Текст книги "Притворщица (СИ)"
Автор книги: Кира Суворова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)
Глава 9
Небольшая дорожная сумка со сменным платьем и бельём, котомка с алхимическими компонентами, включая те, что были получены из букета, пара стопочек из самых нужных книг и тетрадей – вот и набралось довольно много вещей, часть из которых удалось пристроить на плечах, благодаря длинным ручкам сумки и котомки, а вот связки книг Рончейе пришлось нести в руках. Боясь разбудить домашних, она выскользнула из комнаты, что делила с младшей сестрой, едва удержавшись от порыва поцеловать ту на прощание. Нет, так рисковать девушка не могла и особенно остро чувствовала это, когда еле слышно кралась в сторону входной двери, а потом спускалась по лестнице, ведущей во двор. К счастью, на пути к заветному перекрёстку, где её уже ждала повозка с нетерпеливо вышагивающим рядом Риджесом, Рони не встретился ни молочник, ещё не добравшийся из близкого пригорода со своим скоропортящимся в летнюю пору товаром, ни припозднившиеся девицы, что подрабатывали в местном трактире.
– Молодец, не опоздала! – широко улыбнулся мужчина, перехвативший книги и сумки у девушки, чтобы пристроить их в ногах, а потом подсадил ту в экипаж.
Короткая остановка у будущего “любовного гнёздышка”, чтобы словно “пометить” одну из спален нехитрыми пожитками Рончейи; и повозка двинулась в сторону порта, где давно суетилась команда, подгоняемая зычными окриками боцмана, обещавшего после отплытия лично приложить руку к воспитанию особо нерасторопных моряков, уже отмеченных им, но ещё имеющих возможность избежать наказания.
Увидев пассажиров, громкоголосый мужчина постарался избегать особо солёных морских словечек, способных заставить покраснеть не только молоденькую барышню, но и её спутника, однако то и дело забывался, смущённо крякая при каждой такой оплошности и кося глазом в сторону чинно беседующей с капитаном парочки. Рони, выросшая неподалёку, с трудом сдерживала улыбку, делая вид, что не слышит или не понимает этих ругательств; Риджес же тайком посмеивался в кулак, встречаясь весёлым взглядом с едва сохраняющим важный вид капитаном, который почти незаметно грозил кулаком боцману после особенно заковыристых пассажей, одновременно озвучивая примерный план короткого путешествия:
– Как только отчалим, вам подадут завтрак, кок уже колдует на камбузе. Потом можете погулять по палубе. Если будет желание, могу показать, как и что у нас тут устроено: спустимся в трюм, посетим рубку, где трудятся маги – водник и воздушник. В камбуз… Пожалуй, не стоит туда ходить. Там жарко, да и кок… – замялся довольно молодой капитан, по возрасту едва ли не младше Риджеса. – В общем, не стоит беспокоить кока. Лучше я потом на палубе обед попрошу накрыть, а если у нашего кудесника кулинарии будет настроение, он сам вам всё расскажет. А дальше – на ваше усмотрение. Устанете от однообразных волн, сможете укрыться в каютах. Кстати, давайте я их покажу. Мы постарались для дамы обустроить всё самым лучшим образом. Надеюсь, угодили.
Маленькая комнатка с небольшим окошечком, расположенная под рубкой, очень понравилась Рончейе. Там пахло недавно оструганным деревом, вероятно, обновляли ложе, устроенное в небольшой нише, деревянные же полы были тщательно отскоблены и сияли желтоватыми в прожилках досками, откидной столик у окна был накрыт кружевной салфеткой, совершенно неожиданной в этом мужском царстве и от того казавшейся особенно трогательной.
– Спасибо! Тут замечательно! – искренне поблагодарила девушка, улыбаясь сопровождавшим её мужчинам, стоящим в дверях.
– Ваша каюта рядом, – указывая мужчине на соседнюю дверь довольно ухмыльнулся капитан в рыжеватые усы, неожиданно дополнявшие его тёмные волосы, чуть вспыхивающие в косых рассветных солнечных лучах бордовыми бликами, что намекало на естественный окрас растительности над губами. – Дальше, под рубкой, моя обитель. А напротив ваших апартаментов – комнаты магов и боцмана с коком.
