пространство, как вдруг из этого ватного киселя на меня выпорхнул крылатый глаз размером с футбольный мяч. А за ним ещё несколько, и взгляд их был какой-то недобрый что ли. Они без слов приближались ко мне, окружив со всех сторон.
– Да что вам надо?! Тут есть кто-нибудь, не лишённый голоса?
Летающие глаза яростно захлопали белыми крыльями, буквально загоняя меня в центр платформы. И, тут, я чувствую, что поскальзываюсь. Шар, то есть глаз, точно твёрдая бусина, скользит под ногой, и я, теряя равновесие, лечу всем телом на каменную плиту. Предвкушая искры в своих глазах от падения, жмурюсь и внезапно чувствую поддержку.
– Какая нетерпеливая и любопытная, – раздался зычный мужской голос.
Я открыла глаза, и никого не увидела кроме всё тех же глаз, что пристально на меня глядели.
– Кто ты? Где я?
– Нигде. Твоё желание исполняется, – вновь ответил голос.
– В смысле? Что это значит? – пытаясь увидеть обладателя голоса, оглядывалась я по сторонам.
– То и значит, что ты сама так захотела.
Сама захотела… сама… желание… воля… сама пожелала… сама захотела… – окружил меня невидимый хор голосов, а может это говорили глаза. Но шептали они жутко, со всех сторон, и совсем не по-доброму.
– Верните меня обратно! Я хочу назад! – потребовала я, подавляя желание заткнуть уши от этого шёпота.
– Назад дороги нет. Всё решено, – сказал, как отрезал невидимый голос.
– Кто ты такой?!
Назад дороги нет… выбор сделан… ты выбрала… назад дороги нет… – опять зашипели голоса.
– Замолчите! – топнула я ногой, сжав кулаки от досады. Они точно насмехались надо мной.
И платформа задрожала. Зашаталась. Глаза покатились во все стороны, и начали падать за край. Не к добру всё это.
– Кто ты?! Ответь же! Зачем издеваешься?!
– Судья. Судьба. Вершитель. Называй, как хочешь. Ты нарушила клятву, переступила за правила, ты разрушительница. Тебе здесь не место, – грозно прозвучал голос, и глаз-цветок начал электризоваться, выпуская из себя разряды молний в окружающее пространство.
– Меня судить решил? А где же ты был, когда мир рушился? Чего тут спрятался? – отчаянно крикнула ему.
– Решение вынесено. Ты сделала выбор и озвучила, – рокотом раздался голос.
– Нет! Верни меня обратно! Я требую, немедленно верни меня в Игмеральд! А не то! – я занесла руку в воздух, потрясая ею, а глаз-цветок приблизился ко мне и прищурился.
– Не то что? Что ты можешь человек? – в голосе, который казался беспристрастным, я всё же услышала насмешку.
– Плохо вы знаете человека. Мы такое можем, что вам и не снилось! Зачем-то меня сюда призвали. Видимо, без вмешательства человека, этот мир не спасти, – ответила я.
– Мир спасти хочешь? Но, ты не выбрала сторону. Ты разрушила все связи вокруг себя и создала критическую ситуацию. С твоим появлением, здесь стало только хуже, – сказал голос с таким холодом, что захотелось сдаться. Но, разве я имею право?
– Не тебе решать мою судьбу! Не хочешь подобру, значит, я справлюсь без твоей помощи, кто бы ты ни был. Не тебе судить! – выпалила я, понимая, к чему всё идёт и со всей дури топнула ногой. Платформа задрожала, зашаталась. Отлично.
– Не нарывайся человек, – прогремел голос.
– А мне нечего терять! Решать буду я, а не ты! – и на этих словах, подпрыгнула, и платформа затрещала. Вот тебе и камень.
Почти все глаза-бусины укатились за край, а на платформе появились круговые трещины. Они начали делиться на части как пластины, и расходиться в стороны. Ох, а вот тут я не подумала. Ох, проклятье!
Каменная платформа разделилась на диски с дыркой по центру, в которую я провалилась. И полетела вниз в тёмное пространство. Голос больше не говорил со мной, летающих глаз не было видно. Только я и бесконечное пространство. И куда меня занесло?! И летела я неизвестно откуда, куда и сколько. И даже подумала, что меня наказали за дерзость, но хлопок об воду привёл меня в чувства, когда я перестала чего-то ожидать кроме падения.
