Текст книги "Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 33 (СИ)"

Автор книги: Григорий Володин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

– Хо-хо. Ничего себе… – протягивает Ледзор, едва его могучая фигура озарилась сиянием портала. Он оглядывает обрушенные башни. – Хрусть да треск, граф! Я думал, ты нас зовёшь для битвы, а сам уже основательно здесь поработал.

Я усмехаюсь краем рта, глянув на Мадам Паутину.

– Это была всего лишь разминка. Основная заруба ещё впереди. Кстати, Тайна Ночи – ваша временная база. Комендантом назначаю Зелу.

– Есть, Ваше Величество, – альва-воительница бьёт кулаком себя в левую грудь, отчего той становится тесно под кожаным ремнём. Альва при этом гордо расправляет белоснежные крылья. Похвально, что троица Зела, Финрод и Галадриэль не забыли прихватить херувимский обвес.

– Убей… – басит Грандбомж, пиная какой-то камушек.

– А ты чего голый, дружище? – морхал хмыкает в его сторону и оглядывается на своих пухлых гомункулов. – Эй, Морозная гвардия, дайте ему запасной балахон.

Пока Грандбомжа одевают в гомункульскую рясу, марионетки и легионеры ушли в портал, а прибывшие альвы выстроились.

Зела оборачивается к Беру и с подозрением спрашивает:

– Ну что? Не нашёл себе ещё одну херувимскую леди?

Бер аж вздрагивает, поднимает руки, словно защищаясь:

– Да я был паинькой! Данилу вон спроси…!

– Кого спросить? – прищурила воительница чуть раскосые глаза.

– Его Величество! Я хотел сказать, Его Величество!

– Зела, занимай Тайну Ночи, – я бросаю альве. – А ещё отправь разведку к Цитадели Тени. Нужно разработать план по штурму.

Мадам Паутина подходит ближе. Она слегка наклоняет голову, и волосы её на миг обращаются в голубых змей:

– Король Данила, я могу помочь в выманивании Лорда Тени, фака. Этот трусливый неудачник в меня влюблен, и если поманить его когтем должным образом, то бросит своих людей в твою ловушку.

Я смотрю с интересом на «четвёрку».

– Паутинка, почему бы и не да.

* * *

Сторожевой город, Херувимия

Светка вместе с леди Пеленелей прогуливается по улицам Сторожевого города. Обе заходят в лавки, рассматривают прилавки, перебирают ткани, обсуждают фасоны. Всё идёт спокойно, разговоры о пустяках, пока Светка, задумчиво поглаживая мягкую материю на витрине, вдруг не выпаливает прямо посреди обычного разговора:

– Пеленелечка, а когда Данила вылечит твою Лазурь, она ведь всё равно будет спать с моим сыном?

Леди Пеленеля поднимает голову, затрепетав золотыми крыльями. Глаза расширяются, голос дрожит:

– Что значит, «вылечит мою Лазурь»? Королева Светлана, что вы говорите?

Светка хлопает себя ладонью по лбу, морщится и бормочет с досадой:

– Ой, вот ведь я дурында… Прости, Пеленелечка, не хотела давать тебе надежду заранее. Но раз уж сказала – так слушай. Даня поручил это Лакомке….

– Кому?

– Моей старшей «сестре» королеве Люминарии. Да и сам Даня держит задачу под пристальным контролем. А если он взялся, значит, точно вылечит. И твоя Лазурь будет здоровая, полноценная девочка, без всяких ограничений, прикинь.

Пеленеля делает глубокий вдох, будто пытается справиться с нахлынувшими эмоциями, но уже в следующую секунду у неё глаза становятся огромными, в них появляется смесь шока и неверия. Она выдыхает прерывисто:

– О боги…

И тут же оседает, теряя равновесие. В буквальном смысле падает в обморок посреди торгового ряда.

Света едва успевает поймать девушку и бурчит вслух на саму себя:

– Блин, Светка, ну обязательно тебе надо было ляпнуть прямо сейчас, да?

* * *

Рю но Сиро или Замок Дракона, Япония (пока еще)

Дятел сидел в кабинете за столом, перебирая досье, и в позвал Дубного Ивана.

– Ну что стряслось, командир? – спрашивает легионер-каменщик в теле остроухого дроу.

