Текст книги "Служебный роман для богини любви 2 (СИ)"

Автор книги: Катерина Заблоцкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

– Не будь дурой, – опять обратилась я к себе. – И не бери на себя лишнюю ответственность за все происходящее. Просто делай свое дело, Эдита, и будет тебе счастье.

Не сказать, что мне было очень легко удерживать позитивный настрой, но я все-таки справилась. Вместо того, чтобы тяжело вздыхать, заглянула все-таки в лабораторию и решительно, не откладывая, направилась к большому чану с золотившимся жидким металлом.

Пододвинув специальный небольшой ящик, предназначенный для хранения стрел, поближе, я вооружилась небольшим черпаком и набрала металла для первой стрелы. Чтобы заполнить форму аккуратно и ничего не расплескать, мне пришлось постараться и проделать над собой немалое усилие – руки все же дрожали, а беспокойство давало о себе знать. Но я справилась. Жидкость полилась в форму и совсем скоро превратилась в цельную, крепкую стрелу. Рядом возник небольшой амулет.

Он выглядел не так, как его аналог, вручаемый Георгом. Крохотный, размером с монету, привязанный к стреле, этот амулет мне нравился гораздо больше. Я подцепила его ногтем и взвесила на ладони. Амулет казался практически невесомым, а его поверхность покрывала тонкая вязь рун.

Я не умела читать на этом языке, но услышала тихий женский голос у себя в подсознании.

«Как только стрела попадет в цель, металл вернется обратно в чан. Если стрела будет испорчена, металл будет безвозвратно утерян».

– Еще один повод выбирать более надежных купидонов, – отметила я. – Но если они будут справляться – можно ведь обойтись без Георга!

Мысль прозвучала, признаться, очень вдохновляюще. Одна только перспектива не иметь ничего общего с Георгом убедила меня в том, что надо постараться и познать всю методику отливания стрел. Я вновь вооружилась черпаком и наполнила форму странной жидкостью. Признаться, страшно было, что несколько капелек упадут на кожу – мне почему-то упорно казалось, что материал, из которого отливаются стрелы, не слишком хорошо сочетается с организмом человека и может серьезно помешать. Но я не позволила себе бояться. Вместо этого только тщательнее и осторожнее принялась за дело.

Спустя несколько минут вторая стрела тоже оказалась в ящике. Я улыбнулась, отметила, что один черпак, которого вполне хватало для того, чтобы отлить полноценную стрелу, не так уж и много в контексте огромного чана, и вновь взялась за работу.

…Не прошло и часа, как у меня в руках оказалось около полусотни стрел. Я понимала, что для тех купидонов, что у меня есть, этого будет вполне достаточно. Странно хотеть большего.

Мышцы от усталости казались налитыми свинцом, но я велела себе не переживать по этому поводу – разумеется, устала, но это точно не приговор и не повод останавливаться в работе! У меня впереди еще огромные просторы для достижений. Может быть, удастся найти и других желающих исполнять купидонью работу, тогда стрел понадобится больше.

Я присела на стул и взглянула на ящик со стрелами. Попыталась потянуть его на себя, надеясь, что тот будет не слишком тяжелый, но усилие отозвалось тупой болью в животе, и я бросила эту идею. Лучше попросить о помощи Брэя, благо, зомби мне точно не откажет.

Хотелось детальнее рассмотреть стрелы. Я даже взяла одну в руки, покрутила ее между пальцев, внимательно изучая оперение и острие, провела кончиками пальцев по идеально гладкому основанию, но не успела сделать никаких выводов – снаружи донесся просто ужасающий шум.

Я вскочила на ноги, бросилась к окну и, положив стрелу на подоконник, с удивлением увидела Вериара, пытающегося убежать от мертвецов.

– Ни за что! – его крик было слышно даже сквозь двойной стеклопакет. – Я не позволю напоить меня этой дрянью! Драконам нельзя брокколи!

– Господин хранитель Лабиринта, мы внимательно изучили драконью литературу! – возмущалась мадам Дюбо, упирая костлявые руки в бедра и наступая на Вериара. – И уверены в том, что брокколи – идеальное питание для худеющих драконов!