Барахтаясь в тёмных водах, одновременно чертыхалась и радовалась про себя. Хорошо, что обстановка сменилась, но плохо, что не знаю где я.
«Сиротка вернулась!»
«Теперь она наша! Не отпустим!»
«Теперь ты часть нас. Тебя сослали к нам навечно!»
Раздавался отовсюду противный и до боли знакомый шёпот. Я гребла изо всех сил, не реагируя на их слова. Но вдруг, кто-то схватил за ногу и потащил на дно.
«Храбрая стала?»
«Тебе не выжить! Ты наша! Наша!»
«Не сопротивляйся. Тебе же хуже будет! Отдайся воле судьбы. Всё решено!»
Ещё пуще гремели голоса в сознании. Они забирались в мой разум и ковыряли там своими грязными руками. Я знала эти уловки, и не поддамся. Пошли вон. Пошли вон из моей головы!
Отбиваясь и дрыгаясь, гребла наверх. А потом меня внезапно осенило. Страх утонуть, мой самый яркий страх. Мой кошмар. И я, прекратила сопротивление. Я хотела достать до дна. Я не погибну, нет. Этого не случится. Я знаю, что этого не случится, если я коснусь дна.
«Хорошая девочка. Правильно делаешь. Сделай вдох. Тебе же хочется дышать?»
Шакалий шёпот продолжал лезть в разум. Я вспомнила шум прибоя на берегу, тот день с родителями, когда всё было хорошо. И лёгкая улыбка тронула губы, я чувствовала солнечное тепло, которое ярким светом ворвалось в сознание. Только я и свет. Только солнце и я. Моя любовь к семье. Никто не отнимет это у меня. Они в моём сердце.
«Дыши, сиротка! Что же ты?!»
Надрывался хитрый голос, а я спускалась всё ниже. И вот, мои подошвы коснулись дна. В моих мыслях только свет и любовь. Я делаю шаг, а за ним ещё один. Я помню тот берег, он безопасен. Я не боюсь. Шаг за шагом, я вышла из тёмных вод. Лёгкие жадно хватали кислород, и меня накрыла такая эйфория, что я громко расхохоталась.
Голоса всё ещё шипели за спиной, призывая вернуться, оглянуться и остаться. Но, я знала, что оборачиваться нельзя. Только внутри ёкало всё в ожидании встречи с мамой. Если бы… она была здесь в прошлый раз. И видимо в последний.
Судьи бросили меня в Воды Морока. Я в Пекельном царстве, в нижнем мире.
И вроде дёрнулись струны внутренние от страха, задрожали, но я себя пересилила, сделав глубокий вдох и плавный выдох.
Отсюда нет выхода, потому что нет у меня больше чудесного сосуда с волшебной жидкостью, как в прошлый раз. Но, если мне удастся выбраться из заколдованного леса и найти Выгоду, то шанс есть. Она мне может помочь, только она. Она единственная, кого я здесь знаю. Но, как мне её найти, большой вопрос.
Передо мной стоял тот самый лес, но что удивительно, во мгле его, я разглядела изменения. Деревья стали другими. Их ветви покрылись хоть и редкими, но живыми листьями. Ступая по рыхлой земле, будто её перепадали, подошла к дереву со знаком ромба, внутри которого был круг с точкой по центру. Легонько коснувшись пальцами до отметки, отшатнулась назад. Знак слабо засветился, замерцал, и что-то дотронулось до моих волос, подняв прядь вверх. Тысячи мурашек пробежали по телу. И осторожно взглянув наверх, обнаружила, что прядь моих волос висит на ветке. Она сгибается и шевелит листочками.
Дерево общается со мной?
Выпрямившись, немного осмелела и вновь прикоснулась к мерцающему ромбу. Мне послышался очень тихий шёпот, словно речка журчит вдали.
«Спа-а-а-си-и-и-бо-о-о», – прошелестели листья, тихим дыханием.
А затем, свечение отделилось от дерева, сохраняя свою ромбическую форму, и поплыло по воздуху. Оно было слегка салатового оттенка. Я пошла за ним, приняв это как сигнал. Значок привел меня к другому ряду деревьев, что приветственно зашевелили ветвями. Здесь стояли деревья с зигзагообразным узором, и я уже смелее дотронулась до его коры. Она засветилась нежно-фиолетовым светом до корней, и узоры поползли по земле в левую сторону. В ту сторону, которая насколько я помню, ведёт к выходу.
