Текст книги "Притворщица (СИ)"
Автор книги: Кира Суворова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)
Глава 11
Ужин, сдобренный большим кувшином вкусного вина, нравился Рони всё больше и больше. Голова чуть кружилась, тело казалось лёким и каким-то мягким, почти лишённым костей. А вот это немного пугало, девушка с детства побаивалась странных медуз, приносимых иногда южным течением, и колыхавшихся возле берега, отпугивая уже успевших обжечься об их обманчиво безобидные края детей. Нет, превратиться в подобную медузу ей вовсе не хотелось, да и на краю сознания продолжала пульсировать настойчиво удерживаемая ею мысль об обязательном посещении ванной, где ждёт своего часа секретное средство. Потому девушка лишь едва смачивала губы, делая вид, что продолжает пить.
Риджес с удовлетворением отметил и блеск в чуть расфокусированных глазах собеседницы, и румянец на её щеках, и то, как она почти обмякла в своем кресле.
– Наверное, пора отдыхать, – мягко проговорил он, снова подливая в бокалы коварное вино, казавшееся сперва почти компотиком, но довольно быстро опьянившее непривычную к алкоголю девушку.
– Да, я еще в ванную загляну, – расслабленно улыбнулась та в ответ и, встала со своего места, заметно покачнувшись. – Ой, что это со мной?
– Всё дело в качке, мы слишком долго плыли, вот нас уже и на суше качает, – рассмеялся Ридж, наблюдая за осторожно направлявшейся к заветной двери Рончейей.
Едва оставшись одна, девушка закрылась и уже более чёткими движениями извлекла свой заветный пузырек, в который достаточно было налить воды до самых краев, чтобы активировать находящийся внутри порошок. Окончательно собравшись с силами, чтобы ничего не просыпать и не пролить, Рони проделала эту операцию, закупорила крышкой и встряхнула чуть разогревшуюся ёмкость. Вытряхнув на ладонь гелеобразное содержимое красноватого цвета, она поняла, что не догадалась заранее снять свои неудобные, но весьма приличные панталончики… Пришлось аккуратно пристраивать секретное средство на полочке, разоблачаться, помещать ещё более схватившийся гель внутрь своего тела, а потом отмывать руки, полочку и белоснежную раковину от подозрительных следов. Эти усилия окончательно добили девушку, и без того уставшую и разморённую вином. Поэтому выходила из ванной Рони примерно в том состоянии, к которому и готовился Риджес.
– Ах, дорогая, давай я тебе помогу, – подскочил он к девушке, приобняв за талию, и настойчиво повёл её в спальню, под конец и вовсе подхватив на руки, чтобы осторожно опустить на уже разобранную постель. – Халаты тут, конечно, очень удобные, но не для сна, – развязывая узел на пояске Рончейи пробормотал Ридж.
Не услышав в ответ громких возражений, мужчина удивительно ловко избавил девушку от вышеупомянутой домашней одежды, с умилением разглядывая чересчур благопристойное бельё красотки, решив, что и с этим вопросом нужно завтра разобраться первым делом. Приятно, конечно, срывать такой невинный цветочек, но любоваться он привык более эстетичными и провокационными вещицами.
Рони чувствовала, как длинные и сильные пальцы спускают с её плеч сорочку, открывая дорогу настойчивым губам, спешащим к чуть показавшейся из-под кружев груди, но почти ничего не ощущала, кроме необходимости перетерпеть эту ласку, не доставлявшую ей удовольствия. Однажды заморозив себя изнутри, изгнав все воспоминания о близости, к которой её принудили, теперь она продолжала будто бы смотреть со стороны на происходящее с её телом.
