Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"
Автор книги: Илья Модус
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 71 (всего у книги 102 страниц)
Хорошо.
Альфа не глядя, точно зная кто справа от него, схватил имперца за кирасу. Свернув шею, клон что есть силы толкнул труп в одаренную.
Сила подсказала ей о надвигающейся угрозе, Вольта отошла в сторону. Но не она была целью.
– Что такое, старушка? – спросил Альфа, подходя ближе, любуясь сломанным пультом управления дверью. – Неужели не все так однозначно и лорд позаботился, чтобы сломав панель управления, нельзя было отпереть дверь?
– Не важно, сейчас ты умрешь!
Вольта, чье лицо сейчас больше напоминало обожженный переваренный красный овощ (Альфа забыл название, вот умора для того, у кого почти эйдетическая память!), кинулась на него, взмахнув световым клинком. Верхние части двух штурмовиков – и доминионского, и имперского – оказавшихся слишком близко, рухнули на пол в тот самый момент, когда Альфа начал действовать.
Все тот же раненный левый бок обожгло, когда он уворачивался от укола светового меча. Левая рука описала полукруг, обрушившись на правую руку Вольты сверху. Оплетая ее словно лоза, Семнадцатый завел кулак под трицепс женщины и рванул захват вверх, причиняя боль всей руке. В особенности – локтевому суставу, который взял на излом. Не нужно иметь глаза на спине, чтобы понять – зажатые мышцами сухожилия и нервы коллапсировали, пальцы разжались, оставляя женщину без смертоносного оружия. Удар торцом правой ладони в нос – и дыхательный орган Шонн Вольты с хрустом ломается. Такой же удар снизу – и правый локоть это просто воспоминание.
Проигнорировав крики боли и удар ногой по правому боку, Альфа с коротким замахом ударил правым локтем в лицо женщины. Отвел сжатую в кулак правую руку назад – и сильнейший прямой в челюсть сокрушил бывшей сепаратистке не только нижнюю, но и верхнюю челюсти. Без медицинских аппаратов так не скажешь, но Альфа четко знал на что способен – он уже видел последствия таких своих ударов.
Добивающий удар кулаком в горло – и трахея с гортанью покидают список уцелевших частей тела.
Обе руки хватают лысую голову за затылок. И колено с хрустом отправляет носовые хрящи и кости поглубже в череп. Второй удар – и лицевой скелет трещит. Третий – и броня украшена кусками кожи, кровью и сероватым студнем мозгов.
Зная, насколько живучими могут быть чувствительные к Силе разумные, Альфа не побрезговал свернуть своей жертве шею, отбрасывая в сторону безвольное остывающее тело.
В приемной все еще стоял дым, но рукопашная практически закончилась. Следуя приказу не брать пленных, доминионские штурмовики перепроверяли лежащих на полу бойцов на предмет признаков жизни. Своих оперативно вытаскивали и тащили подальше, к развилке, где орудовали штурм-медики, устроив полевой лазарет.
Имперских бойцов ждал контрольный выстрел сквозь визор. Иногда – ножевой удар в сердце. Обсидиан, заточенный особым образом, прекрасно пробивал броню имперских вооруженных сил.
– Противник зачищен, сэр, – ротный, с ног до головы в кровавых разводах, прижимающий залитый кровью и биопеной бок, приблизился, шатаясь. Альфа понимал его – лучше многочасовой позиционный бой, чем рукопашная. Не все клоны столь выносливы, как «альфы». – Сканеры, – он кивнул в сторону двери, – показывают, что внутри всего одна форма жизни. Таммуз-анец. Но взрывать нечем.
– И не нужно, – Альфа присел, покопался в разбросанном по полу, выудил цилиндрический предмет. – Взрывная волна все в кабинете превратит в фарш. А этот ублюдок нужен нам живым. Вот это подойдет.
– А… Световой меч, сэр? – уточнил ротный.
– Он самый, – Альфа посмотрел на простой черный цилиндр без видимых выступающих частей. – Я видел как эта штука неплохо режет даже твердую броню.
– И как он включается?
