Текст книги "Желай, Рапунцель (СИ)"
Автор книги: Катти Карпо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)
Быстренько проанализировав особенности своего положения, Даня решила выставить все в ином ракурсе.
– Это компенсация? – поинтересовалась она, как бы невзначай указывая на свои повязки.
Смешок. Похоже, Левина веселил ее подход к делу.
– В том числе, – благодушно согласился он. – Сегодня вечером, – быстро добавил, чтобы не дать ей возможности передумать.
– Но я сегодня не совсем элегантна, – напомнила Даня. – Если только вы не приглашаете меня в ресторан с антуражем погребальных камер в египетских пирамидах.
– К сожалению, не владею информацией о подобной экзотике в нашем городе. Однако, если у вас есть такое желание, устроить все – не проблема.
Даня неуютно завозилась. В интонациях Левина появилось что-то такое… бархатистое. Только бы он не переключился на свой сверхэротичный и сшибающий с ног домохозяек голос.
– Я пошутил. Хотел быть учтивым, но, видимо, перестарался. – Глеб досадливо цыкнул. – А об остальном не беспокойтесь. Нам будет обеспечен приват. – Заметив, как вытянулось лицо Дани, мужчина поспешно добавил: – Я имею в виду столик в отдельной зоне, где нас никто не потревожит. Поэтому можете прийти на встречу даже в пижаме.
– Я не ношу пижамы. – Даня впала в задумчивость. Успеет ли она привести себя в порядок? Хотя бы чуть-чуть. И кстати, раз решительным отказом она не ответила и сейчас размышляет о наряде на вечер – то уже, считай, согласилась на ужин. То-то Левин выглядел довольным.
– Правда?
– Что? – Даня оторвалась от созерцания пола под ногами.
– Не носите пижаму.
– Ну да… – Девушка осеклась и поджала губы. Выходит, она только что снабдила гендиректора Левина материалом для работы воображения?
«Когда, интересно, обычный обмен репликами успел перейти в разряд флирта? И с какого, спрашивается, перепугу? Или это тоже входит в обычную манеру общения Левина?»
«Глеб Валентинович, – послышалось из-за двери. – Можно войти?»
– Да, Дарий, проходи.
До настоящего момента Даня не обращала особого внимания на внешность личного секретаря Левина. Понятное дело, не до того ей было. Сейчас же она, не особо скрываясь, осмотрела Дария с ног до головы. Молодой мужчина, не старше своего начальника. Гладкие волосы оттенка темного каштана были аккуратно уложены и не встопорщились даже после всей этой адской беготни. Наверняка спасал слой геля, а, судя по торчащим прядкам у самого затылка, с такими локонами, особенно после сна, справиться ой как непросто. Очки добавляли чопорности и без того строгому образу Дария. От него разило высокомерием, как жутким душком, который постарались перебить чем-то более смердящим. Хотя с учетом того, как Дарий на пару с Глебом носился туда-сюда в поисках Якова, то, возможно, он не такой уж и плохой человек. Просто характер скверный. Однако это всего лишь первое впечатление.
Дарий тоже в открытую уставился на Даню. И тут она поняла, что имела в виду Шушу, рассказывая ей о нюансах общения с секретарем гендиректора. Каждый его взгляд был красноречивым и понятным без слов. Вот, например, сейчас Даня без труда осознала, какое мнение сложилось у него насчет нее.
«Бешеная деваха. Но уважения стоит».
Дане пришлось приложить усилие, чтобы не фыркнуть. Зловредненько так. Может, его того, поблагодарить стоит? За такую лестную характеристику. С другой стороны, они и словом не перемолвились.
Дарий молча прошел через все помещение и положил рядом с девушкой ее плащ и сумку.
– Спасибо. – А вот и причина для благодарности.
Мужчина медленно кивнул и повернулся к Глебу.
– Якова тоже сюда позвать?
– Не нужно. Заберем его по дороге. Он ведь ушел встречать Шушу и Владислава?
– Нет. Он здесь. Прямо за дверью.
Услышав это, Глеб прищурился.
– И как давно он… за дверью?
– Не знаю. Когда я пришел, он уже был тут, – отчеканил Дарий.
«Много ли он успел услышать?» – Даня почувствовала волнение.
– Яков, ну зайди уже, раз ты тут, – повысил голос Глеб.
