Текст книги "Ленуха Маклай, или Семь Пятниц на деревне (СИ)"

Автор книги: Ирина Дарсеньева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

«Надо будет дома с цитрусовыми вариантами шарлотки тоже поэкспериментировать, девочек удивить, – между делом думала кулинарка. – Кстати, домой ведь совсем скоро, отпуск заканчивается. А я ни разу даже по лесу не побродила. Попросить, что ли, новых туристов взять ее с собой в «пампасы»? Вон как шустро они убежали назад за ограду. Старички-дачники так не делали».

Жрица выглянула в окно и увидела туристов, которые почему-то снова шагали в сторону леса. И когда они успели вернуться? Елене показалось, что и тогда, и сейчас с одеждой мужчин было что-то не то, но вот что именно, не давало разглядеть слишком уж большое расстояние.

И кстати, об одежде. В чем пойти на намечающийся ужин? Неудобное жреческое одеяние, честно говоря, надоело до чертиков. Но если она придет на ужин «в гражданском», не будет ли это расценено мужчинами неправильно? Думай, Ленуха, думай. Время до ужина еще есть.

Глава двадцать первая, в которой Лестари Трай предлагают работу

«Каждый труд благослови, удача!»

Сергей Есенин.

1

Первое, что стала делать Лестари на следующее утро после того, как стала невестой лучшего парня на свете, это запоминать местный язык. Для начала она решительно отключила (но не сняла) универсальный переводчик, чтобы попробовать метод языкового погружения.

За время, проведенное в поселении Плодородное, в ее памяти уже отложилось немало слов, которые наиболее часто приходилось повторять за переводчиком. Язык, на котором говорили на острове Хильмандук, довольно сильно отличался от государственного. Раньше Лестари не обращала на это внимания, бездумно повторяя за переводчиком фразы, но теперь осознала, что относится он к совсем другой языковой группе.

Странно это немного, конечно, ведь хотя Минангапау островное государство, речь жителей шести его провинций отличается разве что небольшими фонетическими особенностями, которые не каждое ухо и уловит.

Могут ли жители отдаленной островной гряды говорить на совсем другом языке? По логике вещей, здесь мог появиться максимум диалект. И, самое главное, на Хильмандуке был свой отдельный алфавит и другая письменность! Причем уличные указатели и названия учреждений почему-то не дублировались на государственном языке!

Кстати, и плотность населения здесь довольно большая, а ведь считается, что Гиллисулатская гряда почти безлюдна.

Во время вчерашнего разговора на крыше Канат рассказал, что язык, на котором она общается с ним с помощью универсального переводчика, русский, что сам он казах, а его друг, помогавший тащить лестницу – грек. И что ее наставница и квартирная хозяйка жрица Светлано – казачка, но это не национальность. «Поселение Плодородное – казачья станица», – пояснил тогда Канат, но понятнее не стало. А жить, когда поженятся, они станут в Астрахани, и язык там точно такой же.

Пообещав себе позже как следует разобраться в странных местных хитросплетениях, Лестари решила сосредоточиться на основном: разговорный язык, письменность, законодательство, быт, учеба и работа. Именно в таком порядке, хотя учеба и работа могут временно поменяться местами.

Канат примчался к дому Светланы с самого утра. Увидев его немного ошалевшее от счастья лицо и огромный, немного растрепавшийся от быстрого шага букет в руках, хозяйка догадалась, что парень не завтракал, и усадила его вместе с собой и Ленуччей за стол.

Отсутствием аппетита, как и излишней скрытностью, влюбленный не страдал – с явным удовольствием поглощая предложенные блюда, он рассказал хозяйке, что они с Лестари решили пожениться, и через пару дней он повезет невесту знакомить с родней в Астрахань. Но пусть СветланаАлександровна не переживает – через несколько дней он вернет туристку на место. Лето они точно проведут в Урожайной, а там будет видно.

Лестари была удивлена известию, что она, оказывается, едет в Астрахань, но ничего при Светлано говорить не стала. Это дела ее и жениха. Чуть позже он сам все ей расскажет.