– Тут где-то должна быть кнопка…
– Сэр, ее нет, вы же видите!
– На, – Альфа бесцеремонно сунул в руки слишком надоедливого ротного «джедайское» оружие. – Инициатива и критика наказуемы. Теперь вскрытие двери – твоя проблема.
– Сэр, я понятия не имею как с этим обращаться.
– Главное на себя не направляй, – посоветовал Альфа, направляясь к месту полевого лазарета. Надо все же подлечить левый бок нормально.
Впереди еще экспресс-допрос лорда Матамуне Тода.
* * *
Подумать только… Не дворец, а лабиринт какой-то!
Тшель помнил, что в первый раз его до апартаментов довели намного быстрее. Правда, вели от посадочной площадки.
А тут… почти час они блуждали по галереям, лестницам, переходили из крыла в крыло, из здания в здание… Как будто их нарочно уводили подальше от других гостей наименее очевидным путем.
– Ваши покои, капитан Тшель, – наконец, процессия остановилась у впечатляющих резьбой и позолотой простых деревянных дверей. Тех самых, которые предпочитают оставлять в своих домах аристократы. С механическими замками, на металлических петлях… Красиво, но не практично – такая дверь не выдержит и парочки попаданий из бластера. Конечно, если в ней нет никакого секрета. Глядя на массивные петли, Тшель мог побиться о заклад, что в сердцевине двери имеется надежная бронированная пластина. – Если вам будет нужна помощь прислуги, воспользуйтесь коммуникатором.
– Вне всякого сомнения, – натянуто улыбнулся молодой офицер, для убедительности ткнув свою спутницу под ребро скрытым предметом. – Благодарю, что проводили. Но мы хотели бы остаться одни.
– Не смеем мешать, – офицер, поклонившись, чеканя шаг удалился. Солдаты проследовали за ним.
И в тот же момент Тшель, открыв дверь ключом-картой, что есть силы втолкнул имперскую наемницу внутрь. Раша Бекс, сломав тонкий каблук, едва не упав, пробежала до просторной кровати, и лишь на ней смогла погасить инерцию толчка.
– Совсем охамел, молокосос? – прошипела она, взглядом наблюдая как Тшель пряча под кителем свое оружие, направляется к такому же деревянному платяному шкафу. Не сводя взгляда с пленницы, он открыл верхний выдвижной шкаф, принявшись выбрасывать из него свои вещи. Рубашки, белье… – Ты что удумал? Решил, если у тебя бластер, то можешь делать все, что тебе заблагорассудится?
– Бластер, точно, – для удобства скрытности, в ходе блужданий по коридорам, Тшель скинул китель, надев его на руку, которой угрожал Бекс так, чтобы ни она, ни другие не могли видеть его кисть. – Держи, пригодится.
Без сильного размаха, он бросил девушке то, что целый час впивалось ей в бок. Не скрывая своей радости, Бекс поймала оружие. Но тут же, разглядев то, что оказалось у нее в руках, пришла в ярость:
– Это что⁉
– Тюбик полировочной пасты для блеска полов, – пояснил Тшель, запустив руку в шкафчик и не сводя взгляда со своей пленницы.
– Где мой бластер?
– Понятия не имею, – признался мужчина. Одними пальцами расстегивая не сканируемый кейс. – Думаю после торжества стоит обратиться к знакомому тебе командиру гвардии. Он вернет тебе и бластер, и метательные ножи. Правда, задаст несколько неудобных вопросов.
– Ты угрожал мне тюбиком полировочной пасты все это время⁈ – наконец дошло до девушки. Агентесса поднялась с кровати, сделала шаг вперед, к доминионскому офицеру.
– Можешь не выказывать комплиментов, понимаю, что изобретательно, – справившись с креплениями, Тшель вынул руку и продемонстрировал направленный на Бекс армейский портативный бластер. – А вот это точно оружие.
– Или зажигалка? – Бекс остановилась, пребывая в нерешительности. Если она нападет сейчас, то оружие выстрелит. С другой стороны, гостям было запрещено проносить оружие… Это мог быть и простой сувенир, муляж.
