Текст книги "Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 33 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

– А где херувимка?

Демон сразу опускает взгляд, голос у него становится тише:

– Под завалами. Слизар специально обрушил четверть секции башни прямо на неё. Мы думали, что она погибла. Но сенсоры всё ещё ловят её сознание где-то в глубине руин.

– Неужели не было другого способа остановить её, кроме как рушить башню и давить тоннами камня? – хмыкаю я.

– Она была особенной, – отвечает он после паузы. – Теневик, причём очень сильный. Среди херувимов это редкость. У неё какие-то щупы всё сносили. Многих местных раскромсали. Причём, говорят, непонятно, откуда щупы вылезали: то ли из задницы, то ли из сисе…

– И всё-таки… – произношу я, не отводя взгляда. – Что ты будешь делать, если я тебя отпущу?

– Вернусь к своим на окраину. Буду сидеть, жевать киксу и ни о чём не думать. Это было бы счастьем.

– Окей, уноси ноги, – бросаю я и убираю когти, будто разом забыв о нём. Но он не спешит отворачиваться – так и мнётся неуверенно и затравленно. Я будто только что заметив, что он всё ещё здесь, поднимаю взгляд: – Тебе жить надоело? Мне повторить?

– Я…

– Бегом побежал, отброшка! Отвернулся! Пошёл! Или мне отсечь тебе ноги⁈ – снова кастую когти.

Он вдруг нагибается и показывает скорпионий хвост с жалом на конце, которое устремляется в меня. Но я уже готов: псионическое копьё вонзается в грудь отброшки, сжигая его сознание. Демон захлёбывается, падает на колени и валится на пол, булькая в предсмертной агонии. Из его спины торчит хвост с жалом.

Оранж и Грандбомж переглядываются. Поясняю:

– Я бы ещё поверил, что уборщика могли послать выглядывать нас, «Высших Демонов». Но уж про херувимов он слишком много знал. Например, то, что не бывает среди них теневиков. Значит, охотился на кого-то из них.

– Почему он не убежал, когда ты давал ему шанс? – не понимает Оранж.

– Боялся показать нам вот эту приблуду, – киваю на жало. – Видимо, это следствие пурпурной киксы, – спокойно отвечаю я. – Пурпурные киксы не только дурманят, но и усиливают Демонов. У кого-то отрастают когти, у кого-то жало. В этот раз нам попался именно такой. Этот астралосос считал нас Лордами–Демонами, пришедшими убивать всех, кто пробовал пурпурку. Вот и понимал, что стоит ему выдать себя, как ему прилетит. Загнанный в угол шакал – таким он себя видел. А когда его вынудили, то и накинулся.

– Я же говорил, Филинов, – бурчит Оранж. – Отброшки – такие же астральные твари. Мочить их надо.

– Судить обо всех по одному уроду? – парирую я. – Серьёзно? Большинство отброшек сидят на окраине, жуют свою обычную киксу, укуриваются в ноль и тупо пялятся в небо. Им ничего не надо, кроме очередной дозы. А этот – да, оказался угонщиком: продался за пурпурку, отрастил себе жало и загонял своих сородичей с тупыми клешнями в рабство.

– Как он вообще попал к этим Демонам? – Оранж хмурится.

– Думаю, когда-то и правда был угнан в рабство, – пожимаю плечами. – Слишком уж складно чесал про местную канализацию, трубы и дерьмотварей. Видно, реально прочищал. А потом подвернулся шанс – втерся в доверие, влился в гвардию местного укурка, сам подсел на пурпурку и со временем стал угонщиком отброшек и последней мразью.

Пока мы разговаривали, жалонос уже успел сдохнуть и развоплотиться в пыльный мусор, похожий на плесневелые хлебные крошки. В груде валяется связка ключей – видно, болтались у него на поясе.

Мы пробираемся дальше, к тёмному коридору. Я сразу пускаю вперёд часть теневых птиц – пусть стаей скользят по проходам, разрывают слизь и проверяют, нет ли засады.

Следующий зал встречает нас жуткой картиной: вдоль стен кандалами прибита целая куча рабов. Тут и отброшки с клешнями, и прочие астралососы. Все измождённые, полудохлые, еле шевелятся. Пробегая мимо, я лениво велю Ломтику швырнуть им ключи из плесневелой кучки. Раз уж жалонос был тюремщиком, отвечал за заточение своих сородичей, то судьба сыграла с ним честно – подох и оставил за собой свободу для тех, кого угнетал. Поделом ушлёпку.

