Текст книги "Вынужденно (не) в разводе (СИ)"

Автор книги: Кара Райр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 34.

Глава 34.

* Оля *

После того как мы поехали на УЗИ и, так сказать, заключили мир, прошло три дня.

Сегодня я спала спокойнее, чем обычно. Не знаю почему. Может быть, потому что впервые за долгое время перестала ждать подвох каждую секунду.

Хоть мы всё ещё находимся в разных спальнях, но Нодар каждое утро приносит мне кофе и желает хорошего дня перед тем, как уедет по делам или куда-то ещё.

Это не решает наших проблем. Не стирает то, что произошло. Не возвращает доверие.

Но почему-то каждый раз, когда я открываю дверь и вижу кружку кофе в его руках, внутри становится чуть легче.

Будто мы оба устали воевать и теперь осторожно ходим по тонкому льду, боясь снова провалиться.

Но сейчас я лежу, потираю сонные глаза и слышу крик.

Громкий, ошеломляющий крик.

Такой, что меня моментально подбрасывает на кровати.

Меня охватывает страх.

– Что случилось? Господи, что такое?

Сердце начинает колотиться так сильно, будто хочет выпрыгнуть из груди.

Я накидываю халат поверх сорочки и выбегаю в коридор, ещё толком не проснувшись. Волосы растрёпаны, ноги путаются в полах халата, а в голове одна мысль сменяет другую.

Пожар? Воры? Нодар? Что вообще происходит?

– Пусти, блять! Пусти меня, сука!

Я моментально узнаю голос Егора.

И почему-то становится ещё страшнее. Кто там?

Меня трясёт. Но…

Инстинкт самосохранения, видимо, совсем не про меня. Я зачем-то иду туда. Иду туда, хотя понимаю, что это может быть опасно.

Выбегаю в коридор и вижу, как Нодар тащит Егора за шиворот в сторону двери.

Господи.

Я никогда не видела его таким.

Никогда.

У Нодара лицо перекошено от ярости. Настолько, что я на секунду даже не узнаю его.

Он буквально волочёт Егора по полу, а тот пытается вырваться, цепляется за перила, матерится и что-то орёт в ответ.

– Что случилось?

– Твой больной муженёк у меня! – орёт Егор.

– Иди в спальню, Оля! – Бросает мне Нодар, через плечо.

Настолько грубо, что я аж оторопела на мгновение.

– Что случилось, Нодар? Что…

У меня просто нет такой картине объяснения.

– Я тебе сказал, не лезь! – Выругался он так резко, что я невольно делаю шаг назад.

Егор продолжает дёргаться, отталкивается ногами, но все бесполезно. Мой муж тащит его с неистовой силой.

– Не трогай меня! Пусти меня, блять!

– Убью тебя, сука! – Рявкает Нодар и буквально вышвыривает его на улицу.

Егор катится по лестнице. Ступенька за ступенькой кувыркается вниз.

Я вижу это краем глаза через распахнутую дверь.

Меня начинает колотить ещё сильнее.

Что вообще происходит? Это же Егор. Егор.

Человек, который годами был рядом.

С которым Нодар пил, отдыхал, работал и еще называл братом.

И сейчас он готов его убить?!

Нодар резко разворачивается и идёт ко мне.

Я затаив дыхание и смотрю в его глаза и впервые замечаю, что у него даже руки дрожат от злости. Брови нахмурены, весь потный и красный.

– Пожалуйста, Оля, останься дома. Будь в спальне, – тараторит он.

Будто времени нет совсем.

– Я сейчас поставлю дома сигнализацию. Жди меня. Пошлю к тебе ребят, они посторожат дом, будут у входа, не пугайся. Чёрная машина встанет возле двери. Если что – выходи к ней. Номера скину смс. Больше никому дверь не открывай! Никому, слышишь меня, малышка?

– Что случилось?

Он тяжело выдыхает и протирает потный лоб рукой.

– Сейчас разберусь, приеду, поговорим. Всё нормально.

И вот он меняется.

Буквально за секунду.

Только что был готов разорвать человека на части.

А теперь смотрит на меня так, будто переживает, что я испугаюсь.