– Слушай, Дубный, я уже голову сломал. Не могу подобрать япошку, который бы идеально знал этикет на этом проклятом Сэцубуне. Всяких садистов, извращенцев, насильников у меня тут целый вагон, – он раздражённо хлопнул по папке. – Но чтобы без изъянов именно в церемониях и правилах – таких нет. А ведь нужен тот, кто смог бы реально помочь шефу. Чтобы на том японском празднике всё прошло без сучка и задоринки…

Дубный спокойно закрыл за собой дверь и сел напротив, огладив рукой острый дроусксий подбородок.

– Сейчас разберёмся. Давай вместе перебирать, вдвоём быстрее.

Он потянул на себя пачку материалов, начал пролистывать и почти сразу спросил:

– А как насчёт объекта номер десять? Убийца, живодер… Шеф таких любит добавлять в Легион.

Дятел тут же отмахнулся, раздражённо мотнув головой:

– Да ну его! По разведданным ясно же было: на официальной церемонии этот идиот каким-то неправильным поворотом головы умудрился развязать войну с целым японским кланом. А потом огребал по полной, ещё и репутацию похоронил.

– Понятно, – кивнул Дима и продолжил листать. – А что скажешь по объекту двадцать три? Тоже вроде бандит…

Дятел скривился и ткнул пальцем в строчку досье:

– Тоже мимо. Этот устроил драку прямо у даймё в гостях. На официальном приёме! Его там же и выпнули на улицу, без права возвращаться. Полный идиот.

– Значит, всё сложнее, чем я думал, – хмуро подытожил Дубный, продолжая просматривать материалы.

Некоторое время они молча перебирали досье, отметая кандидатов. То один не умеет голову поворачивать так, чтобы не оскорбить чью-то честь, то другой вечно срывался в пьяные дебоши, то третий вообще клал локти на стол. И почему среди потенциальных легионеров-японцев так мало знающих этикет?

Наконец Дубный остановился и поднял взгляд:

– Бинго! Объект триста третий – идеальный. Смотри. По всему миру он известен как законченная козлина. Оргии устраивает, гаремы с невольницами держит, в Индонезии вообще рабство разводил. Везде, где мог, нагадил. Но вот в Японии, при дворе, ведёт себя безупречно. Ни одного прокола по части этикета у этой мрази. Чисто, ровно, по всем правилам, локти на стол не ставит, голову умеет поворачивать…

Дятел сразу оживился, привстал и ткнул пальцем в папку:

– Вот это уже ближе к делу! Только…хм….

– Что не так?

– Титул у него странный – Кадзан– тайсё.

– А что это значит? Я не знаю японский.

– Я тоже не знаю, здесь перевод – «Генерал вулканов».

– Так он еще магматик, как тот псих Феанор? Ну шефу вдвойне повезло!

– Ага! Отличная работа, коллега.

* * *

Возвращаюсь в Невинск с чувством, как будто прошла целая вечность с того момента, как я был здесь в последний раз. Зеле я оставил задание готовить наступление, а Мадам Паутине в сопровождении Змейки и Грандбомжа я поручил свою партию – инсценировать, будто я захватил Тайну Ночи (хотя эта часть плана как раз настоящая), а сама Паутина, едва унеся ноги, теперь ищет укрытие в горах и вымаливает подмогу у Лорда Тени.

Но едва я появляюсь во дворе Невского замка, Лена уже кидается ко мне на шею. Я прижимаю жену к себе, ощущая телом ее округлости, оглядываюсь вокруг и отмечаю, что многое здесь осталось неизменным. Костик по-прежнему лениво кружит над стенами крепости, собирая за замком толпы туристов, которые с восторгом пялятся на костяного дракона. Коренаст никуда не делся, стоит себе на месте, обросший цветами, как арт-объект, а не защитник крепости, хоть защитные функции древоголем в полном порядке. Горгоныши носятся все так же, только подросли заметно, а Змейка, как я знаю, не забывает их навещать, подкидывает им всякой еды и учить как Мать выводка. А вот древоголемыши и вовсе разрослись – превратились в целую рощу. Теперь прямо посреди каменного двора красуется настоящий лесок из живых деревьев-големов.

– Ну и сорняк, – качаю головой.

Лена, прижавшись ко мне, ворчит:

– Вот я и не знаю, куда их девать! Они всё растут и растут… Хочешь прокатиться по городу? Заодно и мое новое рабочее место посмотришь, – вдруг переходит жена.

