Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"
Автор книги: Илья Модус
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 97 (всего у книги 102 страниц)
Кстати об этом?
– Почему ты прилетел за ним? Что в нем особенного? – этот вопрос мучил меня с самого начала. Но задай я его, тем самым выдал бы приоритет моего интереса и нахождения на борту.
Корабль должен считать, будто для меня сын, как и для сита – просто ресурс, мое наследие.
Некоторое время в голове была тишина. Затем появилось изображение.
Мой сын, спокойно стоящий посреди этого отсека, а затем, тренирующийся со световым мечом, «бой с тенью». Ничего, что он бы уже не показывал. Погодите-ка…
Тренировка завершилась так же быстро, как и началась. Вот только из «тени» выпали порубленные в куски фигуры. Убийцы, обладающие способностями к невидимости?
Картинка сменилась. Мой сын сидел на троне, роскошной версии командирского кресла, которую создал Корабль. Наклонив голову, присев на одном колене, перед ним сидели десятки закованных в латы воинов. Тех самых, которые еще недавно тренировались.
Словно объектив камеры, видение уходило назад. Расширяя угол обзора, оно демонстрировало сотни и тысячи солдат-ситов, поклонившихся разумному на троне еще ниже. Колдуны и шаманы, на чьих лицах читалось уважение и благоговейный страх. Миллионы простых ситов, и даже закованных в кандалы рабов, которые со слезами на глазах кланялись фигуре на троне.
Картинка сменилась еще раз. Мой взрослый сын, в доспехах и с алым клинком в руке, без страха стоял перед громадным воином-человеком. Метра три ростом, две трети роста – ширина плеч. Огромные мускулы, толстые пальцы, испускающие Молнии Силы, швыряющие в моего сына каменные блоки. И он все отражал. Легко, непринужденно, шаг за шагом продвигаясь вперед. И так до тех пор, пока он не сошелся с гигантом на ближней дистанции. Молниеносная дуэль – и гигант повержен, а его голова катится по ступеням вниз… Прямо в руки толпы, оголтело славящей победителя.
– Мой сын силен, и обладает большим потенциалом, – наконец-то понял я.
«Да», – пришел ответ. – «Я – учитель. Я – учить лучших. Он – один из таких. Неправильный. Но особенный».
– Почему неправильный? – насторожился я.
В ответ – я смотрю на изображение самого себя.
«Он – твой», – последовал ответ. – «Ты – неправильный. Чужой. Нет Силы. Есть власть. Он – с Силой. Свой. Перспективный».
Допустим хотя бы на мгновение, что Корабль смог опознать во мне пришельца из другой вселенной. Опасно ли это? Да.
– Ты пробудил в нем Силу?
«Нет», – брезгливо ответил Корабль. – «Сила всегда внутри. Или есть, или нет. Нельзя дать Силу».
Марка Рагнос бы не согласился.
Но сейчас меня интересует совершенно иное.
– Мой сын перспективен, потому что я неправильный?
Иными словами – если мое происхождение влияет на могущество моих детей в Силе, то, боюсь, Айсард в опасности. И убежище для нее следует укрепить.
«Нет».
Погодите-ка!
Внимательно прокрутив в голове сказанное Кораблем прежде, думаю, я понял причину того, почему мой сын – перспективен для корабля. И почему Корабль нашел моего сына.
Потому что он точно так же манил в известных мне событиях другого перспективного ребенка.
«Она – причина».
Я совершенно не удивился тому, какой образ мне показал Корабль. Единственное, что у этих двух мальчиков общее, причина, по которой Корабль нашел их – их мать.
Мара Джейд.
Глава 102
Одиннадцать лет, второй месяц и тридцать первые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок шестой, второй месяц и тридцать первые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, девятый месяц и шестнадцатые сутки с момента попадания).
Несмотря на возникшее в первые минуты сравнение с «Мадонной Литтой» Леонардо да Винчи, Маре было далеко до знаменитого шедевра.