Мы добегаем до «колодца» – провала, образованного рухнувшей секцией.

Я оставляю Оранжа и Грандбомжa у развалин и велю прикрывать мне спину.

– Филинов, ты-то сам куда? – не понимает лорд.

– Спасать леди Габриэллу, – бурчу, карабкаясь на груду обломков. – Надо глянуть, можно ли её вытащить живой.

– Ты серьёзно? Она выжила после такого?

– Ага. Спрут её прикрыл, – отвечаю я. – Вы тут охраняйте проход и мочите всех мудаков, которые скоро припрётся. Грандбомж, прибегут аж целых три некродемона.

– Убей… – у кровника глаза загорелись.

– А у тебя, Оранж, есть шанс наконец догнать меня по количеству замоченных Демонов.

– Какой догнать? – бурчит он. – Ты меня уже спас, и не раз. Это автоматическая победа.

– Правда? – усмехаюсь я. – Ну, вряд ли ты хочешь слиться в ноль. А так и будет, если не завалишь хотя бы еще десяток.

– Убедил, Филинов, – тяжело вздыхает глава Солнечного Дома.

Эти двое и без меня не пропадут, а мне нужно спасать златокрылку. Скрывшись за завалом, врубаю телепорт и переношусь прямо к схлопнутым гармошкой этажам. Камни здесь нагромождены хаотично, в тяжёлые глыбы. Я осторожно обхожу обломки и сканирую телепатией завалы. Вот и Габриэлла – под грудой камня, в крошечной яме, зажатой со всех сторон. Теневой Спрут раскинул щупальца и держит тяжёлые плиты над её телом. Без него блондинку уже давно размазало бы по камням. В принципе, Спрут мог бы вылезти и раскидать завал своей тушей, но обломков так много, что её бы просто завалило вторым обрушением.

Блондинка в темноте стоит на коленях среди камней, в золочёном стихийном доспехе. Голова опущена, будто сил нет даже подняться и рассмотреть, что вокруг. Отчаяние – оно всегда выглядит одинаково.

Телепортируюсь прямо к ней, пригибаясь, чтобы не зацепило макушку плитами. Оказываюсь совсем близко, настолько, что чувствую её тепло, мягкие формы под доспехом – пышную грудь и упругие бёдра.

– Кто здесь? – её голос дрожит, срывается, как у человека, который уже смирился с концом.

– Ваш пленитель, леди, – коротко отвечаю.

Она замирает на мгновение, а потом бросается вперёд. В этой тесноте для этого достаточно лишь наклониться. Обхватывает меня руками, прижимается. От неё пахнет потом, металлом и тонкими фиалковыми духами, которые странно не вяжутся с этим кладбищем камней.

– Даня… Король Данила… Боги… как… откуда ты⁈

– Через сквозняк просочился, – хмыкаю я. – Скинь-ка доспех.

Она, наивная душа, слушается без вопросов, и касанием отправляю её в сон. А то и так палюсь ради ее спасения, но со своим появлением под завалом что-нибудь придумаю, а вот дальнейшего перемещения леди не надо видеть.

Подхватываю блондинку на руки, и мы исчезаем в телепорте.

Когда Габриэлла открывает глаза, тут же жмурится, не выдержав – в «колодец» уже льётся солнечный свет сквозь выбитые окна башни. Она лежит на обломках, раскинувшись, а её голова покоится на моих коленях. Золотые волосы рассыпались мишурой.

– Ну и зачем было тащиться сюда? – хмыкаю, глядя сверху вниз.

– Я виновата… – шепчет она, сжимаясь, словно ребёнок, которого поймали на проступке. – Виновата перед своей сестрой.

– Ты прокляла племянницу, – киваю я.

– Ты знаешь?

– Догадался. Да только почему именно сейчас решила ее вылечить?

– Я не хотела, чтобы ты узнал, – отвечает она едва слышно и старается не встречаться со мной взглядом.

Я качаю головой.

– Какая глупость. Встать можешь?

Девушка, к собственному удивлению, вдруг ощущает прилив сил. Ну ещё бы – это я заставил Жору раскошелиться и вложил в неё часть ресурса. А взамен жабун получил подпитку из пластырей.

