Текст книги "Жена приговорённого (СИ)"

Автор книги: Глория Эймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Глава 16. Забытая дорога

На рассвете мы с Лонкоей верхом начали путь на юг в Альчу. Несмотря на все уверения Брилеуса, что ещё сутки – и он сможет сопровождать нас, я решила ехать без него. Последствия удара по голове были слишком сильными, и даже магия наших хальторнских лекарей помогала не так быстро, как нам хотелось.

Выехав утром подругами по несчастью, мы к полудню уже по-настоящему сдружились. Лонкоя оказалась очень рассудительной и сдержанной, чего я от неё не ожидала. Крепко держа поводья в маленьких ладонях, она вдохновенно рассказывала о лесной практике на озере Делори, о легендах, которыми успела обрасти битва за Хальторн, о знакомстве с Фелго. Пока она говорила, меня не покидала мысль: как же она могла так отчаянно прыгнуть в портал за юношей, с которым лишь накануне произошло объяснение в любви?

Не выдержав, я спросила:

– Получается, вы с Фелго были только друзьями, пока он не признался?

– И да, и нет, – немного смущённо ответила Лонкоя, поправляя светлую прядь. – Мы целый год проучились вместе, ходили на одни и те же лекции, общались, помогали друг другу на экзаменах. Симпатия возникла сразу, но потребовалось время, чтобы понять, какое это чувство на самом деле. Возможно, если бы Фелго не примчался ко мне накануне свадьбы, я бы вышла за Беруфа, а потом горько сожалела, даже не понимая, от чего отказалась.

– И так мгновенно вспыхнула любовь?

– Иногда достаточно одного слова, – улыбнулась Лонкоя. – Сама себе удивляюсь, если честно. Вы же знаете, маги-темпоральщики слишком рассудительны, чтобы бросаться очертя голову в чувства.

Вот именно поэтому я удивляюсь!

– Знаете, магистр Согес, всё было так стремительно, словно искра в бочку с порохом попала! Мы оба были готовы к такому повороту событий, только не решались сделать первый шаг. И моя свадьба стала последней каплей, что перевесила в пользу действий, а не размышлений.

– Удивительно, как иногда вспыхивает любовы!

– Представляете, я целую ночь сомневалась, бежать ли мне с Фелго, только в утро свадьбы окончательно решила, что люблю его и готова рискнуть всем.

– Но теперь ваша семья под угрозой? Насколько я поняла из короткого общения с Беруфом, он весьма мстительный.

Лонкоя вздохнула.

– Родители приняли моё решение, я рассказала им за час до побега. Они попытаются выйти из ситуации иначе. В конце концов, не заточит же их Беруф в темницу! Отец пытался получить помощи у Леама Брирге, но тот вернётся из Асхаина через месяц, а Беруф поэтому настаивал, чтобы свадьбу сыграли поскорее.

– Леам Брирге? – переспросила я радостно. – Так ведь я училась на одном курсе с его дочкой, Леатидой! Мы по-прежнему дружим, и я могу отослать ей весточку и спросить, что можно сделать.

– Спасибо, – Понкоя с надеждой посмотрел на меня. – Не зря говорят, что в Хальторне преподаватели – больше, чем просто наставники.

– Но я работаю в Берфене, с Хальторном уже нет таких тесных связей, как раньше, -поспешила я уточнить, и всё же знакомая фраза вызвала море воспоминаний.

Сколько раз я обращалась за советом и помощью к преподавателям, и всякий раз получала и мудрые слова, и решительные действия! Неужели я понемногу сама стала такой – взрослой, мудрой? Во всяком случае, милое личико студентки выражало такое восхищение и доверие, что я почувствовала ответственность за неё. Нужно непременно помочь её семье, когда мы найдём наших любимых!

Лонкоя тем временем потёрла щёку и посмотрела в небо:

– Только дождя нам не хватало!