Но события для нее развивались чересчур стремительно. Знакомство с родителями жениха для любой девушки весьма волнительно. А если он стал женихом только вчера? А если ты всего три недели назад вышла из закрытого интерната, и жизнь твоя, казалось, была поминутно расписана деспотичным дядей на долгие годы вперед?

Впрочем, единожды приняв решение, отказываться от него Лестари не собиралась. Родители так родители, Астрахань так Астрахань. Все равно ее жизнь меняется бесповоротно, и она будет смело идти по новой дороге.

2

Решение везти Лестари в Астрахань пришло к Канату не сразу. Шагая вчера после прощания с невестой по вечерней станице и стоя планы на замечательно счастливое будущее, он на себе прочувствовал ситуацию, изложенную в известной детской загадке о способах транспортировки через реку козы, кочана капусты и волка.

Чтобы раздобыть для Лестари местные документы, он должен вернуться в свою область и уже оттуда съездить к троюродному дяде Биржану в приграничный Казахстан. При удаче можно обернуться дня за три-четыре, но с запасом времени на всякие непредвиденности придется рассчитывать на неделю.

Оставить невесту здесь? Нет, это совершенно немыслимо. Мутный дядя-опекун никак не выходил из головы и никакого доверия парню не внушал. Слишком велик риск, вернувшись с документами, уже не найти Лестари в станице.

Взять девушку с собой и оставить у родителей? А если, пока он будет в Казахстане, и туда явится мутный дядя и что-нибудь им наболтает? Родителям будет трудно возразить старшему родственнику девушки.

Пожалуй, стоит прихватить с собой в качестве телохранителя Костаса. И, объяснив вчерне ситуацию, убедить его костьми лечь, но Лестари, пока он в отъезде, никому не отдавать. Костас – парень кремень. На него можно положиться.

А добираться до родительского дома как? Конечно, для того, чтобы купить билеты на автобус, паспорт не требуется. Но вдруг проверка какая-нибудь, а документов у Лестари нет. Решат еще, что она нелегальная мигрантка. Нет уж, ехать лучше на машине. Зря, что ли, они с Костасом «Хундай» по винтику перебирали? Ехать аккуратненько-аккуратненько, не привлекая к себе внимание дорожной полиции. Не гнать. На дорогу часов восемь тогда уйдет. Да, пожалуй, так и поступим. Костас не откажет.

Но сначала надо немного приучить к себе невесту, пообщаться побольше, устроить обещанную фотосессию. Сводить любимую в станичную парикмахерскую, если ей этого так хочется. Можно и в салон красоты в Нефтекумск съездить. Пара дней ничего не решит.

И родителей стоит предупредить заранее. Пусть готовятся. Вот прямо сейчас и позвонить, пока время еще не очень позднее. Хотя Астрахань в другом часовом поясе, там сейчас на час позже…

Звонить или не звонить?

… Часовая стрелка перевалила за одиннадцать. В былые времена в большой семье Джангалиевых в это время официально объявлялся отбой. Но по факту неугомонных отпрысков удавалось утихомирить только часам к двенадцати. Сейчас, когда никого уже не требовалось кормить утром завтраком с раннего утра и выпроваживать на учебу, Алтынай и Хамза стали позволять себе ложиться позже, проводя вечер за неспешными разговорами или просмотром сериала.

В доме было непривычно тихо. Замужние дочери живут отдельно, младший сын и наследник на все лето уехал к другу в Ставропольский край. Сейчас с ними живет только тетя Гулназ – год назад Джангалиевы забрали в свой дом из райцентра бездетную родственницу отца семейства. Пожилая женщина рано отправлялась спать и участия в вечерних посиделках супругов не принимала.

Телефонный звонок с трудом пробился через звуки экранного мордобоя – сегодня фильм выбирал Хамза. Алтынай взяла телефон и хотела выйти из комнаты, но ее бдительный муж остановил фильм. Кто мог звонить в такое время? Даже для телефонных мошенников уже поздновато.

– Мама, здравствуй, я нашел себе невесту! – возбужденно протараторил в трубку Канат, и, предвосхищая все вопросы, добавил: – Скажи отцу! В среду привезу знакомиться! Мы вместе с Костасом приедем, на несколько дней!