Я усмехнулась. Не сказать, что я очень внимательно вчитывалась в рецепты, но перечень запрещенных продуктов изучила, конечно же, внимательно. Ведь я не хотела случайно причинить Вериару вред!

Потому я совершенно точно знала, что никаких проблем от употребления брокколи у драконов нет и быть не может. Что-то мне подсказывало, что о личной непереносимости продукта даже речи быть не может. Просто, завидев в своей тарелке, или в чем там ему подавали еду, нелюбимое растение, Вериар попытался солгать.

Ха! Мои мертвецы могут накормить кого угодно, как бы он ни сопротивлялся и ни отбивался от них, размахивая своим хвостом направо и налево.

Однако, наблюдая за попытками Вериара спастись от насильственного кормления, я пришла к выводу, что настойчивость мертвецов может пойти ему на пользу. Пока скелеты с мадам Дюбо во главе пытались загнать Вериара в угол, он умудрился выполнить целую серию отличных упражнений для похудения. В итоге, впрочем, все равно застрял между двумя деревьями, вынужден был съесть брокколи и сердито зарычал.

– Эта гадкая зараза убирает из организма все шлаки и токсины! – возмутился он. – Мне придется весь вечер провести в кустах! Организм дракона к такому не привычен! Он обычно все копит в себе!

Что ж, если организм этого конкретного дракона перестанет копить в себе столько лишнего, возможно, Вериару нужно куда более активно налегать на брокколи. Авось, похудеет гораздо быстрее, чем мы того ожидаем.

– Надо! – тоном, не терпящим возражений, заявила мадам Дюбо. – Откройте пасть, господин дракон, и сделайте «ам»!

Я отвернулась. Да, конечно, Вериар вел себя, как маленький ребенок. Что такого страшного в брокколи или в цветной капусте?

Мне вдруг отчаянно захотелось съесть чего-нибудь подобного. От одной мысли об этой пище, не сказать, что прежде моей любимой, рот наполнился слюной.

Позабыв и о стрелах, и обо всем на свете – в том числе и о мониторе, с помощью которого можно отслеживать баланс и на который я хотела взглянуть, – я отправилась на кухню. Скелетов там не было, зато оказался Димитрий. Он нагло лазил по кастрюлям в поиске чего-нибудь съестного и каждый раз, когда не находил ничего подходящего, тяжело вздыхал.

– Кажется, твои живые трупы ничего толком не наготовили, Эдита! – возмутился купидон, воззрившись на меня. – Только эта мерзкая зеленая гадость! Бланшированная!

Я, добравшись до брокколи, о которых мечтала последние минут пять, вооружилась ножом, вилкой и солью и принялась за еду.

– Тебя вообще, – прожевав первый кусочек, отметила я, – никто сюда ужинать не звал, Димитрий.

– Как же? Ты не желаешь меня видеть?!

Я хотела сказать, что нет, но подумала – должна же быть от Димитрия какая-то польза! Весь сегодняшний день его невесть где носило, и я не сомневалась, что парень даже палец о палец не ударил, чтобы сделать что-то хорошее! Разве он способен?

Потому вместо возмущений я только спокойно пожала плечами.

– На самом деле это хорошо, что ты зашел. Завтра у тебя будет очень важное задание на стройке.

– Ты заставишь меня замуровывать чужие двери?! – кисло поинтересовался Димитрий.

– Нет, ну что ты, – махнула головой я. – Ты всего лишь будешь убеждать сотрудников соответствующего отдела пользоваться новой дверью. Вот и все. Так сказать, исполнишь роль менеджера…

Димитрий стремительно побледнел.

– А разве этим будешь заниматься не ты?

– Я? – пришлось изобразить искреннее недоумение. – Ну да, я собиралась. Но я полностью тебе доверяю, Димитрий! Уверена, ты не подведешь!

Он скривился так, словно из моих уст только что прозвучало некое оскорбление.

