Текст книги "Темное завтра (ЛП)"

Автор книги: Хелен Харпер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

– Мы никого не убиваем, – говорю я. – Мы спасаем их. Если только ты не хочешь рассказать нам, как обратить процесс вспять, не убивая изначальные души?

Он пристально смотрит на меня.

– Это невозможно, – его тело обмякает. – Вы чёртовы монстры.

Я думаю об этом.

– Да, – соглашаюсь я. – Возможно, я и есть монстр. Но у меня доброе сердце, – впервые за долгое время я действительно верю, что это так.

***

Мы выходим на свежий воздух, разношёрстная компания вампиров и человеческих детей. Площадка окружена синими мигалками.

– Знаешь, – комментирует Уильям, обнимая хромающую Билли, – это было очень весело.

Я приподнимаю брови.

– Весело?

Он пожимает плечами.

– Да. И внутри у меня сплошь такие тёплые и пузырящиеся чувства, – он поджимает губы, как будто никогда раньше не испытывал подобных эмоций. – Мне это нравится. Я думаю, что буду заниматься этим и дальше.

Я совершенно сбита с толку.

– Нападать на подземные лаборатории?

– Нет. Помогать кому-либо. Людям, – он указывает на кого-то из детей. – Я буду бороться с преступностью. Не дам любому ребёнку где бы то ни было стать настолько уязвимым, чтобы с ним могло что-то случиться. Что-то в этом роде.

Я думаю о женщине, которую несколько дней назад подслушала в газетном киоске, принадлежащем ведьмам.

– Может быть, – предлагаю я, – тебе стоит найти местное сообщество и интегрироваться в него. Помогать им и жить среди них, чтобы по-настоящему знать, что происходит.

Он задумчиво кивает.

– Мне нравится эта идея.

Мы улыбаемся друг другу. Может быть, всё-таки есть надежда на будущее вампиров.

Фоксворти выходит из толпы полицейских.

– Ты же знаешь, я не одобряю самосуд, – начинает он.

Я раздражённо вздыхаю.

– Да ладно тебе.

– Ты не дала мне закончить. Я не одобряю этого, но ты молодец, – он похлопывает меня по руке. – Я получаю отчёты из МИ-7. Внезапно у них под стражей оказалось много сбитых с толку подростков, и это благодаря тебе. Я горжусь тобой.

Я быстро моргаю. Я не уверена, что он запоёт то же самое, когда увидит, что мы оставили в лаборатории.

– Э-э… спасибо, – Николлс за его спиной закатывает глаза. Я стараюсь не улыбаться. Некоторые вещи никогда не меняются.

– Тут кое-кто приехал, – говорит он.

Из одной из ожидающих полицейских машин появляется женщина. Она делает неуверенный шаг, затем другой, как будто не уверена, правильно ли поступает. Её муж, держа на руках малышку Хоуп, тоже выходит.

Элис подавляет рыдание.

– Мамочка?

Этого достаточно. Миссис Голдман бросается бежать и широко раскидывает руки. Отец Элис следует за ней по пятам. В ту же секунду, как она подбегает к нам, она бросается вниз, хватает Элис и заключает её в крепкие, тёплые объятия, которые говорят о неизменной и безграничной любви. Мои щёки становятся влажными. Я яростно моргаю и стискиваю зубы. Затем Майкл издаёт странный звук. Я бросаю на него взгляд. Окей. Похоже, плачут абсолютно все.

– Я так и знала. Я знала, что ты всё ещё жива, – выдыхает миссис Голдман. Она прижимает Элис к себе, словно боится её отпустить. Как будто выпустить её из объятий будет означать, что всё это не более чем сон.

– Мам, я не могу дышать.

Миссис Голдман краснеет и слегка ослабляет хватку.

– Прости, детка, – она оглядывается на меня через плечо. – Спасибо, – её голос срывается. – Я не уверена, что когда-нибудь смогу отблагодарить вас в полной мере.

Я бросаю взгляд на Марию, которая наблюдает за встречей с пустым, бесстрастным лицом.

– Вообще-то, – мягко говорю я, – я думаю, вы можете сделать кое-что, и мы будем в расчёте.

Глава 23. Сегодня

– Так что же ощущается приятнее? – спрашивает мой дедушка. – Видеть, как все эти дети спасены, возвращены в свои семьи и обрели новые дома, или видеть Стивена Макинтайра и его дружков мёртвыми?