Я возвращаюсь к остальным вместе с Габриэллой. Грандбомж и Оранж за это время неплохо размялись – вонючие чёрные лужи под ногами говорят сами за себя. Правда, Грандбомж остался недоволен: некродемоны оказались слишком хилыми, чтобы прикончить его окончательно. Он, как обычно, быстро восстановился от некротических импульсов и теперь ворчит. Ну а что ты хотел? Чтобы найти по-настоящему мощного некроукурка, ещё поискать придётся.

– Ничего, Гранд, в другой раз тебя кто-то точно прикончит, – утешаю кровника, а то жалко же беднягу.

– Леди, что вы здесь забыли? – сбросивший доспех Оранж сверлит взглядом Габриэллу. – Вы понимаете, что ради вас мы рисковали жизнями? Королю Даниле пришлось выдумывать целую операцию с маскировкой под внешность врага! – и он демонстративно тычет в рога, примотанные к его лбу лианой.

Я не вмешиваюсь. Прав, мужик. Сам он тот ещё косячник, но чужое бревно в глазу всегда заметнее.

– Простите… – блондинка виновато опускает голову. – Король Данила знает причину моего поступка, но это нисколько меня не оправдывает.

– Потом обсудим, – решаю я. – Сейчас главное – найти тихое место и продумать план.

Мы выбираем ближайший зал для временной дислокации. Всего одна дверь, нет окон – никакая крылатая тварь к нам не залетит. Хотя, похоже, местные жители и так боятся нас до чертиков.

Теперь нужно решить, что дальше: ещё немного погулять по башне или уходить. Демонов тут кишмя кишит. Они везде: на нижних этажах, в подвалах. Но особенно много их наверху, в крытом саду. Там, без сомнений, засел сам Бигшер со своей гвардией, рядом с грядками пурпурной киксы.

– Итак, леди, вы шли именно в сад на последнем этаже? – уточняю.

Габриэлла кивает.

– Да. Там находится пурпурная кикса, – рассказывает она. – Так говорили допрошенные мной Демоны. Я бы и не пошла в башню, но в окрестностях её больше нет. Всё, что когда-то росло за пределами руин, они собрали сюда, а другие плантации выжгли Лорды-Демоны. Осталась только башня.

Мы с Оранжем переглядываемся. Не знаю, о чём там парится лорд, но лично меня мысль о пурпурке не отпускает. Что это за дрянь, если сами боги Астрала её запрещают? Чего они так боятся?

А ещё… наверху, в саду, я ощущаю знакомое цветное свечение. Синеватое, резонансное… Где-то я уже видел это. И точно – это не трава.

– Отвали, астралосос! – вдруг рычит Оранж в пустоту, глаза его смотрят незряче. – Я не буду с тобой разговаривать! Нет, я не главный Лорд-Демон. Главный – это бескрылый! Не девка, а бескрылый!

Я со вздохом перехватываю ментальный сигнал, направленный на Оранжа. В голове раздаётся чужая мысль – связывается какой-то укурок-телепат.

– Ну? Чего надо? – спрашиваю раздражённо.

– Лорд-Демон, – блеет голос, – с вами желает говорить сам вождь Бигшер.

– Давай его сюда, – разрешаю нехотя.

Телепат тут же подключает образ. В сознании возникает громоздкая фигура рогатого вождя.

– Лорд-Демон, ваша сила поразила нас, – начинает Бигшер с неприкрытого подхалимства. – Мы не хотим навлечь на себя кару богов и готовы отдать всё, что вам нужно. Всю пурпурную киксу! Во славу… э-э… Горы! – он явно пытается угадать моего покровителя.

– Окей, во славу, – лениво соглашаюсь, не торопясь его разубеждать. – Отдай мне всю пурпурку. И мой Цветной меч.

Потому что это знакомое свечение, что я чувствую вверху, исходит именно от нее – реликвии херувимов.

Глава 7

Астральный прорыв рядом со Сторожевым городом, Херувимия

Поздним вечером Эрос вместе с Красивой выходит за Демонскую стену, и они неспешно бродят по заросшей роще. Повсюду шелестят одержимые кусты и деревья, но на границе Прорыва они ведут себя смирно, приглушённо, и не решаются нападать на херувимов.

– Ты помнишь, Диана? – говорит Эрос, тайком поглядывая на спутницу, весь волнуясь и трепеща. Его крылья дрожат так, что несколько перьев осыпаются, превращаются в мелких коротколапых тварей и тут же зарываются в норы под корнями. – Здесь когда-то мы разгромили огромный отряд Демонов.

