Текст книги "Притворщица (СИ)"
Автор книги: Кира Суворова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)
Глава 7
Не подозревающая о затратных приготовлениях однажды привязавшегося к ней богато одетого мужчины, Рончейя всё больше отчаивалась, видя, как ускользает мечта поскорее уехать из городка, с которым связано слишком много неприятных воспоминаний. Приятель библиотекаря и сам в этом захолустье зарабатывал немного, так что делиться самыми выгодными заказами с милой девочкой не желал; да и опыта у той пока маловато, чтобы взяться за подобные вещи. Те крохи, что умудрилась скопить мать, оставляя понемногу после каждого похода к мяснику или на рынок за овощами и рыбой, погоды тоже не делали. Девушка была достаточно начитанна, чтобы понимать, каким способом некоторые женщины умудряются заработать, не прилагая особых усилий, полагаясь только на свою красоту и молодость. Да и на их окраине частенько упоминали подобных барышень и заведения, где те “вели дела”; но упоминания эти обычно сопровождались весьма нелестными эпитетами, используясь как дополнительный аргумент в жарком споре, иногда перераставшем в драку. Короче говоря, всеобщее отношение к подобному способу заработка, да и настороженное отношение ко всем мужчинам уберегли девушку от опрометчивого шага.
Совсем упав духом, Рони продолжала ходить в библиотеку, хоть на время погружаясь в выдуманные миры, где отважные герои спасали дев в беде, где добро всегда побеждало зло, где не было места таким, как Слаер. Начитавшись явно нереальных историй, она иногда злилась на глупых авторов, которые запутывали своими сказочками ещё более глупых читателей, поверивших в счастливый конец для всех, не замечающих, что жизнь совсем иная, далёкая от описанного благолепия.
В такие моменты девушка переключалась на учебники, от которых хоть польза была. Рони уже пробовала составлять свои микстуры и порошки, основываясь на вычитанном в старинных фолиантах, к которым ей давали доступ; а также на тех записях, что вёл приятель библиотекаря, когда-то пытавшийся создать нечто особенное, что прославило бы его на весь мир, как легендарного Мерлината Бадаройта, давшего миру те самые мерлинаторы, названные его именем и используемые теперь почти повсеместно для связи с друзьями родственниками, находившимися хоть на другом краю света…
Но время шло, алхимик продолжал топтаться на месте, исписывая тетрадь за тетрадью, но так и не придумав ничего по-настоящему прорывного. А потом и вовсе пропал тот запал, что двигал им в юности и молодости, навалились заботы, появилась семья со своими нуждами и хотелками… Старые записи пылились на полках в лаборатории, их тревожила теперь только любопытная Рончейя во время длительных процессов упаривания или возгонки особо чувствительных к перепадам температур и освещенности компонентов для очередного зелья. Поглядывая время от времени на колбы и реторты, чтобы не пропустить критический момент, она с интересом вчитывалась в описание дотошных попыток сделать из… ерунды и обычных веществ что-то этакое. И удивлялась своему работодателю, который и сам толком не понимал, что конкретно хотел получить. Возможно, она уже настолько погрузилась в теорию, частенько засиживаясь за книгами и в чём-то превзойдя учителя, всё чаще подумывая, что удивительные случайности происходят слишком редко, чтобы всерьёз надеяться на них. Нет, куда надёжнее изучить все явные и скрытые свойства исходных компонентов, проверить результаты их взаимодействия, а потом уже с умом подбирать нужные концентрации и количества…
От размышлений на эту тему выходящую из библиотеки Рончейю отвлек внезапно появившийся перед лицом букет цветов. Не тех, что во множестве росли за чертой городка, и не тех, которые украшали маленькие палисадники, притулившиеся перед некоторыми домиками на их окраине.