Тшель сместил бластер в сторону, одним выстрелом испарив отломанный каблук. Затем вернул оружие на прежнюю прицельную линию.
– Поняла, вопросов больше не имею, ты прекрасный парламентер и переговорщик – подняла руки Раша, отступая назад к кровати. Девушка грациозно опустилась на постель, расплавила подол платья, скрестила ноги и с вызовом посмотрела на офицера:
– И что дальше? Пытать меня будешь?
– У каждого своя работа, – ответил Тшель, свободной рукой перенастраивая комлинк, который взял там же. – Каков план Империи?
– Понятия не имею, – хмыкнула Бекс. – Слушай, мальчик, ты солдафон, игры разведки тебе не по зубам. Пытать меня ты не будешь, так что…
Второй выстрел выжег на мозаичном полу рядом с ногами девушки аккуратное черное углубление. Бекс поджала губы.
– И что дальше? – спросила она. – Ты палишь из бластера так, что скоро сюда сбегутся…
– Охрана отошла метров на десять, – прикинул Тшель. – Акустика помещения такова, что выстрелы бластера были бы слышны на все крыло. Едва ли они остановились где-нибудь перекусить по пути сюда. Так что эта комната полностью звуконепроницаема. Полагаю, что для удобства гостей и их же безопасности.
– Допустим, – девушка закусила нижнюю губу. – Но ты же не идиот. Должен понимать, что я понятия не имею относительно всех замыслов Империи насчет этого сектора?
– Мне будет достаточно и того, что ты расскажешь о своем участии в операции Империи, – поведал Тшель, положив коммуникатор так, чтобы он торцом был направлен на пленницу. Сам же отошел на метр в сторону, чтобы держать девушку на прицеле. И единственное место, куда она могла от него скрыться – прыгнуть за край кровати. Но смена позиции капитаном и эту ловкость оставляла без смысла. – А так же все, что ты знаешь о действиях Империи.
– Ну, они хотят захватить галактику снова… – новый выстрел заставил ее взвизгнуть. – Ублюдок, мать твою! Ты мне ногу обжег!
– В следующий раз я прострелю тебе колено, – пообещал Тшель. – Радуйся, что я неплохой стрелок. Итак – все с самого начала рассказывай. Кто, как и где тебя завербовал, каким способом и для каких целей. Будешь тянуть время – я прострелю тебе что-нибудь. И да, если надеешься на помощь своих наемников-мистрил, то, не советую. Их всех перебили.
Бекс моргнула, непонимающе посмотрев на грозно выглядящего офицера. Облизнула губы, обхватила себя руками, посмотрела на пол.
И наконец решилась заговорить.
Но первый же ее вопрос поставил Тшеля в тупик:
– О каких мистрил ты говоришь? Я работаю одна.
* * *
Замаскированная в нижней части комлинка голокамера передавала объемное изображение Раши Бекс с высокой точностью. Прямая трансляция позволяла разглядеть практически каждое мимическое движение. И тем проще было оценивать то, о чем говорила Бекс.
Впрочем, практически сразу стало понятно, что она не лжет, рассказывает то, что знает. Поэтому, я больше ориентировался на слух, чем на зрение. Мое зрение было сейчас занято созерцанием иного.
Подобно котенку, который выкладывает трупы мышей перед порогом хозяина. Рукх так же не остался без демонстрации своих достижений. Спасибо, что предварительно обескровил.
Позаботился о том, чтобы ни пол, ни моя униформа не были заляпаны.

«Я сделяль!» в исполнении Рукха.
– Выжил только Хабаракх? – уточнил я, возвращая отрезанную и изуродованную голову женщины в когтистые лапы телохранителя.
– Да, наш господин, – ногри принял свой трофей как драгоценность. – Я подвел вас, остальные ножи не были столь умелы, как должны были быть.
– И за это знание они заплатили жизнью, – резонно возразил я, обратив внимание на красные потеки на полу. Нет, все же не до конца обескровил. Впрочем, к крови уже спешили вездесущие дроиды-мыши, чтобы навести порядок. – Хабаракх получит необходимое лечение на борту «Химеры». Как только он будет стабилизирован, и его жизни ничего не будет угрожать, он вернется на Новый Хоногр.