– Тесновато им, наверное, – с сомнением осмотрел свою каюту Риджес, пытаясь представить, как тут можно разместиться вдвоём.
– В тесноте, да не в обиде! – рассмеялся капитан. – У нас короткие рейсы, так что нормально, никто не жалуется. Редко дальше, чем на пару дней пути в одну сторону ходим. Да и у магов целая рубка почти в полном распоряжении, а у кока – камбуз.
– А, ну да, и на земле у многих дома есть, – понятливо кивнул пассажир, глядя, как прикрывается соседняя дверь, скрывая его спутницу. – Так вы говорите, скоро завтрак?
– Да, буквально в течение получаса, – благодушно кивнул кэп, ещё недавно обеспокоенный возможными капризами барышни, не понаслышке знакомый с женским полом и когда-то впечатленный до глубины души неожиданными поворотами характера “нежно любимой” тёщи, решившей сразу показать, чем семейная жизнь отличается от холостой, и объяснить, в чём состоят главные мужские обязанности и в чём заключаются главные достоинства правильного мужа.
О, не подумайте плохо об этой женщине; достоинствами она считала умение помалкивать, когда ей вздумается поучать; а также постоянно увеличивающееся благосостояние семьи, так и норовящей устроить пробоину в бюджете закупками очередных милых платьиц и совершенно необходимых украшений, без которых ни одна уважающая себя дама не выйдет из дома, чтобы не посрамить честь супруга, который изо всех сил пытался удержать свою семейную лодку на плаву, умело лавируя между очередными рифами, подбрасываемыми щедрой рукой энергичной тёщи.
В общем-то и сейчас он не расслаблялся, ожидая чего угодно от пассажирки, ведь даже мать его молоденькой жены временами была весьма мила и почти адекватна, так что делать выводы по первым минутам знакомства он и не подумал, наученный жизненным опытом.
Рончейя обнаружила задёрнутый занавесью уголок, где стыдливо пряталось под небольшим квадратным столиком ведро, прикрытое деревянной крышкой. На самом же столике надёжно обосновался прикрепленый к нему перекинутыми через ручки веревками круглый таз, в котором сейчас стоял металлический кувшин с водой, тоже с двумя ручками, сквозь которые проходили закреплённые на балке под потолком веревки. Хмыкнув, девушка приподняла этот сосуд, прикрытый надёжной крышкой, и попробовала наклонить, оказалось, что такой подвешенный над тазом рукомойник очень удобен. При качке из него почти ничего не проливалось, а умываться было довольно удобно. О назначении ведра Рони тоже догадалась, но решила по возможности не пользоваться им, догадываясь, что вряд ли будет выносить его собственноручно.
Вскоре равномерное покачивание пришвартованного у берега судна сменилось на более существенную качку, а из-за двери послышались голоса и громкий, но вежливый стук:
– Завтрак готов, барышня! – в приоткрывшуюся щель заглядывал мальчишка, с любопытством рассматривая девушку.
– Спасибо, – улыбнулась ему Рончейя, присаживаясь за столик у окна и наблюдая, как вслед за вихрастой головой в приоткрытую дверь протискивается худенькая, но жилистая фигура, а ловкие руки шустрого пацанёнка, уже проскользнувшего ужом в её каюту, споро выставляют с непривычного подноса разные тарелочки, чайник с напитком, столовые приборы и чашку.
– Вот! – снова глазел на неё мальчик. – Приятного аппетита! Если что, наш кок завсегда добавку даёт женщинам и детям.
– Учту на будущее, – рассмеялась Рони. – А нас вашим коком пугали, что к нему лучше не подходить.
– Не-е-е, он хороший, – разулыбался юнга. – Но страсть как не любит, когда в камбузе посторонние топчутся! – понизив голос добавил он.
– Ну да, посторонних никто не любит, – кивнула девушка, наливая себе душистый отвар. – Тебя угостить?
– Нет, что вы! – почти отпрыгнул к двери мальчик. – Меня потом покормят. И мешаться пассажирам не велено, – пробормотал он, уже прикрывая за собой дверь, которую почти сразу снова открыли.
– Вдвоем завтракать приятнее, – объявил Риджес. – Неси сюда мой столик, тут и накроешь, – уже распоряжался юнгой мужчина, без всяких церемоний присевший на край ложа, служившего в небольшой каюте и лавкой.