Я закатываю глаза. Он просто пожимает плечами.

– Кстати, Мария оставила тебе подарок, когда вернулась за своими вещами. Я взял на себя смелость положить его в холодильник.

Я хмурюсь.

– Ей не следовало этого делать.

– Это был её выбор. Юный Алистер тоже забрал свои вещи. Я думаю, что теперь, когда они будут жить на одной улице, у него будет меньше времени, чтобы заниматься своей преступной хакерской деятельностью. Я не уверена, что Мария одобряет то, что он делает, а притяжение юной любви может быть сильным.

– Не только юной любви, – бормочу я. Кимчи подходит и тыкается носом мне в руку. Я глажу его за ушами. – Кстати, о том, чтобы собрать вещи, нам самим, наверное, стоит так поступить, – я оглядываю склад. – Мы не можем оставаться здесь вечно.

– Ну… – возражает он.

Мои глаза сужаются.

– Что ну?

– Возможно, я не сказал тебе всей правды, когда заявил что МИ-7 не знала, что мы здесь.

– Прошу прощения?

– Ты прощена.

Я упираю руки в бока.

– Арбутнот Блэкмен, ты обязан немедленно объяснить, что происходит.

– Они наблюдали за твоими действиями и были весьма впечатлены. Они готовы предоставить тебе это помещение и его содержимое, если ты согласишься время от времени помогать им.

Я сверкаю глазами.

– Я думала, ты говорил, что из меня никогда не получится шпион.

Он запрокидывает голову и смеётся.

– Не как шпион. Как… консультант. Теперь, когда ты показала, что можешь хорошо ладить со всеми остальными трайберами.

– Другие вампиры не останутся. Они хотят уехать и устроить свою собственную жизнь. Присоединиться к другим сообществам.

– Да, – он почёсывает подбородок. – С этим, знаешь ли, возникнут некоторые проблемы.

– Мы разберёмся с ними, если и когда они возникнут, – я чувствую себя на удивление безмятежно, пока внезапно не взвывает одна из сирен. Кимчи скулит. Я поворачиваюсь к камере и стискиваю зубы. Шоу начинается. Вот блин.

***

Три глотка крови Марии циркулируют в моём теле, когда я выхожу в сопровождении О'Ши и Майкла. Деймоница Какос находится снаружи уже полчаса. Я должна отдать ей должное – она чертовски терпелива.

– Ну что ж, – говорит она, постукивая безукоризненно наманикюренным ногтем по губам. – Вы пришли к какому-то решению, мисс Блэкмен?

Я холодно улыбаюсь.

– Я плохо реагирую на ультиматумы.

– Вы не ответили на мой вопрос.

– Ситуация изменилась, – отвечаю я. – Может быть, вы видели новости? Мы ответственны за спасение более сотни детей. Вампиры – герои этого часа.

– Вы не хуже меня знаете, что общественное мнение переменчиво. Как вы сказали, вы герои этого часа, но что произойдёт в следующий час? Всем не составит труда вспомнить, что вы не более чем кучка кровососущих извергов, – она пристально смотрит на меня и меняет тактику, очевидно, отчаянно пытаясь сделать что-нибудь, чтобы разозлить меня. – Икс притворялся вашим другом, но на самом деле манипулировал вами. Он использовал вас.

Я пожимаю плечами.

– Он не проникал в мои мысли, как вы. Он не натравливал мои собственные мысли против меня.

– Он не проникал в ваши мысли, потому что в этом не было необходимости. Вы были только рады подчиниться.

– Я использовала его так же, как он использовал меня, – откровенно говорю я и делаю шаг вперёд. Впервые я осознаю, что не боюсь ни её, ни Икса. – Скажите мне, вы считаете себя злыми?

– Это абсурдный вопрос.

Я скрещиваю руки на груди и жду. Деймоница вздыхает, словно под тяжким бременем.

– Нет, – скучающим голосом отвечает она. – Я так не думаю. То, что мы сделали, необходимо.

– Вы уничтожили Семьи, потому что боялись их.

– Мы уничтожили Семьи, потому что они возлагали вину на нас каждый раз, когда им нужен был повод, чтобы убить кого-то.

Я встречаюсь с ней взглядом.

