Текст книги "О чём молчат рубины (СИ)"

Автор книги: Гарик Армагеддонов

Соавторы: Фунтик Изюмов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 57 страниц)

Глава 48. Библейские откровения

Евреи несли Библию сквозь века как свое переносное Отечество.

Генрих Гейне.

Бранденбуржское курфюршество, Барлинек-Солдин, 01.10.1410 года.

Утром я встал затемно, и всё равно чуть не опоздал. Крестоносцы прощались с Лудвигом. Оказывается, ещё вчера договорились с трактирщиком, что тот сторгует подходящую телегу в городе. Конечно, с выгодой для себя. Брат Лудвиг уже лежал на этой телеге, обложенный кусками льда, сам белый, как лёд, и такой же холодный. Двое оруженосцев, полностью одетые, вооружённые, были готовы в путь, один в телеге, другой верхом на лошади, вроде охраны. Хотя, понятно, кто на мёртвое тело позарится? Скорее, на коней или доспехи. А кони были хороши! Я заметил, какими глазами провожали коней рыцари. Но брат Марциан непреклонно повторил своё распоряжение, что все кони, принадлежащие брату Лудвигу, отправятся вместе с ним, и никто возражать не посмел.

Сперва Марциан тщательно отсчитывал монеты, делая в уме расчёты, и шевеля губами, потом махнул рукой и добавил к отсчитанной сумме изрядную горсть. Потом прочёл молитву. Всё наше посольство, включая девушек, подходило по одному и прощалось с братом Лудвигом, каждый на свой лад. Впрочем, девушки подошли в самом конце и я заметил, что руками покойника никто из них не коснулся. Двое оруженосцев преклонили колени, брат Марциан благословил их в дальний, скорбный путь, и телега заскрипела, унося от рыцарей их павшего товарища.

– Собираемся и мы, – буркнул Марциан, – В пути позавтракаем…

В пути, так в пути. Я передёрнул плечами, ёжась от стылого воздуха, и побежал седлать Шарика.

* * *

Прощаясь с братом Лудвигом, я даже расплакалась. Так было жа-а-алко! И очень стыдно за вчерашнюю внезапную радость. Ой, как бессовестно получилось! И я стояла, утирая пальчиком слезинки. Потом заметила, краем глаза, брошенный взгляд Ульриха. Такой… полупрезрительный, полунадменный взгляд. Он что… он думает, что я плачу только потому, что у меня женские дни?! И потому слишком чувствительна?! Ну, нет! Я искренне переживаю за бедного рыцаря! Одно утешение: ещё один защитник прибавился в Христово воинство, когда встретятся лицом к лицу силы Света с силами Зла…

А потом я увидела, как некрасиво размазывает слёзы по щекам рыжая Эльке, и сразу же вспомнила, что у меня есть платочек! А я, словно простолюдинка, слёзы пальцами… Фу-у, как неловко! Может, поэтому и Ульрих так взглянул? И я принялась изящно промакивать слёзы платочком. Тем самым, почти забытым, на уголке которого вышит мой графский герб, а посередине – вензель моего имени.

* * *

Сегодня не слышались обычные дорожные разговоры и байки. Ехали молча и сурово. Оттого и ехать было невыносимо скучно. Нет, я понимаю, прощание с братом Лудвигом и всё такое… вон, девушки чуть не разрыдались. Но в таких случаях беседа – лучшее лекарство! Уж поверьте, меня учили! О чём угодно, пусть даже о Лудвиге. Можете быть уверены, не пройдёт и получаса, как беседа свернёт на другие темы. Уж так устроен человек, что не может на одну тему постоянно талдычить. Может, поболтать с Катериной? Даже не знаю! Можно ли?

Я придержал Шарика, рвавшегося вперёд, и дождался, когда брат Вилфрид поравняется со мной:

– Брат Вилфрид, могу ли я отвлечь вас от благочестивых размышлений?

– Отвлекай!.. – согласился Вилфрид, – Не стесняйся! Ага!

– Вот вы вчера сказали, что… м-м-м… когда женщина…

– Нечиста?.. – уточнил Вилфрид.

– Ну-у… назовём это так. Когда женщина нечиста, можно ли с ней разговаривать?

– Конечно! – удивился рыцарь, – Мы же разговариваем с Катериной!