Недовольно пробормотавший что-то себе под нос мальчишка выполнил указания слишком делового пассажира, сделавшего вид, что не расслышал нелестную характеристику от юного моряка. Но как только тот удалился, рассмеялся, глядя на Рончейю:
– Какой забавный малыш!
– Ну, среди моряков другому и не ужиться, – улыбнулась в ответ девушка, радуясь лёгкому характеру спутника, так отличавшемуся от Слаера.
– Да уж, далеко пойдёт, серьёзный малый! – с интересом разглядывал кушанья мужчина. – Хм, и вправду, прекрасный здесь повар. Не зря его капитан так ценит.
Вскоре и Рони отдала должное умениям кока, неожиданно для себя съев почти всё из принесённого на её подносе. Возможно, сказалось то, что накануне она была слишком занята приготовлениями, да и нервничала, от чего почти не тронула завтрак, потом пропустила обед, а за ужином постаралась быстро ухватить пару пирожков, испеченных матерью, и скрыться в комнате, чтобы не пересекаться с отчимом, любящим поучать отпрысков, брызгая слюной и зажёвывая вместе с пищей слова, которые семейство просто обязано было понимать и принимать всем сердцем. Даже осознавая, что это последний раз, что больше подобного в её жизни не будет, Рончейя не смогла себя заставить сесть за общий стол, отговорившись больной головой и тем, что не голодна.
– И правильно, может похудеешь! – ухмыльнулся Слаер, провожая взглядом падчерицу и тут же переключаясь: – Да и тебе, жёнушка, не мешало бы похудеть, разъелась на моих харчах!
Девушка сочувствовала матери, но не настолько, чтобы забыть её слова, когда-то перечеркнувшие доверие. Быстро постаревшая Ланчейя, сыновьям которой было уже почти шесть и четыре, на самом деле оставалась всё такой же худышкой, что и раньше, но четыре ребенка оставили свой след на её фигуре, заставив бёдра чуть раздаться, а грудь, когда-то совсем маленькую, увеличиться и обвиснуть. Именно это и раздражало мужа, самого заметно округлившегося от хорошей и беззаботной жизни, обзаведшегося выпирающим животом и двойным подбородком на обрюзгшем лице. Однако собственные недостатки мужчина совершенно не замечал, считая их непременным атрибутом успешного мужчины, которому не требуется много и тяжко трудиться.
Вспомнив об отчиме, девушка испугалась, что и сама скоро обзаведётся лишним весом, если продолжит питаться подобным образом. Всё-таки к женщинам люди более придирчивы. А ей симпатичная внешность нужна, чтобы получить задуманное.
Риджес, наблюдавший за чуть нахмурившейся спутницей, поспешил заговорить:
– Тебе что-то не понравилось?
– Нет, всё было слишком вкусно, чтобы остановиться вовремя, – задумавшись, Рони ответила машинально именно то, что и подумала, но тут же спохватилась, смущенно покраснев от собственной неуклюжести и делая себе заметку на будущее: нужно тщательнее следить за речью.
– О, тебе это только на пользу! – успокоил её мужчина. – Ты удивительно изящна и грациозна. Если приодеть, то вряд ли кто-то поймёт, что не из аристократического рода.
Девушка чуть наклонила голову, обдумывая сказанное Риджесом. Ей стало интересно, действительно ли получится настолько изменить впечатление о себе, используя только дорогую одежду и украшения… Попробовать однозначно стоило, осталось дело за малым – постараться выжать из поездки максимум, да и потом распорядиться оставшимися летними днями с пользой, получив за свою молодость и красоту всё, что сможет дать этот мужчина.
А бесполезные и бестолковые душевные страдания, якобы украшающие приличных барышень, худшими из бед которых были сломанный ноготь или потерянная булавка, Рончейя решила оставить для других. Жизнь научила её, что за собственное спокойствие и безопасность нужно бороться, используя любые методы, не обращая внимания на приличия и поучения от рьяных поборников морали, лицемерно скрывающих своё “рыльце в пушку” от окружающих.
“Все вокруг именно такие, просто кто-то лучше других умеет скрывать свои пороки”, – подумала девушка, глядя в окно и почти пропустив вопрос Риджеса:
– Выйдем на палубу?
