Текст книги "Один пропал: Скоро станет больше (ЛП)"

Автор книги: Кайли Хантер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

Глава 4

– Почему ты так долго? – спросила Оливия, как только я вошла в парадную дверь. И тут же забыв о своем вопросе, она потянула меня за локоть в сторону кухни. – Я приготовила нам обед.

Я усмехнулась, глядя на нее.

– Ты готовишь? Мне уже страшно.

Оливия высунула язык, когда мы обогнули кухонный остров.

– Наверное, надо еще немного подождать.

– Полагаю, все, что ты приготовила, было ядовитым еще до того как попало в духовку. – Я оглядела кухню, изучая все грязные миски, мерные стаканы и прочий мусор, сокрушаясь от еще одного беспорядка, который придется убрать.

Прижав мусорное ведро к краю стола, я провела рукой по нему, собирая яичную скорлупу, кучки муки и бумажные полотенца. Некоторые скорлупки намертво прилипли к столешнице.

– Хочу ли я вообще знать, как выглядит твоя духовка внутри? – спросила я Оливию, вздыхая. – Мне нужно будет вернуться вечером, чтобы ее отмыть?

Оливия открыла дверцу духовки и чуть ухмыльнулась.

– Я использовала фольгу на дно, как ты меня учила. Видишь?

Алюминиевая фольга и правда лежала где-то на дне духовки. Однако черные подгоревшие кляксы покрывали большую духового шкафа.

Я наклонилась и посмотрела на блюда, которые все еще готовились.

– Что это?

– Мясной рулет! – Довольная Оливия, улыбаясь, подпрыгивала на своих обутых в тапочки ногах. – Разве ты не гордишься мной?

– Не особо, – призналась я, выпрямляясь. – Но если ты хочешь произвести на меня впечатление, – я потянулась к плите и выключила духовку, – то можешь выбросить этот беспорядок, а потом начать мыть посуду. – Я взяла прихватки и вынула обе стеклянные тарелки из духовки, поставив их остывать на конфорки плиты.

Оливия склонилась над своим научным экспериментом, затем сморщила нос.

– Для ужина вполне сойдет. Брейдон не такой привередливый, как ты. – Оливия обошла остров, за которым я выкладывала свои вещи на барный стул. Она заглянула в мою сумку. – Что ты принесла на обед? Я умираю с голоду. Вся эта работа пробудила во мне аппетит.

– Я принесла лазанью. Ты можешь разогреть ее, пока я займусь твоей кухней. – Я наполнила раковину мыльной водой и начала все мыть.

– Почему ты так поздно? – спросила Оливия, выкладывая лазанью на тарелку. – И почему ты вся в белом порошке?

Я посмотрела на свой наряд. Моя футболка полностью испачкалась «Кометом». Даже красные пятна от соуса, появившиеся утром, теперь исчезли под чистящим средством.

– У Гилморов пришлось повозиться дольше, чем обычно.

Включив микроволновку, Оливия подошла к кухонному столу. На нем слоями валялась одежда – чистая одежда, часть которой ждала, когда ее сложат, а часть уже худо-бедно уложенная в пачки. Оливия схватила футболку и бросила ее мне.

Я с радостью переоделась в чистую футболку и улыбнулась. Золушка кружилась в своем платье, а крестная фея осыпала ее волшебством. В такой день, как сегодня, мне бы не помешало немного магии.

Тут Оливия схватила меня за запястье, выпрямив руку, и уставилась на мои синяки.

– Какого черта, Давина?

Я освободила руку и достала легкую толстовку со дна сумки. Сунула руки в рукава и застегнула молнию до половины.

– Дай угадаю, – проворчала Оливия, положив кулак на бедро. – Твой отец? Или это те мерзкие Гилморы?

– Фрэнсис, – кивнула я в ответ. – Со мной все в порядке. Он загнал меня в угол несколько дней назад. – Я вернулась к раковине, прополаскивая губку для посуды.

– Тебе нужно съехать. Ты же знаешь, мы с Брейдоном с удовольствием приняли бы тебя. У нас есть три свободные спальни, – махнув рукой в сторону потолка, предложила Оливия. – Выбирай!

– Да все нормально. У меня легко появляются синяки. Сама знаешь. Лучше достань наш обед из микроволновки, пока лазанья не взорвалась.