Но тут я вижу поднявшегося Егора. И Нодар, только едва заметно мне кивнув, снова выходит на улицу.

– Ты сука! Я тебя зарою там, где не найдет и самая обученная псина!

– Только попробуй, ты пожелаешь! – Орёт в ответ Егор.

Во дворе уже стоит какая-то машина. Я даже не заметила, когда она появилась. Из неё выходит здоровый мужик. Потом ещё один.

Они вместе с Нодаром поднимают Егора, который продолжает материться и вырываться, и буквально запихивают его на заднее сиденье.

Дверь захлопывается.

Машина уезжает.

Следом уезжает Нодар.

А я остаюсь стоять посреди коридора.

Одна.

Меня колошматит не по-детски.

Я пытаюсь успокоиться и иду на кухню. В доме раздаётся характерный щелчок сигнализации. И только тогда до меня доходит одна простая мысль.

Я сейчас дома заперта одна.

Что-то настолько серьёзное произошло, что Нодар поставил охрану.

Что-то настолько серьёзное произошло, что он чуть не прибил собственного друга.

Почему?

Я просто не понимаю.

Это как вообще?

Наливаю себе стакан воды, потом передумываю и добавляю лимон. Меня так меньше тошнит. Но даже это не помогает.

Встаю, опершись руками на столешницу, и вообще ничего не понимаю.

Мысли мечутся в голове одна страшнее другой.

Может быть, Егор что-то рассказал про меня? Может быть, он что-то скрывал или это связано с тем видео?

Может быть...

– Да господи, что угодно может быть.

Я беру стакан и иду обратно в спальню. Ложусь под одеяло. Но уже через минуту понимаю, что лежать не могу. Слишком страшно. Слишком тревожно.

Поэтому снова встаю, беру телефон и смотрю на экран.

Смс от Нодара.

Номер машины.

Той самой чёрной машины, которая должна стоять у дома.

Я ничего ему не пишу и не звоню.

– Не хочу мешать. – зачем-то бурчу себе под нос объяснение.

Только бреду по дому и в итоге сажусь в гостиной на диван.

Сижу, подогнув под себя ноги и смотрю в сторону окна, откуда должен быть виден вход. Когда машина приедет, я её увижу. А пока меня потряхивает всё сильнее.

И именно в этот момент телефон вибрирует снова.

Новое сообщение. Номер незнакомый.

Я хмурюсь. Кто там еще?

Разблокирую экран. Читаю.

«Здравствуй, Оля. Меня зовут Лолита. Нам нужно поговорить. Это касается твоего мужа».

Глава 35.

Глава 35.

* Нодар *

Я смотрел на него и никак не мог уложить услышанное в голове. Вообще никак. Передо мной, привязанный к стулу в подвале, сидел человек, которого я столько лет считал своим.

Не приятелем. Не знакомым. Не человеком, с которым иногда пересекаешься по делам. Своим.

Тем, кому доверяешь тыл.

И сейчас этот человек смотрел мне в глаза и говорил вещи, от которых внутри всё переворачивалось.

Пытался злиться. Правда пытался. Но сука… как же долго он был мне слишком дорог.

Я нарыл информацию, все выяснил и видео в рестике тоже посмотрел. Там даже немного слышно было, что говорит и как Оля не рада была видеть. Встреча случайная и в измену после этого как можно поверить? Ересь все чистой воды.

Чем больше он говорил, тем сильнее злость смешивалась с растерянностью.

– Сволочь ты, Егорка, – выдохнул я и провёл ладонью по лицу. – Вот реально сволочь. Я до сих пор понять не могу, за что. Ты ведь всё знал. Всё, блядь, знал. Знал, что я люблю Олю. Знал, что я рядом с ней впервые за много лет начал думать не только о работе. Не только о деньгах, как заработать ещё больше. Ты видел меня рядом с ней каждый день. Видел. И всё равно полез в это дерьмо. На хрена?

Сидел как истукан и только глазами хлопал.

А я ждал хоть чего-то: злости, раскаяния. Да хоть оправданий. Чего угодно.

– Да потому что тебе так и надо.

