Текст книги "Снега Ниссы (ЛП)"

Автор книги: Изабелла Халиди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Не теряя ни минуты, Шах широко расправил крылья, и вместе они взмыли в небо, оставив Белый дворец и его ничего не подозревающих обитателей позади.



Она проснулась от звука журчащей воды. Открыв глаза, она была поражена тем фактом, что ее больше не окружали заснеженные горы. Исчезли белые городские стены и великолепные шпили Белого дворца.

Взглянув вниз, она поняла, что все еще сидела верхом на Шахе. Должно быть, она заснула, пока они были в воздухе.

– Глупая птичка, почему ты меня не разбудила?

В ответ раздалось чириканье, когда она соскользнула с его спины.

– И как мне теперь вернуться в Моринью?

Она ахнула, когда эта мысль поразила ее. Она выбралась из Белого Города. Я свободна. Ее сердце бешено забилось, когда волна облегчения захлестнула ее. Теперь ей не пришлось бы встречаться с Мадиром лицом к лицу, не пришлось бы снова переживать ту ужасную ночь.

Слезы навернулись ей на глаза в сотый раз с тех пор, как она проснулась в этих ужасных покоях. Ради всего святого, перестань плакать. Вытирая влагу с лица, она глубоко вздохнула. Не было смысла размышлять о прошлом; отныне она должна была смотреть вперед, должна была решить, что она собиралась делать, как она собиралась найти ту или иную форму человеческой цивилизации.

Оглядевшись по сторонам, Дуна увидела плотную стену пышной растительности, преграждающую ей путь вперед. Контраст был настолько разительным, как будто на границе двух совершенно разных климатов был воздвигнут невидимый барьер. Позади нее были поросшие травой поля и высоко вздымающиеся горные вершины Ниссы, а впереди – дикие джунгли Бакара.

– Что ты сделал? – прошептала она Королю Снежных гарпий, который наблюдал за ней, пока она осматривалась по сторонам. – Ты хочешь, чтобы я поехала в Навахо?

Он взвизгнул.

– Что в Навахо, Шах?

Ответа не последовало. Его багровый взгляд был сфокусирован на ней, как лазер, безмолвно сообщая о его намерении отправить ее в эти пугающие деревья. Могучая птица сделала шаг к ней, подтолкнув ее сзади своим острым клювом. Когда она не сделала попытки двинуться вперед, он сделал это снова.

– Ладно, я поняла, перестань давить на меня.

Она закрыла глаза, полной грудью вдыхая свежий утренний воздух. Вот и все. Ее шанс на новую жизнь.

Мягкие перья коснулись ее щеки. Она прижалась к ним, вызывающий привыкание запах хищника, который, возможно, спас ей жизнь, вторгся в ее чувства.

– Спасибо тебе, мой дорогой друг, – ее голос дрогнул, – я никогда тебя не забуду.

Вырвавшись из его объятий, она побежала в густую листву джунглей.

Ее сердце разбивалось на миллион маленьких осколков по мере того, как она спускалась все дальше в заросли и удалялась от своего верного спутника. Она не осмеливалась обернуться, чтобы не передумать при виде ожидающей ее гарпии.

Воздух прорезали оглушительные крики, за которыми последовала симфония леденящих кровь воплей. Ее голова поднялась к клочку голубого неба, проглядывающему сквозь густой полог. Великолепные белые фигуры парили над ней, словно блестящие бледные призраки, бродящие по землям сверху.

Мы встретимся снова, – пообещала она себе. – Чего бы это ни стоило.



Сумерки опустились, пока она медленно пробиралась сквозь джунгли Бакара. Прошло уже несколько дней с тех пор, как она покинула Ниссу. У нее не было с собой никаких припасов, и она обходилась дикорастущими фруктами и случайным ручьем, на который случайно натыкалась.

Она считала, что ей повезло, что она потерялась в королевстве, где еды и воды было в избытке. Где климат был влажным и жарким, что делало ее необдуманный выбор одежды идеальным. Петра была бы так горда, если бы могла видеть меня сейчас. Она фыркнула. Затем остановилась как вкопанная, схватившись руками за голову.

Петра. Она была в Навахо.