– Давай, – отвечаю я. – Только сначала заберу легионеров на родину.

Воронов и остальные в телах марионеток разлеглись в батареях, которые разложили в ангаре, и находятся в анабиозном режиме. Я забираю их обратно в Бастион. Погуляли парни – и хватит на сегодня. Хорошего понемножку.

Затем мы с Леной идём на парковку, рука об руку, и садимся в машину. Едем по Невинску, и жена сидит рядом, сияя. Снадобья Лакомки и мои физические настройки сделали своё дело – жена у меня просто загляденье. Глядя в окно, я отмечаю, как меняется город: где-то уже обновлённые фасады сияют свежей краской, где-то рабочие снимают старые, проржавевшие кондиционеры, чтобы не захламлять фасады уродами из ржавчины, портящими улицы. Лена следит за реставрацией с холодной строгостью: облик центра должен быть достойным.

– Развязки и мосты тоже строим, – замечает жена, кивнув на дорожные работы. – Правда, пока не хватает подрядчиков, потому процесс неторопливый.

Наконец приезжаем в здание магистрата и поднимаемся в кабинет градоначальника. Там Лена мгновенно выпрямляется, огладив руками деловое платье на бёдрах, стоит по стойке смирно, и я ясно понимаю, что она ждёт от меня оценки её стараниями, даже похвалы. Я усмехаюсь и коротко произношу:

– Высшая похвала, госпожа градоначальник Невинска.

Лена радостно улыбается и тут же целует меня. Я остаюсь рядом посмотреть какие-то документы. Всё равно торопиться пока некуда – надо подождать, клюнет ли Лорд Тень на приманку в лице своей незабвенной Мадам Паутины.

Постучав, заходит секретарь, пухленькая девушка, и сообщает:

– Инспектор снова прибыл и просится к вам, Елена Викторовна, со своим срочным вопросом.

– Какой ещё инспектор? – спрашиваю, заметив, что и секретарь, и жена очень уж недовольны визитом гостя.

Лена тяжело выдыхает, явно сдерживаясь, чтобы не показать раздражение новоприбывшим:

– Данила Степанович, это представитель Министерства строительства и ЖКХ. Прибыл в рамках проверки целевого финансирования. На самом деле, этот инспектор уже достал. Всё требует, чтобы я допустила строительство ТРЦ из сети «Селезня», а эта огромная торговка вообще не сдалась Невинску, и царские деньги есть куда потратить намного эффективнее.

Я ухмыляюсь, настроение мгновенно становится боевым:

– Ну давай тогда пообщаемся вместе.

Когда инспектор входит, его глаза расширяются от удивления:

– Ваше Сиятельство Данила Степанович, вы здесь⁈

– Конечно здесь, – спокойно отвечаю я. – Что вас удивляет? Это же моё графство, а Елена Викторовна – моя супруга-графиня. Так что я поприсутствую на вашем разговоре, если вы не против, господин инспектор.

Инспектор делает вид, что спокоен:

– Мм, нет необходимости вас отвлекать, Ваше Сиятельство… мы можем отложить нашу встречу с Еленой Викторовной.

– Зачем же откладывать? Разговаривайте на здоровье, – делаю широкий разрешающий жест. – Вы же прибыли со срочным вопросом. И присаживайтесь – на ногах правды нет. Я лишь послушаю, а вы общайтесь с Еленой Викторовной на здоровье.

Потоптавшись, инспектор садится, неуверенно обращается к Лене, переходя в наступление:

– Елена Викторовна, когда же мы наконец построим наш торговый центр «Развлекательный Селезень»?

Я бросаю взгляд на Лену, давая ей возможность самой ответить. Она мгновенно собирается и холодно, без единой эмоции в голосе произносит:

– Я уже говорила: этот ТРЦ городу не нужен. Он перегрузит инфраструктуру и не вписывается в исторический центр.

Инспектор качает головой и начинает привычную песню, бросив на меня быстрый взгляд:

– Но план уже утверждён министерством строительства. В каждом графстве обязательно должен быть возведён современный торгово-развлекательный центр как «точка роста» региона, он даже получит субсидию сверху. А сеть «Селезень» соответствует современным стандартам.

