Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"
Автор книги: Илья Модус
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 33 (всего у книги 102 страниц)
– Как и ожидалось, Траун раскритиковал твой план, – констатировал Эрик.
– Могу поспорить, ты по этой причине и связался с ним, – хмыкнула Вентресс, с хитринкой посмотрев на командующего эскадрой. – Решил не вступать со мной в прямую конфронтацию и критиковать меня сам, а подтянул тяжелую артиллерию в виде Верховного? Да вы коварны и изобретательны, адмирал Шохаши.
– Благодарю за комплимент, – флегматично отозвался альдераанец. – Однако, вернемся к делу. Нужно подготовить новый план атаки. С учетом новых вводных, данных Трауном, необходима тщательная подготовка и расчет нового наступления.
Без лишних слов Эрик направился прочь из рубки связи. Вентресс, прислушавшись к своим ощущениям, проконтролировала, что не видит какого-либо интереса, направленного на нее и командующего со стороны вахты рубки связи. После стольких лет, наполненных горечью поражений сразу после оглушительного триумфа, она являлась отчасти параноиком, которому это не раз спасало жизнь.
В обществе клонов она, конечно, чувствовала себя неуютно, видя в каждом из них больше врагов, чем друзей. Но чем больше в экипаже дредноута появлялись все новые и новые члены команды, неклоны, тем больше Асажж убеждалась в том, что не клонов следует опасаться. Как и во время Войн Клонов, эти одинаковые ребятки от Фетта имели неоспоримую и непререкаемую верность Доминиону.
Следом за Эриком она покинула рубку связи, выйдя на мостик «Алого рассвета». Тут, как и всегда, царила рабочая атмосфера: шум рабочих станций, негромкие переговоры вахтенных, сигналы и мигающие индикаторы…
Скользнув взглядом по многочисленным штурмовикам и гвардейцам в красной броне, обеспечивающих безопасность мостика, датомирийка на мгновение подумала о том, что едва ли обычные разумные могли бы часами находиться в одном положении и следить за обстановкой, не поворачивая даже головы. И все же, штурмовики и гвардейцы это как-то делали…
Вентресс обошла «яму», приблизившись к стоящему перед центральным иллюминатором Шохаши. Мазнув взглядом по рослым фигурам, скрытым тяжелыми плащами, стоящими в паре метров за спиной альдераанца, она хмыкнула, увидев механические нижние конечности, выступающие ниже края плащей.
– Вижу твои игрушки прошли ремонт, – заметила она, обходя «МагнаСтражей». Пережитки Войн Клонов следили за ней своими алыми фоторецепторами, готовые в любой момент перейти из караульной позиции в атакующую. Даже тех немногих элементов корпуса, которые она смога увидеть, было достаточно для того, чтобы оценить новую броню дроидов.
– Все верно, первая партия готова, остальные проходят модернизацию, – подтвердил Шохаши, продолжая взглядом сверлить планетарные тела системы Хар-Дельба. – Вскоре моя личная охрана вернется к исполнению обязанностей в полном составе.
– Всегда хотела понять, зачем тебе дроиды-охранники, если Траун приставил гвардейцев, – вспомнила о своем праздном любопытстве Вентресс. – Его ребята в красном довольно эффективны.
– Не сомневаюсь в этом, – заверил Шохаши. – Но этого ЕГО охрана. Предпочитаю иметь собственную. Кроме того мне всегда нравились «МагнаСтражи». Обладая ресурсами и возможностями перепрограммировать их, мне показалось отличной идеей получить для своей защиты дроидов.
– Ведь они не подвержены ментальным штучкам чувствительных к Силе разумных, – как бы между делом произнесла Вентресс. – Дорого обошлось приобрести кортозис и покрыть им обшивку дроидов?
– Дороговато, – подтвердил Шохаши. – Но на личной безопасности не экономят. В Пространстве Ситов мы всегда можем столкнуться с кем-то, вооруженным световым мечом.
– Да, у меня есть парочка.