– Вы мне помогаете, – прошептала я, чувствуя, как мысленно меня подталкивают деревья. Они передают мне ощущения, и я благодарно принимаю их помощь.
Шагая по светящейся дорожке, ощущала себя почти в безопасности. Эти деревья стали моими друзьями. Лес изменился и стал оживать. Может и слабо, но процесс пошёл. И это меня так радовало, будто это моё личное исцеление. Сколько они тут настрадались? Это же немыслимо, когда понимаешь, что они живые, как я.
– Адели-и-на! – раздался протяжный голос из лесной чащи, и я поёжилась.
Нет уж, в этот раз я не куплюсь.
– Где ты милая? Вернись ко мне! Умоляю! – чудище говорило голосом Орголиуса.
Я молча шла по светящейся дорожке, игнорируя его слова.
– Ты же обещала! Ты солгала! Ты больше не любишь меня? Я страдаю, Аделина, я умираю без тебя. Вернись ко мне! Слышишь? Иначе я погибну без твоей любви! – донимали меня чудище.
Дорожка привела меня в самую тёмную часть леса. И печально, но здесь я не увидела ни одного листочка на дереве. Они стояли голые и обугленные. Даже в сердце скрипнуло при их виде. Обидно за них, бедных. Как вдруг, ветви их задёргались, заскрипели. Деревья, если мне не изменяет зрение, начали двигаться, поднимая корни из земли.
– Нет! Ты моя! Моя!!! Вернись немедленно! – истошно заорало чудище, и я услышала жуткий шум сборку, и привыкшие к темноте глаза распознали приближающуюся сюда уродливую фигуру.
Светящийся ромб промчался вперёд, сигнализируя, что пора бежать. Фиолетовая дорожка быстро устремилась вперёд. И я помчалась сквозь чащу, слыша за спиной страшный треск. Обернувшись на миг, увидела, что деревья пытаются заградить ему путь, но он их ломает в щепки.
– Я доберусь до тебя! Тебе не сбежать! Это моя территория!!! – истошно вопило чудище за спиной.
– Отвали, козел! – заорала я на адреналине, приближаясь к заветному свечению волшебного ограждения.
Но как пройти? Оно же не пропустит просто так!
А чудище уже приближалось, вспыхивая землю под собой. И как он только с места сдвинулся?! Такой голодный, что открыл в себе новые способности? Плевать! Это не важно!
Треск стоял страшный, в мои ноги бежали так быстро, что казалось, я вот-вот оторвусь от земли и взлечу. Лёгкие рвало от отдышки, слёзы в глазах от ветра. Но я бежала, что есть сил. Как вдруг, раздался новый треск, и меня обдало огненным дыханием. Что-то произошло. Быстро обернувшись, обнаружила, что голые деревья одно за другим вспыхивают, как факелы и пытаются задержать монстра.
Впереди меня несся ромб. Он начал стремительно увеличиваться в размерах, больше моего роста, а чудище ревело страшным воем.
– Не пущу-у-у! Моя!
В воздухе раздался свист, и его плети едва коснулись моих ног. Но не успел схватить. Кусал за пятки, пока земля горела под моими ногами.
Ещё немного. Бежать!
Ромб врезается в магическое ограждение, и от него летят искры, как от сварки. Он буквально разъедает сеть, и появляется заветный проход. Я в длинном прыжке буквально улетаю туда, и качусь по земле. Проход со свистом и рёвом закрывается, а я лежу, без сил, стараясь удержать в себе выпрыгивающую из груди душу. Казалось, она мчалась впереди меня, и во время прыжка, мы объединились, едва не расставшись друг с другом.
Распростершись на земле без сил, я возвращалась в себя. Как вдруг, до слуха донеслись чьи-то шаги. Хруст камешков под чужой подошвой, заставил меня распахнуть глаза. И последнее, что я увидела, был худой человек с ядовитой усмешкой. Он что-то бросил мне в лицо, что я, не успев ничего сказать, погрузилась в бессознательную тьму.
Глава 22
– Эй, ты! Очнись! – противно раздался голос, вырывающий меня из забытья.
