Текст книги "Отбор ведьм для Господина Зла. Новые чувства под снегопадом (СИ)"

Автор книги: Ева Кофей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11. Подснежные рецепты

Джек машет рукой, и баран выходит, чтобы… зарыться в снег у крыльца.

– Вздремнуть решил, – хмыкает господин зла.

– А для чего он здесь?

– Ты у него и спроси, – переводит на меня взгляд огненных глаз. – Когда вновь переступит порог, а пока… Расскажи-ка мне, хозяину вечной зимы, что тебе так в голову ударило, что наперекор всему бросила прежнюю тихую, мирную жизнь, как я понимаю, и отправилась в мои когтистые лапы, а?

Я лишь веду плечом, по обыкновению не собираясь отвечать, привыкшая, что все деревенские уже давно с этим примирились, и это не помешало им души во мне не чаять.

Но Джек, конечно, не человеческий мужчина, его загадочные женщины не привлекают, а… бесят. Да, вполне идущее троллю слова. Бесят.

Откуда такие выводы?

Да оттого хотя бы, что он не преминул прямо сейчас прижать меня к стене, схватить толстыми пальцами за подбородок, заставив поднять голову, чтобы видеть мои глаза.

Лихо!

– Так что? Есть в тебе нечто странное, скрываешь что-то?

– Ты обещал Ледяного Дракона. Я думала раньше, что он – сказка. Люди говорили, что видели, как ты поймал невесть откуда взявшегося дракона и уволок в свой ледяной замок. Больше его не видели, и многие стали усмехаться: а был ли он вообще? А мне всегда хотелось, чтобы это было правдой, чтобы он где-то был. Аркай, – произношу имя и сердце начинает биться чаще. Так сильно, что становится трудно дышать. – А потом заметила местную ведьму, знала точно: нужно идти за ней. Предчувствие. И ведь оно не обмануло, ты связался с ней, призвал, сказал о драконе… Как было мне остаться в доме, откуда я и без того хотела уйти? Только не знала – куда.

– Запомнила его имя? – рычит тролль.

– А как забыть? – выдыхаю, ощутив, как тело наполняется тёплой дрожью.

И Джек, будто почувствовав это, брезгливо искривив губы, наконец, отпускает меня и отстраняется.

– А уйти почему хотела? Огляделся я, миленькая деревенька, чистая, с добрыми людьми.

– Хотела уйти, потому что теперь я здесь, – отвечаю так, как подсказывает мне сердце.

Тролль ещё пару мгновений сверлит меня взглядом, но больше не донимает расспросами. Я бы рассказала о том, что помню события лишь за последний год, а до него – ничего, пустота и только. Но мне почему-то не хочется. А я привыкла себе доверять.

– Идём, посолим рыбу, пожарим вместе с зеленью… Знаешь, как вкусно будет?

– Не знаю, – отзывается он глухо.

Я выдыхаю и веду его за руку в сад.

– Собери пока ягод и яблок, посмотри, может под снегом есть что-то ещё.

Он ухмыляется:

– Госпожа ведьма будет запекать яблоки в рыбе?

– Неа, она хочет десерт. Вот только не думаю, что будет сладко. Был бы сахар… но я пью кофе без него, а для чего он ещё тогда в дороге, где не рассчитываешь найти заледенелый сад. Тем более, сумка должна быть лёгкой.

– Сахар, – переспрашивает Джек так, словно впервые это слово слышит.

– Да, белые кристаллы, похожие на соль, но не солёные, а сладкие.

– И зачем тебе?

Он кладёт замёрзшие красные яблоки на предплечье, прижатое к груди, и мне от этого зрелища становится холоднее. Понимаю, что едва ли его беспокоят такие проблемы, как мороз, но всё же…

– У меня есть мешок с этим. Пробовал, гадость. Он валяется в замке.

– О, замок! А когда я попаду туда?

– Ведьмы уже давно там, а ты, видимо, никогда.

– Это ещё почему?