В отличие от написанной в первый миланский период мастера картины, за спиной Джейд отсутствовали арочные окна с фрагментами пейзажа. Этот прием добавлял картине пространственного ощущения. Более того, отображение неба и облаков позволяло на мгновение задуматься, а где же происходит кормление младенца Христа – на Небе или, все же, на земле?
Лишь броский намек на улыбку Мадонны Джейд исказила на саркастическую ухмылку – ее глаза блуждали по строкам экрана деки, которую перед ней удерживал R7. В то же время, попытка совместить укачивание ребенка с прочтением файла на ранее переданном чипе, однозначно провалилась. Несмотря на то, что маленький уже заснул, Мара продолжала его покачивать, удерживая как величайшую драгоценность. И в то же время вся ее поза указывала на то, что в случае беды, она мгновенно превратится из радостной матери в безжалостную убийцу.
Леонардовский «треугольник» композиции оригинала, Джейд безжалостно разрушила изменением линии плеч и немного отличающимся от канона да Винчи удержанием ребенка на руках. Но от этого, лично для меня, гармония увиденного не нарушалась. Наоборот, приобретала мазки действительности.
Я же… Я сидел на диванчике напротив, время от времени промачивая горло прохладительным соком. И думал.
Мара Джейд – причина, по которой Корабль счел моего ребенка особенным. В известных мне событиях, Мара стала матерью единственного сына люка Скайуокера – Бена. И именно Бен обнаружил Корабль на Зиосте. Корабль звал его и привел к тому месту, где он был похоронен много тысяч лет назад.
В нашей реальности Доминион начал планомерное исследование планет Пространства ситов. Прокторы прокуратора Хетрира, блуждавшие по Мирам Ситов в поисках ценных реликвий, без сомнений узнали об этом. И начали более тщательно изучать древние руины.
Так они и обнаружили Корабль. То, что не должно было произойти в известных мне событиях, случилось по вполне логичной причине – я совершаю действия, которые не должны были случиться. Бессмысленно сетовать на то, что брошенный в пруд камень создает расходящиеся концентрированные круги по воде.
– А нормальных вариантов вообще не предусмотрено? – шепотом поинтересовалась Мара, отрываясь от чтения и посмотрев на меня. – Понятия не имею, зачем вы, чиссы, придумали себе такие заковыристые имена… Впрочем, – она прикусила губу, – традиции, особенности культуры и все такое. Но предложенные тобой варианты… Абсолютно не похожи на чисские имена.
– Как много чисских имен ты знаешь? – поинтересовался я.
– Митт’рау’нуруодо, – хищно улыбнулась рыжеволосая девушка.
– И только? – уточнение вызвало кривую усмешку на лице девушки. И, почему-то, именно эти умеренные гримасы делали ее образ по настоящему отличительным, индивидуальным, запоминающимся.
– А ваша братия не слишком стремится выделяться в галактике и попадать в списки моих знакомых, – хмыкнула она. – Но в целом, могу назвать еще несколько. Нуру Кунгурама, например.
– Мальчик-падаван, использовавшийся Верховным Канцлером Палпатином для вовлечения Доминации Чиссов в Войну клонов на стороне Республики, – машинально ответил я, поймав себя на том, что настоящее имя этого подростка Кунг’урама’нуруодо. Несмотря на то, что мальчик фактически не воспитывался в среде чиссов, согласно тому, что знаю я, его обнаружили в спасательной капсуле на границе Неизведанных Регионов. После чего взяли на обучение в Орден джедаев. Какова вероятность того, что одинокого ребенка-чисса обнаружат живым в необъятных и опасных просторах Неизведанных Регионов? Меньше чем единица целых. Но, Кунгурама не просто так имеет в источниках вселенной родовое имя Нуруодо. Нуруодо – вторая правящая семья в Доминации. Внешняя политика и военное дело – их задача. Спасение Нуры может казаться счастливой случайностью, если бы не малоизвестный факт. Вместе с мальчиком в спасательной капсуле имелся еще и информационный цилиндр, на котором было записано его имя.
