Текст книги "Отбор ведьм для Господина Зла. Новые чувства под снегопадом (СИ)"

Автор книги: Ева Кофей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 48. Десятое испытание

– Собираетесь уйти? – ухмыльнувшись, сверкнув синим огнём в глазах, спрашивает Джек довольно спокойно. – Может быть, хотя бы просветишь, каких ведьм нашёл самыми достойными?

– Отвали, тролль, – бросает Аркай.

Но господин зла хлопает в ладоши и на ладонях избранных ведьм появляются печати в виде снежинок.

На моей.

– Не знаю, что происходит, но это я! – усмехается Гуня.

Дальше пришлось бы соревноваться с ней? Я замираю в растерянности. Джек смеётся.

– Не знаю, куда вы собрались, но вы всё ещё связаны со мной. Изольда, если ты отказываешься от испытания, никогда не сможешь без моей воли покинуть мои земли. Кстати, дамы, – он оглядывается на тех из женщин, кто ещё не убрался самостоятельно, – вы свободны.

И щёлкает пальцами.

В ледяном зале остаюсь лишь я, дракон, Гуня и сам хозяин зимы.

Мне хочется крикнуть что-нибудь троллю, попытаться договориться, но глаза того заволочены гневом и воздух вокруг, словно огромные крылья, искрится.

В мыслях вдруг проносится знакомый, смешливый голос: «Да, вы молодцы, справились, сошлись вновь. Я давно уже не хочу Кая, ведь без дела не сидела, но за вами было интересно наблюдать. Увы – мало любви. Вы должны ещё и вытащить друг друга из этого мира.»

Сильфида.

– Но как? – спрашиваю торопливым шёпотом.

«Ну, убить Джека можно. Он держит вас. Но это не значит, что он сильнее. Правда, что тогда будет с этим миром, с его снежной сетрёнкой… Даже не знаю. Но тебя это не должно волновать, Герда. Как и всегда…»

Как же бьют её слова.

Убить Джека? Не, это не вариант?

Он просто зол, ничего не понимает, боится, что ничего не выйдет.

Мы можем договориться.

– У нас нет выбора, – говорит Аркай. – Придётся убить тебя, если не отступишь.

– Я не отступлю, – рыкает тролль.

– Если я пройду все испытания, ты отпустишь его?

– Его могу, – ухмыляется Джек, – а ты станешь новой повелительницей зимы. И куда пойдёшь?

– Это мы ещё посмотрим. Главное, что я получу Аркая, а он будет свободен. Ты обещаешь?

– Хорошо.

– Ты издеваешься? – тянет дракон. – К чему это всё?

– Доверься мне, – отзываюсь шёпотом.

Не могу я вот так уходить!

Нужно лишь немного времени, чтобы удалось объяснится перед Джеком, найти выход и для него и для себя.

Он запутался. И не заслуживает той участи, которой может одарить его довольно жестокий Кай.

– Хорошо, я могу изменить одно испытание, – тянет Джек. – Десятое. Милые дамы, перед вами мой сорвавшийся с цепи дракон. Его магия может всё здесь уничтожить. Поэтому прошу поторопиться и… заморозить его.

– Но потом он всё ещё станет чьим-то мужем? – выгибает бровь Гуня. – Изольда, что вообще за дела?

– Я потом тебе всё объясню… Хотя, скорее всего, не объясню.

– Потом хоть мужем, хоть домашней зверушкой, – ухмыляется Джек.

– Если ты этого хочешь, – шепчет Аркай мне на ухо, берёт за руку и целует пальцы.

Господин зла на мгновение отворачивается.

– Спасибо, – улыбаюсь я.

Отхожу к Гуне и шёпотом прошу пока мне не мешать. Как можно бережнее я запечатываю его силу, насылаю мягкий, безболезненный сон и направляю в нужное русло грубую магию ведьмы, которая всё же начинает действовать раньше времени.

Снежный бал, которого ждали многие колдуньи, закончился замороженным главным призом.

Но выбора не было, ведь сила Кая могла навредить не только Джеку, но и этом миру в принципе, а так есть некоторое время на то, чтобы подумать.

– Я всё сделала, – объявляет Гуня с усмешкой.