– Эди, – мягко промолвил он, – может, я таки на стройку? Мне так хотелось помочь Брэю и ребятам…

– Ну, – смилостивилась я, – если ты так сильно хочешь поучаствовать в стройке, то я, конечно, не стану тебе мешать… – и, дождавшись, пока Димитрий расплывется в довольной улыбке, добавила. – Но только после того, как ты все-таки выполнишь выданное мне тебе задание. И это не обсуждается.

Тоскливый стон Димитрия свидетельствовал лишь об одном: он считал меня еще худшей тираншей, чем прежде.

И меня это совершенно не беспокоило.

Глава двадцать девятая

Следующим утром я опять вскочила ни свет ни заря. Из окон спальни было отлично видно двор, в котором Вериар активно занимался какими-то странными упражнениями. Он перебегал с места на место, хватался лапами за бока, усаживался на место, но спустя несколько секунд мчался к следующему укрытию, пока наконец-то окончательно не затерялся среди кустов.

Наверное, брокколи все-таки начали процедуру выведения шлаков и токсинов, и Вериар никак не мог подыскать место, где ему было бы удобно.

Можно было еще поспать, но я решила, что раз уж встала так рано, то нечего тратить лишний раз время. Наскоро позавтракав каким-то салатом, я велела Брэю прихватить ящик со стрелами, и мы выдвинулись на работу.

В Канцелярии было еще очень тихо. Коридоры всегда казались мне полупустынными, но, хоть на сей раз я умудрилась даже не заблудиться, нынче они оказывали особенно гнетущее впечатление. Признаться, у меня было ощущение, что я блуждаю по какому-то склепу.

А ведь когда-то это место процветало!

Погруженная в свои мысли, я двигалась по правильному направлению и, разумеется, миновала ответвление, что вело к Георгу. Обычно кузнец не выглядывал из своей кузницы, разве что только выходил на какие-то собрания, но сейчас остановил меня коротким окликом.

– Эдита! Однако, я думал, что ты заглянешь ко мне сегодня! Неужели твои жалкие купидона не смогли разобраться даже с теми стрелами, что я им дал?

Я обернулась. Георг стоял, упершись плечом в стену, и язвительно усмехался. Суд по всему, ему было нисколечко не стыдно, что он, взрослый мужчина с претензией на некую самодостаточность, сейчас пытался поддеть свою коллегу, девушку, попрекнуть ее чем-то. Впрочем, я уже давно не имела никаких заблуждений насчет местных богов, потому мысленно велела себе просто не обращать на грубость внимания.

– А мы теперь не нуждаемся в твоих услугах, – пожала плечами я. – Теперь нет никакой необходимости просить тебя о стрелах.

– Вы решили нести любовь проповедями, которые так любит наш дражайший Рене?

Признаться, мною даже слегка передернуло от злости. Рене – Хранитель Времени! И после всего того, что он делает, после всего того, что он пережил, Георг еще смеет открывать в его сторону рот!

Однако, пришлось сделать над собой усилие и сдержаться. Лишние споры не были нужны никому, и моему брату в первую очередь. Я знала, что должна поставить Георга на место, но сделать это не грубо, а мягче.

– Зачем же? Я просто нашла возможность более эффективно работать, – пожала плечами я. – Не опираясь на помощь разных ненадежных мужчин вроде тебя, Георг.

– Без меня у тебя не будет стрел.

– Ну, я б не зарекалась… Брэй, открой ящик, пожалуйста.

Зомби повиновался без единого лишнего вопроса, за что я была ему невероятно благодарна. Понятливость Брэя порой казалась мне невероятной, но он всегда умудрялся очень четко определять границы и не позволял себе лишнего.

Вот и сейчас он лишь молча открыл ящик, но, перехватив взгляд Георга, проронил:

– Я тоже кузнец. И знаю, что такую совершенную стрелу не выковать человеческим рукам. Госпожа Эдита прекрасно справляется со своими обязанностями.

В полумраке коридора стрелы едва заметно светились. Георг наклонился, заглядывая в ящик, и практически моментально отпрянул, издав недовольное шипение. Было видно, что ему не понравилось увиденное – хотя бы потому, что он чувствовал в нем определенную опасность для себя.

