Текст книги "Ленуха Маклай, или Семь Пятниц на деревне (СИ)"

Автор книги: Ирина Дарсеньева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Вчера Елене было некогда задумываться о причинах такого спецэффекта, а вот сейчас он ее насторожил. «Сильные эмоции, как я слышала, вроде бы могут привести к мушкам и звездочкам перед глазами. Надо будет последить за собой и по приезду все-таки записаться к офтальмологу», – подумала девушка и в порядке эксперимента снова взяла Зурру за руку.

Звездочек на этот раз вроде бы не появились, но по-прежнему было очень, очень приятно. Не подавая вида, Елена повела мужчину рассматривать старые авиационные журналы.

Что же касается Зуррги, то, как только девушка взяла его за руку, он увидел, что вокруг их запястий, как это бывает у некоторых молодоженов Минангапау, закружили крохотные цветные огоньки.

«Все-таки жена!» – с каким-то облегчением, к которому примешивался испуг, понял мужчина. Отпускать лже-Лестраи не хотелось, но и признать себя женатым мужчиной было странно. «Чертов Надиярр, чертов тотем! – с каким-то даже восторгом думал молодожен. – Нас все-таки поженили по закону предков!»

Кстати, его молодая жена никаких эмоций по поводу изменения своего статуса на семейный не проявляла, хотя явно испытала те же ощущения, что и Зуррга. У мужчины закралось подозрение, что она вообще не понимает, что произошло. Может ли быть такое?

Браки по древним обычаям, освященные тотемами, которые стояли в храмах в крупных городах, были большой редкостью, но все же случались. О каждом таком случае долго трещали СМИ, и пропустить такую новость жителю Минангапау было просто невозможно.

Странности накапливались, но, чтобы дать себе время все обдумать и освоиться с новой ситуацией, Зуррга сделал вид, что ничего не произошло, и заговорил о другом.

– Так что там не так с нашими летунами?

Елена привела его во что-то вроде гостиной в апартаментах жрицы. В углу просторного помещения бросилась в глаза потрепанная кушетка с расшатавшимися нижними ящиками, диссонансом выделявшаяся среди изысканной мебели – жрицы осознавали свою привилегированность и ни в чем себе не отказывали.

На большом круглом столе в центре комнаты в живописном беспорядке лежали потрепанные журналы. Рядом Зуррга увидел книгу с изображением худого мужчины с крайне растрепанной бородой.

– Это авиамеханик?

– Это? Нет. Это путешественник. Почти мой однофамилец.

(Девушка почем-то хихикнула).

Одного беглого взгляда Зуррге хватило, чтобы осознать ценность небрежно разбросанной по столу информации.

– Кому принадлежат эти открытия? – напряженно спросил гендиректор предприятия по производству малогабаритных летательных аппаратов, жадно пожирая глазами ветхие журналы.

Елена сильно удивилась (откуда ты такой неинформированный взялся?), но ситуацию послушно разъяснила.

– Это общедоступная информация. Это же журналы. Пресса. Причем, мягко говоря, не свежая. Вот, смотри, год выпуска – 1972-й. Журналы не мои. Их здесь оставит какой-то родственник хозяйки. Подозреваю, что они никому не нужны, но распоряжаться я ими все равно не могу. Но ты невозбранно можешь заинтересовавшие статьи отксерокопировать. Или переснять на телефон. Вряд ли такое старье можно найти в интернете.

Зуррга стал лихорадочно пролистывать журналы, бегло рассматривая чертежи и то и дело возвращаясь к уже просмотренным.

Елена смотрела на увлекшегося мужчину с умилением: бывший дикарь открылся перед ней с неожиданной стороны. Странно, что он всерьез заинтересовался такими раритетами. Впрочем, как давно известно, – новое – это хорошо забытое старое. Может быть, в старых советских журналах и в самом деле можно подсмотреть какие-то идеи.

– А перевод? – бормотал он себе под нос. – Кто мне все это переведет?

