444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Илья Модус » Гранд-адмирал. Том девятый (СИ) » Текст книги (страница 62)
Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)
  • Текст добавлен: 25 октября 2026, 18:00

Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"


Автор книги: Илья Модус



сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 102 страниц)

Глава 68

В атмосфере имелась существенная болтанка. Шаттл типа «лямбда» весьма крепкая и надежная машина. Особенно в руках опытного пилота. На счастье Мари, похоже, что ее не собирались угробить унизительным падением на поверхность в высоты нескольких километров.

Экипаж, с членами которого она не встречалась, штурмовики, чьих лиц она не видела под шлемами брони, да парочка боевых киборгов из проекта «Террор» – вот те, кто пребывали вместе с ней на борту кораблика. Сюда так же можно было бы добавить огромное количество контейнеров, заполнивших все свободное пространство. И, что не укрылось от девушки, так это то, что шаттл имел тщательное переоборудование. Уменьшен пассажирский отсек, увеличен трюм… Скорее всего, переделки не только внутренние. Как минимум, при посадке, она заметила улучшенные дефлекторные проекторы.

Доминион без лишних проблем мог бы изготавливать «лямбды» на тех же характеристиках, к которым привыкли обыватели. Но это явно специальный транспорт… И она оказалась единственным пассажиром.

Она не знала ни куда они летят, ни с какой целью. Командир штурмовиков любые ее вопросы игнорировал. У киборгов вообще бессмысленно интересоваться происходящим – тупые машины смерти, не настроенные на диалог. Кроме того, Мариус Мар не была уверена что на борту всего два террор-штурмовика. Как оказалось, эти парни могут долгое время пребывать в состоянии маскировки.

Похоже, что Кратала и ее научный контингент все же нашли способ, как устранить дефективную маскировку имперского проекта. Впрочем, тут тоже можно поспорить – а была ли та в самом деле настолько плоха? В своем единственном грандиозном выступлении террор-солдаты, насколько она знала, проявили себя эффективным средством уничтожения разумных.

Шаттл шел на посадку. Для опытного космического путешественника не составляло труда определить изменение вектора гравитации – помимо искусственной, вниз стала давить и естественная. Значит они уже достаточно низко в атмосфере…

Мари могла бы и в иллюминатор выглянуть… Если бы хотела. На деле же ее клонило в сон, она испытывала раздражение, да и тело побаливало. Пусть тот, кто установил сюда «многофункциональные и комфортабельные кресла» сам проведет в них несколько дней пути. От сна даже на разложенном «в горизонт» кресле у нее болела половина тела. Девушка задавалась вопросом как пилоты вообще относятся к пилотированию в таких условиях. И, почему-то ей пришло на ум, что дверь в кабину пилота не просто так постоянно заперта. Наверняка у них есть там удобная койка и что-то еще. Например – небольшая кухня для приготовления пищи. Потому как самой девушке приходилось питаться сухими пайками, которыми с нею делились штурмовики. Хорошо, хотя бы некоторое подобие удобств на корабле имелось – органическое тело подводило слабым желудком, не привыкшим к перевариванию подобной продукции.

Пусть сама она и знала, что пайки клонов созданы из легко усваиваемых продуктов, которые практически полностью перерабатываются в организме, оставляя лишь минимальный выход, эти мужланы в бело-красной броне способны и ржавый гвоздь переварить. Ей же требовалось еще время, чтобы организм привык к тому, что его вообще будут кормить не только жидкой пищей.

После пересадки прошло достаточно много времени. Клонированный организм уже прошел период адаптации к твердой пище… Но, не совсем.

Едва заметное дрожание корпуса указывало на то, что шаттл заходит на посадку. Да и штурмовики тоже оживились. И все это происходит в полнейшей тишине. Понятное дело, что шлемоголовые общаются между собой по внутренней связи. Но ее-то можно в курсе происходящего держать, нет?

