Текст книги "Жена приговорённого (СИ)"

Автор книги: Глория Эймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Глава 30. Странные травники

После ужина магистр Лирне подошёл к нам и попросил магистра Родруна начать лекцию прямо в трапезной, чтоб все интересующиеся остались. И пока Двен готовился высекать искры и метать молнии, мы с остальными пересели поближе, прилежно изображая студентов.

Рядом со мной на лавку опустился молодой мужчина с крупными красивыми чертами лица, одетый в болотно-зелёную тунику и чёрные штаны, заправленные в высокие сапоги – типичный травник из академии Альчи, насколько я успела запомнить их по визитам в Хальторн. Взглянув на меня мельком, он вдруг развернулся всем корпусом ко мне, снова молча посмотрел, но ничего не сказал и снова отвернулся.

Чуть поодаль сидели такие же травники, почти не шевелясь и не переговариваясь —так их увлекла лекция. Они производили впечатление идеально обученных —никаких лишних движений, только пристальное, всепоглощающее внимание к лектору.

– Какие вышколенные, – шепнула мне Лонкоя. – Интересно, на всех факультетах Альчи такая дисциплина?

– Вполне может быть, – ответила я. – Хотя те травники, что приезжали в Хальторн, выглядели куда более расслабленными.

– Может, они пытаются показать, что Альча – крутая академия, и что местные им не ровня? – предположила Лонкоя. – Ну, как наши хальторнские задирают нос перед другими академиями?

Рассмеявшись, я кивнула.

– Не исключено! А ты подметила главное!

Вот, кстати, мне тоже интересно знать, – обернулся сидевший перед нами Кирвед, который слышал наш разговор. – Чем таким Хальторн лучше других, что нужно воображать о себе невесть что?

– Просто это лучшая академия в королевстве, – просто ответила я. – И это неоспоримый факт.

– Допустим, – Кирвед повернулся к нам полностью, вызвав недовольное шиканье. —Но чем отличается деревенский парень, учившийся в Хальторне, от парня, нигде не учившегося? Та же деревня, только лоск навели. А копни глубже – всё то же самое осталось.

– Ну ты хватил! Меняется образ мысли, образ жизни, – возразила Лонкоя. – За время обучения можно стать другим человеком!

– Что-то я не видел тех, кого учёба полностью изменила, – хмыкнул охотник. – Люди не меняются по сути. Обучи чему угодно – внутри остаётся то же самое, только спрятанное поглубже.

– То есть ты считаешь, что обучение в Хальторне ни на что не влияет? – в голосе Лонкои послышалось негодование. Как все молодые студенты, она гордилась своей принадлежностью к элитарной магии, к старейшей академии королевства и древним традициям.

– Ага, – спокойно подтвердил Кирвед и отвернулся, продолжив слушать Двена:

– Я его сейчас стукну чем-нибудь тяжёлым, – прошипела Лонкоя. – Он вообще не понимает, о чём говорит!

– А мне кажется, он отчасти прав, – вдруг сказала я. – На сторону зла может перейти любой маг, независимо от того, к какому ковену он принадлежит – это лишь вопрос его личной совести. Поэтому да, мы элита с точки зрения академий, но это не значит, что мы чем-то действительно выделяемся. Наши личные качества никак не связаны с тем, что мы обучались в Хальторне.

–Ты нарочно?! Я думала, хоть ты меня поддержишь, – Лонкоя покачала головой и продолжила слушать магистра Родруна.

А тот разошёлся, как всегда бывало, если его просили рассказать что-то не по привычной учебной программе, а в вольной форме. Раскрывая полосы пламени, он закручивал их в спирали, заставлял складываться в огненные сферы и тотчас схлопывал их. И в его магии было столько света и лёгкой печали, что у многих слушателей невольно навернулись слёзы – они и сами не понимали, что так тронуло их, но настроение Двена передалось через пламенеющие волны всему залу.

Только травники из Альчи остались безучастными к его эмоциям. «Неужели они так увлечены запоминанием деталей магии, что упустили главное?» – подумала я, но вслух ни с кем не поделилась наблюдением, слишком идеально выглядела группа альчинских магов.

