Текст книги "Отбор ведьм для Господина Зла. Новые чувства под снегопадом (СИ)"

Автор книги: Ева Кофей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17. Третье испытание

Пока я замираю, чувствуя очевидную неловкость и не зная, что с этим делать, ведь раньше никогда не доводилось оказываться в смешном положении, тролль и не думает от меня отступать. Он обнимает сзади и изгибается так, чтобы касаться тяжёлым подбородком моей меховой шапки. Неудобно, наверное, но так он касается меня практически всем телом. И я до этого момента по большей части воспринимала подобное внимание спокойно. Ведь тролли – хамоватые, смешливые магические существа, у которых свои законы. Они не люди. А, скажем, вольные домовые. И что с того, если такой пару раз прижмёт тебя к стене ради смеха или коснётся груди через шубу? Но если делать упор на то, что все тролли, и Джек в особенности – мужчины. То…

Я, покраснев ещё больше, пытаюсь выпутаться из его объятия.

– Что такое, Изольда? Жарко стало?

– Пусти, ты ведь не себе жену выбираешь!

– Ах, какое самомнение, – тянет он. – Думаешь, Ледяной лорд не поделится?

И смеётся, поганец. Правда, недолго. Он отпускает меня, только руку оставляет на плече. Ну и шуточки!

Меня передергивает, а при упоминании Аркая отчего-то до боли замирает сердце. Что же он так мне понравился-то? Оглядываюсь, надеясь, что не найду его в человеческом облике среди толпы. Но, оказывается, дракон – не самая большая моя проблема. Ведь во взглядах ведьм теперь плещется горячая, хлёсткая ненависть пополам с завистью.

Точно. Они ведь считают Джека соим покровителем! Что, вообще-то, несвойственно колдуньям, ведь каждая должна принадлежать самой себе, гулять там, где захочет, охранять свою территорию и свои магические секреты. Если подумать, то и я из таких, хоть и не считаю себя настоящей ведьмой всерьёз.

Но эти…

Впрочем, тоже как кошки.

– Я никому из них не нравлюсь… – делюсь с Джеком наблюдениями.

Мне просто интересно – это он так мстит за то, что я ослушалась его наказа не являться на состязание? Но он ведь не дурак, должен был понимать, что с ведьмами сладу не будет, если пытаться приказывать! Да и потом всё же разрешил, и ел мою рыбу, да мороженое лизал! Я видела! А теперь будто специально услажняет мне жизнь…

Впрочем, о чём это я?

Тролли шалопаи, едва ли он может понять, во что я влипла. Точнее, понять ситуацию-то может. А вот мои чувства – вряд ли.

– Это потому что им нравлюсь я, глупенькая, – ухмыляется он.

Самодовольный… провокатор.

Разумеется, ведь свободолюбивые ведьмы, не желающие подчиняться господину тьмы, едва ли бы оставили свои колдовские территории ради глупого состязания и должности ученицы… Тем более – чем старше ведьма, тем больше она будет брыкаться на подобное обозначение. Мне так кажется.

А здесь собрались молодые, ретивые, гордые, любвиобильные и, возможно, желающие перещеголять «учителя» и стать хозяйками тьмы, дамы. Ну и я… в шкурах, с золотыми косами и желанием поговорить с драконом.

Лихая компания, ничего не скажешь!

Среди них замечаю и Гуню в моих одеждах, она скалится, поглядывая на меня и о чём-то переговариваясь с темноволосой колдуньей постарше.

Они похожи. Интересно – родственницы? А если да, то как решились на это, зная, что победительницей выйдет только одна?

– Мои дорогие неледи, мою чудесные ведьмы, вы собрались здесь, чтобы показать свои умения – мне и другим. Разумеется, отчасти одиннадцать испытаний – всего лишь развлечение. Для меня.

Тролли, хоть и всё ещё хмурые, смеются, и ведьминский гомон вплетается в этот смех.

– Тут Изольда, та самая Изольда, что оставила пироги и котлеты ради того, чтобы провести время с нами… Тут она справилась полностью. Я удовлетворён зрелищем. Но пройдёт ли испытание? Посмотрим, даже предлагаю посмотреть вместе! Вы же не позволите обойти себя какой-то простушке-стряпушке? Не ударите лицом в снег? Те, кто проиграют, не только не смогут никогда покинуть моих владений. Не только разочаруют меня до жути, но и… сравняться с ней! – он тыкает пальцем мне в живот. – Или даже позволят ей себя обойти. И с этим клеймом вам придётся жить вечно, дамы! Так что, вы готовы?