Небо сильно нахмурилось, и первые капли начали громко стучать по листьям на обочине дороги. Не успели мы толком решить, куда свернуть с дороги, как хлынуло по-настоящему.

Дорога, шедшая между холмами, покрытыми буковым лесом, быстро превратилась в месиво, копыта лошадей заскользили. Струи ливня, обрывали листья, ломали ветки. Казалось, вода льётся отовсюду, во всех направлениях, даже снизу вверх.

– Невозможно так ехать, мы должны найти укрытие! – прокричала я через шум ливня.

– Может, поднимемся по холму? – крикнула Лонкоя.

Еле заставив лошадей взобраться между деревьями, мы нашли каменный выступ вроде козырька, под которым нам всем удалось разместиться. И вовремя: чудовищный удар грома заставил всех вздрогнуть.

Гроза разбушевалась не на шутку, а мы привязали лошадей и развели костёр, чтобы просушить одежду. Перекусив припасами, мы сели у робко мечущегося огня, глядя, как мимо мчатся потоки воды.

– Кажется, это надолго, – вздохнула Лонкоя, отламывая себе ещё кусочек хлеба.

Сверху было видно, как дорога, по которой мы только что ехали, превратилась в бурный поток, несущий мимо обломки веток. Вся вода, что упала с неба на холмы по обе стороны дороги, устремилась вниз.

– Мы тут застрянем, если не найдём другой путь, – сказала я между ударами грома.

– Угу, – кивнула Лонкоя с набитым ртом.

Мне нравилась её непосредственность, какая бывает у девушек, ещё не совсем осознающих, что они выросли, и ведущих себя, как подростки. Хорошо, что она сбежала от мерзкого Беруфа, он недостоин жить рядом с такой юностью!

И тут я поймала себя на том, что рассуждаю совсем как Айлин – так она о нас говорила, когда мы начинали учёбу в Хальторне. Да, видно, я наконец-то повзрослела!

Через пару часов гроза стихла так же резко, как началась.

– Может, тут есть тропка? По верху холмов когда-то шла старая дорога, я о ней слышала.

– Говорят, по ней давно не ездили!

– Что же, придётся нам обновить путь, – я решительно встала, отряхнулась и начала отвязывать лошадь.

– Вы такая смелая, – с восхищением сказала Лонкоя. – Я вот грозы побаиваюсь.

– Что такого гроза может сделать, если самое страшное в моей жизни уже случилось? Мой любимый пропал, и я не знаю, что с ним!

– Но… вы ведь верите, что мы найдём их? – робко спросила Лонкоя, поднимаясь следом за мной.

– Да я всё королевство переверну, а если понадобится – то и соседние, но найду его, – выдохнула я. – Никогда не отступлю. Я люблю его, и любовь даёт мне силы!

Лонкоя решительно растоптала маленьким сапожком угли в костре:

– Я тоже не отступлю! Хоть и недавно поняла, что люблю Фелго, зато я точно знаю: мы должны быть вместе! А эти гады ещё получат!

В глубине души умилившись её напускной грозности, я повела лошадь на вершину холма. Лонкоя не отставала, хотя её хрупкое телосложение никак не предполагало ловкого обращения с лошадьми.

Забытая дорога открылась перед нами внезапно, будто деревья расступились сами собой. Последняя мокрая от ливня ветка отодвинулась в сторону, и в тёмной арке из зелени открылся проход.

Влажная земля тропы была рыхлой, словно по ней давно никто не ходил. Редкие тонкие травинки вздрагивали от наших шагов. Стоило пройти немного вглубь, как воздух задрожал, и душная волна окутала нас, на мгновение лишив возможности вдохнуть, а затем так же быстро схлынула.

– Что это такое? – встревоженно спросила Лонкоя. – Похоже на магию запрета входа.

– Как видишь, мы же вошли, – оплядевшись, я не нашла явных признаков какой-то жесткой охранной магии.

Мы продвинулись ещё немного вперёд, и новая волна, на этот раз леденящая, прошла мимо, заставив задрожать в мокрой одежде.