По окончании лекции все зааплодировали стоя, поднялись и травники. Сидевший рядом со мной молодой маг обернулся.

– Магистр Лирне сказал, вы едете с нами в Альчу?

– Да, я надеюсь, что вашу группу это не стеснит.

– Отлично, выезжаем на рассвете, – ответил он и отошёл к своим.

Диалог получился странным – он обращался ко мне, будто давно знал, и потому не счёл нужным представиться и спросить моё имя. И хотя меня вполне устраивало, что не придётся врать на ходу, странный способ договариваться меня немного смутил.

Тут же вдогонку пришла мысль: наверняка магистр Лирне уже всем не раз и не два рассказал о нас перед ужином, и потому у всех возникло ощущение, что мы знакомы и не нуждаемся в официальном представлении.

И всё же слишком деловое обращение травника оставило странный осадок – как будто я должна была что-то знать о нём и не могла понять, что именно.

Оставшийся путь в Альчу мы проделали в сопровождении травников. Несмотря на попытки Лонкои наладить общение, все они отвечали односложно и предпочитали держаться поодаль.

– Да что они о себе воображают? – с возмущением шепнула Лонкоя, в очередной раз потерпев неудачу, – Неужели они считают Альчу круче Хальторна?

– Ха! – сказал Кирвед, шедший позади.

– Вот только не нужно намёков, что каждая академия считает себя лучше других,

ответила ему Лонкоя. – Хальторн по определению лучше!

– Ну конечно, – с той же насмешливой интонацией поддержал Кирвед.

– Всё, больше с тобой не обсуждаю эту тему, – возмутилась Лонкоя и прибавила шагу.

И пусть в ней говорила юность со всеми присущими категорическими суждениями, но даже мне было неуютно в компании альчинских травников. Было в них нечто неприятное, то, что сразу не увидишь, но обнаружишь, как только начнёшь общаться. Чувствовался то ли снобизм, то ли просто другое воспитание, нежели привитое нам в Хальторне. Но даже с грубоватыми даснеларскими охотниками разговаривать было проще и приятнее, чем с альчинскими травниками.

К вечеру, когда на горизонте показались светлые башни замка академии Альчи, все с облегчением вздохнули. Надменное молчание травников уже изрядно нас утомило.

Замок, частично выстроенный из местного светло-желтого валуна, а частично вырубленный в скале, окружали каменистые склоны, покрытые мелким кустарником. Унылый пейзаж с избытком заливало южное солнце. Несмотря на осень, здесь было тепло, и ощущалась близость жаркого Асхаина, как нигде более на нашем пути.

Когда навстречу выбежали маги академии, я выдохнула: они оказались не такими как травники. Приветливые и дружелюбные магистры разных стихий окружили нас и забросали вопросами об экспедиции. В основном, расспрашивали своих, но и нам досталось любопытных взглядов и вопросов о Топи.

Двен виртуозно сочинял ответы на ходу, остальные отмалчивались. Краем глаза я заметила, как один из травников мимоходом обнял симпатичную молодую магиссу и прошёл дальше, отстранив девушку. Та сперва осталась на месте в недоумении затем пошла следом, что-то обиженно говоря ему в спину.

– Наверное, только травники в Альче такие снобы, – шепнула мне Лонкоя, тоже видевшая эту сцену. – Смотри, даже к своим очень прохладно относятся.

– Нам нужен магистр Хигар, – обратился Двен к одному из встречавших.

– Он немного приболел, возможно, примет вас завтра, – ответил тот.

– Нам нужно попасть в архив, – настойчиво гнул свою линию Двен. – И непринципиально, на месте ли Хигар.

– К сожалению, архив академии Альчи можно посещать только с разрешения магистра Хигара и в присутствии оного.

– Мы сильно ограничены во времени. Хотелось бы видеть шаги навстречу со стороны руководства академии, – надавил Двен.

Но маг был непреклонен.

