Текст книги "Темный голод (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Диан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
– Пойми одно: здесь нет принуждения, Клэр. Это просто приказ… и следствие.
О, система, не так ли? Сама того не желая, Клэр тихо зарычала, прикрывшись руками.
– Хм, – пробормотал Версали. – Интересно. Определённо это не то, чего я ожидал.
Когда дверь внезапно открылась, застав врасплох Клэр и всех остальных, Версали резко произнёс:
– Я же говорил… о! Зара.
Клэр украдкой посмотрела сквозь пальцы. В комнату вошла темноволосая женщина, одетая во всё облегающее, блестящее и чёрное. Она была прекрасна. Они все были такими.
– Боже, Версали. Сейчас же середина ночи.
Версали отодвинулся от Софии и встал с кровати, его эрекция уже начала ослабевать.
– Чем обязан такому… удовольствию… Зара? – впервые его голос звучал напряжённо. Он выглядел почти нервным. Он больше не был хозяином положения.
Это помогало – видеть его таким. Он не был всемогущим. Клэр запомнит это. Видеть, как у него пропадает эрекция в присутствии этой новой женщины… это отняло у него что-то. Это заставило Клэр подумать: «Фальшивый».
Он был фальшивкой.
– Бизнес, а не удовольствие, – протянула Зара. Клэр поразилась её смелости, с такой лёгкостью звучавшей в её голосе и позе. Она так отличалась от остальных присутствующих здесь. Так отличалась от Клэр.
– Сейчас?
Проигнорировав это, Зара указала на Клэр.
– Она новенькая.
– Да, – прошипел Версали, явно раздражённый.
Зара придвинулась ближе к Клэр. Тёмные брови женщины опустились вниз, когда она уставилась на неё.
– Она пробуждается, не так ли?
Все продолжали говорить о сне и бодрствовании. Клэр этого не понимала. Она же не спала. Ведь так?
Эта женщина была такой сильной в своей облегающей, блестящей одежде. Казалось, что она вообще ничего не боялась в этой комнате. Для Клэр стало открытием, что такой она могла быть. Она никогда не видела никого, похожего на Зару, по крайней мере, в реальной жизни.
Но Зара подходила слишком близко. Клэр вжалась в подлокотник дивана. Она не хотела, чтобы к ней прикасались. Все продолжали прикасаться к ней, и ей это не нравилось.
– А тебе-то какое дело? – спросил Версали со своего места у кровати. Он не сделал ничего, чтобы остановить Зару в её приближении. Каким-то образом Клэр поняла, что он был ниже её.
Тёмные глаза Зары изучали Клэр, заставляя её смутиться из-за того, что она была грязной. Ей не нравилось, что эта могущественная женщина видит её такой.
– Что ты собираешься с ней делать? – спросила Зара.
– Это зависит от неё. Почему?
– Господи Иисусе.
– Она просто ничтожная спящая. Никто не будет по ней тосковать, – тон Версали был инфантильным, почти капризным.
«Задира», – подумала Клэр. Задиры всегда такие. Счастливые и спокойные, когда всё под контролём. Маленькие, злые и уродливые, когда это не так.
Зара резко повернулась к Клэр спиной, как будто забыла о ней. Это задело её за живое. Клэр плотнее подтянула колени.
– Ради бога, Версали, надень какую-нибудь чёртову одежду. Я не могу так разговаривать с тобой.
– Ну, я был занят.
– Ты хочешь, чтобы я так и сказала Гидеону?
– Нет, – поспешно ответил Версали. – Конечно, нет. Селест, отпусти Адель. Вы трое вернитесь в свои комнаты. Оставь Клэр здесь.
– Надолго ли, мастер? – спросила Селеста. Зара напряглась, словно ей не понравился тон Селесты.
– На неопределённый срок, – ответил Версали.
– Ты просто собираешься оставить её здесь? – спросила Зара. – Это отвратительно.
Голос Версали был напряжённым, когда он ответил:
– Когда она уйдёт, и уйдёт ли она вообще… Я пока не знаю. Надеюсь, тебя это не касается?
Зара пожала плечами.
– Делай, что хочешь, Версали. Хорошей вам ночи, девочки.
Когда Версали и Зара вышли из комнаты после того, как Версали на ходу схватил с кровати чёрный халат, Селест наклонилась к Клэр и прошептала ей на ухо:
– Это значит, что он собирается убить тебя.