А Риджес, не встречая сопротивления, приходил во всё больший восторг от открывавшейся его взгляду красоты, почти с благоговением припадая к светлому, едва загорелому плечику, лишенному веснушек, что было бы вполне ожидаемо в сочетании с рыжим цветом волос. Но ровный чуть тёплый цвет кожи нигде не прерывался и пятнышком, это восхитило мужчину, повидавшего на своём веку немало красавиц. Не была оставлена без внимания и грудь с маленькими, сжавшимися от ночной прохлады нежно-розовыми сосками, каждый из которых удостоился особого внимания, получив свою порцию ласки от языка и губ мужчины, чуть заметно прикусившего от избытка чувств вторую вершинку. От неожиданности Рони вздрогнула, но Риджесу это показалось подтверждением отзывчивости к ласке, а потому он с ещё большим рвением начал освобождать девушку от белья, нежно проводя чуткими пальцами по плоскому животику с аккуратным пупком, оглаживая шелковистые бёдра, уже лишённые защиты в виде старомодного белья, жалкой кучкой лежащего теперь рядом с кроватью.
– Ты необыкновенная! – совершенно искренне произнёс он фразу, десятки раз услышанную от него другими женщинами, с нескрываемым восхищением продолжая оглаживать лежащее перед ним совершенство.
Рони не заметила, когда мужчина избавился и от своей одежды, потому что глаза её были прикрыты, что как бы отгораживало девушку от происходящего, отделяло её от непроизвольных реакций собственного тела. А оно уже начало предавать, всё чаще подрагивая под нежными прикосновениями пальцев и губ, исследующих её ножки чуть выше колена, опасно приближаясь к средоточию женственности. Она ожидала грубого вторжения, которое расставило бы всё по своим местам, позволило бы с омерзением отнестись к себе и своему спутнику, но вместо этого, разведя её ножки, Ридж припал губами и языком к оказавшемуся очень чувствительным бугорку, стыдливо упрятанному в нежной складочке. Сорвавшийся девичий стон подтолкнул мужчину к более активным ласкам, вскоре заставившим Рончейю почти отключиться от почти невыносимого удовольствия, которое затронуло лишь её тело, совершенно не задевая сердце. Не успев прийти в себя, девушка ахнула от проникновения, пусть и смягченного её расслабленностью, но непривычная и довольно крупная твёрдость не без труда пробилась в суженную благодаря особому средству дырочку.
– Тшшш… – опираясь на локти, навис над ней Ридж. – Сейчас пройдёт, будет легче. А потом тебе даже понравится, я обещаю.
Закусившая от неожиданной боли губу Рони чуть приоткрыла глаза, тайком разглядывая и мужчину, и себя, нанизанную словно рыбка на крючок. Самого "крючка", укрытого пока внутри неё, девушка разглядеть не успела, но поймала себя на странном любопытстве, пытаясь представить, как выглядит то, что теперь распирает её изнутри, заставляя расслабиться и сдаться на милость “рыбака”.
Ридж мягко прикоснулся к её губам, нежно проведя по ним своим языком, всё больше и больше проникая им в рот девушки. Осторожный сперва поцелуй становился жёстче, снова заставив Рони простонать, ещё сильнее заводя мужчину, который начал двигаться сперва медленно, но постепенно ускоряя эти простые движения. И вскоре мужчина окончательно отпустил себя, задавая совсем уж резкий и быстрый ритм, от чего стоны девушки уже перешли во вскрики, приглушаемые страстными и чуть жестковатыми губами Риджа, терзавшими рот девушки почти с таким же пылом, с каким двигались сейчас бёдра мужчины, заставляя каменеть и без того подтянутые ягодицы, которыми тот даже втайне гордился, с удовольствием ловя на свой спине и на том, что пониже неё, взгляды любовниц. Риджес еле сдерживался, наслаждаясь горячей узостью, которую сейчас завоёвывал его почти окаменевший член, пытаясь продлить удовольствие, чтобы и Рони успела прочувствовать сквозь неизбежную для первого раза боль хотя бы отголоски того блаженства, к которому приближался он сам.