Дверь скрипнула, пропуская в помещение мальчишку. Губы плотно сжаты, тонкие бровки образовали на переносице перевернутую крышу домика. Наспех приглаженные волосы заправлены за уши.
– Дарий, возьмешь такси, – распорядился Глеб. – Владислав все равно сначала повезет Якова в гостиницу. А в агентстве еще дел невпроворот. Скажи Эле, что она заменит Наталию только на одной съемке. Общий концепт будет тянуть Наталия. Но, если Эля постарается, то подумаем об ее включении в проект. И постарайся успокоить Эмиля до моего возвращения. Мой телефон разрывается от его сообщений. Скажи, что меня не интересует его разрыв с любовником, и если он и дальше собирается смешивать работу и личную жизнь, то нам придется попрощаться. И пусть не смеет названивать мне по пустякам.
– Понял. – Дарий принял из рук гендиректора папку с документами и стремительно вышел.
– Яков. – Глеб не убрал из интонаций деловитость. – По поводу произошедшего мы с тобой переговорим позднее. Но, знай, ты меня расстроил.
«Рассказал ли он о сообщении? – Даня подвинула свою сумку поближе к себе. – Наверное, Левину известно, кто такой этот Зиро».
Яков молчал. Только и удосужился, что кинуть недовольный взгляд исподлобья в сторону дяди.
– Ты извинился перед Шушу и Владиславом, когда им звонил? – строго поинтересовался Глеб.
«Прямо как с непослушным ребенком говорит. – Собственная мысль потешила Даню. Она сложила ногу на ногу и, водрузив локоть на колено, уместила на ладонь подбородок. Удобнейшая поза для того, чтобы насладиться эмоциями, которые выдаст Принцесса. – Надуется? Огрызнется? Пофыркает?»
Для израненной Дани это непонятное веселье было сродни мазохистскому удовольствию. Вот чему она тут радуется, спрашивается?
– Они ведь волновались о тебе, – напирал Глеб. – Ладно, если меня игнорируешь, но о других думай, пожалуйста. А у Петра Сергеевича, охранника, попросил прощения? Ведь сегодня ты сюда без разрешения влез.
– Я все сделал, – раздраженно откликнулся Яков и вскользь глянул на Даню. До этого он вообще избегал на нее смотреть.
– А перед Даниэлой извинился?
– Передо мной не надо. – Даня постучала кулачком по своей голове. – Я же сама полезла на лед, сама и навернулась.
– Просить прощения он должен за друго…
– Знаю, что он мне должен, – перебила Глеба Даня. – Вторую пару колготок. И блузку. – Она хмыкнула и сразу поморщилась. Под повязкой у самого локтя безумно зачесалось. – И, пожалуй, новую кожу.
Губы Якова перестали придерживаться угрюмой прямой линии и расслабились, вернув себе нежный розовато-бледный оттенок. Он стал менее напряжен.
– Думаю, нам уже пора уходить. – Глеб приблизился к Дане, чтобы помочь ей накинуть плащ. Подхватив ее сумку, он, глядя на мальчишку, дернул головой в сторону двери. – Давай, Яков, уходим. Мы и так злоупотребили гостеприимством Петра Сергеевича. Возможно, мне даже придется улаживать проблему с его начальством. Или нам снова повезет.
Даня молча проследовала за Глебом. Она ощутила на себе взгляд Якова и, посмотрев в ответ, заметила, с какой неприкрытой досадой он косится на Левина.
«Ты мешаешь», – недвусмысленно сообщали светло-зеленые глаза.
Вот только Глеб и не думал это замечать. Или нарочно игнорировал племянника.
«Ну и хорошо, – решила Даня. – Не хочу я никаких разговоров наедине. Устала. Слишком много эмоций на одну незрелую меня».
– Я отвезу вас домой. – Глеб открыл для Дани входную дверь.
– Владислав может ее отвезти. – Прошедший первым Яков резко развернулся и встал в проеме.
Даня остановилась. Как-то слишком неожиданно она оказалась в окружении. Впереди препятствие, и сзади перекрыли пути к отступлению. И руки как назло еле двигаются, и добротных тумаков ими не отвесить.
– Владислав отвезет тебя, – терпеливо пояснил Глеб. – И Шушу.