Она изо всех сил пытается казаться легкомысленной, но я вижу как подрагивают бледные пальцы.

– Отлично, – тянет Джек, – чистая работа. Вы обе на многое способны. Приступим к финальному испытанию или хотите немного передохнуть?

– Нам придётся драться друг с другом? – спрашиваю с опасной.

Господин зла выдерживает паузу и отвечает:

– Нет.

– Можно тебя на пару слов?

– Какой это будет по счёту последний разговор? – выплёвывает он.

– Пожалуйста, Джек…

И он, облизнувшись и поджав губы, кивает.

Гуня провожает нас взглядом и бежит к дракону-во-льдах.

– Не трогай его! – не выдерживаю я, но ничего больше не даёт сказать Джек, который на ближайшем повороте прижимает меня к стене.

– Ты пришла за ним? – рычит он.

– Да, но…

– Я не понимаю…

– Тогда, – вцепляюсь в него, – хоть раз помолчи и просто послушай меня, дубина!

Он подхватывает меня на руки и уносит куда-то, ничего не объяснив. Может быть, даёт мне шанс рассказать всё по дороге?

В любом случае за пять минут на него обрушивается такой дикий поток информации, что я приятно поражена тем, что он до сих пор может удерживать меня на руках.

– Кто дал право этой богине так играться с вашими жизнями? – как ни странно, это первое, что он говорит, спускаясь по лестнице.

А я ожидала, что он как минимум и поверит-то не сразу.

– Боги на то и боги, чтобы решать всё в одно лицо, – усмехаюсь я. – Но всё закончилось, Джек, я так рада… Понимаешь теперь, почему я ослушалась и пришла на испытания? Почему так легко всё получалось? Была тайна, правда, но я сама её не знала. Я не хотела тебя обидеть, не хотела ничего портить.

– Ты так сильно любишь его, что всё это терпела? – странным тоном, глухим голосом спрашивает он, отпустив меня на пол в круглой комнате, освещаемой синим магическим огнём.

Я оглядываюсь. Стены здесь из камня, но в центре стоит что-то похожее на ледяной гроб.

Подходить к нему как-то жутко.

– Да, – отвечаю на его вопрос, но чувствую, как в груди комом сворачивается и растёт неуверенность.

– Я рад, что ты побыла здесь, Изольда, – шепчет горько и тихо, будто говорит сам с собой, а не со мной.

И подходит к «гробу». Приходится последовать за ним.

Там, покрытая инеем, лежит девушка с длинными тёмными волосами и острыми, не самыми приятными чертами лица.

В пальцах она стискивает кусок льда.

И даже не дышит.

– Она жива, – говорит Джек, – и я должен её вернуть.

– Ты любишь её? Как сестру, – спрашиваю я.

Он поднимает на меня удивлённый взгляд.

– Я должен её защищать, как старший брат. Как хранитель. Как тот, кому ведьма доверила свою силу. Я должен, Изольда.

– Любишь её? – повторяю с нажимом, прекрасно понимая, как тяжёло признаваться самому себе в обратном.

– Да, – отвечает, будто спрашивает, неуверенно и тихо. А затем будто вспоминает, каким должен быть хозяин зимы и хмыкает. – Это не твоё дело, ведьма.

Я откажу от него, заламываю руки за спиной и произношу:

– Ты можешь говорить, что угодно, но я выскажусь. Ты один постоянно, с тех пор как это случилось здесь. И никто не мог тебе сказать кое-что очевидное.

– Меня всегда окружают красивые ведьмы, – ворчливо вставляет Джек.

– Думаю, ни одной ты так и не открылся, – отвечаю я мягко. – Даже Сандре. А ведь она знает тебя сто лет. Тебя похитили, как ты не понимаешь? Тогда тебя просто украли. Родители пришли бы за тобой. Может быть, они и пошли, да только она сделала что-то, чтобы их задержать, – умалчиваю про более мрачные варианты. – Ты был ребёнком и запомнил всё так, как хотелось ведьме.

– Зачем ты это говоришь?