Да, Клэр уже знала это.
Глава 3
Мира держалась немного в стороне, пока Вэс разговаривал со своей кузиной через приоткрытую дверь её спальни. Когда её супруг пришёл к ней с этим, после того как Нокс пришёл к нему, Мира согласилась, что это неизбежное зло.
Ане следовало бы оправиться от своей травмы, а не переживать её заново при беседе, но учитывая, что ещё одна женщина пропала без вести, какой у неё был выбор? Независимо от того, насколько малы шансы на то, что эта женщина жива, они должны были попытаться.
Итак, Мира пришла сюда, чтобы вторгнуться в дом Аны (что было ужасно), в то время как на самом деле она хотела быть дома со своим супругом (что казалось таким правильным). А Кир был внизу, в большой гостиной семьи Висла, вместо того, чтобы оправляться от недавних травм, полученных как при захвате ячейки демонов, так и следующей ночью в серентери.
Ритуальный поединок, организованный (вроде как) мачехой Кира, королевой Амарадой, должен был убить его. Но, одержав победу, он получил право стать опекуном своей сводной сестры Сайрен, наследницы вампирского трона.
Итак, Сайрен теперь жила в обширном аббатстве, которое Кир, Мира и Нокс называли своим домом – что было, мягко говоря, интересно – а они втроём находились здесь, мешая восстановлению женщины.
Хотя это и необходимо, Мире это не нравилось. Ей также не нравилась одержимость Нокса. Все хотели, чтобы женщина была найдена, но с Ноксом всё зашло гораздо дальше. В этом было что-то личное.
Это не хорошо. В основном потому, что пропавшая женщина, скорее всего, была мертва. Отчасти потому, что Нокс был тем, с кем Мира никак не могла почувствовать себя комфортно.
Кир доверял ему, и это многое значило, но…
Боже, Нокс был крупным мужчиной.
И эти его тёмные, пустые глаза.
И вся эта сдерживаемая жестокость.
Он опасен.
И женщина. Когда – если – они найдут её, ей понадобится помощь. Она не захочет иметь ничего общего с таким мужчиной, как Нокс. Ведь так?
Но это проблема на потом. Сначала они должны найти женщину. И Ана была последней, кто её видел.
Когда дверь открылась, и Вэс вошёл в спальню Аны, Мира последовала за ним.
Комната Аны была типичной для женщины её возраста и социального положения: обставлена со вкусом, всё чисто. Много кремового и белого в сочетании с резной тёмной мебелью. Книжный шкаф, полный красивых старинных томов. Венецианское зеркало. На окнах висели шторы из тяжёлого золотистого бархата. Но Ана дружила с Сайрен, тусовщицей, так что, вероятно, у неё имелись какие-то скрытые слои.
Как и у большинства людей.
Одетая в белые штаны для йоги и синюю толстовку с капюшоном, которые выглядели неуместно в этой стильной комнате, эффектная блондинка сидела на мягкой скамье в изножье кровати с балдахином. Рукава её толстовки были натянуты на ладони, скрывая их.
Вэс, выглядевший подчёркнуто официально в своём сером костюме, подошёл и сел рядом с ней.
Мира выбрала промежуточный образ – зелёную шёлковую блузку и джинсы. В офисе она одевалась скорее по-деловому, но это был визит домой. Она не хотела выглядеть слишком профессионально. Ей нужно, чтобы Ане было комфортно с ней.
Мира тихо подошла и указала на скамеечку для ног, стоящую перед французским креслом.
– Можно мне?
Ана выглядела удивлённой, но Мира ждала того или иного знака одобрения. После такого травмирующего опыта, который она недавно пережила, Ане нужно хоть как-то контролировать происходящее. А Мире нужны какие-то подсказки о душевном состоянии женщины.
Мира ожидала неуверенного кивка или чего-то в этом роде, но Ана сказала: «Да. Конечно. Чувствуй себя как дома». Вежливо. Немного официально. Да, это признак её воспитания, но также и признак стойкости.
– Спасибо, Ана. И спасибо, что согласилась поговорить со мной. Я знаю, это тяжело.
Ана нахмурила брови. Что-то в этом её расстроило.
