Текст книги "Ресурс (СИ)"
Автор книги: Инди Видум
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)
В кабинете замок оказался ничуть не сложнее входного – видно, владельцы особняка полагались на магию, но к этому времени все плетения развеялись, так что ставить их придется по новой. С сейфом, в котором и лежали запасные ключи, пришлось повозиться подольше, потому что замок там был куда сложнее. Вообще, дурь несусветная – хранить запасной ключ от сейфа в нем же. Ключ же никак наружу не просочится… Хотя я же не знаю, что за заклинания были раньше на сейфе. Может, как раз и настроено было на то, что ключ выпадет из сейфа в руки носителю определенной крови.
Сейф оказался самым пустым из всех просмотренных мной ранее: внутри оказались только ключи. Ни денег, ни бумаг, ни кристаллов – ничего. Верховцев при виде этой грустной картины тяжело вздохнул, затем бодро сказал:
– Зато будет где ночевать. Нужно только систему обогрева энергией наполнить.
– У меня есть идея получше. Мы сейчас садимся на снегоход и едем обратно.
– Я не могу оставить реликвию, пока идет настройка.
– Пока идет настройка, реликвии вообще ничего не грозит, – с уверенностью, которую не чувствовал, ответил я. – А вот когда она этот процесс завершит, вот тогда и понадобится ее защитить. Мы с тобой обеспечить это дело не сможем.
– Я ее возьму с собой.
– А если зона сдвинется и ее невозможно будет отбросить? Так что нет. Возвращаемся, и быстро. Едем к Резенским.
– Зачем? Я не хочу быть черным вестником, – запаниковал он. – Нет-нет-нет, я не смогу сказать Лизе, что ее брат погиб.
– И не будешь. Думаю, до лета тела вообще никто не обнаружит. Там и тел-то не осталось. Ты же выкрадешь свою Лизу, обвенчаетесь и поедете сюда под охраной. Я сюда вернусь сразу, как довезу тебя до Резенских, и буду караулить реликвию до вашего возвращения. Тайно караулить. О моем участии никто не должен знать.
– Даже Лиза?
– Даже Лиза.
– Да, ты прав, – вздохнул он. – Она может быть заодно с братом.
– Если она убежит с тобой, то она не имеет к делам брата отношения. Я подстрахую, если что, до того момента, как вы доберетесь до церкви.
А заодно проверю, что есть в доме Резенских такого, что может привести меня к уничтожителю реликвий. Не уверен, что займусь этим типом лично, если на меня не нападут, но информация – ценная валюта для любых богов, если их не пускают в собственный мир.
– Но сюда? С Лизой? Переход на лыжах – несколько дней…
– Дам во временное пользование палатку, – предложил я.
– А ты?
– А я вернусь в этот дом, запущу отопление и уберу пыль. Пока приедете – дом прогреется и очистится. Но спальник для Лизы будет нужен все равно – скорее всего, здесь все спальные принадлежности сгнили за это время. Продукты еще возьмите.
Он кивал с такой мечтательной улыбкой, что я уверился – все вылетает из ушей сразу, как влетело. Понадеялся, что в его окружении будет хотя бы один не столь прекраснодушный человек, а кто-то более трезво смотрящий на вещи, а то ведь так и не сможет вытащить княжество…
Выехали мы в ночь, решив несколько часов поспать в одном из убежищ по дороге, с тем чтобы утром добраться до Лизы. В Колманске мы оставили Митю с наказом собирать кристаллы и присматривать за реликвией. В бой не лезть без необходимости. Да и при необходимости тоже – реликвия не наша, а Митя наш, поэтому пусть наблюдает со стороны и потом сообщит. Но я сомневался, что что-то случится: зимой в зону ходили редко и недалеко. А пока поймут, что здесь зоны уже нет, пройдет время, и не только я вернусь, но и Верховцев.
Пытаясь соединить Верховцева и его Лизу, я действовал, не воображая себя неким Амуром. Во-первых, мне было жалко, если княжество не сможет вылезти из дыры, а во-вторых, если Резенские были в курсе планов Дмитрия, то появлялась надежда, что не станут мстить мужу своей теперь уже единственной дочери. И не позволят, чтобы кровиночка жила в княжеском доме с разваливающейся мебелью. Насколько я заметил по Тверзани, весь текстиль в купленном мной доме пришел в негодность. Значит, то же самое случилось и здесь – судя по пыли, здесь защитные заклинания отключились даже раньше.
– А если она откажется? – спросил Верховцев, когда мы устраивались на ночевку.