После напоминания, что она готовит – или, по крайней мере, готовит в версии Оливии – подруга бросилась к микроволновке. Наш обед плевался, брызгался, а затем шипел, когда тепло вырывалось наружу. Я схватила Оливию за руку, чтобы остановить ее, когда она полезла в микроволновку.

Она растерянно смотрела на меня, пока я не сунула ей в руку набор кухонных прихваток. Оливия оглянулась на микроволновку и захихикала, и используя прихватки, вытащила оттуда блюдо.

Пока она делила порцию на две тарелки, я вернулась к раковине с мыльной водой и закончила мыть и ополаскивать посуду, а затем поставила ее сушиться на полотенце.

– Ешь, – велела Оливия, когда я вытирала руки. – Я тебя знаю. Весь день носишься как сумасшедшая.

Я закатила глаза.

– Сейчас только час дня. Вряд ли это можно считать целым днем.

Оливия посмотрела на часы и надулась.

– Ты можешь отлучиться до конца дня?

Я покачала головой, используя вилку для разрезания лазаньи.

– Опять скучаешь?

– Скука не самое подходящее слово для описания моей жизни. Что вообще домохозяйки делают весь день?

– Готовят, убирают, воспитывают детей. – Я подняла глаза к потолку и прислушалась, нет ли близнецов. – И где же твои демонические отродья?

Оливия усмехнулась.

– У бабушки.

– У которой бабушки? – поинтересовалась я, приподняв одну бровь.

Я любила мать Оливии Эдит до глубины души, но она не жила в реальном мире вместе со всеми нами. Однажды она подала мальчикам на обед вино и икру, настаивая на том, что это вполне приемлемо во многих европейских странах. В то время им было по два года.

На очистку стен, занавесок, кроватей и толстого ворсового ковра в их спальне ушло несколько часов. Словно одержимые, они извергали из себя содержимое своих маленьких желудков, которое с невероятной скоростью разлеталось по комнате во все стороны. Именно в тот день я окрестила близнецов демоническими отродьями, хотя старалась никогда не использовать это прозвище, если они рядом.

После этого инцидента муж Оливии Брейдон запретил Эдит смотреть за мальчиками без присутствия другого взрослого. Чего не знал Брейдон, и что я поклялась хранить в тайне, так это то, что Оливия тоже присутствовала на этом обеде. Оливия считала праздник великолепным, пока я не заставила ее помогать отмывать икорную блевотину с ковра.

– Мама Брейдона отвела мальчиков в зоопарк, а потом они проведут ночь у нее дома.

– Значит... Сегодня вечер свиданий? – Я посмотрела на обугленные кляксы в блюдах с мясом. – И ты решила отравить своего мужа, пока детей нет дома?

Оливия погрозила мне вилкой.

– Будь повежливее! Ты должна быть моей лучшей подругой.

– И как твоя лучшая подруга, я не буду брать с тебя денег за соскабливание яиц с твоего стола, но мне нужно попасть к Мириам Роллинз к двум часам. Поэтому у меня останется время только на то, чтобы быстро навести порядок в доме. Извини.

Оливия надулась, но потом встала, отодвинув свою пустую тарелку к центру острова.

– Хорошо. Я помогу. Так будет быстрее. – И она принялась складывать одежду со стола в корзину для белья.

Сдерживая смех, я посмотрела на грязную тарелку, которую она оставила, затем взглянула на свою лучшую подругу. Оливия Бриджес-Холт, ранее просто Оливия Бриджес, была моей лучшей подругой с восьмого класса. Все, кто знал, любили ее. Но не просто так ее муж нанял меня для уборки их дома. Оливия была неряхой.

Куда бы она ни пошла, она оставляла за собой след: одежду, обувь, салфетки, фантики от конфет, грязную посуду. И ее пятилетние мальчики-близнецы пошли по ее стопам.

Я запихнула последний кусочек лазаньи в рот, жуя, пока ставила обе наши тарелки в раковину, прежде чем пойти в прачечную и взять еще одну корзину для белья.

Когда вернулась, то забрала наполненную одеждой корзину, а пустую передала Оливии.

– Собери все игрушки, разбросанные по первому этажу, и встретимся в комнате мальчиков.

– Да, мэм, – отсалютовала мне Оливия, прежде чем скрыться в столовой.