– Вэс объяснил, почему мы здесь? – Мира знала, что он объяснил, но хотела узнать мнение Аны об этом интервью.
– Вы ищете Клэр. По крайней мере… Кажется, её зовут Клэр. Я почти уверена, что слышала это.
Клэр. Они даже не знали имени женщины.
– Верно, – подтвердила Мира. – Мы пытаемся выяснить, куда могли увезти Клэр.
– Я бы хотела помочь, но ничего не знаю. Наверное, я не уделяла достаточного внимания деталям.
– Это вполне объяснимо.
Ана нахмурилась.
– Ты просто так говоришь. Вэс бы обратил на это внимание. Но с другой стороны Вэс не был бы настолько глуп, чтобы вляпаться в…
– Ана, – Вэс потянулся к рукам своей кузины, которые всё ещё были спрятаны в рукавах её толстовки. Когда она отстранилась, Вэс позволил ей, хотя Мира видела, что ему было тяжело.
Ана хотела отстраниться, чувствовать вину за то, в чём не было её вины. Это обычное дело – пытаться таким образом найти смысл в произошедшем. К сожалению, от таких неуместных чувства вины и стыда бывает трудно избавиться.
По крайней мере, Ана говорила. Это был хороший знак.
К счастью, она провела в плену всего две ночи. К счастью, она не пострадала физически.
Всё равно потребуется время, но, скорее всего, она справится с этим. Всё, что Мира видела в Ане, было нормальным и настолько хорошим, насколько можно было ожидать.
– Что заставляет тебя считать, что ты сама во всё это вляпалась? – спросила Мира. Возможно, это не относилось к Клэр, но опыт Аны тоже имел значение, и Мира не собиралась просто игнорировать свою травму, задавая вопросы только о Клэр.
– Тот парень! Я позволила ему… я должна была догадаться!
– Ты имеешь в виду Маркуса?
Ана выглядела рассерженной.
– Да! Очевидно!
Эта часть была неприятной. Накачанный наркотиками и управляемый демоническим лордом, Маркус использовал своё положение в ВОА, чтобы охотиться на вампиров, как мужчин, так и женщин, и помогать похищать их для своего «бойфренда». Он соблазнил Ану и использовал эти отношения, чтобы привести её к своему демону-манипулятору.
Но Маркус не знал, что делает, и когда он понял, кем на самом деле был его бойфренд, и соучастником чего он оказался, Маркус покончил с собой.
У Миры щемило сердце при мысли о нём. Об отчаянии и чувстве вины, охватившим его. О том, как Тишь была вынуждена использовать его, чтобы найти ячейку демонов, вместо того, чтобы помочь ему. Они отпустили его и последовали за ним в дом. Это та самая причина, по которой они смогли спасти Ану, причина, по которой они узнали о Клэр.
Но это стоило жизни Маркусу.
Последствия ощущались до сих пор. Кир мало говорил об этом, и Мира знала, что он не сожалеет о своём вынужденном решении использовать Маркуса, но самоубийство мужчины обеспокоило его.
И как это повлияло на Риса, у которого были сексуальные отношения с Маркусом? Трудно сказать. Этого мужчину непросто разгадать.
Что касается того, что сказать Ане о Маркусе, Мира не была уверена, но Ане нужно знать, что её интуиция не совсем обманула её.
– Ана… ты не можешь винить себя за то, что не разглядела Маркуса насквозь. Даже он не осознавал, что делает, не до конца. Демон накачал его наркотиками. Когда он осознал правду, он пришёл в ужас.
Ана уставилась на свои руки, прикрытые толстовкой.
– И от этого всё становится нормальным?
– Нет. Вовсе нет.
– Он всё равно должен быть наказан.
– Он уже мёртв. Он… умер той ночью.
– Хорошо, – это слово прозвучало отрывисто. Сердито.
Возможно, Ана в конце концов узнает правду о смерти Маркуса, но сейчас неподходящий момент, чтобы говорить ей об этом. Сначала ей нужно разобраться с другими вещами.
Мира закинула ногу на ногу, стараясь выглядеть непринуждённо, хотя чувствовала себя совсем не так. Она ненавидела это делать.
– Итак, когда ты прибыла в дом демона, Клэр уже была там?
– Я очнулась в камере. В подвале? Там были другие камеры, другие заключённые. Клэр. Ещё одна женщина. И мужчина. Другая женщина… Я думаю, они убили её. Я не знаю, что случилось с мужчиной.
