Текст книги "Гранд-адмирал. Том девятый (СИ)"
Автор книги: Илья Модус
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 32 (всего у книги 102 страниц)
– Значит нам и не положено, – добавил присказку Штормайер. – Да, спасибо, что напомнил. Заболтался я.
– У тебя секретное задание, да? – еще тише спросил Хан. – И ты чуть не проболтался мне.
– Угу, – кивнул Штормайер. – Полагаю, у тебя тоже есть?
– Затем я и здесь, – хмыкнул Хан. – Подозреваю, что и задания у нас одинаковые. Контрразведчик на корабле передал секретный пакет от Пеллеона?
– Угу, – подтвердил «Бездна». – И после разгрома имперцев на борт поднялась команда, явно разведчики.
– И сейчас твои тоже работают, как и мои, – заключил Хан. – А мы отвлекаем внимание местной контрразведки… Умно придумано. Похоже, что было сложно сюда незаметно протащить специалистов, и штаб-квартира воспользовалась случаем.
– Угу, – привычно отреагировал Антониас. – Как думаешь, попытаются нас выкрасть?
– Вряд ли, – ответил Хан. – Даже если ребята записывают нас и расстроены тем, что у них ничего не получилось зафиксировать благодаря приборчику от разведки в моем кармане, они не идиоты, чтобы так обжигаться.
– А жаль, – вздохнул Штормайер. – Я бы сейчас подрался. Да и отряд коммандос наготове поблизости. Раздражает, что даже это задание скучное оказалось.
– Думаю, что Таммуз-ан – не конечная точка, – поделился соображением Хан. – Ты же видел «Вечный гнев» на орбите?
– Да, он ждал нас, когда прилетели соединения и конвой.
– А где тогда «Химера»? – пряча губы за стаканом спросил Дерек. – Если Трауну больше не нужен заградитель, куда он делся и что претворяет в жизнь?
– Без понятия, – допив, Штормайер принялся за новый бокал с пивом. – Не удивлюсь, если мы сейчас выступаем отвлекающим маневром не только для разведки, но и для операции «Химеры». И, в лучшем случае, через кучу времени мы узнаем, что наш Верховный в это время кого-то виртуозно обыграл…
– Это если узнаем, – поддакнул Хан, отправляя в рот закуску. – И все же, кальмар в самом деле великолепный…
* * *
Голографическое изображение местами пропадало, искажалось рябью – свидетельство того, насколько мало уделялось времени при Республике и Империи поддержанию устойчивой связи с Внешним Кольцом. Владея «ГолоНетом» мы получили доступ ко всем терминалам, ретрансляторам и проему оборудованию, обеспечивающему связь на большей территории галактики. Разумеется, плохую передачу сигнала можно списать на то, что в этих районах еще недавно бушевала война и, в том числе, благодаря нашим усилиям часть ретрансляторов пострадали или были уничтожены. Однако, это не совсем верно – при повреждении или уничтожении ретрансляторы передают данные на соседние аналогичные объекты. Связь продолжает работать. Но чуть медленней.
А, вот если оборудование старое и длительное время не проходит модернизацию – проблемы с качеством связи в самом деле присутствуют.
Голографические фигуры Асажж Вентресс и адмирала Шохаши еще некоторое время подвергались воздействию помех, прежде чем «Химера» окончательно не покинула отдаленные территории и устойчивость сигнала не стали обеспечивать ближайшие ретрансляторы.
– Адмирал, генерал, – поприветствовал я обоих.
– Адмирал, – вернули они мне формальную любезность. – «Красная звезда» готова приступить к нейтрализации противника в системе Хал-Дельба.
– Ваш отчет получен, адмирал, – оповестил я. – Средства объективного контроля подтверждают, что силами Империи в этой части галактики командует генерал-майор Брашин?
– Да, сэр, мы получили подтверждение, – сообщил Шохаши. – Брашин командует имперцами с борта звездного разрушителя «Инквизитор». Этот ИЗР является флагманским.
