![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pod-drugim-nebom-si-373688.jpg)
Текст книги "Под другим небом (СИ)"
Автор книги: Эва Гринерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)
Глава 58
Я шла по знакомой дороге, которая так часто снилась мне. Мечтая очутиться здесь, я не предполагала, что всё окажется не так…
Загадывала, что Джастин, возможно, обижен на меня и придётся объяснять и мириться; что кого-то из моих друзей может не стать – всё-таки возраст; думала, что главной моей проблемой здесь при возвращении станет окончательное обустройство с Лисой и вступление с Джастином в официальные отношения.
Об одном я не могла подумать – что не найду здесь самого Джастина.
Мало того, мне предстояло разрешить сейчас сложнейшую задачу – как ехать за Джастином, оставив здесь Лису.
Я шла медленно, стараясь успокоиться и просто смотрела по сторонам. Поля были покрыты травой и цветами. Мне захотелось набрать для Эннет букет. Сойдя с дороги, я с каким-то даже удовольствием рвала цветы. Очень скоро в моих руках был увесистый и потрясающе красивый снопик, состоящий из полевой гвоздики и герани, колокольчиков, левкоев и душицы.
Это занятие помогло мне успокоиться и немного собраться. Пока еще ни одной проблемы решено не было, но мне стало легче.
Войдя в городок, сначала решила зайти к себе домой и немного привести себя в порядок – я была вся в цветочной пыльце, которая облепила мне лицо, руки и одежду.
Ключ остался у Дилли, но дверь открывалась и без ключа.
Дома было прохладно и я с наслаждением вздохнула. Немного пыльно, но в остальном всё было как прежде. В мастерской тоже всё оставалось на своих местах.
Я стянула пыльную одежду, и прохлада дома окутала моё тело. Намочив полотенце, обтёрлась и прошла на второй этаж, чтобы подобрать себе одежду и обсохнуть.
Войдя в спальню в таком виде, естественно, вспомнила все ночи, проведенные здесь с Джастином. Коснувшись невольно своего плеча, я почувствовала, как горечь наполняет мой рот.
Нет, распускаться нельзя. Это просто не поможет.
Развернувшись, я повернулась к платяному шкафу и стала перебирать платья. Конечно, все были зимними. Однако одно домашнее было легче других. Если не надевать под него нижнюю рубашку, сойдёт и для лета.
Нужно съездить в город и купить одежду себе и Лисе. Кстати…
Я полезла вглубь шкафа и нашла там деньги, которые на всякий случай оставляла здесь. Это не просто, кстати, а даже очень.
Одевшись, я вышла, стараясь не смотреть на постель.
Около церкви я немного замедлила шаг. Было видно, что она работает. Стоит ли заходить?.. Нет, может быть позже. Всё узнаю у Эннет. И заспешила к её дому.
Пожилая женщина стала совсем крошечной, старенькой. Она закрыла рот рукой от изумления, увидев меня, а потом засеменила навстречу. А я кинулась к ней, роняя цветы. Обняв её, я наконец-то смогла заплакать.
Она поглаживала меня по спине и приговаривала:
– Ну ничего, ничего…
Мы сели в её театральной гостиной на диванчик. Я всё не могла отпустить рук Эннет. С ней у меня всегда была какая-то особая связь.
– Рассказывай, моя девочка. – мисс Джеймс поднялась и попросила принести нам холодного чая с мятой.
Я, не торопясь, рассказывала подробности моего возвращения. Эннет я могла рассказать всё без утайки, поэтому и про Марка не стала скрывать ничего. И про его воздействие на меня, и каким образом была зачата Лиса, и о его внезапно открывшихся чувствах ко мне.
Эннет с негодованием затрясла головой:
– Вот же поганец! Еще и о любви смеет говорить!
Я выразила опасение, что Марк вполне может заявиться сюда и она тяжело вздохнула.
– Не сомневаюсь что может…Но пока его здесь нет и давай, голубка, по мере поступления проблем.
– Эннет, что мне делать? Как Джастина найти? Я же не могу сидеть здесь и ждать его, ничего не предпринимая…
Эннет задумалась.
– Детка, ты не можешь не понимать, что это опасно. Если Кэтрин скрутила Джастина, значит, она тебя близко не подпустит.