Красивая в облике тигрицы молча садится. Она проводит лапой по морде, умываясь, а в отблесках света её клыки сверкнули холодным блеском.

Эрос, переполненный смятением, срывает цветок с ближайшего куста, протягивает его, словно дар, но оскалившиеся лепестки кусают его за палец и, вырвавшись, сигают прочь в траву. Лорд морщится и прячет укушенную руку за спину.

– А ты всё так же не приемлешь человеческий облик, – отмечает он, стараясь скрыть неловкость. – Знаешь, я удивился, когда ты позвала меня прогуляться за Стену. Но мне было приятно.

Тигрица моргает и смотрит куда-то в сторону. Эрос смущается ещё больше, словно подросток, и неуверенно спрашивает, запинаясь:

– А могли бы мы… после прогулки уединиться ммм…в покоях?..

Но Красивая будто не слушает его слов. Она поднимает лапу и указывает за Демонскую стену, где вдалеке полыхает зарево:

– Там горит.

Эрос прищуривается за черные зубцы:

– Так это же сир Гранж, наверное, оказывает сопротивление. Сейчас его арестовывает Совет. Король Данила вывел его на чистую воду, и теперь он подлежит аресту.

Красивая коротко кивает, не выражая никаких эмоций:

– Я знаю. Пошли.

Эрос идет за вдруг ускорившейся тигрицей. Они обходят рощу. И вдруг Красивая с рыком срывается с места и бросается на троих оранжевокрылых, что прятались в засаде. Те облачены в огненные доспехи. Тигрица вцепляется в одного из них с такой яростью, что тот не успевает даже вскрикнуть. Остальные в панике выхватывают оружие, но Эрос уже рядом – он подлетает и с гневным рыком обрушивает на врагов поток пламени. Багровое сияние вспыхивает среди листвы.

– Мы сдаёмся, сдаёмся! – кричат оранжевокрылые, падая под их ударами и бросая обугленные мечи.

Эрос морщится, недовольно сдвигая брови:

– И почему вы здесь сидели?

Красивая отвечает спокойно, словно всё это было для неё очевидно:

– Это вторая группа диверсантов Гранжа. Рвачи следили за ней. Группа должна была следить, придёт ли король Данила один или с лордом Оранжем. Если бы он появился в одиночку, они сообщили бы об этом сиру Гранжу и Совету. Тогда Данилу сразу арестовали бы и обвинили в убийстве лорда Оранжа.

Эрос смотрит на спутницу со смесью разочарования и понимания:

– Так вот зачем ты меня сюда позвала? Поймать шпионов за королем Данилы?

Красивая оскаливается, и в её зверином облике это выглядит особенно угрожающе и дико:

– А зачем же ещё? Мне пригодилась поддержка лорда Красноперых.

– Кхм-кхм….Приятно, что ты достойно оцениваешь мои силы, но я думал, что наши с тобой чувст…

– О, коза! – рычит Красивая и тут же бросается вдогонку за одержимой рогатой, которая метнулась меж деревьев.

Эрос остаётся один и растерянно смотрит вслед убежавшей оборотнице.

* * *

Сторожевой город, Херувимия

Бер недовольно бросает:

– Ну, парень, не строй из себя капризную девку, – отмахивается Булграмм и ухмыляется, в его улыбке привычная дружеская насмешка. – Ты же воин и должен всё понимать. То было задание конунга, а его приказы не обсуждаются – только исполняются. Давай лучше выпьем эту кислятину. Должна же она хоть немного вдарить в голову, даже если выглядит дешёвкой.

Они снова сидят в том же ресторане, за тем же столом, где уже встречались раньше. И вино подают то же самое, и воевода, любящий пенистые напитки, недовольно морщится. Но выбирать не приходится. Булграмм, уже на опыте, берёт бокал за ножку и легко покачивает им, словно приглашая к тосту. Бер нехотя поднимает свой бокал, чокается, тяжело вздыхая.

– Ну и что дальше? – спрашивает альв, не скрывая скуки и раздражения.

Булграмм хмыкает, оглядывает товарища:

– О девушках нам всё же стоит поговорить.

Бер приподнимает бровь. Воевода, подмигнув, продолжает:

– Ну, выкладывай, как у вас дела с воительницей?