Я потащила корзину с чистой одеждой по черной лестнице. Думаю, к тому времени, как снова увижу Оливию, я уже уберу все наверху.

***

Час спустя, когда я собирала свои вещи, торопясь к Мириам Роллинз, Оливия остановила меня возле своей входной двери.

– Пожалуйста, погадай мне! С последнего раза уже прошла целая вечность.

Я закатила глаза на ее нелепую попытку оттянуть время.

– Ты же знаешь, что я не могу предсказывать будущее. – Я покачала головой. – Я зарабатываю на жизнь уборкой домов. Помнишь?

– Ну же. Пожалуйста! – взмолилась Оливия. – Я знаю, что ты не можешь предсказать мне будущее, но это так весело – делать вид. Кроме того, если я снова позвоню на горячую линию экстрасенсов, Брейдон меня убьет. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

– Хорошо. – Я закрыла глаза и мысленно сосчитала до пяти, прежде чем резко открыть веки. – Пусть Брейдон купит новый огнетушитель по дороге домой.

Глаза Оливии расширились, она прикрыла рот рукой.

– Зачем? Разве будет пожар?

Я наклонилась и обняла ее, смеясь.

– Понятия не имею, но шансы велики, когда ты готовишь. И я заметила, что огнетушитель под раковиной просрочен два года назад.

Оливия откинулась назад, игриво ткнув меня в руку.

– Это не предсказание экстрасенса! Нечестно.

– Однако это никак не отменяет факта, что тебе нужно сказать Брейдону, чтобы он заехал в хозяйственный магазин. – Я поспешила выйти за дверь, пока она не продолжила донимать меня.

– А как насчет субботы? – крикнула Оливия с крыльца. – Ты по-прежнему участвуешь в мамином собрании по сбору средств?

– «По-прежнему»? – усмехнулась я, открывая дверь своей «Хонды» и забрасывая внутрь сумки. – Сколько раз я должна повторять тебе, что не пойду?

Она широко улыбнулась, обнажив все свои идеально выровненные ярко-белые зубы.

– Пока ответ не изменится на «да».

Я покачал головой, забираясь в машину.

Оливия была полна решимости найти мне мужчину. Мужчину, который, по ее словам, оценит мои домашние навыки приготовления пищи и уборки.

На кой черт мне нужен еще один мужчина, для которого я буду готовить и убирать?

Глава 5

– Почему ты подметаешь газон? – спросил Сет Блейн, засовывая почту в почтовый ящик Мириам. Сейчас, во взрослой жизни, Сет разносит почту, но в десятом классе мы вместе работали в биологической лаборатории. Пока он занимался препарированием, я пряталась в туалете.

– Потому что испачкала траву, когда вытрясла на нее ковер из прихожей. – Я спрятала лицо, чтобы Мириам не увидела моей ухмылки.

– Ты опять идешь не в ту сторону! – закричала Мириам. – Следуй по линии движения газонокосилки!

– Тебе же платят по часам? – уточнил Сет.

– Конечно, – ответила я, подмигивая ему и размахивая метлой взад-вперед, как маятником.

Сет посмеиваясь, зашагал по тротуару к следующему дому, где Джеки Джонс, моя клиентка по средам, стояла возле своего почтового ящика, положив руки на бедра, и укоризненно качала головой в адрес Мириам.

Сет что-то сказал Джеки, передавая ей почту. Ее хмурый взгляд сменился ухмылкой.

Если подумать – а я думала – это хорошая работа. Я не скрючилась в какой-то невозможной позе, оттирая неприятные пятна. Не двигала тяжелую габаритную мебель и не напрягала мышцы. Я стояла на улице, наслаждаясь мягким ветерком под красивым старым малиновым кленом, и при этом махала метлой из стороны в сторону. И мне за это платили.

Я продолжала улыбаться, несмотря на настойчивый визг Мириам, думая, что стоит почаще вытряхивать ее ковры на лужайку – по крайней мере, в солнечные дни.

Мои размышления прервали воющие сирены. Я перестала мести и вышла на тротуар, наблюдая, как две полицейские машины поворачивают на улицу. Поскольку в полицейском управлении Дейбрик-Фоллс числилось всего три машины и внедорожник шефа, видимо, случилось что-то серьезное.