Эти цветы привозили из садов далёкой Сарбии, бережно выращиваемых в оазисах, затерянных среди огромной пустыни, занимающей всю южную часть страны, с юга и запада граничащей с Дарбией. С востока засушливую местность лишали благословенных дождей высокие горы, омываемые Сарбийским морем. Севернее степи узкой полосой примыкали к реке Зир, берущей своё начало в медвежьем краю – Зирбии. А дальше, за полноводной рекой до самых границ с заснеженной Зирбией, шумели хвойные леса, способные переносить и северные обжигающие ветра, и не менее промозглые дожди, приносимые осенью и зимой со стороны моря. Эти суровые края когда-то тоже принадлежали оборотням-медведям, но многие столетия назад путем хитрых манипуляций и продуманных браков потихоньку перешли к сарбийцам, тогда ещё почти поголовно оборотням-птицам. Это сейчас люди расселились везде, поскольку оказалось, что почти наверняка потомство от человека и оборотня будет иметь две ипостаси, что спасало человеко-зверей от неизбежного вырождения из-за близкородственных связей. А раньше к “человекам” относились с лёгким презрением – живут недолго, особой силой не обладают, если не считать редких магов. Но оказалось, что смешанные браки пошли на пользу и людям, среди которых всё чаще рождались отмеченные стихиями. Возможно, кто-то промелькнул и в родовом древе Рончейи, если у неё выявилась магия.
Вернёмся же к Рони, которую мы оставили в лёгком шоке от возникшего на пути прекрасного препятствия, источающего необыкновенные ароматы.
– Примите этот букет, который меркнет на фоне вашей красоты! – пафосно заявил уже пристававший как-то к девушке мужчина, предлагавший сводить её в ресторан.
В тот раз Рончейя категорически отказалась идти с ним куда бы то ни было. Неужели она выглядит голодающей нищенкой? В их окружении никто по ресторанам не ходил, да и в трактирах сидели в основном мужчины, пришедшие туда явно не поесть. Поэтому приглашение поужинать она и восприняла как нечто неуместное. В их трактирах только падшие женщины целые вечера составляли компанию любителям выпивки. Что уж там ещё происходило и как, Рони не знала и знать не хотела. Как не хотела и быть приравненной к подобным дамам, что развлекают в трактирах и ресторанах мужчин. Особой разницы между этими местами она не видела, не зная, что в новомодные заведения теперь ходят с жёнами и детьми.
Подарок произвёл более благоприятное впечатление, ведь некоторые составляющие его цветы встречались в списке редких и дорогих компонентов для различных снадобий. А потому было решено принять его.
– Благодарю, – осторожно взяла протянутый букет девушка, уже обдумывавшая, как бы его скрыть от отчима, чтобы не выкинул ненароком, с него станется. Возможно, стоит воспользоваться внутренним двориком библиотеки и разобрать цветы там, да и сушить лучше не дома…
– Ну хоть теперь угодил! – громко обрадовался пышущий энергией мужчина, улыбаясь лишённым бороды гладким лицом.
Если бы Риджес узнал, что все дальнейшие события стали возможны лишь благодаря его привычке бриться, приобретенной когда-то из-за некрасивой клочковатости растительности на юной физиономии, то, возможно, он стал бы скоблить свои щеки и подбородок дважды в день. Хотя, при его белокурой наружности, можно предположить, что и одного раза было вполне достаточно, поскольку давно известно, что у брюнетов щетина пробивается не в пример быстрее.
На этот раз осторожный мужчина не стал сразу атаковать девушку приглашениями, а просто немного проводил её, стараясь развлечь историями о своих путешествиях, коих было уже довольно много. Сперва он помогал своему отцу в торговых делах, выполняя его поручения за границами Нербии – Риджес приехал на отдых из соседней страны, а потом и сам продвигал собственную компанию, пользуясь уже наработанными связями, так что по суше и по морю он успел покататься вдоволь.