– Поразительно, – пробормотал мужчина. – Набрали обычных стрел, а выдают их за стрелы любви! Ты играешь с огнем, Эдита!

– Скорее уж твои стрелы обычные, – пожала плечами я.

– На них даже нет нормальных предохраняющих амулетов!

– Зато на них есть кое-что получше. Брэй, закрой ящик и пойдем отсюда. Думаю, ничего нового мы точно не узнаем. Георг не может показаться еще более гнусным, чем он есть на самом деле.

Мужчина зашипел от раздражения, но так и не смог выдавить из себя еще одну грубость. Вероятно, понимал, что я в данной ситуации была права – и как бы он ни пытался излить весь свой яд, все эти бесплотные попытки казались смешными.

Но пройти мимо него, расправив плечи, оказалось удивительно приятной задачей. Я почувствовала на себе пристальный, злой взгляд, но не обернулась и не удостоила Георга больше ни одним раздраженным комментарием. Мне почему-то показалось, что это равнодушие ударило по его самолюбию гораздо сильнее, чем если бы я сейчас устраивала истерику и пыталась выяснять отношения с окончательно зарвавшимся кузнецом.

– Знаешь, Брэй, лучше б ты занимал его должность, – искренне промолвила я, когда мы уже оказались у самого моего кабинета. – Потому что это не входит ни в какие рамки! Он не просто не хочет выполнять свою работу, а откровенно пренебрегает ею!

– В нем говорит злость. Но я мертв и занять место живого не могу, – отметил Брэй. – Мне куда приятнее помогать вам, госпожа Эдита. Разве перестройка Лабиринта не важное дело?

– Важное. Может быть, еще более важное, чем то, которым занимается Георг, – нехотя согласилась я. – Впрочем, ладно… Забыли.

Я открыла кабинет, жестом велела Брэю поставить на стол стрелы и нахмурилась. Никаких новых разнарядок не было, только высилась немалая стопка старых, определенных как актуальные.

Странно, конечно…

– Брэй, мне нужно отойти, – решительно сказала я. – Если придут купидоны, просто выдавай им стрелы – они знают свою норму, – и разнарядки из вон той стопки… Я постараюсь вернуться поскорее. Справишься?

– Разумеется, госпожа Эдита, – спокойно кивнул Брэй. – Будет сделано в лучшем виде.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Нет уж… С этим надо заканчивать. Сколько б ни было старых разнарядок, мне нужны новые, иначе ни о каком восстановлении баланса и речи не идет! И я получу их, чего бы мне это ни стоило.

Решительного настроя вполне хватило для того, чтобы добраться до кабинета, прежде принадлежавшего Рене. Теперь поверх знакомой уже мне таблички криво была прибита новая, гласившая: «достопочтенная богиня мудрости Селена, глава аналитического отдела».

Ни следа от стандартной лаконичности Рене не осталось. Он бы на месте Селены написал что-то вроде «б. мудр.», но это ведь Рене! Эта женщина, которую я, впрочем, не знала, явно очень уважала собственный статус и хотела, чтобы к ней обращались верно.

Впрочем, если это единственный ее недостаток, пусть хоть десять эпитетов припишет на табличку, какая разница? Только пусть дает разнарядки!

Я занесла руку, чтобы постучаться, но так и не успела этого сделать. Изнутри донесся издевательский, несколько истеричный смех, а потом послышался женский голос:

– О, да, наша начальница – та еще идиотка! Понятия не имею, как ей удалось окрутить Себастьяна! Все девочки были в шоке, когда узнали о его женитьбе…

– Просто шок! – заявила вторая.

Этот голос был мне незнакомым – я могла лишь предположить, что он принадлежал той самой Селене, – а вот первый…

Я нисколечко не сомневалась: в кабинете находилась Аделина, глава Любовного Патруля.

– Уверена, она сдуется уже через несколько дней! – продолжила вторая, незнакомая мне женщина. – Она ведь просто необразованная девчонка, невесть откуда свалившаяся на наши головы! А что до Себастьяна… Я б на твоем месте не волновалась. В конце концов, даже брак не вечен! Тем более, с такой, как Эдита! Не пройдет и полугода, как он сбежит от нее, и ты сможешь с ним сойтись! Вы были такой красивой парой…

Были красивой парой?!