– Я говорю о тех, кто не на нашей стороне, – уточнил Шохаши. – Предательство Тибероса – явное доказательство того, что в этом регионе галактики случаются даже самые неожиданные происшествия.
– Верно подмечено, – нехотя согласилась Вентресс. – Мне никак не дает покоя одна мысль. Сам Траун нечувствителен к Силе, а секреты, которые могут тут храниться, довольно опасны, чтобы позволить их изучать дженсаарай или даже Теневой Страже. Самым логичным способом было бы отдать приказ уничтожать каждую планету внутри Пространства Ситов. Тогда наследие ситов, их мерзкие секреты, безнадежно канут в небытие. Гранд-адмирал уже продемонстрировал свое отношение к безусловным угрозам вроде левиафанов и стенаксов. Но Траун не сделал этого здесь.
– До сих пор не сделал, – уточнил Шохаши. – Теперь у нас есть такое конкретизированное разрешение.
– Есть, – согласилась Вентресс. – И тебе не кажется странным, что он лишь сейчас отдал такой приказ? «Красная Звезда» понесла немало потерь, завоевывая эти миры. Мы отвлекаем большое количество сил на текущую компанию. Уничтожение планет ситов могло бы снизить угрозу и потери до минимальных. Раньше он отдавал такие приказы только в случае, когда невозможно поступить иначе, чтобы нивелировать угрозу. Выходит, Доминион столкнулся с чем-то, что необходимо уничтожить раз и навсегда?
– Возможно. Траун не раскрывает своих замыслов раньше времени.
– И это меня смущает, – призналась Вентресс. – Коррибан – родина ситов. Место их поклонения Темной Стороны, каждый камень, каждый склеп на планете хранит огромное количество секретов и мерзких тайн. Уничтожить Коррибан, Дромунд-Каас, Зиос и многие другие исконные ситские миры – логично. Но вместо этого он разрешил нам уничтожить только Хар-Дельба. Ты не видишь в этом тактической выводы?
– Вижу, – произнес Шохаши. – Уничтожение планеты и ее спутника приведет к изменению гравитационной постоянной в этой системе, как это было с Альдерааном. Поле естественной гравитации разрастется настолько, что корабли Империи внутри оборонительного периметра окажутся неспособны совершить гиперпространственный прыжок. И тогда генерал-майор и его силы окажутся заперты в той самой ловушке, в которую намеревались втянуть нас.
– Если все то, что сказал Траун правда, и у Брашина в самом деле флот больше, чем тот, о котором мы узнали, то для нас мало что поменяется, – возразила Вентресс. – Даже уничтожив планету и спутник, даже заперев Брашина и часть его флота на месте, в окружении минных полей, мы не сможем помешать ему ввести в бой вторую часть. И зажать нас меж двух огней.
– Не сможем, согласился Шохаши. – Но без минно-артиллерийских позиций у Брашина не так уж много козырей. Голографический тактический интерфейс управлением поле боя ему, без сомнения поможет. Однако и у нас будет дополнительное время, пока он преодолевает гравитационную ловушку, чтобы присоединиться к прибывшим войскам.
– Если только не сделает это заранее, – Вентресс подошла к голотерминалу, расположенному поблизости, и запустила симуляцию. Несколько дополнительных вводных, и теперь объемная карта поля боя отражала новые реалии. – Как видишь, не нужно много ума, чтобы синхронизировать выход из минного поля группировки, которая находится под защитой минно-артиллерийских позиций в свободное пространство и синхронизировать эту смену дислокации с прибытием дополнительных сил. Пусть у нас и больше кораблей, но перекрестный обстрел – не лучший способ ввязаться в бой.
– Потери будут большими, – согласился Шохаши.
Даже несмотря на то, что ОЗРД Доминиона имели превосходство в скорости, защите и залпе, по сравнению с имперскими звездными разрушителями, и, тем более, доминировали над их сопровождением, нет никакой уверенности в том, что противник не имеет явный количественный перевес. В затяжном сражении количество умеет переходить в качество, и это бесспорный факт.
