Текст книги "Служебный роман для богини любви 2 (СИ)"
Автор книги: Катерина Заблоцкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
Скелеты согласно загудели. Кто-то из зомби, очевидно, автор сего цветового безобразия, скромно повторил глаза.
– А во-вторых, раз уж вы служители Смерти, у меня будет для вас несколько заданий, – подытожил Себастьян. – И я очень надеюсь на качественное их исполнение.
– И что мы будем делать? – поинтересовался Томас.
– Вы – рыть могилы и указывать мне, где бродят внеплановые мертвецы. А я буду укладывать их туда, где они должны были находиться, – вздохнул Себастьян.
Я только покачала головой, не зная, соглашаться или спорить. С одной стороны, его желание привести в порядок округу было более чем логичным, а с другой…
Не привлечем ли мы к себе слишком много внимания таким поведением? Что-то мне подсказывало, что узнать ответ на этот вопрос невозможно, если не попробовать что-нибудь сделать…
Глава четырнадцатая
Проснувшись утром и не обнаружив смирно посапывающего рядом Себастьяна, я, если честно, даже в какой-то мере испугалась. В голову и так лезли всякие дурные мысли – мало ли, что могло случиться? – а тут еще и отсутствие любимого! Но, сев на кровати, я обнаружила, что Себастьян просто одевался, явно собираясь куда-то уходить.
– Что случилось? – поинтересовалась я.
– О… Прости, разбудил? Я старался тихо, – улыбнулся он мне, и я ответила такой же мягкой улыбкой. – Хочу отправиться в рейд в одну дальнюю деревню.
– Один? – серьезно уточнила я.
– Замаскируюсь как-нибудь, да, один, – утвердительно кивнул бог смерти. – Может быть, возьму с собой кого-то из зомби. Они достаточно естественно выглядят…
Я сердито скрестила руки на груди и воззрилась на Себастьяна. Он, до того собиравшийся не медля сорваться с места и броситься рассматривать соседние деревни в окружении зомби, кажется, осознал, что идея не самая лучшая, и серьезно взглянул на меня.
– Думаешь, не стоит, да? – поинтересовался у меня мужчина. – Считаешь это неудачной идеей? Тогда пойду сам… Но одинокие мужчины не вызывают обычно доверия у селян.
Я только хмыкнула, выбралась из постели и окинула Себастьяна оценивающим взглядом. Он явно решил изменить себе в гардеробе и вместо привычной черной одежды, четко обозначающей его как бога смерти, обрядился в нечто почти деревенское.
– А мужчины в окружении зомби, значит, у селян доверие вызывают? – поинтересовалась я, одергивая свою ночную сорочку. – И во что это такое ты одет?
– Попросил у Томаса что-то из деревенской одежды. Скажу, из соседней деревни пришел.
Мой скептический взгляд был достаточно красноречив, чтобы Себастьян и без слов ощутил мое отношение к этой безумной идее.
– Ну, я понимаю, что с зомби не так! Но с деревенским-то мужчиной будут общаться куда охотнее, чем с каким-нибудь горожанином?
…Я никогда не была деревенской жительницей, и вариант «на деревню к бабушке» в моем случае, увы, оказался нереализуемым, но все же, я знала, как выглядели люди из деревни в моем современном, технологичном мире. И очень сомневалась, что здесь они были какими-то другими. Нет, определенно, отличия были, потому что местные технологии хоть и шагали вперед, но какими-то рывками, а не равномерно, и использовались они далеко не везде. Но…
– Здесь деревенские люди работают с землей? – спросила я.
– Ну конечно!
– А у тебя руки какие? Холеные. Как у работника умственного труда, – серьезно промолвила я. – И кожа далеко не такая загорелая, как у человека, который проводит под палящим солнцем большую часть своего времени. Ты придешь к ним в своей деревенской одежде, а сам – как будто какой-нибудь горожанин, и они моментально что-то заподозрят. И я тебе гарантирую, что большого доверия к тебе испытывать эти люди точно не будут.
– Если я явлюсь к ним в образе горожанина, они тоже не будут порхать от счастья.
– Тогда давай притворимся семейной парой, которая приехала в соседнюю деревню погостить? Оденемся попроще, но не как будто мы выбрались из огорода…
Себастьян прищурился и с любопытством взглянул на меня.
