Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"
Автор книги: Илья Модус
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 102 страниц)
Интерлюдия 1
Тускло поблескивающие медово-жемчужного цвета двери турболифта открылись, разойдясь в стороны. На разумных, преимущественно людей, находящихся внутри кабины, пахнуло жарким воздухом. Как если бы атмосфера Татуина заглянула на огонек.
Хоть Элес не мог видеть этого своими глазами, но Сила позволяла ему подмечать кое-что, что могло ускользнуть от взгляда простых разумных. Например, ощущения смерти и разрушений, которые царили в этом месте.
– Добро пожаловать, господа проверяющие, – встречающий их мужчина выглядел так, будто только что покинул какой-нибудь светский раут. Костюм-тройка из дорогой ткани, манерная сорочка с дорогими запонками… И раздраженное пренебрежение по отношению к парочке, явившейся на завод. – Я…
– Мы знаем кто вы, нет нужды представляться, – чопорно прервал директора завода Торин. – А вы знаете кто мы. И зачем сюда явились. И почему внезапно. Мы будем и дальше терять время, или же, наконец, начнем инспекцию?
Элес уловил что среди пяти других кореллианцев, входящих в их группу, пронеслось некоторое удивление. Старший проверяющий, роль которого исполнял Торин Инек, обычно не вел себя таким наглым и бесцеремонным образом. Ну… Разумеется, они не знали почему двум доминионским агентам следует торопиться. Будет отлично, если они и не узнают.
– Да, конечно, – директор демонстрировал почтение и смирение к проверяющим, но в то же время его эмоции были далеки от доброжелательных. Нечто вроде пожелания для старшего проверяющего оступиться и упасть в чан с расплавленным металлом, или просто обделаться, выдавив внутренние органы наружу. Добродушный хозяин, нечего сказать. – Прошу за мной.
Элес глубоко вздохнул и задержал дыхание. Этот завод пах не разлагающейся плотью или омертвевшими ранами. Нет, запах тут был пропитан машинным маслом, горелым пластиком, отработавшими механизмами и потом. Кислым, едким потом тяжелого ручного труда. Сила добавляла сюда еще и общее угнетенное эмоциональное состояние, а так же ощущение безысходности. Полнейшей и бесконтрольной.
В этом просторном помещении перед ними уже десятилетиями производили ракеты и прочее вооружение. Однако, даже если руководство завода и проводило тут тщательную уборку, они могли избавиться исключительно от физических загрязнений. Эмоциональные следы вычистить не так-то просто. А сам факт того, что они здесь присутствуют и не растворились со временем, указывает на то, что работники предприятия отнюдь не рады своему труду. И так длилось поколениями.
– Как вы видите, – директор компании подвел их к ограждению, опоясывающему по периметру производственный цех на высоте метров десяти, – с производством все в порядке. Как и было приказано Диктатом, мы работаем круглосуточно.
Инек, Дерсен и пятеро кореллианцев приблизились к ограждению. Отсюда открывался вроде бы грандиозный вид на то, что обеспечивало Кореллии то самое преимущество. Производство тех самых причин, по которым Доминион направил сюда агента при поддержке дженсаарай. Разумеется, личность Торина Инека скрывалась под маской и синтетической плоти – потому он и выглядел как настоящий кореллианский проверяющий. Элес же носил глухой шлем и выполнял роль телохранителя – внешность миралуки бы выдала его с головой.
Кореллия шла по весьма странному и радикальному пути, очень похожему на Новый Порядок Империи.
Лига людей…
– О, это отлично, – воскликнул один из спутников агентов, указывая на немногочисленных работников внизу. Имеющие весьма потасканный вид, они бродили меж конвейеров и сверялись с данными компьютеров. Собственно, в этом и заключалась их рутинная работа. И, казалось, что может быть не так? Почему эти разумные не счастливы?
– Вы уверены, что драллы – это подходящие работники? – поинтересовался Инек недовольным тоном.
– Разумеется, – хмыкнул директор. – Тогда, когда они знают, что их работа – это залог выживания их семей – они отлично работают.
Элес подавил свой сокрушенный вздох. Изначально он дума, что речь идет о работниках, которые трудятся в нечеловеческих условиях за мизерную зарплату. Потом начал склоняться к мысли о рабах… А все оказалось гораздо хуже.
Заложники. Причем кореллианцы даже не озаботились тем, чтобы привлекать к труду кого-то из-за границы системы. Они поставили к станкам собственных соседей. И приставили бластеры к головам их семей.