Обновленные сведения, предоставленные Трауном, указывали на то, что внешне выглядящий как загнанный в угол, генерал-майор Брашин, на само деле занял куда как более выгодную позицию. И имеет все шансы, полагаясь на голографический интерфейс управления полем боя, чтобы нанести «Красной Звезде» ощутимое поражение.
Траун выделил Шохаши весьма существенный и редкий ресурс. Дав карт-бланш на активные и разрушительные действия. И одно только это указывало на то, что Брашин представляет из себя куда как большую проблему, чем могло показаться в самом начале. Если гранд-адмирал понял это, находясь в… далеко от Доминиона, то Шохаши следовало это осознать куда как раньше.
И, на счастье «Красной звезды», пусть и не детально, но все же Эрик просчитал, что наступление имеющимися силами приведет к значительным потерям. «Красная звезда», разумеется, не будет уничтожена. Но в то же время, будет лишена боеспособности на длительное время. И никакая победа, никакие трофеи не компенсируют для Доминиона эти потери. Каждый звездолет, каждый опытный экипаж корабля сейчас по цене, превышающий ценность ауродиума.
Чтобы победить, требовалось не просто нанести удар супероружием. Требовалось разыграть в этой партии в саббак такую комбинацию, чтобы Брашин был побежден. Явно, окончательно, бесповоротно.
«Расклад Идиота» контр-адмирала Шохаши никак не устраивал.
– Сменить патрульные эскадрильи новыми, – распорядился Эрик вахтенному. – Сохраняйте повышенную готовность, ведите наблюдение за окружающим пространством. Я хочу, чтобы дополнительные разведывательные патрули доставили дроидов-шпионов в каждый уголок этой звездной системы. Создадим сеть оповещения и раннего предупреждения.
– Да, сэр, – откликнулся клон, фиксируя приказы в деке и передавая их на исполнение.
– Полагаешь, что так мы сможем вовремя узнать о том, откуда прибудут подкрепления Брашина? – спросила Вентресс.
– Нет, это нам не поможет, – потерев подбородок, ответил Эрик. – Но даст дополнительную информацию о том, откуда он может это сделать. Вопрос лишь в том, смогу ли я заинтересовать их вступить в сражение раньше, чем они планируют.
В условиях полной блокады системы связи это казалось реальным. Но никто не исключал и того факта, что в этом, Сенатом забытом уголке галактики, может быть второй ретранслятор, созданный имперцами. Для каких-то же целей они держали здесь целый флот?
Что здесь потребовалось Империи? Сейчас, или же они базируются здесь давно? Какими ресурсами они обладают на самом деле?
Эти и многие другие вопросы оставались без ответа. И Эрик понимал, что эти нерешенные переменные остаются проблемными моментами в картине всей кампании.
– И… ты намерен разместить там парочку сюрпризов? – уточнила датомирская ведьма.
– Скорее пять-шесть, – прищурился Шохаши, открыв проекцию звездной системы. – Или семь-восемь…
Глава 37
Одиннадцать лет, второй месяц и девятые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок шестой, второй месяц и девятые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, восьмой месяц и двадцать четвертые сутки с момента попадания).
Выпад клинка в грудь – и поражение неизбежно. В животных глазах противника есть уже триумф предвосхищаемой победы. Ну, как же? Злючка, стараясь нанести ей скользящий удар клинком по предплечьям, перерезать мышцы и сухожилия, тем самым лишив возможности орудовать световым мечом, сама подставилась под удар и открыла свою грудь для Шиака – колющего удара классическим для Чувствительных к Силе разумных оружием.
Алиссия не считала себя агрессивной и злорадствующей, но в то же время она испытала прилив адреналина и радости, наблюдая за тем как клинок несется в нагрудную броню тви’лечки. Как раз между прикрытыми полушариями. Весьма и весьма красивыми, вызывающими определенные нотки зависти…
Девушка буквально видела, как ее клинок коснулся поверхности нагрудной пластины Злючки. Вот сейчас энергетическая петля светового клинка прожжет крошечный порез в брони, войдет в тело… Алиссия приготовилась одернуть руку с клинком сразу же, как только Сила даст ей знать, что кончик ее клинка коснется кожи уроженки Рилота…
А потом энергетическая петля ее клинка моргнула и растворилась в воздухе. Ощущение растерянности, дезориентации, растущей паники – и летящий прямо в челюсть закованный в бронированную перчатку кулак ухмыляющейся Злючки…
С криком Алиссия отпрянула назад, вырываясь из объятий кошмара. Оглядевшись, она увидела очертания своей каюты, а не тренировочного зала на станции. Никого, кроме нее самой рядом не было. Ни души.