– Вот с переводом боюсь что упс. Там же полно технических терминов. Скорее всего, в универсальный переводчик они не загружены. Если только сидеть и скрупулезно все разбирать. На то моего технического, хотя и совсем в другой области, образования, наверное, хватит. Не хватит, правда, времени – отпуск-то у меня, считай, закончился. Послезавтра уезжать.

Ошарашив собеседника этой информацией, Елена еще кое-что вспомнила и обратилась со встречным вопросом.

– Кстати, о переводах. Ты же можешь мне перевести, что тут написано?

Она достала из сумки небрежно засунутую туда визитку Буано Кррисна, одного из двух совладельцев известной агрокорпорации «Саюрран сегарр барру» и чек на очень, очень крупную сумму.

– Откуда это у тебя?

– А, тут до вас отдыхали пожилые любители сада и огорода. Я подарила им кое-какие свои семена и саженцы, а они дали мне это. Сказали, чтобы я еще обратилась к ним за какими-то акциями.

«Странно, – подумал Зуррга. – Почему Буано Кррисна так щедро отблагодарил эту лже-Лестари? Хотя, если она отдала агрохолдингу что-то настолько же ценное, как эти авиажурналы… Например, какие-то неизвестные в Бенголуку сельскохозяйственные растения…»

Мужчина задумался.

Вот и еще одна странность в общую копилку.

В голову приходили самые невероятные предположения.

Хотя почему невероятные?

Зуррга внезапно вспомнил нелепые мистические выдумки об острове, где они сейчас находятся. Их перед отъездом рассказывал любитель всевозможных слухов Надиярр, но Зуррга тогда просто отмахнулся, не желая слушать ненужную ерунду.

Хильмандук двоюродные братья выбрали потому, что это один из самых крупных островов Гиллисулатской гряды, и Дорога предков на нем самая протяженная. Никакие россказни они тогда в расчет не принимали. Надиярр, кажется, и сам в них особо не верил, и потому рассказывал, посмеиваюсь. Так что он там говорил? Зуррга слегка прикрыл глаза, пытаясь поточнее вспомнить слова брата.

«Ходят слухи, что на Хильмандуке иногда пропадали охотники, – рассказывал в него в кабинете перед поездкой, делая страшные глаза, Надиярр. – Но поскольку все до одного скоро находились, никто особого значения их россказням не придавал. А рассказывали они настоящую чушь про какую-то степь, по которой блуждали. И что видели на горизонте много наземных повозок. Это на безлюдном острове-то, сплошняком покрытом джунглями! Еще говорят, что иногда к Дому Жриц на Хильмандуке выходили странные люди, не знающие языка, жили там какое-то время, а потом, не прощаясь, исчезали. И все это якобы происходило после больших атмосферных волнений, грозы или шквалистого ветра».

Неужели где-то здесь находится точка смещения миров? В детстве Зуррга ходил на школьный факультатив по физике, и молодой педагог, желая разбудить в учениках интерес к науке, рассказывал о разных невероятных гипотезах. Среди них была и такая, что между близ расположенными мирами (коих существует великое множество) можно переместиться во время экстремальных погодных явлений, когда волновые аномалии в атмосфере настолько велики, что раздвигается пространство.

Елена тем временем хмуро смотрела на бывшего охотника. Уставившись на протянутые ею бумажки, Зуррга надолго завис, о чем-то напряженно размышляя. Что же такое особенное на них написано? И ведь не отвечает. Наконец ее собеседник соизволил заговорить и, как оказалось, совсем о другом.

– Скажи-ка мне, Елена, какая погода была, когда ты приехала на Хильмандук?

– На какой еще, с позволения сказать, Хильмандук? Я ехала из Ставрополя через Нефтекумск в станицу Урожайная, на хуторе рядом с которой мы сейчас и находимся.

– Нефтекумск?

– Хильмандук?

Немая сцена.

3

Говоря, до всего договоришься. Елена и Зуррга в подробностях рассказали друг другу свои истории, поудивлялись, потом еще раз поудивлялись, потом еще раз поудивлялись.

