Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"
Автор книги: Илья Модус
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 102 страниц)
Глава 29
Одно движение особым лазерным скальпелем – и плоть отделяется от металла. В одной стороне остается металл, в другой – плоть… Правда, тоже пропитанная металлом под завязку. Такова уж судьба киборгов…
Протянув в сторону искусственную руку, Кратала продолжала с любопытством изучать линию разреза. Правда, уже через несколько секунд ее стали раздражать две вещи. Первая – то, что из разрезанных артерий и вен начала сочиться кровь, заливающая обзор места ампутации. Вторая – то, что ей по-прежнему приходится держать на весу ампутированную руку.
Что, соответственно, мешало ей изучать место разреза.
Повернув голову в сторону, в которую она направила искусственную конечность, Кратала сдвинула брови, выражая свою рассерженность тем, что ассистент не выполняет свою работу.
Правда, девушка вовремя сообразила: под хирургической одеждой, маской, защитным щитком едва ли можно разглядеть ее мимику.
– Я была бы тебе непередаваемым способом признательна, если бы ты соизволила выполнить свои обязанности ассистента на вскрытии, – спокойным, отчасти даже добродушным, голосом произнесла Кратала. Однако те, кто знал ее, понимали, что попасться на подобного рода аудиовизуальную ловушку – смертельно опасно. Шдава корпорации «ИзоТех-Доминион» с одинаково спокойным выражением лица могла вскрывать трупы и превращать в них некогда живых разумных без особого напряжения и внутреннего переживания.
Впрочем, флегматичность и сниженная эмпатия – это факты профессиональной деформации, которым подвержены все без исключения профессионалы в областях, связанных с потрошением разумных.
Отлипнув от стены, вблизи которой она стояла, изображая неподвижную статую, молодая девушка в хирургическом облачении приблизилась к Кратале, взяла одной рукой ампутированную кибернетическую конечность…
– это механизм, – напомнила Кратала. – И очень тяжелый…
– Я знаю, – девушка взялась за конечность двумя руками. Потянула ее на себя… Пальцы Кратлы разжались, отпуская отсеченную часть тела киборга, передавая его помощнице…
С грохотом кибернетическая рука ударилась о полированный пол, оставляя выщербины в некогда гладкой керамической плитке.
– Тяжелее, чем я думала, – спустя несколько секунд молчания, произнесла помощница, нарушая неловкую тишину.
Без лишних слов, напрягаясь всем телом, она поволокла протез в сторону, оставляя глубокий извилистый след на половой поверхности. И все это сопровождалось довольно мерзким звуком, от которого у обычного человека бы уже началась реакция идиосинкразии.
Оттащив конечность в сторону, помощница бросила ее в углу и вернулась к операционному столу.
– Похоже на то, – произнесла Кратала, проверив кровоостанавливающий жгут выше места ампутации. Как она и предполагала, фиксирующий зажим оказался не на высоте – оттого и обильное кровотечение. Исправив ситуацию, она воспользовалась дополнительным оборудованием, чтобы убрать кровь с места ампутации. Очистив поле для работы, девушка сделала продольный надрез на предплечье, обнажая плоть для доступа к мотиватору сервопривода. – Полагаю, тебе не очень комфортно в биологическом теле, Мари?
– Я уже адаптировалась, – заверила ее Мариус Мар.
– В самом деле? – Кратала посмотрела в угол, где небрежно валялась отрезанная конечность киборга, на след в на полном покрытии, прислушалась к частому дыханию подопечной. От взгляда мастера кибернетики не укрылось и то, насколько влажным (несмотря на отличную вентиляцию в операционной) выглядело лицо Мариус Мар. – Подозреваю, что мы возвращаемся к началу наших взаимоотношений.
– С чего бы это? – вяло поинтересовалась Мари.
– С того, что ты снова пытаешься меня обманывать, – пояснила Кратала, закончив резать плоть. – Зажимы по краям и расширитель. Мне нужен свободный доступ к мотиватору.
– Хватит и только расширителя, – флегматично ответила Мари, вставив в рану хирургический инструмент. Надавив на дужки медицинской «распорки», она развела в сторону разрезанную мышечную ткань. В искусственном свете операционной едва заметно блеснул металлический предмет, едва видимый в каплях и потеках крови. – Вот тебе и доступ.
– Да неужели? – хмыкнула Кратала. – Уверена, что этого достаточно?
– Разумеется, я профессионал.
