Текст книги "О чём молчат рубины (СИ)"

Автор книги: Гарик Армагеддонов

Соавторы: Фунтик Изюмов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 57 страниц)

Глава 17. Немного истории

Где лгут и себе и друг другу,

И память не служит уму,

История ходит по кругу:

Из крови – по грязи – во тьму.

Игорь Губерман.

Земли, принадлежащие Тевтонскому ордену, замок Мариенбург, 03.08.1410 года. Утро.

– Бёже ж мёй! Ви таки будете давать мине золото за разговоры?!

– Нет! – отрезал я, – Нет, почтенный господин Якуб! Я буду платить золотом не за разговоры! А за информацию о крупных рубинах. И только за это. Просто разговоры меня не интересуют.

– Бёже ж мёй! – повторил ювелир Якуб, у которого оказался весьма интересный дефект речи. Слышать было странно, но всё услышанное оказалось вполне понятно, – Бёже ж мёй! Был бы здесь мой почтенный учитель, Соломон из Ганновера! Я бы таки плюнул ему в бороду! Представляете, когда я был у него учеником в подмастерьях, почтенный учитель частенько лупил меня по… хм!.. по филейным местам, и всё время приговаривал: «Работать надо, Якуб, работать! За то, что ты чешешь языком, никто тебе и пфеннига не даст»! Я бы сейчас с удовёльствием посмеялся с него!

– А если ближе к делу? – поторопил я.

Вы, наверное, догадались? Ну, да, рано утром, ещё в полутьме, я насобирал небольшие кусочки свинца, оставшиеся после отливки ядер, подержал их в руке и с удовольствием убедился, что у меня полная ладонь золота. Сразу после утрени я ухватил за локоть выходящую из дверей Катерину и увлёк её в сторонку:

– Помнится, ты говорила, что знаешь ювелира? Который здесь, в замке?

– Говорила. Знаю.

– Где он?!

– Да на что он тебе?!

– Надо… – отвёл я глаза в сторону.

– Но у меня работа! Матушка благословила помогать артиллеристам. Ну, воду таскать или ещё что… Им много воды надо, целые бочки: они после каждого выстрела на раскалённый ствол воду льют. Иначе порох в ствол не засыпать, сразу взорвётся.

– Артиллеристам помогать? – я даже рот открыл от изумления, – Какое совпадение! Так я же и есть артиллерист! Будешь помогать мне! Веди меня к твоему ювелиру!

– Пф-ф! Артиллерист он! Кто же не знает, что главный артиллерист у нас брат Томас! Вот, если он скажет, чтобы тебе помогать…

– Он скажет! – уверенно заметил я.

– Вот, когда скажет, тогда…

– Женщина!! – вскипел я, – Не дразни песчаную гадюку!

– От гадюки слышу! – немедленно парировала Катерина, – Ясно сказано: пока брат Томас не даст такой команды…

– Пошли! – я буквально потащил девушку, – Пошли к брату Томасу… а, вот и он! Как всегда, последний из церкви. Брат Томас, брат Томас! Можно тебя на секундочку?..

Вот так мы и оказались у ювелира, почтенного Якуба из Ганновера.

Узнав, что мы пришли по делу, почтенный Якуб разогнал подзатыльниками многочисленных детей, надел металлические очки на большой, горбатый нос, пригладил, точнее попытался пригладить буйную шевелюру, и уставился на нас удивительно большими глазами:

– Я готов выполнить любой каприз уважаемых заказчиков! Это будет цепочка? Заколка для шляпы? Пряжки на башмаки? Кулон? Перстень? Ах!.. неужели… колечки?..

– Какие ещё «колечки»? – тут же вспыхнула Катерина, – Какие вообще могут быть "колечки"?! Смотри, с кем разговариваешь!!!

– Я таки разговариваю с послушницей[1] бенедиктинского монастыря, ещё не ставшей монахиней и не давшей нужных обетов и с оруженосцем крестоносного рыцаря, ещё не ставшим крестоносцем и тоже не давшим обетов… Неужели нет?.. – Почтенный Якуб наградил нас предельно ехидным взглядом, но к словам было не придраться.