– Что хоть за девочка-то? – взволнованно спросила будущая свекровь.

Алтынай Нуржановна уже два раза становилась тещей и трижды – бабушкой, и вот теперь и самый младшенький готовится свить свое гнездо. А что еще нужно нормальной казахской женщине для счастья? Однако, хорошо зная своего сыночка, женщина немного волновалась – Кана никогда не искал в жизни простых путей.

– Лестари здесь в турфирме работает, – не стал вдаваться в подробности Канат.

Дома он, конечно, все досконально родителям расскажет. У них в семье было не приято таиться друг от друга. Но некоторые разговоры совсем не телефонные.

– Не беспокойся, она тебе понравится, мама.

«Главное, чтобы она тебе нравилась, а с остальным разберемся», – смиренно вздохнула женщина. Материнское сердце подсказывало ей, что невестой – кстати, что это за имя такое – Лестари? – окажется не самая заурядная девушка.

3

Для прогулки Лестари пришлось надеть ненавистную бунчу, в которой она выезжала из дядиного дома на остров Хильмандук под прицелами фотокамер. Несмотря на всю нелюбовь Лестари, наряд этот отличался своеобразной солидной красотой. Дорогая ткань, отличный, хотя и старомодный крой, недешевые отделочные камни и золотая нить – шедевр портняжного искусства был пошит в лучшем столичном ателье.

Однако плотный жилет, хотя и красиво расшитый, был для уроженки ветхозаветной провинции символом принуждения.

И достала бунчу девушка вовсе не из соображений принятых в Негуквонге приличий. У Лестари просто-напросто было с собой маловато одежды.

Перед отъездом на Хильмандук дядя не дал ей толком собраться, а его слова, что в Доме жриц найдется все необходимое, оказались пшиком. Может, где-то там и хранилось что-то подходящее, но Светлано почти сразу забрала ее в поселение Плодородное. И решение это, как оказалось, переменило ее судьбу!

До сего момента вопрос с одеждой девушку не беспокоил, в принципе, ей всего хватало. Но ведь сейчас она пойдет на настоящее свидание? И бунча оказалась самым нарядным предметом среди прихваченных в спешке с собой вещей. Девушка надела ее поверх закрытого платья, которые в основном и составляли ее гардероб, еще раз придирчиво осмотрела себя в зеркало и, вздохнув, вышла к жениху.

– Как необычно, красиво, – залюбовался Канат. – Что-то этническое?

… И Лестари отпустило. Она вдруг поняла, что бунча для нее отныне – это просто жилет, дорогой и действительно красивый. Захочет – наденет, захочет – нет. Так-то он даже удобный. И карманы есть.

Парочка взялась за руки и отправилась неспешно гулять по станице. Для начала Канат, как и обещал, повел Лестари в единственную местную парикмахерскую. Не прямо вот так сразу стричься – а оценить, достойно ли его прекрасной невесты это заведение.

Несмотря на огромное количество туристов, посещающих станицу, урожайнинская парикмахерская «Молодость» обилием клиентов похвастаться не могла. Туристы в нее вообще не забредали, предпочитая стричься у себя «в столицах», а местные модницы стремились по возможности наводить красоту в Нефтекумске. Причина последнего отчасти была в дурном характере сорокалетней парикмахерши Наташи, хотя мастером она была неплохим, пусть слегка и отставала от последних веяний в куафёрском искусстве.

Так что клиентами «Молодости» была совсем уж невзыскательная публика из местных, что несказанно огорчало директора урожайнинского филиала «Ясных зорь» Артема Олеговича Суроваткина. Мужчина стремился вовлечь в туристическую орбиту каждый актив станицы, но местный «салон красоты» никак туда не вовлекался.

А ведь можно было бы предложить туристам «старинные станичные укладки» – например, завитые чубы для мужчин и хитро наверченные косы (хотя бы и с накладными волосами) для дам. Казачьи фуражки напрокат и на продажу, мастер-класс по завязыванию платков…

Артем Олегович бранился на несговорчивую и грубоватую Наташу и много раз обещал себе организовать ей расторопного конкурента, но руки все не доходили и не доходили.