Дуна была так поглощена Мадиром и их ссорой, что совершенно забыла о своей сестре по оружию. Ее разум ошибочно поместил ее обратно в Скифию с капитаном Мойрой и остальной частью ее легиона.

Затем ее поразило другое осознание. Катал тоже был там. Со своей принцессой. Чертовски идеально. Как раз то, что ей было нужно – больше драмы.

Тяжело вздохнув, она продолжила свой путь. Возможно, Полководец вернулся в Скифию, как только воссоединился со своей возлюбленной, это было не так уж и неправдоподобно. В конце концов, что ему было делать в столице другого королевства, если единственной целью его визита туда было найти свою невесту?

Это не имеет значения. Ты в любом случае будешь держаться от него подальше.

С мужчинами у нее было покончено. Особенно опустошительно захватывающие дух, те, которые оставляли ее только в руинах, ее душу разбитой вдребезги. Катал был воплощением такого типа мужчин. Мадир даже не задел верхушку айсберга, когда дело дошло до власти, которую генерал имел над ней.

Ее сердце бешено заколотилось, когда образ его, нависающего над ней, окутанного тенями, вспыхнул в ее сознании. Последние четыре недели ей снился один и тот же жуткий сон, который казался таким реальным, как будто это был не плод ее воображения, а вполне реальное воспоминание, маячившее на задворках подсознания.

Она могла поклясться жизнью, что до сих пор ощущала нежные прикосновения его черных сухожилий к своей упругой коже, мысленно слышала его бархатистый голос, когда он шептал ей на ухо сладкие обещания.

Это видение неотступно преследовало ее. Это было похоже на пятую конечность, высасывающую кровь из ее органов, но совершенно бесполезную по большому счету.

Подобно яду, сущность Катала медленно распространялась по Дуне, воздействуя на все ее существо. Ее ноги твердо стояли на сочной Бакарской земле, тело отказывалось двигаться вперед. Ее легкие начали учащенно двигаться, пот выступил на ее и без того влажной коже. Что со мной происходит? Бьющийся орган в ее грудной клетке ускорил темп, неистово колотясь до такой степени, что она думала, он взорвалась бы.

Ей нужна была помощь. Как далеко она была от Навахо?

Дуна даже не знала, в правильном ли направлении она двигалась. Насколько она знала, она могла ходить кругами, обреченная бродить по диким джунглям до конца своих дней.

Что-то черное промелькнуло за линией деревьев слева от нее. Она резко повернула голову, ее мозг сосредоточился на потенциальной опасности, в то время как глаза сфокусировались на неясных очертаниях в густой растительности. Затем позади нее раздался шорох, подстегивающий ее реакцию на бегство или драку.

Она побежала, ее длинные шоколадные пряди волочились за ней. Ее босые ступни царапали землю джунглей, порезав ступни, когда она улетала от своего невидимого противника все глубже в неизвестность.

Спустя, как показалось Дуне, несколько часов, она, наконец, замедлила ход, и все признаки угрозы, казалось, исчезли. Тяжело дыша, она остановилась, ее грудь вздымалась, когда она положила руки на свою узкую талию.

Затем из-за линии деревьев перед ней появилась фигура, отчего у нее перехватило дыхание, когда она увидела знакомый силуэт.

– Привет, Дуна, – насмешливо произнес голос, – ты же не думала, что сможешь сбежать от меня, правда?

Вся кровь отхлынула от ее лица, когда она попятилась.

– Нет. Это было невозможно. Как ты здесь оказался? – спросила она.

Фигура усмехнулась, и по спине Дуны пробежали мурашки.

– Тебе никто никогда не говорил? Я всегда ловлю свою добычу, дорогая.

ГЛАВА

30

Он сидел за огромным деревянным столом, до краев уставленным роскошными блюдами любой текстуры и вкуса, какие только мог вообразить человеческий разум. Он потерял аппетит задолго до того, как их с Лейлой привели в огромный обеденный зал, где им предложили сесть бок о бок в качестве почетных гостей, приближенных к королевской семье Ахаз.