– Угу… а вот… можно ли разговаривать, сидя поблизости?

– Не на одной скамье! – сделал Вилфрид решительный жест, – И желательно, чтобы дыхание не смешивалось. А так, можно, отчего же нельзя? Не издали же перекрикиваться.

– А в одной карете сидя, это достаточно далеко?..

– Ах, вот ты о чём?! – Вилфрид задумчиво почесал в затылке, – Гм!.. И о чём вы разговариваете?

– О божественном! – заверил я, – Леди Катерина рассказывает и толкует мне Закон Божий, а я почтительно внимаю!

– Ну-у… женщинам в эти дни и предписано размышлять о божественном… – теперь Вилфрид почесал подбородок, – Гм!.. Вообще говоря… карета просторная… ну, думаю, это не грех, поговорить с девушкой о божественном. А Катерина – девушка начитанная, я с ней как-то о толковании блаженного Августина заговорил, получил массу удовольствия! Очень, очень полезный и приятный разговор вышел! Да… о чём я? А! Думаю, беседа в карете не будет предосудительной, ага! Но помни: руками не соприкасаться, одежды не касаться, из рук в руки ничего не передавать! И не только с Катериной, но и с её служанкой Эльке!

– А с Эльке почему? – удивился я, – Или у неё тоже…

– Нет, – снисходительно усмехнулся Вилфрид, – Но ведь, она служанка? Помогает Катерине одеться, прислуживает, подаёт ей что-то… то есть, в любом случае, имеет телесный контакт. А значит, тоже нечиста! Понятно?

– Понятно… – уныло сказал я, – И если я случайно, когда карета подпрыгнет на ухабе, коснусь края рукава девушки, я тоже буду нечист? И сидеть придётся отдельно, и никто мне руки не подаст, и всё такое… И как долго?

– Семь дней, – пожал плечами Вилфрид, словно сказал самую естественную вещь, – Ровно семь дней. А потом ты должен исповедаться, над тобой прочтут очистительную молитву и ты должен причаститься… Но ты не христианин, а только оглашён! А значит, причащаться не имеешь права! А значит… значит будешь нечист, пока тебя не крестят в католичество. Примерно год. Ага!

– Ого-го! – воскликнул я, невольно испугавшись, – Целый год?! Только потому, что я случайно коснусь края одежд?!

– Да, – спокойно кивнул головой Вилфрид, – Пока тебя не крестят, ты будешь нечист. И, кстати, то, что ты будешь нечист, может помешать крещению! Так что, дело может затянуться и на два, и на три года… Как повезёт!

Я сильно задумался.

– Придётся быть поосторожнее! – решился, наконец, я, – Спасибо за предупреждение, брат Вилфрид!

И направился к карете. Ну, скучно, скучно было семенить с крестоносцами и молчать!

– Помогай тебе Бог! – услышал я в спину, – Ага!

* * *

Карета лениво переваливалась по дороге, за окном тянулся нескончаемый, серый, унылый пейзаж, беспрестанно всхлипывала Эльке, и было отчаянно скучно. Ну, что ж! У меня всегда есть средство для того, чтобы прогнать скуку! Я достала Новый Завет и углубилась в чтение. И ерунда, что я почти наизусть всю книгу помню! Умилительный рассказ о том, как вочеловеченный Спаситель пострадал за грехи наши, полностью захватил меня. Палец скользил по строкам, чтобы глаз не сбивался при потряхивании кареты на кочках, а я вновь и вновь переживала душевное волнение, читая как царь Ирод приказал умертвить «всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов…». О, Господи! Ведь это были те самые волхвы, которые шли поклониться Иисусу! Ну, конечно, коварному Ироду легко было обмануть простодушных волхвов! Те припёрлись в Иерусалим, и давай выспрашивать у народа:

– Где родившийся Царь Иудейский?..

Понятно, что тут же обо всём донесли Ироду. Я прямо вижу, как всполошился Ирод, как гневно стучит палкой по полу, сидя на троне:

– Какой-такой Царь?! Кто посмел?! Почему без моего ведома? – а потом вскакивает с трона и выбегает на улицу с криками, – Эй, народ! Кто слышал про нового Царя?! Где родился?! В каком городе?!