– И ее тоже.
«Что за детский сад!»
– Я поеду с Глебом. – Едва сказав это, Даня чуть не взвыла. Зачем она назвала его просто по имени? Это прозвучало слишком интимно!
Глаза Якова вспыхнули злобой. Он опустил подбородок, позволяя распушившимся волосам наполовину прикрыть лицо. При этом он безотрывно смотрел вперед – снизу вверх, как прижавшийся к земле хищник, готовый броситься на приглянувшуюся жертву.
Маленький хищник.
– Ты мешаешь, Яков, – спокойным тоном отметил Глеб.
Это была последняя капля. Нарочно он, что ли? Даже Даня ощутила что-то похожее на злость. Умеет же из себя вывести этот Левин!
– Ты… – Шипение, достойное хора рассерженных змей. Яков сделал шаг вперед, не особо озаботясь тем, что на его пути стояла Даня.
Стиснув зубы, Даня тоже шагнула навстречу и, картинно дернувшись, завалилась прямо на Якова.
– Что-то меня зашатало, – заохав, выдала она и обвила его шею руками.
Старательно делая вид, что ее ноги то и дело подкашиваются, Даня, терпя небольшую боль от трения ткани плаща о раны, прижалась к Якову и напористо дернулась, вдавливая мальчишку в стеклянные двери. Створка распахнулась на максимум, и они едва не вывались наружу. На секунду она и правда ощутила слабость и стала сползать вниз. Но Яков вовремя вцепился в ее руки, а Левин сзади поддержал за талию.
– Б-б-бо-о-ольно! – прошипела Даня, яростно боднув Якова головой в правую щеку. Правда легонько. – Руки не трога-а-ай!
Ошарашенное выражение на лице Якова на мгновение сменилось испуганным, а потом столь же быстро решительным. Он хотел переместить ладони на ее талию, но там уже расположились руки Глеба.
Даня ощутила, как вздымается грудь Якова, сопровождая движение особо глубоким вдохом.
– Отпустите, – пробормотала она, чуть поворачиваясь в сторону Глеба. – Там тоже больно.
– Прошу прощения. – Левин немедленно убрал руки.
А Даня на секунду прильнула к Якову и боднула его головой еще раз, мстительно надеясь, что ее слипшиеся от пота и крови волосы ткнулись ему и в нос, и в щеки, и в глаза, – везде, куда только могли достать. А потом, оттолкнувшись от груди мальчишки, устало заковыляла прочь.
Ей очень хотелось спать. Она уже подзабыла о том, что не успела толком отдохнуть ночью.
«Хочу уволиться», – мелькнула в голове вялая мысль.
* * *
Или спектакль, разыгранный Даней, оказался кстати, и лишних проблем удалось избежать, или вмешались высшие силы. Но Яков так и не психанул. А под конец даже позволил подоспевшим к спортивному комплексу Шушу и Владиславу усадить себя в автомобиль.
«И чего он вскипел? – Даня повертелась на сиденье автомобиля Левина, стараясь подыскать позу, которая наименее тревожила бы ее раны. – Хотя все с ним понятно, хочет наорать на меня. Секреты его раскрыла, тайные места выдала, спалила их встречи с Региной. У Якова уже есть с десяток причин меня ненавидеть».
– Как вы себя чувствуете? – Глеб старался особо не разгоняться и не перестраиваться туда-сюда, чтобы не трясти своего болезненного пассажира лишний раз.
– Порядок.
– Я могу снова вызвать Павла.
– Не надо. Еще одного сеанса с мишками и мармеладками мне не пережить.
– Понимаю. – Он помолчал. – Надеюсь, ужин в силе?
– Безусловно. – Даня от своего не отступала. Она уже решила отстоять для Принцессы право катания на коньках, и если для этого требовалось пережить пару часов аргументированной беседы с начальством, то так тому и быть.
Но прямо сейчас ей хотелось просто помолчать. Поэтому она вытащила телефон, надеясь, что Левин намек поймет и не станет ее тревожить в ближайшие минуты.
Пять пропущенных от Киры. Плюс сообщения. Даня поспешно открыла мессенджер.
«Ты там жива?»
«Они там ничего тебя не заставляют делать? Ужасное?»
«Эй! Отвечай уже!»
«Перезвони!»
