Текст книги "Ленуха Маклай, или Семь Пятниц на деревне (СИ)"

Автор книги: Ирина Дарсеньева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц)

Глава четвертая, в которой Зуррга Муяссарр выбирает из двух зол

«Я свою соперницу

Отвезу на мельницу,

Раз, два, три, кукареку,

Головой ее в муку!».

Частушка.

1

Зуррга стремительно вошел в кабинет и с порога запулил папку со списком невест на свой рабочий стол. Папка приземлилась ровно там, куда и метил трехкратный чемпион корпорации по метанию копья – ровно на середину столешницы. Зуррга дошагал до стола, сел в кресло и раскрыл-таки кожаную обложку. Поверх распечаток лежала записка, написанная крупным матушкиным почерком.

«Дорогой, утром я отправила тебе досье по электронной почте, поскольку знаю, то тебе так будет удобнее изучать информацию. А папку я тебе вручила, чтобы ты случайно не забыл о том, что пообещал отцу».

В другое время Зурргу повеселила бы матушкина предусмотрительность, но теперь он только мрачно открыл почту, скачал досье на невест и задал машине его анализ по всем возможным параметрам, подключив поиск дополнительной информации из всемингапауской сети.

В течение пяти ближайших минут компьютер начал выдавать сгруппированные данные. Невесты были рассортированы по возрасту, росту, весу, длине волос, размеру ноги, времени, за которое они пробегают стометровку, уровню образования, среднему баллу в аттестатах, капиталу их семей, приданому, количеству близких и дальних родственников, числу совершенных правонарушений (таковых ни у одной невесты не нашлось, но машина хотя бы попыталась), карьерным успехам.

На этом машина не остановилась, выстраивая из добываемой информации все новые и новые схемы.

Зуррга не стал дожидаться окончания ее работы и принялся изучать готовые результаты. В том момент, когда он с проснувшимся интересом рассматривал картинку с объемным изображением шестнадцати потенциальных невест, выстроенных компьютерной программой по росту, к нему тихонько подобрался Надиярр и заглянул в монитор.

– Вау! Вот это я понимаю, системный подход!

– Смотри, смотри, – разрешил Зуррга. – Наверняка почти все они есть и в твоем списке.

Надиярр тут же воспользовался приглашением, подтащил к столу начальника ближайшее кресло и принялся комментировать все, что видел.

– А это что? Раскладка по весу? Забавно. Давай сравним ее с ранжированием по росту и узнаем, у кого есть лишние килограммчики! А рейтинг по размеру груди тут есть? Только по размеру ноги? Недоработочка!

В зале совещаний, примыкающем к кабинету главы корпорации, тихо, как мышка, притаилась маркетолог аналитического отдела Азарийя Батари. Девушка незаметно пробралась туда через дверь для сотрудников после того, как случайно услышала в коридоре интересный для себя разговор.

Директор отдела рекламы Надиярр Суарзи спрашивал патрона, когда тот сможет взглянуть на макет рекламного буклета малобюджетных двухместных летунов «Водитель и пассажир». Зуррга Муяссарр с раздражением ответил, что для начала взглянет на список невест, и это займет его время, пожалуй что, до обеда.

Надиярр Суарзи, отчего-то скривившись, но с наигранным энтузиазмом в голосе произнес что-то вроде «Вот и хорошо, почему бы тебе наконец и не жениться!», поймал удивленный взгляд гендиректороа и пообещал заглянуть к нему попозже, после чего унесся дальше по коридору.

Упускать такой удачный момент хоть что-нибудь узнать о выборе шефом невесты Азарийя не собиралась. Ведь, как сказала ей тетя, имя Азарийи тоже было в заветно списке.

По рассказу этой самой тети, имевшей свои источники информации, проблема была в том, что Зуррга жениться-то в принципе не отказывался. Он соглашался, давал обещание присмотреться к рекомендованным красоткам, но потом его что-нибудь отвлекало, и он снова погружался в планы и расчеты своих летательных аппаратов.