– Она не победит! Не шутите так, Джек! Что нужно делать? Мы её на мелкие клочки порвём!

– И косточки обгладаем, – добавляет Гуня со смешком.

Я не удерживаюсь и показываю ей язык.

Тролль хохочет, похлопывая меня по плечу.

– О нет, пока вам не следует контактировать друг с другом! И вставлять палки в колёса во время испытания тоже нельзя! Ведь посмотрите на неё? Зачем отбирать конфетку у ребёнка? Впрочем, это так по-ведьмински, не так ли?

Ведьмы одобрительно улюлюкают, а он отвлекается от меня и шепчет на ухо:

– Что молчишь? Обиделась?

– На что? – не понимаю я.

– Как же… Не притворяйся. Ведьма ты или не ведьма? Разве не должна сейчас разозлиться?

Я смеюсь.

– На что? Ты ведь тролль, тебе нужно развлекаться, это часть тебя. К тому же, я не так уж и плоха, и прекрасно знаю об этом. Если захочу, смогу многое. И как бы тебе не хотелось обратного… Для этого мне не нужно ничего тебе доказывать.

– Неужто? – усмехается он, но разговор не продолжает, будто бы только-только вспомнив про своих ведьм. – В общем, дамы, надеюсь, мы друг друга поняли. У вас уже будет шанс посражаться друг с другом, но не сегодня! Вы прошли первое испытание – узнали своего фамильяра среди десятков точно таких же. И этим мы отсеяли новеньких, неопытных ведьмочек. Изольде же, просто повезло, я считаю! Дальше, что уж простите, я проверял вас на то самое… Ибо мне нужна холодная, рассчётливая ведьма, не падкая на моих подчинённых. Конечно, все те, которыми я занимался лично, не смогли устоять. У них условия были не равные с вами, это немного нечестно, но всё же… Впрочем, они знатно меня развлекли и согрели холодной ночью. А что ещё нужно одинокому господину зла?

А ведь какой гад обаятельный, а!

– Дальше я хочу проверить, как вы дружите со снегом. Разумеется, моей учинице придётся иметь дело с холодами, со льдом, с сугробами. Постоянно. И я не хочу, чтобы вы направляли свою магию в помощь, ибо она ненадёжна и всегда должен был вариант справиться иначе. Все знают, что есть любимицы ветров, воды и огня, земли и воздуха, таким ведьмам помогает сама стихия. Но не потому что, они сильные и не из-за врождённой расположенности. Вы просто либо нравитесь, либо нет. Посмотрим же, получится ли у вас догвоорится морозом, льдом, снегом и холодным ветром. Все они здесь, и у вас есть всего несколько минут, чтобы наладить контакт. А после нужно будет пересечь мост, не используя магию. Вы не должны поскользнуться, дамы. Не должны провалиться в рыхлый снег, не должны свалиться вниз. По крайней мере потому, что спасать вас никто здесь не будет.

Я замираю с мыслью о том, что в таких шкурах точно не смогу пройти без заминок. Провалюсь в сугроб или не удержу равновесие и свалюсь – мост длинный, но кое-где очень узкий. Гуня, видимо подумавшая о том же, усмехается.

Но тут Джек, теперь уже известный любитель обширных речей, продолжает:

– И не забудьте про мороз! Вы должны будете пройти на другую сторону без одежды. И не замёрзнуть.

– Здорово! – я даже подпрыгиваю, хоть и с трудом в этих шкурах, из-за чего ловлю на себе очередной шквал гневным, недовольных взглядов.

Кому хочется раздеваться на таком морозе?

Но я не мерзлячка и с природой уж как-нибудь попытаюсь договориться, хоть и понятия не имею, что Джек имел в виду.

Вот только уже сейчас подо мной из-за прыжка проваливается снег, и я едва не падаю в пропасть – благо, за руку хватает господин зла.

– И что это такое? – рыкает он. – Это прекрасно, что ты всех нас веселишь, но так ты не пройдёшь и десяти метров!