Перед глазами мутно виднелось холодное, синеватого оттенка свечение, и фигура в балахоне, что размахивала надо мной руками.
– Ну, давай, возвращайся в сознание! – вновь потребовал мужской голос.
– Где я? – пытаясь пошевелить руками, спросила незнакомца, понимая, что не могу. Они связаны.
– Хех, где она? – противно хихикнул незнакомец, и заглянул мне в лицо, держа в руках странный светильник.
Сфокусировав взгляд, я узнала в нём того самого, кого я видела перед тем, как отключиться. Его худая рука тряслась, а вместе с ней и светильник, в котором трепыхались маленькие человекоподобные существа со светящимися крыльями, как у стрекоз.
– Кто ты такой и что тебе нужно? – как можно серьёзнее спросила я, но скользкая ухмылка только росла на его худом лице.
Он напоминал мне типичного сказочного злодея: продолговатое, серое лицо, тонкие губы, изогнутые в недоброй усмешке, маленькие чёрные глазки, а между ними длинный крючковатый нос. Когда он заговорил, то моему взгляду открылись акульи зубы незнакомца, что по телу пробежала неприятная волна.
– Задам встречный вопрос: кто ты и что тут делаешь? – дергая светильник с несчастными существами, вкрадчиво произнёс он.
– Я, Аделина Михайловна, – ответила, гордо выставив подбородок, пока он внимательно изучал меня противными глазками, что недобро сверкали в темноте при слабом освещении. Смелая от усталости, я уже не видела смысла чего-либо бояться. Я понимала, где оказалась и тут, как говорил Гелиодор, нет места слабости и страху.
Если уж меня сюда занесло, то это не просто так. Ничего не происходит без причины. Хотя я не могу понять, почему всё так закрутилось и кто те судьи одноглазые. Одно понятно, что они лишены способности доходчиво доносить мысли и смыслы. И этот тоже, стоит, кривляется передо мной, пытаясь нагнать жути. А я устала, и руки болят, и жутко хочется пить.
– Кто-кто? – скривился он, и его сухое лицо поползло морщинами, а нос уполз вниз, чуть ли не до подбородка.
– Дед Пихто, – дёргая связанными за спиной руками, психовала я. – Развяжи меня. Руки болят.
Тоненькие губы незнакомца растянулись в улыбке на всё лицо, обнажив острые зубы. Он поставил светильник на землю и начал рыться в карманах своего балахона.
– Так-так-так, ага, вот оно. Сейчас, подожди у меня, – бормотал он, а затем с торжествующим видом достал из кармана круглое стёклышко в сверкающей металлической оправе.
Держа его ссохшейся, точно, что скелет, рукой, приложил к глазу и уставился на меня. Он стоял так с минуту, а затем раздался невнятный вопль. Незнакомец грохнулся на пятую точку, подняв пыль на полу пещеры, которую я немного успела рассмотреть за это время.
– Ты! Да, ты! – указывал он на меня трясущейся рукой с удлинёнными тёмными ногтями, сначала, будто с ужасом, а затем его невнятные речи переросли в хохот.
Неужели догадался кто я? Это мне не на пользу. Лучше бы тут никто не знал, кто я.
Он встал с пола, отряхнулся и, пританцовывая на месте, захлопал, замахал руками. Лицо его за минуту сменило десяток эмоций. Он что-то обдумывал, и будто советовался и спорил сам с собой, что-то бормоча на разных тонах себе под нос. Ненормальный какой-то, что я поёжилась, когда он замер, и пристально уставился на меня, потирая руки.
– Что ты задумал? – не стесняясь, без страха, смотрела ему в глаза.
– Настало моё время, пришло прямо мне в руки, – сжимая когтистые костлявые руки в воздухе, ликовал он. Его лицо выглядело максимально безумно. – Теперь никто от меня нос воротить не посмеет! А ты хороша, но меня не проведёшь. А ну-ка, поднимайся! – скомандовал он мне, и я шаркнула ногой, подняв пыль перед его приближающимся лицом.
– Да кто ты такой? – выпалила я, желая иметь представление о том, с кем меня столкнула жизнь.
– Кто я?! – выпрямился он из сгорбленного состояния и стал довольно высокой фигурой. – Тот, кого не ждут, но я не нуждаюсь в приглашении. Я прихожу сам! И теперь я приду, и возьму всё, что принадлежит мне по праву.