– Какие там дела! – раздражённо отмахивается Бер. – Зела меня совсем задолбала. Совсем зазналась с тех пор, как Данила наделил её полномочиями! Она теперь руководит строительством военно-морской базы и верфей на острове Кир. Скоро, похоже, и адмиралом станет, или хотя бы комендантом. А я? Я так и останусь мечником. Пусть и лучшим…

– Ты – теневой воин конунга, Бер. И тебе не по чести завидовать девам. Радуйся за свою жену. Она ведь занята делом, и делом достойным. В пределах разумного, в отличие от тех, кто шатается по харчевням… – воевода оглядывает ресторан и, осознав собственные слова, добавляет уже смущённо, почесав затылок: – Мда… лучше пойдём что ли.

Бер коротко хмыкает, но спорить не стал. Они поднимаются и выходят на улицу. Вдалеке, за постройками, зарницы вспыхивают всё ярче – это Совет пытается взять сира Гранжа, и тот явно упорно оказывает сопротивление у себя в особняке.

Над их головами стремительно проносятся серокрылые Рвачи. Их крылья режут воздух, оставляя на мостовой рваные тени. Бер, провожая штурмовиков Данилы взглядом, нахмурился и спросил:

– Куда это наши-то?

– Помочь страже Совета схватить Гранжа, – ухмыляется Булграмм и вытягивает руку в сторону своей тени, откуда появляется массивный чёрный топор. Воевода сжимает рукоять так. – Мы тоже пойдём коли оказались тут!

Бер подозрительно щурится, чувствуя неладное, и уточняет:

– Так ты позвал меня сюда не просто так? Чтобы мы рядом тусили на стрёме? Опять меня использовал?

Булграмм хлопает альва по плечу с такой силой, что у него на миг перехватывает дыхание:

– Ну, не дуйся. Пошли. Побьём парочку оранжевокрылых.

– Больше я с тобой пить не сяду, – пробурчал Бер, тем не менее не отставая от могучего тавра.

* * *

– Пришла доставка, – усмехаюсь я.

Габриэлла, Грандбомж и Оранж синхронно оборачиваются к двери.

По лестнице на наш этаж спускается Демон, целиком состоящий из слизи. Его тело колышется и переливается, словно живой кусок желе. В вытянутых руках он держит обнажённый меч, клинок сияет холодным голубым светом.

– Слизар, как понимаю? – оскаливаюсь приветливо. Всё ещё в рогах и копытах, я выгляжу для него как настоящий Лорд-Демон, и потому слизнявый трясётся от ужаса и страха и низко кланяется.

– Да, милорд! – булькает он, и слова льются с хлюпаньем. – Я пришёл, чтобы отдать вам Цветной меч и служить вам.

Я принимаю оружие, кручу рукоять в руках, прислушиваясь к знакомой вибрации, той самой, что когда-то исходила от Зелёного клинка. Только это не меч Телепатии, а Льда. Холодный и длинный, тонкий, словно сотканный из инея. Эх жалко. И куда его девать? Ледзор свой топор ни за что не сменит, Мерзлотник не такой уж частый боец, глава рода все-таки да и возраст. Есть правда у меня невеста Морозова, и вот ей тонкий длинный клинок будет как раз под руку.

– Может, на тебе его и проверить? – задумчиво поднимаю меч и направляя остриё в слизневую морду.

Слизар дёргается, его желеобразное тело заколыхалось, и он начинает тараторить, захлёбываясь словами:

– Все листья пурпурной киксы, все саженцы… они внизу, в конюшне! Листья засушены, аккуратно уложены в пакеты, а саженцы помещены в специальные контейнеры, из которых они не сбегут. Всё готово к отгрузке, милорд!

– Ого, и кто так постарался? – я лениво подношу клинок к его слизневому подбородку.

– Это я! Всё я! – булькает он громче, дрожа всем телом. – Я сам всё собрал и нагрузил на грубза. Это сделал я, чтобы вы меня простили, чтобы приняли в свою свиту! Милорд, я ради этого выращивал пурпурную киксу, чтобы доказать: я полезен!

Я ухмыляюсь под теневым доспехом.

– Вот как… Значит, твой план – войти в свиту Лорда-Демона? Именно для этого ты помогал вождю Бигшеру с его плантацией?

Слизар замирает, колышется и дрожит, но в итоге выдавливает честно:

– Нет, милорд… по крайней мере, в начале – нет. Я сам подсел на пурпурку, на силу, что она даёт. С её помощью я научился взрывать собственную слизь. Вы ведь видели, как я подорвал пятнадцать этажей?

– Я видела, – рычит Габриэлла, её голос холоден и опасен.