Себастьян никогда не говорил мне о том, что встречался с кем-то из Любовного Патруля. Да, я тоже ничего не рассказывала о своем бывшем, но на то были две причины: он остался в другом мире, да и мои отношения с ним были далеки от понятия серьезных. И мне совершенно не хотелось случайно узнать о том, что Себастьян действительно встречался с этой невыносимой Аделиной!

Напомнив себе о том, что мужу надо доверять, я решительно распахнула дверь. Стучать? Сейчас мне хотелось стукнуть разве что кого-то по голове!

– День добрый, – протянула я, скользнув взглядом по собравшейся в кабинете компании.

В аналитическом отделе было тихо и пусто. Ни одного сотрудника тут не наблюдалось еще со времен Рене, но теперь не было и бесконечных бумаг, над которыми он трудился, и высоченных стопок отчетов. Планшет и вовсе покрывал толстый слой пыли. С той поры, как Рене, получив статус Верховного, больше не мог заниматься своей работой, здесь никто и пальцем о палец не ударил.

Селена восседала в кресле, прежде занимаемом моим братом, в невероятно расслабленной и вальяжной позе. Она закинула ногу на ногу и улыбалась, буквально излучая величие. Мы с ней не были знакомы лично, но в холеной женщине я опознала ту самую, что едва не стала жертвой люстры во время общего сознания.

Разумеется, Аделину, которую я могла идентифицировать даже по голосу, я узнала сразу. Кто еще, если не она, мог говорить обо мне такие гадости, а теперь еще и бросать уничижительные взгляды!

– Порядочные люди, – прошипела она, – стучат в дверь!

Я отметила, что Селена предпочитала сохранять молчание. Очевидно, она прекрасно понимала, что родная сестра Хранителя Времени – не тот человек, с кем надо ссориться.

– Да, – серьезно кивнула я. – А еще порядочные люди не обсуждают чужих мужей и делают свою работу. Аделина, разве ты не должна заниматься сейчас инспектированием и поиском людей, пострадавших от прежних деяний купидонов? Но нет, тебя волнует вопрос нашего с Себастьяном развода… Госпожа Селена, известный аналитик, дает полгода – в таком случае, предлагаю тебе хотя бы до весны выполнять свои служебные обязанности. А потом уж заниматься делами сердечными.

Глава Любовного Патруля вскочила на ноги и со стуком поставила свою чашку с чаем на стол. Смерив меня недовольным взглядом, она прошипела:

– Да с такой, как ты, Себастьян не продержится и месяца!

– Ты с такой начальницей, как я, на работе тоже проведешь не так и много времени, – холодно пригрозила я.

– Конечно, госпожа богиня. Уже бегу исполнять свои служебные обязанности, – ни капельки уважения или искренности в голосе, разумеется, не было, но я не стала останавливать Аделину.

Она решительно прошла мимо меня, задев плечом, и вышла из кабинета, громыхнув дверью. Я даже не стала оборачиваться – сейчас мне важно было решить другой вопрос. Любовный Патруль подождет!

– Селена, – холодно проронила я, – где разнарядки?

– Разнарядки? – переспросила меня богиня мудрости. – Разве я должна этим заниматься?

– Ты возглавляешь аналитический отдел. Разумеется, это твои прямые обязанности, – строго произнесла я. – Из-за отсутствия разнарядок мои купидоны скоро будут простаивать!

Я, конечно, несколько приукрасила ситуацию – до простоя там было еще ох как далеко. Нам бы хоть весны разгрести все те долги, что остались! Но я понимала, что чем дальше, тем больше будет неактуальных разнарядок, и баланс выравнивается куда быстрее, если сначала выполнять актуальные, а тогда переходить к старым. Рене ведь говорил – тем людям, имена которых он подает в Канцелярию Любви, их чувства и просветления нужны уже сейчас!

А многие из тех, кто стрелу не получили, возможно, уже не претендуют на нее, перестали быть достойными или справились безо всяких купидонов…

Но Селена явно не прониклась уважением к моим словам.