Конечно, произошедшее выглядело фантастично, но все несуразности, которые Елена раньше упорно отказывалась замечать, прекрасно укладывались в предложенную Зурргой теорию.

О возвращении домой девушка особенно не переживала – раз появление неизвестных людей в этих местах не редкость, значит, это достаточно частое и в целом безопасное явление. Тем более с учетом того, что наверняка не все такие происшествия становились известны широкой публике.

Точкой переноса для нее была старая кушетка, на которой она проспала удивительное явление, и которая совершенно очевидно принадлежала ее собственному миру. Так что при малейших признаках непогоды надо будет просто забраться на нее. И заранее распихать по ящикам все принадлежавшие хозяйке книги и журналы.

Оценив ситуацию, Зуррга принялся переснимать все подряд страницы авиационных журналов на коммуникатор: неизвестные в Минангапау идеи в области создания летунов дорогого стоят.

Споро перелистывая страницы, он рассказал Елене о бумагах, которые отдал ей пожилой хазарин. Хотя, наверное, теперь следовало говорить бенголугец.

– Серьезно, большие деньги? – удивилась девушка. – Жаль, что я их не получу.

– Отчего же не получишь? У учредителей агрокорпорации «Саюрран сегарр барру» прекрасная репутация.

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Они произвели очень благоприятное впечатление. Но поскольку в Бенголуку я ни при каких обстоятельствах не попаду, этот чек и визитка окажутся просто сувенирами на память.

Зуррга отвлекся от своего занятия и внимательно посмотрел на девушку. Картинка об их совместном будущем в голове у него уже сложилась.

Родители его, конечно, удивятся такой невестке, но несомненно примут ее, благо, она совсем не бесприданница. Елена – девушка умная, она быстро выучит язык, и, если захочет, восстановит свой диплом и будет работать. Кадастровые инженеры нужны и в Бенголукку. В конце концов, он может устроить жену на работу и в свою компанию.

Способ связаться с ее родней Зуррга отыщет, ведь теперь, когда стали известны предположительные причины перемещения, поймать новую локальную волновую аномалию он, скорее всего, сумеет. Потом они заведут парочку детишек, и…

Вот только преставление о ближайшем будущем у Елены, как выяснилось, оказалось совершенно другим. Зуррга поспешил донести до супруги свою точку зрения.

– Вообще-то мы скоро вместе полетим в Бенголуку. Вот только дождемся этого бездельника Надиярра. Неужели он до сих пор дуется?

– В смысле – полетим? Вообще-то у меня автобус.

– В смысле – в смысле? Вообще-то у нас в Минаггапау принято, чтобы муж и жена жили вместе.

– А мы, оказывается, муж и жена?

Зуррга промедлил с ответом. Когда они разбирались в ситуации, истории с клятвой перед тотемом он коснулся вскользь – не это ведь было главным. К тому же, избраннице может не понравиться, что брак у них почти что принудительный. Но кое-что пришлось все-таки рассказать.

– Мы вступили в брак, заключенный тотемом. Большая редкость в наши дни. Но юридически он безупречен. Ты же видела эти звездочки. После первого нашего раза? И потом еще?

Мужчина жадно заглянул Елене в глаза. Девушка смутилась.

Звездочки Елена видела, но подумала, что это от крышесносного оргазма у нее так сверкает перед глазами.

– И, кстати, ты можешь быть уже беременна, – добил сомневающуюся супругу Зуррга.

– Мы же предохранялись!

– Зачатье в браке, заключенном тотемом, такая ерунда не остановит!

– Так это же совершенно меняет дело! – слишком спокойно для открывшихся обстоятельств произнесла девушка. – На самом деле – нет! Мне надо подумать. Дай мне немного времени.

Елена вышла из комнаты и аккуратно закрыла за собой дверь.

Зуррга пожал плечами и продолжил фотографировать страницы авиационных журналов. Пусть, действительно, жена немного успокоится. Потом договорим.

К тому времени и Надиярр перестанет дуться и присоединится, наконец, к брату.