Рончейя, с интересом прислушиваясь к рассказу, забыла о своих первоначальных планах насчёт букета, опомнившись уже на полпути к дому и испугавшись реакции отчима на незнакомого мужчину. О чём и сообщила собеседнику, с сожалением покинувшему наконец свою спутницу. Однако Риджес успел упомянуть коллекцию диковинок, которую привёз с собой, быстро сообразив озвучить приглашение на завтрашний день для знакомства с этими сокровищами.
Рони решила, что днём с ней точно ничего плохого не произойдет. Да и лицо нового знакомого внушало доверие… В общем, встреча была назначена и новый знакомый, довольно улыбаясь, попрощался с девушкой, которая решила зайти в дом не со стороны двора, откуда вела лестница на верхний, жилой этаж; а проскользнула мимо торгующей в лавке девушке, узнавшей приёмную дочь хозяина, в кабинет управляющего, удивлённо приподнявшего брови:
– Хм… Пока что мне девушки цветов не дарили, – озадаченно оглядывал он букет.
– Извините, я тут немного насорю у вас, – смущённо улыбнулась Рончейя. – Редкие растения, пригодятся для снадобий.
– А, так это для гербария, – понятливо усмехнулся пожилой мужчина, отметивший и дорогую золотистую бумагу, в которую были затейливо обёрнуты цветы; и сами эти цветы, стоившие огромные деньги.
– Да, я сейчас отделю нужное, а остальное… – задумалась девушка. – У вас ваза есть?
– Вряд ли, – управляющий понял к чему клонит Рони. – Но банку побольше сейчас найдём. В банке домой понесёшь?
– Ой, нет! – отмахнулась уже воспользовавшаяся канцелярским ножом девушка, аккуратно отрезая стебли и соцветия выбранных растений. – У вас оставлю, можно? Не помешают? Или жене отнесите.
– Вот это вряд ли, – пробормотал мужчина, усмехнувшись. – Ещё решит, что я что-то натворил и теперь пытаюсь заслужить прощение.
– Да-а-а? – удивилась Рончейя. – И всегда цветы для этого дарят?
– Нет, ещё на праздники, но сегодня ж не праздник, – улыбался, глядя на задумчивую девушку управляющий. – Ну или хорошеньким женщинам, если хотят познакомиться.
Последнее уточнение наконец удовлетворило Рони, решившую, что пока всё прилично и ей ничто не угрожает. А посмотреть обещанные диковинки очень хотелось.
В это время Риджес ругал себя последними словами за неосторожно выбранный повод пригласить девушку в гости. Что-то он планировал взять из здешнего, летнего дома, постаравшись не привлечь внимание жены к внезапно исчезнувшим вещам; но таковых было не слишком много, что могло разрушить придуманную версию. Пришлось обежать несколько лавок, отчаянно поторговаться за каждую ерундовину, которую ушлые торговцы пытались продать втридорога, оценив одежду покупателя. Однако быстро разочаровались, натолкнувшись на деловую хватку и твёрдый характер Риджеса, постаравшегося и в этом деле поиметь хоть какую-то выгоду. Цены на многие из присмотренных вещей он знал, так что приобрести старался подешевле, чтобы не только не оказаться внакладе, но и перепродать потом с барышом.
Вернувшись поздним вечером домой, успев навестить будущее любовное гнёздышко и оставить там покупки, мужчина прошёлся внимательным взглядом по каминной полке, этажеркам и консольным столикам, затейливо расставленным согласно последним модам на интерьеры. Отправив жену и детей спать, он аккуратно завернул отобранное в какие-то тряпки, найденные в кладовке при кухне, уложив "добычу" в небольшую дорожную сумку.
– Мда, придётся повозиться, – устало присел он с бокалом крепкого вина у холодного по случаю наступившего лета камина. – Но так даже интереснее… Такая красотка и при этом не испорчена… Надо это исправить! – усмехнулся он предвкушающе.