– Фух, всё нормально, спасибо! – улыбаюсь я, – ты только отпусти…

Ведь он поднимает руку и я зависаю в воздухе. Ухмыльчивый тролль, стая хищных ведьм, сложное испытание, маящащее впереди…

Что-то из этого или всё вместе на несколько мгновений сбивает мою концентрацию, магические нити исчезают, и шкуры сваливаются и падают вниз. Вот же повезло, что Джек был рядом, ведь подо мной была дыра, а под ней – пустота. Наверняка та же, что и под мостом. Интересное место.

Я оказываюсь в рваном платье Гуни и спешу прикрыть грудь.

Джек гаденько так ухмыляется, а затем и вовсе облизывается.

– Раз ты уже соизволила раздеться, пойдёшь первой!

Глава 18. Понравиться зиме

Джек ещё буркнул тихо, чтобы ведьмы не слышали, что хотел оставить меня напоследок, придержать пока при себе, но…

Раз уж я сама начала разеваться – вперёд.

А я и не против! Конечно, всегда лучше глянуть, как задание выполняют другие, чтобы набраться уверенности, но и тянуть кота за хвост – нехорошо.

Он ни в чём не виноват!

А когда пройду, надеюсь, смогу разобраться с одеждой, согреться и поесть. Крыса на меня нету, чтобы заорать в ухо о тщетности любой попытки!

Ха! А зря – я бы ему показала, на что способна.

Всё же приятно добиться признания того, кто в тебя не верил.

Впрочем, насмешки троллей кажутся мне игрушечными, будто созданными искуственно ради смеха. Наше мнение не совпадает, а потому меня это и впрямь не задевает. Пока что.

Ведьмы, бросив в мою сторону ещё пару колкостей, словно костей – собаке, отворачиваются, потому как не знают, кто пойдёт после меня, а, значит, им нужно успеть наладить дружбу с холодом как можно раньше.

Не совсем честно, что у любой из них так или иначе больше времени, чем у меня, но… Буду верить, что раз Джек дал несколько минут, значит, и за такой срок это возможно.

Итак…

«Ветер холодный, не сдувай меня с моста, а будь мне другом… Снег, не пожирай меня, не позволяй упасть, а пусть я буду тебе лёгким, гусиным пёрышком… Мороз, не кусай меня, и я стану тебе верной подругой. Лёд, не давай трещин и не позволяй мне поскользнуться… Я, наверное, ничего не могу дать в ответ, ведь кто я такая, а кто – вы. Но хоть я и гордая ведьма, покорно приму не только дружбу, но и покровительство. Ведь я… по-настоящему люблю зиму и никогда не была недовольна снегом и ранней тьмой, никогда не хотела лета… Разве что, – добавляю, вспоминая чудесные рассказы о зелёной траве и солнце, под которым можно загорать, – из любопытсва…»

Нет никакого фокуса, никакого плана.

Я не собираюсь обманывать Джека и пытаться обойти запрет использовать магию. Ему нужна та, что сладит с морозом и снегом. Та, что понравится зиме.

А я могу лишь быть собой, остальное – чужой выбор.

– Время вышло, ты готова? – громом гремит голос Джека.

Я киваю, и он подводит меня к мосту. Помогает снять обувь. Касается ворота платья, собираясь его дорвать, но я вскрикиваю:

– Эй! От мороза оно меня не спасёт, так зачем?

– Ведьма хочет оставить платье! – усмехается Джек. – Дамы, позволите ей это?

– Нет, пусть идёт так! Думает, она особенная?

– Тогда, – кивает он, – не будем делать исключения и для вас.

И он разрывает платья в клочье. Оно красно-чёрное, будто бы кровавыми пятнами ложится на снег.

«Красиво…», думается мне.

И вдруг Джек произносит тепло и тихо:

– Красивая…

Только ведьмы, судя по перешёптываниям за спиной, не очень-то довольны, хотя сами же были за то, чтобы лишить меня одежды.

Слово, произнесённое троллем как-то по-особому, странно, до сих пор отзывается во мне дрожью.

Или то колит холод?