Вдруг Лонкоя остановилась и хлопнула себя ладонью по лбу:

– Стойте! Кажется, поняла!

– Что?

– Так начинается саморазрушение пространственной магии! Нам читали это в весеннем семестре! В местах, где магию оставили в качестве охранной, а потом забыли убрать после разрушения того, что следовало охранять.

– И что это значит?

– Значит... – Понкоя запнулась. – Нам следует бежать как можно быстрей!

Зелёный коридор вокруг начал стремительно сужаться и превращаться в скрученную спираль. Забытая магия по-прежнему пыталась хранить то, чего уже не существовало, и пустота рвала её на части, крутила и выворачивала наизнанку.

Бросившись назад, мы наткнулись на непроходимую стену из растений, и даже магия укрощения трав не сработала. Бросая то потоки искр, то хлеща зелёными хлыстами по стене, я чувствовала неодолимое сопротивление.

– Сюда! – Понкоя указала на крошечный лаз у самой земли.

Не успела я спросить, как мы пролезем туда вместе с лошадьми, как Лонкоя подвела свою перепуганную кобылку вплотную к стене и протолкнула через лаз одним движением.

Видеть, как пространство вокруг лошади сматывается в клубок, оказалось гораздо страшнее, чем слушать отвлечённые рассуждения на лекциях. Одно дело, когда магистр Родрун рассказывал о способности огненных жуков проходить через стены с помощью магии расширения твёрдых пород. Совсем другое дело – когда на твоих глазах целая лошадь протискивается в лаз, в котором бы и кошка застряла.

Не теряя времени, Лонкоя впихнула под стену и мою лошадь, а затем схватила меня за руку:

– Идем! Не сомневайтесь, я знаю, что делаю!

В её голосе звучала абсолютная уверенность. Шагнув следом за ней, я почувствовала, как проваливаюсь в бездонную пропасть. Мимо замелькали переплетения стеблей, сжимая пространство в тёмный туннель.

А затем всё резко закончилось, и мы кубарем выкатились на лесную поляну.

Отдышавшись, я приподнялась и увидела, что наши лошади мирно пощипывают траву. Светило солнце, от мокрой земли поднимался пар, как бывает после летней грозы.

– Ух, получилосы – радостно констатировала Лонкоя. – Вытащила всё-таки!

– Ты это уже делала? – осторожно спросила.

– Если честно, то нет, – призналась повеселевшая девушка. – Зато хорошо изучила теорик! Главное – вовремя распознать правильный лаз. В неправильном и перемолоть могло.

– Хорошо, что ты сейчас сказала об этом, а не тогда! – с чувством сказала я.

– Да ладно тебе! – рассмеялась Лонкоя.

Мы так легко перешли на «ты», что и дальше продолжили общаться, как подружки.

– Итак, где же мы? – я огляделась в поисках хоть какого-то намёка на местность.

Лес здесь был такой же, как и до провала в пространстве: буковый, с плотными зарослями колючего остролиста и ежевики в подлеске. Но теперь мы не могли обнаружить ни малейшего признака дороги или хотя бы тропы. Нас выбросило в давно не хоженые места, и как выбираться отсюда – мы слабо представляли.

Верхом на лошадях мы возвышались над лабиринтом остролиста, но куда бы ни посмотрели – повсюду были всё те же одинаковые буковые стволы.

Лошади шли через остролист осторожно, слегка вздрагивая от прикосновения колючек. Мы продвигались наугад, ориентируясь по солнцу, и к тому же слишком медленно. Но других способов продолжать путь пока не было.

Когда солнце уже едва проглядывало между потемневших стволов, мы выбрались на обрыв, под которым текла речушка.

– Хотя бы от жажды мы здесь не погибнем! – весело заметила Лонкоя.

Мы спешились, напоили лошадей и решили проверить, нет ли на другой стороне дороги. Но вместо неё увидели вполне добротную хижину из вертикально поставленных брёвен, с соломенной крышей и крошечными окнами.