Катал отказался делить комнату с принцессой по ее возвращении. У него были свои подозрения по поводу ее таинственного исчезновения много месяцев назад, и до тех пор, пока вся ситуация не прояснилась бы, он не хотел приближаться к ней. Даже нынешнее расположение кресел оставляло у него кислый привкус во рту.

Что-то было ужасно не так.

Он чувствовал это нутром, это постоянное ноющее ощущение, которое никак не проходило. Оно продолжало терзать его внутренности, выворачивая кишки до такой степени, что он думал, что взял бы нож и заколол бы им себя, просто чтобы ослабить постоянно нарастающее давление.

Это началось через несколько ночей после возвращения Лейлы. Ни с того ни с сего острая боль сначала пронзила его разум, заставив выронить копье, которым он тренировался во дворе. Так же быстро она исчезла, оставив несколько ошарашенного Катала без особого энтузиазма заканчивать свой спарринг.

Позже острая боль переросла в давящую головную боль, которую он ощущал даже сейчас, когда сидел, уставившись в свою пустую тарелку. Казалось, что весь его лоб охвачен огнем, как будто мозг превратился в кашу внутри черепа.

Чья-то рука задела его бедро. Взяв ее своей, он молча вернул ее хозяйке.

– Катал, пожалуйста, ты избегаешь меня с момента моего возвращения, – раздался мягкий голос Лейлы ему на ухо, когда она снова положила свою изящную руку ему на ногу. – Я скучала по тебе.

Он ничего не сказал, уставившись вперед, и его взгляд остановился на почти полной Луне, ярко светившей через открытую террасу с колоннами огромного обеденного зала. Он пленил его, этот ярко освещенный шар в небе. Держал его в плену своего неземного присутствия.

Рука Лейлы двинулась вверх по его сильному бедру, ее длинные пальцы скользнули по рельефу мышц над брюками. Он схватил ее руку прежде, чем она успела дотянуться до его паха, и крепко сжал.

– Сейчас не время и не место.

– Раньше тебя это никогда не останавливало, любовь моя, – пробормотала она, наклоняясь к нему и кладя подбородок на его широкое плечо, когда ее серые глаза пронзали его насквозь. – Почему ты не пришел ко мне, Катал? Я терпеливо ждала тебя последние три ночи.

Она выскользнула из его крепких объятий.

– Три мучительно долгие ночи, где мне приходилось использовать свои пальцы, чтобы доставить себе удовольствие, – ее рука обхватила его выпуклость, слегка массируя ее. – Я так давно не чувствовала тебя внутри себя.

Его непреклонная хватка метнулась к ее гибкому запястью, сжимая его, как смертельные тиски, останавливая ее настойчивые попытки.

– Не смей, – он отбросил ее руку обратно на колени, – прикасаться ко мне.

Повернувшись к ней, он вспылил.

– Ты все еще должна объяснить мне, где была последние четыре месяца.

Вспышка боли промелькнула на ее изящных чертах.

– Я не знаю, что ты имеешь в виду. Меня похитили, держали в заложниках в разных местах по всему Континенту.

Она повернула лицо вперед, избегая встречаться с его вопрошающим взглядом, ее грудь тяжело вздымалась.

– Ты так говоришь, – прошипел он, – но мне трудно в это поверить. Я повсюду искал тебя, Лейла. Повсюду. Даже в тех местах, где по-человечески невозможно было бы жить, и все же моим людям и мне удалось прочесать их.

Принцесса сделала глоток вина, ее голос стал ледяным:

– Мы продолжим этот разговор позже, генерал, когда не будет так много ушей, которые подслушивают.

– Мне насрать, кто слушает… – острая боль пронзила его руку, оборвав слова.

Он заставил себя закрыть глаза, стиснув зубы от боли. Это было похоже на то, как будто пять зазубренных ножей одновременно вонзились в его кожу, безжалостно вонзаясь в плоть.

Внезапно ощущение исчезло. Черт возьми.

Пот выступил у него на спине, сердце бешено забилось. Он вскочил со своего места, не обращая внимания на странные взгляды, которые бросали на него многочисленные присутствующие гости.

– Куда ты направляешься? – спросила Лейла, взглянув на изумленных придворных. – Пир в нашу честь. Как твоя суженая, я запрещаю тебе оставлять меня здесь одну.