Я делаю шаг вперёд, стараясь не отвлекаться на мысли о том, что десятки взглядов ловят каждое моё движение. Отсутствие платья делает ощущения ещё более острыми, но тут вдруг…

Крупные хлопья снега поднимаются ввверх и кружат вихрем вокруг меня. Я замираю, горячая волна радости проходится по всему телу, хочется смеяться – настолько волшебно и чудесно это выглядит.

– Спасибо! – роняю, и только после этого понимаю, что снег прикрыл моё тело от посторонних глаз. – Спасибо! – уже едва ли не кричу и срываюсь вперёд, желая как можно быстрее пройти испытание.

Сначала идёт участок с тонким льдом. Довольно широкий, но опасность в том, что сделав один неверный шаг, можно провалиться в пропасть и даже не успеть ничего понять. За снегом мне плохо видно, но я решаю поверить, что здесь, на мосту, у меня нет врагов. И ступаю легко – так, как могла бы ходить по протоптанной дорожке в своём дворе.

Дальше лёд толще, так что я уже совершенно не боюсь провалиться, но он сужает так, что в некоторых местах поместится только одна стопа.

И много, много шагов нужно сделать, чтобы дойти до участка, где он расширяется.

Поскальзываюсь.

Едва не падаю.

Вскрикиваю.

Но удерживаюсь на месте. Отсюда меня едва ли можно разглядеть, так что снежный вихрь мало-помалу редеет. И я вдруг замечаю, что мне не холодно. Мороз не щиплет за кожу, мне хорошо, не тепло и не жарко. Должно быть, так же чувстует себя и тролль, разгуливающий с голым торсом.

Это окончательно меня убеждает, что я понравилась зиме.

Так, теперь главное не загордиться и не свалиться от гордости вниз!

Тонкая дорожка скользкого льда страшит больше всего. Я делаю небольшие шаги, ноги трясуться от страха, а не мороза.

С этим сладить сложнее.

И всё же надо.

Я делаю глубокий вдох и выдох.

– Давай, Изольда, у тебя всё получится. Сколько там осталось? Больше двух третий, так? Ну, ничего… Ты м-молодец…

Видимо, моя нерешительность надоедает само ветру, потому как он начинает задувать мне в спину, едва не сдув с моста.

– Хорошо, – мгновенно понимаю я намёк, – иду, дорогой, иду!

И с его помощью будто всего за несколько минут преодолеваю тревожный участок, оказываясь у снежного наста.

– Легче пушинки, – напоминаю себе шёпотом.

Делаю первый шаг и… да! Удерживаюсь на слегка обледеневшей корке. Кое-где снег и вовсе рыхлый, но я не проваливаюсь вниз.

Уже вижу белый берег, да вот только… Там меня ожидает высокий человек в одеяниях из льда и снега. Становится страшно и неловко за сво й вид, а потому снежинки, будто почувствовав моё состояние, принимаются подниматься и кружить вокруг.

– Благодарю, – успокоенная поддержкой, я иду вперёд, всё больше понимая, кто передо мной.

Глаза – две льдинки. Тонкие черты красивого лица, белая кожа, длинные платиновые волосы. Он и острый, и сильный, и изящный одновременно.

Конечно, можно было бы подумать, что передо мной какой-нибудь дух зимы, но… сердце, выпрыгивающее из груди подсказывает, что это не так.

Передо мной Аркай, Ледяной дракон и лорд.

– Ты прекрасно справилась, – произносит он. Слова приятные, но в голосе холод. В знакомом голосе. – Джек будет зол, когда узнает. Я думаю, он уже зол.

– Да, он с самого начала меня невзлюбил…

– С чего ты взяла? – Аркай выгибает бровь. И красиво, тонко усмехается.

Он всё делает красиво. На каждое его движение можно облизываться. И рассматривать как дорогую, редкую ткань на рынке или ценный артефакт. Вот только ещё и помня о том, что он – мужчина. И что та ведьма, что пройдёт отбор Джека, получит его как приз. В мужья.

Отчего-то у меня алеют щёки.

Он замечает это и будто непонимающе склоняет голову слегка вбок.

– Изольда… – смакует моё имя, перекатывая его на языке. – Мы раньше не… встречались?

Последнее слово отдаётся эхом в мыслях, сердце заходится в неистовом танце.