– Как прикажете, наш господин, – Рукх убрал голову под мышку, продолжая смотреть куда-то в пол у моих ног. – Господин, могу ли я просить вас оставить его на борту? Клянусь жизнью, что приложу все усилия для того, чтобы сделать из него коммандос, которым вы будете гордиться.
– Не сомневаюсь в этом, Рукх, – признался я. – Но Хабаракх должен вернуться на Хоногр. Лишь вы двое пережили встречу с мистрил и обладаете бесценным опытом. Эти знания следует передать Сверхклану. Позаботься о том, чтобы Хабаракх доставил династам и майтрахам как твои собственные наблюдения о мистрил, так и оборудование, которые они при себе имели. Кроме того, я уверен, что ты не позволишь Хабаракху полноценно восстановиться на борту «Химеры». А его жизнь важна. Он и ты – прямое доказательство того, что ногри превосходят мистрил в открытом сражении. Сверхклан должен распространить эту информацию и скорректировать курс подготовки молодых ногри с учетом ваших наблюдений.
– Да, наш господин, – голос Рукха немного повеселел. Он понял, что я отсылаю Хабаракха не потому, что тот не справился, а потому, что должен стать курьером – вынужденная мера в виду его ранения. Прекрасно зная Рукха, я не сомневался в том, что тот вытащит молодого ногри из лазарета сразу же как только у того сойдутся разрезанные мистрил ткани.
Маленький ногри в самом деле важен. Он живой пример того, о чем ногри мечтали годами – тот, кто сражался с мистрил. Да, без помощи Рукха, без его вмешательства, Хабаракх бы уже остыл на крыше королевского дворца, как и остальные ногри в его отряде. Он пристыжен, унижен, его самомнение и самоуважение пошатнулись. Но он жив. И он обладает бесценным опытом.
Из соображений безопасности и банальной логики отпустить Рукха на Новый Хоногр я не могу. Значит вестником не самых приятных новостей будет Хабаракх. Кроме того, отсутствие каких-либо пояснений с моей стороны и тем более личного появления даст династам и майтракхам понять, что я разочарован тем, что ногри не справились. Так же как и сам Хабаракх, руководство Сверхклана будет из кожи вон лезть, чтобы подготовить коммандос-смерти лучше и не разочаровать меня вновь.
В бурном водовороте событий можно легко забыть о том, что Сверхклан и даже Рукх – это не друзья с одного двора. Это подчиненные. Даже после освобождения от клятвы верности Империи, они продолжают служить мне и тем, на кого я укажу. До конца времен.
Тем правильнее будет послать им сигнал о том, что не следует останавливаться в своем развитии.
Если за дело взялись мистрил, значит ситуация приобретает весьма интересный и крайне важный оборот.
– Сектор Таммуз гораздо более важен для Империи, чем казалось изначально, произнес я, повернув кресло к голографической проекции Раши Бекс. – И дело здесь отнюдь не в том, что Империя намерена перерезать наши маршруты снабжения сектора Картакк. Им не важно кто будет править Мон Джульпа или Матамуне Тода. Им нужен надежный контроль над сектором. Вопрос лишь в том, что такого важного они нашли здесь, что задействовали подобные силы.
– Господин, могу ли я предположить, что она, – Рукх уже поднялся с колен и стоял рядом с моим креслом, указывая когтистой лапой в голограмму Бекс, – лжет нам. И она была частью общей операции с мистрил.
– Едва ли, – прищурился я, прокручивая в голове все то, что Бекс уже сказала. – Ее история – повод для манипуляции Имперской Разведкой.
– Вы верите в то, что она стала работать на них для поисков БоШека? – Рукх, как хороший телохранитель, не упустил ни одного сказанного голограммой слова. – Любовь после стольких лет и предательства?