– Поднимайтесь, – произнес воздух перед ней.

– Пошел в ад, – вяло огрызнулась девушка, подметив свою правоту – на корабле присутствовало гораздо больше террор-штурмовиков, чем она предполагала. Ну или пайки оказались несвежими и сейчас у нее «приход» с говорящей спинкой кресла, установленного впереди ее собственного.

– Благодарю, мэм, я уже был там, – ответил террор-штурмовик, проявляя себя. Подавшись вперед, он бесцеремонно схватил девушку за плечо одной рукой, а второй, без лишних слов и уговоров, просто разодрал в клочья ее ремень безопасности.

Сердце Мари на мгновение сжалось, когда она увидела блеснувшие в искусственном свете остро отточенные клинки на руках террор-штурмовика. Не вибро-оружие, популярное среди головорезов по всей галактике, не обсидиан, который так любят коммандос Доминиона. Просто заточенные до нанометрической остроты лезвия из металла… Скорее всего сплава. Потому что Мари никогда прежде не видела подобного оттенка металла. А собирая свой корпус, она перепробовала едва ли не всю периодическую таблицу химических элементов, известных галактике. И несколько неизвестных официальной науки.

И это тоже сигнал к тому, что она явно недооценила своего бывшего шефа. Кратала в самом деле продвинулась проекте «Террор» и не афишировала.

Знакомая с разработкой Имперского Департамента Военных Исследований, Мари Мариус Мар имела представление о том, что такое террор-штурмовики. Искалеченные войной и опытами клоны времен Войн клонов, прошедшие через многочисленное протезирование, аугментирование и тотальное зомбирование, превращенные в живое оружие, снабженное, вот умора, помимо доспехов еще дюрасталевыми когтями и электрошоковыми бластерами. Различные мелочи вроде встроенных в броню средств связи, респираторных масок в виде жалкой пародии на маску генерала-киборга Гривуса (еще один омаж на Войну Клонов), а так же несовершенная оптическая маскировка – шли в комплекте. Как и совершенно идиотский тактический фонарь, закрепленный на голове вместе с оборудованием для голозаписи действий террор-солдата в бою.


Террор-солдат Империи.

Интересно… И кому же должен был подсвечивать террор-штурмовик? Самому себе, чтобы не споткнуться, пока прикрыт маскировочным полем?

Впрочем, несмотря на кажущуюся нелепость, это были довольно эффективные солдаты, несущие смерть в ближнем бою. Особенно – для неподготовленного неприятеля.

Поскольку аналогичный проект Доминиона, являющийся, по факту, лишь доработкой имперских технологий (как и многое другое в Доминионе) разрабатывался без ее участия, то Мари могла лишь догадываться о том, в чем еще эти штурмовики так же более совершенны, кроме очевидного изменения дизайна брони и оружия для ближнего боя.

Не вступая в полемику с убийцей, Мариус Мар проследовала к выходу. Как оказалось, и это ее довольно сильно удивило, штурмовики в бело-красной броне уже разгрузили содержимое трюмов. На репульсорных платформах многочисленные грузовые контейнеры и цистерны сейчас двигались по широкой дорожке, соединяющей посадочную площадку с главным комплексом. По крайней мере огромное строение, усеянное многочисленной ствольной и ракетной артиллерией, проекторами силовых полей, а так же мощнейшими приемо-передатчиками, не могло быть ничем иным, как очень важным объектом Доминиона. Очередным секретным проектом?


Мари Мариус Мар прибывает на секретную планету.

В происходящем вокруг ее удивило сразу несколько вещей.

Первое – то, насколько здесь оказалось тяжеловато дышать. А смотреть – тем более. Стоило только шагнуть за пределы дефлекторного поля, как глаза могли быть сожжены температурой. Но, хорошо, что этого ее не заставили делать.