– У меня нет на это времени, – решительно заявила она. – Какое мне дело до функционирования отдела любви? Рене не оставил мне ни единого толкового аналитика…

Я хотела было предложить ей нанять кого-нибудь, но не успела – а потом осознала, что вовремя остановилась. Ведь Селена совсем не хотела пожаловаться на то, что ей не хватает сотрудников. Она преследовала совершенно другие цели!

– И теперь я должна для начала провести полный аудит, понять, что он здесь натворил… И только тогда, когда исправлю его ошибки, смогу заняться разнарядками…

Я уставилась на нее, как на сумасшедшую.

– Ты шутишь?!

– Я совершенно серьезна, – покачала головой женщина.

– Нет, говорить серьезно о таком не смог бы никто, – решительно мотнула головой я. – Все мы прекрасно знаем, что у Рене кристально чистая репутация…

– Никаких фактов, подтверждающих это, нет.

– Время выбрало его своим Хранителем! Это ли не подтверждение!

Селена воззрилась на меня, как на сумасшедшую.

– Время? У времени, дорогуша, нет мозгов, – она постучала себя ногтем по виску, – чтобы оно могло всерьез кого-то выбирать. Просто Рене очень удачно оказался рядом. Матильда ему доверяла, повелась на красивые синие очи…

– Ты ведь знаешь, – шокировано выдохнула я, – что говоришь сущий бред!

– Ты можешь обвинять меня сколько угодно. Я не Аделина, меня это не задевает.

Я едва не зарычала от злости. Ее это не задевает! Еще бы! Потому что она сидит, не занимаясь ровным счетом ничем, и пытается уничтожить все то, над чем Рене столько времени работал!

Вот только Селена, видя мое состояние, лишь улыбнулась еще шире, явно торжествуя. Было заметно, что ей приятно мое смятение и раздражение; она купалась в моем гневе, как будто это было лучшим удовольствием в ее жизни.

– Не сердись так, Эдита, – промолвила она. – Ты ведь богиня любви! Конечно, ты можешь несколько идеализировать своего брата, но мы ведь с тобой обе знаем, что в нем нет больше ничего, кроме хорошенькой мордашки…

Слащавый, ядовитый тон пробирал до мурашек.

– Да, несомненно, трудно найти мужчину красивее, но это такое себе достоинство в сравнении с огромным количеством его недостатков…

– У Рене нет недостатков!

– Любой разумный мужчина не стал бы вести себя так, – Селена откинулась на спинку его кресла. – Не стал бы игнорировать дружеские советы… В конце концов, если он такой умный, то почему влюбился в Матильду? Разве он не видел, что с ней не все чисто?

Мне хотелось заявить, что абсолютно никто не видел, что с Матильдой не все чисто, но я прикусила язык, вовремя осознав – да ведь Селена просто завидует! И каждое ее слово, каждая попытка ужалить меня, а точнее – Рене, хоть он и не мог это слышать, всего лишь недовольные заявления женщины, которую не сочли интересной.

Да, она была привлекательна внешне, но если вела так себя и в других ситуациях, нет ничего удивительного в том, что Рене предпочел другую. Матильда тоже была не лучшей из людей, привлекала больше силой, чем душевными качествами, но сердцу-то все равно не прикажешь!

А Селена теперь просто пользовалась этим, посыпая солью свежие еще раны Рене.

– Это непорядочно – говорить так о нем, – серьезно промолвила я. – Но еще более непорядочно – нагло игнорировать собственные служебные обязанности, Селена! Ты должна не «проводить аудит», а делать свежие разнарядки!

Селена закатила глаза.

– Я ничего тебе не должна, Эдита. Мы работаем в разных отделах и никак не связаны.

– Ты же знаешь, что это ложь!

– Ложь? Ну так пожалуйся своему братцу, – пожала плечами Селена. – И посмотрим, что он сможет со мной сделать. Если он вообще хоть на что-то способен. А сейчас выметайся. У меня много других, более важных дел.