– Вы знали, что между ними что-то есть, – не выдержала я.
Мисс Джеймс развела руками.
– Догадывалась, что что-то было. В любом случае сейчас это не важно, Наташа. Мы все знаем, что он тебя любит, и ты его – раз ты здесь.
– Так и что мне делать? – нетерпеливо спросила я.
– Ехать, – снова развела она руками. – Лорд Ангус считается благородным человеком, возможно, тебе стоит попасть лично к нему.
Тут она с шумом вздохнула, а затем посмотрела на свои руки, скрюченные артритом.
– Если бы мы могли помочь тебе…Разве что Доусон может отвезти тебя.
Я помотала головой:
– Нет, это долго. Я поеду верхом. Так будет быстрее.
Эннет укоризненно посмотрела на меня.
– Ты не должна думать только о себе, у тебя здесь дочь. Кто-то должен быть рядом, чтобы защитить тебя.
Пора было возвращаться к Феломене, чтобы не идти по темноте.
На прощание я снова крепко обняла Эннет.
– Дорогая, всё разрешится обязательно. Тебе придёт ответ, дай время. За Джастином ехать нужно, но не наделай ошибок, как в прошлый раз.
Она была абсолютно права. Я попрощалась и пошла быстро по дороге к усадьбе.
У Феломены всё было спокойно, девочки играли в саду. Я решила пойти посмотреть, прижились ли мои черенки.
Деревья уже отцвели, ветки выглядели очень здоровыми, крошечные завязи плодов уже можно было разглядеть в листве. Фанни-ма всё сделала как надо.
– Мамочка! – заметила меня Лиса и они с Дилли подбежали одновременно, обхватив меня с двух сторон. – Мы здесь останемся?
– Сегодня да, Лисёнок. А завтра возьмём Дилли и пойдем уже к себе домой.
– А сюда мы будем приходить? – обеспокоенно продолжила Лиса выяснение наших локаций.
– Конечно, детка, – подхватила я её на руки. Глазки у неё были сонными – слишком много впечатлений.
Дилли молча, с обожанием, смотрела на нас, а я вдруг заметила, как она повзрослела.
Жара спадала, послышался голос Фанни-ма, зовущий нас ужинать. И мы двинулись к дому.
Я подумала о Марии, которая сейчас была под другим небом одна, и вздохнула. Ну почему я каждый раз оставляю что-то очень дорогое для себя?..
И я сильно-сильно пожелала, чтобы оба дорогих моему сердцу человека оказались здесь, рядом с нами.
Глава 59
В усадьбе Олдина Ангуса царила атмосфера надвигающейся беды. И хотя внешне всё было спокойно, уравновешенно – словно на весь дом была наброшена серая удушающая вуаль.
Кэтрин отказывалась разговаривать с кем бы то ни было, кроме Джастина. Тот был с ней внешне ровен и заботлив. Помогал совершать туалет и мыться, приносил еду в спальню – его жена категорически также отказалась от услуг прислуги и горничных.
Возможно потому что слуги, не смотря на свою вышколенность, не могли сдержать ужаса в глазах при виде Кэтрин.
Она никак не могла обрести хотя бы тень прежнего вида, когда блистала своей русалочьей красотой.
Олдин предлагал попытаться помочь ей, однако первые же попытки закончились ничем – у Кэтрин начиналось что-то наподобии токсикоза, приступы были ужасающими. После тех попыток она и отказалась видеть отца и Маргарет.
Джастин же стоически выносил свою добровольно-вынужденную епитимью.
Если бы не Маргарет, Олдину пришлось бы совсем худо. Он мучился чувством вины и раскаянием. Он, взрослый, убелённый сединами, почтенный лорд, могущественный маг – с чего он взял, что можно было давать принимать дочери решение?
Сейчас он был убеждён, что у Кэтрин просто какое-то психическое нарушение, мания, одержимость. А он, старый дурак, хотел дать дочери свободу, не запрещая ничего.
Он невольно застонал вслух, вдавливая кулак в лоб.