Слизар резко бросает испуганный взгляд на блондинку, едва не рассыпаясь на куски:

– Я не знал, что смертная – ваша рабыня, милорд! Простите за порчу вашего имущества!

– Имущества⁈ – взрывается Габриэлла, её глаза сверкают, и из её тени уже высовываются щупальца Спрута.

– Тише, леди, – бросаю коротко. Блондинка поджимает губы, сдерживаясь.

Слизар кланяется ещё ниже, расплываясь по полу:

– Я жалкий слабый астральный житель, что подсел на пурпурку, милорд. Но я талантливый и умный! Боги Астрала сами производят киксу, я знаю это. А я сумел научиться её выращивать много! Я могу быть полезен вам. Только дайте шанс!

– А своих сородичей тебе не жалко? – холодно спрашиваю я. – Потому что я их щадить не стану.

– Этих? – он дёргается и кивает вверх, на последний этаж. – Милорд, они мне противны! Если позволите, я сам подорву их. Бигшер с гвардией не хотели работать, только жрали пурпурку целыми днями! Не для этого мы отнимали рассадники у других племён! Не для этого!

– А для чего?

– Чтобы создать огромную плантацию и подарить её Горе. А сами мы имели бы доступ лишь к небольшой доле, которой нам хватало бы для нашего существования. Но всё пошло прахом. Никто, кроме меня, так и не научился выращивать пурпурку.

– Да ты не страдаешь низкой самооценкой, – хмыкаю я, чуть отводя клинок в сторону. – Ну ладно. У тебя будет возможность оставить прощальный подарок Бигшеру и компании.

Спуск в конюшню не занимает много времени. Никто из астралососов больше не смеет нам мешать. Всё-таки репутация страшного Лорда-Демона мне на руку.

И вот уже вся наша группа устроилась на широкой, плоской спине грубза. Огромный зверь тяжело выходит из громадных дверей конюшни, переставляя лапы медленно и размеренно, словно живой танк. Рядом громоздятся тонны прозрачных пакетов с засушенными пурпурными листьями. Тут же покачиваются контейнеры с саженцами, из которых доносится глухой, тревожный стук – одержимые растения просятся наружу.

Слизар уселся с нами, но чуть подальше, то и дело оборачивается на башню:

– Милорд, если мы отойдём еще дальше, мой поводок не дотянется, – умоляет слизневый, желая расправиться с соратниками.

– Жги, Слизар, – киваю, оценив расстояние до башни. На всякий случай прикрываю нас воздушным куполом.

Слизар хлопает в желейные ладони. Позади раздаётся первый удар. Башня содрогается. Её стены, пропитанные слизью, вспыхивают цепочкой взрывов. В гулком треске рушатся перекрытия, из проломов вырываются фонтаны обломков. Башня скашивается и схлопывается, как гармошка.

Слизень заливается истерическим смехом – визгливым, рвущим уши.

– Ха-ха-ха-ха-ха! Суки! Бигшер думал, что будет вождём, а я буду его послушной собачкой! Что будут жить весело и дружно! А я всё превратил в пепел!

Я смотрю на него с интересом:

– Ты доволен?

– Доволен, милорд!! – сипит астралосос, трясясь от собственного смеха, будто бредит. – Спасибо вам, великий Лорд-Демон! О, прошу простить, но я до сих пор не знаю вашего имени!

– Данила, – спокойно произношу я, убирая рога и скидывая теневой доспех, – и, кстати, я ведь никакой не Лорд-Демон.

Улыбка у него застывает, превращаясь в кривую гримасу. В ту же секунду я сдуваю его ветром со спины грубза и выпускаю вдогонку пси-выстрел. Слизневый твареныш разлетается на влажные ошмётки по разбитой дороге.

– Убей… – Грандбомж с завистью смотрит на ошмётки Слизара.

– Так его! – одобряет Габриэлла, а Оранж оставляет короткую казнь без внимания.

Грубз всхрапывает и топает дальше под однотипные просьбы Грандбомжа. Я снова надеваю теневой доспех и сканирую округу на случай других Демонов. Может, Слизар и правда неплох как садовник, да только Лакомка не хуже справится с разведением этой пурпурки. Тут ещё вопрос, надо ли мне эту дрянь вообще разводить, но то, что боги Астрала везде выжигают её плантации каленым железом, скорее говорит «да», чем «нет».