Мужчина был изнасилован и убит. Ещё один факт, о котором Ане, возможно, не нужно знать прямо сейчас.
Ана продолжала:
– Клэр и я… мы были нарядно одеты, и нас заставили стоять в этом танцевальном зале. Как будто мы декорации или что-то в этом роде. Повсюду были демоны и несколько вампиров. Похоже на вечеринку.
– И Клэр ушла с кем-то?
– Они забрали её. Её кто-то забрал. Это другое дело.
– Ты права. Это другое. Что ты можешь рассказать мне о том, кто её похитил?
– Он был вампиром.
Мира и Вэс замерли на месте. Это неожиданно. Мира думала, что они будут искать другую ячейку демонов.
– Вампир? – подтолкнула Мира.
– Я его не знаю. Я не расслышала его имени. Он хотел её, потому что… – лицо Аны сморщилось, когда она вспомнила прошлое. – Потому что она была спящей. Она была близка к пробуждению.
Сердце Миры упало. О, нет, Боже, нет. Это было нехорошо.
Она старалась, чтобы её голос звучал ровно.
– Клэр спящая?
Ана провела по лицу рукой, прикрытой толстовкой..
– Я забыла, прости. В моей памяти всё перепуталось, и… – она покачала головой, недовольная собой.
– Всё в порядке. Ана, не волнуйся об этом. Ты отлично справляешься. Мы ничего об этом не знали, и ты действительно помогаешь. Значит, Клэр ещё не пробудилась?
– Нет. Я так не думаю. Но я никогда с ней не разговаривала. Я была напугана, а она вела себя тихо, и её клетка была не рядом с моей.
– Конечно. Но вампир, который забрал её, что ты о нём помнишь?
Ана прищурилась, размышляя. Она покачала головой.
– Тёмные волосы? – подсказала Мира. – Или светлые? Невысокий? Высокий?
Ана кивнула, когда к ней вернулась память – слава Богу, что вернулась.
– Тёмные волосы, – сказала она. – Зачёсаны назад. У него был выраженный вдовий пик. Да, теперь я вспомнила. Как я могла забыть? Он был странно одет. Старомодно. У его смокинга были длинные фалды. У него был вид… как у Бела Лугоши, знаешь? Но выразительнее. Моложе.
– Это здорово, Ана… Боже, спасибо тебе. Что-нибудь ещё ты можешь вспомнить? Даже самая незначительная деталь может помочь.
– Он сказал что-то о… добыче чего-то? Для демона?
– Есть идеи, чего именно?
– Нет. Извини, я не расслышала эту часть.
– Всё в порядке. Ты многое услышала. Ты так сильно помогла.
Голубые глаза Аны остановились на Мире. Она была красивой женщиной. У неё имелась природная грация, которую невозможно было сымитировать. И в ней было больше твёрдости духа, чем она себе представляла. Прошло всего 48 часов с момента её злоключения, но она была спокойна. Она помогала им. Она переживала за других.
– Как ты думаешь, вы найдёте её? – спросила Ана. – Клэр?
– Я надеюсь на это. Тишь сделает всё, что в их силах, – пообещала Мира, хотя информации у Аны было немного. В Портидже, штат Нью-Гэмпшир, обитали тысячи вампиров. Найти кого-нибудь по этому описанию? По меньшей мере, маловероятно.
Мира взглянула на Вэса, ожидая увидеть подобную реакцию, но он застыл. Слишком неподвижно. Он что-то знал.
Но что?
И опираясь на эту скудную информацию… как?
Глава 4
Клэр.
Её звали Клэр.
Ноксу нравилось, как это звучит. Красиво. Женственно. Не претенциозно. Он втянул это имя вглубь себя, как будто таким образом мог как-то защитить её.
Чушь собачья, конечно. Она была в страшной опасности.
Несмотря на это, её имя было крупицей спокойствия в сердце всей ярости и отчаяния, запертых так глубоко внутри него.
Он хотел достать фотографию (хотя и ненавидел её) и заново узнать её лицо в соответствии с именем, но для этого ему нужно уединение. И прямо сейчас он был окружён воинами Тиши. Плюс Вэс.