Сегодняшнее происшествие и вовсе переполнило неглубокую чашу его терпения, хотя Наташа тут была вот совсем ни при чём.

Организатором суматохи стал сотрудник турфирмы Сергей Айвазян, который, несмотря на свой больничный, так и шастал по станице, опираясь на алюминиевый костыль.

Артем Олегович заметил его в окно издалека, когда тот, хромая, бежал в правление.

– Там… туристка эта… тамада… Люстра. В парикмахерскую пошла!

– Какая еще люстра? – раздраженно спросил Суроваткин. Он не любил излишнего мельтешения. С туристами постоянно возникали «чисто рабочие» проблемы, и решать их следовало тонко и деликатно, а не вот это вот все.

– Длинноволосая, которая в обряде женской инициативы на крышу забиралась! С казахом пошла, он у Иониди гостит.

– Я так и знал! – воскликнул Артем Олегович, имея в виду, конечно, не посещение Лестари парикмахерской, а обнаружившегося в ее обществе Каната. – То-то они с Костасом так хитро переглядывались. Увезет девку, поганец! А если и не увезет, так Наташка сейчас всю ее красоту обкорнает. Срочно в «Молодость»!

Руководитель турфирмы был изрядно раздосадован известием. Длинноволосая красавица, даже просто выйдя на улицу, привлекала к себе внимание туристов и сама по себе была отдельным шоу. Артем Олегович собирался предложить ей какую-нибудь (любую!) должность, но, видимо, прособирался.

К парикмахерской Суроваткин подлетел на стареньком мотоцикле с коляской, который держал во дворе правления для вот таких вот внезапных поездок и который также использовался турфирмой в качестве экзотического транспорта – на нем отдельных туристов «по-дедовски» возили на зорьке на рыбалку.

Взлетев по ступенькам, директор турфирмы вломился в салон, ожидая и страшась увидеть там ужасное – роскошные волосы Лестари на полу под парикмахерским креслом. Однако обнаружил внутри одну лишь скучающую Наташу. Ошарашенная таким напором, женщина неожиданно покорно ответила на все вопросы.

– Да, заходили недавно туристы: парень-азиат с очень короткой стрижкой и девушка с очень длинными волосами. Стали осматриваться. Девушка с восторгом разглядывала плакаты с укладками. А чего на них смотреть – они уже лет пятнадцать тут висят. Странная какая-то.

А парень давай зыркать по углам, как будто в санэпистанции работает. Инструменты мои осмотрел, скривился. Тут я наконец не выдержала и говорю: «Вы сюда стричься пришли или на меня поглазеть?» Девушка смутилась, а парень взял ее за руку и сказал: «Пожалуй, мы зайдем позже». И ушли».

Суроваткин подуспокоился, но не слишком. Ушли, но могут вернуться. Надо немедленно разыскать Лестари! И сразу же предложить ей работу! Такие кадры нельзя выпускать из рук. Интересно, куда они могли отправиться? Пожалуй, стоит сделать по станице круг на мотоцикле.

4

…Толпящийся в сквере народ Суроваткин заметил издалека. Разглядеть, что там происходит, с дороги не удавалось, и, оставив на обочине мотоцикл, Артем Олегович ввинтился в большую группу туристов.

Сквер в станице Урожайная был невеликого размера, но очень продуманный и ухоженный. Был в нем и обязательный фонтан, и удобные лавочки, и беседки, и качели, и небольшой помост, с которого почти каждый вечер звучала живая музыка. Танцевальная площадка легко вмещала всех желающих. Планировку клумб разрабатывал настоящий ландшафтный дизайнер, приглашенный из самого Ставрополя.

Ближе к вечеру, согласно сценарию, сюда должна завернуть шумная компания, разыгрывавшая вчера обряд женской брачной инициативы. Сегодня дело уже дошло до свадьбы, но пока народ развлекается на других улицах. Объезжая станицу на мотоцикле, Суроваткин лично видел, как невесту, замотанную в ковер, везут на лошади к дому жениха.