Я нервно усмехнулся и отвернулся к окну. Господи, как же меня достала эта фраза. Снова и снова. Будто она всё объясняет. Что надо то? Что плохого ему сделал-то? Ничего.

Ни кинул, не предал, словом и зарплатой не обидел. Всегда на помощь приходил, когда у него мама болела и в другие дни.

Ой, не могу, сил моих нет, какая он все-таки сволочь.

Я уперся руками в подоконник и закрыл глаза на пару секунд, выдохнул снова и развернулся.

Я смотрел на него несколько секунд, пытаясь понять, издевается он или говорит серьёзно. Внутри уже всё кипело из-за этой его мерзкой усмешки, которая не сходила с его лица весь разговор. Будто он наслаждался моментом и знает, что просто так я его не отпущу.

– Да потому что тебе так и надо, – все талдычит Егор и подняв подбородок, продолжает смотреть мне прямо в глаза.

Я нервно усмехнулся и медленно покачал головой.

– За что? —у меня нет сил ждать ответа. – Вот объясни мне нормально. За что? Я ведь тебе доверял. Всё самое сокровенное знал ты. Когда у тебя были проблемы – я помогал. Когда тебе нужна была работа – я устроил. В дом свой пустил. За стол рядом посадил. Так за что, сука?

Егор скривился так, будто ему противно было даже слушать меня.

– За то, что ты Леру бросил.

Я нахмурился и замер на месте. Имя бывшей жены прозвучало настолько неожиданно, что я даже не сразу понял смысл сказанного.

– Причём здесь Лера?

Чокнутый?

– Ты серьёзно сейчас? – Он коротко рассмеялся.– Вот поэтому с тобой всегда было бесполезно разговаривать. Ты даже сейчас ничего не понимаешь.

– Да объясни ты уже наконец! Вокруг до около сколько ходить будешь?

– Ты её вышвырнул из своей жизни и пошёл дальше. Для тебя всё закончилось в день развода. Бумаги подписал, дверь закрыл и забыл. А она потом годами страдала от последствий! Тебя нельзя подпускать к женщинам, ты их губишь!

Я раздражённо провёл рукой по волосам и отвернулся к окну.

– Мы развелись, Егор.

– Нет. – Он качнул головой. – Ты её уничтожил.

Я резко развернулся обратно.

– Да хватит уже повторять одно и то же!

– Потому что это правда! Ты, эгоист, вообще никого вокруг себя не замечаешь. Тебя всегда интересовали только деньги, власть, авторитет и твои решения. А вокруг тебя люди, Нодар. ЛЮДИ!

Последние слова он буквально выплюнул мне в лицо, и именно в этот момент я увидел то, чего раньше не замечал.

Презрение. Оно сидело в нём давно. Возможно, много лет. Просто раньше я был слишком слеп, чтобы это увидеть.

– Ты сейчас серьёзно? – спрашиваю уже тише.

– Более чем.

Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга.

– Ты хоть знаешь, что твоя бывшая жена два месяца назад умерла?

Я аж оторопел.

Чего? Я просто смотрю на него. Жду, что сейчас он усмехнётся. Скажет, что это очередная издевка. Но он молчит.

– Что ты такое говоришь? – наконец выдавливаю я.

– Правду.

– Жива она.

– Нет.

– Жива.

– Ты сам говорил, что давно за ней не следишь.

Я медленно опускаюсь на стул возле стены и чувствую ком в горле.

– Как?

Егор отводит взгляд.

Впервые за весь разговор.

– Рак мозга.

– Ты ведь сам мне как-то бросил в разговоре, что она фоточки с моря постит. Почему ты не сказал, что она больна? В каком смысле умерла?

Потому что в голове до сих пор не укладывается. Болезнь. Смерть. Лера.

Всё это звучит настолько дико, что я до сих пор жду, когда он скажет, что пошутил. Что соврал и просто решил меня задеть.

Но Егор только смотрит на меня и кривит губы.