– Я приглашал их в замок. Тебя не приглашал, – снова рычит. – И ты попадёшь туда, только если пройдёшь все одиннадцать испытаний. Но ты не пройдёшь, снежная девочка.

Не съем, так понадкусываю.

Не пройду, так хоть попытаюсь.

Но ему об этом, конечно, не говорю. Вместо этого возвращаюсь к теме нашего ужинозавтрака.

– Так принеси, я сварю кое-что интересное. Может, так тебе больше понравится.

– Просишь раз у тролля, будь готова к тому, что цена будет высока.

– Ты ведь заморозил наши земли, мы уже давно готовы к высоким ценам, особенно, на продукты.

Он цокает.

– Исполнишь любое моё желание.

Задумываюсь.

– Кроме…

– Кроме совсем откровенных? – паскудно ухмыляется он.

– Да нет, – отмахиваюсь, – ты уйти меня не проси.

– Вот ты…

Джек хрустит шеей, передаёт мне яблоки, уронив половину, и исчезает.

Нагруженная всем этим добром, я захожу в дом, с опаской бросая взгляд на сугроб, из которого должен вылезти подснежникобаран.

Господин зла не хочет говорить, зачем ему сулить ведьмам дракона, я не хочу говорить, зачем мне, ведьме, дракон.

Это всё конечно интересно, но вкусный ужин никто не отменял.

Я накаляю нашедшейся под снегом плоский камень и кладу на него приправленную смесью соли и зелени трав рыбу. Я бы могла ей отобедать три раза, но учитывая размеры Джека… и один перекус не из сумки – уже хорошо.

Хотя, когда у меня закончатся запасы, уверена, что как-нибудь с этим разберусь.

И на этом бросаю смешливый взгляд на прилетевшую Сову.

Она в отместку дёргает головой и ухает.

Рыба шкворчит на кусочке растопленного сала, аромат кружит мне голову, сейчас бы ещё выпить чего-нибудь тёплого…

И тут, словно по призыву, порог переступает баран. Он, странно улыбаясь, протягивает мне турку.

– Ты забыла, ведьма.

– Прелесть моя! – вскакиваю я, чувствуя, как меня захлёстывает прилив горячей радости, на волне которой даже кидаюсь на шею рогатому троллю и крепко обнимаю его.

– Чего… – шепчет он, – ты.

– А ну, – появляется позади Джек, злой и одновременно весёлый, что не к добру, – пошёл отсюда!

– Вы останетесь здесь? – тонко усмехается баран, словно понимающе.

Джек задумывается и спустя несколько мгновений качает головой:

– Нет.

И… рогатый тролль возвращается на прежнее место ожидания, а господин зла идёт на запах.

– Что-то не так? – решаюсь я уточнить.

– А? Неа, всё замечательно, дева, у меня сегодня будет роскошная ведьма. Настоящая ведьма.

Не понимаю, как это связано с моим вопросом, а потому в ответ только плечами пожимаю.

Тролли странные, загадочные и интересные существа.

– Где сахар?

Джек протягивает ко мне пустую ладонь, но когда я касаюсь её пальцами, появляется мешочек с… да, с сахаром!

– Спасибо, обняла бы, да не уверена, что хорошо отреагируешь, так что обойдёмся кивком. А что за желание?

– Это я потом решу. Делай, что делать задумала, да поторопись.

– Потому что ведьма ждёт?

– Да, она.

Итак, пока дожаривается наша рыбка, я смешиваю в турке ягоды, кусочек яблока и сахар, и ставлю на камень.

– Гадость, – морщится Джек.

– Думаешь, сырые крыски лучше?

– Сказала, и у меня слюни потекли, – ухмыляется тролль.

Когда «варенье» начинает пениться, я предлагаю ему попробовать. И он неподдельно кривится, то ли из-за вкуса, то ли потому, что горячее.

– Сахар отвратителен, а это – ещё хуже. И стоило продаваться мне ради этого?

– Погоди…

Я вставляю в турку палочку и прошу Джека заморозить. Отставляю в сторону на время и предлагаю разделить рыбу.

Тролль проглатывает свою часть, не жуя, и мне хочется его ударить.