Глава тридцатая

Вернувшись домой, я уже по ауре – и по мясным запахам, доносившимся с кухни, – поняла: что-то изменилось. Вериар храпел в своем временном жилище, и я, слишком сильно устав, не стала его будить, а прошла прямиком в дом, недовольно кривясь от ужасного буйства ароматов. Было такое впечатление, что Томас решил устроить у нас на кухне какое-то кулинарное шоу, и сейчас несколько десятков конкурсантов работали там, собираясь поразить судей.

Я сердито нахмурилась. Есть не хотелось, аппетита не было уже второй день подряд. От мясных ароматов меня, если честно, едва не вывернуло. Сейчас бы чего-то сладенького…

Но, впрочем, я понимала: скелеты бы не расстарались так, лишь бы порадовать меня. Если они вновь активно взялись за готовку, значит, Себастьян вернулся домой.

Радость от осознания, что наконец-то увижу мужа, вспыхнула на секунду, но моментально погасла под давлением обстоятельств. Да, увижу! Но после сегодняшнего адского дня, после разговоров с Любовным Патрулем и с Селеной, этого жуткого нежелания что-то делать…

У меня просто опускались руки.

Еще и Рене не выходил на связь! Впрочем, я и не знала, как до него достучаться. Не выбираться же мне на чердак и не кричать «ау» так, чтобы услышали во всех уголках страны? А спрашивать кого-нибудь из уже контактировавших с ним…

Кого? Купидонов? Георга? Селену? Всех этих людей, которые только и делают, что пытаются помешать восстановиться балансу?

Разозлившись на весь мир окончательно, я пролетела по коридору к ступенькам и направилась наверх, не заботясь о том, чтобы поздороваться с обитателями собственного дома.

– Эдита! Ты уже вернулась?

Я остановилась на полпути и обернулась. В коридор из кухни выглянул Себастьян, взъерошенный, уставший, но довольный жизнью.

На его губах играла радостная улыбка. Настолько радостная, что мне даже стало тошно. Я не могла ответить любимому тем же. Да, не из-за него, но все равно не могла!

– Да. Прости, мне надо кое-что проверить, – промолвила я, надеясь, что голос мой звучит не слишком замогильно.

– Конечно, – кивнул Себастьян, будто ничего и не заметив. – Только спускайся скорее, тут Томас приготовил для нас ужин… Может быть, тебе помочь чем-то?

– Не надо! – спешно воскликнула я. – Это… Это дело одной только богини любви, ты же понимаешь.

– Разумеется, – согласился мужчина. – Но если что – зови.

На самом деле, я солгала. Мне надо было всего лишь проверить уровень в чане, не более того! Это можно сделать и с мужем. Но после напряженного рабочего дня не хотелось никого видеть, и я понадеялась, что, побыв несколько минут наедине, успокоюсь и приду в соответствие. Может быть, вернусь к мужу, уже не рыча на всех подряд!

Я тяжело вздохнула и направилась в свой кабинет. Дверь была плотно закрыта, и я надеялась, что никто из мертвецов не совал свой нос сюда и ничего не испортил. А то мало ли. Конечно, как для священного места лаборатория любви была слишком доступной, но…

Мне не хотелось рисковать.

Оказавшись внутри, я подошла к чану, заглянула внутрь и с облегчением отметила, что уровень жидкости был такой же, как вчера, до отлива стрел. Значит, купидоны не солгали и действительно справились со своей работой. Хоть что-то хорошее за весь сегодняшний день, а то если б и они натворили глупостей, мое положение оказалось бы совсем безнадежным.

Я повернулась к двери, что вела в потайную комнату, и думала заглянуть туда, проверить, что с монитором баланса, но… Не стала. Вовремя осознала, что плохие новости сейчас окончательно меня добьют.

Уже спустившись вниз, я поняла, что сильно ошибалась. Меня скорее добьют мясные запахи! И еще что-то… Это что, какой-то запеченный картофель? Еще и с чесноком. Я раньше любила это блюдо, а теперь почувствовала новый приступ тошноты.

Надо будет спросить Себастьяна, есть ли в этом мире медики. Потому что помощь врача мне явно не помешает. Отравилась вчерашней капустой? Так или иначе, я даже смотреть на еду не могла. Ну, разве что на какой-нибудь тортик…

Но тортика не оказалось.