Раскаленный воздух обжег легкие, и лишь после того, как она схватилась за горло, ее конвоиры из числа террор-штурмовиков соизволили надеть на нее кислородную маску. И воздух тут… Да чего уж скрывать, сама планета – отнюдь не набуанский Озерный край.

Посадочная площадка, как и большая часть местных искусственных построек, находилась прямиком посреди раскаленного лавового озера. Подъездные пути, соединяющие несколько посадочных площадок на пример ветви дерева, на которой растут листья, окружали центральную постройку двойным кольцом. Судя по размерам площадок, становилось понятно, почему сюда пассажиров и грузы доставляют именно шаттлами – корабли крупнее «лямбд» просто не могли бы удержаться здесь.

Но построить огромный явно промышленный комплекс, который черпает из недр неизвестной вулканической планеты как материалы для своего производства, так и энергию для самообеспечения, нельзя построить, даже если прислать сюда целый флот шаттлов. Например, возвышающиеся над потоками лавы контроллеры лавового потока – похожие на огромные цилиндры с вертикальными сенсорными «ребрами» устройства, контролирующие сейсмическую активность, скорость течения лавы и многое другое, устанавливаются на свое основание сразу собранными еще на заводе. И такая штука не влезет в трюм шаттла.

Второе – командир штурмовиков в красно-белых доспехах, с нелепым рисунком зубастой пасти на шлеме возился с одним из контейнеров, явно вскрывая его. И Мари не ошиблась – клон отпер почему-то решетчатую дверцу и из ящика вылез злющий как аклай на джеонозианской арене мастифф. Охотничье животное, используемое для загона беглецов…

– Прелестно, – поморщилась Мари. – Не убили при посадке, решили прикончить на филиале Мустафара.

Разумеется, Мустафар не был единственной на всю галактику вулканическую планету. Есть, как минимум, еще и Суллуст. Но почему-то именно Мустафар использовали для подобных сравнений.

Кожей девушка ощущала как температура окружающей среды возрастает, нагревая ее тело. Штурмовики, понятное дело, не торопились – их броня спасала от подобного дискомфорта. Сама же Мари не имела такого комфортабельного снаряжения.

Надо признать, здесь весьма жарко. Настолько, что она не успевала вспотеть – пот на открытых участках тела буквально испарялся раньше, чем начинал катиться по ее лбу.

Воистину адское местечко… А, если вспомнить слова террор-штурмовика, можно предположить, что здесь как раз и размещена база по производству…

Мари, в погоне за своей догадкой, впилась взглядом в транспортные контейнеры. Быть может на них есть соответствующая маркировка? Уж слишком похожи продолговатые металлические ящики на способ скрыть находящиеся внутри криогенные капсулы. Но никаких внешних опознавательных знаков или индикаторов криогенного оборудования она не смогла заметить.

А стоящие за ее спиной террор-штурмовики уже недвусмысленно толкали ее в спину.

– Да иду я, иду, – проворчала Мари, зашагав вслед за процессией по мостику. Штурмовики не торопились, сохраняя конвойное построение – выстроившись «коробочкой» вокруг платформ с грузами, они шагали, к удивлению девушки, не в ногу. Запоздало она вспомнила о том, что солдатам запрещено маршировать, передвигаясь по не усиленным мостам. А здесь, на вулканической планете, где между мостиком и раскаленной лавой всего лишь силовое поле, подобное соблюдение Устава могло быть смертельно опасным.

Шагая, Мари оглядывалась, стараясь найти взглядом нечто, что могло было ее навести на мысль о том, куда именно она попала. Но сколько бы она не пыталась разглядеть хоть какие-то приметные детали, удача изменила ей.