Шестеро крупных мужчин-вампиров в чёрном (кроме Вэса, который был в костюме) сидели в разнокалиберных креслах в кофейне «Рыжий Кот», словно в каком-то странном эпизоде «Друзей» …
У Нокса не нашлось слов, чтобы описать это.
Он понял, что Кир не хотел приводить Вэса в аббатство или в ВОА, и он понял, что в Портидже в пять утра мало что было открыто, и да, Вэс отказался обсуждать это дерьмо в доме своих тёти и дяди.
Но во имя любви к Идайос, в четырёх метрах от них сидел парень в широкополой шляпе как у Боба Марли, склонившийся над Макбуком и пьющий жасминовый чай. Конечно, искусное затенение, созданное Лукой, делало присутствие Тиши практически незаметным, но всё же. Это просто абсурд.
Раздражённый, жаждущий перегрызть кому-нибудь глотку, Нокс не хотел находиться здесь.
Вероятно, именно поэтому Кир выбрал это место, чтобы пресечь подобное поведение. И да, комудари пристально смотрел на Нокса, словно проверяя, держит ли тот себя в руках.
Да, бл*дь, он держал себя в руках, спасибо всем большое. Он как придурок бесполезно сидел в бело-голубом кресле, заляпанном кофе, пока Клэр страдала, не так ли? Он был чёртовым командным игроком, так что Кир мог отвести этот обжигающий, оценивающий взгляд и направить его куда-нибудь в другое место.
Может быть, на Риса. Обычно этот взгляд туда и адресовался.
Или как насчёт Ронана? Потому что любой мог заметить, что тёмные глаза парня были наполовину остекленевшими. И все в этой команде, кто не понимал, что Ронан становится таким тихим, только когда ему пи**ец как больно, не обращали на это никакого внимания.
И что насчёт Вэса, бл*дь? Нокс не мог быть единственным, кто подозревал, что Вэс каким-то образом что-то знает о ублюдке, похитившем Клэр, основываясь только на описании внешности.
Это дерьмо нужно было обсудить, причем прямо сейчас, и то, что Кир бросил на него взгляд «я-тебе-не-доверяю-в-данный-момент», не помогло. Очевидно, комудари прослышал о дыре в гипсокартоне.
Пытаясь выглядеть цивилизованным, Нокс сложил руки на животе. Костяшки его пальцев хрустнули от напряжения, но это лучшее, что он мог сделать.
И, слава Идайос, Кир переключил своё внимание на Вэса. Куда ему, чёрт возьми, и следовало смотреть.
С его волнистыми тёмными волосами, зачёсанными назад в его обычной небрежной манере, и настороженными светло-голубыми глазами, комудари выглядел сегодня намного лучше. Его знатно отделали во время разгрома ячейки демонов и в серентери. Но красивое аристократическое лицо Кира в основном исцелилось, и его тело, вероятно, тоже. Нокс предположил, что в этом помогло кормление от его супруги.
Не то чтобы он знал это по личному опыту.
Не то чтобы он когда-нибудь узнает.
– Итак, – Кир посмотрел на Вэса с нескрываемым подозрением. – Рассказывай.
Вэс сидел на краешке своего обитого зелёным вельветом кресла, наклонившись вперёд и положив руки на колени. Вероятно, это был первый раз, когда вельвет коснулся его дорогого костюма, но Вэс, казалось, этого не заметил. Он был сосредоточен. Он был чертовски напряжён. Нокс не возражал против такого варианта.
– Мужчину, которого описывала моя кузина, зовут Версали Тортас. Он дистрибьютор. Оружие, наркотики, всё обычное дерьмо.
– И откуда ты знаешь этого засранца?
– Мне нравится быть информированным.
– Информированным, – эхом отозвался Кир.
– Информированным, – повторил Вэс, не сказав больше ничего.
Нокс понимал, что Киру хотелось продолжить расспросы о том, что их связывает, но, честно говоря, это не имело ни малейшего значения. Не для Нокса. Не для Клэр.
– Место, – выпалил Нокс. Его не волновало, что осталось совсем немного темноты. Он рискнул бы выйти на солнце, чтобы вытащить Клэр.
– К сожалению, у меня нет информации о его местонахождении. Но я думаю, что смогу его найти, – поспешно добавил он, услышав рычание, которое Ноксу не удалось подавить. – Это будет нелегко. Это может занять некоторое время.