Обе машины въехали на подъездную дорожку напротив дома Джеки, когда Мириам подошла и встала рядом со мной на тротуаре.

– Это дом Далтонов, – сообщила Мириам. – Интересно, из-за чего вся эта суета?

Я не знала Далтонов лично. Вернее, я знала о них, но не общалась с ними. К слову, они оба старше меня, и у них есть по крайней мере один подросток, но я не могла вспомнить, мальчик это или девочка.

Джеки перебежала улицу, едва не столкнувшись с первыми двумя офицерами, когда они выходили из машины. Один из офицеров Айзек Хупер, давний друг. А другой офицер – Роберт Гейбл, он переехал в Дейбрик-Фоллс около пяти лет назад. Оба офицера последовали за Джеки, поднялись на крыльцо и вошли в дом Далтонов.

– Джеки Джонс и Сонни Далтон – подруги, – объяснила Мириам. – Они ежедневно встречаются и шепчутся об остальных.

Я промолчала. Если дамы и собирались, чтобы посплетничать, то уверена, лишь для того, чтобы обсудить странное поведение Мириам. Вышедшая на пенсию генеральный директор международной компании по производству биологически активных добавок, Мириам тратила много энергии на то, чтобы превзойти своих соседей. Забавно, если учесть, что ее ближайшая соседка носит фамилию Джонс.

Когда водительская дверь внедорожника шефа полиции открылась, мое внимание вернулось к подъездной дорожке Далтонов. Я с удивлением наблюдала, как из машины вылез неизвестный мужчина, одетый в гражданские брюки и белую рубашку. Широкоплечий, с густыми темными волосами и в зеркальных солнцезащитных очках, он напомнил мне актера из фильма о мафии, который я недавно смотрела с Оливией.

Он оглядел квартал, пока шеф Адамс обходил внедорожник, чтобы встать рядом с ним на подъездной дорожке. Несмотря на то, что еще по меньшей мере двадцать человек глазели со своего участка тротуара, шеф Адамс заметил меня. Он подтолкнул высокого незнакомца и указал своим толстым пальцем в мою сторону.

И тот повернулся, снял солнцезащитные очки и стал разглядывать зрителей, пока его взгляд не остановился на мне. Однако выражение его лица не выглядело суровым, как у шефа Адамса. Напротив, он как будто с любопытством слушал болтовню шефа Адамса.

Я, пожалуй, догадывалась, какие ужасные вещи сейчас говорят обо мне. За эти годы мы с шефом несколько раз сталкивались лбами. Между исчезновением моей сестры, самоубийством мамы, вспышками насилия у Фрэнсиса и моим неудачным участием в подростковом возрасте в одном из дел шефа Адамса, он твердо решил однажды прогнать меня и Фрэнсиса из города.

Не могу сказать, что он мне тоже нравился. И если повезет, этот безмозглый мужлан скоро уйдет на пенсию.

– Тот мужчина с шефом Адамсом – Кайл Стоун, – прошептала Мириам, хотя рядом никого не было, чтобы услышать. – Он детектив из большого города, которого нанял наш городок. Я читала о нем в газете на прошлой неделе.

– Зачем такому маленькому городку, как Дейбрик-Фоллс, нужен детектив? – удивилась я.

– Ты не слышала? В последнее время произошла череда краж, поэтому городской совет настоял на том, чтобы полиция наняла детектива. Дженни Талберт сказала, что у ее соседа украли мотоцикл. А Сара Невинс заявила, что в дом ее кузины вломились.

Я не стала говорить Мириам, что соседями Дженни Талберт были Гилморы, а это означало, что Джейкоб, вероятно, сотворил с мотоциклом какую-нибудь глупость, а потом сказал отцу, что кто-то его украл. Я бы поставила деньги на то, что его мотоцикл лежит на дне озера, прямо за их причалом. Либо так, либо Джейкоб продал его, чтобы купить наркотики.

Что касается дома кузины Сары Невинс, то это дом Рикки и Рене Невинс. Рикки довольно неплохой парень, но как только он начинал пить, то уже не мог остановиться. Вероятно, он напился, поехал домой, не смог найти ключи, а потом вломился в собственный дом. Рене, как женщина пугливая, вероятно, услышала шум и вызвала полицию. Но к тому времени, когда приехали копы, Рикки наверняка убедил Рене, что он не массовый убийца. А поскольку он не мог позволить себе еще одно вождение в нетрезвом виде, они могли сочинить историю, чтобы объяснить этот звонок.