– Нет! – перебил я все возможные споры и дрязги, – Мне не нужны цепочки или что-то другое. Мне нужна информация. За полезный рассказ о крупных рубинах я готов заплатить. Золотом.

Вот тут ювелир Якуб и воскликнул своё первое «Бёже ж мёй!». И сбился с чистейшего немецкого языка на свой, корявый, с дефектами речи. А Катерина вперилась в меня подозрительным взглядом. Но, слава Богу, промолчала.

Теперь почтенный Якуб сидел, почёсывая свой выдающийся нос, и раздумывал.

– Это аванс! – протянул я ему первый кусочек золота.

– Бёже ж мёй! – повторил Якуб, рассматривая полученный кусочек, – Циля, посмотри сюда, это таки ж настоящее золото! И я, даже без проверки вижу, что великолепной пробы! Циля, неси же скорей вина, того, что принёс на мой день рождения дядя Давид! У нас должна была остаться ещё бутылка! А, вот и она! Спасибо, Циля, любовь моя! А вот, если ты принесёшь ещё бокалы…

Почтенный Якуб самолично разлил немного вина по бокалам. Катерина заглянула в свой, и так посмотрела на ювелира…

– Это вино надо пить мелкими глоточками! – поспешил оправдаться тот, – Иначе не почувствуете ни вкуса, ни смака…

Я отхлебнул. Вино оказалось нестерпимо кислым. Но я с удивлением увидел, как причмокивает губами почтенный Якуб, также отхлебнувший глоток из своей посуды. Может, я чего-то в вине не понимаю?..

– Я расскажу вам об одном очень интересном перстне с крупным рубином, – решился наконец почтенный ювелир, вновь приобретая чисто немецкий диалект, – О-о-о! это так любопытно! История эта начинается ещё до рождения Иисуса и происходила она в великой Римской империи!

– Подожди-ка, почтенный, – несколько невежливо перебил я, – Поясни мне прежде один момент. Вот уже не первый раз я слышу «Римская империя». Что это такое? Где это?!

– А-а-а? – округлил и без того большие глаза Якуб, – А-а-а! Я и забыл, что ты из такого далёкого прошлого, что не знаешь того, что знают все. Хм! С чего бы начать…

– С начала, – подсказал я.

– С начала… Ну, что ж, я расскажу с начала! Хм!.. Надеюсь, про Троянскую войну ты в курсе, уважаемый Андреас?

– Про Троянскую в курсе, – согласился я, – Кто же не знает, как греческие племена сокрушили несокрушимую Трою?!

– Прекрасно! – обрадовался Якуб, – Так вот, у троянского царя Приама, погибшего при взятии Трои греками, был родственник по имени Эней, великий герой, прославившийся в многочисленных битвах. Эней не погиб, а с остатками троянцев занял укрепление в городе и успешно отбивал атаки ахейцев. У греков возникла проблема. С одной стороны, если не выбить Энея, то получится, что Трою они как бы и не взяли? А если продолжать биться, то много ещё греков лягут мёртвыми. Зачем? Когда вроде бы, вот она, победа? Вот она, павшая Троя? Зачем умирать, после победы? И греки предложили Энею почётную сдачу города. Они разрешат троянцам уйти целыми и невредимыми, мало того, они разрешат унести с собой столько, сколько может унести человек на плечах! Ясное дело, Эней согласился. Как бы он не согласился, если все троянцы были согласны? Но в то время, когда троянцы тащили с собой целые тюки и корзины с драгоценностями, Эней вынес на плечах своего престарелого отца Анхиса.

Почтенный Якуб причмокнул губами.

– Казалось бы, очень глупый поступок! Но греки были так поражены благородством Энея, что разрешили ему вернуться и вынести ещё что-нибудь! И что бы вы думали? Эней таки вернулся! Но вынес он не золото и драгоценности, а святыни, принадлежащие его роду. Великая глупость, конечно, но этим глупым поступком он снискал такое уважение, что греки и в самом деле отпустили троянцев с миром. Даже не отобрав ценностей. И троянцы отправились в далёкое странствие.