– Нет, это в твою честь. Я не тот, кто воскрес из мертвых.

Не дожидаясь ответа, Катал широкими шагами вышел из обеденного зала и направился прямо в один из самых уединенных роскошных садов сбоку от дворца. Расстегнув воротник рубашки, он вздохнул с облегчением, когда свежий воздух вошел в его напряженные легкие.

Затем он хрустнул своей толстой шеей, когда его мышцы начали сводить от внезапного натиска напряжения. Его мощное тело запульсировало, когда им овладела острая потребность защититься.

Его охватил трепет, разум пришел в неистовство, пока он вел внутреннюю битву со своей совестью.

Что, черт возьми, со мной происходит?

Густые тени исходили от его напряженного тела, окутывая его и пышные сады неподатливой мембраной черных щупалец.

Рухнув на колени, он взревел, схватившись руками за пульсирующую голову. Он стиснул зубы, когда десятки и сотни тысяч острых игл вонзились в его воспаленную кожу, кости растянулись до такой степени, что, как ему казалось, череп вот-вот взорвался бы.

Густая пелена мрака опустилась на него. Его зрачки расширились, наливаясь кровью на радужную оболочку, окрашивая весь орган в цвет самой темной ночи. Его зрение затуманилось, затем сфокусировалось лазером, когда глаза привыкли к кромешной тьме вокруг.

Пульсирующее черное пламя исходило от него, когда он выпрямился во весь свой устрашающий рост. Его пальцы удлинились, превратившись в острые, как бритва, когти. Его одежда была разорвана на полосы по мере того, как накачивались мышцы, его впечатляющее тело становилось еще более угрожающим в росте.

Потянувшись, он ухмыльнулся, удовлетворение наполнило его организм. Кажется, ты стал неряшливым, брат.

Широко улыбаясь, он развел руками. Темные жилы тянулись к светящейся Луне, растягиваясь над ней по ночному небу подобно плотной сетке переплетающихся прутьев, перекрывая ее небесное сияние. В считанные секунды он был полностью стерт из виду, как будто сама планета была стерта с лица земли.

Катал стоял, любуясь делом своих рук. Ему казалось, что чего-то все еще не хватало. Потом он вспомнил. Полярная звезда. Его взгляд скользнул к этой вечно сияющей точке в небе.

Давай посмотрим, насколько сильно ты ошибся.

Посмеиваясь про себя, он закрыл глаза. Глубоко вздохнув, он воздел свои сильные руки к небесам. Волна ветра вырвалась из его вибрирующего тела, когда он усилил потоки энергии своим разумом. Это усилилось, превратившись в жестокую смесь страха и уныния.

Необузданная ярость кипела в его крови, завладевая чувствами. Жажда мести наполнила его почерневшее сердце.

Его глаза резко открылись.

Сосредоточившись на Полярной Звезде, он направил свой гнев на то единственное существо, предательство которого опустошило его больше всего. С непоколебимым взглядом, излучая силу, Катал наблюдал, как яркий белый свет звезды потускнел в небе, а затем полностью погас.

Словно посланное ему в разум самими богами, потрясающее лицо Дуны вспыхнуло перед его черными, как смоль, глазами, прорезая его неумолимый гнев. Вот только ее прекрасный образ был наполнен уже не радостью и покоем, а тревогой и ужасом.

Паника охватила его колотящуюся грудь, когда он увидел, как маска ужаса скользнула по ее искаженному агонией лицу. Его власть над Поларисом ослабла, когда его сила начала ослабевать.

Что-то было не так, его маленькое чудовище было в опасности.

Ее испуганное лицо исчезло так же быстро, как и появилось перед ним, оставив его ошеломленным и отчаянно нуждающимся в большем.

Его тело перешло в овердрайв. Он взревел, когда внутри него вспыхнул пылающий ад, угрожая сжечь все на своем пути. Катал без сомнения знал, кто послал ему видение Дуны. Существовало только одно существо, обладавшее силой, необходимой для прорыва его ментальных щитов.

Полностью ослабив хватку с небес, он убрал обволакивающие тени с Поляриса.