– Увы, правила едины для всех. А пока можете расположиться в кампусе.

После долгого пути было грустно осознавать, что нам опять препятствуют. Во всяком случае, было заметно, что в Альче никто и слыхом не слыхивал о некой «даснеларской рыжей разбойнице». Никто не обратил особого внимания ни на меня, ни на Идану Даже перепачканное подвенечное платье Лонкои вызвало больше заинтересованных взглядов, чем серпы охотников.

Нас приняли согласно тому, что рассказал Двен. Было приятно почувствовать себя наконец-то в безопасности.

Каменные комнаты кампуса приняли нас под своды, и до чего же было приятно наконец-то растянуться на кровати в предвкушении завтрашнего утра!

Мне по-настоящему стало легче впервые за долгое время. Казалось, наконец-то всё сдвинулось с мёртвой точки: завтра мы откроем архив, узнаем новое о багейнах и проклятых воинах, найдём способ вернуть прежний разум похищенным женихам!

И как знать, возможно, завтра мы найдём ключ к разгадке, кто же пытается собрать армию для отвода глаз, и какую цель этот неизвестный враг преследует на самом деле.

Проснувшись от прикосновения к плечу, я мгновение пыталась понять, где нахожусь, а затем поняла, что склонившаяся надо мной мутная фигура – магистр Родрун.

– Что-то случилось?

– Идём в архив прямо сейчас, – ответил он, подавая мне плащ.

– Зачем?

– Не нравится мне всё это... – проворчал Двен.

– Что?

– Странные они. Как будто время тянут зачем-то. Нужно начинать прямо сейчас.

Мы тихо вышли в коридор. Двен засветил над плечом крохотный огонёк, что давал возможность видеть всего на пару шагов впереди.

Повороты каменных туннелей уводили под скалу, петляли и сбивали с толку. Но магистр Родрун шёл быстро и уверенно – он не раз бывал в Альче и наверняка мог бы даже в полной темноте найти нужное помещение.

В очередной раз свернув, Двен вдруг замер и сделал мне знак молчать. Переведя дыхание, я прислушалась: неподалёку разговаривали двое – мужчина и женщина.

Разговор то прерывался, то возобновлялся, и судя по голосу женщины, был очень трудным. А вот мужчина отвечал бесстрастно и холодно.

«Придётся пройти мимо них, другого коридора здесь нет» – раздался у меня в голове голос Двена.

«Подождём, может, уйдут сами?» – предложила я.

Мы остались за поворотом, а тем временем в коридоре разговор всё больше напоминал ссору. Женщина начала всхлипывать и говорить громче, и мы невольно оказались свидетелями очень личного объяснения.

Глава 31. Магистр Хигар

Разговор шёл по нарастающей, и я ощущала чувство неловкости оттого, что слышу выяснение отношений между влюблёнными. Но мы уже стояли слишком близко, и нам не оставалось ничего другого, кроме как ждать, когда они разрешат все противоречия.

– Как ты можешь так поступать со мной, – в голосе женщины слышалась обида и боль. – Да, я очень виновата перед тобой. Но ты ведь сам сказал, что простил меня!

– Я простил.

– Как простил, если ты опять так холоден?! Мы словно чужие!

– Всё в порядке, я простил.

– Ты словно не слышишь меня, – женщина заплакала. – За что ты так со мной? Я ведь уже попросила прощения, и мы всё выяснили.

– Да, выяснили, – голос мужчины был спокоен и по-прежнему лишён эмоций

– Так почему ты сейчас так себя ведёшь?

– Я в порядке. И ты успокойся. Соседей перебудишь.

– Да плевать на соседей! – с негодованием воскликнула женщина. – Что с тобой?!

Ты совсем не такой уезжал. А сегодня вернулся другой какой-то... Тебя будто подменили!

– Нет, меня не подменили, – мягко ответил мужчина. – Ты выдумываешь всякое потому, что тебе сейчас грустно.

– Думаешь, я не заметила, как ты переменился? – возмущённо спросила женщина.