Алиссия машинально погрузилась в Силу, отметив единственное живое существо в кокпите корабля. Деймос, несмотря на продвинутый автопилот их корабля, предпочитал проводить время полета в кабине. Как и всегда.
Полежав несколько минут на койке, приводя учащенное дыхание в порядок с помощью дыхательной гимнастики, девушка решительно встала. Попытка вернуться в сон ни к чему не привела – воспоминания, преследующие ее во сне, до сих пор стояли у нее перед глазами. Ощущение собственной беспомощности и разочарование от проигрыша в навязанном ей сражении захлестнули обидой и гневом.
Девушка почувствовала, как ее захлестывает ярость… И тут же остановила себя, расслабившись и насильно успокаивая себя при помощи джедайской медитативной техники.
Оставайся она по-прежнему среди алтиссианских джедаев, ее вспышка эмоций могла бы иметь не самые приятные последствия. Однако, как ученица Теневого Стражника, она не испытывала проблем с тем, чтобы отдаваться во власть эмоций. Наоборот, эмоции среди дженсаарай поощрялись. Не поощрялось лишь отсутствие контроля за этими эмоциями.
Девушка переоделась, привела себя в порядок. На мгновение она задумалась о том, что контроль эмоций – это как раз то, что вообще-то проповедовали джедаи. Давно, очень давно. Но даже относительно лояльные алтиссиане все же сводили свою практику к тому, чтобы полностью отрицать эмоции из своей жизни. Так проще, нежели чем контролировать то, что роднит тебя с простыми разумными.
Особенно, когда даже твои учителя этого не умеют. Чему можно научить подрастающее поколение, когда у них нет познаний в подобной области?
Покинув каюту, девушка направилась в кокпит, на ходу размышляя о том, что Ордену Дженсаарай и Теневой Страже тоже подобные знания не были дарованы Силой. Немногие из них научились этому самостоятельно, но в то же время Теневая Стража приложила немало усилий для того, чтобы заполучить реликвии и голокроны древних джедаев, чтобы приобщиться к их знаниям и, особенно, к методам контроля. Потому как древние джедаи не брезговали использовать приемы, которые их более поздние последователи считали частью способностей Темной Стороны.
Так, найденный на Оссусе голокрон древнего главы Ордена джедаев Била Дуктависа, жившего почти одиннадцать тысяч лет назад оказался для Доминиона неиссякаемым источником знаний. В том числе и по методикам самоконтроля, а так же приемам куда как более агрессивного нападения, чем могли себе представить даже ситы. Авадон Криен, много сделавший для того, чтобы алтиссианские джедаи успешно противостояли Темной стороне, лишь разводил руками, говоря, что даже в хрониках ситов он никогда не встречал многого из того, что рассказывал своим слушателям привратник голокрона.
– Снова ночные кошмары? – поинтересовался Дарт Деймос в тот же момент, как она пересекла порог кокпита.
– Да, – Алиссия, несмотря на не самое приятное начало знакомства со своим будущим учителем, все же старалась больше не лгать ему. Деймос в прошлом принадлежал к фракции дженсаарай – джедаям, что приобщились к знаниям ситов во времена Войн Клонов.
О своем прошлом учитель говорил неохотно и крайне редко. Но в то же время, узнав его поближе, Алиссия умудрилась попасть в ту категорию разумных, с которыми Деймос мог обмолвится несколькими словами о своем прошлом. Правда, больше информации о своем учителе Алиссия получала из бесед с другими Теневыми Стражниками. Вот только не все из них могли поручиться, что говорят правду, а не пересказывают слухи.