– Сойдёт для ночёвки, – решила я.

Брод нашёлся почти рядом. Через несколько минут мы открыли ветхую дверь хижины. Кто-то заботливо приготовил вязанку дров, и вскоре в очаге весело запылал огонь. Лонкоя блаженно растянулась на лавке:

– Как хорошо, что мы нашли тот домик! Интересно, кто в нём живёт? Может, это хижина охотников?

– Главное, чтоб хозяин попался спокойный, – осторожно заметила я. – Что-то меня украшения смущают.

– Ты про серпы? – спросила Лонкоя, указывая на стену, где на гвоздях висели три длинных серпа, посвечивающих остро заточенными лезвиями.

– И про них тоже.

– А что ещё?

Я молча указала на балку под потолком, к которой было приколочено несколько черепов животных.

– ОЙ, а я не заметила! – Лонкоя привстала. – Значит, охотники?

– Посмотрим. Но нужно быть настороже.

Разогрев на ужин припасённый кусок мяса, мы нарезали фрукты из запасов, найденных в корзине возле стола, а затем пожарили на огне остатки хлеба.

– Жаль, что еда заканчивается, – Лонкоя прожевала последний кусок. – Сейчас бы уже ночевали на постоялом дворе.

– Ничего, завтра доберёмся, – но мой голос прозвучал не так уверенно, как мне хотелось бы.

Спать хочется..., – Понкоя потянулась и перевернулась на бок.

– Поищу, чем дверь подпереть, – я вышла в надвигающиеся сумерки.

Подходящей рогатины возле дома не нашлось, и я спустилась к воде.

Речка блестела в лунном свете. Ночные шорохи окружили меня, шепча на ухо что-то обнадеживающее. Каждый камень вокруг внезапно стал надёжным и дружелюбным. На душе разлилось спокойствие. Что-то непонятное, но почти родное проникло в сердце. И берег, и хижина показались привычными, будто я много лет прожила в этом месте.

Вдруг кусты на отмели возле брода колыхнулись. Вздрогнув, я осторожно выглянула на берег. Там неподвижно стояла фигура.

Сердце заколотилось, а руки похолодели. Не может быть. Как?!

На берегу, в серебристом лунном свете стоял... Рандал!

Глава 17. Тайная долина

Ошибки быть не могло! Я чувствовала всем сердцем, что это Рандал, хотя видела только лишь очерченный лунным светом профиль. Любимый. Ни мгновения не сомневаясь, я шагнула к нему.

– Милый, ты жив!

Но он стоял всё так же неподвижно, опустив руки вдоль тела. И несмотря на то, что я почти бежала к нему, он оставался всё так же далеко от меня. Пространство вокруг стало вязким, я пыталась бежать, словно в густом меду, хватаясь руками за воздух и сбивая дыхание.

А расстояние между мной и Рандалом ничуть не сокращалось.

Как же так?! Остановившись, я перевела дыхание. Вокруг был всё тот же залитый крепнущим лунным светом каменистый берег. И мой Рандал всё так же в профиль стоял на галечнике лицом к воде.

– Рандали! – мой крик утонул в шелесте волн.

Он даже не шелохнулся.

Да, именно таким я его запомнила: стоящим под аркой, задумчивым, в свадебном костюме. Это лишь моё воспоминание, а не Рандал.

Нет, было бы слишком прекрасно обрести его сейчас...На что я надеялась?

Иллюзия, бессмысленная и жестокая... В памяти всплыли лекции, что я слушала в Хальторне на третьем курсе обучения: нам рассказывали об иллюзиях, призванных отвлечь непрошенных гостей от запретных мест.

Сдержав подступившие к глазам слёзы, я огляделась. Выходит, кто-то напустил эту иллюзию на берег. Здесь есть маги! Они должны помочь нам! Нужно сказать Лонкое.