– Ты уверена, что хочешь выйти?
– Уверена, – решительно кивнула я. – Замаскируюсь как-нибудь. И ты же сам говорил, что вряд ли мои портреты рассылались повсюду, чтобы четко определить, что меня тут нет. Если что – и так узнают, даже если я просижу здесь.
– Но…
– И не надо говорить, что ты готов подвергать опасности себя, а не меня, – строго отрезала я. – Мне об этой твоей готовности прекрасно известно. Но это не значит, что я сама на такое согласна. Либо мы в равной мере рискуем вместе, либо, что еще лучше, не рискуем вообще.
Себастьян серьезно взглянул на меня.
– Второе невозможно, – промолвил он. – Потому что мертвецов слишком много. Я б был спокоен, будь их два-три десятка, разбросанных по соседним деревням. По ощущениям – не меньше нескольких тысяч! Это катастрофа! Я уж молчу о том, что не понимаю, как мог настолько сильно разболтаться баланс и что вообще делали истинные, чтобы довести до такого состояния!
Да, судя по выражению лица Себастьяна, спорить было абсолютно бессмысленно. Да и что толку со споров, если он в самом деле прав?
– Хорошо, – кивнула я. – Давай тогда сделаем так, как ты говоришь. Пойдем в деревню и попробуем выяснить, где тут еще какие-нибудь мертвецы. Но вдвоем.
Себастьян кивнул.
– Возможно, так будет лучше.
– Подождешь меня? Две минуты – и я оденусь.
– Конечно, – кивнул он.
И я очень надеялась, что мне не придется потом невесть где ловить Себастьяна, потому что он, как тот мальчишка, просто сбежит от меня, надеясь уберечь.
***
Деревенская ярмарка потрясла меня своим размером и шумом – точнее, их сочетаниями. Здесь было всего лишь несколько рядов, но зато каких! Мне казалось, что укрыться от звуков здесь просто негде. Можно было просто утонуть в чужих криках.
Мы с Себастьяном действительно немного выбивались из толпы и казались как будто гостями из другого столетия. Даже мое простое городское платье и его рубашка и брюки контрастировали с местными нарядами, которым в первую очередь сильно не хватало цвета. Я знала, что это характерно для домотканого полотна, но удивилась тому, что местное население практически не пользовалось никакими современными достижениями науки и техники.
Поразительно, неужели им все это недоступно.
– День добрый! – поздоровался с нами какой-то приземистый мужичок, буквально впиваясь пристальным взглядом.
– Добрый! – хором отозвались мы с Себастьяном, растягивая губы в приветственных улыбках.
– А вы ж не местные?
Я почувствовала, как напрягся Себастьян, реагируя на этот вопрос, но понимала, что он неизбежен. Как только мы появились здесь, сомнений в том, что будем выделяться на фоне остальных, не осталось и вовсе.
– Не местные, – кивнула я, улыбаясь крайне радостно и не до конца адекватно. – Мы с мужем приехали погостить к тетушке, в поселок, – я махнула в том направлении, где, если верить карте, были довольно приличные дома и куда местные ходили редко.
Оставалось надеяться на то, что там был хоть кто-нибудь подходящий на роль тетушки.
– Но заскучали и решили прогуляться, посмотреть, что тут да как, – продолжила я, не сводя с мужичка взгляда. – А тут вот у вас ярмарка как раз в самом разгаре…
За соседнем прилавком кто-то зевнул с таким видом, что мои слова про разгар ярмарки прозвучали особенно комично. Пришлось для пущей убедительности подпихнуть Себастьяна локтем, и он стремительно закивал.
– Мы так устали от городской шумихи, – продолжил он, – что очень хотели отдохнуть немного! Но все же, привыкли к обществу…
– Может быть, – оживился мужичок, – что-то у меня купить хотите? У меня лучшие фрукты в округе! Персики – объедение! Могу потом и до дома вам их поднести…
Мы с Себастьяном переглянулись.
– Да нам так много не надо, – запротестовала я, задаваясь вопросом, есть ли у нас хоть какие-нибудь наличные.