Если рассказывать подробно, то получится вторая «Одиссея»! А если кратко, то Эней построил двадцать кораблей и отправился искать счастья, плывя по Средиземному морю. Был и во Фракии, и на острове Крит, бурей его прибило к берегам Африки, как раз туда, где начинали строить Карфаген, во время этого путешествия умер отец Энея, Анхис, но в конце концов, Эней с троянцами добрались до блаженной Италии, где их приветливо встретил царь Латин, который царствовал над латинянами.

– Латиняне? – невольно воскликнул я, – Это же… хм… продолжайте, почтенный…

– Так вот, царь Латин позволил Энею поселиться в Альбанских горах, и даже выдал за него свою дочь Лавинию. В честь своей молодой жены Эней построил город, который так и назвал: Лавиния. Чуть позже Латин погиб в одной из битв и Эней стал царём латинов. Город Лавиния так разросся, что пришлось часть жителей отселить в новый город, который назвали Альба-Лонга.

– Белый-длинный? – автоматически перевёл я. Что за название?

– Город был у самого подножия Альбанских гор, – пояснил ювелир, – Поэтому он вынужденно вытянулся между горами. Между Альбанскими горами. Поэтому и Альба и Лонга.

– Прошу прощения, – немного смутился я. Мог бы и сам догадаться! – Продолжайте.

– Именно в Альба-Лонга была устроена царская резиденция. Именно там жили, сменяя друг друга, династии царей. Пока четырнадцатого по счёту царя не сверг его родной брат. Свергнутого царя этот брат заточил в темницу, а детей надо было как-то… хм!.. скажем мягко: надо было обезопасить себя от их присутствия. Поэтому сын царя без вести пропал на охоте, а дочь царя насильно сделали весталкой. Весталки, как вы наверное знаете, должны были служить тридцать лет и всё это время соблюдать целомудрие… но через четыре года царская дочь-весталка родила! Как она утверждала, родила от бога войны Марса, и якобы, когда тот явился, он не спрашивал её, весталка она или не весталка… Так родились два малыша, Ромул и Рем.

Понятно, что новому царю не понравилось подобное объяснение. Но и убить малышей при всей толпе народа было опасно. Не слишком-то люди любили самопровозглашённого правителя. Поэтому, в тишине ночи, детишек положили в корзинку и бросили в бурливые воды реки Тибр. И на этом всё кончилось… как думал самозванец. Но нет! Корзинку прибило к берегу, возле Палатинского холма, и детишек выкормила волчица. А потом мальчиков нашёл пастух Фастул и стал заботиться о них, как о родных детях, вместе со своей женой Аккой Ларенцией. Тем более, что собственный ребёнок у них недавно умер и они очень горевали. А когда дети выросли… О! Когда дети выросли, они отправились в Альба-Лонгу и там узнали тайну своего рождения! И задали там жару! Вызволили своего деда, а самозванца убили. И это было только начало! В общем, знатная была резня! А через четыре года дед отправил внуков подыскать новое место для города. Альба-Лонга тоже переполнилась людьми и нужно было новое место для царского дворца.

Дети вспомнили про Палатинный холм, где они выросли, и отправились туда. Место им понравилось. Только Ромул предлагал построить город на Палатинном холме, а Рем настаивал на низменности между Палатинным и Капитолийским холмами. Поссорились. Попробовали спросить совета богов, но боги молчали. И тогда между братьями началась отчаянная драка, в ходе которой Ромул убил Рема. А потом таки основал город, который назвал свои именем – Рим. Туда впоследствии и перенесли царский дворец. Потомки троянцев, приплывших вместе с легендарным Энеем, стали патрициями, остальные – плебеями.

Рим получился великим городом, ведь он стоял на холме, гораздо большим, чем Альба-Лонга, ютившаяся у подножья гор. И Риму требовалось население. Тогда Ромул объявил, что любой пришелец получит права, наравне с первыми переселенцами, что каждый получит надел земли на Капитолийском холме, что у каждого будут льготы и свободы… И в Рим пошли люди… И из племени италийцев, и этруски, и даже греки… Вот только, люди были… как бы помягче сказать… не самых высоких нравственных качеств!

– Я вспомнил! – я вскочил и принялся нервно ходить взад и вперёд, – Я вспомнил! Я слышал эту историю, когда был в Греции, только это было вскользь и я её подзабыл. Но теперь вспомнил! Когда до Греции докатилась весть о Риме, все воры, бандиты, насильники, все, кому угрожала тюрьма, галеры и плаха, все побежали туда, на новую родину! Говорят, там получился такой гадючник! Там получился такой разбойничий притон, что окружающие племена не хотели дочерей своих за этих выродков отдавать! Так эти мерзавцы организовали похищение девушек!