Лишь многочисленные шлаковые холмы, даже целые горы. Лавовые реки и озера, бесконечные заводы и комплексы зданий, соединенные мостовыми, многочисленное контрольное и заборное оборудование, оберегаемое многочисленными проекторами силовых щитов…

Шагая ко входным вратам, девушка размышляла о том, что все эти постройки здесь не случайны. То, что здесь происходит – отнюдь не лабораторный комплекс. Даже далекому от промышленности ученому знакомы контуры производственных цехов, заборное оборудование, черпающее лаву для дальнейшей сортировки и сепарации. Расплавленная каменная и шлаковая порода будут отсеяны, а металлы, содержащиеся в остатках – разделены для последующего использования. То, что Конфедерация Независимых Систем в прошлом проводила на Мустафаре некогда в небольшом размахе, Доминион повторил в колоссальных объемах.

По сути, это один огромный завод, который не нуждается в добыче полезных ископаемых – они сами по себе извлекаются из недр лавовыми реками. И потоки расплавленного вещества столь огромны, что вдоль одной огненной реки можно поставить десяток заводов, и ни один из них не будет никогда простаивать. Сепарировать, переработать, отправить в плавильные печи – и можно изготавливать необходимое.

Но что это, что здесь производят? Уж точно не исключительно террор-штурмовиков. Честно говоря, здесь их производить вовсе глупо – операция по аугментированию требует огромного времени и предельной стерильности. А, когда в воздухе так или иначе присутствуют мельчайшие частички шлака… Слишком затратно.

Но, если это простой комплекс заводов по производству какого-нибудь оборудования, например, брони для звездных разрушителей, зачем здесь она? Что может ученый в области дроидостроения и механизации, а так же хирургии, анатомии, нейронной активности… Хатт побери, она так далека от промышленности и производства, как и Татуин от зимы.

Массивные бронированные двери приподнялись, пропуская прибывших внутрь. Мари не заметила внешних патрулей, но приметила многочисленные посты наблюдения. Штурмовики все в той же бело-красной броне, находились в защищенных обсидиановых куполообразных дотах, которые, по ее прикидкам, обеспечивали им постоянное наблюдение за вверенными секторами. А усеянные разнокалиберным вооружением уровни главной постройки намекали на то, что она не только способна выдержать налет, но и как следует ответить на нарушение доминионского пространства.

Проходя сквозь магнитное атмосферное поле, штурмовики перед ней исчезла за поворотом направо. А грузы, что удивительно, продолжали следовать прямо по коридору. На территории комплекса их встречали уже другие бойцы – в черно-красной гвардейской броне…

– Так это же Доминионская Гвардия, – поняла Мари, вспомнив как называется подразделение штурмовиков в бело-красных и красно-черных доспехах. Немудрено, что именно они сопровождали ее – если объект охраняется Гвардией в черно-красных доспехах, не может быть никаких сомнений в том, что это совершенно секретный и стратегически важный для Доминиона Комплекс. Поэтому здесь и гвардейские штурмовики – они исполняют обязанность внутренних войск, применяемых для охраны режимных объектов или пресечения беспорядков, разборок с вооруженными преступниками. И прочие кровавые дела, до которых местечковые правоохранители не допускаются. Потому что… Ну, а вдруг убьются аборигены?

Ставки происходящего повышались с каждым шагом. Итак, стратегический объект под охраной Гвардии. Сюда ее доставили террор-штурмовики, и, скорее всего, прибыло очередное пополнение в местный гарнизон… что же тут происходит-то?

И, на кой хатт им вообще мастифф? Если бы не штурмовик с рисунком пасти, надевший на тварь дыхательный мешок – импровизированную кислородную маску для животных – гончая бы умерла еще на мостике.

Перешагнув «порог» комплекса, девушка обратила внимание на укрепленный бронированнвый бункер слева от входа. За толстенными транспаристалевым стеклом находились несколько военных офицеров, а так же многочисленные гвардейцы. Можно было разглядеть смонтированное на потолке и в верхней части стен сканирующее оборудование высокой точности. Пронести сюда оружие или отслеживающие устройства было бы в самом деле невозможно… А снаружи нет смысла монтировать подобное – датчики и сенсоры сгорят от температуры или будут выдавать неправильные показания.