– Ты так и не назвался, – перебила его пламенную речь и самолюбование я.
Он зловеще склонился надо мной, вновь улыбнувшись своей незабываемой улыбкой, и прохрипел: Убы-ы-то-о-к.
– Кто? – скривились я, желая сбить спесь с него, хотя было совсем не по себе. Имя полностью отражало сущность, которая стояла надо мной. Компания не самая приятная. Но, как я и ожидала, мой вопрос его задел.
– А ты, как я вижу, много теряла в своей жизни. Давай посчитаем, – его лицо приблизилось почти в плотную, что я отвернула голову в сторону.
– Понятно, почему от тебя нос воротят. С таким зловонием никто связываться не желает, – сморщившись, фыркнула я.
– Смелая, да? – прошипел он. – Не будь ты такой ценной, я бы тебя! – он занёс надо мной свою костлявую руку, а затем расплылся в зловещей улыбке.
Он встал и отошёл к противоположной стороне пещеры. Он что-то искал на земле, бормоча ругательства, пока что-то не поднял в руке. Дунув на ладонь, по пещере полетел чёрный дым, что вихревыми потоками что-то формировал в пространстве. Через пару мгновений материализовался чёрный конь, от которого веяло седым дымом. Он яростно бил копытом по земле, поднимая пыль столбом, что я закашлялась.
Убыток приблизился ко мне и схватил своими костлявыми руками за плечи, буквально за мгновение поднял и забросил на коня. Я оказалась висящей вниз головой, и начала громко возмущаться, чтобы он немедленно меня отпустил, но Убыток лишь в очередной раз злобно расхохотался. Его костлявая рука ударила по моим губам, и что-то появилось на моём лице, не давая мне говорить.
– Вот так лучше, – довольно сказал он, и вскочив на коня, пришпорил его и тот дико заржав, погнал вперёд из пещеры.
Я уже оставила попытки бороться с намордником, и стала мысленно взывать к подозрительно молчавшему кристаллу. В своих приключениях последних дней, я утратила с ним связь. Он единственный, кто может переломить ситуацию. Я знаю, что он может, но почему-то молчит. И это пугало меня.
Как только я не пыталась его пробудить и просить, отклик был нулевой. Убыток в это время громко засвистел, и в пространстве раздался грохот и скрежет. Конь остановился, а затем неспешно продолжил свой путь.
И я поняла, что меня доставили в пункт назначения. Пыльная дорога, сменилась серебристой городской плиткой. От цоканья копыт коня, она искрила и светилась. Конь заржал и остановился.
– Ну, сейчас посмотрим, чего ты стоишь, светоч, – сняв меня с коня и поставив на ноги, Убыток убрал с моих ног верёвку, чтобы я могла идти.
Я упёрлась, когда он толкнул меня в спину, и наступила ему на ногу. Его лицо исказилось гневом, и он, схватив меня за шиворот, поволок вперёд, к огромному дворцу из чёрного камня, что переливался свечением, словно северное сияние.
На входе перед дворцом, на каждой из огромных ступеней стоял стражник-великан с копьём в руках. Они были как искусно выточенные статуи из блестящего чёрного камня. Пока мы поднимались, их головы поворачивались вслед за нами, и всё это сопровождалось разлетавшимся звонким звуком в пространстве, будто тикают мировые стрелки часов.
Поднявшись на вершину, за спиной осталось более сотни ступеней. Перед нами стояли высокие двери-врата, метров десять в высоту и пять в ширину, навскидку. Впечатляющий живой узор, в основе своей напоминавший Древо Жизни, с расположенными на нём мирами, которые непрерывно двигались, внезапно заговорил зычным голосом.
– Зачем явился?! – прозвучало, словно раскат грома.
– Господин, я нашёл то, что вам нужно, – ответил Убыток, толкнув меня вперёд к вратам, на которых ожило огромное каменное лицо, внимательно взиравшее на меня.
Двери плавно распахнулись, и ступив внутрь просторного зала, меня обдало холодным дыханием ночи. Тьма, искрящаяся ледяными искрами, забиралась под кожу. Двери тем временем закрылись за спиной, оставив нас в полном мраке, и я замерла.