То, что в отличие от него, Надиярр клятву, данную перед тотемом, не исполнил, и попросту не может войти в Дом жриц, в голову Зуррге не приходило. Поэтому он спокойно продолжал свое дело, надолго задерживая взгляд на особо заинтересовавших его чертежах. О том, что покинуть Хильмандук так просто не получится, он в этот момент даже не подозревал.

Глава двадцать пятая, в которой Лестари Трай забирается в летающую тарелку

«У всех, кто это видел, в душе родился крик,

А режиссер сказал мне напрямик:

– Играешь роль, такую роль,

О, в эпизоде, безусловно, ты король»

Олег Рябоконь.

1

В путь Канат, как и было запланировано, отправился с самого раннего утра, когда в доме все еще спали. Поездка была хорошо продумана и рассчитана по времени. На отцовский «Ниссан» у него была доверенность. Подарки родне мать упаковала с вечера. Канат туда и не заглядывал, но из одной из трех больших сумок, в рядок стоящих на заднем сиденье, заманчиво пахло копченой рыбой.

По раннему времени дороги были почти пустыми. Канат включил радио и бездумно подпевал какой-то песне. На лицо все время наползала улыбка. Как резко и удивительно изменилась его жизнь! И какими извилистыми тропами находит нас любовь!

Если бы он не закончил в свое время автодорожный колледж (а варианты были!), как следствие не попал бы в армии в ремонтный полк и не познакомился бы с Костасом, то судьба бы никогда не занесла бы его в станицу Урожайная и он не встретил бы Лестари!

Но судьба была к нему благосклонна и привела к самой лучшей девушке на свете. Одна мысль об этом делала парня счастливым.

Невесту на прощание вчера он вчера так и не поцеловал, да что там, даже не чмокнул в щечку.

Вообще чувственный аспект их отношений по современным меркам складывался причудливо. Все, что будущие супруги к этому моменту себе позволили – это ходить «за ручку». Ведь быстрота, с которой принималось решение о браке, была продиктована лишь личными обстоятельствами невесты, иначе бы они до сих пор только присматривались друг к другу.

Канат помнил, что его Лестари долго жила в закрытом интернате, и боялся ее спугнуть. К тому же молодой человек хотел подарить своей девушке конфетно-букетный период ухаживаний, имеющий особенную прелесть в истории любви.

Он искренне собирался провести с этой женщиной всю жизнь, потому стратегия соблазнения заметно отличалась от варианта «постель не повод для знакомства».

Родителям его, кстати, и в голову не пришло селить сына с невестой в одну комнату, что, возможно, с подшучиваниями сделали бы в другой семье. В некоторых вопросах Джунгалиевы были ужасно не современными.

Что касается Лестари, то она вообще ни о чем таком не думала и тоже никуда не торопилась. Она была уверена, что все в жизни придет в свою пору. Сейчас ей нравилось просто смотреть на Каната, говорить с ним, касаться его руки. Когда они больше привыкнут друг к другу, появятся и другие желания, а после заключения брака и право на них.

До автомобильного пункта пропуска Караузек через границу с Казахстаном насчитывалось всего-то километров шестьдесят, и очень скоро Канат был на месте. Сейчас пограничники проверят у него документы, полюбуются при досмотре на гостинцы, и через несколько часов он будет в Атырау. Идеально будет успеть до начала рабочего дня. Но первая его половина тоже допустима. Мало ли, какие люди будут задействованы для решения вопроса с документами. Хорошо бы застать их на рабочих местах. Иначе первый день пройдет впустую.

Дядя Биржан его уже ждет.

Наверное, гадает, зачем к нему едет троюродный племянник. По телефону Канат не сказал ему даже того, что разговор «не телефонный». Но дядя догадался, конечно, что все это не просто так. Сказал позвонить сразу, как будет подъезжать. Биржан уйдет с работы, чтобы его встретить. Сразу же и поговорят. Главное, чтобы тетя Алысым его не закормила. Казахстанские родственники, они такие.