Встречались, встречались, встречались…

Мне хочется бросится к нему, хочется рассказать о том, что я ничего не помню о том, как жила больше года назад.

Что меня так тянет к нему!

Что, возможно, мы и вправду были знакомы…

Только почему он тогда совсем не… узнаёт.

– Изольда, – рычит Джек за спиной, и я вздрагиваю, – что происходит? Ты не могла пройти так быстро!

Касается моей спины и кричит едва ли не в ухо:

– Ещё и совсем не замёрзла! Как это понимать?

А действительно, как?

Глава 19. Ночной город

– Она прошла испытание, – холодный голос лезвием ножа разрезает воздух, – и не нарушила ни одного правила. Я тщательно следил за этим. Она проходит дальше. Но я бы хотел остаться с ней наедине, Джек.

У тролля дёргается угол губ, он ухмыляется, обнажая острые зубы.

– Это будет нечестно по отношению к другим ведьмам… И… – голос рокочет, а огонь в волосах будто становится ещё ярче, – разве ты должен быть здесь сейчас?

Дракон стискивает зубы так, что по лицу начинают ходить желваки, мне хочется подступить к нему, но он уже отходит на шаг, будто поражённый стрелой.

Затем на ещё один и ещё.

Пока не удаляется на достаточное расстояние, чтобы в снежном вихре обернуться драконом, снежно-ледяным, громадным, но грациозным, и улететь.

Я не могу отвести взгляд от неба, где ещё будто бы остался его отпечаток.

Так странно щемит сердце.

– Что это было? – собираюсь обернуться, чтобы взглянуть на Джека, но он… прижимается ко мне всем телом со спины. Я не могу заглянуть в его лицо. И вспоминаю о том, что обнажена.

– Я думал, что ты замёрзла до смерти, и тогда это было бы уместнее.

– Но когда понял, что это не так, решил не менять свои планы?

Он одаривает меня тёплым смешком. И делает что-то странное… Прижимается… эм, губами к волосам?

Затем отходит и, видно, чтобы не смущать меня или не смущаться самому, хлопает в ладоши, и на руках у него оказывается ещё одна шкура, из дома. Только в виде ладно скроенной шубы.

– Держи.

И я не без облегчения запахиваюсь и оборачиваюсь к нему – он протягивает мне и сапоги.

Отлично!

– Так радуешься, будто бы это тебе действительно нужно, – ворчит он.

– Так удобнее, да и не хочется надоедать морозу со своими просьбами…

– Изольда, – выдыхает Джек, – как ты, чёрт возьми, это сделала?

Я поднимаю на него недоумевающий взгляд. Кажется, Аркай говорил, что Джек будет злиться, но что он имел в виду? Ведь задание было озвучено для всех одинаковое, и я сделала именно то, о чём он и просил – постаралась понравиться ветру, морозу, снегу и льду. Постаралась довериться им, поскольку понимала, что сама пройду всю дистанцию очень вряд ли. Если не брать на себя слишком много, обычно, кто-то обязательно отзывается и приходит на помощь. А я не гордая. Не сильно.

Заметив мой взгляд, Джек выдыхает и хлопает в ладоши. Тут же рядом с нами появляются три тролля, которым он приказывает:

– Следите за испытанием, делайте всё ровно так, как я и говорил. И пусть кто-то всё запоминает, чтобы потом рассказать подробности. Нам с Изольдой нужно отлучиться…

Его подчинённые кивают и исчезают, словно под снег проваливаются.

– У меня здесь, как и положено, проложены порталы и короткие дорожки. Есть некоторые и в человечьи города. Давно я там не был. Дай мне руку – тебе явно, милая неледи, нужно отдохнуть. Да и я непрочь развлечься.

– А как же испытания? И что с… драконом?

– Тебе нужно новое платье, да и остальным не мешало бы прикупить… – он подбрасывает воздухе золотые монеты, с которых не сводит любовного, горящего взгляда.

– Раз так, я совсем не против! Но если обманешь… Я всё равно вернусь!

– Ведьма! – даже как-то восхищённо выплёвывает Джек.

Не в привычках тролля, видимо, что ли объяснять. Поэтому я надеюсь выяснить, чем он так недоволен, на месте. Где бы мы не оказались. Берусь за его великанскую ладонь и наблюдаю за танцем снежинок в могучем вихре. Такой перенёс меня близ городка троллей, а ещё был у Джека в рукаве, когда мы шли за рыбой. Вот бы и мне научиться этой троллей науке!