– Мы запустили базз-дроидов для того, чтобы пробиться сквозь минное поле и подключиться к системам «Инквизитора», – добавила Вентресс. – Так же мы знаем, что в подчинении Брашина два легиона штурмовиков и флот из порядка десяти звездных разрушителей. Часть из них он уже ввел в систему Хар-Дельба, чтобы продемонстрировать их нам и заставить перейти к планам по осаде и проникновению сквозь его оборонительные построения.
Любопытно… Зафиксируем мысль – тон и стиль разговора Вентресс стали более официальными и формализованными. Отказавшись присоединиться к Дженсаарай, она решила сосредоточиться на военной карьере. И, надо сказать, пусть и дистанционно, но программу подготовки старшего командного состава она выполняет.
Интересная гипотеза: Вентресс всегда была тактически грамотным командиром, или эти знания пришли к ней по прошествию многих лет? Потому как если второй вариант, то у меня нет вопросов относительно того, как срывались ее операции во время Войн Клонов. Но, известные мне события указывают на то, что не во всех битвах она проиграл потому что враги оказались умнее нее. Некоторые она проиграла по классическому принципу «злодеи должны проиграть».
Если принять во внимание тот факт, что Сила находится сейчас под контролем Энакина Скайуокера, а ранее – во власти целестиалов, Семьи, то отчасти эти проигрыши можно объяснить тем, что Вентресс находилась не на той стороне, которая должна была победить в конфликте ради достижения имеющихся результатов. Сейчас же Сила открыто покровительствует той стороне, за которую неистово болеют потомки Скайуокера. Именно по этой причине мне так интересно какими же будут результаты имперского нападения на Галактический Альянс. Как-никак, а у меня имеются собственные интересы, интересы Доминиона, связанные с действиями имперцев из Тионского Кластера.
– И вы уверены, что на борту «Инквизитора» находится установка голографического интерфейса управлением полем боя? – уточнил я.
– «Инквизитор» был базой, на которой этот интерфейс испытывался, – объяснил то, что я и так знал, Шохаши. – Корабль для подобной работы требует дополнительного внешнего оборудования, напрямую уменьшающего его боевой потенциал. На «Инквизиторе» по-прежнему размещены эти антенны и сканеры. Если бы интерфейс демонтировали, то разместили на корабле штатную артиллерию в полном комплекте. Но этого не произошло. «Инквизитор» имеет дополнительное внешнее оборудование и в половину меньше артиллерии от штатной.
– Понимаю вашу логику, адмирал.
Нет никакого смысла оставлять оборудование, которое не работает и ухудшает боевые характеристики корабля. Использовать это как имитацию и заманить в ловушку врага, тоже глупо – в галактике не так уж много разумных, кто вообще хоть когда-то слышал про голографический интерфейс управления боем. Рассчитывать ловушку и имитировать ненужным оборудованием уязвимость корабля – не самая прагматичная идея.
– Полагаю, вы готовы к тому, чтобы перейти в наступление? – уточнил я.
– Да, сэр, – подтвердил Шохаши. – Мы считаем, что на «Инквизиторе» установлена та модификация голографического интерфейса, которая адаптирована под флотские сражения. Я являлся частью этого проекта, потому, считаю, что генерал-майор Брашин имеет все возможности адекватного и эффективного сопротивления моему тактическому подходу.
– Согласен, – обдумав сказанное, произнес я. – Считаете, что генерал Вентресс справится?
– Да, сэр, – ответил альдераанец. – Мы потратили некоторое время для создания подходящей тактики и симуляции сражения. Брашин будет разгромлен, а его силы капитулируют. Если позволите, я бы хотел направить вам наш план атаки для согласования и проверки со стороны.
Идея Шохаши понятна. Хар-Дельба – важный стратегический объект в Пространстве Ситов. Его захват откроет «Красной звезде» путь к северо-западной части Пространства Ситов. А это сдвинет с мертвой точки всю кампанию в секторе.