И вдруг такой шаг вперед!

Так что теперь Азарийя, прислонившись к двери в кабинет главного, навострила свои красивые ушки со стоящими целое состояние, но обманчиво скромными сережками, приличествующими незамужней девушке. Дверь была закрыта и даже заперта с другой стороны, но мужчины разговаривали громко, и кое-какую информацию уловить удавалось.

– О, посмотри-ка, Надиярр, две потенциальные невесты работают в нашей корпорации, – раздалось из-за двери, и девушка буквально расплющила по ней ухо, боясь пропустить хоть слово. Сережка немилосердно впилась в мочку, но шпионка не обратила на это внимания. – И вот эту я, кажется, знаю – она племянница главы аналитического отдела Кахьи Вуландари.

– Толковая тетка, – отметил Надиярр. – А племянница у нее как, ничего?

– Девушка как девушка, – без особого энтузиазма ответил Зуррга. – Кахья мне ее как-то представляла. Вот насколько она хороший специалист – сказать не могу…

Кстати, аналитический отдел до сих пор не подготовил мне справку по продажам моделей семейного летуна «Вместительный». Я запросил у них информацию, какие модели в последние месяцы лучше продаются – четырех– или шестиместные? Мне тут отдел маркетинга предлагает добавить в линейку восьмиместные модели для больших семей из провинции.

Говорят, есть спрос.

Правда, надо попытаться сбавить себестоимость, чтобы цена сильно не взлетела. Может, убрать из комплектации всякую мелочь, типа подогрева сидений и их регулировки по высоте? Да нет, на комфорте экономить нельзя. Придется, наверное, удешевить внутреннюю обивку, и …

– Куда-то тебя опять не туда понесло, – перебил двоюродного брата Надиярр. – Хотя ход твоих мыслей мне нравится – семейные летуны, да еще восьмиместные! Почему бы тебе и в самом деле не жениться? Давай, не тормози, посмотрим на другую красотку из нашей корпорации. Ту, из отдела анализа, я вспомнил – ничего так краля, но без изюминки… Может, вторая будет поинтереснее?

За дверью Азарийя от злости сдала кулаки. Мужчины! Все, что известно, их уже не привлекает. Изюминку им подавай! Кстати, она и не знала, что в корпорации работает еще одна невеста из вип-списка. Кто же это может быть?

– Ладно, давай смотреть на вторую. Хотя комплектация «Вместительного», если подумать…

Надиярр встал со стула, закрыл брату рот рукой и повернул его голову к монитору.

– Ладно-ладно, все-все-все. Так, Лестари Трай, 22 года, рост 158, вес 54, размер ноги… Зачем мне ее размер ноги?

– Да погоди ты с размером ноги, – Надиярр потеснил брата у экрана. – Ух ты, какая красотка! Кажется, я с ней пока ни разу не пересекался, а то бы запомнил.

– Изюминка есть? – с иронией спросил Зуррга.

Все потенциальные невесты из списка казались ему чем-то неуловимо похожими, и никаких изюминок он в них не видел. Высокое положение в обществе, по-видимому, накладывало на девушек определенные стандарты: все они были подтянуты, носили одежду люксовых брендов, которых в небольшой по размеру стране всего и было-то полтора десятка, и даже прически делали, похоже что, в одном салоне.

А вот Надиярр ведет себя странно: после поездки к родне он как-то излишне оживился, и все эти его призывы немедленно жениться кажутся подозрительными. А ведь раньше за ним такого не наблюдалось…

– Еще какая! – начал отвечать Надиярр на вопрос про изюминку. – Ты посмотри, во что она одета!

Зуррга посмотрел. Одета девушка была обыкновенно, разве что наряд ее был немного более закрытым, чем мужчина привык видеть у знакомых дам и девиц.