– Кажется, я поняла, что произошло! Ты решил мне отомстить. Так ведь? Кто она? Говори!

– Никого нет. Успокойся.

– Прости, прости меня, я вся на нервах... – женщина снова перешла от гнева к отчаянию. – Когда ты такой чужой... не знаю, что делать.

– Успокойся, – ответил мужчина с уже более тёплой интонацией. – Пойдём, прогуляемся по двору, тебе станет легче.

– Да, ты прав, я надумываю всякое... – согласилась женщина, всхлипывая. – Идём.

Было слышно, как открывается боковая дверь, ведущая во двор. Когда шаги затихли, мы двинулись дальше.

«Кажется, я знаю, кто это был», – кинула я мысль в сторону магистра Родруна.

«И кто же?» – рассеянно спросил тот, явно занятый другими мыслями.

«Один из травников, что прибыл с нами, очень равнодушно поприветствовал магиссу, вышедшую навстречу. А по ней видно, что они больше, чем коллеги»

«Ясно», – ответил Двен.

«Похоже, они поссорились перед отъездом, а теперь не могут помириться», -добавила я, чувствуя, как мои мыспи падают в бездонную пропасть сознания магистра Родруна, занятого совсем другими размышлениями.

«Ау, вы ещё здесь?!» – спросила я.

«Что? Ах, да, конечно!» – спохватился Двен. – «Так, теперь вот сюда, насколько я помню... вот, архив, точно»

Мы оказались перед огромной дверью, окованной железными полосами. Никакой особой магии, кроме обычной охранной, здесь не имелось.

«Да, тут тебе не Хальторн», – заметил Двен, вскрывая замок на двери маленьким пламенным вихрем.

Внутри архив также уступал хальторнскому хранилищу, зато моё внимание сразу привлекла надпись «Бестиарология» на огромном стеллаже. Близость академии Альчи к изобильно населённой магическими тварями Гнилой Топи заметно повлияла на местную библиотеку. Вцепившись в сводки разных лет по существам, я быстро нашла упоминание о багейнах, но заметке было более сотни лет.

Двен пересмотрел записи.

– Получается, это последний раз, когда багейнов зафиксировали на территории Топи. Видишь статус: «В»? Помнишь, что означает?

– Да, «вымирающий вид», насколько помню. Значит, их оставалось не больше десятка.

– И как же они умудрились выжить и к тому же смогли так быстро заполонить всё королевство?

– Может, их кто-то разводит для личных целей? – предположила я.

– Да, других вариантов не вижу, – Двен сосредоточенно потёр лоб и погрузился в чтение остальных сводок.

И чем дольше мы перебирали бумаги, тем яснее вырисовывалась картина: кто-то здесь, в самом сердце академии Альчи, занят тайным разведением существ. Только обладая всеми необходимыми навыками и имея свободный доступ к архивам, можно всерьёз заниматься таким спожным делом.

– Где же он их всех держит? – задумчиво пробормотал Двен. – Нужно место, нужна еда.

Внезапная догадка пришла к нам обоим:

– А если они... – начал я.

– Всё время обращены? – продолжил Двен. – Тогда вычислить их сложнее. Не будешь же ты ко всем подбегать и проверять ментальную сферу у каждого.

– Да, будет выглядеть странно и немного неприлично, – рассмеялась я.

Мы снова взялись за бумаги, пытаясь понять, кто в последнее время отвечал за бестиарологию. Двен вытянул из стопки список заведующих бестиарием.

– Смотри-ка, только одно имя! Сам глава академии, магистр Хигар! И больше никто не занимался.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник пожилой маг в серой накидке. Пронзительный взгляд упёрся в нас:

– Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?!

Его голос эхом разнёсся под каменными сводами, и я сжалась в страхе.

Худая фигура мага воздушной стихии угрожающе возвышалась, воскрешая в моей памяти отряд боевых воздушников, что попытался захватить Хальторн.

– Еще раз спрашиваю: что происходит? – резко повторил маг.