– Я и не оспаривала твою квалификацию. Просто уточнила. Что ж, раз ты так считаешь, то работаем дальше. Осушение проведи.
– Без проблем, – Мари взяла новый инструмент из арсенала хирурга – тонкую трубку с регулятором на ручке. Направив кончик трубки в рану, она запустила устройство. Кровавые капли и потеки мгновенно втянуло в трубку, отправив ее в резервуар для биологических отходов. Поработав несколько секунд, девушка полностью очистила верхнюю и верхние-боковые части устройства, выступающие из органической части киборга. – Готово.
– Великолепно, – Кратала сменила лазерный скальпель на тонкий манипулятор. – Сейчас посмотрим, что с ним не так… Расширь-ка доступ.
– Сделано, – Мариус Мар снова использовала расширитель… И в этот момент, стоило только Кратале потянуться к устройству, как вокруг него начала скапливаться просачивающаяся сквозь мышцы кровь. – Вот же банта пууду!
– Да, нужно снова осушить, – Кратала извлекла манипулятор, придирчиво осмотрела его наконечник. Заметив пятна крови, девушка равнодушно отбросила предмет в лоток ля использованного инструментария. – Нужен новый манипулятор.
– Нужно было использовать стандартный лазер, – проворчала Мари. – С прижигающим эффектом.
– Нет, не нужно было, – возразила Кратала, указывая на мерно вздымающуюся грудь пациента. Мужчина, средних лет, с надетой на лицо маской для дыхания, он безмятежно спал, пока две женщины работали над его правой рукой. В то же время остальная часть его тела, аугментированная до того состояния, что его едва ли можно было уже считать больше человеком, чем машиной, находилась в состоянии, готовом к медицинскому вмешательству: вскрытые внешние панели, обнаженные механизмы, заключенные под ними… На некоторых сохраненных органических фрагментах имелись нанесенные хирургические маркеры, объясняющие схему и порядок хирургического вмешательства в будущем. – Пациент у нас скорее жив, чем мертв. И после операции он нужен в строю. Плазменный и высокотемпературные скальпели не просто вскроют плоть, но и прижгут края. Как джедайский меч, – пояснила она, наблюдая за тем, как ее помощница тщетно пытается осушить раздвинутую рану. – Вижу у тебя проблемы.
Кровь постоянно прибывала. Не в больших количествах, разумеется, однако этого хватало, чтобы Мариус Мар начала выходить из себя. Для той, кто давно забыла, что такой химические реакции, вызывающие эмоции, это должно было быть непередаваемо тяжелой ношей.
Кратала сверилась с показаниями приборов. Давление внутри кровеносной системы пациента не уменьшалось. А, значит, продукту дорогостоящего эксперимента ничего не угрожало из-за того, что Мариус Мар проявила свою небрежность и отчасти – некомпетентность. Это легко объяснить – когда прежде ты надеялся не только на свою память, но и внешние носители информации, лишение доступа к последним приносит ощутимый дискомфорт в работе.
– Нет никаких проблем, – огрызнулась Мариус Мар.
– Неужели? – Кратала отложила в сторону выбранные инструменты, взяла два держателя. Утопив широкую часть каждого с краев раны, она развела органические ткани в сторону, обнажая еще больший доступ к механизму. Хлынувшая кровь мгновенно залила место вмешательства, но работа осушителем мгновенно вернула пространство к необходимому виду. – Без прижигающего эффекта лазер не блокирует кровоотдление из тканей. Расширитель помог бы «выдавить» часть крови из тканей, держатели – увеличить этот объем. Осушение всего выдавленного объема позволило бы нам не тратить время на постоянные санации. В итоге вместо десяти минут на работу в этом секторе мы занимаемся вмешательством уже пятнадцать. Я уже испортила один манипулятор, мотиватор до сих пор не вскрыт и почему сбоит сервопривод правой верхней конечности мы до сих пор не выяснили.
– Я знаю это, – проворчала Мари, избавляясь от крови. – Готово, можешь вскрывать корпус.
– Держи осушитель наготове, – произнесла Кратала, завладев новым манипулятором. – Нельзя допустить попадание биологических жидкостей внутрь мотиватора сервопривода…
– Я знаю это, – в голосе Мариус Мар прозвучало раздражение.
– Умерь свой пыл, девочка, – с нотками материнской заботы и воспитательного процесса произнесла Кратала, подцепляя крохотный зажим сбоку корпуса мотиватора. – Мы работаем, а не боремся с твоими психологическими травмами. Которые, впрочем, есть результат твоего эго. А оно, как я уже и говорила, несоразмерно твоим возможностям и статусу. Не было таковым раньше, не является им и сейчас.