– Обыкновенно она одета!

– Да ну? И много ты видел девушек, которые в наши дни носят бунчу?

– Бунчу? Что такое эта бунча? – раздраженно поинтересовался Зуррга, знавший ограниченное число названий вещей из женского гардероба.

– Бунча, дорогой мой, это плотная и объемная женская жилетка, надеваемая на любую одежду, чтобы скрыть форму груди!

– А зачем ее скрывать? – совсем уже запутался в вопросе Зуррга.

Все его знакомые девушки стремились, наоборот, подчеркнуть…

– Ты фильмы исторические видел? Обязательный атрибут женской одежды на протяжении старых веков. Из «Уложения о приличествующем благонравной дочери облике и поведении». Там, кстати, как мне помнится, еще написано, что волосы должны достигать колена…

– Но это же неудобно, – возмутился Зуррга, оглаживая собственную короткую стрижку. – А если не растут?

– Если не растут, в косу доплетали конские. На этом требовании построены сюжеты нескольких классических комедий, их же в школе проходят! Ах да, ты же у нас больше техническими предметами увлекался!

А что неудобно – так в этом ведь весь смысл. Когда женщина опутана, как цепями, всяческими ограничениями, ее легче подчинять.

– Зачем ее подчинять? – удивился Зуррга. – Делать, что ли, этим патриархальным мужикам было больше нечего?

Азарийя отлепилась от двери.

Во-первых, стоять в такой позе было неудобно, да и ухо уже побаливало, а во-вторых, исторические экскурсы ее мало интересовали.

Девушка стала припоминать, кто же в корпорации носит бунчу. Между прочим, в исторических мелодрамах этот элемент одежды смотрелся весьма достойно. Конечно, если ткань была дорогая и богато расшитая.

Азарийя представила себя в бунче как у звезды экрана Кинты Китры в фильме «Моя запретная любовь». Пожалуй, ей бы пошло. Все-таки есть в этом элементе одежды некая загадка. Изюминка, как хочется директору отдела рекламы.

За дверью между тем добрались до биографии старомодно одетой претендентки, и Азарийя снова прилипла ухом (теперь уже другим) к двери. Выяснилось, что соперница стажируется в планово-экономическом отделе – внимание! – с сегодняшнего дня.

– Ну тетя дает! – восхитился Надиярр. – Вот это скорость сбора информации!

– Это не мама, – недовольно просветил его Зуррга. – Это я, когда ставил машине задачу по автоматизированной обработке матушкиных досье, подключил сбор дополнительных данных из всех открытых источников. Вот она и добралась до внутренних документов корпорации.

– Вот и хорошо. – Надиярр бесцеремонно оттеснил двоюродного брата от экрана монитора. – Невеста-то твоя провинциалка. И сирота! Так-так-так! Место рождения – наша самая южная провинция Негуквонг. Ну, если оттуда, волосы у нее точно должны быть до колена! Давай посмотрим?

Надиярр еще больше оттеснил шефа, захватил мышку и принялся выводить на экран все новые и новые фото Лестари. На всех них волосы девушки были собраны в сложную прическу с переплетением кос, опускающуюся ниже лопаток. И, судя по солидному объему, длину они имели преизрядную.

– Я уже хочу с ней познакомиться! – заявил Надиярр. – Тем более что, как всем известно, жениться надо на сироте!

– Не думаю, что потеря родных такой молодой девушкой – удачный повод для веселья, – осадил его Зуррга.

В другое время он и не подумал придираться к словам брата, но раздражение не отпускало и неожиданно для него самого вылилось в морализаторство.

Впрочем, Надиярр, обладающий счастливым свой свойством не обижаться из-за ерунды, пропустил его замечание мимо ушей и продолжил изучать фотографии.

– А ты обратил внимание, что на старых снимках Лестари бунчу не носит и волосы, у нее, кажется, гораздо короче?