Граждан, желающих выехать в Казахстан, в этот час было мало, и очень скоро парень пересек границу и двинулся в сторону бывшего Гурьева.

По сторонам простиралась голая песчаная равнина до горизонта. Трасса оставляла желать лучшего, и Канат подумал, что, пожалуй, дорога займет больше времени, чем он рассчитывал. Но ничего страшного. Он не самурай, у него есть цель, а не только путь.

2

Лестари отлично выспалась и наслаждалась каждой минутой новой жизни. После почти семейного завтрака с родителями жениха и тетей Гулнуз, они с Костасом собрались на прогулку по центру Астрахани. Быть гидом у них собиралась Диляра, которую ждали в доме с минуты на минуту.

Культурная программа для гостей была сформирована накануне с участием Каната.

Сегодня они с Костасом, Дилярой и Алиной осматривают кремль и набережную Волги. Может, зайдут в какой-нибудь музей. Устроят фотосессию. Посидят в кафе.

В пятницу той же компанией с утра катаются на прогулочном речном трамвайчике с говорящим названием «Волга. Пиво. Рыба». Пить пиво на нем не обязательно, и можно просто любоваться на окрестные красоты.

Вечером того же дня со старшей сестрой Каната Камилой и ее мужем Андреем, единственными в семье меломанами, идут в оперный театр слушать «Пиковую даму». Им очень повезло попасть на закрытие сезона.

Другие члены семьи оперу любили не очень, объяснили гостям.

Костас хотел было сказать, что он тоже оперу «не очень», но поймал грозный взгляд друга, вспомнил о своих обязанностях телохранителя и сник. На своем смартфоне он успел заглянуть на сайт оперного театра. Три действия, три с половиной часа! А ведь у Чайковского наверняка есть оперы и покороче!

В субботу же все дружное семейство договорилось выехать за город на рыбалку и шашлыки на трех машинах. Если успеет вернуться Канат – на четырех.

Лестари такой план очень понравился. Ей было все интересно в стране, где она неожиданным образом оказалась. Да и вообще она больше года не была в театре. И уже не помнила, когда просто гуляла по городу.

Костасу предстоящие развлечения тоже показались стоящими. Ну, кроме оперы. А вот выезд на природу – это пять!

Он тут же вызвался принять участие в приготовлении шашлыков.

У него есть свой проверенный способ.

Конкурс шашлычников? А давайте!

Для прогулки Лестари выбрала свою самую нарядную одежду. Где-то в доме уже раздавался жизнерадостный голос Диляры, и она поторопилась застегнуть бунчу и выйти на улицу, где девушек уже дожидался Костас.

Посмотрев на будущую невестку, Диляра ненадолго зависла. Потом попросила ее на пару минут занять Алину и вернулась в дом.

Лестари села на скамейку и устроила девочку у себя на коленях. Малышка немедленно начала ощупывать и пытаться открутить блестящие камешки с ее одежды.

Сама Диляра помчалась к матери, которая возилась на кухне.

– Мама, мне кажется, у Канатовой девушки на жилетке натуральные камни, – сказала почему-то шепотом. – Не бриллианты, конечно, но полудрагоценные точно. Я приметно такие в каталоге видела, когда мы подарок Камильке искали.

– Не может… вполне может быть, – ответила мать беспокойного семейства, припомнив кое-что.

Сынок вчера говорил, что его невеста из богатой семьи, но получение наследства надолго откладывается.

Алтынай тогда не придала его словам особого значения.

Того, что «будет когда-то потом», все равно что нет.

Конечно, девушка с приданым была бы лучше, чем девушка без приданого, но пытаться запретить жениться своему ребенку, когда у него так горят глаза? К тому же будущая невестка ей самой сильно понравилась, и глава семьи сказал свое веское «да»…

– Что делать, она же гулять в ней собралась! – продолжала частить Диляра. – По улице!

– Что делать, что делать… А сходите-ка вы, девушки, сначала в магазин. Купите Лестари что-нибудь легкое-повседневное. И для оперы тоже что-нибудь подберите. И для пикника. Деньги я сейчас дам. И с Алиной пока посижу.

