Текст книги "В ожидании шторма (ЛП)"
Автор книги: Эмбер Келли Э
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)
Глава 31
Глава 31
Неделя пролетела как один миг. Строительство арены шло полным ходом. В среду мы утвердили заявку от подрядчиков из Джексон-Хоул, которых нам очень советовали, а в четверг они уже начали геодезическую съемку.
Мы с Карлой часами просиживали за графиками и бюджетом, пока Холланд летал в Кентукки, оставив все дела на меня.
Вечер четверга я провел в Уайлдхейвен Шторм. Поужинал с Мэтти и ее родными, а потом мы вдвоем сбежали в амбар и там тискались как пара озабоченных подростков. Она кончила, согнувшись раком над тюком сена, когда я трахал ее языком.
Это было самое запредельное зрелище в моей жизни.
В пятницу я вскочил ни свет ни заря, чтобы успеть на встречу с кредитным инспектором. Нужно было подписать все бумаги, оформить ипотеку и закрыть сделку по земле, а уже потом ехать на выходные на ферму.
Когда я подъезжаю к дому, мама возится на лужайке, сгребает листья.
– Я же для этого нанял садовников, – говорю я, подбегая к ней и забирая грабли.
Она вытирает лоб рукой в перчатке.
– Я сказала этим ребятам, чтобы до весны не возвращались.
– Почему? Они бы все сделали за тебя.
Она лишь плечами пожимает.
– Да я и сама не замечала, что тут такой кошмар с листьями, пока Хауи не привез тыквы и хризантемы, которые я заказывала. Вот я и вышла украсить двор ко Дню благодарения.
– Твои украшения с дороги все равно никто не увидит, – напоминаю я.
– Знаю. Но это не значит, что мне не хочется видеть аккуратный двор. Я-то его увижу, да и почтальон тоже.
Я качаю головой, понимая, что спорить с женской логикой бесполезно.
Я отправляю ее в дом, а сам заканчиваю сгребать и фасовать по мешкам всю опавшую листву. Потом подметаю крыльцо и дорожку, ведущую от дома к почтовому ящику у дороги.
Закончив, я умываюсь, и мы садимся за ужин, который она приготовила.
– Значит, на следующей неделе ты оформляешь права на свой новый участок, верно? – спрашивает она.
– Да, мам. Как раз сегодня утром подписал бумаги на кредит, – отвечаю я и беру булочку, чтобы собрать грибной соус, в котором плавает мой бифштекс.
– А деньги на строительство у тебя есть? – интересуется она.
Я киваю.
– Ага, я заложил эти расходы в сумму кредита. К тому же у меня есть неплохие сбережения.
– Хорошо. Просто чтобы ты знал: у меня лежат деньги, которые выплатили по страховке твоего отца...
– Мам, – перебиваю я, – эти деньги нужны тебе, чтобы спокойно жить дальше.
Она отмахивается.
– Ой, да брось. На что мне их тратить? За ферму все выплачено, и я получаю его пособие по социальному обеспечению.
– Они пригодятся на непредвиденные расходы. Налоги на имущество, страховка дома и машины, медицинские счета и вообще все, что не входит в обычную коммуналку и продукты. К тому же этот старый джип не вечен, – говорю я.
Я отламываю кусочек хлеба, макаю в тарелку и вдруг слышу тихое шмыганье носом. Поднимаю глаза.
– Мам? Все хорошо?
– Я просто... твой отец всегда сам этим занимался. Я даже не знаю, кому и сколько должна.
Я протягиваю руку и накрываю ее ладонь своей.
– Все нормально. Счета сами придут, когда настанет срок оплаты.
– А вдруг не придут? Вдруг их пришлют на какую-нибудь его старую электронную почту?
– Мам, отец ушел не внезапно. Он знал, что умирает. И позаботился о том, чтобы тебе было как можно легче. В том числе оформил хорошую страховку. Тебе абсолютно нечего бояться, – заверяю я ее. – Давай сделаем так. Завтра я зайду в его кабинет, переберу все папки, наведу порядок и покажу тебе, где что лежит.
Она кивает.
– Слушай, у меня есть к тебе вопрос, – говорю я, переводя разговор на тему, которая точно поднимет ей настроение.
– Какой?
– Я подумал, что ты могла бы приехать на День благодарения в Айронхорс. Присцилла говорила, что с удовольствием приготовила бы праздничный обед вместе с кем-нибудь. Заодно я бы отвез тебя на участок, показал землю. – И я добавляю главный козырь: – И хочу познакомить тебя с Мэтти и ее семьей.