В Кореллианской системе имелось пять обитаемых планет, называемых Пять Братьев: Кореллию, Селонию, Драллу, Талус и Тралус считали перенесёнными через гиперпространство на их орбиты древней могущественной расой. В конспирологических уголках ГолоНета их называли Небожителями. И, якобы они использовали стацию «Балансир» около ста тысяч лет назад, чтобы притащить Пять Братьев из неизвестных звездных систем и создать Кореллианскую систему.
Кореллиа, Селония и Дралл вращались вокруг системы звезды Корелл, а Талус и Тралус находились в необычном положении, вращаясь вокруг друг друга, в то время как система из двух планет вращалась вокруг Корелл. В точке, где гравитация Талуса и Тралуса уравновешивала друг друга, находилась станция «Баланси». Кореллианская система являлась частью Центральных миров Галактики, и вполне вероятно, что все Пять Братьев были Основателями Центральных миров. Как-никак, а кореллианцы считаются первыми, кто освоил путешествия с использованием гипердвигателей…
И вот, кореллианцы держат в заложниках собственных соседей, драллов.
Дралл.
Со средним ростом не выше полтора метров, покрытые шерстью с ног до головы, эти существа, должно быть, буквально страдали в жаре производственных цехов.
– Как часто драллы умирают из-а жары здесь? – спросил Инек, видимо подумавший о том же.
– Умирают? – удивился директор. – Господин проверяющий. На их планете, Дралле, температуры едва ли не такие же как здесь. Так что им вполне комфортно. Собственно, – он усмехнулся, – потому они здесь и работают. Так что, мы закончили?
– Нет, – заявил Инек, посмотрев на сопровождающих его настоящих проверяющих. – Займитесь осмотром цехов. Я хочу знать точные цифры.
– Да, конечно, – кореллианцы поспешили к спуску с галереи, делая вид, будто сами заинтересованы в проведении не формальной инспекции.
Директор погладил блестящую чёрную бородку, тщетно пытаясь скрыть волнение. Каким бы ни было предприятие, в каком бы уголке галактики оно не находилось, едва ли оно готово к настоящей инспекции по всем фронтам и направлениям. Обычно проверяющие, если и работают как задумано, то ограничиваются исключительно поверхностным вниманием. Дотошность в проверке – это сигнал руководству о том, что они попали в немилость. Так что неудивительно волнение местного главнюка.
– Как видите, – сказал директор, откашлявшись, – наши конвейеры работают на полную мощность, без перерыва. Взятые на себя обязательства перед Дикттом мы выполняем вовремя. И новые поставки будут в точно оговоренный срок, – директор приосанился. – Или, даже, немного раньше.
Агент Доминиона откашлялся – сухой воздух раздражал носоглотку.
– Раньше – это хорошо, – кивнул он. – Главное, чтобы торпеды были так же хороши, как и предыдущие.
– Можете не сомневаться, – заверил директор. – Мы полностью соблюдаем технологические требования. Никаких отклонений от спецификаций!
– Хотелось бы поверить вам на слово, но лучше взгляну своими глазами, – невинно заявил Инек. – Где находится ваш офис?
– Мой офис? – удивился директор. – Н-но… зачем?
– Затем, что я устал стоять, – если бы холод голоса доминионского агента мог понижать температуру окружающей среды, в раскаленном цеху все замерзло. – И хочу ознакомиться с документами в комфорте.
– С документами? – озадачился директор.
– Именно, – рассеянно кивнул Торин, бросив взгляд на производственный цех. – А так же на накладные на поставки торпед.
– Не понимаю… Мы пока что только подготовили новую партию и не отгружали…
– Мы говорим не о новых партиях, а о предыдущих, – пояснил Торин.
– Не понимаю, – кажется директор или полный кретин, или старается им прикинутся. Какой бы из вариантов не был верен – все это грустно.
– Тогда я объясню, – хмыкнул Инек. – Слышали, наверное, что недавно Империя напала на Ботавуи?
– Да, конечно слышал, Империя наглядно показала уничтожения планет в своих агитационных роликах по ГолоНету, все новостные каналы их показывали… Но, – директор наморщил лоб, – кажется, родина ботанов не пострадала…
– И не только она, – Инек изобразил заговорщицкий тон. – Разведка полагает, что республиканские свиньи могли украсть часть наших новейших торпед и с их помощью остановить имперцев.
– Невозможно! – горячо заспорил директор. – На нашем предприятии подобного произойти просто не могло!
– Ну вот мы и проверим, могло или нет, – хмыкнул Инек. – И у вас, и в других местах. Если кто-то сочувствует этим ублюдкам и передал им наше новейшее оружие – все соучастники жестоко пожалеют о своих поступках. Мы уже идем в ваш кабинет или как?
– Да. Да. Конечно, конечно, – залепетал директор.