– Да, конечно, – вежливо улыбнулась Рони и поднялась вслед за мужчиной, чтобы покинуть каюту, куда уже впорхнул мелкой пташкой давешний юнга с пустым подносом.
Глава 10
Почти весь оставшийся путь, завершившийся уже к вечеру у берегов соседней Дарбии, путники провели на палубе, наслаждаясь прекрасной погодой и освежающим ветерком. Небольшой навес, устроенный рядом с кормой, защищал от палящего светила, позволяя с комфортом полулежать в больших деревянных креслах, заботливо прикрытых огромными подушками, почти матрасами, и полосатыми лёгкими пледами, служившими скорее украшением, чем надёжной защитой от непогоды. Но в тот день если и приходилось укрываться, то только от солнца, жаркого и навязчивого в южных морях.
– Ужинать будем уже на берегу, – заставил очнуться задремавшую после обеда девушку снова улыбающийся Риджес, потихоньку заражающий её своим умением радоваться даже мелочам и ощущением счастья и благополучия.
– Да, хорошо, хотя нас и тут неплохо кормят, – пошутила в ответ Рончейя.
– И как местного кока ещё в какой-нибудь модный ресторан не сманили? – задумался мужчина.
– О, вы не представляете, сколько раз пытались сманить! – почти неслышно подошёл капитан, решивший проверить, как себя чувствуют пассажиры. – Но тот категорически отказывается. Без моря и качки у него вдохновение пропадает.
– А на другие корабли? – заинтересовался Ридж.
– И это было, но я и плачу хорошо, и все капризы стараюсь исполнить… А к тому же, это – мой дядя, если честно. Только никому не выдавайте наш секрет! – сделал страшные глаза кэп. – Иначе вы разрушите одну довольно забавную легенду.
– Какую? – проявила любопытство и Рони.
– Ну, другие моряки рассказывают, что нашего кока когда-то прокляла женщина, заявившая, что раз он не хочет на ней жениться, то пусть и живет со своим камбузом. А мой дядя уже тогда на этом корабле ходил, потому сюда и привязан тем проклятием, – с самым серьёзным видом поведал капитан.
– Как романтично! – ухмыльнулся Риджес.
– Не то слово! – наконец позволил себе засмеяться кэп, с трудом удерживающий важный вид до той минуты. – Зато сколько милых дам изъявляют желание покататься на нашем судне, чтобы своими глазами увидеть несчастного страдальца! Ну и особенно проникаются его судьбой, попробовав кушанья со здешнего камбуза.
– Надеюсь, вниманием не обделены не только творения вашего дяди? – откровенно веселился Ридж, подмигивая рассказчику.
– О! Не то слово! Наш кок пользуется неослабевающим женским интересом на всех побережьях, от Нербии до Лурбии, – правильно понял намёк кэп. – Потому и не женился до сих пор… Выбирает.
Последнее слово сломало тщательно удерживаемую вежливую мину на лице Рончейи, которая расхохоталась вместе с мужчинами, представив себе отбивающегося от разномастных дам кока, которого ей самой пока не довелось увидеть, тот сегодня был не в настроении. Ну и кто бы ещё был в настроении, когда ему вчера вечером чуть не вырвали клок волос? Последняя его любовница пришла в неистовство, узнав, что мужчина и не строил матримониальных планов, несмотря на все усилия, предпринятые ею, и почти несокрушимую уверенность, что уж она-то сможет побороть проклятие. Когда-то именно этот темперамент и привлёк мужчину, но теперь вышел боком. Надо сказать, что подобные инциденты были всё-таки редки в долгой карьере мастера ножа и сковородок, он обычно выбирал нежных и трепетных дам, способных чутко оценить все оттенки вкуса, ведь помимо любовных утех он баловал избранниц и самыми изысканными блюдами, стараясь показать себя во всей красе. Но и среди романтичных натур встречались женщины с неожиданно твёрдой рукой и не менее твёрдым характером, что на какое-то время заставляло мужчину поумерить свой пыл и любвеобильность.