– Потому что она попросила. А ещё потому что мне было интересно, заметишь ты или нет. Хотя кого я обманываю? – Он невесело усмехается и качает головой. – Я и тогда уже знал, что не заметишь. Ты никогда ничего не замечал дальше собственного носа. Тебя всегда интересовал только ты сам. Твои проблемы. Твои желания. Твои решения. Ты жил так, будто весь мир крутится вокруг тебя, а остальные существуют где-то на фоне. Лера болела, Нодар. Она угасала у меня на глазах. А ты в это время просто развлекался дальше и ломал жизнь другой женщине.

Я резко поднимаюсь со стула и отворачиваюсь. Каждая его фраза начинает раздражать всё сильнее.

– Мы были разведены. Она мне изменила, Егор.

– Вот именно это ты всегда и говоришь. – он все о своем, великий благодетель. – Мы были разведены. Мы расстались. Мы чужие люди. У тебя на всё готов ответ. Только знаешь, какая проблема? Ты так ни разу и не задумался, что по ту сторону твоих решений остаются живые люди. Ты поставил точку и пошёл дальше. А она ещё долго жила в том аду, который остался после тебя. Ты ей жизнь испортил.

Я резко разворачиваюсь.

– Да что ты вообще знаешь о нашей жизни? Она меня обула на бабло, она мне изменила.

– Больше, чем ты думаешь. – Он смотрит прямо мне в глаза, и в этом взгляде столько накопленной годами злости, что мне самому становится не по себе. – Намного больше. Потому что пока ты занимался своими делами, я был рядом. Я видел, как она по ночам сидела на кухне и смотрела в одну точку. Видел, как ей становилось хуже. Видел, как она пыталась делать вид, что всё нормально. Видел, сука, как она до последнего тебя оправдывала, хотя ты этого уже давно не заслуживал.

– Хватит.

– Нет, не хватит. Ты спросил – я отвечаю. Или тебе удобно слушать только ту правду, которая тебе нравится? Ты сейчас смотришь на меня как на предателя. А знаешь, что я видел все эти годы? Мужика, который всегда получал всё, что хотел. Бизнес. Деньги. Власть. Потом появилась Оля это твоя. И даже её ты получил. И знаешь что? Больше всего меня добило не это. Меня просто убивает то, что ты сейчас снова на те же грабли наступил.

Я ожидал услышать что угодно, но не это.

Мы развелись сто лет назад. Разошлись. Каждый пошёл своей дорогой. Да, расставание было тяжёлым. Да, хорошими друзьями мы после этого не стали. Но это было давно. Настолько давно, что я уже не помнил, когда в последний раз серьёзно о ней думал.

А потом он сказал, что её больше нет.

И вот тогда я действительно потерял дар речи.

Не потому что любил её. Нет. Не потому что мечтал вернуть.

Нет.

Мозг отказывается это принимать. Он начинает искать ошибку и искать объяснение. Любое. Потому что так проще, чем принять правду.

– Почему ты не сказал?

Голос прозвучал глухо.

– Она попросила, я же сказал.

Я выругался и ударил ладонью по стене. Не сильно. Просто потому что внутри всё начало давить одновременно.

И злость. И обида. И какая-то непонятная вина. Хотя умом я понимал, что не виноват в её болезни. Не виноват в её смерти.

Да и не виноват в том, что наш брак закончился. Но иногда разум и чувства живут отдельно друг от друга. И пока разум говорит одно, внутри начинает копаться совершенно другая дрянь.

А потом он сказал то, что меня вообще размотало.

Он любил её.

Все эти годы любил.

Я смотрел на него и впервые за весь вечер видел не человека, который решил мне нагадить. Передо мной сидел мужчина, который годами носил внутри свою боль. Носил её молча.

Сидел со мной за одним столом. Пил со мной. Смеялся со мной.

И всё это время смотрел на меня глазами человека, который считает меня виноватым в самой большой потере своей жизни.

Егор долго смотрел на меня, потом невесело усмехнулся и покачал головой, будто удивлялся тому, насколько я до сих пор ничего не понял.