А девушка, снова начинающая вздрагивать, почти как несколько минут назад, словно разрывалась от противоречивых чувств. С одной стороны, ей было очень приятно всё, что проделал с ней Ридж. А с другой… С другой, она бы вполне обошлась и без этого слишком интимного процесса, который намертво сцепился для неё с ужасными воспоминаниями, не позволявшими отключить голову даже в такой момент. Но умелый любовник всё-таки добился своего, заставив девичье тело забиться в его сильных руках, почти мгновенно и сам содрогаясь всем телом.
– Да, надо было подстелить что-нибудь, – продолжая прижимать к себе ещё чуть всхлипывающую девушку, разглядывал красное пятно на простыне Риджес.
– Я потом попробую замыть это, – вспомнила презрительный взгляд горничной Рончейя.
– Вот ещё! Тут для этого люди поставлены, деньги получают за свою работу, – мужчина решил сразу оградить от чёрной работы любовницу, так и норовящую испортить свои симпатичные ручки.
– Но они подумают…
– Да какое нам дело, что они там себе подумают! – фыркнул Ридж. – Мы в чужой стране. Нас тут никто не знает, мы тут никого не знаем. Даже не бери в голову!
– Бери в плечи, шире будут, – Рони привычно продолжила любимую присказку управляющего лавкой, вызвав искренний смех довольного жизнью спутника. – Но мне самой неприятно на такой простыне лежать, – девушка предприняла ещё одну попытку избежать неприятных шепотков за спиной, пусть те и продлятся всего пару дней.
– Так пойдем в мою спальню, у меня постель чистая… Пока, – усмехнулся мужчина.
– Да, давай. Только мне ещё в ванную нужно. И тебе, наверное, тоже.
– Я быстро! – легко поднялся с кровати Ридж и вышел, даже не подумав накинуть халат, с удовольствием поигрывая мышцами ног и ягодиц, будто красуясь.
Хотя почему будто? Без всяких сомнений, у Риджеса был повод гордиться своей фигурой, да и не только ей, чем он никогда не пренебрегал, искренне воздавая должное своей мужской привлекательности, острому уму и удачливости, вполне закономерно считая себя счасливчиком.
Дождавшись, когда тот скроется в своей спальне, девушка всё-таки сняла простыню и наматрасник, впитавшие жидкость, похожую на кровь. К счастью, это отстирывалось с ткани даже легче. А благодаря магии воздуха просушить очищенное белье удалось за несколько мгновений. Заново застилать свою кровать Рончейя не стала, решив оставить этот труд наёмным работникам, как и советовал любовник, лишь кинула на постель сухие тряпки и вернулась в ванную, занявшись теперь собой.
Когда чистенькая и довольная собой девушка, снова надевшая свою сорочку, наконец вошла к Риджесу, тот уже посапывал, счастливо улыбаясь во сне, который, похоже, был как-то связан с Рони. Иначе почему его член, мягко болтавшийся у покидавшего её постель мужчины, теперь снова почти окреп, заметно увеличившись в размерах?
– Не так уж всё и страшно оказалось, – едва слышно пробормотала девушка, укладываясь на широкую кровать и укрываясь краем огромного одеяла. – В первый раз было гораздо больнее и омерзительнее. А это можно и потерпеть.
Признаваться себе в полученном удовольствии Рончейя не решилась, тем более, что приятные ощущения быстро подзабылись, а вот лёгкая брезгливость к произошедшему только усиливалась, едва она начала вспоминать те стыдные прикосновения, казавшиеся сейчас особенно неприличными, стоило воскресить в памяти свою реакцию на них. Сразу захотелось снова пойти мыться, чтобы избавиться от малейших следов на помнящей чужие ласки коже. Рончейя с трудом удержалась от того, чтобы не вскочить немедленно и до утра закрыться в ванной с мочалкой в руках, понимая, что никакое мыло теперь не смоет с неё эту ночь. А ведь она точно не будет последней… Так к чему переживать и мучить себя? И без того мучители найдутся, только позволь…
Невесёлые мысли не смогли помешать уснуть девушке, утомленной длинным днём, наполненным самыми разнообразными событиями и впечатлениями. Но даже во сне она обнимала себя руками, будто отгораживаясь от чего-то, пытаясь укрыться от мерзостей взрослой жизни, с которой когда-то пришлось столкнуться слишком рано и слишком больно.