Шохаши и Вентресс провели стратегическую симуляцию, при которой Шохаши выступал в качестве оппонента Вентресс и отыгрывал имперскую реакцию. Так или иначе, но они пришли к единственному верному решению о прорыве.
Решение амбициозное, поэтому Шохаши в принципе настроен на победу имеющимися силами. Согласовать со мной план в его понимании – это гарантия успеха. Так как свежим взглядом я могу найти ошибки или дать дополнительные рекомендации для улучшения плана.
Вполне разумная тактика разделения ответственности – если они не смогут победить, то, значит, победить в этом сражении было попросту невозможно.
– Не капитулируют, – произнес я. – И он не будет разгромлен, адмирал. Генерал-майор Брашин, а так же его флот покинут систему Халь-Дельба сразу же, как только вовлекут вас в сражение. Ваш план – использовать базз-дроидов для проведения разминирования минного поля и стремительного прорыва – это часть тактической ловушки, в которую вас заманивают. Цель генерал-майора Брашина – нанести стратегическое поражение «Красной звезде» и вырваться на оперативный простор Пространства Ситов. Если получится – то внутрь Доминиона, разгромив вас.
– Да, сэр, но он не сможет этого сделать, если проиграет.
– Он не проиграет, адмирал, – пояснил я. – Вы получили доступ к имеющимся силам Брашина. И, смею предположить, что разумный, который построил свою карьеру на анализе работы противника, прекрасно понимает чем располагает Доминион, и какие силы может направить против него. Прямой прорыв – это самоубийство, причем очевидное. Не говоря уже о том, что логично в таком случае направить разведчиков и подключиться к каналам связи для того, чтобы знать наверняка: ударят ли скрытые силы Брашина вам в тыл. Именно поэтому, полагаю, генерал-майор просчитал вашу попытку саботажа и предоставил вам подложные данные о имеющихся у него силах.
– Или же вы просто думаете о том, что противник так же умен, как и вы, – хмыкнула Вентресс.
– Не стоит недооценивать тех имперских командиров, которые дожили до настоящего времени, – посоветовал я. – Они или достаточно умны, или достаточно хитры, чтобы пережить падение Империи и Имперскую гражданскую войну. Кроме того, Брашин не мог бы оставаться незамеченным от наших дроидов-шпионов при вторжении в Пространство ситов, если бы не имел возможности скрытно передвигаться. Следовательно, он располагает доступом к неизвестным нам региональным гиперпространственным маршрутам. Таким образом, у него есть возможность как отступить при вашем прорыве, так и зажать «Красную звезду» под перекрестным огнем в то время как вы разминируете часть минного поля и продвинетесь к его позициям. Он скрывает свои корабли на обратной стороне планеты и выстроил минное поле такой протяженности, чтобы ионные пушки не смогли его достать с краю минного поля. Далее, он или уничтожит вас с помощью самодвижущихся минных заграждений, или же, если вы сможете прорваться сквозь них на его позиции у Хар-Дельбы, он отступит и запрет вас на окруженной минными полями территории без возможности выбраться оттуда и предотвратить его прорыв. Таким образом «Красная звезда» понесет потери, и не достигнет намеченных целей. Более того, это откроет для Брашина проход на нашу территорию – пограничные заслоны не смогут задержать его в Пространстве Ситов.
– Иными словами вы считаете, что ситуация патовая, и необходимо продлить блокаду? – уточнил Шохаши.
– Нет, это затянется на слишком долгое время, – произнес я. – Полагаю, что в ближайшее время Брашин и его корабли покинут территорию системы Хар-Дельба. И проблемой останутся только минно-артиллерийские позиции, которые они оставят для затруднения преследования.
– У вас есть новая оперативная информация? – заинтересовался Шохаши.