Стараешься, готовишь, а некоторые даже не соизволяют прожевать!

– Ну и чем это отличается он сырой? – играет он бровями.

Я вытаскиваю из турки своеобразное мороженое и отдаю ему.

– Вот это надо лизать языком, долго и вдумчиво, понимаешь?

– Отдам ведьме, – с улыбкой произносит Джек, поднимаясь.

И уходит просто и быстро, даже слишком быстро.

Как будто бы что-то его тревожит.

Али просто спешит «человек» – и чего это я пристаю?

Но когда подхожу к окну, он лижет ягодное мороженое.

– Забавно, – усмехаюсь и тут же вздрагиваю – два огненных глаза сверкают, будто бы вбитые в сугроб.

Глава 12. Нежное место

Я чувствую какую-то странную атмосферу, похожую на мгновение, когда у девушки краснеют скулы, но только растянутое в долгие, долгие минуты.

Что-то лишь отдалённое было у меня рядом с Робером. Он прекрасный мужчина, но в тот момент, когда я поняла, что нравлюсь ему, стало ясно – придётся либо согласиться на женитьбу, либо уйти. Ведь после всего того, что Бруклия сделала для меня, как можно было оставаться и мучить её единственного сына? Не говоря уже про милых малышек, которые полюбились мне, но которым я не готова была стать матерью.

Казалось, меня отпустили так легко, но это не так.

А вот насчёт того, что я слишком просто распрощалась с местом, где провела, считай, всю жизнь, начинаю задумываться.

Вопросы Джека, его тёмное, тягучее внимание пробудили что-то во мне. Едва ощутимое, словно дуновение ветерка. Казалось бы, ничего не изменилось, но…

Я уже подумала об этом прямо сейчас. И это со мной останется.

А пока…

К размышлениям о потери памяти и желании во что бы то ни стало увидеть ледяного дракона не шибко то располагает, не сводящий с меня горячего взгляда баран.

Знаю, надо бы ему имя придумать, но… я не стану.

– Я тебе что – новые ворота? – перевожу взгляд с турки, в которой вместе с водой кипят кусочки яблока.

– Чего? – рычит он, потому как не понимает шутку, но понимает, что шутят над ним.

И мне вдруг становится его жаль. Такое щемящее, но тёплое чувство, что сложно удержать на губах светлую улыбку.

– Можно потрогать твои рога? – спрашиваю, чтобы сделать троллю приятно и всё сгладить.

Всё-таки он будто бы немного любезнее, чем Джек, хотя у них есть характерные тролльи черты. Ах, если вернусь отсюда живой, смогу быть мастаком в вопросе этой загадочной, легендарной во всех смыслах расы.

– Давай, раз так нравятся… – а улыбка-то! улыбка-то до ушей! – Не побоишься, Изольда, сесть ко мне на колено?

И всё же… странная атмосфера. Сейчас по их времени будто бы ночь, мне нужно отдыхать, потому что «наутро», скорее всего, посыпется ворох новых испытаний. Господин зла ушёл, ведь его ждала одна из ведьм… И сказал барану ждать, а теперь он здесь, таращится, ухмыляется. Огромный, горячий, полуголый, рогатый, огненноглазый и порой огненнобрюхий.

Меня передёргивает.

Становится как-то опасно и жарко.

Но я ведь обещала потрогать рога. И не говорить ему грубостей – но это только самой себе, а дальше всё уже зависит от него.

Снимаю шубу и устраиваюсь на его колене. На мне длинная до пола тёплая юбка и вязаная кофта, ворот которой осторожно поправляю.

– У тебя такие красивые волосы, ни у кого из ведьм таких не было… – он проводит рукой по моим волосам, это приятно и, вроде, не страшно.

Что же… Я касаюсь пальцами его ребристых, массивных рогов.

Собираюсь их похвалить, чтобы после этого обмена любезностями перевести тему на «ой, я сегодня так устала, голубчик, завтра увидимся», но барашек вдруг… томно, словно девица (хотя я и не уверена, ведь слышать не приходилось), стонет, запрокидывая голову и подрагивая.