– Она верит в то, что любит его, – уточнил я, воспользовавшись базой данных. Благодаря проекту «Объект», мы имели данные о значительной части внутренней информации. Будь то Новая Республика, Альянс Повстанцев, Империя или нейтральные группировки контрабандистов. – Империя воспользовалась тем, что она не знает о побеге БоШека из имперской тюрьмы, куда он попал после ее же предательства. БоШек ушел в подполье, сменил несколько имен и область своей работы, став контрабандистом в секторах, подальше от Пространства Хаттов. Без данных Убиктората Бекс не могла этого знать.
– Согласилась выполнить для них работу, несмотря на свою ненависть к Империи, чтобы получить свободу для БоШека, – повторил Рукх слова пленницы Тшеля.
– Очевидно, что никто не собирался с ней расплачиваться, – подытожил я. – Мистрил, против обыкновенного заблуждения, охотно соглашаются на работу на Империю – если гонорар стоящий. Полагаю, так было и в этот раз. Бекс должна была устранить короля Джульпа, опоить Тшеля и подбросить ему оружие, оставив следы его причастности. Этого бы хватило в сумятице гражданской войны, чтобы создать подходящий повод. Мистрил, полагаю, должны были зачистить и Бекс, и лорда Тода, и остальную верхушку вооруженных сил и аристократии Таммуза, собравшейся на балу. В том числе и приглашенных гостей из других секторов. Выставив убийцами нас, они бы вовлекли Доминион в серьезный политический скандал, отвлекая наше внимание от Таммуз-ана и сектора.
– Который бы взяли под свой контроль, – поддакнул Рукх. – Но мистрил мертвы.
– И в этом твоя заслуга, – напомнил я. – Пожалуй, мы должны быть благодарны тебе, что ты воспользовался не привычным транспортом, а десантным кораблем.
Подумать только, ногри воспринял приказ разобраться с проблемой настолько буквально, что использовал для высадки «Дрох». А они, между прочим, запускаются из пусковых установок протонных торпед и противо-корабельных ракет. Представить сложно какие перегрузки испытал на себе Рукх – «Дрох» применяется для десантирования и отправки абордажных партий, состоящих исключительно из дроидов. Во избежание случайных смертей.
Конечно, мы замнем ситуацию с похищением личного шаттла короля, на котором Рухк и Хабаракх вернулись на «Химеру». Полагаю, вырубленную охрану и отсутствие корабля не хватились до тех пор, пока транспорт не был возвращен на парковочное место в секретном ангаре.
– Поверь мне уже! – заламывая руки твердила Бекс. – Я понятия не имею о том, что тут нужно Империи. Убить короля, подставить тебя, уйти через служебный вход, где меня встретят агенты Убиктората – вот и все мое задание.
Но встретили бы ее у служебного входа для прислуги именно мистрил – парочку из них Рукх именно там и прикончил. Итак, Убикторат действовал не стандартно, а как в лучшие свои годы – у операций даже не двойное, а тройное дно.
Я посмотрел на хронометр.
С момента высадки Рукха прошло почти полтора часа. Вполне достаточное время для того, чтобы имперский посол начал волноваться о причинах, почему король еще жив. Джульпа во всеуслышание заявил о том, что Империя покушалась на его жизнь. И запер гостей по комнатам, чтобы еще больше нагреть обстановку. Это часть плана.
Имперцы должна быстро сообразить, что их план пошел прахом. Значит, пора действовать. Отсутствие связи с лордом Тодой подстегнет их перейти к открытому вторжению. По моим расчетам, их корабли должны прибыть к совместным предприятиям не более чем через половину стандартного часа.
Тогда-то следует ожидать и гостей в системе Таммуз-ан.
Раз не получилось провести тайную операцию, они проведут открытое вторжение. Чудесно, именно на это и был расчет.
Империя придет сюда, чтобы продемонстрировать свою силу и запугать Таммуз своими действиями. Что ж, я тоже готов к тому, чтобы показать серьезность наших намерений. Империя не упустит момента нанести нам репутационные поражение – и флагманский звездный разрушитель подходит на символ как никто другой.
Собственно по этой причине «Химера» и осталась одна в этой системе. Приманка должна быть максимально привлекательной.
Раздался баззер вызова по громкой связи. Следом проиграли звуки боевой тревоги. Чудесно.
