Текст книги "О чём молчат рубины (СИ)"

Автор книги: Гарик Армагеддонов

Соавторы: Фунтик Изюмов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 57 (всего у книги 57 страниц)

Папа долго сидел, высчитывая ходы. Я не торопил. Я уже знал, что нет таких ходов, которые могут изменить ситуацию. Папа встал, прошёлся, снова сел, снова встал. Подумал ещё и положил белого короля на шахматную доску. Он признал поражение! Я выиграл!

Точнее, я выиграл партию. А выиграл ли исполнение своей цели?..

[1] …игра в шахматы со смертью… Довольно распространённый сюжет в Средневековье. Известны не только картины на эту тему, но и фрески, причём фрески не где-нибудь, а в церкви! В частности, в наше время сохранилась фреска в церкви Тёбю (Швеция), под названием «Смерть, играющая в шахматы».

Та самая фреска в церкви Тёбю.

А это полотно конца XVIII века "Портрет доктора де С., играющего в шахматы со Смертью" кисти французского художника Реми-Фюрси Дескарсена. Как видите, сюжет подобной игры ещё долгие века будоражил умы художников.

Глава 62. Крах

Успех – это движение от неудачи к неудаче, без потери энтузиазма.

Уинстон Черчилль.

Рим, 23.11.1410 года.

– Восторженный дурак… – огорчённо думал папа, кладя белого короля плашмя на доску, – Хотя и умный. Умный в шахматах и дурак по жизни. Простых вещей не понимает и намёков не разбирает. Что же мне с тобой делать?.. Кстати, девушка, кажется, согрешила не с ним. Если бы с ним, он бы по другому отреагировал, когда я её привёл в качестве примера. Правда, у него вроде бы дрогнула губа… а может, он хотел что-то сказать? Нет, девушка не при чём. А вот как поступить с «ангелом»?.. Решено!

– Ну, что ж… – произнёс папа вслух, – партия закончена, приём посольства подходит к концу… Разумеется я напишу Великому магистру Ордена, чтобы вас в ближайшее время крестили и приняли в рыцари Ордена…

– … и чтобы отправляли во все возможные схватки, – добавил он мысленно, – А когда ты погибнешь, чтобы Великий магистр провёл особое расследование. И, пожалуй, подумаем о причислении тебя к лику святых! А что? Святой рыцарь-крестоносец… неплохая мысль! Такого, кажется, ещё не было? Будущий покровитель… да хоть юных оруженосцев! А чудеса уже явлены, и ещё впоследствии найдутся. Найдём, если приказать хорошенько поискать. И всем хорошо, и даже никто пока не умер!

– Ах, да! – спохватился папа, – Ещё плата за проигрыш… который, помнится, я могу не платить без объяснения причин? И какую же плату вы для меня придумали, молодой человек?

Вот она, кульминация нашей встречи! Вот он, переломный момент, высшая точка, зенит и решительная секунда! Сейчас, или никогда! В волнении я встал.

– Ваше Святейшество… ой! Я кажется, забыл вручить вам это скромное пожертвование, которое должен был бы вручить в самом начале! – я сделал вид, что только сейчас заметил и «вспомнил» о шкатулке под платком, сиротливо стоящей на краю стола, – Ваше Святейшество! Не побрезгуйте! Я готовил этот подарок от всего сердца!

И я сдернул платок.

Конечно, при ярком, дневном свете, эффект был бы более полным. Но и сейчас, в полутьме, можно честно признаться, что шкатулка завораживала взгляд. Хотелось смотреть и смотреть, вглядываясь в золотые завитки.

– Очень неплохо! – одобрил папа.

Мне пришлось наблюдать за ним самым краешком глаза, могу ошибаться, но… я не увидел в его глазах жадного блеска! У него не изменился голос, не дрогнули пальцы, не потянулись руки к заветной шкатулке… Ах, как жаль!.. Я на грани провала!