– И выражение лица у нее другое, более естественное, что ли, – пригляделся Зуррга. – Так что там в ее биографии?

– Потеряла родителей в авиакатастрофе в возрасте 17 лет, – начал зачитывать Надиярр. – Опеку над ней получили двоюродные дядя и тетя…

– Погоди с опекой, в авиакатастрофе не наш летун разбился?

– Нет! …двоюродные дядя и тетя. Более близких родственников у Лестари не обнаружилось. Опекуны живут здесь, в столице, а ее устроили в закрытый интернат для девиц из хороших семей там же, в Негуквонге. В интернате Лестари получила традиционное патриархальное воспитание и прошла учебный курс «Экономика и управление», а также углубленно изучила страховое дело.

Дядя ее, Кусумо Сукафо, трудится, как легко догадаться, в нашей корпорации. Да, тот самый, глава планово-экономического отдела. Вот он и устроил племянницу на стажировку под своим приглядом.

Зуррга скривился.

Кусумо Сукафо был неплохим специалистом, но эти его многословные выспренние речи на массовых мероприятиях, которые время от времени проводила корпорация! Кусумо входил в совет регионального отделения партии «Прогресс для всех» и пользовался любой трибуной, чтобы не дать никому забыть об этом.

– Интересно, конечно, было бы заглянуть в завещание… – заговорив о деньгах, Надиярр вальяжно откинулся на спинку кресла и положил ногу на ногу. – Что там тетя Вилабла пишет про приданое?

Вернувшись в прежнюю позу, он щелкнул по графе «Приданое» и обнаружил Лестари в самом ее хвосте с припиской «Информации нет».

– Вот тебе и завидная невеста! – изумился мужчина. – Интересно, как она вообще попала в список?

Зуррга с мученическим видом посмотрел на вертящегося в кресле брата и потер виски.

– А вот мне совсем не интересно. Я в ужасе. Мы поверхностно просмотрели информацию только о двух невестах, а я уже вымотался, как будто провел двухчасовое совещание. Мысль о том, что их там списке еще четырнадцать, нагоняет на меня панику.

Извини, но я больше не могу изучать эти досье, голова совсем не работает. А ведь выбор спутницы жизни – дело судьбоносное. Не думал, что когда-нибудь это скажу, но, пожалуй, мне действительно пора пройти Дорогу Предков. Мысли прояснятся, и я смогу выбрать себе жену со всей ответственностью.

Решено. Назначу совещание с замами на завтра и передам им дела на ближайший месяц. Пошли, что ли, пообедаем, и потом я сяду составлять поручения. Тебе-то есть на кого оставить дела?

– Обижаешь, – взбодрился Надиярр.

Возня с невестами ему и самому уже встала поперек горла. Но тетушка каким-то хитрым женским способом убедила его присоединиться к коалиции, загонявшей Зурру в брачные сети. Отказать ей племянник не смог, и сейчас чувствовал себя донельзя глупо. Отчасти и поэтому он с огромной радостью засобирался вместе с братом на Дорогу Предков. Уж там-то не будет никаких невест. Только простые охотничьи радости!

2

Если бы Азарийя дослушала беседу начальства до конца, эта история могла бы повернуться совсем по-другому. Но выведенная из душевного равновесия девушка покинула зал заседаний еще в том момент, когда расслышала пугающую фразу Надиярра «Невеста-то твоя – провинциалка!»

Брат Зуррги назвал Лестари Трай его невестой! Пошутил или что-то знает?

Азарийя поспешила к тете, к которой привыкла обращаться со всеми своими проблемами. Глава аналитического отдела внимательно выслушала любимую племянницу и поспешила ее успокоить.