Для тех горемык, которые сюда прорвутся, имеются многочисленные бойницы в стенах и автоматические турели в верхней части стен, потолка, на потолочных балках… Да, это местечко простым штурмом не взять.

– Сюда, – дернул ее за руку террор-штурмовик влево, следуя тем же путем, которым прошли штурмовики. Коридор уходил куда-то вглубь здания, вероятно к жилому уровню…

Еще секунд десять они двигались по коридору в темноту, в которой скрылись штурмовики, прежде чем Мари не услышала как за ее спиной щелкнул магнитный замок. Обернувшись, она с зарождающейся паникой обнаружила, что не видит бункера контрольно-пропускного пункта. Вместо него – лишь массивная и толстая бронированная дверь. Оглядевшись, она поняла, что дальше пути вперед нет – темнота скрывала точно такую же бронированную дверь. Ученая почувствовала себя еще более неуютно.

Сбрасывая с себя маскировку, террор-штурмовики двигались по платформе, совершенно не обращая внимания на верхний балкон, опоясывающий помещение. А там, нацелив на прибывших спаренные скорострельные бластеры, дежурили несколько десятков… дроидеков.

Словно в голошоу, у основания помещения начали вспыхивать световые диоды. Они пересекались друг с другом, образуя лазерные лучи… И не боевые лазеры, что уже хорошо. Однако, Мари, присмотревшись к излучателям, покрылась потом. Да, внутри уже можно – здесь работала система кондиционирования.

Излучатели сменного диапазона – то, что способно использовать лазерные лучи, например, как сканирующие элементы считывания. Или же, если оператор изменит настройку – эти лучи превратятся в боевые лазеры, которые образуют решетку прямо под ногами прибывших и разрежут их на аккуратные кубические куски.

– Не шевелитесь и не разговаривайте ни с кем, пока я не разрешу, – приказал террор-штурмовик, свернув своими линзами маски. – Здесь вы никто, ваше имя засекречено, личные данные не разглашаются. Так же, как и у остальных сотрудников «Почтовый ящике».

– «Почтовый ящик»? – забеспокоилась Мари. – Это что, название объекта?

– Этот объект отныне и до распоряжения гранд-адмирал Трауна – ваше место жизни и работы, – пояснил террор-штурмовик, пока сеть лазерных лучей объединялась в решетку и пронизывала прибывших от пола до потолка. – Разговоры о личном – запрещены. Разговоры и планирование побега – запрещены. Попытка побега – немедленная казнь. Отныне у вас есть лишь имя и поставленная перед вами задача. Все остальное – несущественно.

– Это что, концентрационный лагерь для ученых? – запаниковала Мари. Звучало именно так. Если этот объект построен специально для тех, кто не справился с работой в обычных условиях и подвел Доминион, но убивать его или

– Это – последний шанс сохранить вам жизнь и дать возможность поработать на благо Доминиона, – объяснил террор-штурмовик. – Вы и те, кто здесь работают, будете делать то, что прикажет гранд-адмирал. Ваши гражданские права аннулированы. Ваш личный файл удален из картотеки граждан. Вы больше не существуете документально и юридически. Ваша жизнь – работа. Ваше задание определяет гранд-адмирал. Невыполнение приказа – смерть. Саботаж проекта – смерть. Срыв сроков – смерть.

– Да поняла я, – Мари старалась унять дрожь. Казалось, что только сейчас она поняла насколько легкой была ее жизнь до сего момента. – А есть действия, за которые не убивают?

– Есть, – подтвердил террор-штурмовик. – Выполнение поставленной задачи. Невыполнение – смерть. Попытка побега – смерть.

– Ну да, конечно, – усмехнулась Мари. – Как будто здесь вы собрали самый расходный материал из величайших и компетентных ученых и так просто пустите нас в расход…

Она замолчала, услышав как резко повысилась тональность лазерных излучателей. До сих пор это было едва заметное гудение, но сейчас… Ноты и тон излучателей выросли, лазерная сетка прекратила свое движение…

– Касательно расходного материала, – произнес террор-штурмовик, не изменив тон и даже не оглядевшись. – Да.