Вдруг на моё плечо легла тяжёлая рука. Вздрогнув, я дёрнулась, и тотчас низкий голос шепнул:

– Ни с места! А ну замри!

Я обернулась и увидела коренастого мужчину в грубой шерстяной одежде и меховом жилете. Насколько позволял увидеть лунный свет, на поясе у него висел большой охотничий нож, но гораздо страшнее смотрелся зажатый в руке серп.

– Ты что здесь делаешь? – белки его глаз свирепо сверкнули в полумраке.

–Я... мы... заблудились.

– Мы? – переспросил мужчина. – И сколько вас тут?

– Мы вдвоём с подругой.

– Две женщины путешествуют без охраны? он недоверчиво вгляделся в моё лицо.

– Где подруга?

– В доме.

– А ну-ка, выкладывай: кто, откуда, зачем?

– Послушайте, мы просто ехали из Хальторна в Альчу, нас чуть не смыло ливнем, и мы попали сюда. Если это ваш дом, прошу разрешить нам обождать под крышей до рассвета. А утром мы уйдём и больше не побеспокоим вас.

Откуда ты, говоришь? – переспросил мужчина, ещё крепче сжимая пальцами моё плечо.

– Из академии Хальторн

– Ага, так, значит, – он перехватил меня за руку и потянул за собой. – Идём.

Упираясь, я заскользила следом, но тотчас схватилась за большую ветку ивы свободной рукой и остановилась.

– Подождите, я никуда не пойду!

Мужчина удивлённо посмотрел на меня.

– Да ты ещё и споришь?!

В ответ я попыталась внушить ему мысль, что нужно нас отпустить. Пристально глядя ему в глаза, я посылала ментальный приказ, но разум моего собеседника был похож на окатанный водой камень – ни малейшей зацепки.

– А, штучки начались, – хмыкнул мужчина.

Подхватив за талию, он взвалил меня на плечо и быстро понёс к ближайшей чаще.

Выпустив стебли из ладоней, я оплела его ноги, и мужчина мгновенно растянулся в полный рост, заодно уронив меня.

– Не смейте меня трогать – я встала и отряхнулась.

– Ого, менталистка-травница! – в его голосе прозвучало уважение. – Что ещё умеешь?

– Не заставляйте меня показывать, что умею. Вам может не понравиться, -спокойно, но очень уверенно ответила я. – Если вы не хотите, чтобы в ваш дом кто– то заходил, могли бы и замок повесить.

– Замок нам не нужен, иллюзия ночью отлично работает, – отмахнулся мужчина. —Каждый видит на берегу то, чего страстно желает, и попадает в ловушку.

– Почему только ночью? – удивилась я.

– Потому что днём попасть сюда невозможно, – ответил он, испытующе глядя на меня.

– Но мы…

– Вот именно. А теперь рассказывай, как тебе с подругой удалось проникнуть сюда.

И не говори, что это случайность!

Не успела я раскрыть рот, чтобы возразить, как он свистнул, и из плотного кустарника на опушке появилась ещё одна фигура.

– Смотри, какая девица тут попалась, – мужчина коротко хохотнул.

Неторопливо подойдя, второй мужчина, одетый точно так же, как мой собеседник, начал разглядывать меня. Прощупав его ментальную сферу, я обнаружила, что он также неуязвим для меня. Ладно, хоть магия жизненных волн против них работает!

– Если вы только попробуете причинить вред мне или моей подруге... – начала я.

– Успокойся, – ответил подошедший. – Мы пока что ничего с тобой делать не собираемся.

– Но ты расскажешь, как тебе удалось пролезть через дневной охранный полог —добавил первый.

– Я же говорю, мы ехали из Хальторна в Альчу.

– Откуда? – в глазах второго подошедшего я увидела ещё большее удивление.

– Что не так? Может быть, вы объясните толком, что вам не нравится? – я почувствовала, что начинаю терять терпение.

– И ты ещё спрашиваешь? Так нагло нам ещё никто не врал, – рассмеялся первый.