Картой-то здесь точно не рассчитаешься! Ничего даже смутно напоминающего терминал здесь не было, равно как и людей, понимающих, что то за зверь такой и как им пользоваться.
Да и даже если б у нас и были деньги! Не хватало только, чтобы местные жители вздумали осуществить доставку до дома Смерти! Потому что ж никакой таинственной тетушки в соседнем поселке ни у меня, ни у Себастьяна не было.
– Мы больше осмотреться, – кивнул Себастьян. – Может быть, я б купил супруге какое-нибудь украшение…
– У меня лучшие персики в округе! – решительно заявил мужичок, успешно пропустив мимо ушей все слабые протесты. – Если вы только попробуете их, то поймете, что ничего лучшего просто в жизни быть не может!
– Но…
– Каждый на ярмарке считает должным купить мои персики. И побольше! – решительно заявил мужичок. – Так что подходите, не скупитесь… Не пожалеете…
Я уже жалела о том, что мы вообще позволили себе с ним заговорить. Потому что теперь это могло обернуться для нас огромными проблемами. А мужчина, вцепившись мертвой хваткой в запястье Себастьяна, уже спешил к своему прилавку.
Разложенные там персики совершенно не походили на пригодные к еде. Я подозревала, что с их продажей у мужчины вообще были серьезные проблемы, но он явно не отчаивался и не терял надежды выручить немало денег за счет не слишком разумных туристов.
Беда была в том, что кроме нас других неразумных туристов тут не наблюдалось.
– Вот! Вы обязаны взять не менее пуда! – заявил селянин.
Моя память подсказывала, что в пуде содержалось шестнадцать килограммов. И никакого желания тащить на себе пуд персиков или грузить ими Себастьяна я не испытывала.
– Понимаете, у нас есть фрукты, – попытался в очередной раз отказаться Себастьян, но мужичок был непреклонен.
– В том поселке ничего не растет! Уж я-то знаю! – решительно заявил он. – Выбирайте персики! Прошу! Два! Два пуда! Ах, какое из них получится варенье…
– Остин, – прогремело над ухом, – оставь людей в покое. Они ко мне.
Остин поднял взгляд на конкурента и скривился.
– Слушай, Брэй, у тебя и так бойко идет торговля. И зачем паре твои лошадиные подковы? Вот мои персики…
– Я сказал, ко мне они, – решительно прогорохотал незнакомец. – Пройдемте! Моя кузница неподалеку.
Мы с Себастьяном обернулись, чтобы сказать кузнецу, что в подковах тоже не нуждаемся, но вынуждены были проглотить свой отказ.
Во-первых, кузнец был не менее двух метров ростом, с широченными плечами и выглядел откровенно устрашающе.
А во-вторых, кузнец был зомби.
Хоть я и не могла этого видеть и не знала, как именно идентифицируется магия Смерти, но почувствовала невероятное напряжение Себастьяна. Он, казалось, был готов атаковать сию же секунду, но сдерживал себя из последних сил, старался держать себя в руках. Что ж, его желание напасть было для меня понятным.
Кузнец выглядел почти как живой мужчина. Никаких следов разложения, ничего такого. Вот только смуглая кожа все равно была какого-то неестественного, землистого оттенка, словно в этом теле уже много лет как не циркулировала кровь. Да и улыбка кузнеца, его взгляд – все это выдавало на месте вроде как живого человека мертвеца.
Он жестом велел следовать за ним, и мы с Себастьяном, изо всех сил пытаясь сохранить образ гостей ярмарки, которые просто заинтересовались предложением, шагали за зомби, названным Брэем.
Ярмарка осталась за нашими спинами. В остальной части деревни было тихо. Брэй ускорил шаг, и мы вынуждены были тоже ступать в два раза быстрее, чтобы не отпустить его слишком далеко.
– Они не знают, – не оборачиваясь, промолвил зомби. – Они предпочитают не замечать очевидного. Но это хорошо, что вы прибыли, господин. Еще несколько лет, и прятать это будет практически невозможно.
– О чем речь? – поинтересовался Себастьян.