– Что «да»? – забеспокоилась Мари, не понимая, что происходит. Кажется, она заметила, что лазерная стека в одном месте прерывается… И там ничего не находится…

– Да, – повторил штурмовик. Пустое пространство в лазерной сети слегка сместилось. Как если бы там находился кто-то невидимый.

В тот же момент дроидеки слаженно дали залп. В стороны ударили окровавленные брызги в том месте, где еще недавно просто прерывались лучи лазерной сетки. Один из террор-штурмовиков поймал что-то крупное, бросил его тому, кто стоял рядом с Мари. Тот тоже поймал одной рукой, посмотрел на оторванную голову в шлеме, как две капли воды похожем на тот, что надет на самом солдате террора.

– Кажется, кому-то из ваших захотелось сбежать, – на грани истерики попыталась пошутить Мари.

Террор-штурмовик без лишних слов сорвал маску и ответил:

– Нет. Из ваших. Это женщина. Была, – акцентировал он, – женщина.

Глава 69

Одиннадцать лет, второй месяц и восемнадцатые сутки после Битвы при Явине…

Или сорок шестой, второй месяц и восемнадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.

(Один год, девятый месяц и третьи сутки с момента попадания).

С момента инструктажа при гранд-адмирале Траун прошло несколько дней. За это время капитан Тшель сумел, как и взлет его карьеры, стремительно пройти все стадии принятия неизбежного. Принимая во внимание, что по распоряжению Верховного ему было отказано в получении табельного оружия, сделать это оказалось проще, чем капитан считал изначально.

Проще говоря, Тшель смирился с тем, что ему, военному офицеру, придется поучаствовать в шпионских играх. И не просто поучаствовать, но и победить в них. Причем – не по очкам.

Вражеские разведки, в частности, имперская, решили убить короля, обвинить в его смерти самого Тшеля, и под этим предлогом изгнать Доминион из сектора, национализировать, путем конфискации, все совместные предприятия, а так же иные объекты собственности, движимое и недвижимое имущество, которым владеет Доминион. А это десятки зданий, резиденций, торговых, культурных и дипломатических объектов.

Все эти дни Тшель думал. Это у него получалось отнюдь неплохо – в противном случае он так же и оставался лейтенантом.

Получается, что мятежники Таммуз-ана, делают ставку исключительно на смерть короля. Ложное обвинение – и народ сам поднимется на борьбу с Доминионом. Короля любят, Доминиону верят… Если Доминион повинен в убийстве короля, то народный гнев прольется на их голову. И здесь нет никаких шансов на то, чтобы сразу же взять ситуацию под контроль.

План неприятеля так же включает в себя и тот факт, что звездолеты Доминиона не готовы к сражению – не просто так их просканировали еще в то время, когда дворец готовился к праздничному мероприятию. Империя прекрасно осведомлена о том, какими силами располагает Доминион. Они видят перед собой группу звездных разрушителей, и прекрасно могут умножить количество кораблей на размер десантных сил, которые могут находиться на борту.

Неприятель не может не учитывать предположений о том, что как только на поверхности станет жарко, Доминион вмешается всеми имеющимися силами. То есть – кораблями и штурмовиками – для защиты своих торговых представителей, дипломатов и так далее.

В первые дни никто не будет разбираться в неточностях легенды об убийстве короля. Народ будет пылать праведным гневом. И, по этой причине, Империя должна вмешаться сразу же, как только все начнется – чтобы не позволить доминионским штурмовикам взять под контроль поверхность и разбить флот на орбите.

К тому моменту, когда местные начнут задаваться вопросом «А зачем, собственно говоря, Доминиону убивать короля, с которым у них совершенно рабочие и устраивающие друг друга взаимоотношения?» Империя и мятежники будут контролировать весь сектор Таммуз.