Я замечаю:

– В каждом графстве, говорите? Это сомнительное утверждение, господин инспектор. Может быть, вы имели в виду «в каждом доходном графстве, где есть горожане с достатком»?

Инспектор пыхтит как ёж:

– Но это же точка роста, Ваше Сиятельство! Мы обязаны развивать территорию Царства, а ТРЦ «Селезень» – это символ современности, это инфраструктура будущего.

– Лен, – обращаюсь жене по мыслеречи. – А чей вообще этот «Селезень»?

– Сеть «Селезень» – это гипермаркеты и кинотеатры графов Селезнёвых, Даня.

Я не удерживаюсь и усмехаюсь:

– А, ну теперь всё встало на места. Граф Селезнёв же сидит высоко в министерстве, точнее – его родня там обосновалась.

– Да, Даня, ты глядишь в корень, – вздыхает жена. – Селезнёв проталкивает через родственников дотации на свои торговые центры, чтобы потом освоить бюджет на подрядных работах, а затем ещё и сдать помещения якорным арендаторам.

Ну раз схема ясна, чего сидеть? Я тут же отправляю Ломтика в Министерство строительства в Москве. Малой, как всегда, с энтузиазмом «рулит» ситуацию: шныряет по кабинету замминистра по субсидиям, разбрасывает листья, суетится, но именно в этой суете находит то, что нужно. В конце концов он добирается до одного из сейфов и вытаскивает нужный листочек – список аффилированных Селезнёву фирм, на которые идёт прибыль от аренды этих самых торговых центров по всей стране.

Через теневой портал я вытягиваю документ и кладу его на стол перед инспектором.

– Что это? – хлопает он глазами.

– О, это всего лишь список аффилированных фирм и лиц, которые отстёгивают маржу графу Селезнёву, – замечаю.

Инспектор ошарашенно таращится на бумагу. Его губы шевелятся, но голоса почти нет. Я давлю дальше, не давая ему оправдаться:

– Передайте Его Сиятельству Селезнёву: может, он одумается и перестанет лезть в наше графство со своими грязными схемами? Не думаю, что он хочет за решетку. Мы сами решим, куда тратить целевые фонды, хорошо, господин инспектор?

Инспектор мнётся, наконец проборматывает, стараясь не встречаться со мной взглядом:

– Честно говоря… я не знал об этом…

Терпеть не могу лжецов. Нет, чтобы извиниться и по-тихому свалить, он мне тут заливает, нисколько не уважая меня.

– Я могу вскрыть ваши щиты, и тогда мы узнаем точно, знали вы или нет.

Я смотрю ему прямо в глаза и говорю предельно холодно:

– Рискнём?

– Вы не можете… Я представитель Министерства! Если вы взломаете мой разум, то будете подвергнуты следствию за нападение на царского чиновника!

– Это только в том случае, если вы не окажетесь взяточником. А если вы не чисты на руку, то я получу награду за вскрытие коррупционной схемы, – парирую. – Но это мы узнаем, когда ваши щиты падут. Так, рискнём? – повторяю.

Он бледнеет моментально, щёки проваливаются, руки начинают трястись. Понял, что я не блефую и готов вскрыть его, как консервную банку. В его глазах мелькает настоящий ужас.

– Нет… нет, пожалуйста! – лепечет он. – Пощадите, Ваше Сиятельство…

– Пошёл вон, взяточник вшивый. И никогда больше не смей приезжать в мой город.

Его мгновенно сдувает ветром, а я оборачиваюсь к жене. Она пару секунд смотрит на меня, затем встаёт, звонко цокая каблуками, проходит к двери и плотно закрывает кабинет. Вернувшись, нажимает кнопку на телефоне и коротко говорит секретарю:

– Люба, для всех меня нет ближайший час…нет, два.

– Поняла, Елена Викторовна.

А Лена уже тянется к горловине платья, медленно расстёгивает ворот и одну за другой следующие пуговицы. Поглядывая на меня хитро, она спрашивает:

– Скажи, дорогой, а ты будешь топить этих Селезнёвых до конца?

Интересный вопрос.

Глава 13

Лунный Диск (главная резиденция Организации), Та Сторона

Зашедший в кабинет магини Норомос, скрестив мохнатые руки на груди, остановился у двери и заговорил низким, гулким голосом, словно из глубокой пещеры:

– Масаса, тебе, наверное, стоит знать, что Лиан отправился к конунгу Даниле. Он должен передать ему, что Лорд Тень уволен из Организации.