Возможно, что я могу уступать настоящим чиссам в вопросах стратегии и многоступенчатых оперативных и стратегических комбинаций. Но биографии Нуру Кунгурама мне хватает для того, чтобы понять – он был не просто спасшимся ребенком чиссов. Он был чувствительным к Силе чиссом, которого использовали для внедрения в Орден джедаев и приобщение к их знаниям изнутри.
Я ранее уже обдумывал тот факт, что все известные или малоизвестные чиссы в галактике – это оперативники семьи Нуруодо, изучающие известную галактику и все аспекты ее внутренней жизни. Кажущаяся безжалостной «заброска» Кунгурамы в Республику, на самом деле логичный и весьма результативный оперативный ход. К сожалению подробности его спасения до конца не изучены, мало архивного материала, но, полагаю, что так или иначе в точку нахождения спасателей привела отнюдь не Сила. А, скажем, тщательно и практически незаметно введенная информация от других оперативников.
Чем больше я узнаю о народе чиссов, тем больше утверждаюсь в мысли: все эти оперативники должны были собрать информацию, которая так или иначе могла бы помочь Доминации в борьбе с врагами. Нуру Кунгурама – ребенок, и только детей юного возраста берут в Орден. Нет никакой гарантии того, что ребенка старшего возраста джедаи примут на обучение. Практически младенец, чувствительный к Силе – это гарантия приобщения к джедайскому искусству. Ни один джедай всерьез не рассмотрит вопрос о том, что чиссы сделали подобное намеренно, поставили судьбу ребенка под угрозу мучительной смерти, чтобы узнать секреты Ордена.
Зачем чиссам тайны Ордена? Полагаю, потому что они давно знакомы с «чужаками издалека», и, вероятно, знают о них намного больше нашего. В том числе и про отсутствие связи с Силой у вонгов. Кроме того, Нуру – не единственный в истории пример чиссов, чувствительных к Силе. Возможно, что Доминация заинтересована вопросом подготовки джедаев-чиссов. И внедренный в Орден агент мог привнести в Доминацию информацию о целенаправленной подготовке джедаев современности. Впрочем, мне не известно отношение чиссов к Силе среди своего народа. Возможно, что история Кунгурамы – попытка спасти мальчика от идеологической чистки.
К сожалению, я не изучал первоисточники приключений Кунгурамы. В общих чертах лишь знаю, что он встречался с представителем Доминации. И его судьба после Приказа Шестьдесят Шесть не ясна.
– Сев’и’ре’нуруодо, – назвала Мара новое имя.
Вирен, чисская аристокра из семьи Нуруодо, с которой Кунгурама и встречался во время Войн Клонов. Именно она впоследствии рассказала Нуру, что он принадлежит к семье Нуруодо. И предупредила, что кто-то манипулирует им и доминацией. Разумеется, этот кто-то – сам Верховный Канцлер Палпатин. У меня нет никаких сомнений в том, что когда стало «горячо», Вирен вывела Кунгураму из поля зрения Империи. Возможно, что не только его одного, но и отряд клонов «Прорыв», совместно с которыми мальчик выполнял боевые задания.
– В ваших именах повторяются одни и те же части, – подметила девушка.
– Родовое имя, – пояснил я. – Указывает на принадлежность к одной из Девяти правящих семей Доминации.
– То есть, ты и…
– Вирен, – подсказал я.
– Ты и Вирен из одной семьи? – спросила Джейд. – Да еще и Правящей…
– Не из одной, – поправил я. Мысленно поморщившись. Этот разговор толкнул нас в сторону одного из самых ожесточенных спорных противоречий литературной части вселенной «Звездных Войн». – Я – приемный сын семьи Митт, Восьмой. Нуруодо – Вторая семья.
– Но у тебя в имени есть и Митт, и Нуруодо, – заметила Мара.
– Есть, – подтвердил я.