Даня забила пальцами по экрану.
«Прости, Кир, забегалась. В делах вся. Пытаюсь понять, во что я ввязалась».
Ответ пришел незамедлительно. Видать, Кира не отлипал от телефона.
«Если там такие же, как твой предыдущий начальник, сразу уходи».
«Все нормально. И ты говоришь так, будто ко мне работодатели в шеренгу выстраиваются. Как в сыру роюсь, ну правда».
«Ха-ха, смешно, смешно. Я думаю, так и должно быть. Чтобы они все вставали в очередь, а ты бы выбирала».
«Ты в последнее время только и делаешь что нахваливаешь меня, Кир. Чего такой добренький вдруг стал, а?»
«Я парень добрый».
«Ну-ну…»
«Ладно. Я уже сказал, что ничего не имею против твоего выбора. Главное, чтобы тебе никто не навредил».
Прочитав сообщение, Даня покосилась на свои руки. Повязки были скрыты рукавами плаща, но саднящая боль никуда не делась. А еще от коленок, похоже, отвалилась пара кусочков кожи – судя по ощущениям.
Да, совсем не вредная работа.
Часы показывали начало пятого. С учетом подработки Кира вернется домой в седьмом часу. У близнецов дополнительные занятия, а значит, они тоже заявятся домой только ближе к семи.
– А во сколько планируется ужин? – В голове Дани уже появилась целая стратегия дальнейших действий.
– Как насчет восьми? – Глеб изловчился и послал ей улыбку.
– А можно пораньше? С шести, например?
Наглость как она есть. Но нужно было срочно что-нибудь сделать. Даня не могла показаться перед братьями в таком виде. Ей нужен был день передышки. Может, завтра повреждения уже не будут казаться такими ужасными?
– С шести? – На светофоре Глеб повернулся к ней всем корпусом, чтобы с точностью уловить ее настроение. – У вас какие-то дела?
– Семейное, – выдохнула Даня. – Я знаю, что вы тоже заняты, Глеб Валентинович…
– Зовите меня Глеб.
– Это будет не очень удобно.
– Недавно, помнится, у вас с этим проблем не возникло.
«Да чтоб тебя!»
– Прошу прощения, я просто оговорилась.
– Я сделаю заказ на семь. – Левин кинул взгляд на часы. – Думаю, успею. Вас заберу в шесть. Вечером больше пробок.
– А работа? – совестливо спросила Даня.
– Зачем нанимать помощников, если они не могут справиться без меня? – Глеб вывел автомобиль на крайнюю правую полосу, собираясь повернуть. – Дарий сам закончит с делами.
«БМВ» припарковался немного дальше от подъезда.
– У вас чуть больше часа на сборы. – Он помог ей выбраться из автомобиля. – Могу ли я быть чем-то вам полезен?
«Хотите помочь тело губкой потереть?» – чуть не вырвалось у нее. Но благо, Даня ограничилась скромным «спасибо, но нет».
– Я позвоню вам.
Глеб отвлекся на звонок мобильного, а Даня предпочла ретироваться. Осталось ускользнуть из дома до прихода братьев, выдержать ужин с гендиректором, а потом напроситься с ночевкой к тете Агафье.
Так и должен закончиться этот трудный день. Правда ведь?
* * *
Даня придирчиво осмотрела содержимое полок в шкафу братьев. Кира, как и обычно, ответственно подошел к своим обязанностям. Грязные вещи – его и близнецов – не копились. Он стирал и гладил их, а затем аккуратно выкладывал на отведенные для каждого полки. Стирка, глажка, кроме вещей сестры, всецело была на нем. К раскладке обычно подключались близнецы. Генеральную уборку делали все вместе. Это весьма разгружало Даню, а иначе она бы попросту загнулась.
«Все не так плохо. Да, не так плохо».
Она вымыла термос и спрятала его подальше в ящик. Подумав, быстренько сделала шесть бутербродов с колбасой и сыром и оставила на середине стола, прикрыв салфеткой. Будет бонус-извинение. Ведь она собиралась сегодня ночевать вне дома.
Колени почти не пострадали. Пока она медленно стягивала с себя брюки, воображение рисовало картинки, одна другой кровавее. Обошлось крупными синяками и ссадиной на левом колене.
– Я дико устала, – четко выговорила Даня, невесть к кому обращаясь.