– Двоюродный брат нашего генерального Надиярр Суарзи – балабол, каких еще поискать. Ставить телегу впереди лошади для него обычное дело. С другой стороны, у вас двоих с этой девочкой – как ты говоришь, ее зовут? Лестари Трай? – есть несомненное преимущество перед другими претендентками. Не сказать, чтобы большое. Но, возможно, Зуррга решит, что с девушкой, работающей в его компании, у него есть общие интересы, и при выборе поставит вам небольшие плюсики. Да и живое присутствие все-таки выигрышнее, чем фото в досье.

Поэтому хорошо бы на время, пока он делает выбор, все-таки твою соперницу с его глаз удалить. И я знаю способ.

Азарийя с большой надеждой смотрела на Кахью, которая вышла из-за стола и принялась мерить кабинет шагами.

– Ты же знаешь, что в молодости я пару раз выполняла жреческие обязанности на островах Гиллисулата. И сейчас вхожу в Совет жриц Бенголуку на общественных началах. Общественницы там, конечно, просто для красоты, но связей я не утратила. И я вполне могу предложить этой девочке Лестари Трай устроить ее на месяц жрицей. Скажу, что место внезапно освободилось. Спорим, она уцепится за это предложение?

Побывать жрицей очень почетно, тем более что она, по сути, еще не начала стажировку и ничего не теряет. Как вернется, сразу и приступит. В планово-экономическом отделе при таких обстоятельствах ее должны отпустить. Кстати, а как она на это место попала?

Кахья набрала номер отдела кадров, где у нее работала хорошая приятельница. Надо отметить, что хорошие приятельницы имелись у главы аналитического отдела во всех подразделениях корпорации. А как же иначе строить карьеру?

До Азарийи доносились фрагменты разговора. «Дядя? Кусумо Сукафо? Вообще прекрасно». Кахья сладкоречиво поблагодарила собеседницу, нажала на отбой и сказала племяннице:

– Вообще можешь не беспокоиться. На стажировку в корпорацию Лестари устроил двоюродный дядя и опекун Кусумо Сукафо, тот еще жук. Вступил в партию «Прогресс для всех», притом, что они с женой выходцы из южной провинции Негуквонг. Там до сих пор придерживаются старых обычаев. Женщина признается полностью самостоятельной и дееспособной в тридцать два года! Все решения за нее до той поры принимают старшие родственники или муж, они же распоряжаются и принадлежащим ей имуществом.

Лестари получала образование в известном закрытом интернате «Во славу Негуквонга», дипломы его в стране ценятся, но после стажировки, думаю, дядя в нашей столице ее все равно не оставит, отправит обратно работать младшим бухгалтером на каком-нибудь принадлежащем религиозной общине заводике.

Для ее же блага, конечно.

Ибо как там говорится в «Уложении о приличествующем благонравной дочери облике и поведении»? Да не помню я, что там говорится, но Кусумо наверняка найдет подходящую цитату, чтобы держать воспитанницу в подчинении еще долгие годы. Брат его был очень богат, и наследство там, говорят, впечатляющее. Поэтому Лестари и попала в список самых перспективных невест, о чем, как я думаю, сама и не подозревает.

С другой стороны, брак воспитанницы с главой корпорации для Кусумо, конечно, престижен, и кто знает, какое решение он сочтет для себя более выгодным? Так что я все-таки попробую отправить девочку на Гуллисулат. Кусумо, скорее всего, возражать не будет.

А ты давай-ка отнеси после обеда Зуррге справку по продажам «Вместительного», о которой он вспоминал – она давно готова. Только немного освежи макияж. И левое ухо припудри – оно у тебя почему-то красное. Будь обаятельна и почтительна. И ни в коем случае не кокетничай и вообще не показывай своей информированности о том, что ты девушка из списка.

3

Отправив племянницу готовиться как бы невзначай предстать перед перспективным женихом, Кахья Вуландари решила немедленно заняться ее проблемой. Правда, из-за этого пришлось отменить обед с приятельницей из дирекции по качеству, но женщина понадеялась, что один раз Мавари ее простит.