Ну, мне кажется, у иудеев так принято, чуть что – звать народ и всей толпой гомонить, пока не разберутся. Вот и тут собралась толпа и давай голосить:

– Царь родился! Царь родился!

– Какой-такой Царь?!

– А я знаю? Говорят, что родился Царь!

– Сын, что ли, у Ирода?..

– Да, вроде, нет… вон он сам бегает, весь из себя нерадостный!

– А какой тогда Царь?.. Где родился?..

Но тут выходит кто-то, не то первосвященник, но то книжник, и объясняет степенно:

– Речено было через пророков: «И ты Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдёт Вождь, который упасёт народ Мой, Израиля».

– И что это значит?!

– Тупой, что ли? А ещё иудей! Значит, в Вифлееме Царь родился!

– В Вифлееме?! – кусает костяшки пальцев от бессильной злобы Ирод, – А позовите-ка мне тех волхвов!!!

Выталкивают из толпы трёх испуганных путников. Они же не ожидали, что такая толпа соберётся? Но Ирод не спешит. Его дело требует тишины и тайны. А потому, вежливо уводит волхвов во дворец и отсылает стражу, чтобы остаться наедине…

– Друзья мои! – кривит Ирод губы в фальшивой улыбке, – А скажите мне, любезные, когда вы ту звезду увидели, что вас сюда привела?..

Ну, те по простоте душевной – ляп! И всё открыли.

– Ах, какая приятная неожиданность! – скрежещет зубами в злобе Ирод, – И так мне мечтается тоже поклониться Царю Израилеву! Сходите же, сходите в Вифлеем… да поразведайте там всё хорошенько!!! Уф-ф… что-то жарко здесь, аж в пот бросило! Так вот, поразведайте, а потом мне всю правду и расскажете… не тая! А я, по вашему рассказу, сразу поспешу – хе-хе-хе! – поклониться Младенцу! Чего стоим? Пошли… в смысле, идите себе, вслед за звездой! И не забудьте вернуться!

Ну, благо, что поклонившись Младенцу и принеся дары свои, увидели волхвы во сне откровение, чтобы и Ироду не возвращаться. И ушли прочь совсем иной дорогой. А Ирод, не дождавшись своих, как он думал, шпионов, решился на страшное дело. И повелел убить всех младенцев мужского пола, младше двух лет, в Вифлееме и его окрестностях… А ведь там собрались толпы народа, поскольку была объявлена перепись населения! И полились реки крови! Если бы не Ангел Господень, который явился во сне Иосифу, и не предупредил его скорее бежать со всей семьёй в землю египетскую… Ой, мамочки!

И тут, в самый разгар моих душевных переживаний, распахнулась дверца кареты и внутрь заглянул Андреас:

– Можно?..

– Ну-у… Знаешь ли…

– Знаю! – буркнул парень, – Объяснили… Эльке! Полезай к кучеру!

– Мне нельзя! – пискнула Эльке.

– Ах, да… – скривился Андреас, – Тогда сиди и не мешай. Мы с твоей хозяйкой поболтаем… если она не против. О! Что читаешь?

– Евангелие от Матфея, – я просто растерялась от его бесцеремонности.

– Это там, где: «Родословие Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова»?..

– Ну, да!

– Глупости!

– Что-о-о?!!

– Конечно, глупости! – очень серьёзно повторил Андреас, – Там же идёт родословие по мужской линии? Ну, «Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова…». Так вот, если бы я писал, я написал бы: «Родословие Иисуса Христа – Бог родил Иисуса». Точка. Потому что между Богом и Иисусом других мужчин не было. Или были?..

– А… а… – я даже заикаться начала, – а…

– Не было! – подытожил Андреас, – Потому и зовётся Сыном Божьим! И зачем тогда родословие?

– Родословие, потому что сказано через пророков, что в колене Давидовом родится Спаситель! – вспыхнула я, – Оттого и родословие! И кончается: «… Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от которой родился Иисус, называемый Христос»! И святой апостол подводит итог: от Авраама до Давида четырнадцать родов, и от Давида до переселения в Вавилон четырнадцать родов, и от переселения в Вавилон до Христа четырнадцать родов! Вот!

– Иосиф отчим, – отмахнулся Андреас, – Не отец. Отец Христу – Бог. А значит, все эти подсчёты зря. Но я не об этом. Ты можешь мне объяснить, что не так с женщинами в этом времени? Почему, если коснуться одежды, то ты нечист сразу?..