– Да, адмирал, – подтвердил я. – Поэтому нам необходимо сделать все, чтобы генерал-майор Брашин покинул свою позицию на наших условиях. И вот что вы сделаете…
Глава 36
Одиннадцать лет, второй месяц и девятые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок шестой, второй месяц и девятые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Один год, восьмой месяц и двадцать четвертые сутки с момента попадания).
Сказать, что Александр удивился, увидев голограмму звонившего – ничего не сказать. Опешил, впал в легкую панику, переходящую в еда сдерживаемую истерику, испугался, растерялся… Да, это примерно то, что он и испытал.
– Главный кораблестроитель Они, – обратился к нему с официальным приветствием гранд-адмирал. – Надеюсь, не оторвал вас от более важных дел?
– Н-нет, с-сэр, н-ни в коем случае! – Александр почувствовал, как по его спине потекли даже не струйки, а целые ручьи пота. Мгновенно в кабинете стало так душно и жарко, что мужчина буквально начал вариться в собственном соку. – Я п-ольщен тем, что вы вызвали меня…
Он замолчал, не зная, что сказать. Да и вряд ли бы смог – горло перехватило, словно кто-то невидимый сжал его шею.
– В таком случае успокойтесь, – посоветовал голографический Траун. – Ваше волнение излишне и мешает продуктивной деятельности.
«Тебе-то легко говорить», – подумал Они. – «Это не ты сейчас гадаешь с какой целью тебе позвонил Траун и за какие ошибки тебя намерены привлечь к ответственности».
– Мне сообщили о вашей идее разделить место базирования и ремонта звездолетов класса «супер», – продолжил гранд-адмирал.
«Вот, так и знал! Так и должно было быть! Он не доволен!»
– Вы хорошо поработали, распределяя наши трофеи так, чтобы обеспечить их максимальную безопасность, – меж тем продолжил Траун. – Это решение подтверждает, что вы продолжаете совершенствовать свой профессионализм в областях, связанных с основной деятельностью.
– Д-да, сэр, с-спасибо за к-к-к-комплимент.
– Это не был комплимент, кораблестроитель, – спокойно поправил собеседника Траун. – Констатация факта компетентного решения. Однако, перейдем к делу. В вашем распоряжении есть четыре звездолета класса «супер»: «Возмездие», «Затмение» и «Владыка». Насколько мне известно, вы работаете исключительно над первым из них.
– Все верно, адмирал, – Александру требовались все его силы и мужество, чтобы не заикаться. – При всем моем желании работать сразу над всеми проектами, я лишь приступил к работе над новым проектом «Владыки». Проект обновленного «Возмездия» готов. Корабль не будет уступать ни по тактико-техническим, ни по боевых характеристикам «Стражу» и «Жнецу». Однако, должен признать, что до сих пор у нас нет одобрения штаб-квартиры на установку маскировочного поля на «Возмездие».
– Его и не будет, – сообщил Траун. – Стигий, применяемый в маскировочных технологиях наших звездных суперразрушителей – весьма редкий минерал. И его запасы ограничены. На данный момент у нас нет необходимого запаса, чтобы осуществить полный ремонт маскировочного поля даже на одном из них.
– Да, сэр, я знаю это, – закивал Они. – Все то, что добывается поступает на разработку замаскированных кораблей меньшего размера. Но, если у нас будет запас, то, полагаю, следует, все же установить его на «Возмездие».
– Интересное предложение, но, все же, нет, – спокойно отверг идею Траун. – «Возмездие» будет действовать без маскировочного поля.
Александр отчасти даже понял логику отказа. Даже на своей должности, он не обладал знаниями о том, в каком количестве добывается стигий в секторе Картакк и как много его на самом деле имеется в запасе у Доминиона. Если предположить, что один из «Палачей» серьезно пострадает и его придется серьезно чинить, то, запасы нужны на это. Нет никакого смысла оборудовать каждый первый «супер» маскировочным полем, если у тебя нет огромного запаса стигия, чтобы восстановить маскировочное поле на каждом из этих кораблей в случае серьезных повреждений в бою.