– Всё правильно, – согласно кивнул ювелир, – Из племени сабинян были похищены девушки, которых насильно сделали жёнами римлян. Этот эпизод римской истории так и называется: «похищение сабинянок». Мало того! До сих пор в римской традиции принято «похищать» невесту в день свадьбы. А что?..

– Ничего! – я задыхался от гнева, – Значит, эти скоты, эти моральные уроды, они развились до огромной империи? Подчинив окружающие народы? Не удивлюсь, если это произошло обманом, огнём и мечом! Ни капли не удивлюсь!

– Опять правильно, – согласился Якуб, – Основой власти, основой экономики Рима были рабы. А где взять рабов? Весь мир дрожал от железной поступи римских легионов!

– А римский прокуратор осудил на смерть Господа нашего! – негромко добавила Катерина, – На позорную смерть на кресте, словно последнего раба, восставшего против господина. Хотя, где Рим, а где Иудея? И всё же, руки Рима дотянулись и туда…

– Аж до Англии дотянулись эти руки, – покивал головой ювелир, – Представляете? От Иудеи до Англии – одна сплошная Римская империя!

– И всё-таки, она рухнула! – воскликнул я, – Страна, замешанная на крови, поднявшаяся на страдании других народов, рухнула этим же народам под ноги!

– Так и есть, – позволил себе лёгкую улыбку Якуб, – Днём основания Рима считается двадцать первое апреля семьсот пятьдесят третьего года до рождества Христова, когда по Палатинскому холму прошла первая борозда, обозначающая границы будущего города, а днём, когда Римская империя… хм! я имею в виду Западная Римская империя, во главе с Римом, так вот, эта Римская империя перестала существовать четвёртого сентября четыреста семьдесят шестого года уже новой эры, когда скир Одоакр сверг последнего римского императора и отослал символы императорской власти в Византию, в Константинополь. По иронии судьбы последнего римского императора тоже звали Ромул! Точнее, Флавий Ромул Август… Забавная ухмылка фортуны, не правда ли?

– Так им и надо! – раздражённо выпалил я, – Надеюсь, если будут в будущем и другие подобные империи, начало которым положат подобные бродяги, воры, и разбойники, если основой этих империй будет кровь и страдания местных племён… пусть они тоже рухнут в прах! Наподобие надменного Рима!

Я ещё пошагал немного взад-вперёд, успокаивая нервы, потом сел на своё место.

– Почтенный Якуб, – проговорил я, почти спокойным тоном, – Благодарю за то, что вы объяснили мне про Римскую империю. Теперь можете рассказать ту историю про рубин, которую собирались рассказать с самого начала.

– А! – заулыбался Якуб, – Это очень любопытная история!..

– Понимаю, – буркнул я, доставая ещё кусочек золота, – Аванс пошёл на Римскую империю, чтоб ей пусто было! Вот плата за рассказ про рубин.

– Ой, вей! – чуть не подпрыгнул ювелир, – Как приятно иметь дело с понимающим и щедрым господином! А история такая.

Когда известный Гай Юлий Цезарь со всем пылом и азартом гонялся за Помпеем…

– Кто такие? – уточнил я.

– Как?! – вытаращил глаза Якуб, – Цезарь… Ты не знаешь Цезаря?! Того самого, который «пришёл, увидел, победил»? Ах, да! Я всё забываю…

– Цезарь, это первый диктатор Римской империи, – кратко пояснила Катерина, – По сути, единоличный правитель, хотя и не носил царского титула. А Помпей это весьма влиятельный и богатый римский патриций. Вначале они действовали сообща, но потом рассорились. И началась гражданская война. В которой Цезарь и Помпей командовали римскими легионами, но резали друг друга. Кстати, оба были прекрасными полководцами!

– Но Помпей убегал, а Цезарь догонял! – тонко улыбнулся Якуб, – Даже, когда однажды Помпею удалось разбить войска Цезаря, он не стал довершать разгрома, а предпочёл убежать. Цезарь тогда сказал: «Сегодня победа осталась бы за противниками, если бы у них было кому победить!». Ах, как тонко он его унизил!