Потому что, если Дарт Деймос в самом деле сын главы Ордена Дженсаарай, то… Почему не он возглавляет Теневую Стражу? Или, хотя бы, почему не имеет высокое положение среди Стражников. Ведь он один из немногих, кто обладает уникальными возможностями и способностями, что делает его выше остальных…
Сам же Деймос, когда она спросила у него это прямо некоторое время назад, ответил просто: «Я на своем месте. Больше мы к этому не возвращаемся». Спорить с тем, кто может войти твое сознание и вывернуть наружу из самых темных глубин памяти самые неприятные и болезненные воспоминания… да, не самая лучшая мысль.
– Ты продолжаешь проживать в своих снах поражение от Злючки, – в словах Деймоса звучало больше утверждение, чем вопрос. И это при том, что учитель сидел в кресле командира корабля, с закрытыми глазами и даже не смотрел на свою подопечную. Впрочем… А нужно ли это ему?
– Вы же знаете, что да, – поморщилась Алиссия, сверяясь с показаниями приборов. Их уникальный корабль продолжал преодолевать один световой год за другим, двигаясь к новой цели. Какой именно, Деймос традиционно заранее не говорил. Алиссия уже привыкла к тому, насколько сильно отличается обучение у джедаев от процесса подготовки в Теневой Страже. – Не сомневаюсь, что вы тихонько подсматриваете за тем, как я раз за разом переживаю поражение от рук вашей бывшей подружки.
– Соратницы, – возразил Деймос. – Не подружки. Я и Злючка никогда не были настолько близки.
– А по ее поведению кажется, будто…
Алиссия сделала выжидательную паузу.
– Это одна из ее сильнейших черт, – произнес Деймос. – Умение спровоцировать противника, заставить его подумать то, что она хочет, чтобы он думал – ее фишка. Я не знаю никого, за исключением некоторых вполне очевидных имен, кто превосходил бы ее в этом. За то время, что мы путешествовали вместе, мне пришлось изрядно попотеть, чтобы не влипнуть в последствия таких манипуляций. Будь она чувствительна к Силе, это был бы один из самых страшных противников.
– Или союзников?
– Противников, – уверенно произнес мужчина. – Она бы шагнула на Темную Сторону просто из желания провоцировать остальных на конфликты с ней. Сугубо для того, чтобы при встречах и сражениях осыпать их колкостями и выбесить до глубины души.
– Звучит не очень по-ситски, – призналась Алиссия. – А как же власть, страдания невинных. Убийства джедаев и прочие ситские досуговые увлечения?
– Полагаю, этим бы она тоже занималась, – подумав, добавил Деймос.
Алиссия не нашла что ответить. Смотря на наставника, девушка отметила: Стражник стал выглядеть гораздо более здоровым, чем когда они пребывали на станции или покидали ее. Похоже, что время в самом деле лечит… Ну, или медитации, недоступные для нее еще методы исцеления…
– Так вы знали, что она победит меня? – спросила Алиссия. Этот вопрос мучил ее все последние дни. Но Деймос большую часть времени вне своей вахты на корабле проводил в каюте и поговорить им не удавалось.
– Да, – в голосе наставника ничего не дрогнуло.
– И почему же не остановили меня? – обиделась Алиссия. – Хотели посмотреть на то, как она меня сделает, или же надеялись на то, что Сила будет на моей стороне?
– Сила – лишь инструмент, одинаково полезный и опасный, учитывая тот факт, что по словам леди Тано, Сила находится под контролем Энакина Скайуокера, – напомнил Дарт Деймос. – Будь у нас возможности, мы бы, конечно, глубже изучили этот вопрос. Но в данной ситуации…
– Мы просто держим рядышком его сына и не воюем против государства его дочери? – хмыкнула Алиссия.
– Не самая осуждаемая тактика, – возразил Деймос. – Однако, мы ушли в сторону от заданного тобой вопроса. И ты этого не заметила.