И это никак невозможно объяснить. Митт’рау’нуруодо родился не в Правящей, а вполне себе обычной семье. Но его старания, а так же усердие его брата, Трасса, позволили им обоим привлечь внимание Восьмой Правящей Семьи. Которая их и усыновила. Так в имени Трауна появилась приставка «Митт». «Нуруодо»… что ж, там темная и долгая история.
– И какая же часть будет в имени нашего сына? – полюбопытствовала Мара. – Митт или Нуруодо?
– Никакой, – произнес я. – Наш ребенок не станет частью Доминации чиссов.
– Ой ли? – усмехнулась Мара. – А мне, кажется, что вся эта история с твоим изгнанием очень сильно похожа на операцию по внедрению. С твоими-то талантами, так и вовсе на создание плацдарма перед захватом всей галактики Доминацией. И, – Мара округлила глаза, взглядом указав на заснувшее дитя, – я не лезу в твои мысли. Мне нужно уложить маленького в кроватку. А потом я вернусь, и мы, все же, выполним родительские обязанности. И дадим ему имя, не правда ли? А еще мне прям страсть как интересно, откуда у чиссов имена Александр и Дмитрий.
– Это не чисские имена, – произнес я. – Каждое это имя связано с полководцами, а в иных случаях, и с правителями, чья мудрость и талант привели к уничтожению врагов и защите государства.
– И я не слышала о подобных героях, – хмыкнула Мара.
– Они не широко известны в галактике, – уточнил я. – Их родина – маленькая планета, о которой мало кому известно. Один из Александров был правителем и возглавлял свой народ в завоевательных походах. Он смог подчинить себе огромные территории, что, учитывая техническое развитие его народа, являлось колоссальной победой. Дмитрий так же был правителем и полководцем. Он прославился тем, что дал генеральное сражение захватчикам, которые долгое время терроризировали его народ. Пусть его победа не стала концом ига, но она продемонстрировала захватчикам, что они не непобедимы. Их власть ослабла, а народ сплотился, поверил в свои силы. В конце концов, именно победа Дмитрия привела к тому, что его народ скинул бремя иноземного ига и освободился. Живший в более позднее время другой Александр реформировал систему подготовки в своей армии, одержал блистательные победы в том числе и за границами своего государства, получил высочайшее военное звание и стал примером для поколений будущих военачальников.
Сузив глаза, Мара молча выслушала крайне поверхностную историю Александра Македонского, князя Дмитрия Донского и генералиссимуса Александра Васильевича Суворова. Я мог бы привести немало иных примеров, но эти три ключевые в моем понимании. Импонировало и то, что среди других имен Мара заострила свое внимание на тех, какие были близки и мне по духу.
– Звучит интересно, – прокомментировала она. – Но гораздо больше меня интересует, почему наш сын должен носить имена героев, военачальников и правителей какого-то отдаленного мира, о котором даже я не слышала. А я галактику пересекла из конца в конец. Как называется этот мир?
– Земля, – я не рисковал ровным счетом ничем, называя имя моей родины.
– Так просто? – хмыкнула девушка. – А почему не Вода? Ветер? Камень? Грязь, наконец. А что? Планета «Грязь». Звучит же.
– Таково решение жителей этой планеты, – как можно более равнодушно ответил я. Да, Мара отнюдь не дура. И прекрасно понимает, что я бы не стал предлагать такие варианты, если бы это не было важно для меня. Провокация с названиями планеты – способ понять, насколько сильно я привязан к Земле. К сожалению, ответа она не получит.
– Не лучшее решение, – прокомментировала Мара, понимая, что не получит желаемое. – Я подумаю над твоим предложением и выскажусь. А теперь, дай мне уложить ребенка спать!
Не оставляя мне маневра для комментария, Мара поднялась на ноги и проследовала в детскую. Кроме нас в апартаментах присутствовал только R7. Ни ногри, ни гвардейцев, никого другого. Это важный и личный момент, который принадлежит только нам троим.