Но вместо того, чтобы довериться офицерам полиции, понимающим разницу между настоящим преступлением и дурачеством в маленьком городке, городской совет решил нанять умника из большого города, который ничего не знал ни о Дейбрик-Фоллс, ни о его жителях.

Короче, колесо жизни маленького городка продолжало вращаться.

Если бы у новичка хватило мозгов, он бы проигнорировал шефа Адамса и держался поближе к Айзеку. Айзек служил в полиции этого города, сколько я себя помню. Он понимал жителей по обе стороны экономической пропасти и знал, как вести игру.

– Тебе лучше зайти внутрь, – предупредила меня Мириам. – Не хочу, чтобы люди приняли нас за друзей, ведь ты – помощница и все такое.

– Да, мэм, – ответила я и повернулась к дому.

Поднимаясь по ступенькам крыльца, я почувствовала, что за мной кто-то наблюдает. Но когда оглянулась, никого не увидела. Все снаружи устремили свои взоры на дом Далтонов.

Я отмахнулась от этого ощущения и вошла в дом Мириам. Закрыв дверь, проверила время на своем фитнес-браслете. Почти четыре. Я взяла свои принадлежности для уборки и отправилась вверх по лестнице.

Глава 6

К тому времени, когда я закончила уборку в доме Мириам к ее удовольствию, было уже почти пять. Я надеялась, что волнение при виде полицейских машин отвлечет ее, и мне удастся улизнуть пораньше, но, как оказалось, полицейские уехали через двадцать минут после приезда. Какая бы причина ни побудила их появиться, она, видимо, не так уж и важна.

Погрузив свои припасы в машину, я поехала в продуктовый магазин. Проходя через парковку, снова проверил свой фитбит. Я уже прошла десять тысяч шагов за день, а вечером мне еще предстояла уборка в церкви. Вторники всегда казались долгими днями.

По невнимательности я на кого-то натолкнулась. Пошатнувшись, я вытянула руку, пытаясь поймать равновесие. Кто-то обхватил мое запястье, но прежде чем мой мозг осознал, кто эта женщина, в моем воображении появилась картинка, находящаяся за много миль отсюда.

Иногда видения случались именно так, просто появлялись, а потом тут же исчезали. Не всегда, но временами.

– О, Давина, прости. Я не смотрела, куда иду, – проговорила Натали Чемперс, все еще держа меня за запястье.

– Нам нужно спешить, – я подтолкнула ее к пассажирской стороне моей машины. Прежде чем она поняла, что происходит, я впихнула ее на пассажирское сиденье своей «Хонды», пробежала к водительской стороне и запрыгнула на сиденье. Двигатель едва успел завестись, когда я спешно выехала с парковки.

– О, боже! – Натали посмотрела в боковое окно, потом на меня. – Дорогая, ты меня похищаешь?

– Ты ведь замужем, да? За тем большим парнем? – спросила я.

– Да, я замужем за Кевином. И ты можешь сказать это – он толстый. Не то чтобы меня это волновало. По правде говоря, я бы и сама не отказалась сбросить пару килограммов. – Натали засмеялась, но смех вышел нервным.

Я положила руку на клаксон, удерживая его, пока неслась через перекресток, не останавливаясь.

– О, боже! – воскликнула Натали, оглядываясь назад. – Тебе не следовало этого делать.

Я ускорилась, следя за пешеходами, пробираясь зигзагами через лабиринт улиц, направляясь к северной окраине города.

Услышав сирену позади нас, я взглянула в зеркало заднего вида. Сзади двигался внедорожник шефа. Отлично, подумала я. Как раз то, что мне нужно.

Я не знала, кто за рулем – новый детектив или сам шеф, но не собиралась останавливаться, чтобы это выяснить.

– Давина, ты не собираешься остановиться? – спросила Натали, начиная нервничать еще больше.

– Твой дом – желтый, да? Ярко-желтый с зелеными ставнями?

– Да. – Натали повернулась, чтобы посмотреть в заднее окно, затем снова уставилась вперед. – А что?

– Твой муж, он дома?

– Да, Кевин дома. Я взяла детей с собой в магазин за продуктами, но Кевин остался дома. Конечно, когда я приехала в магазин, дети отказались выходить из машины. Разумеется.