В его голосе было слишком мало недоумения, чтобы зомби мог как-нибудь превратно истолковать этот простой вопрос. Мертвец коротко хмыкнул, реагируя на слова Себастьяна, и пророкотал:
– Их просто станет слишком много, чтобы это оставалось незаметным. Пока дураки считают, что землю роют кроты… Мы стараемся сдерживать их, но это трудно. Места скоро перестанет хватать.
– «Мы» и «они» – кто это?
Зомби наконец-то добрался до тяжелых кованных ворот, толкнул боковую калитку и с трудом протиснулся сквозь узкий проем. Мы с Себастьяном последовали за ним. Конечно, было немного страшно, но я понимала, что сейчас точно неподходящее время для того, чтобы спасовать и оставаться снаружи. Тем более, неизвестно, что сейчас опаснее.
За воротами оказался довольно просторный двор. Впереди красовалась кузница, а за нею – какое-то довольно большое помещение, больше похожее на склад.
– Когда-то там хранили сено, – пояснил Брэй, обходя кузницу. – Мы – это разумные мертвецы. Среди нас есть несколько скелетов, они работают внутри, не показываются, и четверо зомби. А остальные… Остальные – это «они». Впрочем, посмотрите сами.
Он открыл перед нами двери старого сенника, но предлагать зайти внутрь не стал. Впрочем, и неудивительно – потому что мы с Себастьяном, шокированные, застыли в дверном проеме.
Внутри были живые мертвецы. Кто-то просто сидел и смотрел в одну точку, другие – ходили по кругу. Веяло такой кошмарной энергетикой, что мне хотелось завизжать и броситься прочь. Эти мертвые очень сильно отличались от скелетов, к которым я привыкла в доме Смерти.
– У всех смерть от естественных причин, – промолвил Брэй. – Здесь не только наши, с нескольких соседних деревень тоже. Мы решили скооперироваться, чтобы не дать этому выйти на свободу. Кто ж знал, что их будет так много. Люди перестали умирать… Хотя вот на днях скончался старик Уитмор, так вот его похоронили, и он не поднялся, нормально все.
Себастьян покачал головой.
– Несколько дней назад источник всех неприятностей был, хм, удален, – протянул он. – Но эти ж сами в могилу не полезут…
– Да-да, господин бог смерти, – кивнул Брэй. – Я когда вас увидал в толпе, моментально признал. По силе. Нас, разумных, совсем мало здесь. А вот таких – вот сколько. И это не все еще! Что делать будем-то? Надо как-то их того… Утилизировать.
Я вздохнула.
– Кажется, аномалия расползлась довольно далеко?
– Кто-то был очень жадным, – кивнул Себастьян. – Но этот кто-то уже получил по заслугам. Теперь нам осталось попытаться убрать все последствия, и, возможно, все будет хорошо.
Судя по внешнему виду, он не слишком в это верил. Но я понимала, что Себастьян будет делать все, что в его силах, чтобы хоть как-нибудь минимизировать негативное влияние Базилия на местные деревни.
– Они никому не вредили пока что, – промолвил Брэй. – Просто пугали б народ. Вот и мы решили взять дело в свои руки, чтобы деревня не опустела…
– Вы все правильно сделали, – кивнул Себастьян. – Здесь неподалеку дом Смерти, кладбище. Мы с моей невестой пришли оттуда, – он указал на меня. – Чтобы помочь вам. Если это, конечно, будет в наших силах… Но для начала всю эту толпу надо будет туда перевести. К вечеру собраться сможете?
– Сможем, – кивнул Брэй. – А нас вы тоже?…
– А вам, – Себастьян вздохнул, я предлагаю присоединиться к нашему штату. Рабочие руки лишними не бывают…
Глава пятнадцатая
Дом Смерти мрачным изваянием маячил впереди. Несколько окон светилось, очевидно, в доказательство того, что внутри нас ждут, и мы ориентировались на этот свет.
За спиной раздавались шаги сотен ног.
– Кто бы мне сказал, что я буду идти во главе толпы мертвецов, чтобы сопроводить их на кладбище, я б покрутила этому человеку пальцем у висках, – сообщила я Себастьяну, недовольно кривясь. – Неужели Базилию настолько нужна была эта энергия, что он пошел на подобные преступления?
– У тебя это еще вызывает какие-то сомнения? – вздохнул Себастьян. – Мне кажется, жадность истинных была очевидна еще с самого начала.