– Шагай, – толкнул меня в спину Убыток, и под ногами моими каменный пол разлился серебряным свечением. Точно мы шагали по звёздному небу. Зал постепенно обретал чёткие очертания по мере того, как усиливалось свечение пола, переходящего на высокие колоны, на которых серпантином загорался ледяной огонь.
Впереди стояло что-то огромное, но я не успела рассмотреть, потому что скверный дядька больно схватил меня за плечо и с силой надавил на него.
– На колени, смертная, – прошипел он над моим ухом.
– Смертная? – раздался суровый, холодный, пробирающий кости, голос, что эхом разлетелся по огромному залу.
– Господин! – рядом со мной на колени встал Убыток, и припал лбом к полу.
А я, хоть и стояла на коленях, но пристально смотрела вперёд. Кто-то шёл к нам, и его шаги отдавались вспышками ледяного огня на колонах.
– Живым нет места в моём царстве, – сказал, как я уже поняла тот самый Ниян, властелин Нижнего мира.
Его высокая и мрачная фигура склонилась ко мне, поддев пальцем подбородок. Строгое мужское лицо взирало на меня глазами цвета стали. Не знай, я, кто он, то могла бы сказать, что он даже красив, но не в этот раз. Я знаю, сколько несчастья он наделал, и его благородный облик не способен скрасить внутреннего уродства. На его голове покоилась величественная корона из сверкающего тёмного камня, белое как снег лицо, обрамляли чёрные с синим отблеском ледяного огня, волосы. На руках сверкали перстни. От него веяло властью и контролем, силе которых я внутренне сопротивлялась.
– Но, для тебя, я сделаю исключение, – вкрадчиво произнёс он, и щёлкнул пальцами.
Я почувствовала, что невидимая маска, что не давала мне говорить, исчезла.
– Господин, повелитель, – подполз к нему Убыток, – это я её нашёл. Мне полагается награда? Я ваш покорный слуга, господин, – потирая руки, Убыток коснулся подола плаща Нияна. Он выглядел жалким.
Глаза потустороннего царя вспыхнули серебристой вспышкой молнии. Он брезгливо одёрнул плащ и оттолкнул сапогом Убытка.
– Будет тебе награда, но не забывай своё место! – рявкнул Ниян, а затем развернулся ко мне, смерив взглядом.
Глаза его хитро потеплели, и превратились в расплавленное серебро. Он протянул мне руку, и я ощутила, как исчезли веревки, что сжимали до онемения мои запястья. Желала бы я встать и уйти, но знала, что без посторонней помощи это невозможно. Наживать себе проблем в чужом мире, было плохой идеей. Мгновение затянулось, и Ниян прищурил глаза в ожидании. Ему явно не нравилось, что я испытываю его терпение.
У Убытка от моего раздумья едва не вылезли глаза их орбит. Я боковым зрением видела, в каком ужасе он наблюдает за мной.
Потерев запястья, встала с колен и отряхнулась. Ниян пристально смотрел на меня, и в его взгляде я ожидала увидеть злость, но там сверкали искры интереса.
– Знаешь, кто я? – усмехнувшись, сверкнул он глазами.
– Наслышана, – ответила я, сдерживая дрожь от холода, который сковывал тело.
– Неужели? Поделишься? – изображая изумление, спросил он, явно наслаждаясь моим состоянием.
– Какое это имеет значение? – еле вымолвила я, совсем закоченев. Изо рта вылетали облачка пара, которые кристаллизуясь в снежинки, летели по воздуху.
Он вновь протянул мне руку, иронично изогнув бровь. На лице играла дьявольская усмешка.
– Будь вежливой, и прими моё предложение. Или ты хочешь замёрзнуть на смерть? – промолвил он, держа в ожидании свою руку. В его глазах танцевал азарт, пока адский холод сковывал тело.
– Не нужна мне твоя помощь. Уж лучше замёрзнуть, – процедила сквозь зубы, не в силах разжать челюсть от сковывающего холода.
– Какая гордая, – усмехнулся он, но глаза вспыхнули штормом, – но, глупая. В своём упрямстве ты найдёшь не только смерть, но вечность в моём царстве.
– Посмотрим, – прошептала я, ощущая, как ледяные объятья поглощают меня. Зрение помутнело. Я чувствовала, как застывает в венах кровь.