Обычно хватало пары дней, чтобы вернуть ему прежнее расположение духа и хорошее настроение. Так что нашим путешественникам просто не повезло. В иной раз они бы познакомились не только с интересными кушаньями, но и с их творцом, который мог приоткрыть особо понравившемуся ему собеседнику и особенный секрет собственной популярности у дам. А всё дело в не совсем привычно используемой еде. Ну какая дама забудет, как её сперва нежно обмазывают вкусным кремом, а потом слизывают эту ароматную сладость с совершенно порочным выражением лица и абсолютно неприличными стонами удовольствия? Да, такое не забывается, заставляя раз за разом прощать невыносимого холостяка, не ограничивающегося одним только упомянутым уже кремом…
К счастью для Рончейи, Риджес не успел ещё пообщаться с коком, что уберегло неокрепшую психику девушки от слишком радикальных проявлений мужской нежности. Ей и без того было трудно решиться на дальнейшее сближение с мужчиной. И вроде бы ум вполне подготовлен давно обдуманными вариантами развития событий, а вот сердце… Ну как его подготовишь?
Именно это и ощутила девушка, когда позади остался гостеприимный капитан с забавными историями из насыщенной приключениями жизни моряка. Ридж не обманул, для девушки подготовили отдельную спальню на постоялом дворе, стоящем чуть в отдалении от оживленного порта и принимавшем публику значительно богаче, чем простые матросы. Но эта отдельная спальня прилагалась к большим апартаментам, включавшим в себя и спальню Риджеса, и общую гостиную, где для путников должны были накрыть ужин, избавляя их от необходимости спускаться вниз, в общий зал небольшого ресторана, принимавшего не только гостей, разместившихся в номерах на втором этаже, но и других посетителей.
Общие покои сразу дали понять, что долго тянуть мужчина не собирается. И казалось бы готовая ко всему Рони неожиданно для себя растерялась, испуганно сжавшись на краю дивана, пока мимо бегали горничные, помогающие разобрать вещи, приготовить ванную, расположенную как раз между спальнями и имеющую вход со стороны гостиной.
– Полагаю, тебе хочется ополоснуться после долгой дороги, – снова ласково улыбался Ридж, осторожно поглаживая ладошку девушки. – Тут изумительные мягкие халаты, можешь после ванной переодеться в более удобную одежду, вряд ли мы куда-то пойдем после ужина, – вопросительно взглянул он в глаза спутницы, опасаясь возражений.
– Да, хорошо, – кратко ответила та, снова мило покраснев, вспоминая, куда запрятала особое снадобье, и пытаясь сообразить, когда его лучше применить.
– Ну вот, пока ты плещешься, я пойду, разузнаю, что тут сегодня есть стоящего в ресторане и организую нам ужин, – мягко, будто с пугливым и готовым сорваться на бег животным, продолжал вполголоса мужчина.
Рончейя едва заметно кивнула, вставая с дивана вместе с Риджесом, решив про себя, что нужно припрятать средство в ванной, куда она наведается ещё разок, после ужина. Воду уже набрали, полотенца и халаты принесли. Горничные выпорхнули из покоев чуть раньше мужчины, и теперь у Рони появилась возможность быстро осмотреть ванную и задвинуть заветный пузырек на дальнюю полочку рядом с зеркалом, где так удачно расположилась пузатая ваза с нежным цветком из шёлка, позволяя скрыть за собой даже несколько таких маленьких баночек.
Успокоившись по этому поводу, девушка быстро скинула одежду, аккуратно развесив её на стуле у двери, ведь с собой у неё было лишь одно запасное, лёгкое и светлое платьице, которое слишком легко испачкать, а новые наряды, обещанные мужчиной, пока не куплены. Так что надёжнее иметь под рукой всегда готовую смену. Кстати, о смене… белья. Рончейя озадаченно разглядывала тот самый хвалёный халат, не зная, что под него обычно надевают… И надевают ли вообще? Решив, что раз она скромная девственница, коварно соблазнённая опытным мужчиной, то нужно обязательно поддеть и сорочку, и довольно закрытые и длинные панталончики, пусть и летний их вариант, то есть из самой тонкой по причине жары ткани. Быстро найдя искомое в своей спальне, где большой шкаф сиротливо зиял практически пустыми полками и вешалками, девушка наконец закрыла за собой дверь в ванную комнату, порадовавшись крепкой с виду задвижке.