Пусть это будет предупреждением для тебя, брат. Если ты только посмотришь в ее сторону, я уничтожу твое драгоценное королевство.

Тогда никто не был бы в безопасности от него. Он превратил бы всю вселенную в пепел ради нее.

Его способности иссякли, и он вернулся в свою смертную форму. Пройдет время, прежде чем они снова восстановятся, но он будет терпелив. Что-то вызвало всплеск энергии в магнитных полях, окружающих планеты, повлияв на власть его брата над своими способностями. Что означало, что это не было непогрешимым.

В конце концов, Катал, как и всегда, во всем разобрался бы. В конце концов, в его распоряжении было лишнее количество времени. Теперь его единственной проблемой было добраться до своего маленького монстра и помочь ей.

Развернувшись, он бросился обратно в обеденный зал Большого дворца. Взяв у него мантию охранника и осмотрев множество сидящих гостей, его взгляд, наконец, остановился на том, в чьем умении добывать деликатную информацию он в данный момент нуждался больше всего.

Он подошел прямо к мастеру шпионажа.

– Брор, – грозный мужчина повернулся к нему. – Пойдем со мной.

Следуя за Каталом из роскошного помещения, они подошли к месту в уединенной части открытой террасы с колоннами.

– Мне нужно, чтобы ты отправил птицу в Моринью.

– Что-то случилось? – мужчина оглядел его в странном наряде.

– Ты собираешься мне рассказать. Как быстро ты сможешь сообщить мне подробности?

Брор задумался над этим вопросом.

– Я смогу поднять ястреба в воздух, как только напишу послание, возможно, через час.

– У тебя есть половина этого времени, – он подошел к мужчине, сверля его глазами цвета зеленого авантюрина. – Никто не должен знать об этом, ты понимаешь?

– Конечно, генерал.

Брор слетел по многочисленным ступенькам, ведущим в один из многочисленных королевских вольеров, не теряя ни единого драгоценного мгновения. Через некоторое время Катал увидел, как с крыши в сторону Ниссы взлетела грозная хищная птица.

Прижав кулаки к бокам, он напряженно выдохнул. Теперь все, что ему оставалось делать, это ждать.



Прошло несколько часов, прежде чем Катал наконец получил какие-то новости от Мориньи. Его давний спутник ворвался в его покои, не утруждая себя стуком, крепко сжимая в руке пергамент. Он был бледен как привидение и тяжело дышал, оценивающе разглядывая генерала на своем крытом балконе.

Катал раздраженно скрипнул зубами.

– Ты собираешься стоять здесь и пялиться на меня или все-таки расскажешь, что ты узнал?

– Я… я не знаю, как это сказать.

В остальном угрожающий мужчина выглядел как испуганный ребенок, как будто он боялся следующих слов, которые должны были сорваться с его губ.

Холод окатил Катала.

– Что такое?

– Это, э… э… – Брор прочистил горло, избегая встречаться с ним взглядом. – Это Дуна. Она, э… э, она…

– Ради всего святого! Выкладывай уже!

– Похоже, она находится в каком-то полусонном состоянии, генерал.

Он вздрогнул, когда увидел убийственный взгляд на лице Катала. Его голос дрожал от беспокойства:

– Они не знают, что с ней не так. Только что с ней все было в порядке, а в следующую минуту она потеряла сознание и отказывалась просыпаться.

– Ты себя слышишь? Человек не может просто так впасть в кому.

Гнев пронзил его, когда он представил своего маленького монстра, лежащего в какой-то незнакомой постели, одинокую, беззащитную.

– Что ты от меня скрываешь, Брор?

Мужчина сглотнул.

– Нет… ничего. Я тебе все рассказал, – он протянул пергамент. – Вот, взгляни сам.

Выхватив бумагу из его ослабевших рук, Катал прочел несколько строк, написанных чернилами.

– Это все, что ты обнаружил? Никакой причины ее недомогания, никаких подробностей о ее местонахождении до потери сознания, никаких упоминаний имен относительно того, кто был с ней в то время?

Он бросил маленький кусочек ткани Брору в лицо.

– Ты что-то скрываешь от меня.