– Это всё наша прародительница Ева… – вздохнула я, – От неё пошло. Она первой согрешила, оттого и называется «первородный грех». Поддалась уговорам Сатаны… В общем, это надо Ветхий Завет читать!

– Я читал! – упрямо заявил Андреас, – И у меня есть вопросы!

– Это нормально! – нервно хихикнула я.

* * *

– Это нормально! – нервно хихикнула Катерина, – Я, когда маленькой была, едва-едва читать выучилась, и вот, читаю я книгу «Бытие», про то, как Господь Бог за семь дней весь мир создал, и у меня – бац! – непонимание! Прямо, расслоение сознания! Сказать? Ну, так и быть…

Катерина чуть откинулась назад, прикрыла веки, и принялась читать по памяти:

– В начале сотворил Бог небо и землю… Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою… И сказал Бог: да будет свет. И стал свет… И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы… И назвал Бог свет днём, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день первый… Хм… во второй день бог отделил твердь от воды и назвал твердь небом, в третий день отделил воду от суши и повелел, чтобы на суше произросли зелень, трава и деревья… Ага! И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной для отделения дня от ночи, и для знамений, и времён, и дней, и годов… И да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю. И стало так… И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днём, и светило меньшее, для управления ночью, и звёзды… И поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю… И управлять днём и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо… И был вечер, и было утро: день четвёртый…

– И что?.. – спросил я, видя, что Катерина умолкла.

– Ага! И ты не заметил! – чуть в ладоши не захлопала от радости Катерина, – А я, маленькая, углядела! Сам подумай: в первый день Бог создал свет и отделил его от тьмы. А только в четвёртый день создал Солнце, Луну и звёзды! Откуда же был свет? Не от свечи же, не от лампы? И вот, я вся такая растерянная, и боюсь кого-то спросить, потому что это Святая книга, ещё высекут за глупые вопросы и безверие, и душевные терзания меня мучат!

– А потом?

– А потом я подросла и сама догадалась… Ты не понял ещё? Это же от самого Бога свет исходил! Бог есть Свет! Вот и ответ на мой вопрос. Запомни, Андреас, в этой великой книге на все вопросы есть ответы!

– Посмотрим… – буркнул я, покосившись на Эльке, которая даже рот открыла, – Мои вопросы не так просты. Но это потом… Давай про Еву! А точнее, про всё первое семейство. Итак, Господь всемогущий создал Адама…

Я открыл книгу:

– Вот! Бытие, 1:27 «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их». Запомним! Сотворил одновременно, мужчину и женщину, и было это в день шестой… Угу. Переворачиваем страничку. В седьмой день Господь опочил… Потом – вот! «И взял Господь Бог человека и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его»… Ну, оставим пока вопросы, что не для обучения и воспитания человек сотворён, а для ухода за садом… Хм… А! Вот! 2:18 «И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему». И потом из ребра адамового делает ему жену и приводит к Адаму. Ну, и которая из них Ева?! Это же явно две разных женщины!

– Вторая… – опустила взгляд Катерина.

– Как?! – опешил я, – Все же говорят, что Ева, это первая женщина, праматерь?!

– Ну-у… в общем, так и есть…

– Не понимаю! Как это, одновременно и вторая и первая?

– В общем так, – Катерина подняла на мгновение глаза и тут же снова уставилась в пол, – Есть Библия, то есть Закон Божий, есть другие Святые книги, которые пророческие или поучительные, вроде книги пророка Исаия или книги Иова, есть толкования Библии и есть другие разъяснительные книги. К примеру, Иоанна Златоуста. И то, что не совсем понятно в одном месте, может быть растолковано в другой книге.

– Та-а-ак…

– В общем, есть такая версия! – наконец-то взглянула на меня прямо девушка, – Первых людей Господь и в самом деле создал одновременно, из праха земного. Мужчина назывался Адам, а жена его – Лилит. Вот только… только эта Лилит получилась… чересчур строптивой, что ли? Адам ей – иди! А она – не пойду! Адам ей – неси! А она – не понесу! А всего хуже, что Господь заповедал им плодиться и размножаться. Вот, ты прочитал про сотворение первых людей одновременно, это стих 1:27. А уже в следующем, 1:28, как раз и говорится: «И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю…». Во-о-от… Ну, Адам и говорит Лилит – ложись! А та ему – сам ложись! А я сверху возлягу! Представляешь? Адам ей – ложись! А она – нет! Адам ей – почему?! А она ему – потому что мы оба из праха сделаны! Потому что нет между нами главнейшего! Не буду подчиняться! Не бу-у-ду!