– Потому что тебя используют… мой господин зла. До сих пор. Даже когда она умерла. Передала тебе тяжёлую ношу, которую ты не просил. Чтобы навсегда связать по рукам и ногам, не дать нормально жить. Ты стал троллем… Небеса, да ведь троллей даже не существует! Это просто детское прозвище, которое закрепилось за тобой и твоей магией. А теперь… Эта девушка не была хорошим человеком, не так ли? Она вспылила, и это уничтожило её и навредило людям. Ты хочешь помочь ей, хочешь, чтобы на её месте оказалась я или Гуня.

– Тебе я такого не желаю.

– Никто, Джек, никто этого не заслуживает!

– Хватит, – хмурится он. – Ты говоришь это лишь потому, что хочешь уйти.

– Я…

– Я созываю вас, ведьмы, – гремит его голос, на губах появляется привычная уже мне ехидная насмешка, – на последнее, одиннадцатое испытание.

Глава 49. Одиннадцатое испытание

Год я жила в уютной тихой деревеньке, куда меня забросила воля случая.

Чувствовала тягу к кому-то, но не спешила срываться с места.

Пока не явился Джек.

Всего за несколько дней он дал мне ключ к себе настоящей, разворошил, растопил… сердце?

Или всё дело только в том, что Аркай был близко?

Я не знаю.

Но разве нормально, что вообще сомневаюсь? После всего того, что мы прошли вместе?

Хорошенько обдумывать собственные чувства времени нет.

Мы с Гуней стоим перед тремя глыбами льда, припорошенными снегом. Под открытым нижним небом.

Я вздрагиваю от осознания того, что больше не увижу Совушку и барана. С ними было уютно, но они лишь часть наших с Джеком сил.

– Я ведь не знаю, жива она или нет, – тянет ведьма нарочито безразличным тоном. – Слегка перестаралась, чтобы уж точно вылетела.

– Твоя мама? – спрашиваю я.

– Да. Но плевать.

– Если бы та было, – вздыхаю, – ты бы не заговорила со мной об этом.

Она выгибает бровь, усмехается, но ничего не отвечает.

Я уже давно не чувствую холода, рядом играет милая вьюжка, серебрится от «лунного» света снег.

Красиво.

Чувствую себя, будто в первый раз оказалась в этом мире.

Морозно, тихо, есть кофе – о чём же ещё желать?

Джек появляется эффектно во вспышке красной магии, щёлкает пальцами и в один миг с глыб льда спадает снег.

– Здесь фигуры тех, кто особенно дорог вам. Рядом топоры. Разбейте их, чтобы пройти последнее испытание.

И это всё?

Я выгибаю бровь.

И только сейчас перевожу взгляд с лица господина зла на… его же лицо.

Его и Кая. Две фигуры мои. Одна – Гуни. И это её мать.

– Не так уж она мне и дорога, – изгаляется ведьма.

Джек выгибает бровь, заметив свою копию и сверлит меня тяжёлым взглядом.

– Что это значит?

– То, – хмурится он, – что я нравлюсь тебе?

– Это понятно! – отмахиваюсь. – Но… Что подразумевается под испытанием?

Он кивает.

– Думаю, дорогие мои неледи, не лишним будет упомянуть, что моя ученица в подарок получит не только Ледяного дракона, но и зиму. Но цена этого – ваши чувства. Их не должно быть у тех, кто будет одарён подобной властью. Разбить фигуру, значит, навсегда попрощаться с тем человеком. Перестать что-либо чувствовать, разорвать связь. Вы должны быть кристально-чистыми, освобожденными от привязанностей. Это ясно?

– Не уверена, что хочу стать хозяйкой зимы, – поджимает губы Гуня. – Я крутая ведьма, спору нет. Но мне по душе больше занятия с огоньком.

– Когда найдёшь мать, – улыбаюсь я в ответ, – поговори с ней. Новый год будет длится ещё несколько дней. Вы могли бы поймать ещё одного оленя.

Да простят меня олени за эти слова!

– И съесть за праздничным столом? – ухмыляется ведьма.

– Ага, почему бы и нет?

Не знаю, дело в том, что она не хочется быть связана столь серьёзной сделкой, или в том, что не хочет потерять маму.

Впрочем, уже на балу я заметила, что ей уже не так и интересно участвовать в троллем балагане.

Без главной соперницы.

Гуня обнимает меня, Джек недовольно её отпускает.