Мужчина покачал головой, отступая назад, когда Катал неторопливо направился к нему. Его глаза впились в Брора, как у хищника, вцепившегося в добычу.

– Пожалуйста, генерал, я ничего не знаю, клянусь…

– Ты знаешь, что они делают с предателями здесь в Городе огней? – его голос понизился, сочась презрением. – Они привязывают их за лодыжки и оставляют подвешенными к деревянным балкам посреди джунглей.

Брор заскулил, зловещее присутствие Катала нависло над ним.

– Ты когда-нибудь видел, как стервятник поедает тушу животного? Нет? Он обрывает каждый мельчайший кусочек плоти, пока от мертвого животного не остается ничего, кроме скелета, – он наклонился, склонив голову, осматривая воина. – Ты знаешь, как едят предателей? Сначала их кровь досуха высасывается из полостей, а затем, когда в их организме не остается соков, существа берут свои острые когти, – он поскреб ногтями по одной стороне лица Брора, прямо под правым глазом, где пролегал шрам, – и сдирают кожу с еще дышащего тела человека, пока не остается только мясо. Затем звери по очереди разрывают конечности на части до тех пор, пока не остаются только ступни, болтающиеся на веревках, которыми они были связаны. Их они оставляют напоследок, поджаривая на палящем солнце, где личинки и всевозможные насекомые устраивают себе пристанище в мясе, пока они тоже не будут готовы к употреблению. К тому времени, как твари из джунглей пройдут, не останется ни единого осколка кости.

Он обошел вокруг трясущегося мужчины.

– Ты лжешь мне?

– Нет, никогда. Генерал, пожалуйста, клянусь всеми богами, что я рассказал вам все, что знаю.

Он задумался над словами этого человека.

– Видишь, я все еще тебе не верю.

Брор тяжело сглотнул, его адамово яблоко двигалось вверх и вниз.

– Пожалуйста…

– Он говорит правду, – головы обоих мужчин резко повернулись на голос. – Оставь нас.

Катал подождал, пока мастер шпионажа закроет за собой дверь.

– Что все это значит?

Как она смеет нарушать его приказы?

– Я запретила ему разглашать что-либо еще, кроме того, что он уже рассказал тебе.

Длинные серебристые локоны Лейлы каскадом рассыпались по ее спине, когда она направилась к нему, сильнее, чем обычно, покачивая бедрами.

– Ты не имеешь права расспрашивать о каком-то солдате, который решил остаться в Белом Городе. Особенно, учитывая, что мы с тобой помолвлены. Это нехорошо смотрится перед людьми, Катал.

Подойдя к нему, она обвила руками его шею, сцепив пальцы у него за головой.

– Наконец-то ты принадлежишь только мне, любовь моя.

– Лейла, нам нужно поговорить.

Он нежно взял ее за руки, пытаясь опустить их со своего тела, но она не сдвинулась с места.

– Нет, нам нужно потрахаться, – она притянула его лицо к себе, эротично глядя в его потрясающие глаза. – Я хочу, чтобы ты ворвался в меня, как дикий зверь. Заставь меня молить о пощаде.

Она поцеловала его, ее губы слились с его собственными, не реагирующими.

– Прекрати, – он выпрямился, отталкивая ее. – Я не могу этого сделать.

– Конечно, можешь. Скоро я стану твоей женой.

Она снова обвила руками его шею, готовясь снова броситься на него.

– Нет, это не… – она облизнула его губы. – Просто послушай меня, черт возьми! – рявкнул он, схватив ее за плечи. – Просто послушай меня, черт возьми!

– Что с тобой такое?

– Это давно назрело… – он потер лицо ладонями, в груди расцвели дурные предчувствия и чувство вины.

– О чем ты говоришь? – ее глаза расширились. – Катал?

– Лейла… – замолчав, он вздохнул. – Иди сюда.

Взяв ее за руку, они сели в два кресла у открытых дверей балкона.

– Мы знаем друг друга более двадцати лет. Я всегда буду благодарен тебе, за любовь, которую ты мне показала. За все, через что мы прошли вместе. Ты была мне настоящим другом, и это никогда не изменится. Что бы ни случилось между нами с этого момента, я всегда буду оберегать тебя.