И почему Левину приспичило обсуждать с ней дела именно сегодня? С другой стороны, ее сумасбродство, похоже, произвело на него впечатление. Поэтому лучше третировать его просьбами, пока он весь такой размякший и восхищенный. Да это и неплохой повод для нее не появляться вечером дома.
Подготовка к выходу в свет в ее положении оказалась тяжелейшим испытанием. Даня едва-едва сумела обтереть себя губкой. Волосы были в кошмарном состоянии – грязные, слипшиеся и на ощупь просто фу. Судя по ужасающему виду, большей частью вытекшей из тела крови напитался не лед, а ее шевелюра.
Вспомнив о легкомысленном разрешении гендиректора явиться на встречу в пижаме, Даня решила особо не расстраиваться и вообще не париться понапрасну. Заплетя волосы в косу, она закрепила плетение на макушке, максимально оголив шею. Выбрала самую открытую из всех блузок – черную без рукавов на лямочках, позволяющую всем желающим вдоволь насладиться видом ее оголенных лопаток и частью спины.
«Это не для соблазнения кого бы там ни было, – проворчала она, аккуратно двигая ткань по повязкам на руках. – Так меньше раны задеваются. И вообще, перед кем я оправдываюсь, а?
Даня уже заправляла блузку в черные брюки – широкие разлетающиеся вокруг ног при каждом шаге, – когда ее телефон призывно тренькнул.
«Уже приехал? – Она торопливо огладила бока и схватила наручные часики. – Так, у меня еще минимум десять минут. Может, Гера с Лёлей? Или Кира? Только бы раньше не вернулись!»
На экране светилось сообщение от контакта с именем «Принцесса».
«Дуй сюда, Какао».
От такой наглости Даня даже присела. Хорошо, что рядом оказался гостеприимный краешек дивана. Кто-то явно фигел не по часам, а по секундам.
«Куда это?» – терпеливо напечатала она.
Ответ себя ждать не заставил.
«Ко мне».
Даня втянула ртом воздух. Сложила губы «трубочкой» и шумно так втянула. Хотелось шмякнуть телефон о пол. Но телефон-то был ни в чем не виноват. Как и пол. Как и соседи этажом ниже.
«Я ужинаю с Глебом Валентиновичем. – Уже отправив, она поспешно допечатала дополнение: – Деловая встреча».
«Знаю. – И спустя пару секунд. – Дуй ко мне».
Даня вскочила на ноги и яростно застучала по экрану.
«Я тебе щас дуну! Подставляй свою дудку!»
Примерно на минуту телефон смолк. На той стороне, похоже, осмысливали этот «вежливый посыл».
Ожидая реакции мальчишки, Даня успела нанести на губы помаду, накинуть на плечи легкий полупрозрачный палантин с блестящими серебристыми вставками и влезть в полусапожки. Заранее приготовленная сумка, неплохо послужившая ей днем, ожидала у выхода.
До ушей донесся звук оповещения. Даня схватила телефон.
«БЫСТРО! ДУЙ! СЮДА!» – играли буковки в сообщении.
«А не пойти ли тебе ежиков в лесочке посчитать!» – Этим Даня не ограничилась. Встав напротив зеркала с телефоном, она, состроив многозначительную рожу, показала своему отражению неприличный жест в виде отогнутого среднего пальца и так и сфотографировалась. Фотка была аккуратно прикреплена к сообщению, и послание ушло адресату.
«Боже, я как ребенок», – опечалилась Даня, прижавшись лбом к стене.
Телефон в руке начал звонить. Ее эскорт прибыл.
Глава 3. Бушующее сознание
Может, она что-то пропустила? Какой-то официальный праздник?
Даня почувствовала себя не в своей тарелке уже с того момента, как гендиректор Левин снял пальто и передал его сотруднику ресторана. Мужчина успел сменить образ и теперь щеголял в темно-синем пиджаке и брюках в тон. Черная рубашка чуть осветляла оттенок костюма, а темно-синий галстук с едва заметным блеском придавал солидности этому, казалось бы, игривому образу. Ранее приглаженные волосы ныне потеряли свою аккуратность: по ним словно раз провели рукой и так и оставили. В этой детали было что-то мальчишечье. Элементы официоза и лукавства в одном образе. Плюс красивое лицо. Сложно ли догадаться, на кого были обращены взгляды всех женщин, когда Даня и Глеб, следуя за официантом, пересекали основной зал ресторана?