– Она тебе сама предлагала бежать? Сама. Значит, согласится.
– Теперь я могу попросить ее руку, и мне не откажут, – внезапно осенило его.
– Можешь. Но, во-первых, будет траур по Дмитрию на год, не меньше, а во-вторых, они могут обвинить в его смерти тебя, тогда свадьбы вообще не будет.
– Поверить не могу, что Дмитрий хотел меня убить.
– Он не столько хотел убить, сколько не дать восстановить реликвию. А в случае успеха – ее разрушить. На месте его гибели я нашел занятный контейнер.
Уговорить Верховцева удалось легко, и вскоре мы отправились в обратный путь, очищенный от тварей зоны, но это не помешало мне запустить привычную связку из Снега и Вихря – ничего не должно указывать на мое пребывание в этом княжестве.
Глава 15
Лиза Резенская оказалась весьма симпатичной девушкой, при этом куда более приспособленной к жизни, чем Верховцев. На место встречи, записку о которой подбросил Валерон, она явилась уже и с вещами, и с деньгами. Это мне сообщил Валерон, как и то, что она ни к кому не побежала, ни с кем не стала делиться, а баул с самым необходимым у нее был готов давно – была уверена, что сможет Верховцева убедить в необходимости побега.
Я засел недалеко от Верховцева, чтобы убедиться, что все пройдет нормально. Лыжи у него были только для себя, для невесты я отдал свои, что послужило источником переживаний. Мол, я остаюсь без дополнительной возможности передвижения. Я его утешил, что не собираюсь лезть в зону. О том, что у меня в запасе есть пять пар лыж, говорить, разумеется, не стал. Предложил забрать свои в Колманске вместе с палаткой, потому что если с лыжами я был готов расстаться, то дарить палатку я был морально не готов – слишком комфортная она была, по зонам мне придется еще долго ходить, а купить такую же выйдет очень дорого. При этом придется подождать, пока ее сделают, потому что производство было только под заказ. Верховцеву я подарил один из контейнеров с едой, чтобы уж точно мой новый знакомый не умер с голоду, потому что в зоне нынче с продуктами туго, а в его особняке есть нечего.
Валерон появился раньше Резенской и как раз успел коротко отчитаться об увиденном до ее появления. Подозрения у меня почти пропали, но Божественный взор я на девушку задействовал.
Сродства к Скверне у нее не было, были Сродства к Воздуху и Огню, со скромным набором заклинаний невысокого уровня. Пристально я не вглядывался, чтобы мой взгляд объект не почувствовал и меня не выбило из незаметности, но при просмотре по верхам выше десятого уровня заклинаний не обнаружил. Похоже, родители в Лизу не вкладывались, а она не считала нужным развивать данное ей судьбой. Этим она принципиально отличалась от Наташи, но, может, Резенской просто не было необходимости выгрызать себе место в этой жизни.
Валерон засел совсем рядом с ними и устроил для меня трансляцию. Было неловко подслушивать, но мне следовало убедиться, что они отправятся именно туда, куда надо, а не прямиком в западню. По разговорам там была обычная встреча двух влюбленных, но я все же проводил их до церкви, убедился, что там все пошло по запланированному сценарию и молодожены со счастливыми лицами направились в Собиново, где оставались люди Верховцева, после чего вернулся к дому Резенских для дальнейшей проверки.
Валерон таскал вещи Дмитрия, главным образом записи, я просматривал, после чего он возвращал, как уверял, в точности на то же место. Ничего подозрительного не находилось. Никаких посторонних артефактов, никаких записей по Скверне, никаких писем с приказом убить неугодных лиц. На взгляд стороннего наблюдателя, Дмитрий Резенский был чист перед законом. По-хорошему, надо бы проверить его комнату на тайники, но вламываться в дом с таким количеством домочадцев… У меня не столь хорошо прокачана незаметность, чтобы меня не обнаружили. Возможность получения информации меркла перед вероятностью засветиться, поэтому я оставил мысли о такой проверке. Разве что потом приехать и забраться ночью? Нужно хорошенько подумать.
Пока проверял таскаемое Валероном, увидел и обоих старших Резенских, у них сродства к Скверне не было. А уровни заклинаний даже у главы рода были ниже, чем у сына: первого ранга не было ни у одного, даже к пятидесятому уровню ничего не приблизилось. Если судить по этому, то младший Резенский не продолжал дело отца, а связался с кем-то на стороне. И этого кого-то можно ждать здесь до морковкина заговенья, если встречи происходили в другом месте. Например, в Лабиринте, где я вызывал своего Бога – Дмитрий тоже занимался разрушением реликвий явно не из удовольствия, а рассчитывая получить что-то взамен, при этом он был прекрасно подготовлен почти к любым неожиданностям.