– Кажется незваные гости явились раньше назначенного срока, ошибившись в том, кто и как испортил систему коммуникаций, – произнес я, открыв канал связи с мостиком. – Докладывайте, лейтенант.
– Сэр, семь групп кораблей, во главе со звездным разрушителем в каждой, двигаются к «Химере» на крейсерской скорости, расстояние – сто единиц. Обнаружено присутствие крейсеров и разрушителей заградительного типа.
– Благодарю, лейтенант, – отреагировал я. – Боевая тревога по всему флоту. Направьте курьера на поверхность, капитан Тшель должен вернуться на борт своего корабля незамедлительно.
– Да, сэр.
– Стоит ли отпустить агентессу в таких обстоятельствах? – поинтересовался Рукх, наблюдая за голографическим изображением поля боя и все еще говорящей Векс.
– Никто об этом и не говорил, – напомнил я, прищуриваясь, чтобы разглядеть действия каждой из вражеских группировок. – Но и уничтожать потенциальные активы совсем не стоит…
Глава 78
Заложив руки в черных перчатках за спину, адмирал Ларм расхаживал по мостику звездного разрушителя «Обличитель». Его выпяченная вперед грудь, отрывистые и чеканные шаги, удары подбитых сапог о полированный помост центральной платформы вкупе с надменным взглядом должны были создавать впечатление уверенности и имперского триумфа.
Однако, по мнению недавно назначенного командовать этим «Имперским» капитана Траззена, Ларм лишь демонстрировал то, что и так было известно каждому в Имперском Звездном флоте. Конечно, если они когда-то сталкивались с Лармом. И, спаси Император, если им вдвойне не повезло служить под его началом.
Ларм был подхалимом, который действовал по инструкции и втирался в доверие к моффам, но при этом никогда не забывал о своем воинственном имидже. Его прежний патрон, мофф Гетеллос, уже отправился к праотцам не так уж давно, позорно потеряв контроль не только над вверенным ему Императором сектором Антимеридиан, но и над Антимеридианом, коим Гетеллос желал обладать.
Честно говоря, до того самого момента, как Траззена, наконец-то, повысили и Имперский правящий Совет передал в его командование «Обличителя», офицер считал, что Ларм так же погиб в той кампании. Но, как оказалось, это совершенно не так. Или он позорно сбежал, удаляясь от участи быть убитым, или попал в плен к Доминиону и, по совершенно не понятным причинам, оказался в списках на обмен. Или же, что доставляло некоторую тревожность, Ларм являлся клоном. Одним из многих, кто захлестнули Имперское Пространство после тревожных слухов о возвращении Императора.
Так это или нет, сам Траззен не знал. Но опять же, Имперский Правящий совет не спешил разуверить подданных в достоверности подобных слухов. Ну, а факты, они, как известно, в любой галактике вещь упрямая. Имперское Пространство не обладало никаким особым могуществом, чтобы вести войну по всей галактике. И тем более не располагало резервами для отвоевывания Имперского Центра. Но, невесть откуда взявшиеся имперские силы сделали это.
А потом в армию и флот хлынули потоки клонов. Бесцеремонно они занимали командирские или руководящие должности, после того как предыдущие офицеры с них были смещены, репрессированы или убиты на месте. И, едва только завершилась первая волна зачисток и репрессий, как в вооруженных силах Имперского Пространства стали появляться и рядовые клоны. Специалисты, техники, палубная команда, пилоты… Просто нереальное количество пилотов, самого многочисленного расходного материала во всей Имперской Военной Машине.
Траззен сверился с данными вахтенного, для приличия бросил взгляд в главный иллюминатор. Сверкающая сфера звезды системы Таммуз-ан играла лучами на обшивке многочисленных звездных кораблей эскадры, возглавляемой адмиралом Лармом. Да и та, по сути своей, являлась лишь частью всей армады, которая до недавних пор скрывалась в секторе Таммуз. Но сейчас, по распоряжению адмирала Ларма, началось вторжение.