Кахья предупредила секретаршу, что на время обеда покидает здание, и, возможно, задержится, позвонила Мавари, поболтала с ней приличествующие семь минут (время, время!) и направилась на парковочную площадку, выход на которую был прямо из ее кабинета.

Там почти впритык уместились два ее одноместных летуна – несколько тяжеловесный служебный, на котором она перемещалась по делам компании, и ее собственный, самой последней модной модели. В использовании казенной машины высокопоставленную сотрудницу корпорации никто не ограничивал, но Кахья считала, что два летуна на личном парковочном месте у внешней стены кабинета придают ей дополнительной солидности.

Кахья немного поразмышляла, деловая ли ей предстоит поездка или все-таки семейная, и решила, что прибыть в Совет жриц на летуне с корпоративной символикой будет правильней. Тем более что ходатайствовать о месте жрицы она будет для стажера корпорации.

Уже в дороге она позвонила в Совет, чтобы предупредить о своем скором визите очередную хорошую знакомую. Инданн Касих была главой отдела, направляющего жриц на острова и курирующего их там пребывание. Предложение Инданн подождать ее, чтобы пообедать вместе, пришлось с сожалением отклонить – приятельнице пришлось бы ждать слишком долго. Договорились вместе выпить кофе с родниковой водой по местному рецепту.

Помпезное здание Совета жриц было построено в столице провинции Бенгулуку лет через пятьдесят после открытия чудесных свойств гряды Гиллисулат, и с тех пор постоянно модернизировалось и достраивалось. Не отставали от него и резиденции жриц в остальных пяти провинциях островного государства. Кахье Вуландари довелось побывать во всех – жрицы часто встречались как для обмена опытом, так и просто для светского общения.

В большинстве городов резиденции располагались в деловом центре. Исключение составляли только патриархальная провинция Негуквонг, где жриц целенаправленно поселили на окраине (администрации было сложно смириться с главенством женщин хоть в какой-то области), и собственно Бенгулуку. Здесь причина была в другом – предшественницам почему-то захотелось уединения, и муниципалитет послушно выделил им землю для строительства едва ли не за городом.

За прошедшее время столица разрослась, границы ее раздвинулись, и Совет жриц оказался уже отнюдь не на окраине, хотя по-прежнему далековато от центра. Добираться до него приходилось долго даже по воздуху, и современным жрицам это давно не нравилось. Но затевать переезд было совсем не с руки – ведь в этом случае пришлось бы демонтировать и переносить дорогостоящее оборудование, связывающее резиденцию с Домами жриц на островах Гиллисулата.

Дома жриц были оборудованы на двадцати семи самых крупных островах гряды, которая насчитывала с полтора десятка голых скал и пятьдесят восемь больших и малых клочков суши, густо поросших джунглями.

В подведомстве Бенгулуку было шесть островов с Дорогой Предков. Девушки, исполняющие жреческие обязанности, сменяли друг друга часто, и Кахья Вуландари была уверена, что сумеет договориться и добавить Лестари в список очередниц на первую позицию. Главное, чтобы замена намечалась в ближайшие дни – убрать с глаз Зуррги соперницу своей обожаемой племянницы следовало как можно скорее.

4

Когда-то из окон кабинета, ныне занимаемого Инданн Касих, открывался чудесный вид на увитые лианами гигантские акации. Теперь, устроившись с чашками кофе на оборудованном для отдыха балконе, хозяйка и нежданная гостья наблюдали целиком урбанизированный пейзаж, не пробуждающий никаких воспоминаний о временах, когда обе они были жрицами на Гиллисулате.

Давно не видевшиеся женщины обменялись новостями, немного помыли кости общим знакомым, и Кахья перешла наконец к цели визита. Услышь ее сейчас человек посторонний, он бы никогда не догадался, что о существовании девушки, о которой она так трогательно ходатайствует, Кахья узнала только два часа назад. Обладающая же немалым жизненным опытом Инданн почувствовала в речах приятельницы какую-то фальшивинку.