В сквер новобрачные и гости заглянут позже, чтобы от души поплясать. В России все уверены, что знают, как танцевать лезгинку, поэтому на танцевальной площадке ожидается разгул веселой профанации.

Но сейчас-то почему здесь толпится народ?

Как Суроваткин выяснил позже у главного свидетеля событий Костаса, столпотворение началось с невинной фотосессии. Друга Канат вызвонил уже из сквера, когда понял, что им с Лестари срочно нужен личный фотограф. По дороге из парикмахерской они решили, что поспешно стричься в ней не будут. Тем более что через пару дней они поедут в Астрахань, где сестры Каната подскажут самый лучший салон красоты и посоветуют знакомого мастера.

Лестари немного насмешило и растрогало, что Канат боится оставлять ее в станице без себя. Потом она призадумалась и поняла, что его опасения могут быть небеспочвенны. Вряд ли, конечно, ее выдернут с острова раньше времени, но вероятность этого ненулевая. Мало ли что стукнет в голову дяде! Девушка была намерена не предоставлять ему даже крохотного шанса. Поэтому она, конечно, с удовольствием поедет с женихом в Астрахань. И будет рада познакомиться с его семьей.

Что же касается намерения отрезать волосы, для Лестари был важен сам факт, что она свободно может это сделать в любое время. Так что стричься немедленно парочка раздумала, а вот отменять фотосессию не стала. Тем более что на пути удачно попался совершенно замечательный сквер, к тому же в эти утренние часы совершенно безлюдный.

Канат принялся щелкать Лестари на телефон у каждой клумбы, на качелях, на лавочке, у фонтана… Потом уговорил ее распустить волосы… Потом подошел Костас и стал снимать их уже вдвоем… Потом Костас с Канатом стали придумывать для Лестари удачные кадры.

Потом мимо сквера проходили китайцы…

Сначала они просто заворожено смотрели на красивую, экстремально длинноволосую девушку. Осмелев, тоже принялись ее фотографировать. Через некоторое время к парням подошел сопровождавший группу переводчик и сказал, что гости из Поднебесной просят разрешения сфотографироваться с русской красавицей.

Лестари, которую за время участия в организованных турфирмой обрядах снимали уже множество раз, с легкостью согласилась. Видимо, здесь так принято. У нее прекрасное настроение, так почему бы не поделиться им с окружающими?

Канат взирал на всю эту суету вокруг его невесты с олимпийским спокойствием. Почему-то он настолько был уверен в себе и в ней, что ему и в голову не приходило оградить свою девушку от чужого внимания.

Впрочем, скоро это спокойствие удалось кое-кому поколебать.

К громадному удивления Каната, некоторые китайцы захотели сфотографироваться с ним тоже. Сначала парень, заподозрив что-то нехорошее, даже захотел двинуть в глаз особо настойчивому, но вовремя вспомнил об известной китайской привычке фотографироваться с иностранцами. Впрочем, только китайской ли? Туристы в Африке тоже с удовольствием делают снимки на память с местными жителями.

Что уж китайцы разглядели в молодом казахе, одному богу известно. Правда, один турист из Поднебесной спросил через переводчика, русский ли он. Парень, которому потихоньку начал надоедать весь этот цирк, утвердительно кивнул, добавив: «Да, мы, русские, разные бываем». Закончилось все тем, что фотомоделью для туристов стал и красавчик Костас.

Мельтешение народа в парке неизбежно заметили и другие туристы. Сначала они стали снимать на видео, как китайцы снимают друг друга с Лестари, потом сами захотели сняться с китайцами, раз уж такое дело. И понеслось!

В результате, когда к скверу подъехал Суроваткин, там стало уже не протолкнуться. Тормознув и расспросив попавшегося под руку Костаса, Артем Олегович оценил ситуацию и схватился за голову. Деньги у турфирмы уплывают из рук! Ну почему, почему он не предусмотрел в станице и такое развлечение, как фотографирование (за денежку малую) с интересными персонажами!