– Я приготовил все самые любимые блюда господина бога смерти! – отчитался Томас, завидев меня на пороге. – Присаживайтесь, госпожа Эдита!

Я заняла свое место за столом и с трудом выдавила из себя улыбку. Самочувствие, которое вроде как начало улучшаться, испортилось окончательно, а вместе с ним ко дну пошло и настроение. Захотелось плакать. У меня такого обычно не случалось, перепады настроения, тем более, такие внезапные, вообще были не про меня, но сегодня день прошел из рук вон плохо… Может, от этого?

– Как дела? – спросила я у Себастьяна, надеясь выглядеть милой.

Не вышло. И раздражение внутри только нарастало.

– Нормально, – пожал плечами мужчина. – Немного задержался на работе, прости, не смог вчера вернуться домой… Там этих мертвецов такое количество, что пришлось вылавливать, загонять, а потом вести их на кладбище. Хорошо, что хоть перепрятываться не надо… А как твой день? Все в порядке?

Я так взглянула на мужа, что улыбка просто стерлась с его лица. Мужчина, впрочем, ничего мне не сказал, просто продолжал внимательно смотреть, как будто дожидаясь, что же я ему отвечу. Я попыталась себя остановить – ну не винить же Себастьяна в том, что у меня на работе ничего не складывается! – но колкие фразы сами по себе слетели с языка.

– В порядке, как же… Скажи, дорогой, – выпалила я быстрее, чем успела понять, что творю, – почему ты никогда не рассказывал мне о своих отношениях с Аделиной?

Себастьян нахмурился.

– О каких отношениях?

– Как каких? Любовных.

То, как он стремительно мрачнел, меня не радовало. Может быть, сердился, потому что Аделина солгала? А вдруг наоборот, так реагировал оттого, что я могла узнать неприятную для него правду? Разумеется, задать этот вопрос ему в лицо я пока не спешила, но уже и не корила себя за то, что завела этот разговор.

– Между нами ничего не было, – наконец-то, выдержав достаточную паузу, чтобы я успела всерьез разнервничаться, промолвил Себастьян, а потом, помолчав с минуту, добавил: – Никогда.

Я шумно втянула носом воздух. Никогда ничего не было… Звучало красиво, вопрос только в том, насколько правдоподобно… Действительно ли он говорил правду?

– Тогда почему она болтает на каждом углу о вашей большой любви? А Селена пророчит нам скорое расставание, примерно через полгода?

Себастьян серьезно ответил:

– Я не имею к этому никакого отношения. Если кто-то сплетничает обо мне, это не значит, что я давал повод для сплетен, Эдита. Мне казалось, мы доверяем друг другу.

– Доверяем… Доверяем, конечно, – немного поостыла я.

Теперь хотелось извиниться. Я подняла на Себастьяна пристыженный взгляд, увидела в его глазах понимание и даже обрадовалась – вот как мне повезло с мужем! – но ничего сказать не успела.

– Господин бог смерти, – влез Томас, как всегда, не знающий границ, – вам вкусно? Может быть, приготовить что-то еще?

– Вкусно. Ничего больше не нужно, – отмахнулся от скелета Себастьян, как он назойливой мухи.

Я почувствовала, как настроение портится еще стремительнее. Себастьяна они спрашивают, а меня!..

Чтобы прийти в себя, я решительно встряхнула головой. Не хватало только винить собственного мужа в том, что скелеты более внимательны к нему, чем ко мне. Ну так и мои купидоны не бегают к Себастьяну на поклон, так что все логично! А моя ревность и злость совершенно неуместны.

Вот только мое дурное настроение уже успело отравить ужин. Мой супруг нехотя ковырялся в тарелке, я сама отвела взгляд.

– Сложный день? – не выдержав, первым нарушил тишину Себастьян. – Эдита, я… Может быть, если ты поделишься, тебе станет лучше?

– Да ничего не случилось, – раздраженно пожала плечами я. – Так… Ерунда. Не стоит даже внимания обращать.