Я одёргиваю руку, словно от огня. И в следующий же миг меня словно ветром сдувает с него, и даже горячо любимая турка летит на пол, расплескав столь желанный компотик.

Тролль его побери, нарушил мне весь уют своими млениями!

– Чего ты, Изольда? – поднимает на меня затуманненый, подслащённый взгляд. – Это просто… моя. моя… ну, знаешь, нежная зона. Местечко… моё.

Я не удерживаюсь и высовываю язык, наморщив нос. Как же это звучит! Никогда больше, никогда я не буду трогать баранов за рога! Никаких! Нигде! Аааа!

– Я думала, что это просто рога! А у тебя там зоны! Нежные!

Небеса, я почти кричу. Не помню чтобы со мной такое когда-нибудь случалось. Обычно я… не то что тихая, но плавная, имеющая возможность просочиться везде и отовсюду улизнуть, как вода. Как там было сказано?

А тут… столько эмоций от одного тролльского стона.

Кипящая вода.

Даже не думала, что могу быть такой. Это настолько ошеломляет, что я не сразу замечаю, как баран срывается с места и по уже сложившемуся обычаю прижимает себя к стене.

Что сказать, хотя бы эти самые стены каждый раз разные!

А тролли ведут себя одинаково.

Он горячо дышит, взгляд бегает от моих глаз до губ, ладони, опирающиеся по обе стороны от моей головы, слегка подрагивают.

– Здесь холодно, Изольда, пусть ты ведьма, а всё же женщина, тебе тепло нужно.

– У тебя есть одеяло для меня? – улыбаюсь я, не слишком уверенная.

Баран в ответ широко ухмыляется:

– Я могу стать твоим одеялом! Большой, горячий, клокочущий даже… Сильный… Тебе не будет холодно.

Он касается моих волос, затем проводит сероватым пальцем по плечу…

Намёк прозрачен, как лёд, но я всё же надеюсь на банальное недопонимание. Тролли ведь магические существа. Девушек я их вида не видела и не слышала о них, так что… Должны они разве… Ну… соединяться в любовном потоке?

Что-то такое я, помнится, слышала от Бруклии.

Или все шишки достаются ведьмам?

Шишки и палки, ой…

Я хрюкаю от одолевшего гортань смешка и приседаю, а затем бросаюсь в сторону.

– Что смешного, Изольда? Ты хочешь кого-то другого? Я недостаточно хорош для тебя? – ревёт баран, и тут я чувствую настоящий, горячий, ошпаривающий кипятком страх.

Одно дело, нелепые приставания, другое – вполне себе весомый гнев ещё более весомого тролля.

Приходится собраться с силами и магией, чтобы рвануть к выходу, всполошив дремлющую на пне у крыльца сову.

– Изольда, стоять! Изольда, ты ведь поила меня этой горькой дрянью, и я пил, и теперь ты должна быть со мной!

Я едва не задыхаюсь от гнева.

А чего стоит мне не остановиться и не заступиться за кофе!

«Горькая дрянь», а!

Дрянь!

Сова летит за мной, я проваливаюсь в каждый сугроб, а тролль, будь он неладен, топочет по снегу, словно тот каменный.

Разумеется, он нагоняет меня в две секунды. И, я так предполагаю, всё произошло бы ещё раньше, если бы не нервирующее их утро снаружи.

Зато Джек сейчас, видно, где-то во тьме своего замка согревается вместе с одной из ведьм. Или несколькими…

Он ведь считается повелителем и покровителем ведьм.

И это большая честь.

Так люди говорят.

Ну а пока где-то всеобщее тёмное веселье и шабаш (не очень-то и хотелось), я тут развлекаюсь с рогатым троллем, который возвышается надо мной, сложив руки на груди и нахмурившись.

– Как ты могла убежать, Изольда?

И вечно эти глупые вопросы, тогда как сам всё видел! Взяла да убежала на своих двоих!

– Как ты мог, – вою ему в тон, закатив глаза, – наговорить такие гадости про кофе!