Глеб не шутил. Им действительно предоставили приватную зону – отдельную комнатку со столом, собственным антуражем и вип-обслуживанием.
– Прошу. – Глеб, мило улыбаясь, отодвинул для Дани стул. От мужчины исходил приятный аромат свежести, какой обычно бывает с утра после длительной подготовки – этакий коктейль из бодрости, полученной благодаря хорошему сну и здоровому завтраку, и запаха дорогого парфюма.
«А от меня, наверное, воняет супом, – угрюмо подумала Даня, сильнее закутываясь в палантин. – И волосы я не мыла».
– Позвольте. – Глеб, все еще стоящий около ее стула, потянул краешек палантина на себя. – Здесь тепло.
Даня остервенело вцепилась в соскальзывающую ткань и затравленно покосилась на официанта, который вспорхнул в комнатку и аккуратно разложил на столе меню и карту вин.
Глеб подождал, пока официант удалится, и только потом вновь потянул на себя палантин.
– Не стоит волноваться.
– У меня там повязки. – Даня не успела отреагировать во второй раз, и ткань соскользнула с ее плеч. Она неосознанно сжалась, чуть сгорбилась и, скрестив руки на животе, накрыла ладонями сгибы локтей. В помещении и правда было тепло. Но выставлять напоказ свои повреждения ей не хотелось.
Даня вздрогнула, ощутив мимолетное прикосновение к спине чуть пониже лопаток. Левин дотронулся до нее?
Но прежде чем она успела оглянуться, Глеб уже скользнул на стул напротив нее. Повернувшись к диванчику, стоящему тут же, он пристроил палантин на него.
– Вы прекрасно выглядите, – сообщил он. – Накидка будет мешать вам. Расслабьтесь. Мы здесь одни. Официант обслужит нас и больше не потревожит. Отдыхайте.
Даня неуверенно кивнула. Теперь в голову полезли посторонние мысли. Не слишком ли глубокий вырез у ее легкой блузки? Хотя там у нее вроде как и смотреть-то не на что. Девушка подняла взгляд, и успела уловить быстрое почти неуловимое движение глаз Левина. Он сфокусировался на ее лице. Но до этого… куда он пялился?
«Хочу свой палантин обратно», – страдальчески заканючил внутренний голос.
Раньше Даня бы и внимания не обратила на все эти взгляды, полуулыбки, жесты. Она десятки раз ужинала с Зотовым, а увлекаясь разговорами о работе, и помыслить не могла, что тот видит в ней не только своего помощника. Но после домогательств пришлось задуматься, сколько раз Зотов, лелея в голове грязные мысли, оглядывал ее тело, пока она возбужденно делилась с ним мнением об очередном проекте или о перспективах работы с будущими бизнес-партнерами? Сколько раз в его речи проскальзывали отвратительные намеки? Сколько раз он будто случайно касался ее, и что потом творил с ней в своем воображении?
«Спокойно. – Даня, не двигая стул, максимально вжалась в спинку. – Сосредоточься на цели. Кроме того, глупо думать, что Левин видит во мне больше, чем просто добросовестную няньку для своей своенравной куколки. Вокруг него полно длинноногих красоток-моделей – бери три-четыре, а то и всех. Сам красавец. Так что мне можно спокойно сосредоточиться на своих обязанностях. После того как узнаю, что они, блин, из себя представляют!»
– Что предпочитаете попробовать сначала? – Глеб пододвинул к ней карту вин.
– Я вообще-то… – Даня как раз открыла первую страницу основного меню. И тут же закрыла.
«Пожалуй, я здесь только хлебушек поклюю чуток». – Втянув щеки, она тревожно побарабанила пальцами по тяжелой обложке меню.
– Вы же понимаете, что я вас угощаю? – с расстановкой поинтересовался Глеб, с улыбкой понаблюдав за ее метаниями.
Даня изобразила кривую ухмылку. В общем-то, догадаться об этом было несложно, но опять же все эти деловые ужины после опыта с Зотовым стали приобретать совершенно иной смысл.
Ощутив ее сомнение, Глеб решил подобраться с иного угла.