– А ей что скажем? Вдруг обидится?

– Успокойся, твоя мама все решит.

Солнце припекало не на шутку, и на улице уже с утра было жарковато. Лестари почувствовала себя некомфортно. Закрытое платье, да еще и бунча… Кажется, она оделась не по погоде. Вон, Костас стоит в легкой футболке и смешных хлопковых штанах чуть ниже колен, и ему хорошо. А ей жарко. А Алине весело, хотя оторвать хотя бы один камушек с бунчи у нее не получалось – мастерицы из лучшего столичного ателье работали на совесть.

Положение спасла мама Каната. Она предложила до прогулки сходить в, кажется, молл и купить Лестари немного одежды по погоде, чтобы потом о ней уже не думать и спокойно развлекаться.

– У нас тут очень жарко. Можно даже получить тепловой удар, – пояснила старшая женщина.

Лестари совершенно спокойно отнеслась к тому, что семья Каната купит ей одежду. Дядя ее всегда одевал, хотя и не так, как ей хотелось бы. Невелики траты. И когда-нибудь она обязательно отдарится.

Вчера, когда они ехали по городу, Лестари обратила внимание на то, как одеты женщины и отметила, что ее стиль довольно сильно отличается. На большинстве были легкие открытые наряды, но встречались и такие, что по закрытости одежды давали негуквонгкам сто очков форы. У некоторых даже лицо было закрыто. И как тут понять, что считается приличным, а что на грани? Как надо одеваться, чтобы на тебя не показывали пальцем?

Девушка решила ориентироваться на сестер жениха. Они замужние женщины из порядочной семьи. Значит, то, что они носят, прилично и допустимо. Хотя и немного непривычно. Даже ее двоюродные сестры Путри и Пати, считающие себя модными девушками, не одеваются так смело. Дело, наверное, в местном климате. У них на островах все-таки попрохладнее.

Бродить по торговым центрам с Лестари Диляре совсем не хотелось. Дело это, конечно, занимательное, но очень уж времязатратное.

С тех пор, как она обзавелась мужем и ребенком, девушка стала относиться к своему временному ресурсу совсем иначе. Одежду она теперь покупала в онлайн-магазинах. Или ездила в огромный мелкооптовый магазин-склад. Там работает ее школьная подружка, и это очень экономило время покупок, да и деньги, к слову, тоже. Туда, ориентируясь по навигатору, Костас их и отвез.

Диляре было очень любопытно наблюдать, как будущая невестка выбирает одежду под обозначенные задачи. Никаких советов она гостье не давала, только сообщила, что «верх» для дневных прогулок стоит брать с небольшими рукавчиками или крылышками – иначе плечи обгорят. И что в театр здесь одеваются прилично, но особенно не наряжаются.

Добычей Лестари стал светло-салатовый хлопковый сарафан на широких бретелях (прогулка по набережной), укороченные голубые джинсы и в тон футболка (речной трамвайчик), платье классического кроя спокойного синего тона с небольшим рукавом (театр) и симпатичный спортивный костюм (выезд за город). К костюму нашлись легкие летние кроссовки. «Городская» обувь Лестари не понадобилась – ее собственная была качественная и удобная.

Вещи девушка выбрала очень быстро, почти не глядя, но все они были добротными. В сторону ярких дешевок с люрексом или аляповатыми принтами она даже не смотрела. Тем не менее итоговая сумма оказалась невелика – магазин был не из дорогих.

– Ого! – прокомментировала выбор покупательницы продавщица Ольга. – Я и не знала, что у нас тут водится такая одежда. У вас, девушка, отличный вкус.

Лестари растерянно улыбнулась. Делать покупки в магазинах такого класса ей до сей поры не доводилось. Но, пожалуй, ей понравилось. Была в таком подходе какая-то свобода. Да и строгих критиков вокруг не наблюдалось. Ни одного!