– Полагаю, вы отлично знаете, а вопрос скорее риторический, – спокойно ответил магистр Родрун, откладывая стопку бумаг.

Несмотря на его плавность, в каждом движении чувствовалось крайнее напряжение. Двен был готов в любую секунду атаковать. А воздушник, напротив, казался не таким готовым к бою, скорее – усталым и раздражённым. Воротник его плаща колыхался еле-еле, казалось, что воздушная стихия пытается взбодрить своего мага, но сама при этом становится всё более сонной и безразличной.

– И всё же я хотел бы услышать от вас, зачем нужно проникать в архив ночью, -воздушник подошёл к столу, окинул взглядом разложенные бумаги. – Стревид уже дважды просил сводки бестиария и прочее. А теперь прислал целую группу студентов во главе с лучшим огневиком.

– Это не связанные события, магистр Хигар, – Двен добавил обращение, чтобы я поняла, что перед нами сам Великий Магистр академии Альчи.

– Ну, конечно! – отмахнулся магистр. – Ещё скажите, что искали способы укрощения верфоксов. Неужели вы думаете, будто я поверил, что группа старшекурсников прибыла просто порыться в документах по содержанию и разведению тварей??

– Вы думаете, у нас другие цели? – осторожно спросил Двен, продолжая держать искрящиеся ладони наготове.

– Неужели Стревиду настолько неймётся... – вздохнул маг и, откинув полу плаща сел рядом с нами. – Каковы ваши условия?

– Хотелось бы услышать правду, – сказал Двен.

– Правда в том, что я никогда не беру в состав руководства тех, кто проработал в Альче менее пяти лет.

– Вы о чём? – уточнил Двен.

– Не прикидывайтесь, – раздражённо прикрыл глаза магистр Хигар. – Скажите честно, если я возьму на должность заммагистра племянника покойной Венды, Стревид отстанет? Или продолжит копать под меня?

Тут стало ясно, что маги говорят о совершенно разных вещах и даже не пытаются понять друг друга.

– Наш визит ни в коей мере не связан с племянником Венды, хотя он довольно талантливый воздушник, – отчеканил Двен. – Пожалуй, мы готовы покинуть архив.

Но только до утра. Прошу предоставить нам полный перечень существ, разводившихся в бестиарии Альчи.

– Да на здоровье! – магистр Хигар пожал плечами и, слегка ссутулясь, поднялся со стула. – Ничего компрометирующего вы здесь не найдёте, но эта суета меня выбивает из колеи. Я слишком стар, чтобы участвовать в интригах.

В глаза Родруна мелькнул знакомый огонёк – похоже, он задумал провокацию.

– Как раз в этом вы ошибаетесь, – вкрадчиво сказал Двен. – Есть кое-что, весьма красноречиво говорящее о том, что вы замешаны в плохой игре.

– Вот как?! – воздушник с заметным негодованием взглянул на Двена, но затем сменил тактику. – И вчём же меня можно упрекнуть?

– Как заведующий бестиарием, вы должны знать, что в округе расплодились багейны. При этом вы ничего не сделали, чтобы предотвратить угрозу и даже не предупредили население.

Хигар нахмурился и недоверчиво посмотрел на Двена:

– Багейны? Вы о болотных оборотнях?

– Да, именно о них. Теперь, благодаря вашему попустительству, они наводнили королевство.

Великий магистр опустился обратно на стул, нервно стуча костяшками пальцев по столешнице.

– Как многие другие маги, я получил на днях сообщение о багейнах от какой-то магиссы, сумевшей открыть древний портал. Но я не предполагал, что события настолько ударят по мне и академии... По правде говоря, мне даже на мгновение показалось, что это розыгрыш. Лица не было видно, голос срывался от волнения.

Да, я тоже получал это сообщение, – перебил Двен. – Но неужели вы решили, что это неудачная шутка?

– Студенты-старшекурсники и не такой морок научились наводить. Поначалу решил, что это их проделки.

– Вы серьёзно? – Двен скептически поднял брови.

Да, я уже потом понял, что и вправду что-то происходит, – устало ответил Хигар, и его интонация всё больше походила на оправдания. – Значит, багейны повсюду?