Оставляя «Возмездие» без маскировочного экрана Траун фактически создавал большой запас для остальных звездолетов. Доминион и без того всячески оберегал технологию маскировочного экрана на основе стигия. Если имперские проекты подразумевали внешнюю установку маскировочных проекторов, то на кораблях Доминиона предусматривалась более сложная механика выдвижных проекторов. Большую часть времени излучатели маскировочного поля находились под защитой корабельной брони и в нужный момент проекторы выдвигались из недр на корпус и включались в работу.
Так драгоценный стигий не мог быть поврежден в простом бою от случайного поражения каким-нибудь истребителем противника из легкой пушки. Как-никак, а излучатели дефлекторного, корпускулярного и маскировочного полей идентичны по внешнему виду. И ни один пилот не упустит шанса разнести парочку проекторов, чтобы лишить корабль Доминиона части энергетического щита.
– Я ознакомился с вашим проектом «Возмездия», – продолжал Траун. – И должен признать, что это любопытная концепция. В частности то, что касается авиации.
– Благодарю. Адмирал. Честно говоря, я хотел бы распространить этот подход на все имеющиеся корабли – «Затмение» и «Владыку», – добавил Они.
– Объясните.
– Я изучил ваши тактические замечания о слабости конструкции звездолетов класса «супер», оборудованных суперлазерами, – пояснил Они. – Я провел несколько десятков голографических симуляций, и вынужден признать очевидное – это мертворожденные проекты линейных кораблей. Основная и стандартная схема прочности корпуса были принесены в жертву осевому суперлазеру. Фактически, как вы и указали, эти корабли построены в качестве платформы для несения суперлазера. И ради его безопасности и оптимизации силового набора, килевая балка проходит не в штатном месте, а вблизи суперлазера. Фактически, она является его основной несущей и фиксирующей составляющей.
– Что логично, учитывая сверхпрочный сплав, применяемый в силовом наборе.
– Я провел пересчет набора, – Они вошел во вкус, рассказывая о своих трудах и отметил, как ушла прочь его тревожность. – Силовой набор представлен двойным компонентом – прочный и облегченный. Прочный применяется в стандартных куатовских схемах имперских кораблей, для создания максимально устойчивой силовой конструкции всего корабля. Но здесь, в виду энергоемкого, объемного и наиболее важного элемента корабля – суперлазера – куатовцы отошли от стандартов создания полного прочного силового набора. Для этого применяются сверхтяжелые и сверхпрочные сплавы, и, на корабле вроде «Имперского» это совершенно нормально. Даже на «Воине» или «Палаче» – вполне допустимая схема. Правда, это сильно влияет на массу корабля, что, в свою очередь отражается на необходимости иметь огромный высокопроизводительный реактор, чтобы питать маршевые двигатели и дать кораблю хоть какой-то приемлемый маршевый ход. В случае с «Затмением» и «Владыкой», Куат изменил форму корпуса из-за дополнительного оборудования суперлазера. Если размещать его по стандартной схеме «плоского» корпуса', получается отвратительно и мало свободного пространства, необходимого для экипажа и иного оборудования для выполнения боевых задач. Поэтому они использовали старую форму классических морских кораблей.
– Вы имеете ввиду форму корпуса в виде морского судна?
– Да, адмирал. Куат использовал двутавровую схему ребра жесткости. Создавая две параллельные килевые направляющие – вверху и внизу корпуса, они так же добавил прочную часть силовых конструкций в носовую часть. Таким образом в трех проекциях корабль обладает наиболее крепкими составляющими. Корма и борта – из облегченных сплавов, дабы компенсировать напряжение корпуса и оставить больше запаса для массивных и тяжелых двигателей. Таким образом они старались реализовать систему баланса носа и кормы для облегчения маневренности корабля на досветовой скорости. К сожалению, получилось все не очень хорошо – вытянутый корпус корабля и наличие малого количества прочных силовых конструкций по сравнению с площадью поверхности обшивки привела к тому, что на рабочих для звездных разрушителей ускорениях маневра, силовой набор «Забвения» испытывает чрезмерные нагрузки и эффект скручивания. Чтобы скрыть этот дефект, куатовски инженеры ограничили рекомендуемую скорость маневрирования.