Глава 12
Жар чужого тела рядом, мужская рука, по-хозяйски расположившаяся меж её бёдер, губы, заново исследующие шею… Что именно разбудило девушку, она и сама бы не смогла ответить, но тело снова подвело, послушно позволяя настойчивой ладони чуть приподнять её ногу, чтобы ощущаемый всей спиной Ридж смог прикоснуться горячей шелковистостью уже совсем пробудившегося члена к заметно чувствительным складочкам, чуть болезненным и будто наполненным кровью, как недавно поставленный синяк. Эта смесь лёгкой боли и странного удовольствия от проникающей в неё твёрдости, растягивающей и распирающей, заставила Рони глухо простонать. Мужчина, крепкими пальцами удерживающий её бёдра, довольно хмыкнул куда-то в плечо девушке и резким толчком вогнал свой член до упора. Вскрикнув, Рончейя спрятала лицо в подушке, приглушая свои следующие стоны и крики, которые могли быть услышаны в соседних номерах. Да и приоткрытое окно, дарившее приятную прохладу ещё не сменившуюся дневной жарой, тоже не располагало к излишней громкости, напоминая о довольно оживленной улице рядом с постоялым двором.
Чуть задержавшись в ней, Риджес не стал сразу переходить к активным движениям, а позволил своим пальцам пробежаться по напрягшейся груди девушки, провести по чувствительному животику, затрепетавшему от лёгкой щекотки, спуститься ниже и нежно перебрать шелковистые лепестки, найти в них самую отзывчивую точку и уделить её максимум внимания, от чего обнимающая его член влажная плоть начала заметно сжиматься, доставляя особое удовольствие.
– Да, умница моя, – прерывающимся шёпотом комментировал свои ощущения Ридж. – Скажи, что тебе тоже это нравится.
Рони лишь снова простонала в подушку, но мужчине этого бессловного подтверждения оказалось недостаточно и он, продолжая ласкать её одной рукой, второй повернул к себе лицо любовницы.
– Тебе же это нравится? – требовательно переспросил он.
– Да-а-а… – сквозь стон выдавила из себя Рончейя, прикрыв глаза, чтобы не выдать бушевавшую сейчас в ней борьбу слишком чувствительного тела, просчитывающего дальнейшие перспективы и выгоды разума… и забившейся куда-то в дальний уголок души, не желавшей участвовать в происходящем.
Довольный мужчина попытался дотянуться до её губ, но, находясь за её спиной, он вряд ли смог бы это сделать. Решив, что поцеловать девушку он сможет и позже, а менять удобную позу, в которой его рукам была открыта большая часть из самых лакомых и потаённых уголков её тела, не хотелось. Как не хотелось и покидать горячую и нежную глубину, в которой уже почти пульсировал его напряженный член, жаждущий разрядки. Но снова пускаться вскачь, как ночью, Риджес не захотел. И сам он ранним утром был склонен растянуть удовольствие, и сонная тёплая Рони, трепещущая под умелыми пальцами, располагала к более нежной и медлительной близости, которая доставляла почти мучительное блаженство, наполняя комнату сладкими стонами.
Спустя несколько минут этой ласковой пытки Рончейя сама начала чуть подаваться попкой в сторону мужчины, ускоряя и углубляя его неспешные проникновения, сменявшие такие же тягучие движения в обратном направлении, заставлявшие ощущать пустоту внутри от почти покидавшей её тело большой и горячей твёрдости. Ридж чутко уловил эти робкие проблески ответных толчков, с удовольствием подстраиваясь под новый ритм, задаваемый теперь девушкой.
– Сладкая моя, какая же ты вкусная! – лизнул он палец, временно покинувший влажные складочки.