При упоминании о детях я резко надавила на тормоз.

– Твои дети в машине? Сколько им лет?

– Двенадцать и пятнадцать, – ответила Натали, схватившись за приборную панель.

– Достаточно взрослые, – успокоилась я, нажимая на газ.

Только когда я снова помчалась по улице, заметила нового детектива, бегущего обратно к полицейскому внедорожнику. Должно быть, он неправильно истолковал мою остановку. Упс.

Я слишком стремительно вошла в следующий поворот, проскочив через среднюю полосу, пока Натали кричала на сиденье рядом со мной. Затем пронеслась по тупиковой улице к их дому. Я попыталась затормозить перед поворотом на их подъездную дорожку, но тормоза «Хонды» ослабли. В итоге пришлось припарковаться на лужайке перед домом, вырывая куски дерна.

Ничего, потом разберемся, подумала я.

Распахнув дверь, я пробежала через открытый гараж, затем через боковую дверь в дом. Преодолев кухню, я опустилась на колени рядом с Кевином, который лежал на полу, уже потеряв сознание. Я попыталась поднять его, но это оказалось непросто.

Натали вбежала и замерла над нами, она слишком запаниковала, чтобы помочь. К тому времени, когда детектив вошел в кухню, я уже почти подняла Кевина в сидячее положение, но все еще не могла обхватить его руками, чтобы выполнить прием Геймлиха.

– Он задыхается! – закричала я детективу. – Помогите мне!

Детектив убрал пистолет в кобуру и подбежал к Кевину, подтянул его к себе и обхватил руками. Надавил раз, потом два, с третьей попытки ему удалось вытолкнуть кусок моркови, который перекрыл Кевину дыхательные пути.

Кевин втянул воздух в легкие, и детектив опустил его на пол. Айзек забежал внутрь, пока детектив вызывал по рации скорую помощь.

– Я уже вызвал скорую, – сообщил Айзек, обходя детектива. – Подумал, что она нам понадобится, после того как вы объявили, что машина Давины несется по городу. – Айзек наклонился и померил пульс Кевина, разговаривая с ним тихим голосом.

Я поднялась с пола кухни, но согнулась, положив руки на колени, чтобы перевести дух. Без предупреждения мою правую руку дернули в сторону, а затем за спину, после чего кто-то толкнул меня сзади в плечо и с силой впечатал лицом в верхние шкафы.

Я почувствовала знакомый щелчок наручников на одном запястье, затем на другом, когда мои руки оказались скованными за спиной. Наручники затягивали до тех пор, пока они не сдавили мою кожу.

Я ничего не сказала. Опыт подсказывал что смысла в этом нет.

Натали и Кевин сидели на полу и смотрели на меня и детектива. Айзек покачал головой, встав и прислонившись к стене кухни.

– Молодой человек, кто вы такой и что, черт возьми, вы делаете? – спросила Натали. – Почему вы надеваете на Давину наручники?

– Я детектив Стоун. И я арестовываю эту женщину, потому что она нарушила закон. Точнее несколько законов, – заявил детектив Стоун.

– Ей пришлось нарушить закон, чтобы спасти Кевина, – возразила Натали.

– У нее было видение? – спросил Кевин у своей жены.

Натали кивнула.

– Должно быть. Она запихнула меня в свою машину и поехала сюда как маньяк.

Два парамедика вбежали в дом. Одним из них был Ноа, сын миссис Полсон. Пока его напарник Девон накладывал на Кевина манжету для измерения давления, Ноа расспрашивал Натали о случившемся.

Когда Ноа закончил задавать вопросы о почти смертельном опыте Кевина, он спросил Натали:

– А почему Давина в наручниках?

– Потому что правоохранительные органы в этом городе – настоящее посмешище, – проворчал Кевин, ухватившись за край стола, чтобы подтянуться и сесть на стул. – Без обид, Айзек.

– Полагаю, я могу оставить это без внимания, – ответил Айзек. – Учитывая обстоятельства.

Кевин наклонил голову в знак уважения к Айзеку, прежде чем обратиться к Стоуну.

– Послушай, приятель, – ткнул он в него пальцем. – Ты слишком недавно в нашем городе, чтобы знать, как здесь все устроено. Но позволь заметить, будет некрасиво, если ты арестуешь Давину за это.