– Ты правда сейчас сидишь и думаешь, что проблема в том, что я её любил? Столько лет прошло. Думаешь, я сейчас из-за любви тут с тобой разговариваю? Нет, Нодар. Всё намного проще и намного мерзче. Я всю жизнь смотрел на тебя и понимал, что ты считаешь себя хозяином всего вокруг. Людей. Судеб. Женщин. Даже сейчас считаешь.

Я нахмурился и скрестил руки на груди.

– Говори конкретнее.

– Хорошо. Конкретнее так конкретнее. Если бы тогда между мной и Лерой что-то началось, ты бы нас уничтожил.

Я резко поднял на него взгляд.

Егор смотрел прямо мне в глаза и даже не собирался отступать.

– Не надо делать такое лицо. Ты прекрасно знаешь, что я прав. Ты бы этого не допустил. Никогда. Даже если бы сам её больше не любил. Даже если бы сам ушёл и если бы сам подписал бумаги о разводе. Тебя бы просто перекосило от одной мысли, что она счастлива с кем-то другим. Особенно со мной.

Я хотел перебить его, но он поднял руку и не дал вставить ни слова.

– Нет. Теперь ты меня послушаешь. Всю жизнь все слушали тебя. Теперь послушаешь ты. Ты ведь даже сейчас не сказал: "Я был бы рад, если бы она нашла своё счастье". Нет. Ты сразу признал, что тебе бы это не понравилось. Даже сейчас признал. А тогда? Тогда ты вообще был другим человеком. Ты бы мне жизни не дал. Я не хотел очнуться в канаве.

Я отвернулся и подошёл к окну. Спорить было трудно. Очень трудно.

А Егор продолжал говорить:

– Я поэтому и остался рядом с тобой. Понимаешь? Не потому что дружба была важнее. Не потому что я такой благородный. А потому что прекрасно понимал, чем всё закончится. Ты бы полез выяснять отношения. Ты бы сделал всё, чтобы ей стало ещё хуже. А ей и так хватало проблем.

– Ты сейчас из меня чудовище делаешь.

– Я ничего не делаю, Нодар. Я просто говорю правду.

Он усмехнулся и покачал головой.

– Самое смешное, что ты даже не замечал этого за собой. Ты привык, что мир крутится вокруг тебя. Привык, что последнее слово всегда за тобой и что люди подстраиваются. Поэтому тебе сейчас так тяжело это слушать.

Я медленно повернулся к нему.

– И что было дальше?

– А дальше я смотрел на неё. Годами смотрел как она пытается жить дальше. Как делает вид, что всё нормально. И каждый раз понимал одну вещь. Она тебя любила сильнее, чем ты её. Намного сильнее. Даже тогда, когда уже не должна была.

Он замолчал на несколько секунд.

Темно. Подвал. Он привязан к стулу.

– Знаешь, что самое паршивое? Она до последнего меня просила тебя не трогать. До последнего. Всегда находила тебе оправдание. Всегда. А я смотрел на неё и не понимал за что. За что она так держится за человека, который давно живет своей жизнью. Ты ведь ей много плохого сделал, а считаешь, что ничего.

– Я и тебе много плохого сделаю, – срываюсь я и не выдерживаю, – или ты думаешь то, что ты тронул мою жену пройдет бесследно?

Глава 36.

Глава 36.

* Нодар *

Я срезал его сразу, как только он снова открыл рот. Особенно после слов о том, что Оле со мной будет только хуже.

После этого заявления, что единственное, что я умею, – ломать людям жизни.

Нет. Это не так.

Возможно, в каких-то вещах он задел то, о чём мне самому думать не хотелось. Возможно, где-то очень глубоко внутри сидела мысль, что я действительно совершал ошибки.

Но признавать это я не собирался. Ни перед ним. Ни перед собой. слишком много чести, пусть подавится своим мнением. Посмотрим, посидит денечек-другой в сыром подвале только на воде и запоет по-другому. Ушлепок.

Ни ума, ни фантазии.

Я вышел в коридор. Тусклый свет раздражал глаза.

Здесь уже однажды был Данил. Именно здесь. Я до сих пор помнил его лицо. Помнил, как смотрел на него и был уверен, что он услышал каждое слово и что до него дошло.

Я реально был уверен, что он понял, с кем связался и куда полез.