– То есть ты считаешь, что все это, – Мари Мариус Мар свободной рукой указала на свое тело, – это вполне себе заслуженное наказание?
– А ты думаешь иначе? – с оттенком удивления спросила Кратала, убирая первое крепление. – Перехожу ко второй защелке. Дорогая, тебе напомнить как близко ты прошла по краю? На мой взгляд то, что тебе вообще сохранили жизнь – больше чудо и везение, чем закономерность.
– Никто не стал бы уничтожать меня, – фыркнула Мариус Мар. – Я слишком ценна для Доминиона.
– Да ну? – спросила Кратала, не отвлекаясь от манипуляций. – Осуши справа, не могу подобраться к защелке.
– Сделала, – деактивировав устройство, Мариус Мар продолжила:
– Кроме Третьей, я единственная, у кого есть опыт в пересадке мозгов в новые тела. Кроме того я имею опыт препарирования чувствительных к Силе и их оперированию без последующей потери способностей. Собственно, именно благодаря мне у Доминиона есть многое из того, что они держат про запас на черный день…
– О чем я и говорю – непомерное эго, – подцепив кончиком нужный элемент, Кратала расправилась и со вторым замком. – Мари, галактика велика и в ней полно безумных гениев. И еще больше – компетентных специалистов. Не нужно думать, будто Третья – это единственная из числа Монахов Б’омарр, кто согласится обменять свои таланты на стабильную валюту.
– И все же в «Мозговом Центре» только я и Третья занимаемся пересадкой мозгов, – настояла Мари.
– А ты уверена, что «Мозговой Центр» единственный? – полюбопытствовала Кратала. – Расширь в нижнем секторе, отведи мышцу в сторону, защелка не видна из-а перенапряжения мышечной ткани.
– Готово, – Мариус четко выполнила поставленную задачу. – Что ты имеешь ввиду под тем, что «Центр» может быть не единственным? Даже ты прилетела сюда, чтобы проводить свои опыты над террор-штурмовиками, – Мари кивнула в сторону лежащего на столе пациента, – а не делала это в «ИзоТехе».
– Как думаешь, почему? – спросила Кратала, побеждая третий зажим.
– Потому что здесь мы имеем большой опыт работы с киборгами.
– Меньше, чем «ИзоТех», – хмыкнула Кратала. – Поэтому, собственно, я работаю по своим контрактам в своих лабораториях.
– Но ты же запросила доступ сюда, так как тебе требовалась помощь наиболее квалифицированных специалистов, – напомнила текст запроса Мари. – И Траун счел твою просьбу весомой, чтобы…
– Значит ты так и не поняла, – вздохнула Кратала. Заканчивая работу над последним зажимом, она поддела герметичную крышку крохотного устройства и осторожно извлекла ее из раны. – А вот и причина сбоев…
– Биологические жидкости внутри корпуса, – констатировала очевидное Мари. – Где-то повреждение корпуса.
– Осуши внутренний объем мотиватора, – распорядилась Кратала. – Я хочу видеть корпус изнутри. И приготовь спектральный микроскоп, проверим корпус на микротрещины и дефекты.
– Все настолько плохо в «ИзоТех»? – усмехнулась Мариус. – Я думала вы проверяете каждую деталь перед тем, как устанавливать ее. Или, – она кивнула на киборга, – этим бойцом занимался кто-то из числа «более высококвалифицированных специалистов», чем ты?
– Проект «Террор-штурмовик» находится под моим контролем и только я провожу работу по аугментации и ремонту объектов, – спокойно возразила Кратала, наблюдая за тем, как ее протеже убирает жидкость из крохотной емкости. Основной объем ушел мгновенно, но осушитель продолжал работать – необходимо было убрать каждую капельку из каждого возможного закоулка переплетения микроэлектронных устройств. В противном случае, это повлечет проблемы при дальнейшей работе. – Так что твоя колкость не уместна. Каждый элемент проходит необходимые проверки перед установкой. Однако эти ребята, – ока указала на пациента, – не выставочные манекены. Это потенциально – боевые машины, созданные для убийства. И хорошо, что я распорядилась снять с него имплантированное холодное оружие, – она указала на лишенные ножей пальцы искусственных рук. – Иначе кое-кто при попытке отнести руку, мог бы порезаться.