– Компенсация. – Он многозначительно посмотрел на повязки Дани. – Помните? За все ваши раны и переживания.
– О, этого будет явно мало. – Она замолчала. А не будут ли ее слова оценены как заигрывание?
Левин наклонил голову чуть в сторону и улыбнулся шире.
– Уверен, мы с вами сумеем договориться. Так как насчет вина?
– Я не пью. – Даня, нахмурившись, убрала меню алкоголя на самый край стола. – Вообще. Извините, природная непереносимость.
– Что ж, так тому и быть. – Глеб захлопнул собственный экземпляр карты вин и по примеру спутницы переложил его на край стола. – Тогда начнем с воды. Вода – это жизнь.
Пока все шло не так уж плохо. С Левиным, вопреки ранее сложившемуся впечатлению, было довольно приятно общаться. Он не давил своей аурой, как это любил делать Зотов, и не прерывал на полуслове. Впрочем, они пока едва-едва перекинулись парой слов.
Даня приняла из рук Глеба бокал с водой и потянулась к карману своих брюк. Туда она переложила мобильный. Пару секунд назад он завибрировал, сообщая о наличии нового сообщения.
«Надо бы потом позвонить Кире и предупредить, что я сегодня дома не ночую», – сделала себе мысленную пометочку Даня.
Удостоверившись, что Левин отвлекся на изучение меню, Даня положила телефон на колени и открыла сообщение. Ответка от Принцессы.
«Опять он. Иди спи уже, маленькое чудовище», – мысленно пожелала девушка, наклоняясь ниже, чтобы ознакомиться с посланием. Одновременно она пригубила бокал, охлаждая пересохшие губы.
В присланном сообщении текста не было. Только фотография.
«Что за?..»
Даня прищурилась, позабыв отодвинуть от губ бокал, и так и наклонилась еще ниже к экрану.
На фотке было что-то белое. Много. И еще что-то белее. Белое на белом. И пузырящееся. Сначала Даня различила на фоне нежно-голубоватый кафель плитки, а потом сумела идентифицировать пузырящееся нечто на первом плане. Пена. А это, стало быть, ванна. Пена в ванне. И бледные ноги с не менее бледными коленями, высунутые из пены и водруженные на край так, чтобы пятками касаться той голубоватой плитки. Некто, лежа в ванне, поднял ноги и так и сфоткал их…
И этот некто под пеной, значит, совершенно голый?!
Даня с шумом выдохнула прямо в бокал. Вода булькнула, на секунду образовав пару крупных пузыриков. Глеб вздрогнул и изумленно уставился на нее.
Мобильный бодро покатился вниз по штанине, явно намереваясь совершить суицид. Даня быстро уместила бокал на столешнице и дернула ногой, останавливая движение гаджета. Нырнув под стол, она благополучно завершила миссию по спасению. Вернувшись в исходную, обнаружила крайне удивленного Глеба.
– Вы очень… стремительны.
– Да, находит на меня порой. – Даня выдала ненатуральный смешок и выудила из фигурной вазочки салфетку. Избавляясь от остатков капель на подбородке, она старалась выглядеть как минимум чинно.
– Что-то не так? – участливо полюбопытствовал Глеб, пытливо разглядывая телефон в ее руке.
– Братья меня потеряли. – Даня отвела руку подальше, будто боясь, что собеседник сможет увидеть содержимое послания даже под таким углом и при выключенном экране. – Ничего, если я отвлекусь?
– Конечно. Семья – это главное. – Глеб вернулся к красочным страницам меню.
А Даня, незаметно отодвинувшись от стола, вывела мобильный из режима ожидания.
Вот же монстр-мелюзга! Она, конечно, ждала, что Яков после ее последнего сообщения отчебучит что-нибудь забавное. Но ТАКОЕ?
Стриптизер недоделанный!
«Плитка, без сомнения, подобрана удачно, – стиснув зубы, напечатала Даня. – Мое восхищение мастеру».
– Желаете что-то особенное? – Глеб, отложив меню, наблюдал за ней.
Ткнув на «отправить», Даня схватила свой экземпляр.
– Я еще подумаю.