– Эм… я лишь вежливо поддержала ваши логические заключения…
– Которые я произнес для того, чтобы увести твои мысли прочь от твоего вопроса, – пояснил Деймос. – Ровно так же Злючка приковала к себе твое внимание с помощью провокаций и тем самым обеспечила себе твою заинтересованность. На данный момент твоя слабая целеустремленность и легкая переключаемость между направлениями внимания, обеспечивает врагу превосходство над тобой.
– С каких это пор я не целеустремленная?
– С тех самых, как прекратила донимать меня вопросами о моем прошлом, хотя интересуешься этим у других Стражников, – Деймос распахнул глаза и одарил ее взглядом, в котором читалось: «Ты в самом деле думала, будто я не узнаю?». – Ты берешь то, что можешь взять легко, с минимумом усилий. В то же время, залог победы – четко следовать своим целям, приказу, заданию.
– Я и следую, – возразила Алиссия. – Я хочу узнать о вашем прошлом побольше, потому что из того, что мне рассказали другие Стражники, раньше вы не обладали подобным могуществом. Но в какой-то момент решили взять ситское имя и изучили все эти штучки, от которых в дрожь бросает…
– Иными словами, сейчас ты даже не хочешь признать, что я выявил твою уязвимость, – Деймос закрыл глаза и отвернулся от нее, демонстрируя как сильно разочарован услышанным. – Не нужно пытаться оправдаться, говоря, что расспросы у кого-то, кто служит Доминиону вместе со мной, могут дать тебе больше ответов, чем хитрость построения стратегии и прямая беседа со мной, единственным верным носителем информации. Так ты лишь падаешь в моих глазах, не признавая поражение, а стараясь замаскировать его нелепыми детскими отговорками.
– Это не отговорки… – вспыхнула было Алиссия. Но ее жажда жаркого спора, чтобы доказать свою точку зрения, разбилась о вполне знакомый взгляд учителя. – Это… Я думала, что коварство – путь Темной Стороны, вообще-то.
– Да, так говорят, – Деймос снова закрыл глаза, словно расслабляясь. – Интересный факт. То, что ситы называют коварством, джедаи называют хитростью. Но в обоих случаях это есть введение в заблуждение своего оппонента. Единообразный алгоритм действий, нацеленный на получение результата, необходимого автору хитростиковарства. Так что, на практике это всего лишь игра слов. Ничего больше. Твоя очередная попытка оправдать свою беспомощность тем, что ты не хотела проявлять коварство и становиться ближе к Темной Стороне – разочаровывает. Как минимум потому, что ты продолжаешь апеллировать к опасности Темной Стороны, приемам которой обучаешься мной же. Видишь нелогичность своих действий?
– Да, – насупилась девушка. – Еще скажите, что весь этот спарринг со Злючкой был вами спланирован как раз для того, чтобы я испытывала душевные переживания, пришла к вам за разговором, и вы могли провести со мной нравоучительную беседу и продемонстрировать мне ошибку в моих суждениях?
Деймос бросил на нее недоверчивый косой взгляд, вздернув одну бровь так высоко, что та едва не смешалась с челкой.
– Эко ж тебя покоробило, – произнес он. – Ущемленная гордость от того, что тебе поражение нанес тот, кто не чувствителен к Силе?
– Есть немного, – призналась девушка.
– Немного? – прищурился Деймос.
– Да…
– Опять отговорки? – хмыкнул учитель.
– Да какие отговорки? – вспыхнула Алиссия. – С чего бы меня так сильно должно задевать поражение от рук нечувствительной к Силе разумной, все поведение которой заключается в том, чтобы демонстрировать себя как объекта желаний для каждого окружающего ее мужчину? Как будто меня может волновать то, что теперь я узнала, что не имела никакого шанса на победу, потому что эта дрянь похотливая носит броню, покрытую напылением из кортозиса? Или думаешь, что меня тревожит то, как она вырубила меня одним ударом в челюсть?