– Таким образом объясняется причина, по которой «Затмение» имеет малую скорость разворота на месте?
– Да, сэр. Даже «Палачи» в этом плане быстрее за счет менее «широкого» борта. Да, вакуум, конечно, не имеет среды. Но это не совсем верно. В той или иной мере газы, материя, атомы гелия, тяжелых веществ, радиация и многое другое в вакууме присутствуют. И на широкий профиль «Забвения» они оказывают некоторое влияние с точки зрения упругой среды. Да, это мелочи, но лишняя нагрузка на корпус.
– Мы можем это исправить?
– Только если будем полностью перерабатывать проект корабля, и то, я не уверен, что перестройка заметно улучшит ситуацию, – признался Они. – Можно пойти по пути уменьшения профиля и сокращения силового набора, количества палуб и уменьшения ширины профиля с одновременной заменой облегченного силового набора на прочный, увеличением количества реакторов. Это добавит маневренности и сделает из звездолета, конечно, менее привлекательную цель… Однако, на мой взгляд, это будет всего лишь лишняя трата огромного количества кредитов и ресурсов.
– Итак, надо полагать, что возможность направления выстрела суперлазера это даже не особенность корабля, а вынужденная мера компенсации низкой маневренности увеличением угла прицеливания и удара суперлазера?
– Да, сэр, это довольно удачная система компенсации низкой маневренности. Вам не нужно вращать весь корабль, если ваш главный калибр может наносить удар под любым углом в передней полусфере. Но, в то же время, я должен отметить: «Забвения» и «Владыки» имеют недостаточное огневое сопровождение и, в особенности, защитную артиллерию и авиацию. На основе тех документов, которыми я располагаю, можно сделать вывод, что этот тип звездолетов должен был возглавлять крупные флотские группировки и быть особо охраняемым вымпелом в ордере. Что ставит корабль в большую зависимость от авиации и артиллерии сил сопровождения и прикрытия. Попытка создать полностью универсальный и автономный ударный звездолет. Способный в одиночку прорваться в тыл противника и уничтожить его базы, флот и все, что встанет на пути, не получилась.
– Собственно говоря, так эти звездолеты и действовали. Находясь в руках Империи, – напомнил град-адмирал. – Вернемся к вашей идее оптимизации авиакрыла.
– Да, сэр, – спохватился Они. – Итак, в базовой комплектации эти звездолеты имеют значительные проблемы с численностью авиации. Кроме того, ои в значительной степени рассчитаны на пребывание на борту большого количества наземных сил в полной выкладке и с дополнительным снаряжением. Я провел моделирование на «Возмездии» и пришел к выводу, что, в наших реалиях, здесь и сейчас, когда у нас не хватает пилотов для комплектования звездолетов, мы можем в значительной части сэкономить на авиагруппе.
– Используя дроидов? – уточнил Траун.
– Да, сэр, – подтвердил Они. – Я уже работал с проектом адмирала Мора по созданию дроида-истребителя. И, полагаю, что проект имеет значительные перспективы. Использование дроидов-истребителей на подобного рода звездолетах так же выгодно. Для начала, – Они быстро перевел дух, – мы знаем, что у нас большая проблема с комплектованием личного состава. Нам не хватает войск, экипажей, пилотов. Даже при сокращении наземного контингента на любом из этих «суперов», все равно потребуется большой экипаж. А так же – большой наземный контингент. Но, что если, мы снизим количество пилотов с помощью дроидов-истребителей? Пожертвовав частью казарм и столовых, мы расширим ангар корабля.
– При наличии штатного комплекта ангарных створов, не важно насколько велика авиагруппа, – возразил Траун. – Мы столкнемся с «эффектом 'Венатора».