– Ладно, я понял, что некий Цезарь гонялся за неким Помпеем… и что?

– Некий Цезарь?! – Катерина посмотрела на меня с изумлением, – Некий Цезарь?! Да знаешь ли ты, что в честь Цезаря придумали месяц в годовом календаре?! Так его и назвали: июль! В честь Гая Юлия Цезаря! Потому что он из знатного патрицианского рода Юлиев. А ты «некий Цезарь»…

– Хорошо-хорошо! Великий Цезарь гонялся за неким Помпеем. Дальше?

– Помпей тоже не «некий»! – продолжала возмущаться Катерина, – Его, между прочим, современники так и называли: Гней Помпей Великий! Герой Третьей Митридатовой войны! Отличный флотоводец, который уничтожил всех киликийских пиратов в Средиземном море! Трижды триумфатор! И это ты называешь «некий Помпей»?!

– А ещё, именно он подавил величайшее восстание Спартака… – словно бы в сторону, заметил Якуб.

Катерина гневно взглянула на него.

– Стоп-стоп! – быстро вмешался я, – Я просто не выдержу ещё одну длинную историю ни о чём! Давайте договоримся: один великий полководец гонялся за другим великим полководцем. Остальные подробности Катерина мне расскажет позже. А сейчас, пожалуйста, давайте про рубин!!! Продолжайте, почтенный Якуб!

[1] … с послушницей… Любознательному читателю: в данном случае авторы используют слово «послушница» исключительно для лучшего понимания текста русскими читателями, ибо понятие «послушница» относится только к православию. В католичестве есть аналог – слово «новиций», но оно непривычно для русского уха.

Глава 18. Продолжение истории

История интересна не очевидными

фактами, а скрытыми подробностями.

Виктор Губарев.

Земли, принадлежащие Тевтонскому ордену, замок Мариенбург, 03.08.1410 года. Утро.

– Так вот, – словно бы его и не прерывали, продолжал ювелир, – Когда известный Гай Юлий Цезарь со всем пылом и азартом гонялся за Помпеем, тот умудрился обмануть Цезаря и сбежать в Египет. Благо, у него был прекрасный флот, в отличии от Цезаря. Когда Цезарь понял, что его провели, он погрузился на имеющиеся корабли… не очень многочисленные, надо признать… и с малыми силами, но пылая воинским духом и отвагой, бросился по пятам Помпея. В Египет. Имея под рукой всего один легион. Зато какой! Это был знаменитый Шестой Железный легион! Он немного не успел. Египтяне всего за два дня до прибытия Цезаря, отрезали Помпею голову. Но войска Помпея, хоть и без командира, всё ещё представляли угрозу. И их было значительно больше.

В Египте Цезарь познакомился с известной царицей Клеопатрой…

– Это царица, старшая сестра царя Птоломея XIII, который правил тогда в Египте, и старшая сестра царя Птоломея XIV, которого посадил на трон Цезарь, когда разбил войска его брата, – начала пояснять Катерина, – Так вот, эта Клеопатра…

– Не надо!.. – простонал я, – Не надо про Клеопатру! Надо про рубины!

– А это связано между собой! – заметил ювелир, – Потому что именно Клеопатра подарила Цезарю великолепный по красоте и весьма большой по размеру рубин!

– Так! – сказал я, поднимая палец, – С этого момента подробнее! Давайте ещё раз! Этот ваш Птоломей… он точно не фараон?

– Сказано же: царь! – обиделась Катерина.

– Царь, царь, – подтвердил Якуб, – Царь Птоломей XIII Теос Филопатор. Как греки захватили Египет, так фараоны прекратились, стали цари.

– Греки?! Захватили Египет?! – у меня голова пошла кругом, – Так, стоп! Только не рассказывайте мне о греках! Иначе я никогда не узнаю главного! Уф-ф-ф! Пусть будет царь. Пусть будет царица. Значит, эта царица Клеопатра имела величайший рубин? Как она его получила?