Был ли замешан Резенский-старший в уничтожении реликвии Верховцевых? Этого исключить я не мог. Сергей утверждал, что виновник был установлен, но не найден. Он мог получить задание от Резенских, а потом быть ими устранен – отсутствие Скверны в наборе сродств, увы, не несет никакой информации о порядочности. Хотя, скорее, Резенский-младший был завербован потом, для контроля своего участка. Куликовский не справился, и остальные находились в полной готовности, иначе ничем нельзя было объяснить, что Резенский поверил Верховцеву и отправился его поджидать в самом вероятном месте появления.
Возможности вести полноценную слежку у меня не было, уверенности в том, что оставшиеся Резенские с кем-то связаны – тоже, да и время поджимало, поэтому после проверки всего притащенного Валероном я решил возвращаться в Колманск. Крюк до Собинова все же сделал, чтобы увидеть, как бодро выступает в поход пара молодоженов в окружении вполне приличного количества довольных дружинников.
Выехал и я в бывшую зону. Незаметность не снимал и продолжал использовать связку Снег-Вихрь, заметая за собой следы. По дороге несколько раз останавливались у подозрительных мест, дважды Валерон выныривал из снега с заполненным всасывающим артефактом, кристаллы из которого я пересыпал в контейнер, остальные подозрительные места оказались пустышками.
Ехали мы от населенного пункта к населенному пункту по зигзагообразной траектории, стремясь охватить как можно больше, но при этом не стараясь собрать всё. Так, прошелся артефактом по верхам – и двигаемся дальше. Встреченные по дороге пара озер остались непроверенными, их я отложил на потом, когда сдам Верховцеву его реликвию и перестану переживать, что ее кто-то разрушит.
Ночь нас застала в дороге. Я некоторое время прокачивал ночное зрение, потом решил, что все же стоит отдохнуть и выспаться, и вырулил к одному из убежищ, где пришлось греть воздух Жаром. И подсвечивать Шаром Света. Да, как-то я уже отвык от такого…
– Отдал палатку, – теперь мучайся, – недовольно бросил Валерон. – И ладно бы сам, но ведь и я страдаю. А меня ты даже не спросил.
– Это на одну ночь, – напомнил я. – Жар прокачивать тоже полезно. Он в отопительных системах применяется. Любая тренировка позволяет прокачивать заклинание без кристаллов. Медленно, но уверенно.
– Хоть спальник не отдал, и то хорошо, – проворчал Валерон, не желая настраиваться на мирный лад. – Ты вообще на редкость безответственный, готов все раздать. Палатку, которую мы выгрызли у врага в честном бою, – пожалуйста, кристаллы, которые мы потом и кровью собираем, – пожалуйста, контейнер, на который ушло множество дефицитных ингредиентов, да еще вместе с едой – пожалуйста…
– Твой хворост я оставил, – прервал я его страдания. – Будешь?
– Буду. И кашу буду, – вздохнул он и с выражением, достойным талантливейшего трагика, добавил: – Или ты ее всю отдал?
– Валерон, ты же помнишь, что я еду разделил на два контейнера. И еды осталось столько, что нам есть не переесть. Лучше мы потом свежей загрузим.
– Еда в контейнерах не портится.
– А вдруг портится, просто медленно? Тогда мы предотвратили отравление.
Воздух в выбранном отсеке уже настолько прогрелся, что я сбросил комбинезон, после чего разложил кашу по мискам себе и Валерону – не настолько он злился, чтобы не подсунуть свою. Чай же я всегда заваривал свежий – есть в этом процессе некая магия. Булькающий котелок, шуршащие пакетики с сушеными травками – все это успокаивает. Валерона же успокоила только порция хвороста, которую он лопал с выражением полнейшего счастья на морде, после чего облизал свою мисочку в последний раз, убрал в свой внутренний мир и юркнул в спальник, сонно пробормотав:
– Как хорошо, что не надо ни от кого скрываться.
Я же попил ароматный чай, листая прихваченный с собой учебник по артефакторике, и спать отправился уже после этого, в нагретый Валероном спальник, жалея, что размерами помощник не столь велик, чтобы согревать сразу все. Хотя в случае увеличенных размеров я бы его вообще не прокормил. Можно порадоваться, что его прогноз роста и смены цвета не исполнился и Валерон на внешний вид остался все той же маленькой беленькой собачкой, отрастив только внутренние размеры.