– Простите?! – раздраженно воскликнул Стоун.

– Сейчас, сейчас, – отозвался Айзек, все еще непринужденно прислонившись к стене. – Всем нужно успокоиться. – Айзек взглянул на Кевина. – Давай просто подведем итоги. Кевин, как ты себя чувствуешь? Ты в порядке?

Кевин снова наклонил голову.

– Я буду жить, благодаря Давине.

– Хорошо, хорошо. – Айзек взглянул на меня. – А как ты, дорогая? Ты ранена?

– Я в порядке, Айзек, – ответила ему.

– Рад это слышать. – Айзек взглянул на Стоуна. – Детектив Стоун, познакомьтесь с Давиной Рейвен. Давина, тот громила, что заковал тебя в наручники, – детектив Стоун.

– Приятно познакомиться, – с явным сарказмом в голосе отозвалась я.

Ноа фыркнул, доставая стетоскоп, чтобы послушать грудь Кевина.

– Ты снова создаешь проблемы? – спросил меня Ноа.

– Очевидно, – ответила я, после чего длинно вздохнула. – С другой стороны, если меня арестуют, мне не придется идти в магазин за продуктами.

Ноа рассмеялся.

– Мама звонила. Сказала, что у нас на ужин будет твоя лазанья. Я подумал, что мне стоит купить десерт. Есть предложения? – Ноа обладал прирожденным талантом миротворца, и мог разрядить практически любую ситуацию.

– Если ты хочешь набрать очки, то яблочный пирог вполне подойдет. И еще прихвати буханку чесночного хлеба, пока будешь в пекарне.

Ноа уложил свои принадлежности обратно в медицинскую сумку.

– Мне нужно будет его испечь или что-то еще?

– Он уже испечен, но я бы разогрела и пирог, и хлеб в духовке.

– Согласна, – кивнула Натали. – Они будут вкуснее разогретыми. Просто включи духовку примерно на 150 градусов и оставь их на пять-десять минут. Когда почувствуешь запах, значит, готово.

– Звучит достаточно просто, – кивнул Ноа. – Я доверяю вам, дамы, вы не направите меня по ложному пути. – Он переключил свое внимание на Кевина. – Что касается тебя, большой парень, я думаю, с тобой все в порядке. Но, может быть, на всякий случай отвезем тебя к врачу?

– Черт, нет, – проворчал Кевин, пренебрежительно махнув рукой. – Насколько я понимаю, это доктор виноват в том, что я подавился. Он сказал, что если я сяду на диету, то проживу дольше. Ха! – Кевин посмотрел на свою жену. – А вот мороженым я бы не подавился.

Все, кроме Стоуна, засмеялись, включая меня, несмотря на то, что Стоун обыскивал меня на предмет оружия. Когда оказалось, что оружия нет, он схватил меня за плечо, разворачивая к себе.

Я поморщилась. Синяки, которые Фрэнсис поставил мне на прошлой неделе, все еще побаливали. Ноа и Стоун подняли брови, но я отвернулась, прислонившись спиной к шкафам.

Ноа хорошо знал о вспышках агрессии Фрэнсиса. Выросший в соседском доме, он видел несколько таких случаев воочию. Став взрослым, Ноа делал все возможное, чтобы защитить меня.

Айзек тоже знал о ситуации с Фрэнсисом.

– Детектив, – обратился Айзек, – могу я поговорить с вами наедине?

– Конечно, – ответил Стоун. – Только сначала мне нужно посадить мисс Рейвен в машину.

– Что ж, – произнес Айзек, оглянувшись на Кевина и Натали. – Именно об этом я и хотел с вами поговорить.

– Он пытается предупредить тебя, тупица, – фыркнул Девон, другой парамедик. Характер Девона резко отличался от характера Ноа. Девон любил взъерошить кому-нибудь перья своей прямотой. Он был на несколько лет моложе меня, но я помнила, что в школе с ним часто случались драки.

Кевин встал, ударившись о Девона, когда повернулся, чтобы предложить свои запястья Стоуну.

– Если вам, парни, нужно кого-то арестовать, забирайте меня. Я тот тупица, который подавился морковкой.

Стоун нахмурился, глядя на Кевина.

– Но ты не тот тупица, который нарушил закон, несясь на огромной скорости через весь город.