– Отчего, Изольда, такая довольная? – шепчет Джек мне на ухо. – Я уже начинаю опасаться тебя.

– Подумала, что здорово было бы уметь так же, как ты.

– А я думал, тебя только пироги интересуют…

– Пироги – тоже хорошо. Сложно сказать, чему я обрадуюсь больше – пирогу, с которым всё срослось, или победе в отборе. Ученицу-то научишь делать эти… порталы?

– Нет, это троллья наука.

– Чему же тогда?

– Зиму укрощать, – и он странно так прищёлкивает языком, будто бы недоволен разговором.

– Мне достаточно с ней дружить, – отзываюсь я, помня о том, что даже снег может быть обидчив и мстителен. Тем более – снег.

Ещё пару мгновений он прижимает меня к себе, а затем я чувствую под ногами твёрдую землю. Круговорот снежинок редеет, и я понимаю, что в мире людей, где бы мы сейчас ни были, ночь.

– Так странно, – протягиваю я, разглядывая тёмное небо, большие, яркие звёзды и заснеженный городок. Тихо-тихо сопящий. Даже не думающий нас встречать. – Я, возможно, впервые так поздно на улице ночью. У нас ведь не принято это. Все дела должны делаться до темна, а дальше – дверь на засов и даже к окнам лучше лишний раз не подходить.

– Это ещё почему? – улыбается Джек.

Он всё тот же высокий и крупный тролль с огненными волосами, бровями и глазами, в кожаных штанах и с голым торсом. И смотрится не менее жутко и неуместно, чем в тот раз, когда я впервые его увидела у себя во дворе.

Отчего-то на мгновение становится приятно. Ведь кто-то может сильно его испугаться, а я хожу рядом, собираюсь помогать с выбором платьев для ведьм.

Пока всё вполне себе ладно складывается, я не зря покинула дом, предчувствие не обмануло меня.

– Говорят ведь, что Джек по ночам разгуливает среди снега и льда. Присматривает тех неосторожных, кто оказались ночью на улице. Чтобы забрать в свой ледяной замок и… съесть. Ещё он заглядывает в окна и может забрать прямо из дома, если встретишься с ним взглядом. А после оставляет он морозный узор от своего ледяного дыхания…

– Правда? – выгибает он бровь и едва ли не давится смешком. – Так и говорят? Кто увидел, облёк в слова да разнёс по всему свету людскому?

– Правда, – мне становится не по себе, – так делаешь?

– Гуляю иногда, да… По вашим городам и сёлам. Заглядываю в окна. Не думал, что меня кто-то замечал… – его обычно зычный, терпкий и властный голос теперь звучит так озадаченно, что я не удерживаюсь и смеюсь.

Тролль, возможно, просто прогуливался, а про него такие легенды насочиняли! Впрочем, если и то, что он ест людей – правда, я не удивлюсь.

Зима жестока.

И как тогда должен быть жесток её хозяин, господин зла?

Меня это почему-то волнует мало. На мгновение что-то колет в сердце, будто бы подсказывая, что что-то не так. Со мной. И я постараюсь с этим разобраться, но позже.

А сейчас позволяю себе покружиться в свете от огня Джека и мягком, плавном снегопаде. Ночное небо над головой в людском городе! Кто бы мог подумать!

Тролль смеётся, подхватыает меня под руки и вклинивается в танец, что теперь походит на настоящий вальс. На некоторые праздники, помнится, мы собирались танцевать всей деревней, если мороз нас щадил. Так что я немного умею. И у Джека выходит ловко.

– Весело, – улыбаюсь я.

– Я ходил и мимо твоей деревни… И видел тебя, – признаёт он вдруг, так что я едва не падаю, но он подхватывает меня, даже не обратив на это внимания. – По вечерам, ты всегда была чем-то занята. Готовила еду на ужин или следующий день, что-то убирала, вязала и шила, помогала той бабушке, была с детьми. Ты была такой земной и тёплой… Мог ли я подумать, что ты придёшь в мои владения и будешь сражаться за место под луной наравне с ведьмами, что никогда не знали добра и света?