– Не понимаю, как баланс вообще продержался столько времени.
– Ну, они ж увлеклись этим не сразу, – пожал плечами бог Смерти.
Я кивнула. Да уж… Увлеклись не сразу, но зато когда все-таки пришли к выводу, что могут творить что угодно, оторвались по полной.
– Иди к дому, – велел мне Себастьян. – Я сейчас отправлю всех наших сопровождающих на кладбище, пусть ночуют там… А утром начнем работать.
– Может быть, лучше сейчас?
Я так и не привыкла к грубому, безэмоциональному голосу Брэя, потому едва не подпрыгнула на месте, когда он заговорил у меня за спиной.
То, что этот зомби был гораздо разумнее даже его собратьев из дома Смерти, не вызывало никаких сомнений. Но мне, человеку из мира, в котором не было ни оживших трупов, ни богов, работающих в канцеляриях, ни Верховных, ни истинных, ни прочей ерунды, было дико и вовсе признавать, что нечто не до конца мертвое, но уже точно не живое, стоит нынче у меня за спиной и еще общается!
– Мне кажется, – мягко промолвила я, с трудом сдержавшись, чтобы не взвизгнуть от неожиданности вместо спокойного ответа, – что заниматься укладыванием мертвецов в могилы среди ночи – не самая лучшая идея.
Мы вынуждены были возвращаться к дому Смерти под покровом ночи – потому что вести за собой всю эту толпу днем было невозможно. Да и выводить из сеновала мертвецов приходилось группками, собирать их всех подальше от деревни и уже только оттуда выходить дружной шеренгой. Оживленцы покорно двигались в указанном им управлении и останавливались, реагируя на оклик зомби, но никакой другой активности не проявляли.
– Почему? Мы способны работать без устали! – воскликнул Брэй.
– Вы – да, – утвердительно кивнул Себастьян. – А я – нет. Ночью работать с мертвецами гораздо сложнее. Они не слишком-то хотят укладываться в темное время суток.
– Но ведь…
– Брэй, – Себастьян вздохнул, – повторяю…
Я не стала слушать. Понимала, что Себастьян все равно настоит на своем, а мне сейчас еще надо было зайти в дом и собрать всех скелетов.
Трахиандра, услышав мои шаги, зашевелилась, подняла один стебель, убедилась в том, что это я, ее хозяйка, и вернулась обратно в спящее состояние. Я погладила ее по зеленому листку, почесала, дождалась почти кошачьего урчания и поднялась на крыльцо.
Стоило только приоткрыть дверь, как оттуда донесся радостный вскрик:
– Госпожа Эдита, вы вернулись? Я как раз подготовила платье для первой примерки! И не вздумайте отказываться, мы должны немедленно…
– Мадам Дюбо, – вздохнула я, зажигая свет. – Подождите. Не спешите с платьем.
– Но почему? – поразилась она.
– Потому что для начала вам предстоит познакомиться с новыми работниками нашего дома Смерти.
Я посторонилась, пропуская внутрь дюжих зомби, которые прибыли с нами из деревни. Мадам Дюбо попятилась, прижимая пышное свадебное платье к груди, и кашлянула. Если б скелет имел цвет лица, а не сплошные кости, то она, наверное, сейчас была бы белее мела. Но, так как кость оттенок не меняла, то мадам Дюбо только застучала зубами.
– Здравствуйте, – поприветствовала она кузнеца и его сопровождающих. – А вы, э-э-э, прибыли помогать нам с подготовкой к свадьбе?
– Нет, – холодно отметил Себастьян, тоже заходя в дом. – Они прибыли помогать нам в более важных домах. И теперь они работают здесь. Скажи-ка, Брэй… Что ты думаешь о пышных торжествах?
Зомби выпятил грудь колесом и гордо, как мы и договаривались, сообщил:
– В нынешних условиях любое пышное торжество является нецелесообразным! Первоприоритетной целью является уложить в могилы всех неразумных мертвецов и минимизировать влияние аномалии на окружающие селения, при этом не выдав анонимность присутствия господина бога Смерти в его резиденции!
– И что ты, Брэй, будешь делать? – уточнила я, хотя прекрасно знала ответ. Зомби сам его подсказал, за что мы с Себастьяном были, признаться, очень ему благодарны.