Глава 8
Решив приучать к себе недотрогу постепенно, боясь снова отпугнуть её ненароком, Риджес даже втайне гордился собственной выдержкой. Он подробно рассказывал обо всех “экспонатах”, временами приукрашивая скучную действительность собственными выдумками или услышанными когда-то байками, с удовольствием отмечая интерес девушки к диковинкам и всё более доверительное её отношение к себе. Удалось даже выведать причину отказа составить ему компанию в ресторане и развеять замшелые представления, которые, будем честны, на так уж и отличались от реального положения дел среди людей, если не касались законных супругов. Однако об этой маленькой детали мужчина благоразумно умолчал, тут же пригласив Рончейю в соседнюю таверну, где в дневное время можно было полакомиться десертами, о чём он узнал ещё утром, разведывая почву для дальнейших действий.
Решив, что пора привыкать к взрослой жизни и готовиться к новым порядкам, что наверняка ждут в Академии, девушка согласилась, приглядываясь к мужчине и пытаясь понять, не сможет ли он стать её пропуском к заветной мечте. Судя по жилищу, множеству дорогих и редких вещиц, показанных ей сегодня, да и по общему виду уверенного в себе нового знакомца, это было весьма вероятно. Независимо друг от друга Риджес и Рончейя играли практически в одну и ту же игру, стараясь расположить к себе собеседника.
На стороне мужчины был опыт, лёгкий открытый характер, способность искренне влюбляться снова и снова, не теряя при этом головы и рассчитывая последствия. Согласитесь, редкостное качество? Обычно эти черты исключают друг друга, но каким-то чудесным образом у Риджеса получалось сочетать их, что привлекало деловых партнёров, быстро становившихся закадычными приятелями, обеспечивая предприимчивому мужчине дополнительные прибыли за счёт маленьких преференций тут и там. Да и женщины, с их особой чувствительностью к эмоциям окружающих, что роднило их с оборотнями из кошачьих, чутко реагирующих на отношение собеседников, женщины тоже тянулись к мужчине, словно укутывающему своим искренним восхищением и обожанием, что тоже экономило тому немалые средства. В общем, Риджес явно родился под счастливой звездой и прекрасно знал об этом, оттачивая с годами своё радушие и дружелюбие, не полагаясь только на весьма симпатичную, хоть и подувявшую с течением времени наружность, уже утратившую незримое сияние юности, которое почти любого делает очаровательным.
А Рончейя впервые играла в эту древнюю игру, но была настолько мила и неотразима в своей наивности, настолько хороша и свежа, что любой другой на месте ухаживающего за ней мужчины вполне мог потерять голову, натворив глупостей. Даже Риджес с трудом сдерживал себя от чрезмерных порывов, любуясь девушкой.
– Я заметил, как интересны вам вещицы и традиции других стран, – осторожно закидывал удочку мужчина, боясь спугнуть спутницу, с удовольствием пробовавшую маленькие пирожные, красочно расставленные на непривычно квадратном блюде. – Мне на днях предстоит деловая поездка в Дарбию, почти на границу с Лурбией…
Рончейя с замиранием сердца ждала продолжения фразы, сама не зная, чего ей больше хочется – услышать не слишком приличное предложение или… не услышать его. Ведь это могло бы приблизить мечту. А некоторые… сопутствующие этому и не очень приятные вещи вполне можно перетерпеть. Тем более, что терять ей уже нечего, хоть никто вокруг о том не знал.
– Если хотите, я могу взять вас с собой, – решился наконец Риджес, с трудом удерживая на лице всё ту же ласковую улыбку, так как внутренне уже готовился услышать резкий отказ, после которого снова придётся налаживать отношения; а лето такое короткое…
– Но это же неприлично! – Рончейя вовремя вспомнила, что во всех романах мужчинам приписывали инстинкты охотников, не интересующихся заведомо лёгкой добычей.
– О! Уверяю вас, дорогая, всё будет вполне прилично! – не получив гневной отповеди от оставшейся на месте, а не сбежавшей сразу девушки, мужчина оживился, привычно включая всё своё обаяние и красноречие.