А оказалось, что нет. Или не понял. Или решил, что ему всё сойдёт с рук.

И чем больше я об этом думал, тем сильнее убеждался, что вокруг меня слишком много людей внезапно решили поиграть в какие-то свои тупые игры. Кто-то что-то скрывал. Кто-то недоговаривал, врал, да и сталкивал людей лбами, смотрел, что получится.

И самое паршивое заключалось в том, что пока они все занимались херней, доставалось Оле. Если мстить, то мстить мне. Через бизнес, здоровье или что-то еще. Причем тут моя жена? Никакой чести и достоинства.

Я остановился возле стены и провёл ладонью по лицу. Голова раскалывалась.

Последние дни превратились в один сплошной кошмар без начала и конца.

– Егор слишком хорошо меня знал. – бурчал я себе под нос.

Очень хорошо. Чересчур хорошо. Он понимал, какие слова заставят меня сорваться. Понимал, какие вещи для меня важнее всего и куда ударить, чтобы я перестал думать головой.

И ведь ударил. Попал. Попал точно туда, куда нужно.

Возможно, я действительно не прав, когда пытаюсь переложить часть вины на других. Возможно. Только с другой стороны, суки есть суки.

Если хотели мстить мне – надо было мстить мне. Если хотели доказать мне что-то – надо было разбираться со мной. Но они тронули Олю.

Полезли под женщину, которая вообще не заслужила всей этой грязи.

И именно этого я простить не мог.

Я достал сигареты и вышел к входу.

Тяжело на душе.

Я стоял возле здания и чувствовал себя человеком, который за несколько суток постарел лет на десять.

Устал как собака. Реально устал.

Чувствую, как начинает подниматься злость. Даже не на Егора. На всю эту ситуацию.

Потому что чем больше я думаю о его словах, тем сильнее понимаю одну вещь. Он больной. Реально больной.

Если бы он действительно так любил Леру, как сейчас рассказывает, он бы забрал её и увёз к чёртовой матери подальше от меня. В другой город. В другую страну. Куда угодно.

Строил бы с ней семью свою, боролся бы за неё. А не сидел годами рядом со мной, копил ненависть и ждал момента ударить.

Это не любовь. Это одержимость. Это желание наказать человека, которого ты назначил виноватым во всех своих бедах.

И больше всего меня добивала мысль, что утром я напугал Олю. До сих пор видел перед глазами её лицо. Растрепанные волосы. Сонный взгляд. Испуг.

Она ведь даже не понимала, что происходит. Просто увидела меня и Егора и решила, что все снова летит к чертям.

Телефон коротко завибрировал.

Я машинально достал его и посмотрел на экран.

Сигнализация.

На секунду я просто застыл.

Потом сердце сорвалось в какой-то сумасшедший бег.

Так блять. Не понял.

Я тут же набрал номер ребят, которые дежурили возле дома.

– Алё, блять, что там такое?

– Всё чисто, Нодар. Ты что?

– Зайдите внутрь и проверьте раз. Сейчас позвоню жене, она вас пустит. Сигнализация сработала.

– Принято.

Я набираю номер Оли и слышу, что абонент недоступен. Один раз. Второй. Третий.

Сердце начинает колотиться всё сильнее. Потому что теперь в голове всплывает уже другая мысль.

А что, если Егор сказал не всё? Что, если там ещё кто-то?

Что, если вся эта история вообще намного больше, чем кажется? Потому что слишком много совпадений за последние дни.

Слишком много людей внезапно начали крутиться вокруг моей семьи и много грязи вылезло наружу одновременно.

Я стою возле входа с телефоном в руке и впервые за долгое время чувствую настоящий страх.

Не за себя. За Олю. Потому что если ещё час назад я думал о мести, то сейчас мне плевать на месть. Плевать на Егора. Плевать на Данила. Плевать на всех. Мне нужно услышать её голос.

Просто услышать, как она скажет свое вечное раздраженное «алло», после которого я наконец выдохну.

Но вместо этого телефон снова сообщает, что абонент недоступен.

И вот тогда мне становится совсем не по себе.

– Что ты натворила, малышка моя?