Масаса сидела над кипой отчётов, её чёрные кудри свободно падали на плечи, а пышная грудь едва скрывалась под тёмной мантией. Она резко вскинула подбородок, глаза её вспыхнули, словно в них зажгли пламя:

– Что? Это Председатель велел?

– Верно, – кивнул Норомос.

– Гадство! – выдохнула она с такой яростью, что тени в углу дрогнули испуганно.

Норомос нахмурился, удивлённый её реакцией:

– Ты разве не хотела бы предупредить конунга?

– Конечно хотела! – воскликнула Масаса, хлопнув рукой по кипе. – Но это давно нужно было сделать! Мы же изгнали Лорда Тени целых несколько часов назад! Сколько можно было телиться⁈

Норомос лишь качнул массивной головой, шерсть на плечах чуть шевельнулась от движения.

– Бюрократические проволочки, – ответил он с ленивой тяжестью. – Ты ведь прекрасно понимаешь: пока все главы департаментов не поставили свои подписи на обходном листе, пока не собрали заседание и не прогнали всё по протоколу, Лорд Тень официально не считался уволенным, даже несмотря на то что Председатель выгнал его лично. Формальности – вот чего требовалось дождаться.

Масаса фыркнула, едва сдерживая раздражение. Она-то понимала, как это работает – сама была той ещё бюрократкой, и в тонкостях бумажных процедур разбиралась лучше многих. Но всему есть предел.

– Да в жопу этих глав и их обходной лист! – сорвалась она, зло бросив слова. – Лорд Тень может в любую минуту обрушиться на конунга Данилу. Теневику плевать на наши бумажки, печати и заседания.

Йети приподнял густые брови. Он не припоминал, чтобы Масаса когда-либо так ругалась, да ещё и обрушивалась бранью именно на «святой документооборот». Ведь яростной поборницей этих правил и процедур всегда считалась именно она.

– На этот счёт Председатель всё же предпринял меры, – йети попытался успокоить коллегу. – Помнишь, как Хоттабыч угрожал Лорду Тени лично, если тот нападет на конунга? И потому Лорд Тень вряд ли решится напасть напрямую. Если он сделает такой шаг, то станет целью номер один для Организации.

Масаса хмыкнула, и в её голосе прозвучала горькая усмешка:

– Ты не понимаешь, Норомос… Я училась у Лорда Тени. И это были самые чудовищные годы в моей жизни. Он настоящий садист, до мозга костей. Он всегда придумает что-то извращённое, жестокое, ужасное. В этом он мастер. На другое Лорд Тень просто не способен.

* * *

После приятного времяпрепровождения с Леной в её кабинете я заключаю, застёгивая ремень брюк:

– Стол у тебя добротный, широкий, дубовый, какой и должен быть у градоначальника Невинска. – Честно говоря, стол нас и выручил. – А вот в отношении уголка отдыха явный недочёт. Диван нужен побольше и покрепче…

– Я передам Любе, она закажет новый хороший, – кивает Лена, надевая на плечи лямки платья, а сама улыбается смущённо, как школьница. Да, чтоб на рабочем месте – у нас впервые, и Лена ещё не привыкла, несмотря на всю свою настойчивость. Но ничего, какие наши годы. Правда, диван чуть не испортил всю малину, когда проломился под нами. Благо, что не вся мебель оказалась из соплей.

Одевшись, мы выходим, попрощавшись с Любой, чья краснота и блестящие глаза намекают, что и с шумоизоляцией в кабинете Лены не безупречно, спускаемся на подземный этаж и садимся в машину.

Пока выбираемся из узких центральных улочек, я всё же решаю пояснить «политику партии». Лена ведь тоже на передовой и занимает очень важное место в роде, а значит должна быть в курсе всего основного, дабы действовать в соответствии со стратегией.

– Лена, топить Селезнёвых мы не будем. Зачем раздувать лишнюю вражду? Хватит того, что они просто откажутся от своих притязаний на нашу землю и на наши госзаказы. Если поймут, что к нам лучше не соваться – то и легкой дороги! А если нет, тогда другой разговор.

Лена кивает, принимает мои слова без возражений:

– Да, это разумно, Даня. Я тоже так думаю. Нам нужны союзники, а не новые конфликты.