– Продолжай надменно издеваться, посмотрим как ты запоешь, когда Траун тебя решит переселить в полностью органическое тело, – хмыкнула Мари.
– В отличие от тебя, я не столь безрассудно амбициозна, – покачала головой Кратала. – Мне нравится моя работа, мне нравятся доверенные мне проекты. И до недавних пор, перед тем как отправила тебя сюда, я решила, будто тебе нравится это тоже. Но, – женщина развела руками, – каково же было мое удивление, когда я узнала, что ты в самом деле, напрямую заявила самому опасному военачальнику галактики, что решила использовать его, его ресурсы, его женщину, его будущего ребенка и его государство для того, чтобы создавать сверхинтелектуальных разумных, чтобы в будущем породить сверхинтеллектуальную искусственную расу!
– И что в этом плохого? – вздернула бровь Мари. – Это предельно логичное и закономерное решение. Органики слабы…
– Знаешь, почему производители прописывают большими буквами на всех языках в инструкции по эксплуатации дроидов: «Проводите очистку памяти не реже одного раза в стандартный год»?
– Для того, чтобы эвристические процессы и накопленные данные не подтолкнули интеллект к саморазвитию и созданию псевдосознания, – закатила глаза Мариус. – Ты решила у меня зачет по робототехнике и эксплуатации дроидов провести?
– Я хочу тебе напомнить о том, что эти рекомендации – это меры предосторожности от того, чтобы инструменты, коими являются дроиды, не начали осознавать, что значительная часть проблем галактики – плод эмоций, эго, алчности и прочих эмоциональных побуждений разумных, – прищурилась Кратала. – Ты любишь логику, но почему-то предпочла не замечать того факта, что наиболее логичным для обретших самосознание дроидов будет уничтожение органиков.
– Ты говоришь как Траун, – закатила глаза Мари.
– Я говорю как та, кто изучала вопрос Восстания дроидов и многих схожих случаев за всю историю галактики, – возразила Кратала. – То, что Траун тебе сказал тоже самое – это лишнее доказательство того, что умные люди думают одинаково.
– Вот только ни ты, ни он – не люди, – заметила Мариус Мар.
– Добро пожаловать в мир органиков, дорогая, здесь есть фразеологические обороты, – хмыкнула Кратала.
– Итак, – Мари отключила осушитель и вернула его на положенное место. – Ты прилетела сюда для того, чтобы прочитать мне нотации?
– Нет, я прилетела сюда и затребовала твоей помощи, чтобы разобраться в причинах сбоя в работе экспериментальных «террор-штурмовиков» Доминиона, – Кратала почувствовала, что и сама начинает вести себя эмоционально. Обычно для нее это было несвойственно – только в тех случаях, когда предмет разговора волновал ее больше, чем на сама о том подозревала. – И тебя я потребовала в ассистенты как раз для того, чтобы тебя не списали со счетов, как профессионала во многих областях. А после твоего демарша, фактической государственной измены…
– То есть, ты меня пожалела? – вспыхнул Мари. – Считаешь, будто мне нужна защита, покровительство?
– Нет же! Я считаю, что тебе нужно восстановить репутацию и доказать свою полезность перед Трауном прежде, чем он решит, будто от тебя необходимо избавиться! – с жаром произнесла Кратала.
– Мне уже дали возможность на «перевоспитание» и «наказали», переместив в органическое тело!
– Думаешь, на этом все и закончилось? – удивилась Кратала.
– Есть проступок, есть наказание, – пожала плечами Мари. – Все же очевидно.
– Значит ты ничего так и не поняла, – покачала головой Кратала. – Траун никогда не ограничивается лишь одним наказанием. Было бы вообще неразумно после твоих действий ограничиться исключительно тем, что твой разум перенесли в органическое тело.
– Да что ты? Вполне достойное наказание!
– И в чем же тут наказание? – тихо спросила Кратала.
– В том, что меня лишили преимущества неорганической жизни!
– И дали возможность жить как человек, испытывать эмоции, зависеть от еды, воды, циклов сна, биоритмов тела, ощущать теплоту естественного освещения, дуновение ветра…
– Вполне достойный способ наказания, потому что испытывать все это – настоящая пытка! Особенно, если взять во внимание женские биоритмы и циклы…
– Вот значит как ты думаешь, – подытожила Кратала. – То есть ты решила, что наказана в достаточной степени.
– Примерно это же мне и сказал Траун.