– Кто же знает? – пожал плечами ювелир, – История рубина начинается именно с этого места… Известно только, что Клеопатра весьма ценила этот камень, больше, чем более дорогие изумруды. Считала, что этот камень приносит ей удачу.

– И всё же, отдала его Цезарю?

– О! Это была весьма романтическая история! Дело в том, что у брата с сестрой были весьма непростые отношения. По части царствования. И Цезарь сперва намеревался стать этаким посредником между враждующими. Получая сливки с обоих. Очень правильное и весьма похвальное намерение! Но Клеопатра сумела тайно проникнуть в лагерь Цезаря…

– Говорят, её принесли в свёрнутом ковре! – вставила Катерина.

– Может быть, может быть… – не стал спорить Якуб, – Но дело не в ковре. Дело в том, что Клеопатра сумела так провернуть дело, что Цезарь передумал быть посредником, и целиком принял сторону Клеопатры. А Клеопатра через девять месяцев родила мальчика и назвала его Цезарионом…

– Ах, вот оно что! – дошло до меня.

– И в знак своей вечной любви, Клеопатра подарила Цезарю этот великолепный рубин. Говорят, что Цезарь тоже считал этот рубин талисманом, помогающим ему в жизни. Не могу сказать, так ли это, но с тех пор Цезарь не проиграл ни одного сражения! Мало того! Возмущённый коварством сестры, Птоломей XIIIвозмутил народ, армию, и напал на Цезаря! Тому пришлось закрыться в царском квартале и держать оборону. Вспыхнул пожар! Сгорел почти весь город, в том числе, знаменитая Александрийская библиотека, но царский квартал, по неведомому стечению обстоятельств, уцелел! Огромные толпы народа пытались уничтожить римлян, но Цезарь – вы помните? Всего с одним легионом! – отразил все атаки. Только зимой к Цезарю прибыло подкрепление. И, объединившись с новыми войсками, Цезарь наголову разбил объединённые войска египтян и остатки войск Помпея. Во время боя царь Птоломей XIII утонул в Ниле, а Цезарь возвёл на трон одновременно Клеопатру и её младшего брата, Птоломея XIV, который тоже был Теос Филопатор.

– Меня чрезвычайно интересует этот камень! – признался я, передавая ювелиру очередной кусочек золота, – Похоже, это именно то, за чем я вообще сюда пришёл! Продолжайте!

– Ну, Цезарь вернулся в Рим… – Якуб с величайшим удовольствием взглянул на кусочек золота и бережно спрятал его в свой кошель, – И вернулся с триумфом! Вот, ваша спутница упоминала, что Помпей был трижды триумфатором… Цезарь, за одно своё возвращение, четырежды въехал в Рим, как триумфатор! И, нельзя не согласиться, это были заслуженные триумфы!

– Про камень! – напомнил я.

– Ах, да! Ну, после были многих покушений, которых Цезарь весьма счастливо избежал, Цезарь установил свою единоличную власть, стал богом…

– Стал богом?! – не смог сдержаться я, – Как?!

– Хе! – усмехнулся Якуб, – Вы помните, с чего мы начали? Помните про Энея? Так этот Эней, по слухам, был сыном богини Венеры. А вы помните, что именно потомки троянцев и Энея стали патрициями? А вы помните, что Цезарь из патрицианского рода Юлиев? Так вот, Цезарь… или его восторженные почитатели… или некие купленные литераторы… вроде знаменитого Цицерона… ну, как бы то ни было, а было доказано, что Юлий Цезарь является прямым потомком богини Венеры! А значит, тоже является, в какой-то мере, богом! Во всяком случае, статуи Цезаря ставили вместе со статуями богов в храмах, позволялось клясться именем Цезаря, наряду с клятвой именем других богов, и через два года после его смерти, началось возведение храма под названием: Храм божественного Юлия. Да и законодательно было установлено считать его богом. Опять же, после смерти.

– После смерти… – ухватился я, – А как он умер? И что случилось с рубином?

– Вы просто режете меня на куски! – возмутился Якуб, – Я бы рассказал вам о великих победах Цезаря, о том, как он стал пятым триумфатором! Об интригах и покушениях! Но так и быть, я пропущу эти любопытные истории, хотя вы рвёте моё сердце на куски!