– Я, – отчитался Брэй, – возглавлю местных скелетов и направлю их неуёмную энергию в нужное русло!
Платье с шелестом выпало из рук мадам Дюбо.
– А как же Т-томас? – осторожно поинтересовалась скелетиха, глядя на нас с Себастьяном с откровенным подозрением. – Разве он больше не г-главный?
– Ну, – пожал плечами Себастьян, – Томас, конечно, неплохо справлялся со своими обязанностями, но он иногда позволял себе много лишнего…
– Например, когда дело касалось свадьбы, – дополнила я.
– Потому теперь мы дадим Брэю возможность проявить себя.
Мадам Дюбо сглотнула, наклонилась, чтобы подобрать платье, после вновь подняла на нас ошеломленный взгляд. Не заметив на лицах ни тени смущения и ни грамма угрызений совести, она взвесила в руках платье и осторожно поинтересовалась:
– Может быть, примерим?
– Примерим, – кивнула я.
– И там Томас подготовил кое-какие документы для подготовки к свадьбе, – продолжила мадам Дюбо. – Там все относительно меню и разных других дел, и… Так что по поводу платья? Пойдемте?
– Себастьян, ты не против?
– Присоединюсь к тебе чуть позже, – кивнул бог смерти. – Сейчас распоряжусь по поводу того, где разместить наших новых сотрудников… И тех.
У Себастьяна все еще не поворачивался язык открыто называть мертвыми тех несчастных, что сегодня шли за нами. Я понимала, что они не чувствовали боли и умерли по естественным причинам, но ничего не могла поделать с жалостью, что периодически вспыхивала у меня в сознании. В конце концов, никто не заслуживал застревать в состоянии между жизнью и смертью, когда телу не дают отдохнуть.
– Удачи тебе, – я повернулась к Себастьяну, поцеловала его в щеку. – Возвращайся поскорее… Мадам Дюбо, пойдемте.
Скелетиха покрепче прижала платье к груди, словно это было самое драгоценное ее сокровище, с которым она не хотела расставаться ни на одну секунду, и жестом велела мне следовать за нею. Я, конечно, не горела желанием утонуть опять в свадебных хлопотах, но решила, что лучше переговорю с мадам Дюбо наедине. Она явно волновалась.
Женщина дождалась, пока мы наконец-то останемся наедине, а тогда осторожно поинтересовалась:
– Это… Все?
– В каком смысле – все? – усмехнувшись, уточнила я.
– Кого-то из нас вернут в могилы? Или всех? – в голосе мадам Дюбо звенело неподдельное беспокойство. – Простите, госпожа Эдита, мы надеялись, что были достаточно хороши, но…
Конечно, я понимала, что некоторых скелетов не мешало бы припугнуть, но, посмотрев на печальную мадам Дюбо, решила, что Брэй и так отлично справится с задачей запугивания, даже без моего пособничества. Потому решительно заявила:
– Беспокоиться не о чем. Себастьян не сделает ничего дурного разумным мертвецам. Хоронить будут исключительно тех, кто не обладает собственным сознанием, но почему-то не может улежать в могиле.
Мадам Дюбо с подозрением уставилась на меня. Пришлось заверить ее:
– Вам совершенно ничего не угрожает. Обещаю, что Себастьян не задумывает ничего дурного. Только немного унять аномалию. Слишком уж она… Масштабной оказалась. Никто не думал, что масштаб проблем окажется таким.
Кажется, это немного успокоило скелетиху. Она жестом велела мне раздеться, натянула на меня платье и, вооружившись булавками, взялась за дело.
– Вы будете самой красивой невестой на свете! – пылко заявила она, кажется, пытаясь выслужиться. – Самой прекрасной, самой доброй и самой хорошей. Самой-самой-самой! Только не хороните нас. Мы очень не хотим умирать…
– А кто ж хочет?
– Вам, живым, проще, – честно сказала мадам Дюбо. – Потому что вы не знаете, как оно, там. В забвении. А я уже кое-что почувствовать успела. Конечно, умерев, я ровным счетом ничего не пойму. Но мне не хочется умирать опять.
– Понимаю.