До недавнего времени голод ощущался особенно остро. Когда она ела в последний раз? Было ли это сегодня? Кормила точно, а вот собственный желудок подпитать, похоже, забыла. А сейчас пропал весь аппетит. Выбрав самый простенький салатик и нечто, напоминающее куриный суп, Даня отодвинула меню подальше. Цены в этом заведении яростно кусались, но девушка благоразумно рассудила, что овощной салат (в который, видимо, покромсали огурцы и горошек, выращенные в теплицах великих небожителей) и супчик (явно сделанный из золотоносной курицы) вполне компенсируют все ее страдания.
А точнее, пусть так будет казаться гендиректору Левину. Он же не собирается оставаться у нее в долгу до конца времен?
– Здесь подают отличное мясо.
Нахваливает… Выходит, Левин все-таки не считал, что может откупиться салатом и супом.
– Спасибо. Мне хватит.
Сотня плюсов гендиректору: он не стал настаивать. Тот же Зотов вытряс бы из нее всю душу, заказал бы сам и под конец вечера отругал бы официанта за то, что его спутница пренебрегла выбранным блюдом.
Мобильный кокетливо потерся о девичье бедро, требуя ознакомиться с новым сообщением.
«Пусть это будет Кира, – взмолилась Даня, выуживая телефон из кармана. – Злой, но Кира».
– Семья? – понимающе кивнул Глеб. И как только терпения у мужика хватало?
Похлопав ресницами и виновато улыбнувшись, Даня уткнулась в телефон. И кто же это мог быть?
«У меня закончился шампунь».
Даня моргнула. Еще раз. Даже после этого ухищрения, несмотря на простоту, содержание послания осталось одной большой загадкой.
«Чего?» – Передумав, стерла все буквы, оставив только знак вопроса. И мысленно вложила в знак полтонны негодования.
«Шампунь закончился», – пришло в ответ.
Выпороть? Стянуть штаны и ремнем. Дане эта мысль очень понравилась.
Пораскинув мозгами, она прокрутила вверх ленту сообщений и воззрилась на непристойное фото. Старательно игнорируя бледные стройности на первом плане, девушка присмотрелась и заметила в правом углу на краю ванны цветную бутылочку. На ее стенках остались пузыри.
«Так он мне фотку прислал, чтобы якобы показать пустую бутыль из-под шампуня?! – возмущению Дани не было предела. – О да, так я и поверила!»
Размышляя над тем, что отправить в ответ, девушка параллельно гадала, входит ли покупка бытовых вещей для подопечного в обязанности менеджера? Неплохо бы узнать этот нюанс у Левина.
«Гендиректор! – Даня вскинулась и наткнулась на пристальный взгляд темных глаз. Левин сидел так тихо, что она, разрешая внезапно появившуюся дилемму, совершенно про него забыла. – Черт. Проклятый пацан! И его колени!»
– Жаль отрывать вас от дел, – мягко протянул Глеб.
«Злится? Не похоже».
– Извините. – Даня сунула мобильный в карман – от греха подальше. – Может, сделаем заказ? – Последнее предложение прозвучало чересчур бодро.
– Непременно.
Шустрый официант принял заказ и стремительно ретировался. Он ничего не записал, но Даня была более чем уверена, что приготовлено и принесено будет именно то, что они пожелали.
– Итак. – Глеб окинул взглядом ее руки, убеждаясь в том, что отвлекающий элемент в поле зрения отсутствует. – Рад, что мы с вами нашли возможность пообщаться в неформальной обстановке.
Даня с тревогой покосилась на палантин, лежащий на диване. Почему-то хотелось укрыться с головой. Странно, ведь обычно она чувствовала себя вполне уверено даже с высоким начальством. Возможно, виной были чертовы повязки. Они будто выпячивали всю правду – то, насколько она на самом деле уязвима.
Пора взять себя в руки. Даня глотнула воды.
– Восхищен вашими способностями, Даниэла. – Глеб предпочитал удерживать зрительный контакт. Подобный напор с его стороны не давил, возможно, потому, что в чертах его лица всегда оставалась едва уловимая мягкость. Воспринималось это примерно так: «Боже, он такой чуткий и добрый. Ему обязательно стоит довериться». Опасное впечатление. – Вы удивительны. Собранность, уверенность, знание иностранных…
– Уступками вы добьетесь большего, – выпалила Даня.
«А-а-а, хорош уже перебивать босса, Шацкая!»