– О, я не хотел, – хмурится он, – если я извинюсь, мы ведь…

– Нет!

– А если, – глаза его сверкают огнём с синими проблесками, – скажу, что так ты сможешь пройти все испытания?

Глава 13. Порочная сделка

– О чём ты говоришь? – выгибаю я бровь.

И он подаёт мне руку, помогает встать ровно и удержаться на снегу.

– Нельзя полагаться на магию, ты должна уметь ходить по снегу лёгкой поступью, а не как слон!

– И много ты видел слонов?

– Видел во снах моего господина… Но дело не в этом, Изольда, а в том, что я могу помогать тебе, я могу быть благодарным, тролли они очень… верные, в общем.

– Ужасно, – отзываюсь я, отчего-то успокоившись.

Может быть, дело в том, что он хочет добиться моего согласия, готов даже в ответ оказать услугу. Это обнадёживает. Мне просто нужно не ляпнуть ничего, что можно было бы трактовать как «да». А то ведь существа эти не мужчины, с ними не пройдёт «ой, я передумала» да «ой, тебе послышалось».

И даже «я не это имела в виду».

– Что же плохого? Мы пойдём в дом, да? Ты здесь в туфтайке одной замёрзнешь…

Ничего не могу с собой поделать. Вот кто знал, что тролли бывают такими… милыми? В них всё-таки много от детей, может быть, даже больше, чем в человеческий мужчинах. Они так умилительно хмурятся, когда пытаются понять меня. Так торопливо и в то же время с поразительным вниманием тянут «Изольда». Так просто и наивно порой аргументируют, пытаясь получить то, что хотят.

И в то же время… они опасные великаны, способные лишить жизни лёгким движением будто каменных пальцев.

– Я постараюсь пройти честно, но спасибо за предложение, – отзываю, потупив взгляд, очень надеюсь, что баран вновь не впадёт в ярость.

Кстати об этом, перемены настроения и резкие вспышки агрессии, видно, тоже характерная черта этой братии.

Но мне повезло, ведь тролль в ответ лишь ведёт громоздким плечом.

– А зря… Здесь столько ведьм, они слетелись со всего света, а ты маленькая и совсем домашняя, хлебная крошка, тебе нужен кто-то, кто мог бы тебе помочь. Знаешь, как в сказках бывает? Клубочек даёт кто-то или что-то ещё полезное. Словом и делом помогает.

Мы возвращаемся в дом, безумная гонка переходит в размеренное обсуждение плюсов и минусов предложенной бараном сделки.

Я как всегда отвлекаюсь на свою насмешливую сторону, которая представляет, как выглядело бы всё, если бы Робер использовал те же приёмы убеждения:

«Ты ведь такая хрупкая, совсем одна в этом большом мире, совсем ещё юная. Для меня, по крайней мере. Нет, это хорошо! Но у тебя нет дома, нет семьи, нет приданого, куда ж ты пойдёшь, сухарик мой? Соглашайся и получишь пряники сладкие, и платья новые, и шаль… Женой мне будешь, будем душа в душу жить…»

Смех смехом, а ведь ситуация была именно такая, но Робер ни разу не надавил на моё положение, ничего не сказал о том, что я должна кричать от восторга и танцевать на снегу, а не прятать усмешку.

Он – достойный человек.

И Бруклия, и Стелла, и Роуз.

Все они были для меня бесконечно тёплым и добрым миром, но это так же значило и то, что на мою долю ещё не выпадало серьёзных испытаний, которые я бы помнила.

Я жила в теплице, даже не подозревая, какой могу быть, если дать мне повод!

Ох, не знаю, плохо это или хорошо, но я хочу взглянуть, на что способна.

Быть может, это поможет вспомнить хоть что-нибудь и о прошлом?..

Так вот, способна ли милая Изольда, лапочка и кисонька, согласиться провести ночь с троллем в обмен на несколько услуг от него?

И ведь даже не знаю, можно ли это считать жульничеством, ведь Джек не озвучивал правил, а законы троллей едва ли похожи на человеческие.