Рони внутренне передёрнулась, представив, что ей пришлось бы проделать что-то подобное. Даже окончательно предавшее тело, поддерживаемое предвкушением лучшего будущего, путь к которому не обещал быть простым, но хотя бы оказался довольно приятным, не поддерживало подобных проявлений близости, требовавших хотя бы зачатков сердечной привязанности, которой пока не было и в помине… Да и вряд ли она образовалась бы на подобном шатком фундаменте.
Но скоро и эти мысли покинули девушку, потерявшуюся в ощущениях, едва Ридж полностью повернул её лицом вниз, придавив сверху своим тяжелым телом. Шлепки его бедер по её чуть выпяченной благодаря подложенной по низ живота подушке – об этом позаботился опытный любовник – становились всё быстрее. От чего кровь приливала к и без тому не отошедшему ещё от прошедшей ночи низу живота, снова отзываясь чуть болезненным острым удовольствием, быстро доведшим девушку до высшей точки, с которой она соскальзывала, подрагивая почти всем телом, ощущая собственную пульсацию где-то внутри, где она почти сразу была подхвачена несколькими содроганиями постепенно обмякающего опустошенного члена.
– Я захватил с собой одну микстуру, – успокаивая дыхание сказал Риджес, наконец отодвинувшийся от почти раздавленной им девушки, – будешь её принимать каждое утро. Ты же не собираешься пока становиться матерью? – внимательно посмотрел он на устраивающуюся поудобнее Рони, опасаясь вопросов по поводу замужества или упрёков.
– Нет, пока не собираюсь, – покладисто ответила та, вызвав очередную волну нежности, обычно накатывавшую на мужчину после близости.
– Вот и хорошо! – улыбнулся он, в очередной раз поздравив себя с выгодным приобретением, каким он считал всякую удобную и приятную ему любовницу, за что и готов был платить довольно высокую цену, включавшую в себя подобные поездки, покупку гардероба и другие траты, сопровождавшие общение с хорошенькими девушками.
“Ничто в этом мире не бывает бесплатным, а если и покажется таковым, то потом истребует с тебя самых больших вложений”, – подумал Ридж, повидавший на своём веку всякого и предпочитавший учиться на чужих ошибках. А потому с интересом внимавший старшим товарищам, наставлявшим его с ранней юности, что самые честные отношения основаны на понятных товарно-денежных отношениях, пусть товаром в данном случае и является особое расположение красотки.
Завтракала пара снова в номере, привычно уже запахнувшись в халаты, накинутые на голое тело. Рончейя была в ванной, когда накрывали на стол, благодаря чему избежала очередной проверки чужими взглядами, а потому оставалась в довольно ровном расположении духа, раздумывая над тем, чтобы самой заняться средствами предохранения от нежелательных последствий. Мало ли что там ушлые целители или алхимики намешали, и неизвестно, как это потом скажется на здоровье. В таком важном вопросе нельзя надеяться ни на кого. Так что время в лаборатории она будет тратить и на себя, благо с заданиями работодателя Рони справлялась всё быстрее, здорово набив руку и набравшись опыта за последние годы. А по поводу нужного ей состава у девушки уже были кое-какие мысли, требующие проверки, но почти оформившиеся в идеальный вариант, позволивший бы не только не нанести вреда, но и добавить сияния волосам и крепости ногтям.
– О чём задумалась? – заметил отсутствующий взгляд Рони мужчина, на всякий случай отслеживающий её настроение. Мало ли насколько запоздает реакция на потерю девственности. Неожиданные истерики на людях ему точно не нужны.
– Об этом, – честно ответила девушка, кивнув на красивый флакон, из которого ей в бокал с напитком перед завтраком отмерили положенное количество капель.
– О, не беспокойся, – расслабился Ридж. – Я покупаю лишь самые проверенные и дорогие средства. Никаких побочных неприятностей, никаких неожиданностей, всё абсолютно надёжно.
– Хорошо, – улыбнулась Рончейя погладившему её ладонь мужчине.