– Если и я откажусь, что тогда будет?

Мы остаёмся вдвоём.

Я должна разбить его фигуру.

И фигуру Кая.

Как символично.

Ведь ясно, что даже за молоток не возьмусь. Потому что цель была в том, чтобы освободить Кая, а не лишится его навсегда.

– Мне нужна ведьма. Ты лучше всех, – усмехается он, будто над самим собой, ведь сколько разговор слышал троллий город от него про мою некчёмность. – Я сделаю исключение. Можешь сломать только одну фигуру.

– Дай угадаю, твоя сестра тоже ломала твою? В детстве?

– Да, – отзывается Джек глухо. – Не думал, что застану ещё одну похожую сцену.

Сломать.

Замахнуться не сложно.

Несколько движений – и готово.

Больше не думать о нём.

Получить силу, получить Кая и просто уйти.

Снова.

Как и всегда.

Но на этот раз в бесконечный праздник, где я буду жить так, как хочу. Без скачков по мирам.

Вот только…

– Джек, – зову его тихо, шёпотом.

Будто надеясь, что он не услышит.

Что ещё можно повернуть назад.

Но он отзывается торопливо и с жаром, подходя ближе.

– Изольда?

Когда-то я была Гердой.

Но…

От Герды уже ничего не осталось.

Изольда идёт мне гораздо больше.

– Я кажется люблю тебя, – произношу это и всхлипываю, а затем и вовсе чувствую, как лицо заливают горячие слёзы.

Он обнимает меня крепко, запускает пальцы в волосы и целует в макушку.

– Я не люблю… – отзывается тихо. – Её. И не могу поступить так с тобой.

– Что это значит?

– Я должен отпустить её. И вернуть людям времена года.

– Значит… – начинаю я.

Но он не даёт договорить. Оставляет горячей поцелуй на лбу и усмехается вдруг:

– Ты должна мне одно желание, помнишь? Такую ценность отдала за сахар. Отвратительный сахар!

– Мороженое тебе понравилось!

– Неа, – он высовывает язык. – Изольда, послушай… Моё желание такое: будь счастлива.

– Что? – не верю своим ушам.

– Как хочешь, но выполни. Сделка с троллем нерушима.

Он исчезает, чтобы попрощаться с той, которая удерживала его под снегом так долго.

В этом году будет весна…

В сердце уже расцветают подснежники.

Но это не конец.

Самое сложное впереди.

Глава 50. Прощание

Мы проводим вместе с Каем прекрасный день. Лёгкий, так любимый мной снегопад украшает город, тот самый, где я нашла Ёлку. Мы гуляем по улочкам, заходим в лавочки, где продают кофе (цены на него, конечно, бешеные), наблюдаем за людьми.

– Здесь слишком тихо для меня, – усмехается он. – Даже удивительно.

– Как ещё не устал от шума?

Мои пальцы в его горячей руке, это приятно даже учитывая то, что я не могу слишком уж замёрзнуть.

– Знаешь, последние года были даже слишком медитативными. Я был поглощён созерцанием льда и снега. Потом, конечно, пришла ты и навела шуму, но всё же…

Я чувствую его магию. Она, тяжёлая и обжигающе-горячая, искрится в воздухе, грозя совсем скоро стать явной и для людей.

– Кай… тебе нельзя так долго здесь находится.

Он вздыхает.

– Мне кажется, что это дурной сон. До сих пор не могу поверить. Прости. Я жду, когда проснусь.

– Мне жаль.

– Ты уже говорила. Милая… давай уберёмся отсюда. В спокойном месте ты обдумаешь всё ещё раз. Никто столько не прошёл вместе сколько прошли мы. Никто столько не преодолел. Мы любим друг друга. Ты просто вымотана. Тебе нужно отдохнуть.

Я крепко-крепко его обнимаю.

Люблю. Правда люблю. Но уже не так, как раньше.

– Ты всегда останешься родным мне, – оставляю поцелуй на его скуле. – Мы будем видеться, если ты этого захочешь. И если это ошибка… Я с этим справлюсь. Хорошо?