– Ну, конфликты тоже не лишние, – спешу поправить жену. Всё же основной рост рода обеспечен именно благодаря трофейным ништякам. Хоть те же Междуречье, Тавириния, Шпиль Теней, да и многое другое – это всё добытые в борьбе земли. – Но в меру.

В кармане у меня вибрирует телефон. Смотрю на дисплей – звонит сам Селезнёв. В мою контактную книжку вбито дофига номеров высших дворян, это Алиса с Василисой постарались. Корпоративная разведка в нашем роде не отлынивает и не зря ест свой хлеб. Ну вот, вовремя.

Я отвечаю на вызов. В трубке слышен торопливый голос графа: он спешит извиняться, говорит сбивчиво, оправдывается. Селезнёв понял, что перегнул палку, когда министерский инспектор провалился по всем фронтам.

– Данила Степанович, исполнители подвели. Прошу – не держите зла. Конечно, в вашем городе нет необходимости строить ТРЦ «Селезени».

– Извинения принимаются, граф, – спокойно произношу я. – Но у меня будет одна просьба. Ваши подрядчики, которые должны были строить торговый центр, нам пригодятся. У нас как раз нехватка рабочих рук в строительстве мостов и дорожных развязок. Так что одолжим тех, что освободились из-за отмены ТРЦ.

Селезнёв сразу соглашается:

– Конечно, Данила Степанович! Без проблем.

Я коротко бросаю «отлично» и отключаюсь. Телефон снова уходит в карман. Лена смотрит на меня, глаза блестят. Она снова тянется ко мне, благодарно целует:

– Теперь, думаю, мы быстрее закончим с развязками.

Я усмехаюсь и обнимаю её за плечи. Для меня это мелочь, но для неё – огромная поддержка.

По возвращении в Невинск получаю доклад из Рю но Сиро: Золотой Дракон из Замка Дракона уже переправлен в Тайну Ночи. Желточешуйчатый будет совсем не лишний против Лорда Тени. Мало какой замок выстоит против драконьего пламени.

Во дворе тем временем полный движняк. Гумалин носится вокруг повозки-платформы, на которой закреплена имба-пушка. Огромная махина, вся в рунах и броневых накладках, медленно перекатывается к стеле, и от портала уже идёт яркое свечение. Расчётная группа осторожно рулит платформой, а бородатый казид прыгает сбоку и орёт, не стесняясь:

– Осторожнее, осторооожнее! Это же имба-пушка! Уникальный образец, второго такого не будет! Никто и никогда её больше не соберёт, это я вам как лучший артефактор рода Вещих-Филиновых заявляю! Так что берегите, как зеницу ока!

Рядом уже устроился Пёс, переминается с лапы на лапу. Огромный мохнатый танк, зевая, поглядывает на пушку и на портал. Его тоже готовят к отправке в Тайну Ночи, и он уже весь на взводе, только повод дай – сорвётся с места.

Не успеваю толком послушать требовательные реплики Гумалина, как к воротам подкатывает кортеж. Машины в гербах графов Опчикарских, двери хлопают, и вот на двор бодрым шагом выходит Мерзлотник. Всё такой же седой, как лунь, и такой же энергичный – будто за спиной и не лежало семь десятков прожитых лет.

– Филин, давно не виделись! – бросает он с улыбкой. – Как поживаешь, мой сюзерен? Сколько новых жён завёл на Той Стороне? Уже обогнал восточных падишахов?

Стоя за моей спиной, Лена смущённо краснеет. Я не премину развернуться, чтобы старый похабник увидел графиню-королеву.

– Ой, – замечает девушку Мерзлотник и чешет бороду, тоже смутившись. Граф Опчикарский – мужик воспитанный, и то, что говорит наедине с мужчинами, при прекрасной половине человечества никогда не решится. А если уж так получилось, будет весь краснеть и извиняться. – Прошу простить глупого старика, Елена Викторовна.

– Вы очень умный, Семён Глебович, – великодушно отмахивается Лена. – Не стоит на себя нагонять.

– Касательно твоего вопроса – пока нисколько, да и цели такой не стоит, – отвечаю я, ухмыльнувшись. – Нынче у нас на повестке дня нагнуть одного зарвавшегося Высшего Грандмастера Тьмы.