– Олдин, не надо… – проговорила Маргарет, обнимая его голову и чуть покачивая, как успокаивают детей, – уже ничего не поделаешь. Пусть всё идёт, как идёт. Джастин рядом с ней, ты сам видишь – он даёт ей хоть какие-то силы, чтобы просыпаться каждое утро. Скоро пойдёт вторая половина беременности и ей может стать лучше.
Олдин со слабой надеждой внимал её убаюкивающим словам. Он чувствовал себя по отношению к Маргарет отвратительным потребителем, но не мог ни отпустить её, ни попросить остаться навсегда.
Хотя такой разговор возник между ними однажды, когда Кэтрин с Джастином уже вернулись.
– Марго, – нервно сказал тогда Олдин, побуждаемый страхом, что теперь она не захочет находиться в этой странной тяжелой атмосфере, которая только усугубилась с приездом молодоженов. – Марго, я наверное должен теперь просить тебя стать хозяйкой этого дома… – и замолчал, понимая, как убого звучат его слова, как это неблагодарно по отношению к ней.
Маргарет внешне легко и иронично усмехнулась:
– Олдин, твоё ключевое слово “должен” удивительно нелепый способ сделать предложение. Хотя, если ты хотел услышать “нет” – то в общем вполне рабочий.
– Марго, прости, ты же понимаешь, я не это хотел сказать, – Олдин готов был прямо сейчас покончить с собой от того стыда, который он сейчас испытывал перед этой женщиной, которая была достойна всего самого лучшего, но только не того, что происходило сейчас.
Маргарет смотрела вдаль, сощурившись по своему обыкновению. Ситуация была крайне неприятная – чем ближе они становились, тем невозможнее, как виделось ей, был их союз.
И лучше бы Олдин заткнулся сейчас, честное слово!..
Маргарет смолчала тогда, решила сделать вид, что этих слов она от него не слышала. Олдин трусливо и с огромной тайной благодарностью принял её этот великодушный жест.
Честно говоря, изо дня в день он надеялся, что Марго когда-нибудь придёт сама к нему в спальню, чтобы он смог решиться хоть на что-нибудь, и при этом чтобы она не подумала, что ею пользуются. Но Маргарет держалась исключительно в рамках своих границ.
– Джастииин… – голос Кэт прозвучал из соседней спальни, и он направился туда. Джастин жил в смежной. Двери между спальнями были всегда распахнуты, чтобы он мог слышать Кэтрин, когда был ей нужен. А нужен он ей был всегда.
Он забыл когда высыпался, когда с аппетитом ел, когда смотрел на небо, вообще, когда жил.
Сейчас он встал и прошел в спальню, откуда звала его жена. Джастину уже даже не казалось, что в его жизни есть что-то противоестественное – его мозг как-то странно принял всё происходящее.
– Да, Кэти, что случилось? – он присел рядом и приложил ладонь к её слегка гоячеватому лбу.
– Ребенок шевельнулся, дай руку…
Джастин позволил ей приложить его руку к её округлившемуся животу, выпирающему из-под острых рёбер. Под пальцами он ощутил два слабых толчка. Ребенок вообще шевелился мало и редко, поэтому Кэтрин звала его каждый раз, когда это происходило.
Кэтрин смотрела на него с какой-то надеждой. Интересно, с надеждой на что? Сейчас она поглаживала его ладонь. Ребенок шевелиться уже перестал и Джастин попытался высвободить руку, однако Кэтрин не отпускала и он привычно подчинился. Нужна ей его рука – на здоровье. Всё равно она получила его целиком. Вот только постель он с ней больше не разделит. Хотя она просила, конечно, мотивируя тем, что ночью он иногда не слышит её, что ей и ребенку спокойнее, когда он рядом…
Джастин раз от разу выдерживал поток просьб, жалких предлогов и слабых угроз. Пусть ему даже суждено быть при Кэтрин сиделкой, прислугой, домашним животным – она не получит ни тела его, ни души.
– Джастин, мне страшно… – завела Кэтрин, как ему показалось, свою обычную песню. – Помоги мне сесть, пожалуйста.
Он просунул руку ей под спину и почувствовал, что она в самом деле дрожит.
Кэтрин вцепилась в него и смотрела как будто вдаль, хотя перед ними в нескольких шагах была всего лишь стена.