– Почти четыреста миров, ещё больше лет, проведённых в них… Герда. Мы доказали этой твари всё, что было нужно. Пожалуйста…

– Я не хотела никому ничего доказывать. Хотела просто спасти тебя. Потому что любила и люблю до сих пор. Но когда это стало другой любовью… Не знаю. Мне жаль, что я не поняла сразу. Жаль, что не оборвала всё быстрее. Сколько бы лет мы не пробыли вместе, Кай, это не повод в угоду прошлому находится в том настоящем, в котором я находится не хочу.

Как говорила Сандра – нет ничего лучше, чем войти в Новый год обновлённой.

Без старого багажа.

Такие решения трудно принимать. Поэтому я не буду винить себя, что не поняла раньше. Не поняла, что разлюбила. Не хотела это признавать.

– Ты останешься здесь?

– Да, – отвечаю без доли сомнения. – Здесь мне хорошо.

– С ним?

Я киваю.

Кай лепит снежок задумчиво, но он мгновенно плавится в его руке. Время поджимает. Но попрощаться всё же удалось.

– Если ты передумаешь, я… – начинает он, но я обрываю:

– Не обещай ничего, хорошо? Но ты можешь положиться на меня.

– А ты тем более, я должен тебе много, много спасений, моя Герда.

У него дрожат губы и скульптурно-тонкие пальцы. В глазах мечется магия.

– Можно мне… поцеловать тебя?

Я бы хотела. Очень хотела и сама. Но…

– Нет.

Если обрубать, то обрубать полностью.

Он отводит взгляд и всё же находит в себе силы обнять меня ещё раз.

После за руку мы идём к тихому месту, где он вспышкой огня исчезает из этого мира, возвращается домой.

В большой и шумный город с небоскрёбами и очаровательными чудовищами с крашеными волосами и роботами в карманах.

Или как это называется?

Да, мне пришлось вновь отдать часть магии и памяти сове, чтобы лучше прижиться в этом мире.

С таким как Джек, если честно, того что есть вполне достаточно.

А вернуть можно в любой момент.

Я застываю на несколько мгновений, не зная, как уйти с того места, где только что стоял тот, кого я звала любимым так долго.

Мне тяжело и свободнее одновременно, хочется плакать и смеяться.

Сова ухает и садится на плечо.

– Пойдём, дорогуша? – провожу пальцами по её пёрышкам. – Нас уже заждались.

Я уже успела заглянуть украдкой в деревню, которую могу назвать родной. Девочки прекрасно себя чувствуют, Робер задарил их подарками в праздник. Бруклия всё такая же. И на удивление она нашла общий язык с Агнией. А та – мысленно бровирую – с Робером. Иванко ещё пока не женился, но я передала ему через сову, чтобы кроме будущей жены никого больше не целовал.

Ох, какое же у него было лицо!

Гуня с матерью замечены в грабежах ближе к югу… Ну что ж, совместное семейное времяпрепровождение – это здорово!

Ёлка, девочка без спичек, делает успехи в магии – уже по щелчку пальцев может изменить цвет платья. Что очень удобно.

Сейчас она на уроках. Один знакомый Сандры согласился обучить девочку грамоте и математики.

Теперь Ёлка, надо сказать, точно не пропадёт.

Я захожу в лавку «Платья и шубки от Сандры» и стряхиваю снег.

– Джек ещё не пришёл? – спрашиваю у ведьмы, рассматривающей новые наряды.

– Мы с ним поссорились.

– Что, почему?

– Заметила, что он волнуется, а он психанул.

Я усмехаюсь. Да, кое-что пока не изменилось совсем.

– А чего волновался-то?

– Да как чего? Он ведь думал, что ты всё-таки уйдёшь с ним.

Я улыбаюсь умилённо, снимаю шубу, шапку и сапоги.

– Скажи, Сандра, – решаюсь спросить, пока никого рядом нет, – а что было в том предсказании?

Она усмехается сладко и гадко одновременно, как могут только ведьмы.

На пороге вместе с хвостом вьюжки объявляется Джек. Мой уютный господин зла – рыжий, кареглазый, в медвежьей шубе.

Он едва не падает на ровном месте, завидев меня.

– Изольда, – шепчет так, словно мы и не договаривались здесь встретится.

А Сандра вставляет деловито, прежде чем скрыться в другой комнате:

– Троллята.

Конец