Символично, что решение об имени ребенка мы будем, получается, принимать без его даже номинального присутствия. Что это говорит о нас, как о родителях? То, что сыну придется туго – в семье ни мать, ни отец не терпят возражений не по существу.
Доминация…
Родина Митт’рау’нуруодо. Переменная с таким количеством неизвестных, о которых я могу только догадываться. Государство, настоящие цели и задачи которого мне не известны.
Там, в прошлой жизни, я мог быть уверен в том, что знаю об интересах Доминации все, что есть. Но здесь, «внутри», осознаю – чем больше я знаю, тем больше понимаю, что ничего не знаю. Фраза, которую приписывают Сократу. Но достоверность этого авторства неизвестна. Ведь сам Сократ не оставил после себя письменных трудов. Лишь его ученик, Платон, утверждал, будто это изречение принадлежит создателю диалектики.
Так или иначе, но действительность в самом деле уже не раз огорошила меня подробностями, о которых я даже не догадывался. Было бы непростительной наивной глупостью думать после всего этого, что Доминация в самом деле лишь пассивный наблюдатель.
К сожалению, любые доказательства того, что чиссы в галактике – лишь агенты Доминации, отсутствуют как данность. Я могу это лишь предполагать, основываясь на собственных умозаключениях. Но в целом, это выглядит логично – чиссы внедрялись в разные слои общества, культуры, общественные ячейки. Это сложно списать на природное любопытство. Скорее, на широкомасштабную интервенцию агентуры для получения информации в большом объеме. Так же нельзя исключать, что если это предположение в самом деле верно, то чиссы не настолько наивны, чтобы использовать исключительно соотечественников. Завербованные агенты среди аборигенов – один из основополагающих принципов агентурного дела.
Я могу лишь констатировать тот факт, что прежде Доминация не интересовалась прямыми военными столкновениями с известной галактикой. Не были заинтересованы они и в культурном, научном и военном обмене, сотрудничестве. По крайней мере – официально.
Но я ни на секунду не забываю о том, что чиссы – не люди. В отличие от последних, для чиссов Траун – не загадочный чужак. Им известно прошлое Митт’рау’нуруодо. И они далеко не глупцы, которых я могу долго водить за нос.
Моя смерть в первую очередь служит военным и политическим целям. Ставка на то, что лишь я могу обеспечивать безукоризненную победу Доминиона, сыграла. И, к сожалению, ценность этой ставки снижается в геометрической прогрессии. Пусть без фактов, но галактика уже задается вопросами в нужном направлении. И, если агенты Доминации в самом деле функционируют, на Ксиллу уже полетели доклады о том, что слухи о моей смерти могут быть преувеличены.
И, раз так, то встает второй, гораздо более важный вопрос.
Если Митт’рау’нуруодо в самом деле был сослан из Доминации как военный преступник и предатель военной науки, Доминация становится меньшим злом из существующих. В этом случае, даже если кто-то понял, что я жив, они поостерегутся действовать против меня.
Но, если Митт’рау’нуруодо сам являлся потенциальным агентом влияния, и его ссылка – лишь способ внедрения в Империю, то дело принимает крайне печальные обороты. Никто не любит агентов, которые выходят из-под контроля. Никто не любит агентов, которые нарушают систему связи с координатором. И, к сожалению, сколько бы я не обыскивал вещи своего предшественника, я так и не нашел ничего, что могло бы указывать на каналы связи с доминацией. Или ее отдельными представителями. Но это не значит, что их нет.
Хуже всего другое. Империя Руки.
Государство в Неизведанных Регионах, которое создано Митт’рау’нуруодо в процессе его так называемой ссылки – картографической экспедиции. Это государство в Неизведанных Регионах представляет из себя, по предположению Мары Джейд в известных мне событиях, конфедерацию, в которой не так много настоящих колоний. Но сила Империи Руки в союзах с аборигенами и более лояльной политике в области ксенофобии и нетерпимости женщин в вооруженных силах.