Элес прислушивался к разговору между людьми, но больше все же полагался на Силу. И последняя подсказывала – директор уж очень сильно напуган. Если бы он был уверен в непричастности своего предприятия, то, волнение, конечно же, присутствовало. Но в гораздо менее объемных флуктуациях.
Он окунулся глубже в Силу, чтобы охватить как можно большее пространство вокруг себя.
Помещение производственного цеха было настолько просторным, что здесь мог разместиться ангар со станцией технического обслуживания для целого авиакрыла истребителей. Высокие дюрабетонные перегородки делили пространство на восемь зон, в каждой из которых располагался сборочный конвейер. Заготовки поступали через небольшие двери в стене, двигались по блестяще-белым конвейерным лентам и исчезали в дверях в стене напротив. По бокам лент рабочие-пленники занимались проверкой заготовок тестовым оборудованием и откладывали с конвейеров те из них, что имели брак.
Если бы Элес побывал когда-нибудь на производственных линиях Доминина, то он, несомненно, смог бы сравнить два процесса работы. Но ни в Доминионе, ни в Империи, нигде еще он настолько близко с производством оружия не сталкивался.
Сейчас у него был шанс ознакомиться. Пока троица шла в дальнюю часть галереи, Элес с помощью Силы мог наблюдать за конвейерами. Восемь блестящих линий вывозили из окон различного рода детали. На первой, дальней от них, было какое-то оборудование, небольшого размера. На второй и далее – побольше.
Как только детали поступали на рабочее место к контролеру, то он и роботизированные механизмы тут же подключали к ним тестеры, чтобы убедиться в качестве запчастей. Сразу после этого рабочий вводил команду на своем компьютере, и клешня, свешивающаяся с направляющих полозьев над рабочем месте, забирала деталь у первой ленты, переносила ее ко второй. Там детали соединялись между собой и перебрасывались на третью линию. И так до последней, где все помещалось в полый корпус боеприпаса. И вновь работали тестеры, проверяя благонадежность сборки. После подтверждения оптимальных значений, восьмой конвейер сдвигался вперед, входя в массивный короб с прозрачной транспаристиловой крышей. Там работали уже не драллы, а разумные покрупнее, но гуманоиды.
Они носили костюмы высшей защиты и занимались только одним – помещали в корпус боеприпаса запаянный цилиндр со знаком высокой детонирующей опасности. Судя по всему, это как раз начинка боеголовки.
После этого практически готовый боеприпас снова двигался по конвейеру к дверям. И перед ними уже его проверяли еще раз и только после этого запаивали, подключая закрывающую крышку множеством проводов к контейнеру со взрывчатым веществом. Вслед за этим готовый боеприпас покидал сборочный цех.
Итак, в среднем, за пять минут работы только в этом цеху собирают одну «чудо-торпеду». И, похоже на то, что под конец их запаивают и стремятся оборудовать устройствами не извлечения, осуществляющими детонацию боеприпаса при попытке разборки. Кореллианцы, похоже, стали радикально подходить к вопросу сохранения технологических секретов.
– Вот, – директор указал на неприметную дверь в стене. – Вы можете разместиться здесь.
– Договорились, – хмыкнул Торин, проходя внутрь и знаком приглашая присоединиться к нему остальных. – Надеюсь технологические специализации у вас не далеко?
– В защищенном месте, как и предписано протоколами безопасности, – директор вытер платком испарину на лице. – Надежная физическая и программная защита. Никаких посторонних. А все чертежи разбиты по этапам и каждый рабочий имеет доступ только к своей части сборки и тому, что должен проверить.
– Так вы изолируете работников от полноты информации, – закивал Инек, оглядываясь.
Даже без настоящих глаз, миралука мог понять где они находятся.
Просторное помещение четыре на восемь метров. Никаких окон, искусственное освещение. Пара рабочих столов и станций, стеллаж с информационными чипами, некоторые чертежи, явно не имеющие отношения к сборке торпед.
– Принесите файл с полным набором чертежей, – приказал Инек.
– Зачем? – округлил глаза директор.
– Для начала, – агент продолжал отыгрывать роль надменного проверяющего, наслаждающегося властью и положением, – потому что я так сказал. А сказал я это потому, что мне нужно знать – не снимал ли с ваших чертежей кто-то копию.
– Нет, не мог, они же под защитой…
– Если бы все соблюдалось так, как и должно быть, то у республиканцев бы не было наших торпед, – рыкнул Инек, садясь в кресло директора, демонстрируя свою власть делать то, что он хочет. Разумеется, выступая в роли проверяющего от Диктата, он имел на подобное поведение полное право. – Если их не своровали или не продали готовыми, то как минимум могли украсть чертежи или сделать с них копию. Каждый экземпляр, который передан на заводы, снабжен специальными кодами, которые фиксируют копирование информации. И так мы будем знать кто, когда и где мог их добыть. Это понятно?