– Более чем, – ответила я. – И чем быстрее мы поймём, откуда они взялись, тем быстрее покинем Альчу и оставим вас в покое.

– Стар я уже для такого шантажа, – рассмеялся Хигар. – А у вас в запасе есть ещё козыри?

– Всегда, – уверенно подтвердила я. – Только выкладывать все не стану пока.

– Так что с бестиарием? Кто занимался разведением багейнов? – направил Двен разговор в прежнее русло.

Магистр Хигар провёл рукой по седым волосам, приводя мысли в порядок, затем снова стукнул костяшками по столу. Было видно, что он слегка обескуражен и совершенно забыл о трениях с магистром Стревидом.

– Проблема в том, что последний багейн умер в бестиарии более восьмидесяти лет назад. Больше ни одного болотного оборотня мы не встречали – ни в Топи, ни где-либо ещё. Вид официально считается вымершим.

Воздушник рассказывал так убедительно, что я поневоле начала верить ему. Так бывает, когда человек настолько удивлён происходящим, что уже не имеет причин лгать или не договаривать.

– А что сейчас находится в бестиарии? – спросила я.

Оба мага перевели на меня взгляд, как будто только сейчас вспомнили о моём присутствии. Но я ждала ответа.

– Бестиарий закрыт уже двадцать лет, – ответил Хигар. – В Альче не осталось ни одной живой твари. В этом я могу поклясться, чем хотите.

Глава 32. Бестиарий Альчи

Мы с Двеном замолчали, обдумывая услышанное. Как получилось, что даже бестиарий не существует, а тварей в окрестных лесах столько, что хоть Идану выпускай косить их серпом?

– Почему бестиарий закрыли? – наконец, задал вопрос Двен.

– Невыгодно. Дорого содержать, много ухода. Это вам не Хальторн, куда из королевской казны каждый год течёт золотой ручей, – с некоторой досадой объяснил Хигар. – Когда мы приняли решение закрыть бестиарий, я взял на себя официальное заведование им. Должность без места, так сказать.

– Как же практикуются студенты? – удивилась я.

– Всё решаемо, – отмахнулся Хигар. – Во-первых, Гнилая Топь с её тварями неподалёку. Во-вторых, мы давно сузили все направления, кроме стихий тверди и воздуха. Сейчас очень выгодно готовить специалистов именно в этих областях.

Травники у нас из старообученных, чтоб академия сохраняла гордое название «стихийная».

– Постойте, а жалованье? – подозрительно спросил Двен. – Вы ведь получаете жалованье в должности заведующего бестиарием?

– Пожалуй, это единственная махинация, в которой вы можете меня упрекнуть.

Ладно, подловили, так и быть, – Хигар неловко рассмеялся. – И что теперь?

Доложите в Имоледо?

– Сейчас это неважно, – ответила я за обоих. – Где расположен бестиарий? Нам нужно осмотреть его.

– На другой стороне скалы, чтобы вой тварей не мешал преподавателям спать, объяснил Хигар. – Вы хотите идти прямо сейчас?

– Да, – хором ответили мы с Двеном.

– Как скажете, – вздохнул магистр Хигар, поднимаясь опять. Казалось, он набрал десяток лет за время нашего разговора:

На пути через скалу нам никто не встретился – вся академия давно погрузилась в сон. Даже под дверями в коридорах не пробивалось ни лучика. Темнота и тишина окутали древние скалы, и на мгновение возникло чувство, что само время здесь замерло.

В колеблющемся свете огонька над плечом Двена я разглядывала спину магистра Хигара. Тот пытался идти бодро, но его сгорбленная спина говорила об усталости.

Вспомнилось, что так же ходил по коридорам Хальторна прежний Великий магистр, перешедший на сторону зла. И тревожные мыспи сами собой нахлынули, заставляя вцепиться в рукав магистра Родруна.

«Ты боишься?» – раздался в голове голос Двена.

«А разве вам не кажется, что это может оказаться ловушкой?»