– Разумеется нет, – спокойно ответил Дарт Деймос. – Как я вообще мог подумать, что ты переживаешь из-за такого унизительного проигрыша в тренировочном поединке, который же сама предложила провести с боевым оружием? Я не сомневаюсь в том, что моя ученица настолько умна и предупредительна, что ей не вскружила голову простая словесная провокация, а так же то, как легко она отбивала световым мечом выстрелы Злючки, разоружила ее в первую же минуту боя и атаковала прямо в сердце. Что выглядело как попытка убийства их гнева, ведь ни я, ни остальные Стражники не заметили на твоем лице выражение торжества и предвосхищение победы. А ты, разумеется, держала под контролем свои эмоции и никто в Силе не смог уловить как ты желаешь расправиться с провокатором. Нет, я так не думаю. Кстати, как твое кресло? С ним все в порядке?
– Разумеется, – Алиссия даже поднялась, чтобы наглядно продемонстрировать. – А к чему был вопрос?
– К тому, что ты так возбуждена, так горячишься, что я подумал: «Внутри нее точно есть ракетный двигатель. И, если пламя не выходит изо рта, ноздрей, ушей, то остается только…» Но, вижу, что кресло в порядке, не прогорело. Интересно тогда, куда же ты дела избыточное тепло…
Настал черед Алиссии прищуриваться.
– Очень смешная шутка, учитель, – произнесла она, рухнув в кресло штурмана. – Очень приятно узнать, что за кресло вы переживаете больше, чем за меня.
– Было бы так, мы этот разговор не вели, – ответил Деймос. – Да, казенное имущество, разумеется, не должно быть предметом вандализма и фривольного отношения со стороны государственных служащих…
– С каких пор вы стали таким правильным? – удивилась Алиссия. – О вас говорили как о том еще паяце. И что общество дженсаарай вы покинули в знак протеста…
– Как я уже и говорил – тебе следовало обращаться к первоисточнику, применив все свое коварство и хитрость, чтобы выведать необходимую информацию, – напомнил Деймос.
– Но разумные говорят…
– Способность говорить – еще не признак интеллекта, – напомнил Деймос.
– Тогда, быть может сейчас я включу женские чары и…
Алиссия как могла попыталась спародировать эпатажное поведение Злючки. Но даже реакции на лице Деймоса не было нужно – она и сама понимала насколько жалко прозвучали ее слова. А задумывалось как часть шарма и обольщения…
– Но, думаю, я просто подожду более удачного момента, – произнесла она, делая вид, будто так и было задумано.
– Да, неплохая идея, – согласился Деймос. – Потому как выглядело довольно жалко пытаться делать так же, как и Злючка.
– Ну, знаете!
– Знаю. Я несколько лет сталкивался с ее «чарами», – он изобразил пальцами кавычки. – И тебе нужно понимать одно, если ты будешь использовать свою женственность как оружие – это не данность. Это качество, которое иным расам присуще с рождения, как зелтронам и тви’лечкам. Другим этому следует учиться. В твоем случае, лучше не стоит… Алиссия, – Деймос прервал свой монолог, увидев, что ученица подтянула к себе клавиатуру на телескопическом удлинителе. – Мы на секретной миссии. Зачем тебе консоль связи?
– Рапорт о харассменте хочу написать, – пробурчала девушка. – «Мой учитель дискриминирует меня, называя неженственной…»
– Тогда это не харассменте, – усмехнулся Деймос, наблюдая, как она со злостью отодвинула от себя клавиатуру. – Немного другое.
– Учитель, – девушка посмотрела наставнику прямо в глаза. – Давайте откровенно…
– Я не лукавил до сих пор.
– Ваши придирки – это попытка избавиться от меня, да? – спросила девушка-катар. – Вы не особо хотели брать меня. И по факту я знаю, что доверия мне не так уж много. Потому что я шпионила для алтиссиан за вами, – она загнула один палец, – переметнулась и привела за собой «хвост», проиграла вашей подруге, нечувствительной к Силе…
– Остановись, – попросил Деймос.
– Я только начала! – возмутилась Алиссия. – И у меня еще много предположений, почему вы так суровы со мной…
– И все твои догадки – ошибочны, – пояснил Деймос. – Если ты считаешь, что я отношусь к тебе предвзято – ты в очередной раз придумываешь себе триггер для раздражения.