– Д-да, конечно! – закивал директор. – Я… Я сейчас распоряжусь…
– Нет, вы сделаете это сами, – приказал Инек. – Если хотите, мой друг и телохранитель, – он указал на закованного в броню Элеса. – вас сопроводит. Уверяю, если он рядом с вами, то ни одна попытка сорвать мой приказ не будет реализована. Мы же не можем исключать, что на вашем заводе могут быть предатели. А, если они поняли зачем мы тут и попробуют замести следы?
– Д-да, я понимаю, но моя охрана надежна! Я… Если можно, то я сам, – директор бросился к двери. – Дайте пять минут, чертежи будут у вас.
Сбежал он быстрее, чем можно было возразить.
– Опытный трус, – резюмировал Элес, когда дверь за директором закрылась. – Что думаешь?
Инек осторожно коснулся указательным пальцем своего правого уха, намекая на то, что их могут прослушивать. Точнее, даже не их, а директора – КорБез, обеспечивающий контрразведывательную деятельность в системе и секторе, славился своей паранойей.
Инек вынул из кармана портативную деку, пару простых и ничего не значащих вещичек, быстро снял упаковку, соединил скрытые в них технические детали воедино. Лишь после пары секунд работы скремблера, подтвердившего, что внутри нет средств негласного наблюдения, агент выдохнул. Теперь можно не опасаться, что запишут их голоса. Конечно у Элеса был вокодер, а у Инека – устройство искажения голоса. Но никто не отменяет того, что неприятель может быть умен и взломать шифрование. Одно дело на галерее – там записать едва ли что-то возможно, грохот стоит такой, что никакие интонации не уловить.
– Скользкий тип, – согласился Торин, убирая со стола как устройство, так и фрагменты оболочек, маскировавших его части. Никаких следов после себя оставлять нельзя. – Ощутил что-нибудь?
– Он переживает и беспокоится сильнее, чем мог бы, – поведал Дерсен. – Похоже ему в самом деле есть что скрывать от проверяющих. Он боится полной проверки. И боится тщательного расследования пропажи ракет.
– Возможно, что мы на верном пути, – хмыкнул Инек. – Кто бы ни разработал эти торпеды, в чертежах будет на это указание.
– Видел пометки на контейнерах со взрывчатым веществом? – спросил дженсаарай. – Высшая мера безопасности. Это явно не барадий.
Привычное и хорошо знакомое всей галактике взрывчатое вещество, конечно, опасно при неосторожном обращении. Но не настолько, чтобы применять к нему настолько суровые меры безопасности. И тем более обращение с ним не требовало таких усиленных костюмов личной защиты.
– Полагаю вся изюминка новой торпеды как раз в начинке боеголовки, – согласился Инек. – Но я не эксперт, так что догадки пусть такими и остаются.
– Согласен, – подтвердил Элес. – Но тебя не смущает, что твое начальство направило тебя именно на этот завод? Почему не на любой другой?
– Там могут работать другие «проверяющие»? – усмехнулся Инек. – Возможно, что у них даже мое лицо.
– О, понял, – закивал дженсаарай.
Похоже, что клонов Доминион применяет не только в армии и на флоте. Но и в Разведке. Довольно… Опасный ход. Если клонов заметят в одно и то же время в разных концах галактики сложно будет сообщить, что это просто братья. С другой же стороны… В галактике так много миров, что едва ли когда-нибудь противники Доминиона смогут столкнуться с клонами одного и того же агента дважды.
– Возвращается, – предупредил Элес, уловив разум директора завода.
– Один?
– Да. И по-прежнему в панике.
– Хорошо, – агент усмехнулся, взял в руки ближайший чертеж, делая вид, будто изучал его все это время, скучая в ожидании возвращения начальника производства. – Если что, действуй по обстоятельствам, команды не жди.
– Договорились, – Дерсен погрузился в Силу, распространяя ее так далеко, как только мог. Никто не гарантирует, что вслед за директором к ним не направится группа захвата. Но пока что все тихо.
Для того и был нужен дженсаарай на такой миссии – заранее обнаружить ловушку. Получение данных о новых кореллианских торпедах – более чем важно и задание не может быть сорвано. Чем бы кореллианцы не разрушили щиты «Опустошителей миров», для звездолетов Доминиона они так же представляют опасность.
– Я торопился как мог, – с порога заявил директор, буквально ввалившись в собственный кабинет. – Вот чертежи.