– Я говорю правду! – рассерженно возразила я.

– А за этим перевалом Веота, – посерьёзнев, ответил второй. – И как ты это объяснишь?

Я ошарашенно переводила взгляд с одного на другого. Судя по их лицам, это не шутка. Веота? Городок на границе с Даснеларом, королевством на западе от Лагледора! Неделя пути от Имоледо, к тому же совершенно в другую сторону, чем мы собирались.

О, нет, как же я попаду в Альчу?! Я катастрофически теряла время, и каждый новый шаг не приближал, а отдалял меня от возможной разгадки.

– Скажите, что это какая-то другая Веота, – я осела на галечник, беспомощно схватившись за камни. – Мне нужно в Альчу! И чем скорее, тем лучше!

– Веота одна, насколько я знаю, – ответил мне первый.

Тем временем второй участливо наклонился ко мне.

– Похоже, тебе есть что рассказать? Не бойся! Давай знакомиться! Меня зовут Кирвед. А этот грубиян – Ородс. Как твоё имя?

В его голосе было больше сочувствия, чем подозрения. Решив, что уж здесь-то правду можно не утаивать, поскольку от честности зависит доверие новых знакомых, я вкратце пересказала свой путь. Умолчала лишь о главной детали —таинственном ковене.

– Багейны, значит... – Кирвед задумчиво почесал бороду и посмотрел на Ородса. —Кажется, я знаю, о каких существах идёт речь. Помнишь, о чём рассказывал дядя?

– Но это было слишком давно.

– Нужно перепроверить! – уверенно ответил мужчина, затем повернулся ко мне. —Идём в дом. Кстати, лучше предупреди заранее, твоя подруга – такой же милый цветочек, что может с ног свалить одним ударом?

– Нет она занимается темпоральной магией, хотя в пространственной тоже ориентируется.

Переглянувшись с улыбкой, мужчины зашагали к дому, а я следом. Несмотря на странные недомолвки и полную непроницаемость для ментальной магии, я почувствовала к ним доверие. Так бывает, когда встречаешь в чаще неизвестного тебе зверя, устрашающего с виду, но безопасного для людей.

Помахивая на ходу серпами, мужчины подошли к двери хижины и постучали:

– Откройте, мы не причиним вреда!

Дверь отворилась, и на пороге показалась заспанная Лонкоя.

– Это хозяева дома. – начала я пояснять, но тут же увидела, что девушка смотрит за наши спины, округлив глаза.

Она глядела в то самое место, где несколькими минутами ранее я ловила ускользающую тень Рандала. И прежде чем я успела пояснить, что происходит, она закричала.

– Фелго!

Расталкивая нас, Лонкоя бросилась к речке. У кромки воды она запнулась, словно налетела на невидимую стену, а затем начала медленно кружиться на месте, вытаращив глаза.

– Никогда не надоест смотреть, – с удовольствием заметил Ородс. – Роскошная ловушка, сам делал!

– Вытащи уже её, – хмыкнул Кирвед. – Хватит над девочкой смеяться.

Ородс вытянул Лонкою из-под действия иллюзии. Надо заметить, держалась она отменно: осознав, что её возлюбленный на берегу – лишь кусочек воспоминания, она обхватила себя руками, пару минут продышалась и как ни в чём не бывало вернулась к дому.

Я представила ей новых знакомых, и все вместе мы вошли в дом. Лонкоя засветила ночник, с любопытством разглядывая мужчин. Не теряя времени, Кирвед вытянул из-под матраса пачку кое-как скреплённых листков. Многие пожелтели и уже были готовы рассыпаться.

Разложив на столе листки, мы погрузились в изучение картинок. Как отличались эти наброски от иллюстраций, что я видела в Хальторне! От руки набросанные наспех, с уточнениями, пестрящими помарками и исправлениями – настоящие полевые заметки, а не академические таблицы.