Утром мы встали рано, потому что Жара надолго не хватило, а спать в холоде, может, и полезно, но не очень комфортно. Быстро позавтракали и выехали в еще серенькое зимнее утро. Заехали еще в пару пустых деревенек, чтобы собрать там кристаллы, а потом рванули уже непосредственно в Колманск – как-никак, я обещал нагреть княжеский особняк к приезду Верховцева, а еще собрать там пыль, чтобы молодая жена не решила, что ей досталось совсем печальное хозяйство.
Большую часть пыли мы извлекли, когда только вскрыли особняк, но там и меньшей хватит, чтобы расчихаться.
Встречал нас Митя у реликвии. За это время он успел обойти весь город и собрать кучу кристаллов, и теперь только ждал, даже читать ничего не стал, чтобы не портить книгу, к которым относился со всем уважением. За время нашего отсутствия в городе никого постороннего не появилось. Не встречались мне следы кого-то и по дороге сюда.
В дом Верховцева, который я открыл отмычками, мы вошли втроем, после чего Митя разнес всасывающие артефакты по всем открытым комнатам и менял в них емкости по необходимости. Я же занялся отопительной системой, в которой пришлось подправить один контур, чтобы она заработала. Я бы наверняка не справился, если бы не видел, как это делал Коломейко, а так какой-то час – и дом начал прогреваться. Ко времени, когда Верховцев появится, дом примет вполне жилой вид.
Валерон, которого эти бытовые вопросы напрягали, вызвался сбегать проверить, как там двигается Верховцев, чтобы нас не застали врасплох. И еще выразил желание осмотреть окрестности на предмет людей.
Я возражать не стал, сам переместился в библиотеку, в которой Митя расставил сразу два артефакта, из-за чего она уже приобрела вполне чистый и обжитый вид. Главное – не забывать, что в кресла нельзя садиться, иначе сиденье наверняка лопнет, если само кресло подо мной не развалится.
При этом пол выглядел крепким, хотя и поскрипывал, когда я по нему ходил. Скорее всего, доски чем-то обработали, а может, обработка до сих пор не сошла. Я не исключал, что обработана была и мебель – но пусть уж Верховцев проверяет ее крепость сам.
Книги после сбора с них пыли разваливаться не собирались. Я вытащил первый попавшийся том, чтобы это проверить. Но читать взял собственный учебник из снегохода.
Дом чистился и прогревался почти одновременно, вскоре в библиотеке можно было уже комфортно находиться без зимней одежды. Относительно комфортно – чувствовалось, что дом нежилой, за прошедшие годы выхолостились все запахи, так что я подумывал, не оставлю ли следы своего пребывания здесь в виде запахов своих и своей еды. Верховцеву придется как-то это объяснять другим. Но искать другое жилье я не собирался. Конечно, можно вскрыть любой дом в городе, но на этот у меня было разрешение хозяина.
Валерон не возвращался, и я решил попрокачивать навык поиска тайников. Раз уж в сейфе ничего не осталось, то должно быть что-то в других местах. Только если что найду, нужно будет Верховцеву отдавать незаметно для Валерона, а то помощник будет долго дуться.
За пару часов я прошел весь дом, действительно обнаружил пару захоронок, в которых нашлись деньги, артефакты и документы. Документы я просмотрел, для меня интересного там ничего не нашлось. Подозреваю, что для Верховцева тоже не найдется, но это его история.
Навык поиска тайников поднялся до одиннадцатого уровня. Заодно решил проверить и другие навыки. Ловкость и меткость добрались до двадцатого уровня, регенерация – до десятого. Ее я, похоже, с кого-то цепанул, потому что естественным путем ей было подниматься не с чего. Чувство направления добралось до седьмого уровня.
Постоянное использование Вихря и Снега подняло эти навыки до тридцатого и двадцать четвертого уровней соответственно. Жар тоже взял уровень и дорос до одиннадцатого, а вот Шар Света, увы, нет. Пользовался, видно, намного реже.
Только я убрал найденное в тайниках в мешок, как вернулся Валерон.
– Верховцеву до нас такими темпами еще дня два пилить, – недовольно сказал он. – Поблизости никого из людей не заметил. Может, сделаем пару вылазок? Митю оставляем присматривать за реликвией. Но с утра. Сейчас нам надо хорошо поесть и выспаться наконец в тепле. А то убежище насквозь проморозилось.