– Точнее, вам придётся меньше рассказывать, и меньше за это получите золота? – сухо уточнил я, – Не переживайте, почтенный Якуб! Если я услышу то, что меня в самом деле интересует, я буду очень щедр!

– Тогда я продолжу! Не подлить ли вина? М-м-м! Прекрасное вино! Нет? Ну, ладно! Я продолжаю.

Итак, у Гая Юлия Цезаря был перстень с крупным рубином, подаренным египетской царицей Клеопатрой, который Цезарь считал своим талисманом. В сорок четвёртом году до рождества Христова царица Клеопатра приехала в Рим со своим сыном, прозванным александрийцами Цезарионом… Похоже, она надеялась, что Цезарь признает её сына своим законным наследником. Но…

– Но?

– Именно так! Но! Но в скором времени Цезаря убили!

– А что с рубином?!

– На момент убийства рубина на Цезаре не было!

– Как?!!

– Вот так! Не было на Цезаре перстня с рубином! И Цезарь не признал Цезариона сыном! В завещании он передал свою власть не Клеопатре, не своему… хм! в общем, не Цезариону, а внучатому племяннику Октавиану! И, представьте себе такой фокус: уже у Октавиана обнаружился знаменитый перстень! Похоже, Цезарь подарил перстень парню, незадолго до своей гибели.

– При рождении он был Гай Октавий Фурин, а после завещания Цезаря – Гай Юлий Октавиан Август, – прокомментировала Катерина.

– И тоже выдающаяся личность? – уныло уточнил я.

– Ещё как! – с азартом подтвердила Катерина, – Первый официальный император Римской империи! В его честь тоже месяц в календаре переименовали! Из месяца секстелия сделали август! Мало того! В июле был тридцать один день, а в августе только тридцать… Так вот, чтобы месяцы сравнялись, на один день уменьшили февраль! А в августе стал тридцать один день! Такая забавная история…

– Я, наверное, сойду с ума! – признался я, – Я хочу про рубин, а мне рассказывают историю!

– Всё взаимосвязано! – философски изрёк Якуб, – Знаменитый рубин обнаружился именно у Октавиана Августа! И тот тоже, представьте, прославился. И как полководец, и как политик, и как понтифик… Всё, как у Цезаря! Даже обожествление было. Хотя, Октавиан, говорят, этому противился. Но римский сенат, после смерти Октавиана, признал его тоже богом! Как Цезаря! Только Цезаря через два года после смерти, когда закладывали храм божественного Юлия, а Октавиана уже через месяц.

– И тоже был убит? – попытался угадать я.

– Нет, он умер естественной смертью, в возрасте семидесяти шести лет, – опять встряла Катерина, – и даже успел перешагнуть в новую эру: эру, которая началась от Рождества Христова! Правда, сам он об этом не знал, начало нового исчисления произошло гораздо позже. Тем более, что умер он в четырнадцатом году новой эры, когда Иисус ещё учился в синагогах, удивляя учителей мудростью и знаниями…

– А рубин?! У него на пальце был рубин?

– Был, – согласился Якуб, – Конечно, был! И по праву наследства достался усыновлённому им императору Тиберию.

– При рождении Тиберий Клавдий Нерон, а после усыновления Октавианом – Тиберий Юлий Цезарь Август, – не замедлила с комментарием Катерина.

– И рубин видели у него на руке? – уточнил я.

– Конечно! – воскликнул ювелир, – Это, получается, уже фамильная ценность! Да ещё какая! Двум богам принадлежала! Понятно, что Тиберий тоже считал перстень с рубином своим талисманом.

– Тиберий, Тиберий… – забормотал я, – Где-то я уже слышал это имя…

– В Новом Завете, – тут же подсказала Катерина, – В Евангелии от Луки есть упоминание Тиверия кесаря. Вот этот Тиверий и есть наш Тиберий. При нём Иисус начал проповедовать.

– Точно! – щёлкнул я пальцами, – Но что дальше с рубином?!

– Он берёг рубин всю жизнь. И утверждал, что рубин помогает ему в делах военных и гражданских, а также уберегает от ядов и покушений.

– Ага! – не сдержался я.