– Так что, Изольда? – словно прочитав мои мысли, спрашивает баран, когда мы входим в дом.

– Не думаю, что есть сказки, где бывают такие сделки. Обычно хороший герой помогает тем, кто потом помогает ему. Искренне.

Нет.

Безусловно, такие предложения не по мне.

– Ну вот, ты мне поможешь… Ты мне очень хорошо сделаешь! – ухмыляется тролль.

И я, дурная, показываю ему язык.

– Где это ты вообще сказки слышал такие? Джек перед каждым утром обходит вас и укладывает с прибаутками да колыбельными?

– Да нет… – отмахивается он, присаживаясь рядом с камнем, на котором жарилась рыбка. Бросая на него долгие, томные взгляды… и, наконец, решившись облизать. Бедняга.

– А пошёл бы, – предлагаю я, – наловил бы ещё, я бы тебе пожарила.

Он облизывается и поднимает на меня будто бы даже виноватый взгляд.

– Я не могу уйти. Буду всё время с тобой.

– Что же… Тогда я попробую заснуть.

Это его «я не могу» как-то напрягает, но всё же… Если он будет сидеть себе и охранять меня, как ворота (которые – увы – никогда для него не откроются), я вполне не против, ведь по слухам владения Джека – самое опасное, тёмное, мрачное и ужасающее место на свете.

– Так давай я тебя буду обнимать, ляжем у огня, как… Ну так. Просто, Изольда, ляжем.

– Это ведь дом, вполне себе людской дом, здесь должно быть что-нибудь тёплое… А ты, мой друг, не греешь по-настоящему.

– Друг? – выгибает он бровь.

– Ага, – я озорно усмехаюсь, прекрасно зная, что выходит у меня это обворожительно и подкупающе.

Вот ещё одна вещь, о которой я не задумывалась раньше: я легко схожусь с людьми. И, надеюсь, с троллями это сработает точно так же.

А что?

Даже с Совой мы ладим, не смотря ни на что, а уж она какая вредина!

Я счищаю снег со всех комнат дома и только на чердаке, на мгновение почти отчаявшись, нахожу то, что мне нужно – стопку шкур. В основном овечьих, но есть и одна медвежья. Под слоем снега с ними ничего не произошло, что не может не радовать.

Теперь дело за малым: расстелить всё у огня, сварить новую порцию компота, с удовольствием выпить, лечь поудобнее и с блаженством закрыть глаза.

Нет ничего лучше удачного дня, вороха переделанной работы за плечами и брежжущих впереди часов заслуженного отдыха в виде сладкого сна.

Зимой ещё приятнее после улицы зайти в тёплый дом, накрыться одеялом (или шкурой медведя) и наслаждаться тем, как отогревается изнурённое тело.

С этими мыслями я спускаюсь вниз, но замираю на лестнице, услышав хриплые, знакомые голоса, узлом сплетённый в один очень уж интересный разговор.

– Да ты же, наверное, напугал её стонами своими… Кто же так делает! – ухмыляется Крыс.

– Д-да?

– Конечно, учить тебя всему, что ли? Женщина чтобы согласилась, она первой стонать должна, а не ты, дубина!

– Да как её заставить, если она не хочет, если не согласная-то!

– Да как, рассказать как? Надо же было быть интересным собеседником. За коленку взять, они это любят – страсть. В ушко нашептать, какая красивая она, понавещать ей снега, понавешать!

– Да я говорил, волосы хвалил…

– Да что волосы? – хрипит Крыс. – Что волосы? Она и сама знает, что они чудесные! Что это тебе даст, дуб? Надо что-то, в чём у неё сомнения есть, червячок! Ты его съешь, и она сразу в рот заглядывать начнёт… Не веришь?

– Да только, что у неё некрасивого-то? Она вся ягодка!

– Так найди! Что уже в ведьме изъян найти не можешь!

– Может быть, под одеждой…

– Что под одеждой? – выгибаю я бровь, заходя в комнату.

И что же, мне, интересно, ответят?