– Надо помочь девочке, – изливалась соловьем Кахья, – побыть жрицей – ее давнее желание, а у себя дома, в Негуквонге, она не могла об этом даже мечтать. Совет жриц там по сути номинальный, случаи, когда женщины после «совершеннолетия» в тридцать два года отправлялись жрицами на острова, можно пересчитать по пальцам. Да и подведомственных островов у них всего два, прямо скажем, самых захудалых.

– Да, действительно, – подтвердила Инданн, – из их провинции никогда не направляют жриц младше тридцати двух лет. Смех, да и только!

– Да уж, в эти годы трудно сохранить в себе задор, чтобы бросить дома семью и детей и с удовольствием прожить месяц или даже декаду на необитаемом острове в джунглях, часть времени проведя в одиночестве, а часть – занимая делами первобытных охотников! – подхватила Кахья.

(Разговор, кажется, идет в нужную сторону!)

– Да и прекрасные жрицы после тридцати лет становятся чуть менее прекрасными, – отметила Инданн и в лоб спросила: – Зачем тебе так срочно понадобилось отправлять девочку на острова?

Повещать посторонних в свою затею Кахья не собиралась, и достаточно убедительно рассказала, что девочка только сегодня прибыла на стажировку, при знакомстве с коллективом узнала, что в корпорации работает женщина из Совета жриц, и рассказала ей о своей мечте. Если пойти официальным путем и подавать заявку, то стажировку придется прерывать, и неизвестно, как отнесутся к этому в планово-экономическом отделе. А вот сейчас, пока она, по сути, еще не началась, девочку – кстати, ее зовут Лестари Трай – с легкостью отпустят даже на месяц.

История выглядела убедительной, придраться было не к чему, и хотя Инданн сомневалась в бескорыстном порыве старой знакомой, не нашла причин отказать ей в содействии. Тем более что по случайности одно место стало вакантным именно буквально пару часов назад.

– Повезло твоей Лестари, – сказала Инданн, что-то про себя прикинув. – Буквально перед твоим звонком ко мне обратилась семья одной из новеньких жриц с просьбой перенести выезд. Им не понравился остров, на который мы хотели ее отправить. Хильмадук, может, слышала?

– Слышала, конечно, но побывать не довелось. Один из самых крупных островов гряды, и Дорога Предков на нем самая протяженная. А что с ним не так?

– Да ходят слухи, что там пропадали охотники. Потом, правда, все находились и рассказывали всякую ерунду про степь, открывшуюся им посреди джунглей. Еще рассказывают, что были случаи, когда к Дому Жриц выходили какие-то странные люди, но ничего плохого не делали и через некоторое время сами собой исчезали. Некоторые девушки сами на этот остров рвутся за мистикой, а эти, видишь, за свою побоялись! – не стала скрывать Инданн.

– Цветов поляписа нанюхались твои охотники, и жрицы с ними заодно! – в сердцах сказала Кахья. – Происходи на Хильмандуке что-то мистическое, туда бы давно уже отправили научную экспедицию, а Дом жриц и Дорогу Предков перенесли бы на соседний остров Тиодоте, который уже давно пора внести в программу развития!

Глава аналитического отдела корпорации «Муяссарр Массна Таярра» говорила так из-за досады, что такие интересные слухи прошли мимо нее. Как будто она и не входит в Совет жриц!

На самом деле слухи, конечно, стоило бы проверить, но как-нибудь потом, а не сейчас, когда все так завертелось.

В конце концов, она отправляет на Хильмандук не родную племянницу, а совершенно постороннюю девицу.

Приятельницы оформили на Лестари путевой листок, и Кахья Вуландари поспешила назад в корпорацию, чтобы договориться с Кусумо Сукафо и спешно, еще сегодня отправить его племянницу на острова. Об обеде сегодня, кажется, придется и вовсе забыть!