На самом деле, осознать все это было очень непросто. А мадам Дюбо больше не желала возвращаться к столь опасной теме.
Она поправила мое пышное платье, одернула подол, подтолкнула к зеркалу и поинтересовалась:
– Ну как? Вам идет! Что скажете?
Я замерла, всматриваясь в отражение, и поняла, что теряю дар речи.
– Мадам Дюбо, это… – выдавила я из себя несколько слов и тут же умолкла, чувствуя, как сжимается горло. – Это…
– Это прекрасно, не так ли?
– Мадам Дюбо, откуда тут эти банты?!
– Какие банты?
Я представила на месте скелетихи пожилую женщину, которая сейчас наверняка наивно моргала бы, упорно, всем своим видом пытаясь убедить меня, будто ничего не произошло. Конечно, моргать мадам Дюбо не умела, но зато шила она роскошно.
Только вот… Перестаралась немного.
На самом деле, я б могла назвать платье красивым. Оно сидело на мне, как влитое, подчеркивало грудь и талию, и я в нем чувствовала себя самой грациозной девушкой на свете. Ткань приятно холодила кожу, а белый цвет на удивление не портил меня и не делал слишком блеклой.
Но с украшениями мадам Дюбо перестаралась.
…Когда я, еще будучи в своем мире, думала выходить замуж и присматривала свадебное платье, я однозначно решила для себя, что оно будет простое и элегантное. Конечно, в итоге оказалось, что денег на платье у меня нет, а жениха я и вовсе послала, да и свадьбы-то никакой не состоялось, но образ невесты в снежно-белом наряде без единой оборки, кружев и прочей гадости, запал мне в душу.
Поразительно, но мадам Дюбо изначально угадала мое желание. Струящиеся юбки, спущенные рукава, открытые плечи, элегантный вырез, шлейф, впрочем, не очень длинный…
И бантики. Кружавчики. Невероятное количество совершенно неуместного декора, который я и так терпеть не могла. Эта свадьба грозилась превратиться в настоящий парад бантов, оборочек и скелетов.
– Эти банты, – ткнула я пальцем в ряд розовых украшений на белом. Благо, хоть не яркого оттенка. – Эти оборки! Это… Мадам Дюбо!
Скелетиха подбоченилась, готовясь защищать свое творение.
– Я уверена, – я повернулась к ней, – что у вас потрясающий вкус. Вы удивительная мастерица. И все вот это просто не могло быть вашей идеей.
– Вам совсем не нравится платье?
– Мне нравится платье! Мне не нравится декор!
Мадам Дюбо, очевидно, задумалась, не стоит ли ей проявить исключительно женскую мудрость и сделать вид, что она к этим бантикам не имеет никакого отношения. Сомнение, вспыхнувшее в глазах – точнее, в заменявшей их магии, – немного успокоило меня. Я вполне могла предположить, что сейчас творилось у швеи в голове.
– Фасон, посадка, ткань… – прошептала она.
– Это идеально!
– А декор?
– Ужасен, – честно созналась я.
– Это все Томас! – моментально нашла виноватого мадам Дюбо. – Это из-за него тут появились все нескончаемые бантики, рюшечки и прочее! Но мы с вами, разумеется, можем это осторожненько отпороть, убрать…
– Я хочу гладкую ткань и никакого декора, – решительно заявила я. – Чтобы ничто не портило невероятную красоту вашего платья, мадам Дюбо. Ведь это так интеллигентно, так сдержано и так роскошно! Без этих оборок я была бы бриллиантом в дорогой оправе. А сейчас… Меня не видно. Вокруг слишком много лишних элементов.
– Все уберем, – решительно заявила мадам Дюбо. – Обязательно! Снимайте платье! К завтрашнему утру все будет сделано просто идеально…
– Спасибо.
Я понимала, то скелетихе, возможно, и хотелось добавить каких-нибудь бантов или чего-то в этом роде, но она правильно поняла мой тяжелый взгляд и решила, что спорить будет себе дороже. Если честно, я вздохнула с облегчением. Радовало то, что мадам Дюбо решила проявить мудрость и, чтобы не дать мне отбиться вообще от всего, решила найти другого виноватого.