– Одного Высшего мы уже с тобой нагнули в Тибете. Правда, тот телепат был, но какая разница? – пожимает плечами старый ледовик.

– Значит, Мерзлотник, ты готов снова прокатиться на «Буранe»?

– О, на лучшей боевой машине человечества прогнаться я всегда готов, – отзывается он, энергично зашевелив пальцами, руки будто уже хотели взяться за рычаги.

Киваю.

– Тогда дуй сразу на гвардейскую базу. На площадке будущего международного портала тебя уже ждёт заправленная машинка.

– Уже бегу!

Мерзлотник, не теряя времени, снова садится в машину, и кортеж разворачивается прочь.

Я вместе с Леной иду дальше по двору. Она идёт рядом, цепляется за мою руку и смотрит исподлобья:

– Значит, ты скоро отправишься бить этого Лорда Тени?

– Ага, – киваю. – Кстати, как там Камила в Москве? Им с Гепарой вдвоём не скучно?

Лена пожимает плечами:

– Да всё нормально с Камилой. Она увлеклась своими дизайнерскими курсами и уже планирует масштабный ремонт в Невском замке.

– Отлично, – удовлетворённо отмечаю я.

Да, я, может быть, не семьянин в привычном понимании этого слова, и мои жёны частенько предоставлены сами себе, но, во-первых, через кольца мидасия я обеспечиваю им свою близость, в том числе эмоциональную и даже физическую – мои внушения ощущаются как реальные. Во-вторых, моя главная забота – это не просто подарки, красивые слова или совместные ужины. Я гарантирую им безопасность. Я создаю для них щит, за которым они могут жить спокойно и уверенно. Каждая из них знает: если случится хоть намек беды, я приду, встану между ними и врагом, и никакая сила не заставит меня отступить.

Мы проходим дальше, и я заглядываю в ангар с теневыми марионетками. Чёрные коробки батарей, в каждой ряды теневых кукол – аккуратно уложенные, неподвижные. Заряжаются, словно спящие воины будущего. Сейчас все легионеры находятся в моём подсознании, а точнее в Бастионе, но если потребуется – я снова вкачаю Легион обратно в эти куклы, и тогда они встанут и пойдут выполнять боевую задачу. Настоящий резерв, который ждёт своего часа. Пока они не нужны, но это лишь пока.

Раз уж подумал о легионерах, то решаю заодно проведать бойцов в Бастионе. Воронов встречает меня оживлённо, весь сияет.

– Это было круто, шеф! – сразу с порога говорит легат. – Мы бы ещё повторили хоть завтра.

– Значит, это была хорошая награда за победу над Королём-Гоблином? – искренне интересуюсь мнением легата.

Когда-то он был отпетой сволочью, но постепенно меняется в лучшую сторону. И не только Воронов – полно легионеров, которые перенимают мою парадигму жизни: жить весело за счёт выродков и мерзавцев. Просто в чём смысл издеваться над слабыми? По-моему, намного веселее найти самую сильную сволочь, как того же Лорда Тень, погазлайтить его и обобрать до нитки, чем мы сейчас, кстати, и занимаемся.

Воронов энергично кивает:

– Ты ещё спрашиваешь, шеф! Пускай внутри этих кукол непривычные ощущения, но мы всё равно почувствовали себя живыми! Это было круто! Надеюсь, повторим? – смотрит с потаённой надеждой.

– Конечно, повторим, – усмехаюсь я. – Марионетки сейчас на подзарядке, но скоро найдётся новая работа для реал-отрядов. Кстати, с тебя списки, кто на что горазд. Мне нужно понимать, для какой задачи каких легионеров воплощать.

– Ок, сделаю, – снова кивает Воронов.

Я возвращаюсь мыслями обратно в реальность, выныриваю из ментальных глубин, и первое, что слышу, – голос Лены.

– Даня, к тебе гости, – сообщает приблизившаяся жена, кивнув на вошедшего в ангар гвардейца.

– Кто-то из Организации? – бросаю догадку. Все же пора уже Председателю принять меры по поводу Лорда Тени.

– Да, шеф, – сообщает боец. – Лорд Лиандриль.

– Пусть ждёт во дворе.

Встречаемся с турбо-пупсом под кронами цветущего Коренаста. Лиан недовольно опёрся о ствол древоголема.

– А нельзя было пригласить меня хотя бы на чай с конфетами?