Они прекрасно знал о чем говорил гран-адмирал. В Войн Клонов «Венаторы» обладали огромной авиагруппой. Но никогда, за годы войны, ни один из этих звездолетов не смог за время боя поднять больше половины свих малых летательных аппаратов.
– Не столкнемся, сэр, – возразил Они. – По моему замыслу, модернизируя «Возмездие» и остальные, мы создадим несколько ангаров по всему кораблю. И снабдим их собственными ангарными створами. Таким образом, разместив в каждом из трех ангаров, скажем по десять эскадрилий дроидов, мы сможем выпускать в минуту в четыре раза больше МЛА, чем противник. Для защиты корабля такого размера, как «Забвение», это крайне важная составляющая.
– Полагаю, что да, – Траун задумался. – Вы сказали, что в четыре раза увеличите пропускную способность авиакрыла. В три раза больше – за счет одновременного взлета из трех ангаров. Откуда дополнительный показатель?
– Автоматизация, – обрадовался возможности рассказать подробнее Они. – Идея пришла мне при изучении древней истории военно-морской палубной авиации. Имея ограниченную взлетно-посадочную полосу, инженеры прошлого должны были придать взлетающим самолетам ускорение для набора скорости и взлета. Не всегда у наших предков имелись эффективные двигатели на их атмосферных МЛА.
– Вы говорите о электро-магнитной катапульте? – уточнил Траун.
– Да, сэр! В настоящий момент взлет машин производится свободным способом. Если мы используем электро-магнитные ускорители, то наши МЛА будут поступать в открытое пространство быстрее. Но, это работает исключительно с дроидами – перегрузки при использовании подобны установок будут запредельными. И нам придется модернизировать наши МЛА для использования гасителей инерции более продуктивного образца.
– Дроидам же перегрузки не так важны, – подметил Траун.
– Верно, сэр. В этом и заключается идея. Кроме того, я бы предложил снабдить такие корабли по большей части армией дроидов. Им нужно меньше места для размещения, обслуживания, ремонта. На складах можно разместить большое количество запчастей, с помощью которых можно ремонтировать пострадавших дроидов или собирать из комплектующих новых для восполнения потерь. Таким образом мы получим большую ударную силу, но снизим количество разумных, необходимых для комплектования звездолета. Не говоря уже о том, что мы снизим численность экипажа путем автоматизации гораздо большего, чем предполагалось изначально, количества процессов на каждом корабле.
– Любопытная идея, – оценил гранд-адмирал.
– Рад это слышать, сэр. Но, прежде, чем приступать к проекту, я хотел бы провести эксперимент на «Возмездии». Именно в контексте дроидной авиации. Еще одно преимущество использования дроидов в авиации заключается в том, что наши дроиды-истребители имеют те же системы крепления, вооружения и снабжения, что и наши пилотируемые аппараты. Если эксперимент покажет себя неудачно, не займет много времени на то, чтобы изменить корабль под пилотируемую авиацию. «Не много» по сравнению с модернизацией корабля изначально под пилотируемую авиацию, – поспешно добавил Они. – Работы по переделке, конечно, будет много. Но ставка делается в первую очередь на то, что дроидов-истребителей мы можем производить гораздо быстрее, чем готовить пилотов и строить пилотируемые МЛА для них.
– Ваши доводы понятны, – признал Траун. – Пожалуй, мы проведем этот эксперимент. Используйте все доступные для вас ресурсы, чтобы максимально автоматизировать «Возмездие». Этот корабль должен быть готов ко вступлению в строй в максимально короткие из возможных сроков. При необходимости – переназначьте рабочих с других кораблей.
– Да, сэр.
– Кроме того, мне необходимо знать, какой из кораблей, обладающих суперлазером в настоящий момент способен к длительному гиперпрыжку, умеренному маневрированию и использованию главного калибра.