Если это мой конец, то значит, так тому и быть. Я достаточно увидела и пережила, что хватило бы не на одну жизнь. Вселенная наградила меня приключениями, о которых я и мечтать не могла. И пусть было трудно, но я столько получила взамен. Я благодарна за всё. За любовь, за боль, за дружбу… жаль только, что не успела довести дело до конца. Как же они без меня справятся? Найти кристаллы…
В сознании наступила тишина. Я везде и нигде. Так легко.
Как вдруг, эту лёгкость разбавляет что-то тёплое, нежное и такое знакомое, что моя душа в невидимом блаженстве, принимает эту заботу.
«Ещё не время, светоч. Ты нужна им. Без тебя они не справятся. Вернись дитя», – ласковый голос Вселенной звучит как музыка.
И в этой лёгкости, я ощущаю порыв, который выносит меня из невесомого пространства. Какой-то детский, искренний страх, заполняет моё существо, будто вновь разрывают связь с любимыми и родными, заполняет душу. Чувствую, как жжёт изнутри, вспыхивает что-то.
– Нет, нет… я не хочу. Позволь мне уйти, – цепляется моя душа за ускользающую невесомость, но меня возвращают в тело.
«Ничего не бойся», – прозвучал её голос, и я распахнула глаза, не просто ощущая своё тело, но и активность кристалла, что яростно горел в груди.
Он снял с меня ледяные оковы, заполняя тело энергией жизни. Кристалл активизировался с такой мощью, что озарил яркой вспышкой тёмный дворец. Ниян закрывшись рукой, отступил назад, а когда зарево утихло, с опаской посмотрел на меня. А я, едва держалась на ногах от такого всплеска.
– А я всё думал, куда делся мой кристалл? Вот так удача, что он нашёлся, – приближаясь ко мне, молвил Ниян, а у меня кружилась голова. Он наступал как хищник, который не собирался потерять добычу.
– Он не твой! И никогда не будет твоим, – выпалила я, ощущая волну нестерпимого жара, что проходил по телу. Кристалл двигался в груди, и это было не похоже на то, что я испытывала с ним раньше. Ощущение, что он крутится то в одну сторону, то в другую, причиняя мне жуткую боль.
– Ну, это как сказать. Видишь ли, светоч, теперь ты моя, а значит, и кристалл тоже мой, – довольно заключил Ниян, расхаживая вокруг меня, пока я испытывала муки от странного поведения кристалла.
– Только попробуй прикоснуться ко мне, – пригрозила я, и он громко расхохотался в ответ, кружа вокруг меня, как коршун.
– Обожаю строптивых невест! Чем сложнее игра, тем слаще победа! – воскликнул он, хищно улыбаясь.
– Не бывать этому! За мной придут, и ты ответишь за все свои дела! Я знаю правду, и от неё тебе негде будет скрыться! – горячо выпалила я, теряя равновесие.
– Никто не придёт, – зловеще ухмыльнулся он, и взмахнув рукой в воздухе, открыл в пространстве зеркальный портал.
Я, как в бреду, наблюдала, за происходящим на волшебном экране, который показывал Орголиуса, Октября, братьев-месяцев… они были в смятении… мучения и злость, которые испытывали двое, которых я любила. Их глаза, их сердца, их боль… всё проходило через меня потоком. Все чувства. Я видела Орголиуса и его красивое сердце в руках, его печаль и злость…
Меня лихорадило, и ноги подкашивались. Внезапно, Ниян подхватил меня, встав за спиной, заставляя смотреть дальше. Не было сил сопротивляться. Это было мучительно со всех сторон.
– Смотри, светоч, смотри, – шептал он, как змей, – ты сама сделала всю работу, что мне и участия принимать не надо. Твоё коварство превзошло все ожидания. Они сами перебьют друг друга. Я же говорю, а ты не слушаешь. Тебе никуда не деться, и никто за тобой не придёт. А будешь хорошо себя вести, я позволю тебе их встретить, когда они, сгинув, попадут в моё царство. Ты можешь стать царицей рядом со мной. Подумай, ведь никому не выпадало такой возможности. Но, ты особенная. Я ждал такую как ты. Подумай, светоч, – шептал он, и моё сознание затухало под его речи, словно я стояла на границе сна и реальности. Кристалл бешено звенел в груди, затмевая разум.