Ну, короче Господь дал под зад этой Лилит, так что она стрелой из сада Едемского вылетела, и создал Еву. Уже не из праха земного, а из ребра адамова. Тут уже сразу стало всё понятно, кто в доме хозяин. И всё бы было хорошо, да поддалась Ева на искушение дьявольское… И-эх… И Адама соблазнила. Ну, понятно, Господь осерчал. Изгнал первых людей из рая.

– Значит, Ева всё же вторая? – не понял я, – А почему говорят, что она первая?

– Потому, что ты не дослушал! – огрызнулась Катерина, – Имей терпение!

– Молчу-молчу! – сделал я рукой жест.

– Ну вот, когда изгнали Лилит, пошла она куда глаза глядят… А глядели они не туда, куда нужно! Потому что тут же встретила она ангелов…

– Так, хорошо же?..

– Не хорошо! Потому что это были падшие ангелы! Которые отреклись от Бога. Ну и… они-то легко согласились, чтобы Лилит была сверху! И сбоку и вверх ногами и вообще, как попало, а не как добрым католикам положено… Уф-ф… Какие ты истории рассказать просишь! Прямо, стыд один, а не истории! В общем, рождались от Лилит сплошные демоны! И детей Евы они потом развратили. Не зря Господь впоследствии Всемирный потоп на людей наслал. А потому что заслужили!

– Ну, положим, у Евы тоже не ангелы родились… – пробурчал я, – Тот же Каин, который Авеля убил… Но теперь я понимаю стихи 4:16 и 4:17. Где Каина изгоняют из семьи Адама и он уходит куда-то на восток и вдруг – оп-па! – уже «познал Каин жену свою; и она зачала и родила Еноха. И построил он город». А я всё думаю, какую такую жену «познал» Каин? Даже, если у Евы к этому времени и были дочери, он же один уходил, не так ли?.. Значит, Каин с демонессой… того…

– Да, нет же! – поморщилась Катерина, – Говорят, когда первых людей из рая изгнали, Адам так на Еву рассердился, что ушёл от неё! На долгие сто тридцать лет! А тут и Лилит, мол как? Не передумал? Смотри, какая я соблазнительная! Только согласись и я вся твоя! Ну вот и пошли от них… всякие грешники и развратники… А потом-то Адам одумался и к Еве вернулся! И потом уже они родили и Каина и Авеля… а потом уже и Сифа.

– Ага! – стало доходить до меня, – Значит… от Адама и Евы – евреи, народ Божий, а от Адама и Лилит – все остальные?..

– Вроде того, – согласилась девушка, – Но и от Лилит с падшими ангелами, тоже всякое непотребство рождалось. И сама она в результате в демоницу переродилась. Оттого и говорят, что Ева, это первая женщина, потому что Лилит – демоница!

– Та-а-ак! – сказал я, – Значит, Адам прожил девятьсот тридцать лет… Ева умерла на пять дней позже… А когда умерла Лилит?

– А она и не умерла… – пожала плечами Катерина, – С чего бы ей умирать, если она демоница? Говорят, это она была царицей Савской! С самим царём Соломоном беседовала! А Соломон, это не кто-нибудь, это сын царя Давида! Того самого, по которому счёт родов Христа ведут!

– А подробнее про царицу Савскую? – загорелся я.

– А чего ж? Можно и про царицу Савскую… – согласилась Катерина, – Только позже. Вон, уже карета останавливается. Наверное, завтракать будем. Иди, да смотри, не зацепись ни за меня, ни за Эльке! И передай от меня привет Шарику. Эх, угостить его не могу! Вдруг рыцари решат, что Шарик тоже стал нечист?.. А тебе оно надо? Ничего, недельку подождёт! А там мы с ним все вкусности наверстаем. С лихвой!

И в самом деле, карета остановилась.