– Кэт, что случилось? Тебе плохо? Что такое?
Он чувствовал сквозь тонкую ткань бешеный стук её сердца, она тревожно всматривалась в стену и ему стало действительно не по себе. Что за припадок такой с ней?
– Мне нужны силы…Немного сил!!! – вдруг вскрикнула она и повернулась к Джастину
– Позови мне отца, немедленно!
Он кинулся из спальни. За дверью стоял слуга, однако Джастин не стал давать ему распоряжений, а быстро миновал холл их с Кэтрин крыла lдома и помчался через галерею, чтобы найти Олдина.
Они с Маргарет были в кабинете. Джастин распахнул дверь и в первые секунды не смог выдавить ни звука.
Маргарет увидела его первой и метнулась к нему.
– Что случилось??? Кэтрин?
– Олдин… – смог, наконец, произнести Джастин.
Лорд Ангус не стал дожидаться объяснений и устремился к спальне дочери. Неужели всё?.. И ребенок?.. В страхе он дернул на себя дверь спальни Кэтрин. За ним появились бледные Маргарет и Джастин.
Кэтрин сидела на кровати, которая, казалось, содрогалась под ней. Сама она держалась за резную балясину кровати так крепко, что побелели костяшки пальцев.
– Что случилось, девочка моя, что?.. – Олдин не замечал слёз, которые катились по его щекам. Он приблизился к дочери и осторожно прикоснулся к ней.
Неожиданно она обхватила его руками, и прижавшись, сдавленным голосом произнесла:
– Папочка, пусть все уйдут…Ты мне нужен.
Лорд Ангус обернулся и взглядом приказал всем покинуть комнату. Затем, присев рядом с дочерью, он спросил:
– Что для тебя сделать, моя радость?
А Кэтрин всё смотрела куда-то вдаль сквозь стену спальни…
Глава 60
Я решила отложить поездку в осиное гнездо Кэтрин до тех пор, пока не буду убеждена, что Лисе здесь будет хорошо и комфортно без меня. Но всё-таки сомнения не отпускали меня. Я наблюдала, как она спокойно и весело играет с Дилли, остаётся с Феломеной. Она никогда не искала меня, когда я уходила в городок или просто прогуляться.
Однажды я спросила дочь напрямик, как взрослую – почему, разве она не скучает ко мне?
Лиса в это время рисовала что-то и ответила рассудительно:
– Мамочка, если я заскучаю, а тебя не будет, я просто закрою глазки и прилечу к тебе.
Я обдумала то, что услышала. Но кое-что мне было непонятно.
– Детка, а почему ты раньше не прилетела ко мне, когда я была здесь, а ты там…с Марией?
Дочь посмотрела на меня как на малое дитя.
– Ну потому что я не знала, где ты. А сейчас мне и знать не надо, я всегда знаю. – и сделала ручкой жест, который говорил о том, что всё так просто и ясно.
Не могу сказать, что Лиса сильно удивила меня. С одной стороны она немного успокоила меня, с другой сильно озадачила.
Я бы очень не хотела, чтобы дочь соскучилась по мне в тот момент, когда мне придётся оказаться лицом к лицу с Кэтрин. Невольно я поёжилась. Когда я думала о ней, у меня появлялось какое-то странное ощущение, как будто кто-то смотрел мне в затылок. А сейчас я даже оглянулась. За моей спиной находилось окно, а за ним простиралась дорога, по которой мне предстояло уехать, чтобы выяснить что случилось с Джастином.
Я словно наяву увидела его образ в нашу первую встречу. Это было в лавке Эбби. Когда он заметил меня, то, конечно, сразу понял, что меня принесло из портала.
Только я еще не знала, что он знает.
Растрепанные светлые волосы, белозубая смущенная улыбка, румянец во всю щеку, трогательная неловкость. Тогда он показался мне мальчиком.
Сейчас я должна была спасти этого мальчика, как он всё время спасал меня.
Я повернулась, чтобы посмотреть что нарисовала Лиса.
В этот момент дверь отворилась и вошел мистер Доусон – мы договорились поехать с ним в соседний город. Нам с Лисой нужны были вещи. Да и в дорогу нужно было кое-что купить.
Я поздоровалась и сказала, что готова ехать.