Наконец, мы нашли почти истлевший рисунок, снабжённый несколькими строчками на даснеларском наречии. Хотя я целый семестр посещала курс даснеларского, перевести с ходу не смогла. Но изображение было очень похоже на то, что мы раздобыли в хальторнском хранилище.

– Написано, что это болотный оборотень, – перевёл Кирвед. – Очень, очень редкий. Лично я ни разу не встречал. Ородс, а ты?

– Даже не представляю, как он в реальности должен выглядеть, – пожал плечами тот – А вы, девчонки, насколько близко их видели?

– Как сейчас видим вас.

– О, вот бы поглядеть, – оживился Кирвед. – Надо же, а ведь почти не встречается!

Тут так написано, а эту книгу ещё наш прадед составлял!

– Если багейны такие редкие, почему тогда их так много в окрестностях Имоледо и в других крупных городах? – удивилась Лонкоя. – В Альче и Фланде тоже пропадают молодые маги, получается, сейчас багейны повсюду!

– Ума не приложу, – пожал плечами Кирвед. – Впервые в жизни о таком слышу!

Обычно, если тварей истребили, то они пропадают насовсем и не возвращаются:

– А здесь написано, что их почти уничтожили ещё два века назад, да и до того они были крайне редкими, – уточнил Ородс.

– В любом случае – если ещё полезут к вам, девчонки, мы с ними быстро разберёмся! – пообещал Кирвед.

– Возможно, кому-то нужно, чтобы они вернулись... – многозначительно добавил Ородс. – Ладно, главное мы узнали, теперь скажите, как две хрупкие девушки смогли попасть в полностью закрытую долину? Охранный полог никогда не даёт сбоев!

– Мы даже не заметили, что она закрыта каким-либо охранным пологом, – удивилась Лонкоя.

– Вот знаешь, смотрю я на тебя... – Ородс наклонился к Лонкое, свирепо сощурясь, но при этом скрывая улыбку в бороде.

– И что? – Лонкоя исподлобья взглянула на него.

– И верю, что не врёшь – заключил Ородс и рассмеялся. – Девчонки успокойтесь, мы уже поняли, что вы не враги.

– Отлично, но есть одно «но», – Лонкоя хитро взглянула на меня.

– Какое ещё «но»? – заинтересовался Ородс.

– Мы-то в вас не уверены! Рассказали честно, кто мы и откуда, а сами видим перед собой бородатых вооружённых мужиков, ничего о себе толком не говорящих! Вам не кажется, что это нечестно?

– Да просто не хотели пугать сразу, – Кирвед улыбнулся в бороду.

– А хватать и тащить на плече в лес – это разве не пугать? – возмутилась я.

– Тебе легче станет, если скажу, что принял тебя за одну даснеларскую менталистку, что несколько раз пыталась украсть наше оружие? Она уже несколько раз проникала сюда, потому мы и поставили неодолимый охранный полог.

– Так, ближе к делу, – перебила Лонкоя, и её нежный голос прозвучал довольно жестко. – Кто вы такие?

Переглянувшись, мужчины снова заулыбались. Ородс собрал листки и опёрся на стол грубыми кулаками, покрытыми шрамами и произнёс слова, от которых по спине пробежал холодок:

– Мы чёрные охотники.

Лонкоя заметно вздрогнула, да и мне стало не по себе. Сколько нас пугали в детстве чёрными охотниками! Жестокие и коварные, они убивали магических тварей, чтобы потом продать их черепа и шкуры торговцам из дальних стран, где нет магии. А если кто-то вставал между ними и добычей – мог поплатиться собственной жизнью. И теперь двое чёрных охотников раскладывали перед нами свои тайные записи, пытаясь помочь в расследовании и обещая защитить нас.

Удивительно, они оказались не такими уж страшными, как говорится в детских сказках. Но больше всего я поразилась самой себе.

Беспринципные и безжалостные чёрные охотники стоят рядом со мной, а я... без малейших колебаний готова принять любую помощь от них!