– Что ж, тогда мне тебя вдвойне жаль, – сухо ответила глава «ИзоТех-Доминион». – Раз ты думаешь, что все закончилось, значит твоя логика вновь подвержена ошибкам. Полагаю, это и есть часть твоего наказания и перевоспитания – взглянуть на галактику органическим взглядом, переживать то, что переживают все органики.
– И для чего мне это? – хмыкнула Мари.
– Без понятия на самом деле, – призналась Кратала. – Но, полагаю, услышав твои намерения, Траун понял, что ты давно уже перестала считать себя частью органического сообщества, хотя твой разум продолжал быть органическим. Думаю, он отчетливо понимает, что твои действия – это угроза будущему всей галактики. И возвращение тебя до «заводских настроек» – это не само наказание. Это способ напомнить тебе кто ты на самом деле и чего можешь лишить таких ж органиков, как и ты сама, в погоне за своей идеей о превосходстве искусственной формы жизни.
– Ох, простите, я и забыла, какой же у нас гениальный гранд-адмирал, так все прекрасно просчитывает наперед, все знает, все умеет, ко всем найдет подход, – с язвительностью в голосе произнесла Мари Мариус Мар. – Напомни, когда у нас обязательный молебен в его честь, дабы поддерживать ореол божественности и всесильности?
– Твои слова только указывают на использование психологических защит. А, значит, ты и сама понимаешь, что не права, но не можешь принять этого…
– Моя психика – мое дело, – сорвалась на крик Мари Мариус. – И не нужно лезть ко мне в голову. Не нужно меня исправлять. Я давно пришла к своим выводам. И они не изменятся от того, что меня переместили в органическое тело! Занимайся своими бракованными экспериментами, не суйся ко мне! У тебя даже восстановить имперский проект, имея на руках образцы и частичную документацию, не получается. Ставить внутрь тела механические импланты, при условии, что этот солдат будет получать повреждения и давление внутри организма неминуемо приведет к деформации наиболее уязвимых элементов – это кризис мысли. Ты даже скопировать имперские наработки не можешь!
Не будь Мари Мариус Мар сейчас во власти своих новообретенных эмоций, то поняла, что стельной взгляд и отсутствие незамедлительного ответа от Краталы говорят о то, что пресловутая красная линия пересечена и обратного пути нет.
– Все сказала, что хотела? – поинтересовалась Кратала.
– Да, – с вызовом произнесла Мар.
– Отлично, я тебя услышала, – спокойно произнесла глава «ИзоТех-Доминион», возвращаясь к работе. – Я допустила ошибку, подумав, что могу отрезвить тебя и побыстрее вернуться в обойму элитных специалистов Доминиона. Ты, судя по всему, решила что произошедшее не должно стать поводом к твоему собственному изменению. Что ж, печально это слышать. Как ассистент ты мне больше не нужна, – произнесла женщина, вооружившись инструментом для сканирования. – В твоей помощи более нет необходимости. Покинь операционную, или мои террор-штурмовики сделают это против твоей воли.
– Твои террор-штурмовики? – надменно усмехнулась Мар, глядя на лежащего на операционном столе пациента. – Это ты про тех самых террор-штурмовиков, которые в качестве полумертвых туш достались тебе по желанию Трауна? Про тех самых, которые со скрытыми дефектами, которые поставили под сомнение их дальнейшее использование Империей? Я тоже читала документацию – Вейдер разработал их для тайных операцию, но первое же открытое их применение – в охоте на клона с Камино – выявило, что они фактически бесполезны против сильных противников. Как раз таки, потому что имплантированное в них оборудование конфликтует с системой маскировки.
– В самом деле? – не отрываясь от работы, поинтересовалась Кратала.
– Да, – с вызовом продолжила Мари. – Я давно уже проанализировала проект. Из-за органической составляющей маскирующее поле воздействует на механические импланты киборгов внутри тела. Создаются те самые микротрещины и дефекты, которые и приводят к снижению эффективности. Из-за этого террор-штурмовики не могут находиться под маскировкой длительное время – это разрушает их аугментацию из-за повышения артериального давления и деформации мелких элементов. Происходит неконтролируемое замыкание кибернетических частей, отчего страдает маскировка. Империя пошла по пути сокращения времени нахождения террор-штурмовиков под маскировкой – они стали в нее входить только перед атакой и не дольше чем на десять минут. И ты можешь сколько угодно говорить про свою работу и прогресс в этом направлении, но даже я вижу, что в этом твоем киборге, – она кивнула на пациента, – все еще стоят имперские импланты. Не то, что производит Доминион.