«Нет, не думаю. Хигар искренне удивлён и расстроен»

«Он может притворяться»

«Вряд ли. Я давно его знаю. Он не из тех, кто способен долго вести игру. Так, по мелочи нашкодить вроде приписанного дополнительного жалованья – да, но не более».

«А откуда противостояние с Дядюшкой?»

«Он всегда вызывал у Хигара лёгкую зависть. А тут Стревиду пришлось попросить за племянника Венды, и Хигар решил отыграться, раз уж представилась возможность».

«Теперь меня не удивляет надменность местных травников. Должно быть, все в Альче испытывают ту самую «лёгкую зависть», как вы говорите».

Двен молча улыбнулся, завершая ментальный диалог.

Пройдя внутри скалы по длинному коридору, мы свернули и оказались перед огромной дверью, сделанной из кованых пластин. Впечатляла и мощь, и размер двери – сразу видно, что в бестиарии держали по-настоящему опасных тварей, не чета огненным жукам.

– Вспомнить бы ещё, как открывать, – усмехнулся Хигар, проводя ладонью по блестящей ковке. – В последний раз заходил сюда полвека назад. А двадцать лет назад дверь окончательно замкнули. Вряд ли вы что-то интересное найдёте.

Ничего не говоря, Двен подошёл и встал рядом. Вместе с Хигаром он заставил дрогнуть тяжёлый металл, и дверь бесшумно открылась. Ни скрежета, ни скрипа —как будто каждая петля была идеально смазана и только вчера использовалась.

Не я одна обратила на это внимание – Двен скользнул взглядом по петлям, но промолчал. Через несколько шагов внутри стены мы вышли в каменный мешок, расширявшийся и переходивший в подобие амфитеатра. На каждом уровне имелась длинная полоса зарешёченных ниш, едва освещаемых луной заглядывавшей через круглое отверстие наверху.

Какая древняя постройка! – восхищённо заметила я.

Магистр Хигар довольно улыбнулся:

– Старейший бестиарий Лагледора, к вашему сведению! Откуда начнём?

– Снизу вверх, – Двен шагнул к лестнице, но, спустившись всего на несколько ступеней, замер, а затем обернулся к нам. – Так и знал.

Огонёк над его плечом вспыхнул ярче, выхватывая из темноты нижний ряд клеток.

Клоки шерсти на распахнутых дверцах и свежобглоданные кости, устилавшие пол ниш, говорили сами за себя. Ещё пару дней назад бестиарий был переполнен тварями.

– Не может быты – магистр Хигар, несмотря на возраст и усталость, быстро спустился и прошёл вдоль ряда клеток. – Двадцать лет назад я лично замкнул эту дверь. Никто бы не смог её открыты:

– Другие входы и выходы? – поинтересовался Двен.

– Завалены за ненадобностью, – Хигар устало метался между нишами, подсчитывая урон. – Смотрите, даже решётки поломаны. А что с поилками сделали.

– Похоже, багейны в стае становятся агрессивными, – заметил Двен.

– Думаете, это они? – схватившись за голову, Хигар остановился посреди нижней площадки, оглядывая разруху. – Сколько же их, в таком случае, тут было?

– Не меньше полусотни, – предположил Двен.

– Теперь они могут оказаться где угодно, – растерянно заметил Хигар.

– Как минимум, двое из них уже мертвы, – напомнила я.

– Мертвы? – переспросил Хигар.

– Да, есть особенность: он дохнут, если попытаться вскрыть их разум, – Двен вкратце рассказал о ментальной защите.

– Вероятно, теперь единственный способ вычислить их среди людей – это массовая проверка ментальных слоёв, – предложила я.

– И как вы это собираетесь делать?! – чуть ли не закричал Хигар.

– Общее собрание под каким-либо предлогом и принудительная проверка, -спокойно сказал Двен.

Великий магистр Альчи окончательно пал духом от таких предложений.

– Вы меня так в могилу сведёте раньше времени! Представляете, какой скандал будет, если залезем в разум к каждому студенту, а в итоге не найдём ни одного багейна?! Да нас по судам затаскают!