Глава 49. Библейские откровения/2

Дщери Иерусалимские! Черна я, но красива, как шатры Кидарские, как завесы Соломоновы.

(Песнь Песней 1:4).

Бранденбуржское курфюршество, Барлинек-Солдин, 01.10.1410 года.

Сразу после завтрака я оказался в карете. Чуть ли не быстрее девушек! Ну очень было интересно про Лилит!

– Шарику вкусняшку дал? – строго уточнила Катерина.

– Дал! – клятвенно приложил я кулак к груди, – И сказал, что это от леди Катерины! Шарик просил передать спасибо!

– Как это?!

– Ну, он долго кивал головой. А потом ткнулся лбом мне в плечо. Я расшифровал это, как «Спасибо! Иди и передай леди Катерине». А разве я не прав?

– Прав! – улыбнулась девушка, – Конечно, прав!

– Тогда рассказывай про эту Лилит! И про царицу Савскую!

– Что ж… слушай! Во времена, когда жил царь Соломон, Израильское государство уже объединилось с Иудеей. Соломон – это третий царь объединённой страны. Первым был Саул, он потом погиб в битве с филистимлянами, вместе с тремя своими сыновьями. Вторым был Давид, он был женат на дочери Саула и после смерти царя, народ избрал на царство именно его. Это тот самый Давид, который сразил пращой великана Голиафа…

– Помню… – я в самом деле вспомнил картину, которая мне в первый раз показалась нарисованной с ошибкой: в руках у юноши была непропорционально большая отрубленная голова. Откуда же я тогда знал, что это голова великана?

– Ну вот, а сын Давида – это Соломон. Величайший из мудрецов. При нём государство получило наивысший расцвет. Поговаривают, что эта страна так расширилась, что её границы вышли к Красному морю, где издавна обосновалось государство Сава. Немножко пахали, немножко строили, но главным источником доходов Савы была торговля. Точнее, это был перевалочный пункт на торговых путях из Индии и Африки в Месопотамию и Египет. И тут – на тебе! – пришли евреи! На тёпленькое местечко! Что делать?.. Царица Савы приказала собирать богатый караван, для путешествия в Иерусалим. Договариваться…

– А-а-а… Так «Савская» – это не имя? – дошло до меня, – Это просто царица государства Сава?

– Имени в памяти потомков не осталось! – заверила меня Катерина, – Иногда встречается имя Балкида, иногда, Нукаула. Но многие считают, что это и была та самая Лилит! Но давай по порядку!

– Давай! – согласился я.

– Вот, собрала она богатейший караван, богаче которого и придумать не смогли, и отправилась в Иерусалим. Если верить легендам, то дорога должна была занять семь лет, но хитрая царица умудрилась проделать путь всего за три года!

– Сколько?! – разинул я рот.

– А ты сколько думал?..

– Я не думал! Я знаю! Я сам в караванах ходил! Три года – срок несусветный! Не говоря о семи годах. За три года до Китая дойти можно! Не торопясь…

– Ну, я же сказала: легенда. Чего кипятиться? Слушать будешь?

– Буду! – буркнул я, – Надеюсь, дальше легенды будут… реалистичнее!

– Ну вот, пришёл караван в Иерусалим… И царица, такая, вся в шоке! Она думала, что её богатства затмят богатство евреев, ан нет! Её спутники, одетые в богатые одежды, среди евреев чуть не оборванцами кажутся! Заходит она на рынок – а там счёт идёт только на золото, серебро без счёта идёт! Просто, горстями меряют!

– Серьёзно?! – усомнился я, – Прямо, серебряные деньги не считают? Евреи?!

– Ну, может я и присочинила чего! – обиделась девушка, – Так ведь, красиво не приврать, и истории не рассказать! А у меня фантазия богатая! Сказано: «серебро во дни Соломона вменялось ни во что…», ну а я домыслила. Или тебе одними цитатами надо?!

– Нет-нет! – испугался я, – Рассказывай, как хочешь! Просто, буду знать, что кое-что в твоём рассказе… хм!.. приукрашено! Слово-то какое хорошее: «приукрашено». Словно серую историю в цвета раскрасили! Давай! Приукрашивай!

– Ну вот! – заулыбалась Катерина, – Я такая! Ладно, слушай.