Дорога тянется, пока жарковато на открытой равнине, но терпимо. Оранж по-прежнему сидит с привязанными рогами. Мне дается большого труда не заржать, глядя на него. Габриэлла иногда косится на лорда, но ему пофиг – маскировка важнее.

Лично для меня нападение диверсантов Солнечного Дома не стало ни малейшей неожиданностью. Да они и сами явно понимали, что будут обнаружены, но пошли ва-банк. Из-за развалин и кустов разом выскакивают пятнадцать бойцов ранга Воинов и ещё трое Мастеров в придачу.

Тем непонятнее, почему они удивляются, когда их опрокидывает мощнейший Дедяной град. Откуда он взялся? Я просто взмахнул Синим мечом. Ещё взмах – и сразу закручиваются вихри метели, волоча налётчиков друг по другу. Правда, они попытались бить по нам огненными копьями, но каменные щиты оградили от обстрела.

Оранж, разглядев нападающих, орёт ошеломлённо:

– Солнечная гвардия⁈ Какого хрена вы делаете⁈

Авангард противников разметало, словно солому по ветру. Тут и Грандбомж присоединился —кровавые щупальца сбивают доспехи оранжевокрылых. Габриэлла тоже не остаётся в стороне: чёрные отростки Спрута жадно хватают оранжевокрылых за руки и ноги и бьют об землю. Всё это происходит почти синхронно, и диверсанты, явно не готовые к появлению Спрута и Кровника, уже пожалели, что полезли. А сканеры вам на что, тупицы? Я же засёк разведку неподалёку. Сканеры в бой не полезли – это логично, да только нахрен такие слепошары в отряде? Ладно, Спрут, его фиг обнаружишь, но ранг Грандбомжа виден невооружённым глазом.

– Не убейте этих болванов, – бросаю я по мыслеречи, чтобы Грандбомж и Габриэлла услышали сквозь шум схватки. – Мне они ещё пригодятся.

Секунд через двадцать бой фактически завершён. Все диверсанты валяются на земле: кто стонет, кто молчит, но каждый из них уже скручен – либо кровавыми щупами Грандбомжа, либо чёрными тентаклями Спрута. Ослабленные, бездоспешные и побитые, они даже не пытаются сопротивляться.

Оранж, конечно, в ярости подскакивает к пленным, оглядывается, мечется и орёт им прямо в лица:

– Что вы устроили⁈ Вы что, совсем сдурели⁈ Кто отдал приказ⁈

Я спрыгиваю с грубза и прохаживаюсь между скрученными пленными:

– Мне вот тоже интересно, какого чёрта они на нас попёрли. Вы почему кровника не испугались? – тычу носком берца в ребро Мастера, обвитого тентаклями под самое горло.

– Мы… решили, что он и лорд присоединятся к нам.

– Я⁈ – опешил Оранж.

– Лорд – понятно, – киваю. – А кровник с чего ради?

– Разведка доложила, что он всё время грозится убить тебя… Мы решили, что лорд Оранж нашёл союзника против тебя!

– Да какого хрена вы несёте⁈ – рявкает Оранж, побледнев. – Филинов, ты только не подумай…!

– Что не подумать⁈ Что это твоя засада⁈ – Габриэлла, окутанная теневыми щупальцами, бросает тяжёлый вызывающий взгляд на Оранжа.

Грандбомж, явно солидарный с леди, направляет несколько кровавых щупов к глотке Оранжа. Тот сразу вскидывает руки вверх, оправдываясь:

– Я тут ни при чём! Клянусь!

– Ну как же ни при чём, лорд? – отвечаю я весело, даже нарочито добродушно. – Это же твои люди, не так ли?

Оранж морщится, но решает проверить, что называется, на зуб. Лорд подходит к одному из пленников, нагибается и теребит оранжевое крыло. Даже перо выдёргивает, которое сразу обрастает собственными мини-крылышками и, вспорхнув, уносится к облакам.

Лицо Оранжа морщится и бледнеет, он узнал оранжевокрылого:

– Штурмовик Бизан, это ты?..

– Я, милорд, – вздыхает предводитель отряда.

– Ты верен мне?

– Всем сердцем, – искренне отвечает диверсант.