Как флаг-капитан, Траззен был знаком с планом в общих чертах. И прекрасно понимал, что в настоящий момент другие эскадры флота вторгались в иные системы сектора, чтобы взять под контроль многочисленные добывающие и перерабатывающие предприятия, построенные Доминионом.
Десятки огромных концернов ныне перешли в руки Империи. Теперь флотская группировка «Отмщение», к которой относилась армада Ларма, была обеспечена не только местом базирования, но и средствами для обеспечения полевого ремонта. А так же…
– Вы, наверняка, задумывались о том, капитан, – голос Ларма, самодовольный и не скрывающий злорадства, – зачем нам это отдаленный сектор?
«Не только задумывался, но и знаю ответ», – подумал Траззен, наблюдая на тактическом мониторе, как выстроившиеся полукругом корабли Империи на полной скорости сближаются с одиноким звездным разрушителем Доминиона. «Химера» – вот и все, что осталось от флота, который прибыл в систему Таммуз-ан.
Тшель, флаг-капитан, оказался в незавидном положении. Имея заведомом меньшую флотскую группировку, он поступил, как и предполагалось – формально. Заподозрив неладное, он отослал свои корабли в системы, чтобы защитить их. В результате, легендарная «Химера», звездолет, на борту которого гранд-адмирал Траун фактически поставил на колени и расколол Новую Республику, осталась без прикрытия. И вот-вот будет захвачена.
Как и весь сектор. Как и его природные ископаемые. Как и его население. Как и…
– Тибанна, капитан Траззен, – Ларм лучился улыбкой довольного нексу, который только что отобедал и весьма сытно. – Когда мы только начали подготовку к нарушению линий снабжения Доминиона и сектора Картакк, наши разведчики натолкнулись на систему Татранг. Где, по всем докладам, ничего не было. И не могло быть. Но, нам удалось обнаружить контрабандистов лорда Тода, которые добывали в небольших количествах тибанну в газовых гигантах системы, Татранге VI и Татранге VII. Так состоялось наше тайное соглашение…
«Да знаю я!» – раздраженно подумал Траззен. – «Лучше о сражении думай! Три разрушителя типа „Имперский“, две „Победы“, два „Доминатора“ и три „Иммобилизирующих“ при поддержке двух дюжин „Уланов“ и „Головорезов“ – это не совсем непобедимый флот. Почти все на бортах этих кораблей вчерашние новобранцы или клоны, доверия профессионализму которых нет. А против нас, пусть и единственный ИЗР, но это флагман Доминиона. И они-то точно обладают обширным боевым опытом. Не говоря уже о том, что у них в качестве поддержки один „Крестоносец“ мандалорского типа. А это так себе недооцененная игрушка – в столкновениях с „Консорциумом Занна“ имперцы частенько теряли своих пилотов как раз из-за этих хаттовых корветов!»
Траззену вполне доступно было понятно, что один разрушитель при поддержке корвета мало что могут, против такой армады. Даже с потерями, но Империя возьмет свое. И «Химера», хоть целая и невредимая, хоть поврежденная и разбитая, все же будет доставлена на Оринду и продемонстрирована как символ отнюдь не непобедимости Доминиона.
– … и теперь мы готовы взять свое! – торжественно объявил Ларм. – Империя более не будет испытывать необходимости в поставках тибанны через половину галактики. Секреты, которые от нас хранили эти инородцы, теперь наши. И совсем скоро мы наладим полноценную добычу и производство…
«Император, пусть этот индивид заткнется!» – взмолился Траззен, по списку проверяя готовность флота к нападению. «Иммобилизирующие-418» и «Доминаторы» сейчас занимали позиции в тылу. Крейсер-разрушитель-крейсер-разрушитель – построение в форме «полукруга» и все гравитационные проекторы этих кораблей на много сотен стандартных единиц перекрывают любые пути отхода «Химеры». При прикрытии шести «Ланцетов» и аналогичного количества «Головорезов», расположившихся в эшелонах выше и ниже заградителей, эта позиция являлась непреодолимой.