Нокс хотел сорвать с Вэса элегантный синий галстук и задушить его им. Для этого и предназначались эти штуки, верно?
– У нас нет времени. В чём, чёрт возьми, проблема?
– Мы говорим о подпольном мире. Они просто так не рассказывают тебе то, что ты хочешь знать.
Губы Нокса скривились, обнажив удлинившиеся клыки.
– Они рассказывают, если ты сломаешь их…
– Нокс, – вмешался Кир. – Это непродуктивно.
– Это чертовски продуктивно. Это даёт информацию.
Кир проигнорировал этот важный момент и сосредоточился на Вэсе.
– У кого может быть информация о местонахождении Версали?
Вэс настороженно следил за Ноксом, пока отвечал Киру.
– Его зовут Гидеон. У него есть информация практически обо всех, – Вэс внимательно посмотрел на Кира, который застыл на месте. – Я вижу, тебе знакомо это имя.
– Я слышал о нём. У меня никогда не складывалось впечатления, что он кто-то особенно значительный. Разве он не руководит каким-то бойцовским клубом? Это даже не запрещено законами Амарады.
– Он во всё запустил свои лапы. Обвинить его в чём-либо было бы сложно, но он настолько грязный, насколько это возможно, а это значит, что он знает всех.
Глаза Кира сузились.
– Так откуда, чёрт возьми, ты его знаешь?
– Как я уже сказал, мне нравится быть информированным. Нельзя сказать, что мы с ним носим браслетики дружбы.
Кир не сводил глаз с Вэса, ожидая продолжения.
Большинству из них стало бы не по себе под этим испепеляющим взглядом, но Вэс отреагировал лишь следующим:
– Мне потребуется время, чтобы извлечь информацию. Если слишком давить на таких людей, они становятся подозрительными. Так недолго нарваться на перерезанное горло – и никакой информации.
– Доктор Ватсон, карамельное макиато с восемью порциями эспрессо и взбитыми сливками? – позвала бариста из-за сверкающей кофеварки для приготовления эспрессо.
– О, это моё, – сказал Рис, поднимаясь со своего кресла с цветочным принтом.
Вэс в полном замешательстве следил за светловолосым плейбоем и гением Тиши, пока Рис шёл к стойке за своим напитком. Бариста, которой было около 20 лет, при его приближении опрокинула вспениватель для молока. Покраснев, она спряталась за стойку, собирая полотенца, несмотря на предложение Риса помочь. Он дал ей дополнительные чаевые и вернулся со своим напитком.
– Что? – спросил он Вэса, глядя поверх своего стакана с горкой взбитых сливок тёмно-синими глазами, полными невинности. – Игра началась. Я должен быть готов.
Под этим Рис подразумевал, что он собирается провести весь день без сна за клавиатурой, выискивая подсказки в городских системах.
Но Вэс этого не знал, а Рис ничего не объяснил, так что на секунду они просто возненавидели друг друга, а потом Рис сел в своё цветастое кресло и снова сосредоточился на этом дерьме.
– Итак, Гидеон, как ты упомянул, руководит бойцовским клубом, – сказал Вэс. – Я не знаю, где и когда проводятся бои, но я могу это выяснить. Это место, с которого стоит начать, и, хотя оно не является незаконным, оно эксклюзивное. Я могу попасть внутрь. – Кир выглядел чертовски настороженным, но Вэс продолжал: – Я не смогу связаться с Гидеоном напрямую, но в его окружении есть другие люди, к которым я могу обратиться, или которые могут обратиться ко мне. Я могу пробиться наверх.
Ронан покачал головой.
– Ты описываешь долгосрочное расследование под прикрытием. У нас нет времени на это дерьмо.
«Спасибо тебе, Ронан». По крайней мере, хоть кто-то согласился с этим ключевым моментом. И если кто-то и должен был согласиться, то это он. Ронан знал лучше других, а может, и лучше Нокса, что значит быть пленником. Каждая ночь на счету, потому что каждая ночь приносила боль.
Ронан сидел, откинувшись на спинку кресла, с суровым выражением лица, и прекрасно это осознавал. Это и было причиной его вызывающего стиля – чёрной мотоциклетной куртки, татуировок и агрессивной, почти панковской прически.
Нокс понимал. Именно поэтому он оставил Ронана в покое.