Он поставил на стол перед Торином небольшую коробку с держателями для чипов. Учитывая, что в каждом из них хранится огромное количество информации… Странно, что о притащил их так много. Неужели вся технология настолько сложна и требует объемных и детальных пояснений?
– Ваша исполнительность стремление сотрудничать будут учтены в моем отчете, – вальяжно протянув руку к коробке, Инек вынул первый чип и подключил его к своей деке. – Хм… Это не то, что я просил.
– Я… В хранилище нет декодера и устройств для чтения, а кладовщик не совсем компетентен, так что я забрал все, – пояснил директор, вытирая с лица и шеи потоки пота. Похоже, что он банально бежал туда и обратно. – Если вы дадите мне пару минут, то я найду нужный проект и…
– Спасибо, я сам, – Инек отложил первый чип в сторону, взял другой. – Вы, должно быть, не знаете. Да и я вам этого говорить не должен… В общем, Диктат уже давно применяет технологию отслеживания копирования чипов с чертежами. Так что, думаю, не лишним будет проверить копирование всего того, что вы производите или производили. Даже если не найдем утечки в проекте торпед, кто знает, может у вас своровали еще что-то…
– Да, да, конечно, конечно! Я готов сотрудничать…
Вся спесь, которая имелась на директоре к моменту встречи, пропала начисто в тот момент, когда он понял, что проверка не будет формальной. И сейчас банально старался облегчить свое положение, возможно, даже умаслить проверяющего.
Обычные чиновничьи игры.
Подключение каждого из чипов в коробке заняло некоторое время. Элес уже чувствовал как сам покрывается потом от напряженной концентрации. Но в то же время не имел права даже на мгновение расслабиться. Это задание слишком важно.
– Я скоро закончу с чертежами, – предупредил Инек. – Подготовьте отчеты и накладные.
– О, я взял их с собой, – директор порылся в карманах и вынул ее пару чипов. – Мы всегда храним наши отчеты на чипах после завершения поставок.
– Превосходно и предусмотрительно, – Торин продолжал свою игру. Любое отклонение от созданного им самим же образа могло сыграть против миссии. А, может, он просто не понимал насколько тяжело так долго распространять свое внимание при помощи Силы чуть ли не половину производственного комплекса.
– Ну вот мы и закончили, – Торин отложил последний чип. Элес едва не возликовал, когда понял, что это был чип из числа отчетов и накладных. – Верните чипы на место и поместите их под охрану. Проверяющие еще останутся на заводе, а я вернусь на работу для проверки документации.
Агент встал, направился к выходу. Пропустив Дерсена вперед, словно что-то вспомнил и повернулся к директору.
– Ах да, чуть не забыл. Вы никому не должны говорить обо всем том, что я вам сказал. Ни вы, ни ваши инженеры не должны покидать планету до тех пор, пока мы вам не разрешим.
– Но… – директор явно выглядел озадаченным. – Я планировал с женой отправиться на курорт через несколько дней!
– Что ж, – Инек выдал мрачную улыбку. – В таком случае перед отъездом свяжитесь с Диктатом и сообщите об этом. Напомните о проверке вашего завода, мне сообщат. Если я закончу работу по вашему заводу и не найду ничего предосудительного, то выдам разрешение.
– А… Если найдете? – директор сглотнул.
– Тогда вы поедете не совсем на тот курорт, на какой рассчитывали.
Уже на поверхности, покидая территорию завода и сев в заранее просканированный кар, Элес поинтересовался:
– И зачем ты ему это сказал? Он же в самом деле позвонит.
– Конечно позвонит, – подтвердил Инек. – У них забронированы билеты через пару дней.
– И, если его свяжут с проверяющим…
– Не свяжут, – кар набрал высоту и встроился в транспортный поток, идущий к небольшому частному космопорту. – Настоящий проверяющий давно уже мертв.
– Как это вообще работает? – поинтересовался дженсаарай. – Вы попросили помощи в проведении тайной операции. Но делаете так, что о ней узнают.
– Ага, – согласился Инек, подключая к своей деке один за другим несколько информационных чипов. – Я скопировал все проекты, над которыми работал этот завод. И, полагаю, на других заводах сделали тоже самое. Сейчас нужно сделать несколько копий…
– Ты не ответил.
– А? – Инек отвлекся от своей деки. – О, понял о чем ты, дружище. Я и не собирался отвечать, знаешь ли.
– Одним словом, – вздохнул миралука, – разведка.
– Ага, – подтвердил агент. – Лучшая работа в мире.




