– Так, одеваемся и идём одевать тебя! – энергично поднялся тот из-за стола. – Вчерашнее платье уже у тебя в комнате, горничная принесла. Но скоро оно тебе больше не понадобится, отдашь бедным родственникам.
Напоминание о родственниках согнало с лица девушки улыбку, тут же натянутую обратно, ведь мало кому нравятся унылые выражения, а ей обязательно нужно было нравиться, чтобы получить всё запланированное.
И весь оставшийся день, проведенный в курортном Дарбийском городке, она удерживала легкую улыбку, почти намертво приклеившуюся к юному личику. Временами, оценив количество приобретенных нарядов на все случаи жизни, Рончейя радовалась совершенно искренне, но быстро вспоминала цену этих подарков, ощутив у себя на талии мужскую руку, незаметно поглаживающую её сквозь тонкую ткань летнего платья большим пальцем.
К выбранным нарядам требовалась и новая обувь, приобретением которой занялись уже после обеда, который им подали прямо в дорогую лавку с готовым платьем, пока расторопные швеи подгоняли новую одежду, зауживая её в талии, очень тонкой и у Рони. Распорядившись по поводу отправки покупок на постоялый двор, где остановилась пара, Ридж повёл девушку к обувщикам, не показывая и тени недовольства такой скучной тратой времени.
К вечеру Рончейя совершенно вымоталась, что особенно бросалось в глаза на фоне бодрого и полного сил мужчины. О, сегодня он отделался малой кровью, ведь подобные походы по лавкам с женой могли растянуться и на пару дней, изрядно натренировав Риджеса и выработав у него почти безошибочное чувство, позволявшее выбирать самые модные наряды, которые сразу показывали окружающим свою немалую стоимость. Конечно, это было далеко от подлинно аристократического вкуса, избегавшего излишней нарочитости. Но с настоящими аристократами он и не общался, а в кругу богатых дельцов именно подобная одежда и вызывала соответственное статусу и заработанным капиталам уважение.
Девушку, совершенно неискушенную в этих вопросах, наряды совершенно устроили. Она тоже отметила и дорогие ткани, и яркие фасоны, дававшие понять, что денег на всё это потрачено немало. А потому оба путешественника остались вполне удовлетворены проведённым с толком днём.
– Да, удачно, что у нас тут ресторан внизу, идти никуда не нужно, всё в номер принесут, – мужчина довольно вытянул ноги, утомленные жарким днём в тесноватой обуви, скинув туфли, едва зайдя в гостиную. – Или ты хотела выйти куда-нибудь, чтобы похвастаться обновками?
– О, нет! Может, завтра? – почти упала в соседнее кресло девушка. – Кстати, мы тут надолго? Вроде бы еще в Лурбию хотели заглянуть?
– Предлагаю завтра и съездить туда с ночёвкой. А этот номер тоже за собой оставим, чтобы вещи не таскать, возьмем только самое необходимое на сутки.
– Прекрасно! – воодушевилась девушка. – А как мы туда доберёмся? Опять по морю? Или теперь по суше?
– Быстрее получится по дороге проехать, морем сложнее, у берега рифы, их огибать придётся дольше, – улыбался Рончейе мужчина. – Хорошо, что напомнила, нужно экипаж на завтра арендовать. Так, иди переодеваться, раз вечером никуда не пойдем. Освежись пока, а я пока закажу нам ужин и распоряжусь насчет экипажа.
Окончание длинного дня прошло почти так же, как накануне, исключая дополнительные хлопоты для Рони, которые больше не требовались. Да и Ридж уже не волновался, убедившись в покладистости и прекрасном характере любовницы. Вместо вина он заказал соки и воду, разумно рассудив, что завтрашнюю дорогу легче перенести без малейших признаков похмелья. А утренние реакции девушки на его ласки позволили предполагать, что и этой ночью его ждёт тёплый приём без расслаблющего и отключающего контроль алкоголя.