В общем, как ни крути, но караван богатых даров – это тоже не один чёрствый пряник привезли! И, когда Соломон увидел подарки, он возрадовался. Ещё бы! Самоцветные камни, жемчуг, золото, благовония! Говорят, благовоний было столько, сколько во всём остальном еврейском царстве не набралось бы! Серебро, драгоценная посуда, семена редких деревьев… ну, к примеру рожковое дерево…

– И что это? – подозрительно уточнил я, – Дерево с рогами? Очередная легенда?

– Нет… просто дерево, но с любопытным свойством: семена рожкового дерева всегда одной и той же массы. И называются они… догадаешься?

– Рожкáми или рóжками? – попытался я угадать.

– Называются они каратами! – улыбнулась Катерина, – А оттого, что семена одной массы, то очень удобно было их использовать в качестве меры веса. Оттого до сих пор драгоценные камни в каратах измеряют. Ну, сейчас, конечно, в граммах, но название осталось с тех далёких пор!

– Любопытно! – согласился я, – И что ещё?

– Ещё?.. Ещё породистый жеребец, именуемый Сафанад, что означает «чистый», родоначальник всех арабских лошадей. Вот, твой Шарик – явный потомок этого Сафанада!

– Странно…

– Что «странно»?

– Что демоница Лилит, как ты говоришь, ставшая царицей Савской, привезла всё это в дар царю Соломону…

– А-а-а! Не всё так просто! Но давай немного отвлечёмся… Не кривись, так надо! Давай вспомним, как волхвы пришли поклониться Младенцу Иисусу. Помнишь?..

– Ну-у… – я растерянно покрутил пальцами.

– О, Господи! Ну, хоть, какие дары они принесли, помнишь?

– Э-э-э… золото… смирну… и… э-э-э…

– И ладан! – не выдержала девушка, – И учти: эти дары – это не просто так! И что волхвы пришли с востока, это тоже не просто так! Во-первых, это исполнение пророчества, что грядущему Царю Израиля «… цари Аравии и Савы принесут дары; и поклонятся ему все цари; все народы будут служить Ему…». Понимаешь? Волхвы пришли оттуда же, с Савы… А принесли: золото – как царю царей, ладан – как священнику над священниками и смирну, или, по другому, драгоценное миро – как символ будущей жертвенной смерти, ибо именно благовонной смирной умащивали в Израиле тела умерших…

– Ого! Кто бы подумал!

– Кому надо, подумали! А теперь вспомним, что привезла царица Савская? Золото, ладан и… благовония! И приехала она из Савы!

– То есть… то есть она хотела, чтобы Соломона приняли за мессию?! Согласно пророчеств?! – дошло до меня, – Ну, то есть, кто-то примет, а кто-то нет? И среди народа возникнет мятеж?! Взаимная резня?! Ну, ничего себе, подарочки!

– Вот-вот! – мрачно подтвердила Катерина, – И это ещё не всё… Среди её «подарочков» было серебро, которое хранилось позже в Иерусалимском храме. Потом храм был разрушен. При этом, из храма пропали тридцать серебряных монет. Потом именно они оказались в руках Иуды, как плата за предательство… А среди драгоценной посуды, подаренной царицей Савской, как бы невзначай, затерялась одна чаша… ею позже пользовался царь Ирод, но потом она попала к Иосифу Аримофейскому и была отдана им Иисусу во время Тайной вечери. Догадываешься? Да-да, Святой Грааль… та самая чаша, в которую Иосиф Аримофейский собрал позже кровь из ран Христовых… Хороши «подарочки»!

– Да… уж! – пробормотал я, – Как говорится: «Бойтесь данайцев, даже дары приносящих!».[1]

– Подожди! То ли ещё будет! – пообещала девушка, – Мы остановились на том, что царица вручила подарки Соломону. А Соломон обрадовался подаркам. Ну, тут царица и давай ему соловьём петь! И мудрость, мол, его во всех углах земли славится, и богатство его столицы затмевает всё прочее, что видели глаза человеческие…

– Лесть! – со вкусом определил я, – Самое страшное оружие! Почти никогда не промахивается!