– Госпожа Эдита, – проворковала она, касаясь моей руки. – Мы все сделаем! Но вам тогда придется завтра уделить немало времени свадьбе… Чтобы остановить Томаса и не дать ему продолжать свой произвол, разумеется.
– Конечно, – кивнула я. – Завтра будет время, и я обязательно этим займусь.
Я переоделась в свою обычную одежду, отдала мадам Дюбо платье и отправилась к себе в спальню, надеясь, что уже ничего сегодня не случится.
На кровати лежал конверт. Я не сразу заметила его, но бумага, казалось, светилась, привлекая к себе внимание, и я, не удержавшись, взяла ее в руки.
Никаких подписей не было, и открыла конверт. Уже пробежавшись взглядом по тексту, осознала, что предназначалось письмо не мне, но откатывать назад было слишком поздно.
Ровный, красивый почерк, мог принадлежать только одному человеку.
«Себастьян, не знаю, здесь ли ты, но если это действительно так, то твои попытки исправить баланс были очень удачными. Можешь возвращаться в Канцелярию.
Надеюсь, что ты примешь правильное решение.
Хранитель Времени,
Рене».
Глава шестнадцатая
Себастьян щадить себя не собирался. Только-только рассвело, как он выбрался из кровати и отправился на кладбище, заниматься закапыванием мертвецов. Я осталась дом; обещала ведь разобраться с Томасом и закончить все предсвадебные приготовления, отдать четкие указания вконец обнаглевшим скелетам, сейчас дрожащим от одного упоминания Брэя.
Письмо прожигало карман. Мне надо было показать его Себастьяну еще вчера, но я… Струсила. Да, испугалась, поняла, что не смогу на такое решиться.
Это было отвратительно с моей стороны, пытаться что-либо скрыть. Самое мерзкое, что только могло мне прийти в голову! Почему я это сделала? Если честно, потому, что испугалась. Ведь любой разумный человек на месте Себастьяна, получив это предложение, обязательно отправился бы к Рене и согласился с ним работать.
А я…
А мне пришлось бы искать новое пристанище. И я пообещала себе, что отдам конверт чуть позже, когда Себастьян вернется после работы. Обязательно отдам! Только позволю себе еще несколько часов провести в сказке, где у меня есть любимый мужчина, который всегда поможет и всегда будет оберегать.
– Госпожа Эдита, – осторожно поинтересовался Томас, один из немногих, кто не отправился вместе с Себастьяном рыть могилы и укладывать туда мертвецов, – что-то произошло? Вы такая грустная сидите, как в воду опущенная…
Я вздохнула. Рассказывать скелетам о своих личных переживаниях мне не хотелось, а уж тем более – о том, что Себастьян скоро отправится обратно в Канцелярию, а я… А я буду бежать, куда глаза глядят, лишь бы только не погибнуть.
И это будет единственное правильное решение. Потому что я не могу привязывать к себе Себастьяна, не могу таким образом вредить ему. Он заслуживает гораздо лучшего и большего!
– Конечно, я буду грустная, – хмыкнула я, поворачиваясь к Томасу. – Как же мне не быть грустной? Весь дом в розовых бантах, кто-то пытался подстричь мою трахиандру, а вы занимаетесь чем угодно, помимо работы!
– Но ведь мы пытаемся сделать как лучше! – Томас так наивно воззрился на меня, словно он был не взрослым скелетом, который, возможно, в прадеды мне годился, а нашкодившим мальчишкой, который теперь оправдывается, что он всего лишь пытался помочь.
– Я верю, – кивнула я. – Но уже говорила о том, что вместо «как лучше» мы будем делать «как нужно». Чтобы избежать дополнительных проблем.
– Я готов немедленно!..
– И для начала я предлагаю снять банты.
– Что?!
Томас, кажется, выпал в осадок. Он воззрился на меня, как на безумную.
– Здесь должно быть чисто, – принялась загибать пальцы я, – светло. Никаких бантов, никакого поросячьего розового оттенка, никакого подстригания моей трахиандры и всего прочего. Мне нравится, когда все лаконично. Меню, я думаю, и так слишком обширное – не нужны нам эти восемнадцать блюд, Томас. И вообще, я полагаю, что свадьбе уделено слишком много внимания.