Несмотря на то, что Тшель являлся тем самым звеном, от которого зависит исход всей миссии на Таммуз-ане и продолжение всех операций в секторе, он так и не получил дополнительной информации от гранд-адмирала о том, почему этот сектор так важен для Доминиона. Если Траун знает о том, что задумала Империя, то легко мог бы предотвратить это. Вывести мятежников на чистую воду – не так уж сложно на самом деле.

Но Трауну зачем-то нужны эти политические игрища. Может быть, ему, в рамках надвигающегося конфликта, нужен прецедент нападения Империи на силы Доминиона? Кто знает, никогда не стоит даже пытаться угадать замыслы гранд-адмирала. Ведь то, что кажется совершенно логичным и обоснованным, на деле может оказаться совсем не так важным с точки зрения Верховного Главнокомандующего.

Там, где все играют в саббак, он уже расставил фигуры для голошахмат. И, что хуже для его оппонентов – близок к победе.

Но от всего этого меньше волнений у Тшеля не стало.

Командир «Химеры» плохо спал этой ночью, да и кусок на утро не лез в горло. Поднялся он рано, с особой аккуратностью привел себя в порядок и прибыл на вахту на несколько минут раньше положенного срока.

Дипломатический прием должен был состояться сегодня вечером по местному времени. Но до тех пор никто не отменял его служебных обязанностей. Даже если парадный китель отутюжен и сверкает как новенький (а так, по сути и есть, Тшель даже не мог вспомнить когда он надевал парадную форму в Доминионе), это еще не повод спихнуть все рабочие обязанности на старшего помощника и почивать на койке в ожидании, когда его доставят на планету.

Получив рапорт от вахтенного начальника, Тшель перепроверил отчеты всех постов, проконтролировал ход ремонтных работ на нижней палубе. Пусть «Химера» только что из доков и картаккские судоремонтники постарались на славу, парочка трубопроводов недавно прохудилась. Пришлось пускать охлаждающую жидкость для системы кондиционирования по запасным трубам, пока механики обнаружили и устранили неисправность.

В этом-то и беда всех срочных ремонтов – исправляется ровно то, что повреждено. На полную диагностику корабля в ручном режиме нет времени. И, если что-то выходить из строя… Это не проблема судоремонтных бригад – для подобного на корабле есть техники и механики.

В целом, как и ожидалось от флагмана, «Химера» в полном порядке и на несение службы никакая поломка не влияет. Пилоты находятся в предбоевой готовности, штурмовики заканчивают утренние тренировки… Эх, как много жалоб было первое время, когда одетые в полную броню, со всем вооружением, положенном на марше, бойцы 501-ого гвардейского легиона мчались по палубам со скоростью неуправляемого ранкора. И, как известно, при его размерах, неправильное направление и препятствия на пути – проблема совсем не ранкора.

Но, постепенно экипаж привык к грохоту бегающих по палубам штурмовиков. Ну или новые герметичные уплотнители помогли. Так или иначе, но начался новый стандартный день. И, к удовлетворению Тшеля, с постов, мимо которых пробегали группы штурмовиков, сообщали и о плетущихся в хвостах отделений членов экипажа. Радует, что не всем флотским наплевать на усиленные тренировки десанта. Пусть это и не обязательная процедура – у членов экипажа есть собственные часы и программа физической тренировки в начале дня – но демонстрирует устремления экипажа быть лучше. Даже тех, кто не являлся клонами, как и штурмовики.

Истребители-разведчики, ветераны АИР-170, патрулирующие систему, сообщили об отсутствии подозрительной активности. Отдельным рапортом шли доклады и от тех разведчиков, которые прочесывали иные системы сектора Таммуз.

Где бы не спряталась имперская эскадра, она должна быть неподалеку, не позднее чем в суточной дальности полета. Иначе бы ее уже обнаружили агенты за пределами сектора.