– Мы залезем в разум не только к студентам, – с недоброй улыбкой возразил Двен.

Похоже, ему нравилось, что Хигар так нервничает. – Преподавательский состав тоже проверим.

– ОХ, – магистр Хигар сел на каменную ступеньку, схватившись за голову.

Мы молча ждали более содержательного ответа, но Хигар всё никак не мог прийти в равновесие. Вдруг его лицо побелело, и он схватил рукой за левую сторону груди запрокидывая голову.

Двен дёрнулся, ловя обмякшее тело магистра, осторожно положил на пол и проверил пульс.

– Живой? – испуганно спросила я

– Да, но сердце шалит. Только этого не хватало.

Поднявшись, Двен встал над телом и простёр ладони в воздухе. Несколько тонких разрядов выстрелили из его пальцев, вонзаясь в грудь магистра. Хигар вздрогнул и задрожал. Затем открыл глаза и обвёл взглядом вокруг.

– Родрун, вы меня с того света вернули?!

– Давайте без пафоса. Давно болеете?

– Пару лет.

– А вы вообще в курсе, что из вас тянут силы?

– Кто?! – сев, Хигар судорожно потёр ладонью левую сторону груди. – Я бы понял если бы кто-то…

– А это что? – Двен пылающими пальцами вытянул из его плеча тонкую чёрную нить, рассыпавшуюся в прах через мгновение.

Хигар ошарашенно посмотрел на него:

– Даже не имею представления, как это получилось.

– Что тут у вас происходит? – напористо спросил Двен. – Я помню Альчу совсем другой. И мне не нравится то, что я вижу. Вы можете объяснить?

– Если бя сам понимал! – с досадой ответил Хигар.

Он поднялся, опираясь на руку Двена. Несмотря на приступ, после отделения магической зацепки ему стало намного легче, даже бледность прошла.

– Придётся объявить общее собрание. Нужен повод.

– Обсудим по пути. Скоро рассвет, нужно разбудить наших, чтобы они были готовы к бою, – Двен направился к дверям.

– Можно вопрос, магистр Родрун? – спросил Хигар.

Необычно корректное обращение заставило Двена улыбнуться.

– Да, спрашивайте.

– С вами ведь прибыли не студенты?

Двен шагнул к Хигару поближе и ответил, понизив голос:

– Нет, конечно. Это чёрные охотники.

– Так и думал, – усмехнулся Хигар. – Серпы уж больно знакомые, пару сотен лет назад такие же видел. А вы, – он повернулся ко мне. – Вы тоже охотница?

– Нет

– Вы хоть в Хальторне учились?

– Да, и весьма успешно окончила.

– Интересно... – Хигар продолжил путь по коридору.

Дверь всё так же бесшумно закрылась за нами. Теперь не оставалось сомнений что кто-то все эти годы тщательно следил за её состоянием, чтобы бесшумно проникать в бестиарий по ночам, даже не используя полог тишины и другие ухищрения.

«Вы в порядке?» – снова перешёл на ментальный шёпот Двен, как только Хигар прошёл дальше по коридору.

«Я всё думаю, что за маг сумел подчинить своей воле такую большую стаю багейнов?»

«Он должен быть сильнейшим менталистом и вместе с тем обладать хорошими навыками в области бестиарологии»

«И то, и другое качество неочевидны. Это может быть кто угодно»

«Будем проверять всех. Другого выхода нет», – заключил Двен и прибавил шагу, догоняя замершего на повороте во двор Хигара.

– Теперь у нас есть веский аргумент для общего собрания, – мрачно сказал Хигар, указывая на каменную клумбу у выхода.

Сперва я ничего толком не могла разглядеть в бледном предутреннем свете, а затем в сумерках вырисовался подол платья, уходящий за цветник. Ещё шаг – и я увидела за краем клумбы посиневшее лицо молодой женщины. Она лежала на спине, глядя в утреннее небо широко раскрытыми мёртвыми глазами.