– Я не понимаю. Что ты хочешь сказать? Я тебе больше не нужна? – глаза Лейлы остекленели, ее голос был едва слышен: – Но нам суждено быть парой. Мы созданы друг для друга.

– Принцесса, – он нежно погладил ее по руке, изо всех сил стараясь не расстраивать ее еще больше, – иногда даже Судьба все делает неправильно.

– Но… как это возможно? Супруги не могут повернуться друг к другу спиной. Их души связаны навеки.

– Я не думаю, что это так работает, Лейла.

Он нежно заправил выбившуюся прядь серебристых волос ей за ухо.

– Партнер может быть отвергнут, это не так уж неслыханно. Это привело бы только к тому, что связь в конечном итоге прекратилась бы, возможно, в подсознании двух вовлеченных людей остался бы лишь ее след.

– Я не хочу, чтобы мы были далеким воспоминанием в моей голове. Мое сердце не смогло бы этого вынести.

– Принцесса… – он опустился перед ней на колени, глядя в ее влажные глаза. – Я знаю, что это тяжело для тебя. Мне тоже было нелегко. Я пытался избавиться от этого дурного предчувствия, которое не покидало меня с тех пор, как мы стали помолвлены. В какой-то момент это стало невыносимым, настолько, что мне пришлось оставить тебя, чтобы прочистить мозги. Потом, когда я подумал, что наконец-то получу ответы на некоторые вопросы, ты бесследно исчезла.

– Меня взяли в заложники, Катал.

– И я найду тех, кто на тебя напал, если это так, – он покачал головой. – На данный момент это уже не имеет значения. Твое отсутствие заставило меня понять, что мы два очень разных человека, Лейла. Мы отдалились друг от друга. С моей стороны было бы несправедливо продолжать тащить тебя за собой, ты заслуживаешь лучшего. Мужчину, который будет лелеять тебя и быть благодарным за то, что ты есть. Того, кто будет ценить все, что ты ему даешь.

– Мне не нужен мужчина лучше. Я хочу тебя, Катал. Ты достаточно хорош для меня.

Она соскользнула со стула на пол рядом с ним, ее бледно-голубое платье волнами раскинулось вокруг нее.

– Тебе не следовало соглашаться, принцесса, – его взгляд смягчился, он восхищался существом, которое, как ему казалось, он любил всем сердцем. – Ты потрясающая женщина, любой мужчина был бы счастлив заполучить тебя. Я не такой мужчина.

Слезы выступили в ее больших глазах, угрожая перелиться через край, когда она уставилась на него.

– У тебя есть кто-то еще? – между ее бровями залегла глубокая морщинка. – Ты нашел другую женщину? Это все?

– Это не имеет никакого отношения ни к кому, кроме меня. Мои чувства изменились.

– Ты лжешь. Я всегда могла сказать, когда ты лжешь мне.

– Я не хочу быть жестоким по отношению к тебе. Пожалуйста, не делай этого.

– Тогда просто скажи мне гребаную правду! – она закричала на него, вскакивая. Схватив вазу, она запустила ею в стену. – Есть кто-то еще? Так вот почему ты разрываешь нашу помолвку и оставляешь меня на произвол судьбы?

Он встал, гнев закипал в его венах.

– Не испытывай меня, принцесса. Я пытался быть честным с тобой, мягко подвести тебя, не тащить за собой, как поступило бы большинство ублюдков, только потому, что ты член королевской семьи и из-за бесплатной киски, которую они получили бы от тебя. Не заставляй меня сожалеть о том, что я рассказал тебе.

Она закричала на него, ее лицо исказилось гримасой:

– Будь ты проклят! Я все сделала для тебя! Я изменилась сама, просто для того, чтобы ты принял меня, просто для того, чтобы ты любил меня так, как я всегда любила тебя. С самого первого дня я всегда делала только то, что ты от меня требовал.

– Что, черт возьми, это значит? – его голос понизился, когда он замер, наблюдая за ней, пока она продолжала разглагольствовать.

– Это значит, что я подавляла себя, свои потребности и желания, все, только для того, чтобы ты не был недоволен мной!