Вэс, всё ещё сохраняя спокойствие, сказал:
– Ты думаешь, что сможешь лучше?
– Я смогу.
Все взгляды обратились к Луке, привлекательному, но в манере не-замечайте-меня ассасину.
– Достань нам время и место, – сказал он. – С остальным я разберусь.
Глава 5
Клэр ненавидела эту комнату. Да, она пугала её, но больше всего она её ненавидела.
Клетки и ремни. Кнуты и инструменты. Роскошь, смешанная с наказаниями и ограничениями. И абсолютный запах секса и крови.
Ещё долгое время после того, как Версали и остальные ушли, Клэр лежала на бархатном диване, свернувшись калачиком. Она погрузилась в дремотное состояние, то и дело просыпаясь, положив голову на подлокотник дивана.
Ей было то жарко, то холодно, она вспотела, у неё всё болело, и она чувствовала себя неуютно. И шея у неё затекла.
И запах.
Наконец она встала и попробовала открыть дверь (разумеется, заперто), затем осторожно обошла комнату. Может, она и неопытна, но не совсем наивна. Она знала, что такие вещи существуют. По крайней мере, в книгах. По крайней мере, в этой книге. Очевидно, и в реальной жизни тоже.
Если это вообще возможно.
Клэр всё ещё не была уверена.
Она остановилась перед полкой с инструментами. Нерешительно протянув палец, она коснулась одного из металлических приспособлений. По её телу пробежала дрожь. Она представила, как срывает все эти инструменты с крючков и швыряет их на пол.
Она этого не сделала.
Вместо этого она попятилась. Она зарычала на стойку. Это заставило её почувствовать себя лучше, возможно, сильнее. Она снова зарычала, как животное, и ушла.
У неё болел живот. Она была так голодна! Почему её не покормили? Даже ужасные не-люди, те, у кого не было клыков, кормили её. А здесь? Ничего.
Её подташнивало, как в те моменты, когда она работала в закусочной две смены без перерыва и без еды.
Но она не чувствовала усталости, совсем нет. Она чувствовала лёгкость, головокружение и боль. Но при этом была раздражена. А десны ужасно болели.
По внутренней стороне бёдер стекала влага.
Это уже давно случалось время от времени, даже в её бывшей тюрьме, но с тех пор, как её привели в эту отвратительную комнату с клетками, инструментами и витающим в воздухе сексом, это не прекратилось.
В глубине души она боялась.
С ней происходило что-то очень плохое. Внутри неё.
Она знала, что сошла с ума. Совсем как её мать.
Будучи пьяной, её мать говорила о ночных существах. О пожирателях крови. Она говорила об отце Клэр.
Теперь и Клэр переняла эту болезнь. Сумасшедший мозг.
Она знала это, на определённом уровне, но не могла заставить себя волноваться, не сейчас. Она была слишком раздражена.
Схватив с дивана одну из красных бархатных подушек, Клэр швырнула её через всю комнату. Та ударилась о стойку. Металл, кожа и резина посыпались на пол.
Клэр подошла к двери. Она снова подёргала ручку. Разумеется, всё ещё заперто.
Она хотела, чтобы что-то произошло, нуждалась в том, чтобы что-то произошло, потому что торчать здесь, бродить туда-сюда, было ужасно, но она не хотела, чтобы он возвращался.
Она ненавидела его голос, его запах и выражение его лица.
Если бы он дотронулся до неё, она бы очень разозлилась. Она могла бы даже укусить его.
Охваченная этим порывом, раздражённая и отчаянно пытающаяся что-то сделать, Клэр поднесла запястье ко рту и сильно укусила себя за запястье.
Вспышка боли была почти облегчением, ведь на ней можно было сосредоточиться. И кровь, хлынувшая ей в рот…
Клэр застонала, потрясённая тем, что её раздражение мгновенно улеглось. Вот что ей было нужно…
Дверь открылась, застав её врасплох.
Клэр обернулась, зашипев.
Версали прислонился к дверному косяку. На нём была чёрная шёлковая пижама. Неужели снова ночь? Только что была ночь. Неужели время здесь было таким же безумным, как и везде?
Его волосы были зачёсаны назад, открывая острый вдовий пик. По какой-то причине Клэр это раздражало. Она издала ещё одно тихое рычание.