3

Во время прогулки по набережной Волги нарисовалась неожиданная проблема.

На Лестари смотрели.

Она, конечно, привлекала к себе внимание и в станице Урожайная, именно поэтому хитрый Суроваткин сразу предложил ей работу, но там масштабы были не те.

Сама Лестари всеобщего внимания совсем не замечала, равно как и Диляра, занятая капризничающим ребенком, но Костас слегка напрягся. Сейчас, когда невеста друга рассталась с немодными шмотками и переоделась в светлый летящий сарафан, он и сам наконец заметил, что девушка фантастически красива. И, несмотря на современную одежду, продолжает выглядеть необычно.

А уж когда они приступили к фотосессии и Лестари вытянула из волос удерживающие их заколки, то и вовсе собрала небольшую толпу, скопившуюся, правда, в некотором отдалении. Люди с восторгом смотрели, как черная шелковая волна волос с алыми искорками тяжело качнулась и рассыпалась у девушки до колена. Она чуть повела головой и улыбнулась.

Прогуливающиеся по набережной граждане думали, что идет съемка для какого-то модного журнала, и останавливались понаблюдать за процессом. Многие и сами достали телефоны, чтобы запечатлеть такое чудо.

Лестари на внимание публики особого внимания не обращала. Может быть, здесь так принято?

Костас же не знал, продолжать ли фотосъемку или разумнее будет прекратить развлекать отдыхающих? Невольно он начал немного нервничать. Хотя что может случиться в самом центре города при большом скоплении народа?

Как оказалось, многое.

Фотомодель, которую он попросил слегка повернуть голову влево, разглядела что-то вдалеке, неожиданно подорвалась с места и побежала.

Алина, которая совсем недавно начала ходить и сейчас топталась на пухленьких ножках рядом с коляской, радостно взвизгнула и потянулась поймать взметнувшиеся по ветру волосы беглянки.

Костас с Дилярой растерянно переглянулись.

– Я за ней, – выкрикнул парень уже на ходу. Диляра усадила Алину в коляску, пристегнула ее ремнем и ускоренным шагом двинулась следом.

В Астрахани снимали очередное кино.

Кинематографисты этот населенный пункт нежно любили.

Во-первых, здесь, благодаря отцам города, традиционно не спешившим его благоустраивать, имелась в избытке старинная натура, позволяющая снимать фильмы из жизни хоть восьмидесятых, хоть пятидесятых, хоть тридцатых годов прошлого века, а то и времен батюшки царя или вовсе Золотой Орды.

Для последнего, правда, следовало отъехать от областного центра километров тридцать.

Во-вторых, когда в других регионах страны уже выпадал (или еще не растаял) снег, в Астрахани было тепло и солнечно, и замешкавшимся киношникам удавалось снимать здесь лето хоть в октябре, хоть в апреле.

Сейчас в городе шла съемка фантастического сериала под предварительным названием «Чудесатые будни». Летающая тарелка стояла под стенами Дворца бракосочетаний уже неделю, и горожане перестали обращать на нее внимание. Но не Лестари.

Бутафорский инопланетный корабль показался ей похожим на нестандартный летун с родины, сделанный по индивидуальному заказу.

Внезапно выяснилось, что огромное количество новых и странных впечатлений, свалившихся на нее в короткий срок, не прошло для воспитанницы закрытого интерната даром, и все время у нее в сознании сжималась какая-то пружина. И вот теперь она разжалась.

Неведомо, что перемкнуло у Лестари в мозгу, но ей нестерпимо захотелось прикоснуться к чему-то знакомому и перекинуться хоть с кем-то парой слов без использования универсального переводчика. Ноги сами понесли ее к незнакомому летуну. На подходе к летающей тарелке она споткнулась и изящной рыбкой влетела внутрь через широкий проем.

Вторая операторская группа, занимавшаяся видовой съемкой, состояла из двух человек: оператора Евгения и его ассистента Валерия. В то время как первая, основная группа снимала сложные игровые эпизоды с ведущими актерами, маленькая вторая отвечала за виды города и простенькие сцены, не требующие особых постановочных действий.