– Я никогда не просил тебя об этом.

Затем она рассмеялась, ироничный звук сорвался с ее опущенных губ.

– Я сделала это, потому что мне так хотелось. Я не хотела, чтобы мой избранник разочаровался в женщине, которую выбрала для него Судьба.

У него возникло внезапное желание придушить женщину. Люди и их идиотская потребность жить в соответствии со своими нелепыми представлениями о судьбе. Он попытался обуздать свой гнев.

– Тебе никогда не следовало менять себя ради кого-либо, Лейла, особенно ради меня. Я бы принял тебя такой, какая ты есть.

– Да, но, думаю, теперь мы этого никогда не узнаем, не так ли? – судорожно вздохнув, она вытерла влагу с глаз. – Это Арела? Ты заменяешь меня ею?

Невероятно.

– Я знаю, что потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к нашим новым обстоятельствам. Я сопровожу тебя обратно в Скифию, если тебе это понадобится, чтобы сообщить новости твоему отцу.

– Какие новости?

Ущипнув себя за переносицу, он ответил сквозь сжатые зубы:

– Лейла, не притворяйся, что не понимаешь, о чем я говорю. Играть в эти игры ниже твоего достоинства.

– Я не соглашалась расторгать нашу помолвку, генерал.

– Я не прошу твоего согласия. Я даю тебе знать, что мы не поженимся, Лейла. Это не подлежит обсуждению.

– Нет, – подойдя к нему, она начала разглаживать несуществующие морщины на его плечах. – Ты останешься моим любовником и моим будущим мужем, и мы поженимся. Ты явно не в своем уме. Четыре месяца, которые мы провели порознь, привели тебя в замешательство. Я дам тебе время, которое тебе нужно, чтобы исправить это.

Схватив ее за запястья, он наклонился так, что их лица оказались в дюйме друг от друга.

– Ты можешь подарить мне гребаную вечность, я все равно буду чувствовать это. Не заставляй меня говорить вещи, о которых я позже пожалею. Уходи с сохраненным достоинством.

– Я принцесса, – вскипела она, вырывая свои руки из его крепкой хватки. – Ты не имеешь права уходить от меня, как от какой-то скромной простолюдинки.

Не дожидаясь ответа, она выбежала из его покоев, оставив расстроенного Катала наедине с новой неразрешимой дилеммой, стоящей перед ним.

Он стоял посреди своих роскошных апартаментов, уперев руки в бедра и опустив голову, обдумывая свой следующий шаг. Брат. Он совершенно забыл об этом мужчине.

Выбежав через парадную дверь, он стал искать мастера шпионажа. Ну же, где ты? Блеск серебра привлек его внимание, когда он пролетал через обширные королевские владения. Там, сразу за одной из пальм, он заметил его. Он разговаривал с кем-то в темноте.

Катал медленно подкрался к этой паре, держась при этом в тени.

– Ты должен сказать ему. Если он узнает, что ты что-то скрываешь, он сдерет с тебя кожу живьем, – заговорила женщина, понизив голос. – Почему ты просто не рассказал ему все остальное?

– Мне бы хотелось, чтобы принцесса не поймала меня. Она забрала другую часть пергамента с собой, – мужчина вздохнул, явно расстроенный. – Что, черт возьми, мне теперь делать, Петра?

Да'Нила. Конечно.

Покачав головой, Катал вышел на свет.

– Ты собираешься рассказать мне все, и ты собираешься сделать это прямо сейчас, – его глаза горели яростью, когда он осматривал двух интриганов.

– Генерал, – выдохнула Петра, краска отхлынула от ее лица.

Он поднял мозолистый палец:

– Не говори, пока я не дам тебе разрешения. А у тебя, – он повернулся к мастеру шпионажа, – есть три секунды, чтобы рассказать мне, что ты от меня скрываешь, прежде чем я скормлю тебя зверям. Одна.

– Я не могу… – он взглянул на Петру, умоляя ее помочь ему.

– Две.

Побледнев, Брор, заикаясь, произнес:

– У меня… у меня не было выбора, она заставила меня держать рот на замке. Клянусь…