– Ты не такая, как я ожидал, – протянул Версали, явно чувствуя себя непринуждённо.
Клэр не ответила.
– Ты не справишься с правилами. Я думал, что ты справишься, потому что ты казалась такой робкой. Но, по-моему, ты прячешься от правил. Ты скорее уклоняешься от них, чем следуешь им. Разве не так?
Клэр никогда не задумывалась об этом. Ей было всё равно.
– Иногда такое случается, когда спящий пробуждается. Это своего рода инверсия. Как будто пробуждаются характеристики, которые, как и твой генетический потенциал, были дремлющими.
Сон и пробуждение, сон и пробуждение! Все продолжали говорить об этом, но она не спала. Так что же они имели в виду?
Но она боялась ответа, не хотела слышать его от него, поэтому вместо этого спросила:
– Почему?
Ей следовало бы спросить больше, быть более конкретной, но она не смогла. Отчасти потому, что ей было трудно говорить – всегда, но особенно сейчас. Отчасти потому, что она едва знала, о чём спросить.
– Почему это происходит? – Версали пожал плечами. – Скрытая натура? Подавленные чувства? Меня не очень волнует «почему». Только «что». И что же, моё прекрасное маленькое дикое создание, мне с тобой делать?
Клэр зарычала на него.
– Прекрати это. Мне это не нравится.
Клэр оскалила зубы.
– О, это очень гадко. Встань на колени.
Клэр не пошевелилась.
Лицо Версали потемнело, и он вошёл в комнату, быстро направляясь к Клэр.
– Сейчас же.
Клэр упала на колени так быстро, что услышала, как ужасное золотистое платье где-то порвалось. Она уставилась в пол, не желая смотреть на клыкастую тварь, нависшую над ней. Она почувствовала запах душистого мыла или лосьона после бритья. Она содрогнулась в рвотном позыве.
На нём были тапочки. По какой-то причине это её немного рассмешило. И она вспомнила, как у него пропала эрекция при виде Зары.
Версали издал над ней цокающий звук.
– С каждой секундой твоё будущее кажется всё более мрачным и определённым. Но мы можем пока что получить от тебя немного удовольствия. Ты проголодалась, сладкая и пряная Клэр? О, ты укусила себя. Как восхитительно.
Она смутилась. Ей хотелось, чтобы он этого не заметил.
Он тихо засмеялся, явно довольный этим.
– Да, мы немного повеселимся с тобой перед финалом.
* * *
– Знаешь, – сказал Рис, не отрывая взгляда от компьютера. – Мне бы очень хотелось, чтобы ты пошёл домой.
– Я просто стою здесь, – сказал Нокс, прислонившись спиной к кухонному столу в жилой зоне бункера ВОА.
Рис перевёл взгляд на него.
– Напряжение в воздухе настолько сильно, что вся эта чёртова комната нуждается в флексероле. Кстати, в холодильнике для тебя есть ланч-бокс. От Герцогини.
(Флексерол – это лекарство, применяемое при мышечных спазмах и расслабляющее напряжённые мышцы, – прим)
Герцогиня, как Рис называл свою квартирную хозяйку, была 80-летней милейшей старушкой, которая любила арахисовое масло и шоколад (как и положено человеку), предпочитала зелёный цвет и ездила на кадиллаке. Или, по крайней мере, позволяла Рису возить её на нём.
– С какого перепуга в холодильнике меня ждёт ланч-бокс? От неё?
– Очевидно, ты ей понравился. Тебе следует почаще ходить за продуктами.
Из-за всего, что произошло за последние несколько дней, Нокс почти забыл, как они с Рисом возили мисс Мейбл (Герцогиню) в «Гранд Эппл» за еженедельными покупками. До этого Нокс никогда не ходил за продуктами. Это было… на удивление приятно.
Заинтересовавшись, он повернулся к холодильнику и открыл дверцу. В буквальном смысле ланч-бокс. Синяя пластиковая коробка. С выцветшим изображением Капитана Америки на передней панели. Нокс посмотрел на Риса, чтобы понять, не шутка ли это.
– Она нашла это в Армии Спасения. Сказала, что берегла его для… как там было? Для подходящего момента? Для нужного человека? Для чего-то подходящего. И не наклоняй его. Она разозлится на меня, если там что-то порушится.