– Все боятся вас. Мы всегда знали, что деймонов Какос следует опасаться. Если бы вы просто сообщили Семьям о своём недовольстве, они бы прекратили, – я пальцем убираю с одежды невидимую ворсинку. – Но вы предпочли действовать первыми, убить, а не общаться. Я бы назвала это злом.

– Я вас умоляю, – усмехается она. – Зла не существует. У каждого есть способность совершать плохие поступки, точно так же, как у каждого есть способность совершать хорошие поступки.

– Это чушь собачья. Зло действительно существует, – я улыбаюсь. – Мы с вами – прекрасные тому примеры.

Она приподнимает бровь.

– На самом деле вы не считаете себя злом.

– Я думаю, у меня есть способности к этому, но на моей стороне люди, которые удержат меня на верном пути.

– Полукровка, – она усмехается. – И Майкл Монсеррат, – в её голосе явно слышится насмешка. Она даже не смотрит в его сторону. – Вы ведь понимаете, почему Икс превратил его в человека, не так ли? – её губы кривятся. – Он ревновал. Он всё ещё ревнует. Он хочет, чтобы вы бросили Монсеррата. В каком-то смысле Икс прав. Союз вампира с человеком никогда не сработает.

– Может, так и будет, а может, и нет, – я беспечно поднимаю руки. – Знаете, Икс также спас Майкла. Иначе он был бы мёртв.

– Должна ли я понимать, что вы не желаете голову Икса?

– Я бы с удовольствием оторвала ему голову. Я бы с удовольствием сама снесла её с его плеч, – деймоница ухмыляется и открывает рот, чтобы заговорить. Ей не нужно читать мои мысли, чтобы понять, что я говорю правду.

Я поднимаю указательный палец.

– Я ещё не закончила. Да, я хочу, чтобы он умер. Возможно, я всегда буду этого хотеть. Я тоже хочу, чтобы вы умерли, и все остальные деймоны Какос в Лондоне вместе с вами. Часть меня тоже хочет быть человеком. Часть меня всё ещё хочет нападать на каждую чёрную ведьму, которую я вижу, несмотря на соглашение, которое я с ними заключила. Я хочу, чтобы «Магикс» обанкротились. Я хочу, чтобы Винсент Хейл умирал очень, очень медленно. Я хочу, чтобы у меня был пожизненный запас леденцов со вкусом голубой малины. Я хочу уметь летать. Я хочу, чтобы единороги существовали, и чтобы ни один ребёнок больше никогда не страдал. Я хочу счастья, солнечного света и улыбок для всего мира навсегда, – я встряхиваю волосами. – Но дело не в том, чего я хочу. Реальность не всегда идеальна, на самом деле иногда она просто ужасна. Но мы справляемся. Мы проходим через это. Мы живём, чтобы сражаться вновь и вновь.

Она закатывает глаза.

– Избавьте меня от философских проповедей.

– Хорошо. Вот как всё будет. Я не покину Лондон. Вампиры не покинут Лондон. Вы получили то, что хотели, Семьи мертвы и похоронены. Сейчас наступила новая эпоха. Вас больше не будут обвинять в том, что за вами тянется цепочка трупов. Но если вы, или Икс, или любой другой деймон Какос когда-нибудь хоть пальцем шевельнёте, чтобы навредить нам или снова манипулировать нами, то «Магикс» получит флакон цыганской крови и инструкции о том, что с ней делать.

– Вы думаете, это победа для вашего вида? – усмехается она. – Не слишком-то это похоже на счастливый конец.

– Речь идёт о выживании, а не о мести. Никому не нужно ещё больше крови на улицах. И так уже достаточно, – я делаю паузу. – Рассматривайте вампиров как миротворцев, а не разжигателей войны. Это делает нас лучше вас. У нас есть способ уничтожить вас, но мы решили им не пользоваться, – я снова улыбаюсь. – Если только вы нас к этому не принудите.

– Это не делает вас лучше, это делает вас слабее, – выплевывает она.

Я смотрю вдаль.

– Агрессия – это так неподобающе, вам не кажется? – я улыбаюсь. – А теперь брысь.

Она пристально смотрит на меня. Я почти чувствую, как от неё веет холодом.

– Хорошо. Мы оставим вас в покое. Вампиров всё равно почти не осталось.

– Когда-нибудь их станет больше, – спокойно отвечаю я. – Уничтожив Семьи, вы уничтожили многовековые досадные традиции. Мы больше не стоим выше человеческих законов, но и не обязаны соблюдать наши древние предписания. Интересно, что произойдёт, когда мы начнём вербовать цыган в вампиры, – размышляю я.