Сверху послышались башмачки Дилли-Дил – она спешила обнять нас, перед тем, как мы уедем. Феломена сунула нам пирожков с капустой на дорожку. Её фирменных, крошечных, на один укус.
Наконец, мы выехали. У нас был длинный список всего, что нужно было приобрести. Я вспоминала, как мы с Джастином ездили в Город, на этой самой дороге я впервые решила соблазнить его, чтобы он вернул меня к дочери. Могла ли я подумать, что еще немного времени и я полюблю его всем сердцем, на всю жизнь. Даже если нас разлучат столетия.
За этими мыслями я, совершенно механически, поедала пирожки. И, только заметив, что осталось всего два, я густо покраснела и окликнула Доусона:
– Брайан, вы будете?
Доусон обернулся, увидел остатки пиршества, крякнул, и серьёзно согласился.
– Скажи мне, Наташа, неожиданно спросил он, ты хотя бы отдалённо представляешь могущество Кэтрин и её отца?
Это меня задело. Надо же, какие мы красивые и всесильные…
– Нет, – коротко ответила я.
Доусон покачал головой и промолчал. Я немного подумала и спросила его:
– Вы думаете, она…ну как это…приворожила, околдовала его?
Брайан ответил не сразу.
– Думаю, что не только.
Я похолодела. Что там еще могло быть? Ела она там Джастина живьём, что ли?..
Однако, Доусон тут же твердо сказал, что всё это гадание она облаках и бессмысленно что-то предполагать.
– Наташа, – твёрдо сказал он, – нам необходимо сначала попасть к лорду Ангусу. – Если он не внемлет тому, что мы ему скажем – все остальные разговоры бесполезны.
– Брайан, вы считаете нам серьёзно грозит опасность?
Доусон разгладил белые усы и стегнул лошадь.
– Как знать, девушка, как знать. Вот съездим и поглядим.
Брайан Доусон определённо был фаталистом. Остаток пути мы проделали молча, каждый думал о чем-то своём.
Мы въехали в Город. Там, как обычно, было оживленно и шумно. Доусон подвез меня к магазину готовой одежды для Дам и юных барышень, а сам отправился исполнять хозяйственные заказы половины деревни.
Чувство вины побуждало меня выбирать Лисе самые красивые и изящные вещи. Однако, поколебавшись, я прислушалась к голосу разума и отобрала простые платьица и костюмчики – не надо ей выделяться. Сейчас это было опасно.
Конечно, пока она не выходит из дома Феломены, но ведь потом всё равно социум расширится.
Сейчас я не была уверена, что никто не хочет причинить нам вред – та же Кэтрин могла видеть во мне опасность.
И снова я почувствовала, что затылок как-то странно сводит. Невольно оглянулась – позади никого не было.
Купив самое необходимое из платья, я перешла дорогу и зашла еще в лавку обувщика. Хорошо, что было лето – мой зимний гардероб, хоть и скромный, занимал места в пять раз больше.
Увидев Доусона, я махнула ему рукой.
Поколебавшись, я спросила:
– Доусон, может быть нам оружие нужно? – не сказать, чтобы я прямо совсем уж почувствовала себя при этом дурой, но в общем да, почувствовала.
– Нет, девушка. – Спокойно ответил он. – Тут и методы другие, и оружие другое. Ты к себе прислушайся, сама ведь тоже не простая, только не понимаешь еще.
Я попыталась “прислушаться к себе”. Кроме бесконечных терзаний и сомнений, как обычно, ничего…Если я и магиня, то какая-то бездарная двоечница.
А может быть спросить у Лисы?.. Ну да, ну да, у четырехлетнего ребенка. Ладно, буду ждать, что “оно” проснётся в нужный момент. Но ведь даром тоже нужно уметь пользоваться…
Я огляделась – мы вроде бы ехали в другую сторону от города.
– Доусон, а куда мы едем?
Тот пожевал губами, потом ответил:
– Да появилась у меня одна мыслишка. Сейчас заедем на одну ферму, потолкуем с ребятами. Они хоть и не сильно в курсе колдовства, но я объясню. А ты помалкивай.