– Уже престарелым человеком, семидесяти семи лет, Тиберий задумался о наследнике. Дело в том, что Октавиан усыновил Тиберия, но поставил при этом условие, чтобы Тиберий официально усыновил своего племянника Германика. Германик тоже прославился в сражениях, был триумфатором – первым триумфатором, после Октавиана! – но… неожиданно скончался на пике славы. И поговаривали – я ничего не утверждаю!!! – поговаривали, что к этому приложил руку сам Тиберий, испугавшись такой возросшей популярности возможного претендента на престол. Также внезапно умер и сын Германика, Друз… Когда же к Тиберию подкралась старость, выяснилось, что наследников-то и не слишком много.

– И?.. – поторопил я.

– У него был выбор между собственным внуком, Тиберием Гемеллом и другим сыном Германика, Гаем Калигулой. Сперва Тиберий склонялся в сторону внука, но незадолго до смерти был раскрыт заговор против императора, в котором принимала участие мать Гемелла… и император начал постепенно возвышать Калигулу…

– И?.. – повторил я.

– В тридцать седьмом году император вызвал на свою виллу Гая Калигулу, – как-то печально принялся рассказывать ювелир, – Трудно сказать, с какой целью. В один из приступов лихорадки, император потерял сознание. Тогда Калигула объявил императора мёртвым, и первым делом стащил с его пальца знаменитый рубин. И тот Тиберий открыл глаза! Все в ужасе разбежались. Остались только Гай Калигула и Макрон, префект преторианской гвардии. Кто-то из этих двоих довершил дело, задушив императора. В завещании Тиберия он не назначал себе единственного приемника, он делил всю власть между двоими: Тиберием Гемелом и Калигулой. Но Калигула объявил завещание недействительным, возложил на себя императорские регалии. Уже в день смерти Тиберия, благодаря письмам Макрона, гвардия и флот присягнули императору Калигуле. И вообще, словно наступило всеобщее помешательство: все торопились присягнуть Калигуле. Всем вдруг стало ясно, что лучшего правителя не найти. А Тиберия Гемелла Калигула вскоре казнил…

– Не удивлён, если камень всё ещё был на руке этого… Калигулы!

– Калигула – это прозвище! – не утерпела со своим замечанием Катерина, – Так-то он Гай Юлий Цезарь Август Германик! Но, когда он был ещё малышом, он любил наряжаться легионером. Вот солдаты и придумали ему прозвище. Калига – это сапог легионера, а Калигула – это, вроде как, сапожок.

– Про рубин! – непреклонно сказал я, – Хочу про рубин! А не про Калигулу!

– Зря! – обиделась Катерина, – У Калигулы была короткая, но бурная жизнь! Умер в двадцать восемь лет, но такого наворотил, что до сих пор люди вспоминают!

– Вспоминают и вздрагивают! – согласился ювелир, – Одно введение коня в состав сената чего стоит! А уж о распутных оргиях…

– Про рубин!!! – напомнил я.

– Да-да, не надо про оргии! – согласилась Катерина.

– Ну-у… к концу жизни, полагают, что Калигула сошёл с ума. Творил, что хотел, распутствовал, и других понуждал к тому же. Везде ему мерещились заговоры, которые он с невероятной жестокостью подавлял. Хотя… некоторые из заговоров действительно имели место быть. Калигула объявил себя богом, и приказал воздавать себе божественные почести. Единственным человеком, кто мог хоть как-то повлиять на безумного императора, была его сестра Юлия Друзилла, с которой он сожительствовал, начиная с подросткового возраста.

– Про рубин!!! – чуть не завопил я.

– Это именно про рубин! – с достоинством ответил ювелир, – Так вот, в тридцать восьмом году новой эры Юлия Друзилла внезапно умерла. Трудно передать, в какое отчаяние впал Калигула! Если до этого многие сомневались в его умственных способностях, то после этого все сомнения отпали! Он долго не позволял похоронить тело сестры, уверяя, что «договорится» с богами о воскрешении Юлии, а когда этого не случилось, в припадке ярости разбил статую Венеры… У него появилась скверная привычка наблюдать за пытками во время своего пиршества… Посыпались казни не только по обоснованным причинам, но и по малейшему подозрению, а иногда и по прихоти. Но что случилось в это время с рубином? А случилась странная вещь! Тут надо чуточку отвлечься…