– Предлагаю спускаться есть на кухню, чтобы здесь не было ненужных запахов.
– На кухне уже чисто, – подтвердил Митя, который хоть и изучал содержимое библиотеки, но о вытряхивании пылесборников не забывал: пройдется по дому – и опять засядет с книгой.
– На кухню так на кухню, – покладисто согласился Валерон. – Лишь бы накормили.
За это время артефакты всосали в себя не только нанесенную пыль, но и рассыпавшиеся от времени продукты, которые оставались как на столе, так и в шкафчиках. Было видно, что покидали помещение второпях, бросив все. Кастрюли на плите очистились от содержимого, но выглядеть блестяще не стали, им потребуется нормальная чистка, чтобы и дальше можно было в них готовить.
Водопровод, разумеется, здесь не работал, хотя там систему придется полностью менять – краны висели на настолько изъеденных временем трубах, что последние просто развалятся, если в них подать воду. И вообще, все в этом доме просто-таки орало о необходимости ремонта.
В свою резиденцию в Камнеграде я попаду только через год, к этому времени она будет выглядеть еще печальней, чем верховцевская. Разве что защитные плетения с нее позже спали – никто не смог бы сказать, насколько они были запитаны энергией. Все равно пока об этом переживать бессмысленно – туда я точно до следующей зимы не направлюсь: и потому, что лишусь недвижимости, и потому, что нужен перерыв в слиянии реликвий.
Слишком экстремальным оказались восстановления, в обоих случаях разминулись мы со смертью на одну-две секунды. Нужен какой-то навык скрытности, чтобы не собирать на себя всех тварей с округи. Впрочем, при работающем артефакте, пронесенном Резенским в центр города, не факт, что сработает любой навык, укрывающий от тварей.
Нужно усиливаться, и в то же время нельзя это делать слишком резко – по утверждению Валерона, продвинутый Божественный Взор может пробить и скрытые навыки. Пробьет ли он сокрытие сути, неизвестно, поэтому пока следует притормозить с усилением кристаллами, чтобы не навести на себя тех, кто разрушает реликвии. А значит, мне нужно срочно засветиться в собственной зоне, чтобы меня никак не связали со случившимся у Верховцева.
Уехать до его появления я не мог, поэтому принял предложение Валерона по очистке от кристаллов соседних поселений. Занимались мы этим два следующих дня, второй только до середины, потому что по прикидкам Валерона Верховцев должен был добраться до города к вечеру.
Собственно, так и получилось. Мы как раз успели собрать все пылевсасывающие артефакты, убрать следы нашего пребывания в доме, как пришлось срочно уходить из дома, чтобы не пересечься с группой Верховцева. Скорость той определялась Лизой, которая двигалась уже из последних сил, но при этом не выглядела несчастной и загнанной. Верховцев тоже сиял.
Встретились мы с ним в заранее оговоренном районе Колманска. Он пришел на лыжах и, к вящей радости Валерона, притащил с собой мою палатку. И лыжи тоже. Видимо, посчитал, что будет лучше, если у Лизы не останется возможностей отсюда слинять. Хотя физиономия у него прямо-таки дышала счастьем, так что этот вариант можно было спокойно отбросить.
– Петр, я твой должник по гроб жизни, – заявил он. – Я самый счастливый человек на свете.
– Я за тебя рад, Сергей. Но мне пора. Только передам тебе кое-что. – Валерона я отправил патрулировать подходы к нам, поэтому был уверен, что он не услышит. – Во-первых, я нашел в твоем доме несколько тайников. Содержимое – вот в этом мешке. Во-вторых, я по дороге собирал кристаллы, половина их – вот в этом мешке.
Второй мешок оказался довольно увесистым, руку оттягивал, но отдавать Верховцеву еще один контейнер я не хотел.
– Я не могу взять кристаллы, я и без того тебе должен! – запротестовал он.
– Я взял половину, а тебе придется все восстанавливать. С каких шишей ты будешь это делать? – раздраженно сказал я. – Бери и не устраивай представлений. Это твое по праву. Остальное, что здесь соберу, тоже разделю и передам при случае. Обо мне никто не знает?
– Нет, конечно, мы же договаривались, что я всем говорю про договор о восстановлении с конторой, которая это же сделала у Куликовых.
Он бы еще говорил и говорил, но времени не было, поэтому он порывисто обнял меня на прощание, пообещал прислать кристалл с целительством, и я наконец уехал из Колманска.