С удовольствием помолчу, подумала я и больше ни о чем не спрашивала, пока мы не подъехали к добротной на вид ферме. Чувствовалось, что у здешнего хозяина была крепкая рука. Лужайки, на которых паслись лошади и пятнистые коровы, загоны для овец и коз. Всё радовало глаз какой-то добротностью и основательностью.
Ворота выглядели так, словно были срублены каким-то великаном – крепко сложенные из брёвен в два робких обхвата.
Доусон спрыгнул с козел и подошел к ним. Сбоку сидел мальчишка-наблюдатель, которому было сказано несколько слов – мне было не слышно, однако мальчишка после приветствия кубарем скатился со своего наблюдательного поста и открыл нам ворота.
У входа в дом стоял, по всей видимости, хозяин – мужчина средних лет, какой-то ладный, хоть и невысокий. Взгляд был довольный, простодушный, хотя я насмотрелась здесь – за этим простодушием скрывалась воля и несомненный ум.
Пока я с любопытством разглядывала его, мужчины поздоровались. Сдержанно, но с большим уважением.
– Здравствуй, Брайан Доусон! Рад тебя видеть…и спутницу твою тоже. Добро пожаловать в Хиллкрест! Какими судьбами? – и они пожали друг другу руки.
– Здравствуй, Чарлз Фокс! Да вот решили с моей гостьей навестить тебя и твоих ребятишек. Это Наташа, – сказал Доусон, а Чарлз приветливо и просто махнул мне рукой.
– Добро пожаловать, Наташа! – и он подошел, чтобы помочь мне спуститься.
У меня всё еще не складывалась картинка – неужели этот хозяин сам держал это хозяйство? Оно выглядело гигантским, а сам он на фоне дома и построек – игрушечным. Я от души улыбнулась приветливому мистеру Фоксу.
– Здравствуйте, рада познакомиться.
А в следующий момент я задохнулась от удивления – из дома на крыльцо стали выходить молодые мужчины. Да какие! Это были просто какие-то богатыри из сказок Пушкина! Они всё выходили и выходили, я никак не могла из рассмотреть или хотя бы сосчитать. Все они были неуловимо похожи на Чарлза, но словно отлиты из какой-то другой, совершенной формы.
В итоге всего их вышло четырнадцать!!! Я, совершенно невоспитанно, разглядывала их, то одного, то другого. Они дружно и нестройно поздоровались, а Чарлз с хитрецой глянул на меня, с удовольствием наблюдая за моей растерянностью.
Доусон тоже посмеивался, приветствуя “ребятишек”, заодно представляя их мне: Кеннет, Дуглас, Коннор, Эдвард, Роберт, Уильям… Я только успевала кивать и хоть как-то запомнить их. А затем нас пригласили войти в дом.
Убранство дома теперь уже не удивляло меня, хотя не могло не поражать также, как и хозяйство снаружи. Всё было здоровенным, крепко сделанным, без какого-либо изящества, просто добротным. Несмотря на размах, в доме было достаточно уютно – чувствовалась женская рука, хотя хозяйки я еще не видела.
Только девочки-служанки засуетились, накрывая на стол. Вся мужская братия чинно расселась, нам с Брайаном предложили почетные места за столом, на котором при желании можно было кататься на коньках – такой он был огромный и зеркально-гладкий.
Пока девушки накрывали, выставляя блюда с обильной пищей одно за другим, Доусон с Чарлзом вели светский разговор о погоде, о соседях, об урожае. Сыновья Чарлза следили за разговором, однако в него не вступали.
Одно место за столом оставалось свободным – оно было как раз между мной и хозяином дома. Я предположила, что оно предназначалось для хозяйки, и с любопытством ждала её появления. Мне не терпелось познакомиться с женщиной, которая произвела на свет этих прекрасных парней, да еще и в таком количестве.
А еще я начинала догадываться, с какой целью мы сюда приехали. Что ж, Доусон, неплохая мысль. Просто отличная. Только согласится ли Чарлз отправить своих ребят в такое отчаянное путешествие?..
Словно прочитав мои мысли, Чарлз Фокс повернулся к Доусону и проговорил негромко:
– Что ж, Брайан, давай о деле…Рассказывай.
Доусон крякнул, глянул на меня и начал рассказывать.