– Мне кажется, это тебе не хватает ума, – пробурчал Девон, собирая свое медицинское оборудование. – Ты арестовываешь женщину, за то, что она спасла жизнь мужчине. Здешним людям это не понравится.

Натали взяла в руки телефон.

– Я сохранила список телефонов родительского комитета. Мы будем штурмовать полицейский участок.

Стоун скрестил руки на груди, уставившись на Натали.

– Вы угрожаете офицеру полиции?

Глаза Натали расширились, и она сделала полшага назад.

– Нет, я просто...

Айзек встал между Стоуном и Натали.

– Это не то, о чем говорит Нэт. – Айзек переложил руки на бедра, заправив большие пальцы в пояс брюк. – В этих краях люди держатся вместе, защищая кого-то или направляя на него свои вилы. Люди выбирают сторону.

Стоун с минуту рассматривал всех по очереди, а затем снова посмотрел на Натали.

– Что насчет вашего двора? Если я не арестую ее, ваша страховка не покроет ущерб.

Натали указала на своего мужа.

– Поскольку Кевин еще дышит, я просто добавлю это в его список дел.

Стоун сузил глаза на меня, потом на Натали, потом снова на меня.

– Хорошо, дамы, расскажите мне, что произошло. Я полагаю, что Кевин, – Стоун махнул рукой в сторону Кевина, – позвонил одной из вас. Неужели никто не подумал о том, чтобы вызвать скорую помощь, вместо того чтобы подвергать опасности общественность, мчась через весь город?

– Ну, – пролепетала Натали, стискивая руки. – Понимаете, это сложно. – Она пыталась прикрыть меня, пыталась меня защитить.

Кевин ухмыльнулся своей жене, прежде чем обратиться к Стоуну.

– Я никому не звонил. Когда начал задыхаться, то попытался сам вытащить морковку, но в итоге потерял сознание.

– Тогда кто позвонил мисс Рейвен? – спросил Стоун.

Все занервничали, кроме Ноа. Он выдвинул стул, и уселся на него с большой глупой ухмылкой на лице, наблюдая за шоу.

Я бросила недовольный взгляд на Ноа, прежде чем ответить Стоуну.

– Мне никто не звонил. Но если мы скажем правду, то вы нам не поверите.

Стоун выглядел готовым задушить кого-нибудь.

– Все равно расскажите.

– Понимаете, я врезалась в Давину, – начала Натали, все еще заламывая руки. – Но прежде чем поняла, что это она, успела схватить ее за запястье, чтобы предотвратить падение.

– Это моя вина, – заверила я Натали. – Я не обратила внимания. Этот дурацкий фитбит, который Брейдон и Оливия подарили мне на день рождения, вызывает привыкание.

– Я думал купить маме такой же, – заявил Ноа. – Думаешь, ей понравится?

– Люди, соберитесь, – раздраженно проговорил Стоун. – Где произошло это столкновение?

– У продуктового магазина, – пояснила Натали. – О, боже, – она приложила руку ко рту, глядя на Кевина. – Дети все еще в машине!

Айзек рассмеялся, доставая свой телефон из переднего кармана.

– Они, наверное, даже еще не заметили. Подростки и их гаджеты. – Айзек нажал несколько кнопок на своем телефоне, покачав головой. – Я сейчас позвоню Элис, чтобы она их забрала. – Элис была женой Айзека, учительницей в средней школе.

Стоун со вздохом потер глаза рукой.

– Кто-нибудь может просто сказать мне, что, черт возьми, произошло?

– Они вроде как уже рассказали, – улыбнулся Ноа. – Давина может чувствовать всякое, особенно когда кто-то прикасается к ее коже. Иногда это старые события, например, травма или счастливый момент. В других случаях, это то, что происходит в реальном времени.

Стоун уставился на Ноа, ожидая продолжения. Когда Ноа только усмехнулся в ответ, Стоун перевел взгляд на меня. Я пожала плечами, не утруждая себя дальнейшими объяснениями.

Стоун указал на меня пальцем.

– Пытаетесь сказать мне, что она чертова гадалка?

– Давина не умеет предсказывать судьбу, – поправил Айзек, засовывая телефон обратно в карман рубашки. – Это так не работает. Она не видит будущее, только прошлое и настоящее.