Обхватив голову руками, я откинулся на спинку дивана. Прислушавшись к звукам, доносящимся из детской, понял, что сын все же проснулся. И Мара укачивает его. Что ж, спасибо сын. Ты выиграл мне еще немного времени для того, чтобы все обдумать.
Итак, я точно знаю, что в Империи Руки находятся несколько видных и компетентных военнослужащих Империи – адмирал Восс Парк, нашедший Трауна после его изгнания из Доминации, и барон Сунтир Фелл, имперский пилот-ас. Задача Империи Руки – сдерживать угрозы из Неизведанных Регионов. И Доминация в их число не входит.
Более того, из того, что я знаю, официально считалось, что Доминация негативно относится к Империи Руки. Но в то же время, множество чиссов переходили на сторону Империи Руки. И, более того, многие аристократы тайно поддерживали ее. Если так происходит, то почему чиссы не могут действовать за пределами официальных доктрин в других вопросах?
Империя Руки… Траун оставил ее два года назад, победив Нусо Эсву и вернувшись в известную часть галактики. В известных мне событиях, Траун, уже после обретения клонирующих цилиндров на Вейланде, отправил минимум один цилиндр со своим генетическим материалом в тайное убежище под Крепостью на планете Нирауан. Так же он сообщил Восу Парку и Сунтиру Фелу, что любые слухи о его смерти – лишь уловка. И, если появился информация о подобном, то следует ожидать его через десять лет.
Десять лет – это срок клонирования по программе каминоанцев. В книгах «дилогии Трауна» было четко указано, что клон созревал и при этом в его разум закачивалась информация. Было сделано предположение, что Траун так или иначе поставлял на Нирауан информацию, которая могла бы пригодиться его клону.
Если это так, то каким образом это делал? Лично? Исключено. Исчезновение Верховного Главнокомандующего на несколько недель или иной продолжительный срок – повод задаться вопросами. На «Химере» Траун к Нирауану не летал, иначе бы и Пеллеон знал о местонахождении планеты. Но в навигационном компьютере корабля нет таких данных. И нет следов подчистки подобной информации. Нет записей на электронных носителях. Зафиксируем эту мысль. Добавим – Траун вернулся из Неизведанных Регионов на шаттле. «Химера» подобрала его в установленной точке. Зная Митт’рау’нуруодо, могу поручиться, что подобная информация никак не могла привести любого к Империи Руки.
Почему я переживаю по этому поводу?
Потому что считаю, что в известных событиях клон Трауна под крепостью на Нирауане изготавливался на каминоанском клонирующем цилиндре, который был обнаружен на Вейланде. Я тоже его обнаружил. Но не переслал на Нирауан. Вместо этого он находится в моей собственной тайной лаборатории. И уже сослужил отличную службу, позволившую положить конец Кроналу и его дьявольским планам.
Если клонирующий цилиндр не доставлен на Нирауан, значит и указание Парку с Фелом – не верить слухам о смерти Трауна – едва ли оставлено. Если так, то почему Парк и Фел не пытаются выйти на связь с Пеллеоном?
В известных событиях, Вос и Парк отправили агентов к «Искателю Приключений», и в другие места, где находилась Мара Джейд. Чиссы привлекли ее внимание, позволили отследить себя и прибыть на Нирауан, где Парк и Фел ее допросили. Бывшая Рука Императора – ценный источник информации и союзник.
Учитывая, что за время своего нахождения в Неизведанных Регионах Траун нанес на карту галактики порядка двухсот пятидесяти секторов, Империя Руки – это колоссальная потенциальная угроза. Мне – лично. Моей семье – в том числе. Доминиону – очевидно тоже.
Нет никаких сведений о том, что все эти обнаруженные сектора входят в состав Империи Руки. Но и опровержения тоже нет. Принимая во внимание тот факт, что в галактике в принципе чуть больше тысячи секторов, кто бы ни получил доступ к этим двумста пятидесяти секторам – он получает колоссальные ресурсы для своего становления и развития.
И, новый фронт для бесконечной войны с опасностями Неизведанных Регионов. Но это уже вопрос вторичный.