– Я позволил себе… не откажите в любезности…

Наверное, от растерянности, мой голос дрогнул. И я открыл крышку. Весёлые, озорные солнечные лучики резво брызнули во все стороны, наполняя довольно мрачную комнату ощущением чудес и сказки.

– Превосходно! – невольно повысил свою оценку папа, – Кто бы мог подумать, что Винченте Кириака может делать такие шедевры!

– А?! – оторопел я.

– Ну, вы же заказали эти вещи в ювелирной лавке Винченте Кириака? На улице Аргилет, возле форума Нервы? – как само собой разумеющееся, уточнил папа, и видя, что я впал в ступор, добродушно рассмеялся, – Дорогой мой! Если я знаю, что творится за тысячи километров, неужели что-то скроется от меня здесь, в Риме?.. Нет-нет, все римляне поголовно не являются моими информаторами… Всё гораздо проще. Получив очень большую выгоду, Винченте Кириака решил часть дохода пожертвовать храму. Это правильно и похвально. Вручая своё пожертвование, он разговорился с настоятелем храма и рассказал ему о выгодном заказе и своей работе. Заметьте: это не на исповеди! Это он просто так разговорился. И намекнул, что по его мнению, один из храмов скоро ожидает очень, очень большое пожертвование! Совершенно случайно на следующий день в этот храм зашёл один из моих кардиналов. По другому делу, но попутно он побеседовал с настоятелем и, в том числе, о скудости пожертвований после боевых действий. Настоятель тут же обрадовал кардинала, передав разговор с ювелиром. А уже кардинал счёл необходимым посвятить меня в этот разговор. И что же я вижу? Что богатое пожертвование предназначено не храму, а Святому Престолу? Впрочем, могу вас уверить, что все ценности будут употреблены наилучшим образом. Во благо матери нашей, Святой Церкви!

– Да-да, благодарю вас, Ваше Святейшество! – всё ещё ошеломлённо выдавил я из себя и спохватился, – Да! Я что хотел сказать? Обратите внимание: в этом ларце находятся очень драгоценные перстни. Очень! Но я ношу на пальце более скромный экземпляр.

– Скромность похвальна, – согласился папа, – К тому же, если вы, молодой человек, желаете стать крестоносцем – вы же желаете стать крестоносцем? – вы обязаны будете дать обеты. Обеты целомудрия, бедности и скромности. Было бы странно, дав обет бедности, носить на пальце перстень с алмазами…

– Вы всё правильно сказали, Ваше Святейшество, – склонил я голову, – Но я не поэтому… В конце концов, я мог бы во время произнесения обета снять перстень с пальца и подарить Ордену! Нет-нет, я ношу свой скромный перстень по одной единственной причине. Я обожаю рубины! Ах, Ваше Святейшество! Что это за камень! Я могу часами рассказывать легенды и истории, связанные с рубинами! Вы наверняка знаете – раз у вас везде информаторы! – что когда-то я был торговцем. Так вот: в том числе я торговал драгоценностями. И у меня сердце кровью обливалось, когда я вынужден был продавать рубины! Мне хотелось, чтобы все рубины принадлежали только мне, мне, мне!!! Это не грех жадности или жажда богатства, нет! Это восторг и упоение при виде чудеснейших созданий Божьих… Раньше я думал, что это создания природы, а теперь уверен, что это Божье создание! Ах, что за камень!

– Увы, но у меня осталось мало времени, – сухо напомнил папа.

– Да! Так, о чём я… А! О ставке на игру! Умоляю, Ваше Святейшество! – я встал на колени, – Умоляю! Позвольте взглянуть на те рубины, которые хранятся в вашей сокровищнице! Хоть одним глазком! Пусть не на все, а только именные – я думаю, они лучшие из лучших. Увидеть это чудо – и я навек буду счастливейшим из смертных! Мне не нужна вся сокровищница! Пусть всякие алмазы, сапфиры и жемчуга пылятся в отведённых им местах! Но рубины… Ах, Ваше Святейшество! Одно ваше слово – и я навеки ваш должник!

И плевать! – подумал я вдруг, – Если попадёт в руки волшебный рубин, я его прямо там и разобью! Возьму, вроде как, только в руках подержать, и разобью, выпустив магию в этот мир! А сам схвачу, что под руку подвернётся, хоть стул, взлечу повыше и – фьють в окошко! И пусть меня ищут! Эх, жаль я со скамеечкой тогда не потренировался! Но, ничего! Я уверен, получится! Что же папа отмалчивается?..

– Значит, рубины… – задумчиво повторил за мной папа, – Да ещё именные… Вот в чём беда, молодой человек, впрочем…

Папа взял со стола колокольчик и коротко звякнул.

– Слушаю, Ваше Святейшество… – чёрной тенью возник в проёме брат Франциско, с покорно сложенными внизу руками, и глядя в пол.

– Перечисли мне, какие именные рубины есть в моей сокровищнице, – приказал папа.

– Именные? – я увидел, что брат Франциско искренне удивился, – Но… таких нет! По крайней мере, в настоящее время. Есть именной карбункул, два именных сапфира… рубинов нет!

– А что ты вообще можешь сказать про именные рубины? Э-э-э… не все! А только те, которые когда-то лично видел? Иначе, это выйдет слишком длинный рассказ.

– Лично мне довелось видеть только три именных рубина, – послушно ответил брат Франциско, – Рубин Святой Бригитты. Около пяти лет назад, ваш предшественник, папа римский Иннокентий Седьмой изволил отправить его…

– Без подробностей! – быстро перебил папа, – Достаточно того, что рубина в сокровищнице теперь нет. Продолжай.

– Его нет не только в сокровищнице Святого Престола, его нет в сокровищнице Церкви вообще, – уточнил брат Франциско, – Папа Иннокентий Седьмой отправил его одному из королей. Не буду уточнять кому и по какой причине, если такова ваша воля. Второй именной рубин – это рубин Огненного Дракона. Его прислали из Китая…

– Я же просил, без подробностей! – поморщился папа.

– Я помню, – поклонился брат Франциск, – Он был отправлен из сокровищницы в… э-э-э… далеко. Ещё раньше, чуть ли не десять лет назад, папой Бонифацием Девятым. Третий именной рубин, который мне довелось увидеть, это Большой Рубин Крестоносцев. Но этот рубин никогда и не попадал в сокровищницу. Я просто видел его на пальце Великого магистра Конрада фон Юнгингена, когда тот посещал Рим. Конрад фон Юнгинген уехал, увозя с собой камень. Всё, Ваше Святейшество, других именных рубинов мне увидеть не довелось. Хотя я много слышал о них! Если желаете…

– Нет, не желаю! Можешь идти. Хотя… подожди!

Папа повернулся ко мне.

– Я специально ничего не стал говорить, предоставив слово брату Франциску. Чтобы ты не подумал, будто я что-то скрываю. Но, если ты настаиваешь, я прикажу Франциску показать тебе какие-то рубины из моей сокровищницы. В конце концов, я проиграл, а проигрыш надо платить. Желаешь?..

– Да, – уныло выдохнул я, – Желаю. Я же так люблю рубины…

Папа коротко хмыкнул. В его взгляде явственно читалось: «Врать не умеете, молодой человек!».

– Хорошо! – решил он наконец, – Брат Франциск! Проводи молодого человека к сокровищнице. Заодно отнесёте туда и эту шкатулку. Нет, внутрь заводить не надо! Пока шкатулку и её содержимое будут заносить в опись, зачитайте молодому человеку список предметов, содержащих рубины. Если молодой человек пожелает их осмотреть, я разрешаю вынести для осмотра любые два… нет, даже три предмета! После осмотра – вернуть на место! Я надеюсь, это будет достаточно в качестве проигрыша?

– Более чем! – печально заверил я.

Всё пошло прахом! Утопающий хватается за соломинку, и где-то в самой-самой глубине души я всё же надеялся, что случится чудо, что папа всё перепутал, что брат Франциск не присутствовал, когда Великий магистр отдавал перстень на хранение, что может быть, вот сейчас, зачитывая очередное название, брат Франциск удивлённо вскинет брови и воскликнет: «О! Большой Рубин Крестоносцев? А я и не знал!». Но нет, чуда не случилось. Брат Франциск скучно зачитывал про какие-то перстни, броши, подвески, заколки, все с рубинами или, по крайней мере, рубиновыми вставками. Постоянно мелькали слова: «звёздчатый рубин», «кабюшон», «восьмиугольная огранка», «форма сердца»… Только один раз мелькнуло «квадратной формы» и я встрепенулся, но нет, это были небольшие квадратные рубины, украшавшие какой-то ларец… На всякий случай, я попросил посмотреть этот ларец в числе ещё двух предметов, выбранных произвольно, просто потому, что камни там были достаточно большие. Нет. Не то.

– Передайте папе ещё раз мою глубочайшую благодарность… – буркнул я, когда осмотр закончился, – Полагаю, мои спутники уже покинули дворец? Аудиенция закончена?

– Конечно, – кивнул головой брат Франциско, – Давно уже! У папы день расписан по минутам! То, что тевтонским рыцарям продлили время приёма – это редкое чудо!

– Тогда покажите мне ближайший выход, чтобы мне не путаться в переходах, – попросил я.

– Охотно!

И меня вывели на улицу.

* * *

– Шарик! – обрадовался я, увидев своего друга, возле которого с опаской стоял какой-то монах.

Конь весело ржанул и бросившись ко мне, бодро боднул лбом в плечо.

– Ну и зверь у вас! – восхищённо пробормотал монашек, – Когда ваши уезжали, мне наказали постеречь оставшегося коня… Ага! Как же! Постережёшь такого! Чуть руку по самый локоть не отхватил! Можно сказать, что это он меня стерёг, а не я его!

– Это он может, – согласился я, – Чтобы руку по самый локоть… Благодарю тебя, брат…

– Антонио. Не нужно благодарности, синьор! Это был мой долг. Да пребудет с вами милость Божья, синьор!

И монашек заторопился в тень Латеранского дворца.

– Ну, что, дружище? – обнял я коня за шею, – Ничего-то у нас не вышло! Можно сказать, столько копыт мы с тобой истоптали – и всё впустую.

– Фыр-р! – ответил Шарик.

– Ты думаешь? – переспросил я, – Ты в самом деле думаешь, что это пустяки?

– Фыр-р! – повторил Шарик.

– О, да! – согласился я, – Мы не успокоимся! Нас ещё ждут далёкие путешествия и удивительные приключения. Нам с тобой ещё придётся пройти через смертельные опасности, коварные ловушки и дьявольские искушения. Папа римский нам не помог, значит, нам поможет папа авиньонский! Наш путь лежит в Авиньон, дружище!

– Фыр-р! – подбодрил меня Шарик.

Очень большое авторское послесловие

Хорошо написанные исторические романы стоят лучших курсов истории.

Оноре де Бальзак.

Одна из типовых квартир, наши дни.

– Говори! – отрывисто приказал худощавый, лысеющий мужчина, развалившийся в кресле-качалке.

– А почему я, почему я?! – забормотал второй, с пухлыми, розовыми щёчками, сидевший за столом перед ноутбуком.

– Потому что у меня трубка во рту! – парировал первый, доставая трубку из кармана, – Как же я буду с трубкой во рту разговаривать? И вообще, что за вечная привычка прятаться за мою спину? Говори!..

– А я скажу! – внезапно подпрыгнул из-за стола полненький, – Я всё скажу!

– Вот и говори… – проворчал первый, принимаясь набивать трубку каким-то особо мерзким сортом табака.

– Кхе-кхе! – смущённо откашлялся Фунтик, (вы, наверное, уже догадались, что это был именно он), – Кхе-кхе! Дорогие читатели! Любимые подписчики! И все-все-все, кто неравнодушен к нашему творчеству! Друзья мои! Я опечален…

– Ага, повтори ещё старую-престарую рекламу водки «Распутин»… – мрачно подсказал Гарик, чиркая спичками.

– Но я в самом деле опечален! Точнее, мы опечалены… Искренне и честно, авторы признают, что наша последняя авантюра успехом не увенчалась. Увы… Мы объяснимся.

Мы не зря в наше послесловие вынесли такой эпиграф, что хорошая книга сродни курсу истории. Это нас и погубило! Нельзя объять необъятное, нельзя впихнуть невпихуемое, нельзя рассказать всю историю Средневековья на страницах приключенческой книги! А мы попытались. И вот, закономерно – конфуз!

Приведу пример. Когда художник рисует картину, он никогда – подчёркиваю: НИКОГДА – не использует всю палитру красок. Это попросту запрещено художественными канонами! Выбирается определённая краска и картина рисуется именно в этом тоне. Ну, может, отдельные яркие мазки другой краски, только для того, чтобы подчеркнуть краску остальную, или выделить в картине главное. Сейчас мы ясно видим, что в нашей картине всё получилось настолько пёстрым, что не разобрать ни главного, ни второстепенного, ни вообще, чего-то связного и целого. А почему?..

– Почему? – Гарик пыхнул клубом дыма и откинулся на спинку, прикрыв глаза.

– А потому, что мы пошли на поводу своих эмоций! – торжествующе откликнулся Фунтик, – Нам так хотелось поделиться с читателями всеми интересными и любопытными фактами жизни Средневековья, что мы включали эти самые факты и куда можно и куда нельзя. Подумать только! Казалось бы, кульминационный момент, беседа нашего героя с папой римским, папа предлагает Андреасу сладкую жизнь под его крылышком, герой, движимый чувством долга, отказывается… а мы и тут умудряемся упомянуть о том, что раньше ферзь был самой слабой из фигур, а кроме того, в славянских государствах был «ферзь всяческая». Интересно? Да. Любопытно? Да. Нужно ли было включать? Ни за что!!!

Фунтик тяжело перевёл дух. Гарик задумчиво пустил тонкую струйку под потолок.

– Авторы готовы признаться, – неуверенным голосом продолжал Фунтик, – что приступая к подготовке книги, мы набросали некий черновичок… сценарий… э-э-э…

– Скелетный план, – сухо подсказал Гарик.

– Да. Скелетный план. Где приблизительно прикинули, о чём мы будем писать в каждой главе. Вот тут герой попадёт в новый для него мир, вот тут познакомится с главной героиней, тут мы покажем героиню за работой, тут у героя случится первое потрясение, когда он поймёт, как именно учит волшебству своих владельцев волшебный перстень… ну, думаю, читатели понимают. Так вот, общий объём книги планировался примерно от тридцати до тридцати пяти глав. А заканчивалась книга…

– Кхм! – предостерегающе кашлянул Гарик.

– А? – удивлённо взглянул на него друг, – А! Ну, в смысле, эпизод с папой римским планировался примерно в середине книги, где-то на восемнадцатой главе. А вовсе не на шестьдесят второй, как получилось фактически. А дальше в книге должно было идти развитие сюжета как герой съездил к авиньонскому папе. Но… Проклятый эпиграф! Проклятое желание объять необъятное!

Ах, как нам хотелось показать более живым и зримым мир Средневековья! А он, надо заметить, совсем не такой, как его показывают в подавляющем большинстве книг и фильмов! Что мы видим в фильмах? Грязь, серость, уныние, свирепый оскал феодализма, бесконечные и бессмысленные войны всех против всех, убожество и повальную неграмотность, нищее и забитое население, для которых единственным и любимым развлечением было сожжение ведьм святой инквизицией… А так ли было на самом деле?

И так и не так. Причём, в большинстве случаев – не так! Люди всегда остаются людьми. Люди всегда стараются украсить и устроить свой быт. Поглядите на старые вещи в любом музее! Да, на обычной расчёске вы увидите рисунок! Или нарисованный, или искусно вырезанный. Посмотрите, как тщательно изукрашены окна наличниками! Казалось бы, какие ещё наличники, когда помещик может тебя в любой момент со свету сжить, но нет! В человеке всегда была, есть и будет тяга к прекрасному. И так в любой мелочи. А потому, если бы вы, любезный читатель, и в самом деле оказались в Средневековье, многое стало бы для вас сюрпризом! Удобные, красочные одежды, чисто отмытые лица, постриженные волосы и завитые усы, шутки и смех по вечерам, в каком-нибудь кабачке, любопытные и познавательные рассказы о дальних странах… Да-да! Средневековые люди очень многое знали о дальних, заморских странах! А если взять социальный слой на ступеньку повыше, то там и уровень образования другой, и отношение к жизни другое. В ходу честь, благородство, рыцарство… По крайней мене в том виде, в каком её понимали сами рыцари. И это не считалось пустыми словами. За фамильную честь люди готовы были отдать жизнь! Не задумываясь! Ещё на ступень выше – и вот, мы видим, как украшаются замки. Скульптуры, фамильные портреты, художественные полотна… Даже золотая цепь на шее, не просто измеряется толщиной цепи, но и тем, насколько искусно она сделана, и какая подвеска на этой цепи болтается.

Были ли мерзавцы и негодяи? Были. С одной, очень важной, оговоркой: были мерзавцы, которые и в Средние века считались мерзавцами, а были мерзавцы, которые сейчас считаются мерзавцами, а в Средние века таковыми не считались. А сейчас считаются, просто потому, что нормы морали поменялись. Пример? Ну-у… Одна женщина колдовством извела корову-кормилицу своей соседки, за что колдунью утопили. Варварство и мракобесие? Да, но это с нашей, цивилизованной точки зрения. С точки зрения средневековых жителей – колдунье досталось поделом. А не вреди добрым людям! Тем более, что дело разбирал суд, то есть, специально подготовленные и обученные люди. У них ума-то, чай, побольше нашего будет? Вот то-то!

Грязь? Да, была грязь. Люди просто не знали такого слова: канализация. Но, заметьте: в каждом городе были люди, которые каждый день занимались очисткой улиц от нечистот и вывозили отходы подальше от городских стен.

Чума, холера? Да, были эпидемии, порой уносящие миллионы жизней. Но люди не имели микроскопа и попросту не понимали, что такое гигиена и для чего она нужна. Потому и врачи мыли руки не до операции, а после. Разве можно винить людей за то, чего они не знают? Тем более, святые отцы совершенно серьёзно уверяли прихожан, что болезни не от микробов, а «за грехи наши»… Простите великодушно, но и в нашем цивильном обществе, нет-нет, а вспыхивают, то свиной грипп, то куриный, то лихорадка Эбола, а то вообще, пандемия с коронавирусом… Чего же вы хотите от Средневековья?!

Нищета, голод? Было. Бродили по городам побирушки, сидели нищие и увечные у церковной паперти, выклянчивая подаяние. Но чаще всего это было после разорительных войн, когда люди теряли средства к существованию… Если же никаких подобных катаклизмов не случалось, то большинство жителей жили достаточно обеспечено. Загляните на средневековую ярмарку! У вас глаза разбегутся и рот сам собой откроется! Вы будете настолько ошарашены, что не заметите, как у вас кошелёк срежут! Вот так то!

Войны? Были и войны, как не быть… Как раз в описываемый нами период, длилась война, которую впоследствии назовут Столетней войной. Точнее, в описываемое время в этой Столетней войне была очередная, вторая по счёту, передышка. А Столетняя война имела глобальные последствия! Но, как дал определение один из классиков: «Война есть продолжение политики господствующих классов иными, а именно насильственными средствами». Ещё раз: войны были не потому, что люди были какими-то дикими и кровожадными, а потому что такова была политика феодальной верхушки. А вы думаете, в наше время причины войн и конфликтов изменились? Хе! Впрочем, это выходит за рамки нашей истории.

Отдельно хотелось бы сказать несколько слов о религии. Наука философия на вопрос о существовании Бога отвечает, что нет и не может быть однозначного, обоснованного ответа ни о том, что Бог есть, ни о том, что Его нету. Верить или не верить в существование Божие – каждый выбирает самостоятельно и авторы никому не собираются навязывать своего мнения. Но это касается только самого факта существования или не существования Бога. А вот каждая из конкретных религий, безапелляционно утверждающая, что Бог именно такой, как в их святых книгах описано… тут у авторов есть вопросы! Те самые вопросы, которые наш герой задаёт нашей героине. И это только начало! Дальше вопросы будут сложнее.

Могли ли мы обойтись без темы религии и этих каверзных вопросов? Нет не могли. В описываемый период без религии не могло обойтись НИЧЕГО. А значит, авторы просто не могли обойти эту тему. А значит, у нас есть вопросы!

Но даже Церковь, с её тотальной слежкой и тотальной системой запретов всего и вся, от игры в шашки и уличных театров, до жёсткой регламентации сексуальных поз, одобренных или не одобренных Святым Престолом, не могла убить в человеке человеческое! Сомневаетесь?

А теперь обратите внимание на университеты! Где помимо Слова Божия преподавались и философия, и математика, и механика, и астрономия, и другие дисциплины! А теперь задумайтесь над техническим прогрессом! А теперь посчитайте, сколько времени осталось до Ренессанса, встряхнувшего всю Европу, да и весь мир тоже, и в корне изменившего понятия нравственности и чести!

И вот авторы, пытаясь объять необъятное… впрочем, я повторяюсь…

– А ты не кипятись! – отстранённо посоветовал Гарик, выколачивая трубку и прочищая её специальным ёршиком, – Ты больше по делу!

– По делу… Хм! Если по делу, то можно сказать так: если бы авторы имели эту книгу не в Интернете, а в черновиках, и только собирались бы выкладывать её для читателей, то мы бы её нещадно искромсали! Как Микеланджело Буонарроти, который отсекал от камня всё лишнее. В крайнем случае, отправили бы нашего героя на ярмарку или на турнир, где он в течении одной главы познакомился бы и с искусствами и с ремёслами и вообще, с миром Средневековья.

Сделают ли авторы что-то подобное сейчас? Нет, не сделают. С одной стороны, это было бы не совсем честно по отношению к тем читателям, которые отважно продирались через дебри нашего словотворчества…

– Словоблудия! – не удержался Гарик.

– Словотворчества! – твёрдо повторил Фунтик, – Я настаиваю! А потом они увидят, что две трети книги благополучно испарились? Может, книга и похорошела… Но где же те любопытные мелочи, которые они раньше видели? Теперь их нет! Одно дело, если бы их изначально не было. Не было бы и вопросов. Но они были! Кто убрал? Авторы? Линчевать авторов! Ату их, ату! А кроме того, авторам искренне жаль своего времени, которые они потратят на исправление проекта, вместо того, чтобы собраться с силами и написать что-то новое!

– Всё?.. – подозрительным тоном уточнил Гарик.

– Ну-у…

– Выкладывай!

– А, чего там! – Фунтик решительно махнул в воздухе пухленькой ладошкой, – Раз пошла такая пьянка – то всю душу наизнанку! Признаваться, так признаваться!

Была у авторов затея… мечта… идея…

– Внятнее!

– Был у авторов проект, – сосредоточился Фунтик, – Который сами авторы считали важным. Важным и… сложным. Рабочее название проекта – «Нейтрализатор». И там наш будущий герой должен попадать в важные, переломные моменты русской истории, нейтрализуя всевозможные провокации наших недругов. И, хотя дело происходит в виртуальном пространстве, но исторические реальности там воссозданы до мелочей и сам герой считает свою работу очень важной. Чтобы не говорили враги, что победы русского оружия одерживал «генерал Мороз», а не талант полководцев. Чтобы не насмехались над историей нашей страны.

Проект «Рубины…» авторы считали, своего рода, подготовкой к такой большой и сложной работе. И теперь видят: мы провалили собственный экзамен. Мы увязли в мелочах, в обилии любопытных, но бесполезных сведений, мы погрязли в потоке информации… То есть, мы не готовы к проекту «Нейтрализатор». Увы! Ну, что ж, будем тренироваться на кошк… в смысле, будем писать что-то более лёгкое и простое. Про ведьму на болоте, к примеру! Как она хитрых и подлых кикимор гоняет. Чем не сюжет?..

И вот теперь… Подожди! Ты что, опять закуриваешь?..

– Тут не то что закуришь – запьёшь! – неприязненно буркнул Гарик, – Я может, тоже… переживаю!

– Ты?!! – до глубины души проняло Фунтика, – Переживаешь?!

Вместо ответа, Гарик нервно пыхнул целый клуб ядовитого табачного дыма.

– Дружище, подожди! – растерянно забормотал Фунтик, – А может… а может мы оба не правы? Ну, помнишь?.. Ещё в самом начале этого проекта мы обращались к читателям, мол, не прекратить ли нам этот проект, не слишком ли нудно он выходит? Потому что читатели молчали? А потом выяснилось, что читатели вполне довольны… Потому и молчали, что всё их устраивало. Ну, помнишь?! Так может, мы зря себя накручиваем?! А?.. Может, читателям нравятся наши «любопытности» из Средневековья? А ты себе сердце рвёшь? Мы себе сердца рвём…

Гарик неожиданно встал с кресла-качалки. Отложил в сторону дымящуюся трубку. Фунтик побледнел. Такого от своего друга он не ожидал ни при каких обстоятельствах!

– Дорогие читатели! – глухо начал Гарик, – Дорогие подписчики!

Ни один автор не в силах предсказать реакцию читателей на новую книгу. Просто потому, что когда автор пишет, у него в голове одни образы, а когда читатель читает, в голове у читателя – другие. От этого и разное восприятие текста. Мы разные, и образы у нас в головах разные. И это хорошо. Но это ещё и сложно. Для нас, авторов.

Дорогие друзья! Мы, авторы, просим вас откликнуться. Напишите нам, желаете ли вы продолжения этой истории? Насколько вам интересно, что произошло дальше с нашими героями? Насколько интересно узнать, вышло ли что-нибудь, а если вышло, то что именно, у юноши Андреаса, такого верного клятве, данной две тысячи лет назад? Насколько вам интересна судьба девушки Катерины, которая мечтала покинуть этот суетный мир, скрывшись в монастыре, но теперь, после бесед с Андреасом, её душа полна сомнений в правильности принятого решения, потому что парень задал вопросы, у которых такие неоднозначные ответы!

Мы не просим у вас многого. Но, каждый из вас может черкнуть нам два-три слова! И только на основании ваших ответов мы будем решать, продолжать ли нам историю про рубины, или переключиться на другие проекты. А этот… может, вообще удалим с платформы к энтой матери!..

– Хорошо сказал! – одобрил Фунтик, – Кратко и точно!

– Вот видишь? – покосился на него Гарик, – Я тут за тебя отдуваюсь, а ты мне… даже чашечки кофе… и не подумал… Эх ты! А ещё друг!

– Сейчас-сейчас! – заторопился Фунтик, – Сей момент!

Но, когда Гарик схватил полупогасшую трубку и принялся нервно её раскуривать, Фунтик искоса взглянул на друга и опять повернулся к читателям.

– Друзья мои! – почти шёпотом произнёс он, складывая пухлые ладошки у груди, – Я Гарика таким первый раз вижу! Я вас очень-очень прошу: черкните пару слов! Нам не так важно, будет ли ваша оценка положительной. Нам гораздо важнее просто знать, что вы нас слышите, читаете и переживаете вместе с нами. Без вас мы на распутье и не можем выбрать правильный путь. Только вы, читатели – наша путеводная звезда!

Напишите пару слов, ну что вам, трудно, что ли?..