– Какой? – опешил Они. – Сэр… На каждом корабле есть множество повреждений. В общем-то, каждый из них способен на прыжок, да и произвести пару выстрелов главным калибром тоже смогут сделать… но экипаж…
– Дроиды, – пояснил Траун. – Мы ведь уже использовали дроидов для экстренной замены экипажа в условиях большой нехватки экипажа.
– Да, сэр, а КНС в свое время вообще использовали исключительно экипажи, созданные из дроидов… Но я не уверен, что это подходящая замена. Они смогут, конечно, привести корабль в заданную точку, если им дадут цель, они, разумеется, нанесут по ней удар главным калибром… Но это практически небоеспособные звездолеты. Мы сняли с них артиллерию и отправили ее на модернизацию для последующей установки по завершению ремонта.
– Иными словами, за исключением главного калибра, эти корабли полностью беззащитны?
– Да, сэр, только остатки брони… На них даже дефлекторы демонтированы!
– В таком случае выберете наиболее боеспособный и наименее ценный для Доминиона корабль, – приказал Траун. – Сообщите его местоположение вице-адмиралу Пеллеону, ни пришлет туда дроидов для комплектования экипажа.
– Сэр, – поспешил добавить Они. – Я должен предупредить, что ни один из этих кораблей не сможет пережить линейный бой против сильного противника. Их буквально необходимо будет защищать всеми видами оружия. А по маневренным целям они так и вовсе не смогут вести огонь на поражение – ни на одном из кораблей не исправна система корректировки суперлазера.
– То есть их буквально придется наводить на цель всем корпусом?
– Да, сэр. А с наличием повреждений в силовом наборе и обшивке, эффекты скручивания металла становятся еще более опасными!
– Понимаю. Но в данном случае суперлазеру не придется вести огонь по маневренным целям, – спокойно произнес Траун. – Его задача будет в выжигании двух миров, не более того.
Они так и не нашел слов, чтобы ответить что-то.
Слишком уж его шокировало то, что он только что услышал.
* * *
После того, как сеанс голосвязи завершился, в рубке связи быстроходного звездного дредноута «Алый рассвет» царило молчание. Операторы-клоны, исполняющие свои должностные обязанности у терминалов, не обращали внимания на застывшие перед голопроектором фигуры адмирала и генерала. Клоны и неклоны с честью исполняли свой долг и не проявляли любопытства к тем частям воинской службы, которые их не касались.
Переговоры между Верховным Главнокомандующим и командующим эскадрой «Красная звезда» как раз входили в число тех сведений, которые стали связистам известны по долгу службы. Но о которых они никогда не расскажут, даже в кулуарных разговорах друг с другом. Отношение к «болтунам» – любителям обсудить каждый слух или кусочек информации, который они где-то услышали, подслушали или иным образом распознали – в Вооруженных Силах Доминиона было соответствующим. Болтунов никто не любит, потому как ни – находка для противника. И контрразведка прекрасно осведомлена о таких особенностях поведения и психики разумных видов, как обсуждение сплетен. И тем более – выбалтывание тех или иных секретов в состоянии опьянения.
Болтуны очень быстро заканчивают свою службу с позором – трибуналы не церемонятся с теми, кто тратит служебное или даже личное время на то, чтобы пересказывать служебную информацию. Закон суров, но он закон: такие виновные деяния бросают тень не только на самого военнослужащего, но и на его непосредственного командира и командира части, корабля, на котором проходит службу болтун.
С момента создания Доминиона были осуждены, разжалованы и направлены в трудовые лагеря сотни и тысячи «болтунов». В значительной части это были бывшие выходцы из Новой Республики, которые не считали ничем зазорным обсуждать что-то подобное… Бывшие имперцы более дисциплинированы. Да и страх перед Имперской Службой Безопасности, пусть фантомный, но все же страх. Служба Безопасности Доминиона тоже не самые добрые и приятные в общении парни, не таунтаунов пасут, свое денежное довольствие отрабатывают по полной программе.




