В результате после заверений в том, что на корабле для Рони будет выделена отдельная комната – каюта, да и на постоялом дворе тоже, девушка всё больше задумывалась, что означало практически успех в правильно проведенных уговорах. Окончательно сломила её сомнения возможность ненадолго съездить и в Лурбию, до которой от курортного южного дарбийского городка было рукой подать, какие-то пара-тройка часов.
– Но… – какие-то крохи сопротивления у Рончейи ещё остались. – Мой отчим, он не отпустит.
– А вам обязательно ставить его в известность? – почувствовал реальную преграду своим планам Риджес, пытаясь сообразить, как её обойти.
– Как он может не заметить моё отсутствие? Мы же не на один день едем.
Мужчину порадовало, что о поездке говорится уже вполне утвердительно, как о почти свершившемся факте.
– Но вам же исполнилось восемнадцать? – решил уточнить он, чтобы после кивка девушки развить свою только что пришедшую в голову мысль: – Так, может, пора уже съехать от родителей? Я так понял, что ты… Разрешишь мне обращаться к себе на “ты”? – и снова кивок от Рони, которая затаив дыхание ждала подтверждения своим надеждам на финансовую помощь от нового знакомца. – Так вот, ты всё равно собиралась поступать в Академию, к чему ждать? Можешь переселиться ко мне, комнат в доме достаточно, ты сегодня видела, что в гостиной, где выставлена коллекция, было две двери. А это означает две спальни, одну из которых я с радостью предоставлю в твоё распоряжение до самой осени.
– Но я пока не собрала достаточно средств, чтобы ехать учиться, – потупившись и покраснев от собственной наглости, пока не привычной и потому тревожащей, робко проговорила Рони тихим голосом, который чуть срывался от избытка тщательно скрываемой ею надежды.
Это порозовевшее личико и прерывающийся голос заставили мужчину изменить позу, поскольку ему начал доставлять неудобства и без того чутко реагировавший на девушку “маленький Ридж”, как в шутку называл он олицетворение собственной мужественности.
– Вот это совсем не проблема! – горячо заверил он Рончейю, беря ту за маленькую ручку, с удивлением отметив на последней след недавнего ожога и, поддавшись нахлынувшей нежности, центр которой чуть пульсировал сейчас ниже пояса, решил, что обязательно нужно спасать девушку, вытащив из неблагополучного окружения, где такую красавицу заставляют работать на кухне. – Насколько я знаю, на год обучения там уходит сущая мелочь; у знакомого сын учится, примерно представляю себе эти затраты. Я помогу тебе.
– Но это же неудобно… – снова прошептала девушка, не поднимая глаз на мужчину, чтобы не выдать себя их радостным блеском.
– Ничего неудобного, мне даже приятно будет сделать маленький подарок такой милой даме! – окончательно расслабился Риджес, понимая, что и поездка будет, и до конца лета ему гарантированы прекрасные мгновения и даже часы рядом с прелестной и невинной пока ещё девушкой. Он решил попробовать ускорить сближение: – А может, уже сегодня или завтра съедешь от отчима? К чему ждать поездки?
– Нет, мне нужно осторожно собрать вещи, вы не знаете Слаера…
– Не думаю, что твои старые вещи пригодятся тебе в Академии, – усилил нажим мужчина. – Мы в поездке заодно и гардеробом твоим займёмся.
– Но… – в очередно раз попыталась возразить Рони.
– Повторяю, для меня это мелочи! – наслаждался собственным благородством мужчина, решив, что дополнительные затраты вполне стоят почти трёх месяцев удовольствия.
– Там книги и записи, – робко взглянула наконец на Риджеса серыми глазами рыжая красотка.
– Хорошо, уговорила, отберешь всё самое необходимое, а рано утром послезавтра я за тобой заеду, закинем твои пожитки ко мне и сразу на корабль.