Когда спустя непродолжительно время она вышла в старательно запахнутом на груди халате, из-под которого виднелось дешевенькое кружево её самой новой ночной сорочки, ещё не приобретшей сероватый оттенок из-за множества стирок и сохранившей красоту отделки, первой теряющей приличный вид, в гостиной уже был почти накрыт стол, а Риджес пробовал принесенное на пробу вино, наливаемое ему из трёх разных кувшинов.
– Вот это оставьте, – распорядился он, отпуская взмахом руки подавальщицу из ресторана, а затем обернулся к девушке: – Очень устала?
– Нет, оказалось, что путешествовать даже приятно, – улыбнулась она в ответ, растерянно теребя в руках платье.
– О, это можно отдать горничной, до утра почистят и просушат, – Риджес выглянул за дверь и подозвал пробегавшую мимо работницу, которая чуть удивлённо взглянула на врученный ей наряд, так отличающийся от привычных богатых платьев постоялиц этого недешевого места, но никак более не выразила своего мнения о Рони… Однако почти незаметно бросив на неё заинтересованный взгляд.
Перехватив его, девушка ещё плотнее запахнула халат и поправила просушенные специальным артефактом волосы, радуясь, что не пришлось выходить с замотанной в полотенце головой и ещё больше веселить местную прислугу своим видом. “Да, вопрос с одеждой нужно решать как можно быстрее!” – чуть раздраженно подумала Рончейя, закусив пухлую нижнюю губку.
– Подождешь меня? Я скоро! – немного охрипшим голосом попросил Ридж, поспешно направившийся в ванную комнату, пытаясь скрыть от девушки причину этого хрипа, немного мешающую сейчас идти.
– Да, конечно, – растерянно откликнулась Рони, провожая взглядом стремительно скрывшегося за дверью мужчину.
Она превратно поняла мотивы этой поспешности, приняв всё на свой счёт, что было верно, но отчасти, так как не подумала, что закушенная губка может пробудить в мужчине и без того рвущиеся с привязи порывы. Ей показалось, что дело в слишком скромном и бедном платьице, почти брезгливо, по её мнению, осмотренном горничной, что наверняка не укрылось от взгляда мужчины. И теперь он точно начнёт стесняться своей совершенно непрезентабельной спутницы, а это грозит срывом всех планов! В этот момент Рончейя поняла, что не оставит себе даже тени мыслей об отступлении. Если надо, она сделает всё, что угодно, лишь бы больше никогда не видеть подобных взглядов от других женщин, кем бы они ни были. Она обязательно заставит себя уважать! А мужчин – еще и обожать, раз уж без этого никак не обойтись.
Вернувшийся вскоре Риджес застал девушку у окна за разглядыванием праздно прогуливающейся по самой дорогой в городке улице респектабельной публики, словно хвастающейся яркими нарядами и многочисленными украшениями.
– Завтра с самого утра идём по магазинам, – понятливо отреагировал мужчина, чуть приобняв стоящую рядом Рони за плечи и тоже с интересом присматриваясь к местным модам. Всё-таки Дарбия и соседняя с ней Лурбия населены большей частью оборотнями, которые отличались чуть более вольными нравами и могли себе позволить провокационные одежды, в особенности это касалось женщин. Мужчины и у людей имели больше свободы в поступках и меньше претензий к поведению, а нарядами и оборотни-мужчины интересовались меньше, чем женщины, предпочитая носить почти то же, что и обычные люди.
– Хорошо, – девушка задумчиво проводила взглядом даму в возмутительно коротком платье, чуть прикрывающем колени.
– О, нет! Только не говори, что ты хочешь что-то в этом роде! – притворно возмутился Риджес, пытаясь представить Рончейю в подобном и понимая, что дома, наедине, когда никто больше её в этом безобразии не увидит, он бы с удовольствием потерпел такой вызов нравственности.
– Такое?! – ужаснулась девушка, представив ещё более липкое внимание мужчин, которые тогда совсем прохода не дадут, да и церемониться с нарушительницей спокойствия вряд ли будут. – Нет, это уж слишком!
– Рад, что в этом наши мнения сходятся, – почти мурлыкнул ей на ухо Ридж. – Пойдём ужинать, всё стынет. Даже специальные колпаки с подогревающими артефактами не гарантируют, что вкус не изменится, если слишком долго под ними еду держать.