Империя Руки… Они выжидают, или же в самом деле мой предшественник успел сделать то, что я, как полагаю, он должен был сделать после обнаружения Вейланда? Что, если я ошибаюсь? В распоряжении Палпатина имелись личные лаборатории по клонированию. Клонирующий цилиндр, в конце концов, мог быть и не каминоанским. А десять лет – просто срок. Тем более, что каминоанцы не растили клонов десять лет, лишь пять. После чего проходило их обучение.
Но в то же время… Кто будет учить Трауна – подростка? Оставить клона в цилиндре на все время и обучать… Погодите-ка! Как я пропустил этот факт? Обнаружив клона Трауна, Мара Джейд и Люк Скайуокер сделали вывод, что Траун, посещая базу, обнулял некий счетчик. Что, если клон не производился все это время, но цилиндр был поставлен на таймер. Как только обратный отсчет закончен, цилиндр начал свою работу. И, прилетая на Нирауан, Траун каждый раз отключал этот счетчик?
Почему я решил, что десять лет – это срок созревания? Только на основании согласованности времени с каминоанской программой клонирования! Но за все это время я столкнулся уже со многими программами. Что если обещание вернуться через десять лет – это как раз тот самый счетчик, который запустится после смерти, когда не будет обнулен? И через десять лет клонирующий цилиндр, скажем, за полгода, изготовит клона. Который, к слову, созреет в тайне от всех, потратит время на обучение в подземелье, получит доступ к огромному объему информации – ведь Крепость на Нирауане это огромный центр информации.
Как много вопросов, как мало ответов…
И даже завоевание Туле не принесло долгожданного облегчения. Чиссы, которые проживали там поколениями, оставили не так уж много свидетельств оригинальной культуры. Но, кое что имеется. Клоны Тиерса вскоре добудут все, что смогут найти у местных жителей. Если оно связано с чиссами – я получу это.
Отметив, что уже минуту не слышу звуков кряхтящего ребенка, поймал себя на мысли, что сознательно увожу ход своих рассуждений от опасности, которая расположена гораздо ближе.
Мара Джейд.
Знаковый и довольно яркий персонаж вселенной, который органически вплетен в большинство кризисов, которые эта галактика пережила с момента уничтожения первой «Звезды Смерти». До сих пор я не представлял, что она может представлять гораздо большую важность для галактики.
Но Корабль, пусть и создан мастерами интриг и заговоров, все же не мог меня обмануть. Слишком велик был бы риск провала комбинации.
Следовательно, Мара Джейд в самом деле представляет для этой галактики гораздо больше, чем мне казалось.
Девочка, взятая на воспитание Императором. Выращенная как слуга, безоговорочно подчиняющийся Императору. Верующая в то, что она единственная рука. Киллер, агент, курьер. Любая миссия по приказу Императора. Поиски врагов, устранение коррупционеров, заговорщиков…
Она должна была убить Люка Скайуокера после смерти Палпатина.
Она искала Жоржа Кардаса, который смог остановить Камааский кризис. Она нанесла удар по Империи Руки. Стала женой Люка Скайуокера, матерью Бена. Вместе с мужем обнаружила остатки «Сверхдальнего перелета» и восстановила часть истории Ордена джедаев. Победила йужань-вонгский боевой вирус. Помогла победить самих вонгов. Участвовала и активно способствовала разрешению кризиса с киликами. Противостояла Дарту Кейдусу, павшему на Темную сторону Силы Джейсену соло. Погибла от руки последнего, что позволило Джейсену стать полноценным ситом. И его стараниями галактика пошла по пути изгнания люка Скайуокера… В результате чего Бен и обнаружил Корабль. А затем – и Абелот, одну из существ безграничной власти и Силы. Вскрылось новое гнездо ситов, то самое Затерянное племя. И прежде чем в галактике вновь зажглась полномасштабная гражданская война, Абелот и ситы были остановлены. Галактика впала в мир почти на столетие.