– Лучше к нашему дому не подъезжать, – решила проявить осторожность девушка. – Давайте я покажу, где можно встать экипажу, чтобы не привлекать внимания. Не хочу, чтобы соседи судачили.
– Это верно, – порадовался предусмотрительности Рончейи мужчина, что было некоей гарантией отсутствия проблем с ней в дальнейшем. Всё-таки подвергать риску своё семейное счастье он не собирался. – Пойдём, провожу тебя, вот и посмотрим вместе, где удобнее встретиться. Ты сможешь уже на рассвете выйти?
– Послезавтра? На рассвете? – внезапно испугалась девушка, поняв, что не оставила себе путей отступления и теперь у неё только один выход – положиться на обещания Риджеса, которого она и знает-то всего ничего.
– Да, послезавтра, – погладил ладошку Рони мужчина, отметив её сомнения, растерянность, даже страх, стараясь успокоить почти пойманную добычу. – И мы поедем смотреть соседние страны.
Девушка улыбнулась в ответ, боясь разочаровать Риджеса и лишить себя почти свершившейся мечты. Ради учёбы в Академии и возможности потом вырваться из привычной для всех её знакомых серой и почти бесполезной жизни, которая для женщин крутилась вокруг их мужчин, почти поголовно интересовавшихся лишь выпивкой… О! Ради этого можно было и потерпеть некоторые неудобства от близкого соприкосновения с довольно симпатичным и приятным в общении человеком, каким ей теперь казался сидящий напротив мужчина.
Следующий день пришлось потратить на незаметные сборы, которым мешала вездесущая Мини. Младшей сестре зимой исполнилось восемь, и уже почти два года она иногда сопровождала Рони в библиотеку, научившись читать, но не переняв у старшей страсти к книгам. Хотя в этом возрасте Рончейя тоже не отличалась усидчивостью, с б о льшим удовольствием составляя компанию соседским детям в их играх и забавах, ловко лазая по заборам и деревьям в поисках приключений. Вот и Мини, едва заслышав на улице громкие голоса ровесников, оставила наконец сестру в одиночестве, унесясь маленьким ураганчиком к друзьям. Осмотрев пару свёртков, перемотанных бечевкой, девушка чуть не запаниковала, поняв, что всё ближе к решительному шагу, на который ей пришлось пойти ради мечты. Однако твёрдый характер Рончейи, которая своим упорством могла посоперничать с кем угодно, позволил ей быстро взять себя в руки и отбросить лишние мысли.
Остаток дня ушёл на разговор с приятелем библиотекаря, его нужно было предупредить о предстоящем отъезде в Академию и частых отлучках в течение лета. Совсем лишаться небольшого приработка девушка не желала, да и подставлять мужчину не хотелось, ведь от их совместной работы зависели многие местные целители.
К ночи Рончейя вымоталась, но так было даже лучше для неё самой, не позволив скатиться в бесполезные уже терзания и обдумывания дальнейшей жизни. Она всё продумала и предусмотрела. Из прочитанных романов можно было заключить, что особо трепетное и заботливое отношение достаётся девственницам, а с этим могла возникнуть проблема. Могла, для любой другой девушки, но не для Рони, давно натолкнувшейся на потрёпанный маленький томик с полузапрещенными средствами на разные случаи жизни. В том числе там был упомянут способ имитации целомудренности для неосторожных невест. Такой простой состав, что был указан в тщательно переписанной на будущее книге, девушка легко изготовила этим днём, успев не только переговорить с работодателем, но и доделать старые задания, а заодно и приготовить для себя секретное зелье, спрятанное сейчас в кармане тщательно выглаженного и самого дорогого её платья.
– Я готова! – сжала кулаки уже лежащая в постели Рони, которой накануне Риджес успел купить мерлинатор, позволивший бы не только связаться с ним, но и вовремя проснуться благодаря специальному беззвучному сигналу артефакта, спрятанного под подушкой и уже отсчитывающего последние часы перед тем, как начать тихо вибрировать, будя хозяйку.