Особенно для тех, кто не знал или не понимал разницы между «Иммобилизирующим-418» и «Головорезом». Ведь выглядели эти крейсера одинаково. Но последние имели гораздо больший арсенал вооружения, большее количество реакторов питания, и, как следствие, большую огневую мощь. Полудюжина таких звездолетов вполне легко могла связать боем и как следует потрепать (а то и победить) «имперский»-«единичку».
Ларм продолжал разглагольствовать до тех пор, пока не заткнулся, услышав шаги позади себя. Он остановился прямо по центру, степенно развернулся на каблуках, словно на параде, и уперся взглядом в Траззена.
– Слушаю вас, капитан, – оливково-серая форма адмирала выглядела неряшливо, учитывая тот факт, как он оказался далек от стандартов физической формы для имперских военнослужащих.
Офицер отдал приветствие по всей форме и остался стоять на ступеньку ниже мостика.
– Сдерживающий отряд занял позиции, – сообщил Траззен. – «Обличитель» сохраняет центральную позицию в построении захвата…
– И только ради этого вы прервали мой монолог? – фыркнул Ларм, картинно указывая на тактический голопроектор. А тот, меж тем, демонстрировал, как «Обличитель» двигается по центру «полукруга». Два других «Имперских» расположились на флангах на дистанции в пятьдесят единиц, а между этой тройкой держались обе «Победы». Шесть «Уланов» и аналогичное количество «Грабителей» передвигались равными отрядами на правом и левом фланге. В случае, если «Химера» попытается убраться на любой из флангов, чтобы выбраться из ловушки, крейсера и корветы перехватят ее и свяжут боем до тех пор, пока не подойдут главные силы. У сдерживающего отряда аналогичных приказ – в случае попыток бегства, один из кораблей отделяется от остальных и устанавливает поперек курса противника очередную зону искусственной гравитации.
Какое бы решение не принял Тшель, но прорваться сквозь подобный заслон ему не удастся. Сбежать «влево-вправо» – так же, его перехватят. Как и «вверх-вниз». А вот «назад», обойти Таммуз-ан и попытаться сбежать на другой его стороне… что ж, астронавигация весьма интересная штука. Космос необъятен, но нельзя прыгать в любую удобную точку – опасно. Проще говоря, силы Ларма вошли в систему по одному-единственному известному вектору входа-выхода.
– Нет, сэр, – начал он, – я предложил бы связаться с капитаном Тшелем и дать ему выбор…
– Выбор? – перебил его адмирал. – Застрелиться или быть застреленным?
– Сдаться, – поправил Траззен. – Тшель не идиот, хоть и молод. Он не найдет отсюда выхода. Его корабль нужно принудить к капитуляции, чтобы захватить «Химеру» боеспособной.
– И для чего же? – Ларм однозначно заскучал.
– Чтобы продемонстрировать Империи что мы победили максимально виртуозным способом, – терпеливо пояснил Траззен. – Вернули свое, не сделав ни одного выстрела. Это может сподвигнуть остальных мятежников сдаться…
– Капитан, – багровея, перебил его адмирал. – Мне и Империи не нужны сдавшиеся предатели. Они должны быть убиты максимально жестоким способом. Во имя Императора и как назидание остальным.
– И в чем смысл? – не выдержал Траззен. – Мы убьем Тшеля, убьем его экипаж. Покажем всей галактике – мы убили экипаж мятежников, бойтесь нас.
– Все так, – подтвердил Ларм.
– И для чего так делать? Если мы не намерены брать их в плен?
– Чтобы сломить их волю к сопротивлению, – любезно раскрыл секрет идиотизма адмирал. – Они устрашатся нас…
В самом деле – Ларм не умеет импровизировать. Учебники по тактике как раз предписывали истреблять врагов и перебежчиков максимально жестоким способом, чтобы союзники врагов Империи оказались деморализованы подобным. Кажется, Ларм вовсе не способен проявить тактическую инициативу. Зачем тратить время и ресурсы на сражения с мятежниками, если им можно предложить сохранение жизней и тем самым позволить им добровольно сложить оружие? Тот же результат, но с меньшими потерями…




