Но до сих пор никто так и не появился, не обнаружен, никаких признаков активности неприятеля. И это, разумеется, нервирует.

– Доброе утро, капитан, – голос гранд-адмирала, проследовавшего мимо командира флагмана к своему креслу в сопровождении Альфы и телохранителя-ногри, немного отвлек Тшеля от дум об имперской эскадре. – Надо полагать, что утренние доклады не вызывают подозрений?

– Именно так, сэр, – подтвердил Тшель, наблюдая, как Траун получил свою копию докладов и пробежался оп ним глазами. Как и ожидал офицер, взгляд гранд-адмирала задержался на одном из них… И к удивлению капитана, это был не отчет об отсутствии флота противника в пределах сектора Таммуз. – Но именно это и настораживает.

– Отсутствие информации о передвижении вражеского флота к Таммуз-ану? – уточнил гранд-адмирал.

– Да, сэр. Вчера вечером мы подтвердили свое участие в дипломатическом приеме в нашу честь. Сегодня вечером все начнется. Если, скажем, тесть намерен убить короля в полночь, то флот противника должен был выдвинуться к сектору не позднее чем сразу после получения информации о нашем участии. Чтобы добраться до Таммуз-ана от границ сектора, потребуется не меньше половины стандартных суток. Таким образом, флот неприятеля должен находиться на дистанции прыжка от двенадцати до двадцати четырех часов полета в гиперпространстве от нашего местоположения.

– Да эти расчеты верны, если они намерены вмешаться в происходящее на Таммуз-ане сразу же, – подтвердил гранд-адмирал. – Но они делать это не будут. Имперский флот уже в секторе Таммуз и ожидает сигнала от своего агента для вторжения и начала операции.

– Тогда вся авантюра теряет смысл. Без поддержки Империи, неприятель не удержит позиции.

– Разумеется. Проблема не у Империи, капитан, а у вас. Вы не верно воспринимаете план противника, – гранд-адмирал отложил свою деку в специальный карман на боку командирского кресла. – Вы решили, будто Империя бросится на Таммуз-ан сразу же, чтобы разбить наш флот и взять под контроль планету.

– Да, чтобы не допустить высадки наших войск на поверхность для стабилизации ситуации.

– И для чего им это делать? – полюбопытствовал Траун.

– Чтобы мы не смогли окопаться на планете и последующих захват не стал для них более затратным, – выдал Тшель. – Даже если они разобьют наш флот, то мы всегда можем привести подкрепление. И наши силы на поверхности удержатся. Несколько легионов – это грозная сила.

– Это обреченная сила, капитан, – поведал Траун. – Вы готовились к дипломатическому приему, изучали договора между Доминионом и сектором Таммуз. Но вы не изучили историю Таммуз-ана. Местные жители с легкостью клали миллионы жизней в борьбе друг с другом только для того, чтобы отвоевать небольшой населенный пункт или кусок леса. Они могли воевать за один объект десятилетиями, стачивая войска друг об друга. Дела отцов завершали их дети. Империи нет необходимости высаживать свои войска на поверхность и выдворять наших штурмовиков с Таммуз-ана. Местные сделают это самостоятельно.

– С колоссальными потерями, – подсказал Альфа. – Но, судя по тому, что они потеряли за последнее десятилетие порядка четырех с половиной миллионов солдат с обеих сторон в борьбе за водохранилище, это их не особо заботит.

– План достаточно интересен, и обретает дополнительные грани с каждой минутой ожидания, – пояснил Траун. – Империя прибудет, чтобы поддержать своего ставленника, лорда Маламеу Тодда. Но они не будут воевать против наших штурмовиков – гораздо логичнее использовать местных жителей.

– Да, мы подготовили их войска, – согласился Тшель. – Но вряд ли они способны противостоять нашим штурмовикам на равных.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю