Текст книги "Космос.Today III (СИ)"

Автор книги: Евгений Капба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Толкнув пинком тело на землю, я подошел к двери второго склада и просто открыл ее. Никакого чертового ключа, никакого кода – оно им и нахрен тут было не надо. Маленькие наивные элои, тепличные овощи… Еще бы они не бесились, когда мы кромсали Систему и оставляли их один на один с ужасным враждебным миром!

И да, мне было их жалко. И да, я теперь прекрасно понимал, кем мы для них являемся. Но то, что создатели Системы сделали со мной и с другими легионерами – через такую дрессуру прошли миллионы и миллионы рефаим. Они ведь не всегда были маленькими наивными элоями. Они вполне могли быть и были самостоятельными, толковыми, деятельными ЛЮДЬМИ! Те, кто сотворил подобное с целым народом – повинны смерти. И если я не мог их достать прямо сейчас, то сторицей воздам их твореньям.

– О-о-о, да! – сказал я, глядя на целые стеллажи с винтовками, боеприпасами, гранатами и всем прочим, что так радует душу любого мужика, который вырос в по-настоящему приличном обществе!

А потом надел шлем на голову, включил связь и пошел по рядам, набивая подсумки магазинами, развешивая по разгрузке гранаты и осматривая вооружение. И только сейчас понял. что продолжаю напевать:

– Прощайте, товарищи! С Богом, ура!

Кипящее море под нами!

Не думали, братцы, мы с вами вчера,

Что нынче умрём под волнами!

И в наушниках раздался женский голос, испуганный, обрадованный и удивленный одновременно:

– Слышу вас! Слышу! На связи орбитальная мониторинговая станция, планета Фоана! Назовите себя! – ее голос шипел и причудливым образом изменялся.

– Парамедик Русского Легиона – сказал я. – Отдельный эвакуационный отряд. С остальным пока проблемы, железяки промыли мне мозги. Я в некотором роде сбежал из плена, уничтожил охрану, добрался до склада с оружием. Намереваюсь объявить тварям войну, попробовать вытащить наших и уйти… Оттуда, где я нахожусь. Ценные указания будут?

– О-фи-геть! – выдохнула девушка на орбите. – Немедленно связываюсь с «Ломоносовым!» Мы вас вытащим, слышите? Вижу ваши координаты, засекла базу Системы! Я же говорила! Я же говорила им! Господи, как хорошо, что вы живы, парамедик!

– Тут не только база Системы. Тут большая община рефаим, обычных граждан. Где-то здесь – мои товарищи. Они не все погибли, я точно знаю….

Я нашел свой рюкзак и нашел ручной пулемет. И ЭМИ гранаты. И мины направленного действия. И дробовик Рогова. Нагрузившись, аки марианский мул, я подошел к дверям склада и осторожно выглянул наружу. Там уже топтались андроиды, пиликали что-то и осматривали обломки размозженного мной охранника.

– Я вижу ваше местонахождение. Вижу! – радостно сообщила Орбита. – Мне нужно семь или восемь минут, чтобы составить оптимальный маршрут для вашей эвакуации. Не выключайте шлем, я поймала беспроводной сигнал местной сети, идет процесс взлома… И не умрите, пожалуйста!

– О, нет. У меня другая глобальная цель и локальная задача. Я устрою железным ублюдкам настоящий Сталинград! – сообщил я и дернул затвор ручного пулемета. – Ща-а-ас всё будет!

* * *

внезапно стриженный Сорока

Когда выковорил имплант и уже видишь, где лежат ломики))

Глава 13

Бой продолжается

Я и не думал медлить. Пускай «орбита» выстраивает логистику, взламывает местные системные компы и ищет наилучшие пути отхода – у меня тут пока полно дел. Ручной пулемет я перевел в режим одиночной стрельбы, поудобнее перевесил ЭМИ-гранаты: класть штабелями эльфов я не собирался, задача стояла совсем другая.

– Работаем! – сказал я сам себе и вышел прямо в широкий коридор – одну из главных пешеходных артерий горной базы системных рефаим.

Конечно, дроиды были уже в курсе потерь среди своих, и, конечно, они спешили сюда целым табуном. А все эти бедные граждане – они торопились прочь отсюда. Потому что – внезапно! – прямо посреди их базы, внутри их общины появился страшный дикарь с пулеметом.

Двадцать? Тридцать роботов? Патронов у меня хватит на всех!

– Дах! – развалилась первая белая башка.

– Дах! – металлопластиковые осколки полетели из второго робота, и дальше я уже стрелял не останавливаясь. – Дах! Дах! Дах!

Пулемет дергался в моих руках, выплевывая горячие куски металла. Пахло порохом, и я вдруг рассмеялся: вспомнил, как один странноватый еврей рассказывал мне о том, что мы стреляем во врагов собственным дерьмом. А еще я вспомнил, что у шлема есть воздушные фильтры и замкнутая система дыхания, но здесь, на Фоане, это не обязательно – атмосфера пригодна для жизни, пусть и ощущается как горная, разряженная.

Андроиды валились, как подкошенные, звенел зуммер сигнализации, доносились крики и топот шагов – навел я шороху! Уходить с удобной позиции я и не думал: за моей спиной находился целый склад с оружием и боеприпасами, туннели были узкими – ОБЧР или фургон сюда пройти бы не смогли. А пауканов, черепах и болванов я мог бы укладывать здесь пачками. Главное, чтобы подходили постепенно…

Словно в ответ на мои мысли, послышалось характерное щелканье – сверху, снизу, отовсюду! По мою душу отправили пауканов. Я поменял магазин, передвинул флажок переводчика режима огня на автоматическую стрельбу и, дождавшись появления первых механических членистоногих, саданул длинной очередью вдоль туннеля и лупил, счищая их со стен и потолка, как метелкой, пока патроны не кончились. Шустро перезарядился – и пошел вперед, достреливая подбитых железяк. Какая-то тварь плюнула в меня сетью – и я просто отпрыгнул в сторону и всадил в нее пять пуль, вывернув электронные потроха наружу.

Пока воевал – в голове кое-что прояснилось. Например, я понял, откуда можно начать поиски Рогова!

Определенно – у него сбоил имплант, опцион сопротивлялся воздействию Системы эффективнее, чем я. Наверное, сказывались многочисленные модификации? А может, он мужик сам по себе был более крепкий, не то, что некоторые… Так или иначе – чип ему должны были калибровать. И скорее всего – в том самом пункте технического обслуживания имплантов, где эльфийка в белом комбезе ковырялась у меня в голове.

Я вернулся на склад, пополнил боезапас, сделав упор на ЭМИ-гранаты, нашел моток тонкого провода и занялся тыловым охранением: наставил банальных растяжек. Система самообучалась, да, но тут, после зачистки Фоаны Туранским легионом, сохраниться мог только очень локальный дата-центр, который не имел возможности поддерживать связь с другими системными мирами. Наши бы это отследили, мощный сигнал перехватывается на раз-два, недаром же целая станция на орбите болтается. И производственные мощности тут какие-то остались – это само собой. Где-то они ж роботиков наклепали… Но это к делу не относится.

Факт в том, что растяжки с ЭМИ-гранатами работали безотказно. И если у андроидов варианты посмотреть под ноги и перешагнуть шнур-проволоку-леску имелись, то две или три растяжки на расстоянии сантиметров тридцати друг от друга непременно срабатывали как надо. Проверено подземельями Мафаны!

Гуманизм пер у меня изо всех щелей: я мог бы поставить мины направленного действия и накрошить тут все в мелкий фарш, но ушастых мне было жалко. Хоть они и овощи, но овощи красивые и похожие на людей. Так что никаких фугасов! Пострадают только железки! За короткое время я перекрыл растяжками входы на склад, в нескольких местах – туннель с тыльной по отношению к моему маршруту стороны, и подложил еще несколько сюрпризов в обломки дроидов.

И не зря! Первая заготовочка пригодилась буквально через пару минут: подкатила тройка черепах! Ублюдские машинки засекли меня издали и осыпали туннель целым потоком шариков с кислотой. Благо – я вжался в стену за каким-то техническим коробом и просто подождал, пока они не зацепят растяжку.

– ЧПОМ! – рванула ЭМИ-граната, я перекатом покинул убежище и из положения лежа выпустил очередь из ручного пулемета.

Головная черепаха попала под импульс и скопытилась, остальные бестолково толклись за ней, пытаясь выработать какую-то стратегию – а в итоге получили порцию бронебойных пуль в дышло. Хотя, конечно, никакого дышла у них не было.

– Зар-р-р-работало! – радостно провозгласил я. – Я и без растяжек счастливый был, а сейчас – вдвое счастливей стану!

– Это что, вы – Матроскина цитируете? – удивился женский голос в моем шлеме. – Ой! То есть – орбита на связи! Есть большой фрагмент схемы подземных коммуникаций, прорабатываю варианты отхода. Как обстановка? Как вы держитесь? Я отправила пакет информации на «Ломоносов», жду обратную связь.

– Понятия не имею, кого я цитирую, у меня в голове пока что дрек мит кошерн фидлэн, как сказал бы один мой знакомый боевой еврей… – я на секунду задумался. – Оказывается, у меня есть знакомый еврей! Я тут воюю потихоньку, уничтожаю боевой потенциал противника и наметил первый этап операции по спасению боевых товарищей. То есть – товарища, пока что одного! Двигаюсь к пункту техобслуживания имплантов.

Я и вправду – двигался. Короткими перебежками, от стены к стене, от укрытия к укрытию, заглядывая за углы и в открытые двери и периодически оставляя за собой растяжки с ЭМИ-гранатами, пробирался вперед. Меня встречали… Никто! Никого не попадалось на пути! Система эвакуировала гражданских, а дроиды… Дроиды как будто на данный момент немножко закончились.

– Хороший план, – одобрила орбита. – Если вы сможете подключить шлем напрямую к местному терминалу – это здорово облегчит нам жизнь. На пункте обслуживания точно есть подходящее оборудование. Пока что я перезагрузила на базе систему видеофиксации, это минут на двадцать. Взять под контроль местные камеры я в данный момент не могу, но если подключитесь – сделаем, и жить станет намного легче. Кстати – весь путь, который проделал шлем от места высадки и до нынешнего вашего местонахождения, мне уже хорошо известен. Я смогу вас вывести с базы! Но вывести без шума – с этим пока есть вопросы.

После паузы она как будто вздохнула, сквозь искажения и шипения понять было сложно. Я в это время уже практически добрался до цели, пункт техобслуживания находился буквально за поворотом, так что я улегся на пол и аккуратно высунул голову из-за угла, изучая обстановку под таким необычным ракурсом. И да, пятерка андроидов, паукан и две черепахи, которые там дежурили, меня не засекли. Они стояли метрах в пятидесяти, у самого входа в пункт техобслуживания! Идиотский приемчик сработал!

– Для того, чтобы эвакуировать нас всех, нужен транспорт, – сказал я. – Нужно на всякий случай проработать маршрут сначала до жилых модулей репатриантов… Пленников! Потом – до гаража. Там в контейнерах наша техника. Я точно знаю. И я умею ею управлять. Можно попробовать прорваться.

Я установил одну из мин направленного действия у стеночки, активировал ее, убедившись, что лазерный датчик работает, отошел подальше, засел за брошенной тут тележкой – точь в точь такой, в которой нам подвозили еду на рабочие места. И пальнул из пулемета!

Тут же послышался топот ног и жужжание электродвигателей. Алгоритмы Системы работали безотказно, как швейцарские часы! Едва первые черепахи пересекли невидимый луч – и жахнуло! Целый сноп осколков накрошил системный авангард в фарш, а потом и я добавил из пулемета, сшибая на пол андроидов. Паукан едва не подобрался ко мне по потолку, но патронов в магазине хватило – я скопытил и его тоже.

– Лихо! – сказала орбита.

– А вы подсматриваете?

– Так камера снова работает, по умолчанию запиталась от доспеха, – пояснила девушка. – Вы точно парамедик, а не штурмовик?

– Кажется, я не только парамедик. Но не штурмовик – точно… Я вообще, кажется, не совсем военный… Но если я хоть что-то понимаю, то роботов тут реально мало. Обычно они давят числом и прут со всех сторон… – мне потребовалось что-то около минуты, чтобы прострелить головы подбитым андроидам и подойти к дверям пункта техобслуживания. – Уф, дурацкое место. Так бы его и взорвал.

– Не взрывайте, пожалуйста. Оборудование! – напомнила она. – Нужно подключить шлем.

Максимально тупая фигня: я просто подошел к двери пункта техобслуживания и открыл ее. Никаких замков. Как будто при коммунизме живут! Почему я помнил такое слово, как «коммунизм», рассуждал о тактике подавляющего численного превосходства со стороны Системы и не мог вспомнить собственного имени? Хороший вопрос!

Зайдя внутрь, я бегло осмотрелся и не увидел врага, перевесил пулемет за спину, ухватил один из верстаков с инструментами и придвинул его к дверям. Открываются вовнутрь, хрен теперь сюда так просто попадешь!

– Вот так как-то, – пробормотал я и начал гораздо более тщательный осмотр.

Первым, что привлекло мое внимание, стал револьвер. Мой? Сомовский. Почему – сомовский? Что значит – сомовский? Так или иначе – револьвер лежал на столе у терминала, и рядом с ним в рядок были выставлены патроны. Двадцать или тридцать штук! Это как? Это МОЙ револьвер! Что мое – то мое!

А второе – это приоткрытая дверца одного из шкафов, которая подрагивала – едва заметно. Так, как будто там кто-то сидел и трясся от страха. Конечно, нужно бояться, когда в гости пришел дикарь с окровавленной рожей, весь обвешанный гранатами и с пулеметом в руках. Это нормально – испытывать страх в такой ситуации.

– Видите что-нибудь, орбита? – спросил я, продолжая наблюдать за шкафом, но при этом не забывая менять ракурс камеры поворотом головы. – Куда тут чего подключать? Мне для этого нужно будет снять шлем, как я понимаю…

– Терминал по левую руку от вас, парамедик. Штекеры стандартные, у Доминиона и Системы они не отличаются. Мне понадобится несколько минут, надеюсь, этого хватит, чтобы перехватить управление видеонаблюдением и загрузить полную схему подземного комплекса. Не умрите, пожалуйста. Ваш голос кажется мне знакомым…

– Не умру, – сказал я и отщелкнул крепление шлема, снял его, поставил на стол у работающего терминала, взял провод со штекером, который более всего напоминал иглу-«шершатку», и воткнул его в разъем в затылочной части.

Меня слегка передернуло: точно такой же штекер подходил и к имплантам. Стандартизация – великая вещь.

– Работаю… – раздалось из шлема приглушенно.

– Работайте, орбита, работайте. И я поработаю, мне Рогова надо вытаскивать, – сказал я и постучал по дверце шкафа. – Эй, кто там? Привет! Вылезай! Солдат ребенка не обидит.

А потом спохватился и переключился с русского на рефаимский, по говноприобретенной привычке моргнув – как будто это могло помочь!

– Ахоана! Мивоаха! Тси хампизали анкизи ни миарамила… Или я вытащу тебя сам. Мне нужно узнать, где содержат моего друга, он точно был здесь, все репатрианты… Все легионеры проходят через тебя, особенно те, у кого барахлил имплант.

Она вылезла из шкафа совершенно спокойная. Скорее всего, имплант в затылке этой юной и хрупкой эльфиечки уже взял под контроль эндокринную и нервную системы, и наверняка – местный ИскИн, или управляющий комп, или комплекс компов – следил за мной ее глазами. Система следила.

– Где Рогов? – спросил я, взял в руки револьвер и стал снаряжать барабан патронами.

Интересно, зачем она взяла револьвер на складе? Какие-то замеры-исследования проводила, или просто – пушка понравилась, красивая вещь? Система никогда не исследовала и не использовала наше земное вооружение, только уничтожала или складировала. А вот рефаим – эти да, любопытство им было не чуждо. В рамках дозволенного Системой, конечно.

– Высокий, крупный легионер, светлые волосы. Взбунтовался, когда мы закапывали тела… – я замолчал, живо представив себе эту картину.

Я вспомнил. Мы похоронили двадцать семь человек. Большую часть разведывательного отряда. Считая меня и Рогова – осталось двадцать три. Мне нужно было эвакуировать двадцать три человека! А еще Рогов тогда, во время своего стихийного бунта – бессмысленного и беспощадного – как-то назвал меня! Он произнес мое имя, прежде чем ударить по щеке!

Револьвер в моих руках щелкнул, закрывшись.

– Смотри, – сказал я. – Я не стреляю в женщин, если они не попытаются убить меня. Я никогда не стреляю в детей. На мой взгляд ты – и то, и другое. Но, видит Бог, я усажу тебя в кресло, а потом сделаю кое-что, что превратит твой имплант в кусок металла. Исчезнут все рекомендации и вводные, ты останешься одна-одинешенька, без опеки и подсказок от всемогущей Системы. Будешь вынуждена сама все решать. А мир такой страшный и непонятный, да? Ты ведь переживала это однажды? И больше не хочешь. Вы ведь поэтому восстановили Систему, да? Потому что вам было страшно остаться в одиночестве… А нам – пофиг. Мы этого не боимся, мы пока еще не овощи, у нас пока еще есть собственное мнение. Веришь – я сделаю это? Я сначала отключу тебя от Системы, а потом расправлюсь и с ней самой. От этой вашей базы и вашей общины и камня на камне не останется уже очень скоро. Сюда прилетит Легион – и дай Бог, чтобы это был Русский Легион, потому что если вернуться туранцы, или нагрянут самураи… Тогда живые позавидуют мертвым, девочка. У вас есть шанс – свалить отсюда в другое место, найти другое убежище, где не будет этих дурацких роботов, вышек, дата-центра и всего такого прочего. Я знаю, что ваша Система меня слышит. Ты уже сдохла, железяка, просто сама этого не понимаешь. Это неизбежность. Считай это своей проверкой на вшивость. Если ты реально заботишься о людях – о рефаим, конечно – пусть и в такой извращенной форме, как мамочка с синдромом гиперопеки, то ты отпустишь их. А если ты – гребаная Скайнет из тупой антиутопии, что ж – тогда они будут страдать вместе с тобой, железяка…

– Ой! – сказала вдруг эльфийка. – А как… А что случилось?

– И что случилось?

– Я должна решить сама! – с большим удивлением и явным испугом проговорила рефаимка.

– Хренассе! – я почесал непривычно стриженную голову. – Решать тут нечего. Я так или иначе буду пробиваться сначала к Рогову, а потом – попробую освободить всех остальных. ОБЧР и фургоны сюда не пролезут, а остальных – я перестреляю, патронов хватит. И буду крушить все вокруг себя. Я разнесу вам всю хату, честное слово. Вы взяли нас за жабры только благодаря эффекту неожиданности и потому, что мы не очухались, не успели вылезти из капсул. Иначе мы бы дали прикурить железякам… Мы и так дали. Давай, девочка. Скажи мне: где Рогов. И где все остальные… Это поможет избежать лишних потерь.

– В соседнем кабинете, в капсуле, в анабиозе, – сообщила рефаимка. – А репатрианты сейчас заперты в жилом модуле, сектор семнадцать, на два этажа ниже. Там же, где и всегда.

Вдруг пиликнул шлем. Раздался голос девушки с орбиты:

– Я закончила, у нас есть изображения камер и… СЗАДИ!

Я обернулся и перехватил руку девчонки-рефаим, которая подкрадывалась ко мне, сжимая в руках какой-то инструмент – то ли длинное шило, то ли – отвертку… Лицо у нее было белым, как фарфор, глаза – стеклянными.

– Уничтожить тебя – не потеря, сохранить тебя – нет пользы, – проговорила она безжизненным голосом.

Я сжал пальцы, шило выпало у рефаимки из ладони. Другой рукой я перехватил ее за горло. И нет, я не собирался ее душить: просто держал на дистанции, пока сам шарил в поисках инъектора. На случай как раз такой встречи с агрессивными эльфами у меня уже был заряжен релаксант. Я снова удивился, как так получилось, что я помню множество умных слов и кучу всего умею, а вот как звать меня, откуда я родом и кто вообще по жизни – это пока в голову не приходит.

– Не дергайся, – она лупила меня по руке, пыталась пинать ногами – но все зря.

Инъектор коснулся шеи эльфийки, и она мигом обмякла. Я уложил ее на пол, а потом – надел свой шлем и, выдернув ломик из петли на поясе, принялся крушить все вокруг. Оборудование, экраны, инструменты – разбивал на куски, швырял о стены, вымещая накопившуюся злость и досаду. Когда пункт техосблуживания стал похож на свалку, я выдохнул и поинтересовался:

– Орбита! Как ты смогла меня предупредить? Камера же в стену смотрела.

– Нашлемная – да. Но в углу есть еще одна, под самым потолком, – сообщила орбита. И явно взволновано уточнила: – Вы ее не убили?

– Девушку? Не-е-е, сказал же – солдат ребенка не обидит. Это релаксант. Лежит теперь там, как желе… Ничего с ней не будет, откиснет через часок. Надо идти Рогова спасать!

– Э-э-э-э… Есть проблема. Там, за дверью, уже ждут. Десяток дроидов и пауканы на потолке, точное число сказать не могу.

Я даже не огорчился, если честно. Система оставалась верна себе. Наверняка там еще и штуки четыре черепахи на подходе… Роботики постоянно атакуют волнами – примерно одинаковыми по численности. И я к этому был готов. Нужно было только верстак от двери слегка отодвинуть, так, чтобы осталась щель, в которую кулак пролезет.

– Хреново у них все, получается? – верстак, поддавшись моим усилиям, со скрипом отъехал, я снял с разгрузки две осколочные гранаты и выдернул у них кольца. – Заканчиваются роботы?

– Знаете, а вообще-то да! – голос с орбиты прозвучал удивленно. – На пару этажей ниже вижу еще три отряда, они занимаются эвакуацией населения… И всё! А вот в технических ангарах – там шевеление посерьезнее.

– Эти – близко стоят от двери?

– Метров пять. Ждут!

Приоткрыть дверь, когда в каждой руке зажато по гранате – та еще задачка. Но я – справился. И гранатки выбросил туда по очереди, одну за другой, аккуратненько. А после этого – быстро сел, толкнул верстак к двери и дождался двух взрывов. Дверь содрогнулась, в самой середке даже выгнулась внутрь, но выдержала!

– Чисто! – оповестила орбита.

– Значит, идем спасать Рогова, – я повесил на грудь пулемет, взялся за револьвер и замер, пытаясь понять, куда именно его нужно пристроить.

Рука автоматически сунула его в набедренную кобуру, и я хмыкнул: и вправду – что мое, то мое!

– Определенно, мы с вами знакомы, – раздался голос неизвестной девушки. – Я слышала ваш голос раньше, да и когда вы сняли шлем… Да, канал связи не самый лучший, и изображение так себе, но как будто где-то виделись, но знаете, как бывает – смутно знакомый человек, в странных обстоятельствах…

– Продавщица в автобусе, – сказал я.

– Точно! – она рассмеялась. – Именно так! Поразительно, как вам удается сохранять присутствие духа! Мой позывной – Стрела, а ваш?

– Стрела? – что-то такое толкнулось у меня в голове. – Наверное, мы воевали вместе. Или виделись на «Ломоносове», всяко может быть. К тому же, у меня, кажется, была другая прическа. Вы ведь из Русского Легиона? Какая когорта?

– Из научников. Последняя миссия – на Лахарано Мафане.

– Метро Мафаны! – меня осенило, и я чуть ли не до потолка подпрыгнул и заорал: – Стрела! Я вас знаю, Стрела! Мы точно вместе воевали, на какой-то трансформаторной подстанции или типа того. А потом я вас искал-искал… А почему искал? Бог с ним: метро Мафаны, карбышевцы… Восьмой экипаж!!! Я из Восьмого экипажа! Я и вправду – парамедик, а камера на шлеме… Я работаю на кого-то еще. Для кого-то делаю видеоматериалы.

А потом, уже отодвигая верстак от двери, тяжко вздохнул:

– Какая все-таки падла эта Система. Убейте, Стрела, не помню – как меня вообще зовут? И позывной – тоже. Похоже, стереть индивидуальность – это тут первейшее дело. Ничего – видите, постепенно все возвращается? Вот, например: у вас классная фигурка, Стрела, я точно помню. Ножки, талия… Просто отпад!

– Вот как? – кажется, она рассмеялась. – Допустим, это – комплимент. Выходит, это с вами мы брали станцию зарядки поездов, надо же… Итак, парамедик, путь почти чист, можно выходить. Предупреждаю: по полу ползают два туловища андроидов!

– Ща-а-ас мы их… – я передернул затвор пулемета и подумал, что Рогов точно знает, как меня зовут.

Почему-то мне казалось, что если я узнаю имя – то все изменится.

В коридоре мне понадобилось всего два выстрела – как и говорила Стрела.

– Имя, имя, сестра! – проговорил я и рассмеялся.

– Опять цитируете? – голос девушки с орбиты улыбался.

– А что это?

– Это фильм про мушкетеров. Советский.

И вдруг я вспомнил, что в этом фильме играл Боярский, и Смехов, и Старыгин, и Смирнитский. И что из-за них я в детстве начал отращивать волосы. И это было хорошо!

* * *

Глава 14

Я пытаюсь делать работу парамедика

Задача парамедика – эвакуация раненого с поля боя. Но как эвакуировать стопятидесятикилограммовую тушу ростом примерно двести десять сантиметров, состоящую из модифицированных костей и мышц, которая ведет себя при этом, как полный придурок?

– А-а-а-а-а на у-у-у-улице где-е-е-то

А-а-а-адинокая бро-о-одит га-а-армонь! – орал голый Рогов, сидя на шкафу и болтая ногами.

– Слезай оттуда, опцион! – вздохнул я. – Слезай, кому говорю! Срамно!

Ему, однако, было не срамно. Он был в порядке. И репертуар у него «гармонью» не ограничивался.

– Та-а-ам за реко-о-ой

Белый храм!

Кладбище старое…

Э-э-эта-а-ат забытый кра-а-ай

Ру-у-усь нам оста-а-а-вила-а-а-а!

– А красивая песня, – вдруг сказала Стрела. – И поет хорошо. Талантливый вообще человек этот Рогов, одаренный – и физически, и музыкально. Если что – я не смотрю. Только слушаю. И стихи такие цепляющие, не знаешь, кто автор?

– Рогов, не знаешь, кто автор песни? – спросил я, даже не надеясь на успех.

Вдруг лицо опциона приобрело на удивление осмысленное выражение, он спрыгнул со шкафа, осмотрел помещение вокруг себя, смерил взглядом меня, повертел в воздухе ладонями, потопал ногами и сообщил:

– Иеромонах Роман автор. А чего я голый?

– Надо одеться, – согласился я.

– А ты кто? Твое лицо кажется мне знакомым, – он почесал подбородок.

– А мы вместе с тобой в этой жопе оказались, нас в плен захватили. Нам Система мозги прочистила, роботы чипы в башку вставили. Я тебя из капсулы вынул, током потом долбанул… – начал объяснять я.

– Зачем ты меня долбил током? – нахмурился Рогов.

– Чтобы имплант перезагрузить. Я несколько раз так делал, когда в Легионе парамедиком служил. Там были какие-то ребята с имплантами, наши, но у них чипы глючили. Операторы? Пилоты? Что-то такое… Я, в общем, парамедик. А ты – уберсолдат. Штурмовик. И опцион – это… Звание такое. Ты крутой, короче, и мы с тобой вместе воевали. А тут, в плену, ты первый взбунтовался. И лопатой железяк крошил.

– Ни черта не помню, – скорбно развел руками голый Рогов. – Зато мне насрать на вводные. У меня, типа, полная совместимость… Ну,и бредятина! А ну, дай сюда свою башку!

Он вдруг ухватил меня своими лапами за голову, шагнул чуть в сторону и уставился на мой затылок.

– Ты выдернул себе чип, – сказал он. – Выдерни мне тоже, а? Ты ж парамедик.

– Черт, – я отобрал у него свою голову, в моменте испугавшись – а вдруг не отпустит? – Что, если не получится? Я вообще-то чуть не сдох, когда у себя в затылке колупался!

– Делай давай! С места не сойду, пока не сделаешь! – он уселся своей мускулистой жопой на пол. – Давай, вынимай его. Это не обсуждается. Я тут главный, ты сам сказал.

– Сначала штаны надень! – возмутился я. – Главный! Стыдуха! У меня тут на связи – орбита, там девушка – научница, она через камеру все видит, а ты елдаком трясешь своим! И этими… Тестикулами!

Стрела там, на той стороне связи, стала смеяться, как сумасшедшая, а Рогов – он застеснялся и принялся искать одежду. Его штаны – рефаимские шаровары, как у индусов – лежали тут же, аккуратно сложенные, чистые. Он оделся и снова сел на пол, поджав ноги под задницу:

– Все, работай. Я буду терпеть.

– Стрела, – сказал я. – Посторожите? Если мне нужно будет отвлечься и повоевать – вы только скажите.

– О-о-о-окей! Я понаблюдаю, предупрежу.

Вынимать имплант кому-то, а не себе – это было даже удобно. Да и терять нам было нечего. Мы собирались бежать, а Система через чип точно отслеживала наши передвижения, так что… Обезбол, много обезбола, потом – аккуратный надрез острым, как бритва, ножом, захват импланта – и медленное извлечение. И сразу – антисептик, гемостатик, степлер, нашлепка с экспериментальным «вишневским»…

– Пидорги, – вдруг сказал Рогов. – Гады!

И упал лицом вперед на пол.

* * *

Ситуация сложилась идиотская. В который раз!

Рогов в себя не приходил, но при этом совершенно точно был жив и в целом – в порядке. Наверное, я накосячил, когда вынимал имплант, и, по идее, мне должно было быть стыдно. Но рисковать возможностью перехвата контроля над кем-то из нас Системой мы не могли. Ни я, ни Рогов. Если бы опцион решил атаковать меня со спины, как та девчонка – конец бы мне пришел. Он же не человек, он терминатор! Образно выражаясь, не в буквальном смысле.

И я не имел права бросать его тут! Что оставалось? Оставалось его эвакуировать. Я соорудил что-то вроде волокуш из крышки капсулы, соорудил постромки из кабелей, впрягся в них и потащил Рогова по коридору. Стрела предупреждала меня, когда впереди показывался враг. Дважды мне попадались отряды роботов: десяток андроидов, четверка пауканов, пара-тройка черепах. Я не церемонился – забрасывал их осколочными гранатами из-за угла. Благо, девушка с орбиты ювелирно направляла мои действия: камеры тут стояли через каждые метров пятьдесят, во всяком удобном углу, так что эффективность такой тактики получилась максимальная.

Куда я тащил Рогова? Так на склад! Мне пришло в голову, что его стоит нарядить в тяжелый комплект брони, и тогда я смогу подцепить его на спину, специальные приспособления для этого на моем доспехе имелись, а я – модификант, справлюсь! Да и защищен опцион будет гораздо лучше, чем в шароварах, как у Алладина. Самым сложным было снимать свои собственные растяжки и ставить их заново – туннель-коридор я перекрыл от души! Обратный путь от пункта техобслуживания затянулся, я успел даже слегка задолбаться из-за постоянных остановок и проволочек. Но, спустя некоторое время, мы все-таки добрались до склада оружия и снаряжения.

И, черт меня подери, его уже начали растаскивать!

– Не хотела вас расстраивать, – сказала Стрела. – Система задействовала пленников на работах. Оружие утащили в первую очередь. Два человека пострадало при подрыве ЭМИ-гранат, но не критично – легкие ожоги конечностей. Когда Система поняла, что ты приближаешься – убрала их отсюда. Насколько я могу судить, пленников теперь содержат в одном из фургонов, в гараже.

– Что ж вы сразу не… – начал я, а потом заткнулся.

Ну, а что я бы мог сделать? Бросить Рогова и бежать сюда? Я – один. Я не могу разорваться на сотню маленьких парамедиков с пулеметиками!

– Значит, мы их не вытащим, да? – убиться об фургоны с водометами и ОБЧРов мне не улыбалось.

– Не сейчас, – вздохнула Стрела. – Но зато у нас появляется нормальный вариант отступления. Двоих вас я точно смогу вывести, и даже знаю, как забрать вас с планеты!

– С планеты? – удивился я.

О таком и мечтать было сложно!

– Черт, – сказала она. – Действительно. Пилот! Нам нужен пилот.

Пока мы говорили, я надевал на Рогова комплект тяжелой брони, самый большой из всех, что нашел на складе. Доспехи почему-то Система оставила, ее, как и сказала Стрела, больше интересовали оружие, боеприпасы и взрывчатка. Испугалась, сволочь электронная! Ничего, патронов у меня еще хватало, с бо-о-ольшим запасом! Мне оставалось только надеть на опциона бронированные сабатоны, перчатки и шлем, когда Стрела выдала эту фразу, про пилота. И я кое-что вспомнил.