– Точно! – согласилась Катерина, – А женская лесть вдвойне опасна! И, хотя Соломона, само собой, окружали льстецы, и к лести он был привычен, но царица Савская сумела протоптать тропинку к его сердцу. И густо намазать её мёдом. В общем, Соломон растаял от счастья, перед всеми признал, что визит царицы ему милей визитов всех остальных царей мира и вообще, эй, слуги, отдайте царице всё, что она пожелает! Она чего-то пожелает? Пожелает! – согласилась царица Савская, – Ещё как пожелает! Хочу вот это, вот это, вон то, и ещё во-о-он оттуда заверните! Короче, ответный караван получился, пожалуй, побольше того, который приехал в Иерусалим! Но разве того нужно было хитрой царице? Ах, – говорит она, – Но я желаю испытать вашу мудрость! Давайте я загадаю вам загадки? Я уверена, что вы их решите с блеском! А слава о вашей проницательности разнесётся до самых дальних краёв земли! И даже за край слегка свесится! А, давай! – отвечает Соломон, – Задавай свои загадки! У меня умищща – ух сколько! Всё отгадаю!

Катерина хитро прищурилась на меня:

– А ты?.. Ты решишь загадки царицы Савской?

– Я?!

– Ты!

– Ну-у… давай попробуем! Я так думаю, что хитрая царица решила прилюдно посрамить царя Соломона? И загадала что-то вроде: семь ног, пять голов? Ответ – пятиглавый семиног! Простой ответ, но, попробуй, догадайся!

– Посрамить она его действительно хотела. Явно же, что не только лицо её было черно, но и душа была чёрной! И бурлили в чёрной душе чёрные страсти, чёрные замыслы и чёрные надежды!

– Она была чёрной?! Серьёзно?! И сумела, как ты говоришь, протоптать тропинку к сердцу Соломона?

– Как уголь было черно лицо её! По всей видимости, неспроста! Не иначе, печатью преисподней отмечена. Но мы говорили про загадки. Загадки она загадала… хм!.. трудные, но решаемые. Вот первая: колодец деревянный, ведро железное, черпает камни, выливает воду… Что это?

– Упс! – удивился я, – Это что-то… вроде колодца в скалах? Вот только, почему он воду выливает, если черпает камни?..

Я глубоко задумался. Что же это может быть? Что же это?..

– Ну? – улыбаясь, уточнила Катерина минут через десять, – Есть ответ?

– Нет… – вынужден был признать я.

– А Соломон догадался! – захлопала в ладоши девушка, – Это сурьмило!

– Что? – не понял я, – Что это такое, «сурьмило»?

– Во! А я думала, что в твоё время это было повсеместным!

– Что было повсеместным?!

– Что девушки брови сурьмой накрашивали!

– Ну… может и накрашивали… Я как-то не приглядывался! Я не девушка!

– Ну, ладно, объясню… сурьму вкладывали в трубку от тростника, это деревянный колодец; специальная ручка, чтобы двигать сурьму по трубке, металлическая, это ведро; сама сурьма, это минерал, получается, что ведро черпает камни; а когда сурьма случайно попадает в глаз, то вызывает обильные слёзы, это значит, из ведра выливается вода. Впрочем, иногда специально сурьмой по глазному яблоку водили – это окрашивает глазное яблоко!

– Ну, не знаю я ваши женские штучки! – нахмурился я, – А Соломон, говоришь, отгадал? Ну, наверное, где-то увидел… у женщины. Как у него с женщинами было?

– Отлично у него было с женщинами! – заверила Катерина, – У него было триста жён и семьсот наложниц. И никто не остался обиженным!

– Серьёзно?! – обомлел я, – Что сказать… мужик! Понятно теперь, что для него это сурьмило вовсе не в диковинку было. Я бы сказал – обычная вещь! На каждом шагу глаза мозолит. Трудно было бы ему не догадаться! А что за вторая загадка?

– Выходит из земли, черна как земля, льётся как вода, а разливает свет! Что это?

– Из земли? Льётся? Но чёрное… и светлое… Нет, какое же оно светлое, если чёрное? Разливает свет… То есть… то есть, горит?.. А!! Я догадался! Есть такая жидкость, из неё делают «греческий огонь»! Я слышал, ей во время войны вражеские корабли поджигают! Берут горшок, наливают этой жидкости, поджигают и швыряют во вражеский корабль! Горшок разбивается и вся горючая жидкость растекается по палубе! Даже в воде горит, потому что жидкость не тонет! Как же она называется… м-м-м…