– А сам как думаешь? – хмыкаю. – Что тебе велел передать Председатель?

– Что Лорд Тень уволен из Организации.

– Ну так что, малыш? Есть у меня время с тобой чаи распивать?

– Ладно, согласен, некогда, – надувает Лиан щёки. – И я не малыш!

– Что ещё?

– Ещё я взрослый и…

– Что ещё передал Хоттабыч?

– Ну-у-у… – турбо-пупс задумался, а в это время Коренаст сдвинулся, и он чуть не грохнулся, потеряв опору. – Конунг! У тебя тут ходячее дерево!

– Големов, что ли, не видел?

– Видел, конечно… но твой, похоже, с характером! – буркнул Лиан, отряхивая штаны и косясь на древоголема. – Вспомнил! Лорду Тени по-прежнему запрещено прямо нападать на тебя и твой род, иначе Председатель обрушит на него мощь Организации!

– Молодец, а теперь извини, но тебе пора, – киваю ему на распахнутые ворота. – Чай в другой раз попьём.

Турбо-пупс моментально уносится, а подошедшая Лена, кротко взглянув вслед желтым молниями Лиана, спрашивает:

– А что ты сейчас будешь делать, Даня?

– Ну, вообще я готовлю засаду для Лорда Тени, – отвечаю я задумчиво, обводя взглядом двор. – Но прежде чем сосредоточиться на этом полностью, нужно позаботиться о наших родственниках. Видишь ли, Лорд Тень вряд ли рискнёт напрямую напасть на тех, кто официально принадлежит к нашему роду, он слишком боится Хоттабыча. А вот зацепить может тех, кто формально к роду не относится, но всё же близок к нам.

Лена осторожно уточняет, в голосе звучит тревога:

– Значит, это Маша и твоя мама?

– Ага. Именно они, – подтверждаю я и сразу добавляю: – Я ещё хотел спросить, а где Катя? Всё ещё в Европе?

То, что сестра не выскочила встречать меня во дворе, само по себе ответ на вопрос. Конечно, я могу через кольцо мидасия подключиться и проверить, но вмешиваться в личную жизнь сестры без веской причины не стану. Главное – её показатели жизненной силы в норме, а остальное пусть остаётся на её совести.

– Да, в союзных странах, – отвечает Лена.

Катя там, может, и жениха себе подыщет – не исключаю. Но она часть рода, и за неё стоит тревожиться в последнюю очередь. А вот Машу Морозову оставить без защиты я точно не могу.

Поэтому через Ломтика передаю княжне херувимский Синий меч. Щенок исчезает в тени и уже через секунду появляется прямо в её комнате.

Маша сидит у себя на кровати в розовой пижаме, лениво листает какой-то журнал, и вдруг рядом на покрывале проявляется сияющий клинок. Княжна вскидывается, огромные озерные глаза распахиваются от изумления, и она восклицает:

– Ой, что это⁈

Я откликаюсь по мыслеречи:

– Это Синий меч, реликвия херувимов

– Данечка, это ты? – Маша поглаживает кольцо из мидасия, её голос дрожит от волнения. – А почему меч тут?

– Это подарок, Мария Юрьевна, и одновременно извинение за задержку нашей свадьбы. И в то же время это подтверждение моих серьёзных намерений.

Она осторожно ощупывает клинок, проводит пальцами по сияющей грани.

– Боже, Даня… – шепчет она так, будто боится спугнуть магию. – Такой холодный. Обожаю холод.

– Да, этот меч как раз создан для ледовиков. Осваивай. Будет чем заняться в ожидании нашей свадьбы.

Остался один пункт, и можно заняться засадой для Лорда Тени.

* * *

Поместье Морозовых, Москва

Княжна Маша Морозова сидела в пижаме на краю кровати и никак не могла отвести взгляд от неожиданного подарка. Меч казался сказочным: рукоять удобно ложилась в ладонь, металл приятно холодил, и при этом клинок не был тяжёлым, хотя размеры его внушали уважение. Маша пару раз покрутила оружие, подивилась, что с ним справляется даже без индивидуальной подготовки, хватило обычной выучки фехтования, а затем резко вскочила, будто её подбросило. Мигом натянула тапки с помпонами. С мечом в руках княжна распахнула дверь и вылетела в коридор, едва не сбив по пути служанку.