– Разумеется! Вы не поддержали меня после проигрыша!
– А должен был? – спросил Деймос.
– Да! А вы, вместо этого, пошли общаться с Обскуро! Я и так выглядела как оплёванная, униженная таким поражением от мало на что способного врага…
– Мало на что способного? – переспросил Владыка Ужаса. – Она как минимум уделала тебя. А ты – не слабачка. Однако, ты слишком много внимания отдаешь победе на своих условиях. Ты и сама понимала, бессознательно, что такая как Злючка, не чувствительная к Силе, не просто так в рядах Теневой Стражи. И не просто так она тебя провоцирует. Те, кто идут на открытую конфронтацию против заведомо более неудобного противника должны иметь в запасе козырь. В ее случае это был кортозис. И ты бы понял это, если бы гнев не затмил тебе разум – потому что она даже не прятала свою броню. Это была твоя вторая ошибка.
– А в чем заключалась первая?
– В том, что ты изначально решила поучаствовать в ее провокации.
– Ничего подобного! Я хотела лишь проучить ее и…
– Именно в этом, – прервал ученицу Деймос. – Провокатор имеет две цели – главная, это получить желаемое. Второстепенная – выставить оппонента в невыгодном свете. Втягиваясь в провокацию ты даешь ему повод реализовать любой из вариантов. В данном случае Злючка добилась обеих целей – она победила тебя. И заставила тебя чувствовать себя униженной.
– А как я еще должна себя чувствовать?
– Как разумный, который выучил урок, – пояснил Деймос. – Никто не застрахован от ошибок и поражений. И, если себя постоянно корить и унижать за их совершение, то ты упустишь главное.
– И что же главное?
– Урок, – вздохнул, разочарованный тем, что ученица явно не понимает о чем говорит учитель. – Ошибаться – можно. Нельзя лгать. В первую очередь – самому себе. Если ты застреваешь на том, как ущемили твое достоинство, как нечестно поступил враг, тебя победивший, как суров мир и обстоятельства и все против тебя – ты не вылезаешь из ямы, в которую угодил. Ты копаешь глубже. Каждое поражение – это ситуация, из которой следует вынести урок и выучить его, дабы не повторять в будущем. Только ошибки, которые мы прожили самостоятельно, дают нам самую неподдельную и прямую наводку на то, какие выводы мы должны сделать, какие действия предпринять и какие знания восполнить, чтобы больше не совершать таких ошибок. Потому поражения учат нас гораздо большему, чем победы. Если, – Деймос дернул плечом, – ты в состоянии признать свои ошибки и преодолеть гордость и прочие мелочные качества, не позволяющие тебе объективно взглянуть на ситуацию со стороны.
– То есть, я еще и виновата⁈ – опешила Алиссия. – Сперва назвали меня профнепригодной, теперь – глупой и не способной сделать выводы…
– Раз ты до сих пор воспринимаешь мои слова как нечто, что тебя оскорбляет – да, ты не сделала выводы, – спокойно констатировал Деймос. – И это, в свою очередь, заставляет уже меня задуматься, стоит ли продолжать твое обучение…
– Вот! Вы просто ищите повод от меня избавиться…
– Потому что, в будущем может быть ситуация, когда тебе придется прикрывать мою спину от врага, которого ты будешь считать гораздо слабее себя, – спокойно продолжил Деймос. – И, если ты вновь попадешься на эту уловку с провокацией, банальный Дун Моч…
– Дун Моч сочетает провокации и атаки на световых мечах! – упрямо произнесла Алиссия, испытывая горячее желание от того, чтобы не остаться неправой во всем, что качалось этого разговора.
– … то уже не только твоя гордость может пострадать, но твоя жизнь, моя жизнь и наше задание, – так же спокойно произнес Деймос. – Мне потребовалось несколько лет жизни и много боли, чтобы познать те уроки, которые ты получила просто от одного удара в челюсть.




