Например, должна была отснять припаркованный на набережной города инопланетный корабль и граждан, равнодушно проходящих мимо.

Собственно, таких была полная улица, но снимать надо было не кого попало, а специально нанятую массовку, которую скоро должны были подвезти на автобусе.

По сюжету сериала провинциальный город находился в аномальной зоне, где пересекаются космические пути. По его улицам свободно разгуливают инопланетяне и происходит всякое занятное. Жители города к чудесам привыкли и особого внимания на пришельцев не обращают.

Бутафорская летающая тарелка, куда упала Лестари, внутри была абсолютно пустой. Сцены в космическом корабле снимала в другом помещении как раз первая операторская группа. Муляж же был нужен для того, чтобы из него высаживались инопланетные туристы, и для некоторых других сцен.

Оператор Евгений, лениво снимавший виды набережной и неспешно двигавшийся по Волге речной трамвайчик, бегущую Лестари заметил издалека и рефлекторно перевел камеру на нее. Девушка ошеломляла. На нее хотелось смотреть и смотреть.

– А вот и настоящая инопланетянка, – ошарашено сказал ассистент Валерий. – Бежит, волосы назад.

– И ты тоже беги, любой ценой запиши ее в массовку. Так надо. А я продолжу снимать, – распорядился оператор.

Как оказалось, продолжил съемку он не зря.

На набережной появился еще один колоритный персонаж.

Симпатичный, спортивного вида парень с медальным, как у Остапа Бендера, профилем, целеустремленно бежавший вслед за странной красавицей, без раздумий влез в летающую тарелку вслед за ней. Как это было и с девушкой, Евгений не смог с ходу определить его национальность. Тоже инопланетянин?

Покушения на собственность съемочной группы на этом не закончились. Сильно проигрывая в скорости, за «инопланетянами» спешили еще двое, причем один из преследователей ехал в детской коляске. Толкавшая ее девушка-азиатка (естественно, тоже красивая, на автомате отметил Евгений) тоже целеустремленно двигалась к летающей тарелке.

Сидящего в коляске ребенка быстрая поездка необычайно радовала, он весело размахивал ручками и что-то лопотал.

Забираться в тарелку новая девушка не стала, но голову туда засунула без раздумий. После коротких переговоров инопланетные захватчики покинули корабль.

Первым и тарелки выбрался Остап Бендер. Он подал руку инопланетянке, и она вышла оттуда с таким царственным видом, как будто была пассажиркой, тарелка действительно только что приземлилась, и приближенный к высокой особе телохранитель помогает ей спуститься на бренную землю. Внешность ее от падения внутрь муляжа нисколько не пострадала.

Евгений продолжал снимать.

Наконец к месту происшествия добежал слегка запыхавшийся Валерий. Его небольшой животик, обтянутый бежевой футболкой, смешно колыхался от учащенного дыхания.

– До-о-брый день! – обратился Валерий к проштрафившимся провинциалам, намеренно растягивая звуки и фиксируя таким образом внимание на своих словах. Так его научили на тренинге по управлению голосом. Различных тренингов ассистент прошел великое множество, и они здорово добавляли ему уверенности в себе.

Хулиганы вразнобой поздоровались. Парень с медальным профилем слегка напрягся, небезосновательно ожидая упреков. Молоденькая азиатка с ребенком выглядела растерянной. Лицо инопланетянки сохраняло безмятежность.

– Мы здесь снимаем сериал, – со значением проговорил Валерий. – Фантастический. Сейчас набираем людей в массовку. Вы так интересно взаимодействовали с муляжом летающей тарелки. Не хотите поучаствовать в съемках?

Валерий, конечно, изрядно лукавил. Массовку уже давно набрали, да и не его это была сфера ответственности. И заинтересован его начальник был только в длинноволосой красавице, а не во всех здесь присутствующих. Но Евгений ясно дал понять – любой ценой. И Валерий повел разговор так, как посчитал нужным.