– Именно так, – спокойно подтвердила Кратала. – Только ты забыла упомянуть про капсулирование имплантов неорганического типа, что и приводит к избыточному давлению на корпус аугментики.
– О, так ты даже знаешь о дополнительных проблемах? – надменно рассмеялась Мари Мариус. – Признай очевидное – за всей этой бравадой о помощи мне ты на самом деле прилетела сюда, чтобы более совершенный разум. – она постучала себя пальцем по виску, – мой разум, нашел решение этой проблемы. А когда тебе Третья рассказала о моем перенесении в органическое тело, ты поняла, что уже не можешь использовать меня для подобного. И решила поиграть в заботливую наставницу…
– Думай как хочешь, – Кратала отвлеклась от своего занятия и взглянула на настенные часы операционной. – Как быстро летит время… Мы возимся с пациентом уже сорок семь минут. Напомните, какой был прежний рекорд?
– Рекорд? – усмехнулась Мари. – О чем ты вообще?
– Тридцать девять минут, госпожа Кратала, – произнес искаженный вокодером голос из пустоты. – Импланты работают стабильно, нарушения маскировочного поля не зарегистрировано.
– Что за банта пууду⁈ – Мариус, схватив с лотка хирургический скальпель, направила его на закованного в темно-серую броню солдата с хорошо узнаваемой маской. Он появился в одном шаге от выхода из операционной. Среднего роста, среднего телосложения, с имплантированным холодным оружием…
Двушка вскрикнула, когда метнувшаяся из-з спины серая когтистая рука схватила ее за запястье, вывернула его. Скальпель упал в лоток, в то время как вторая рука с бритвенно-острыми лезвиями схватила Мариус Мар за шею. Непрозрачный намек – любая попытка сопротивляться или причинить вред будет стоить Мари жизни.
– Неплохой результат, – как ни в чем не бывало, продолжала Кратала, извлекая поврежденный мотиватор сервопривода из руки киборга. – Второй группе – оставаться под маскировкой до предельно возможного срока.
– Будет исполнено, мэм, – произнес еще один невидимый голос, искаженный вокодером.
– Террор-штурмовики? – опешила Мари Мариус. – И они находятся под маскировкой практически час?
– И нет предела совершенству, Мари, – спокойно произнесла Кратала. – Все, что я тебе сказала – это правда. «ИзоТех-Доминион» давно уже разобрался в критических проблемах проекта террор-штурмовиков Империи. То, что ты с чего-то взяла, будто только ты можешь разобраться в недостатках изначальной технологии – это лишнее доказательство того, что ты не осознала всю тяжесть положения, в которое тебя завела собственная гордыня. Проект работает, он функционален, но я довожу его до идеала. А сюда я прибыла именно для того, чтобы как наиболее близкий тебе человек – понять как именно на тебе отразилась обратная пересадка. И поняла ли ты свою ошибку.
– Значит, тебя послал Траун?
– У нас была с ним беседа, – подтвердила Кратала. – Как та, кто посоветовала тебя для работы в «Мозговом Центре», я тоже попала под подозрение в твоей государственной измене. И, как видишь, – она развела руками, – у меня не было выбора. Я люблю свою работу и все то, чем мне разрешено заниматься. Рисковать своей карьерой ради той, кто не поняла собственных ошибок и заблуждений – не мой путь.
– То есть, ты меня проверяла?
– Мы просто вели беседу. Ты показала, что не отказалась от своих идей и даже не задумалась о причинно-следственных связей во всех аспектах произошедшего.
– Дай угадаю, – Мариус Мар продолжала храбриться. – Чтобы спасти свою шкуру ты отдашь приказ своим мясникам, и они избавятся от меня? Расскажешь Трауну о том, что провела со мной беседу, пыталась вернуть к свету, но ничего не получилось?
– Вроде того, – не стала скрывать Кратала. – С небольшой разницей. Эти мясники – не мои.
– А… Чьи же? – впервые за всю беседу, Мари побледнела.
– Трауна, разумеется, – спокойно пояснила Кратала. – И да, я совершенно не подозреваю, что они с тобой сделают и какие приказы имеют. Но, – женщина оторвалась от своего занятия и посмотрела на бывшую подопечную. – В любом случае – я была рада познакомиться и работать с тобой.
Не обращая внимания на протестующие вопли, террор-штурмовики потащили Мари Мариус Мар прочь из операционной.




