– Вы не посмеете.

Я пожимаю плечами и улыбаюсь. Деймоница бросает на меня ещё один свирепый взгляд, затем разворачивается на каблуках и уходит прочь.

О'Ши подходит ко мне.

– Блин, меня всё ещё трясёт.

Майкл подходит ко мне с другой стороны.

– Отличная работа.

Я прикусываю губу.

– Надеюсь, я поступила правильно. По правде говоря, все они заслуживают гораздо, гораздо худшего, и мы все это знаем.

– Остановить драку сложнее, чем начать её. Мы в безопасности. И у каждого вампира есть возможность начать все сначала. Им не придется всю оставшуюся жизнь оглядываться по сторонам.

Я вкладываю свою руку в ладонь Майкла, и он сжимает её. Мы наблюдаем, как деймоница Какос подходит к своей машине и садится на заднее сиденье. Кто-то ещё выходит, и я потрясённо вздыхаю, когда понимаю, что это Икс. Возможно, его всё-таки накажут. Он поднимает руку, то ли в знак благодарности, то ли признательности, то ли легкомыслия, я не знаю. Затем он возвращается к машине.

Мы втроём наблюдаем, как они уезжают в городские сумерки, и на горизонте начинают зажигаться огни, освещая Лондон. Я улыбаюсь. Иногда она может быть сукой, но она моя сучка. Я люблю это проклятое место.

Мой телефон звонит, нарушая временное спокойствие. Я смотрю на определитель номера и отвечаю.

– Что случилось, Д'Арно?

Майкл напрягается.

– Чего я только не делаю для тебя, Бо Блэкмен! У меня ушли дни на поиски, но, кажется, я наконец-то что-то нашёл. Оказывается, «Улицы Пламени» вовлечены в нешуточную незаконную деятельность. Не знаю, как насчёт деймонов Какос, но это может привести к их краху. Они нарушают практически все существующие правила. На самом деле…

– Не рассказывай мне, – перебиваю я.

Наступает минута молчания.

– Прошу прощения?

– Положи это в папку и убери в надёжное место. Эта информация может пригодиться в будущем, но прямо сейчас она мне не нужна.

– Ты хоть представляешь сколько часов я на это потратил? – он повышает голос.

– Не стесняйся, выставляй мне счёт.

– Можешь не сомневаться, я так и сделаю, дорогая.

Майкл наклоняется ко мне.

– Ещё раз назовёшь её дорогой, – рычит он в трубку, – и ты пожалеешь об этом.

– Кто это? – подозрительно спрашивает Д'Арно. – По голосу похоже на Майкла Монсеррата.

– Ммм. Большое тебе спасибо за всё, Гарри, – тепло говорю я. – Ты был великолепен, и я позабочусь, чтобы все остальные вампиры знали об этом, на случай, если они захотят воспользоваться твоими услугами.

Д'Арно тут же переобувается.

– Все вампиры? Я знаю, что их осталось не так уж много, но все они?

– Ты можешь стать единственным законным представителем вампиров, если правильно разыграешь свои карты, – мурлычу я. – Они больше не стоят превыше закона, так что ты можешь оказаться очень занятым.

Успокоенный мыслями о юридическом величии, Д'Арно вешает трубку. Я кладу голову Майклу на плечо, делая вид, что не замечаю, как О'Ши делает то же самое с другой стороны.

Я вампир, порождение ночи, у которого иногда бывают психопатические наклонности. Удивительно, но я думаю, что меня это устраивает. Возможно, миру нужны такие люди, как я, по крайней мере, сейчас.

Я понятия не имею, что принесёт завтрашний день, будет ли он хорошим, плохим или просто неоднозначным. Я больше не уверена, что завтра имеет значение. Главное – это сегодня, и сегодня рядом со мной мужчина, которого я люблю, а люди, которые важны для меня, здоровы и полны сил. Конечно, завтра будет другой день. Но сегодня всё чертовски хорошо – и это всё, о чём мы можем мечтать.

КОНЕЦ

Спасибо, что читали эту серию с нами! Чтобы не пропустить перевод других серий Хелен Харпер, подписывайтесь на наши сообщества:

ВК: https://vk.com/vmrosland

Телеграм: https://t.me/rosland_translations