Несколько секунд Оранж молчит, а потом, сорвавшись, взрывается криком:

– Так какого хрена вы напали на Филинов, олухи⁈ Жить надоело⁈ Ещё и меня с собой в могилу тянете⁈

Диверсанты валяются на земле, в обмотках кровавых и теневых щупах, кто-то из них хрипит, пытаясь оправдаться, слова тихо слетают с губ:

– Лорд Оранж, вы разве не знаете…

– Кто велел напасть на нас⁈ – резко перебивает их Оранж, и в его голосе слышится настоящая паника. Этому явно способствуют щупальцы Грандбомжа, которые снова подтягиваются к его глотке.

Диверсанты переглядываются, замявшись, и неуверенно бормочут:

– Мы думали… что это вы велели, лорд Оранж…

Оранж таращится на них, не веря собственным ушам, а они смотрят прямо на него, верные и готовые умереть за своего лорда. Наконец Оранж сипло выдавливает:

– Эта грёбаная система шифрования приказов… Какой старший гвардеец приказал?

– Гринебер, милорд…

– Ничего не понимаю! – Оранж аж хватается за голову. – Он же верный мне!

Я поигрываю Цветным мечом, легко прокручивая клинок в руке, и спокойно бросаю Оранжу:

– Ну что, лорд? Отвечать будешь за своих людей?

Оранж мгновенно срывается:

– Филинов, повторяю! Я тут ни при чём!

– Опять двадцать пять! И правда повторяешься, Оранж. Ты же их лорд, – с усмешкой отвечаю я. – Ты обязан отвечать за действия своей гвардии, даже если не давал ей прямого приказа.

Оранж рычит, взмахивая крыльями:

– Филинов, да, люди мои, но я не наводил их на тебя! Я не велел нападать! Клянусь, это дело не моих рук!

Я киваю пару раз:

– Да я знаю, что не твоих. Но, согласись, твой Солнечный Дом теперь крепко должен мне за эту хрень, ведь так?

Оранж округляет глаза:

– Что значит «знаю»? То есть ты знал, что мои гвардейцы нападут?.. Когда?

– С самого начала, – усмехаюсь я. – Это твой кузен Гранж всё подстроил. Странно, что ты не в курсе, что творится в твоём Доме, лорд.

– Гранж⁈ Неужели он решился на покушение⁈ – Оранж выпал в осадок. – Но зачем ему нападать на тебя⁈

– Чтобы я со злости прикончил тебя, – киваю на щупальца Грандбомжа, которые не так уж далеко от шеи лорда. – У меня с собой есть кристалл Жартсерк – можешь взглянуть, как покойный старший гвардеец Гринебер общался с твоим дорогим кузеном по этому поводу.

– Гринебер мёртв⁈

– Ох, лорд, твоя неосведомлённость о положении в собственном Доме меня поражает, – цокаю языком. – Не хочется делать тебе выговор, но нельзя же так.

Оранж пыхтит что-то неразборчиво, похороненный под лавиной новостей на пять минут точно. Я же поворачиваюсь к диверсантам и бросаю им:

– Вашу карету мы забираем. А сами отправитесь обратно пешком.

Диверсанты бодро поднимают головы, уже счастливые, что их не прикончат. Карета быстрее грубза, ну а диверсантам правда придётся топать пешком, ибо глубоко в Прорыве хватает летающих тварей, и летать малыми группами небезопасно.

Оранж же выкапывается из новостных сводок его Дома:

– Филинов, нельзя моим людям оставить грубза?

Я хлопаю ладонью по боку громадного зверя, напоминающего слона, и ухмыляюсь:

– Не советую. Он сейчас сытый, потому и смирный. А когда проголодается, начнёт жрать всех вокруг без разбора. Верно, здоровяк?

Грубз даже ухом не повёл, но это не отменяет того, что через пару часов лучше держаться от него подальше. А иначе придётся драпать без оглядки.

– Отпустите славных гвардейцев, – бросаю блондинке и Грандбомжу. – Им ещё пурпурку переносить в карету.

* * *

Мы с Габриэллой, Грандбомжом и Оранжем усаживаемся в захваченную карету. За рулем в этот раз Габриэлла. Блондинка заверила, что отлично водит по бездорожью.

Грузовой отсек забит под завязку. Диверсанты, оставленные на дороге, остаются позади. Оранж сжимает Жартсерк-кристалл и буквально впивается взглядом в его сияние.

Я же в это время прикрываю глаза и сознанием улавливаю далёкий разум. Где-то на окраине, среди заброшенных пригородных усадеб, орудует огромный, достаточно мощный Демон. Его присутствие давит, мысли тяжелеют, и ясно чувствуется – он что-то ищет в одной из усадеб.