Конечно, гостям предлагалось сняться на память в национальных костюмах, бурках, папахах, верхом на лошади и тому подобное. Но ведь в Питере на Дворцовой площади можно сняться с Петром Первым, а в Сочи на пляже – с чернокожими «дикарями» в травяных юбках. В станице Урожайная гостям до сей поры ничего подобного предложено не было. А ведь спрос есть, он есть!

Стоит все хорошенько обдумать.

Но сначала надо отловить замечательную туристку, предложить ей работу и уговорить ни в кое случае не отрезать волосы!

Артем Олегович решительно пробрался к Лестари и сказал туристам, что вынужден забрать свою сотрудницу – она ему срочно нужна. Девушка уже немного подустала, поэтому охотно воспользовалась поводом и пошла за директором филиала. А почему он назвал ее сотрудницей, мужчина, конечно, сейчас объяснит.

Канат, не выпускавший невесту из поля зрения, прихватил Костаса и пошел следом. Недовольного Суроваткина он немедленно обрадовал новостью, что Лестари – его невеста, и разговор придется вести в его присутствии.

Известие это Артема Олеговича даже порадовало – значит, перспективная туристка останется в России, а не вернется… откуда она там? На Каната мужчина взглянут даже с некоторым одобрением: «Нет, ну каков хват!»

В правление для разговора отправились на мотоцикле. Канат разместился на сиденье сзади водителя, Лестари усадили в люльку, а Костасу пришлось отколоться от интересной компании и вернуться на машинный двор.

Короткая поездка доставила Лестари неизъяснимое удовольствие. На наземном транспорте она ехала в третий раз в жизни. Первая поездка была еще с родителями, когда они брали Лестари в столицу Саропангуна Картосуотро. Второй раз она проехала по земле со Светлано на ее светло-зеленом механизме. А теперь Лестари и вовсе везли на открытом всем ветрам мо-то-цик-ле, в смешном маленьком отсеке. И это было здорово!

В правлении важный, хотя и недостаточно солидно – для своей должности – одетый мужчина сразу же предложил ей работу. И очень просил (хотя и не настаивал!) не стричь пока волосы, обещая лучшие средства по уходу за ними за счет компании и всяческие любые преференции (но в разумных пределах).

Лестари же впервые за многие годы чувствовала себя свободной. Происходящее она до сих пор отчасти воспринимала как что-то ненастоящее, как какую-то игру. Раньше вся жизнь ее была предопределена на многие годы вперед. Теперь это не так.

Работать в турфирме и развлекать туристов? Участвовать в странных, но веселых обрядах? Позволять этим смешным приезжим сниматься рядом с собой за деньги? А почему нет?

Пока она хорошенько не выучит язык и не подтвердит, точнее, не получит заново хоть один из дипломов, она все равно не сможет трудиться по специальности. И в любом случае ей нужно время, чтобы социализироваться и понять, как устроена жизнь за стенами строгого интерната. Так что, пожалуй, она примет предложение о работе. Только сначала обсудит все с женихом.

А волосы – что волосы? То, что было в тягость, было символом угнетения, несвободы, оказывается, ценится на рынке труда. Отрезать легко, а вот попробуй заново вырастить! Так что можно с этим немного подождать.

Оформить договор с турфирмой сразу не получилось. То, что у перспективной работницы нет ровным счетом никаких документов, Канат Артему Олеговичу рассказывать не стал. Отговорился тем, что им с невестой необходимо ненадолго съездить в Астрахань, а вот когда они вернутся, всенепременнейше в первую очередь придут в правление подписывать договор. Пока до конца активного туристического сезона, а там посмотрим.

Суроваткину оставалось только ждать. Впрочем, дел у главы филиала, как обычно, было по горло, так что желания накручивать себя на тему, вернется ли вообще парочка из Астрахани, у него совершенно не было.

Пришло время отправлять восвояси очередную группу китайцев. И лично проследить, чтобы на этот раз никого в спешке не забыли посадить в автобус. Только неприкаянно бродящих по станице потерявшихся китайцев ему снова не хватало. «Учет и контроль, вот главное, что требуется для». Эта многозначительно оборванная цитата из трудов В.И.Ульянова (Ленина) была у Артема Олеговича на постоянном вооружении.