И, если так подумать, то участие в этих кризисах Мары Джейд как раз и позволило галактике «стравить» пар и не перейти к тотальному истреблению разумных. Мара, в виду своего характера и способностей, оказывалась тем самым рациональным зерном и прагматиком, который делал то, что нужно ради достижения всеобщего блага.
Жертва одной ради спасения всех.
В галактике, где джедаи больше слушают Силу, чем разум, Мара Джейд – светоч адекватности. И это мне нравится в ней.
Не говоря уже о том, что в действительности она одна смогла преодолеть барьер йсаламири. И. фактически, является единственным в галактике существом, которое не потеряет способности к Силе в таких обстоятельствах.
Уникальна ли она? Безо всяких сомнений. А еще, она задерживается.
Поднявшись, я, ступая как можно тише, направился в детскую. Ничего вычурного, но и не казарменное жилище. Мягкие тона. Минимум углов, толстые мягкие половые покрытия и обивка мебели. Картинки, проецируемые на потолке и стенах.
Для ребенка была предусмотрена специальная колыбель. А для матери – удобная кровать. Но сейчас я видел как крохотная искра жизни лежала, посапывая во сне, по центру кровати. Обложенная тяжелыми подушками со всех сторон, искорка жизни с одной стороны оберегалась матерью.
Лежа на левом боку, Мара лицом была повернута к малышу. Правая рука закинута на подушки так, чтобы не упасть на ребенка, но и блокировать доступ к нему. Никто не сможет протянуть руки к малышу, не потревожив его. И сама она не сможет ворочаться без того, чтобы проснуться.
То, что могло бы показаться чем-то обыденным, на самом деле было четко продуманными действиями. Мара взяла ребенка в кровать, чтобы побыть с ним рядом, как можно ближе. Но обезопасила его от любой возможной угрозы. В том числе – и от самой себя.
И в этом я убедился, как только наклонился, чтобы перенести малыша в кроватку. Боковым зрением отметил, как сверкнули расплавленным золотом глаза на прекрасном лице, обрамленном рыжими прядями. А ведь я даже не коснулся ее.
– Прошу, не нужно, – одними губами произнесла она, поняв, что я был намерен сделать. Кажется, она использует Силу как своеобразный внутренний будильник и сторожевую систему. – Я… хотела бы побыть с ним рядом. Пока у меня еще есть такая возможность.
– Понимаю, – произнес я, неслышно отходя в сторону. Мягкое кресло, стоящее рядом, показалось мне гораздо более удобным, чем небольшое свободное пространство на кровати. Кроме того, у меня такой самодисциплины, как у Мары, нет. – У тебя будет столько времени, сколько потребуется. Я останусь рядом и пригляжу за вами обоими.
– За обоими? – так же шепотом спросила Мара.
– За тобой, и нашим сыном, – объяснил я.
На несколько измученном лице появилась легкая улыбка.
– Дмитрий, – произнесла она. – Его зовут – Дмитрий.
– Я знаю, – мой кивок заставил Джейд посмотреть на меня с подозрением. – Я внес это имя в базу еще сутки назад.
Янтарные огоньки в глазах моей женщины сверкнули снова. Но уже не как символ угрозы, а как проявление озорного понимания свершившегося. Она слишком умна, чтобы не понять очевидной «вилки», которая была предоставлена ей при выборе имен. И была довольна пониманием того, что мы мыслим одинаково.
Наш сын – не завоеватель. Не реформатор, спасающий отсталую армию. Наш сын – защитник отечества, тот, кто сломает хребет любому врагу, освобождая свои миры и свой народ. Нам не нужно чужого. Но и свое мы не отдадим. Ни планеты, ни сектора, ни интересы.
Неслышно, будто кошка, Мара легла поудобнее. Рука, прикрывающая ребенка сверху, ушла под подушку. Глаза закрылись, на лице появилась улыбка. Девушка мгновенно провалилась в сон.




