На ее лице отражается нерешительность. Но мне очень хочется, чтобы она согласилась. Я планировал остаться на День благодарения в Уайлдхейвене, но если она не приедет, я вернусь сюда. Я не оставлю ее одну в этот праздник.
Она оглядывается по сторонам.
– Я всегда готовила праздничный ужин здесь, на этой кухне.
– Я знаю.
Она глубоко вздыхает и медленно выдыхает.
– Наверное, мне пора привыкать к тому, что теперь все будет иначе.
Я ничего не отвечаю, просто жду ее решения.
Она смотрит мне в глаза.
– На День благодарения я приеду, но на Рождество буду дома.
Я улыбаюсь.
– Я тоже.
– Поверить не могу, что ты собираешься познакомить меня с девушкой, – говорит она, и ее голос заметно веселеет.
Честно говоря, я и сам немного удивлен, но мне хочется, чтобы они узнали друг друга. Я бы даже хотел когда-нибудь привезти Мэтти сюда, на ферму, и показать ей, где я вырос.
Все закрутилось так быстро. Будто еще всего пару недель назад мы сидели в кабинете адвоката, и я позвал ее на первое официальное свидание. А теперь она – первое, о чем я думаю, просыпаясь утром, и ее голос – последнее, что я хочу слышать перед сном.
Я влюбился совершенно незаметно для себя. Точно так же, как отец когда-то влюбился в маму, по его собственным словам.

Глава 32
Глава 32
Я уже на полпути от Джексона к Уайлдхейвену, а передо мной высятся горы Титоны, указывая дорогу. Я снова проверяю время и чуть сильнее давлю на газ.
Я не планировал возвращаться так рано. Я должен был помочь маме вытащить с чердака новогодние украшения и прибрать дом к праздникам. Марсия Гэллоуэй обожает это время года, для нее оно самое любимое. Она согласилась приехать в Айронхорс через неделю, чтобы провести День благодарения с Холландом и Присциллой. Однако она наотрез отказалась встречать Рождество где-либо, кроме фермы. Возможно, это наше последнее рождественское утро в старом доме, поэтому я хочу устроить для нее настоящий праздник, хоть нам обоим и будет тяжело без отца.
После украшения дома я собирался сводить маму на воскресный бранч, а потом рвануть в Уайлдхейвен Шторм, чтобы провести вечер с Мэтти. Но сразу после завтрака Холланд прислал мне короткое и ясное сообщение.
Холланд:Деловая встреча за ужином в «Бакхорне». В пять вечера. Твое присутствие обязательно.
Никаких объяснений, только это требование явиться. Но я знаю, что когда он использует слово «обязательно», это ни хера не предложение. И вот теперь я в тридцати минутах от города, в самой чистой рубашке, какую сумел откопать в грузовике, и пытаюсь угадать, что за деловое предложение или силовые игры ждут меня на этой встрече. Что бы там ни было, дело крупное. Холланд Ладлоу чужим временем не разбрасывается.
И все же в груди глухо ворочается раздражение. Я так ждал встречи с Мэтти. Прошлой ночью, когда мы переписывались и разговор принял горячий оборот, я чуть было не прыгнул в грузовик и не помчался к ней. Будь я дома, а не в полутора часах езды, точно бы так и сделал. И мне стоило огромных усилий отменить нашу поездку верхом и перенести ее на среду – единственный свободный вечер, который нашелся у нас обоих.
Я заезжаю на парковку «Бакхорна» и отдаю ключи парковщику. Внутри стоит гул негромких разговоров, пахнет жареными стейками. Хостес провожает меня в дальний угол, где Холланд сидит за круглым столом с двумя мужчинами. Одного я узнаю сразу – это Джайлс Годвин, а вот второго... второго я не знаю.
Седовласый незнакомец одет безупречно: сшитый на заказ темно-синий костюм, накрахмаленная белая рубашка с расстегнутым воротом и лоферы, которые, похоже, стоят дороже моего грузовика. Поза у него расслабленная, но взгляд цепкий, и от его лощеной уверенности мои инстинкты мгновенно приходят в боевую готовность.
Холланд замечает меня и делает знак подойти.
– Кейсон, – окликает он меня при моем приближении, приподнимаясь ровно настолько, чтобы пожать руку. – Рад, что ты добрался.
– Взаимно, – отвечаю я и киваю Джайлсу. – Рад снова видеть.
– Я тоже, – искренне улыбается Джайлс. – Надеялся, что ты присоединишься.
Следующим поднимается незнакомец и протягивает руку.
– Стэнхоуп Маршалл. Из Нью-Йорка. Очень приятно.
– Кейсон Гэллоуэй, – отвечаю я на рукопожатие.
Хватка у него крепкая, а улыбка вежливая и располагающая.
Холланд жестом предлагает мне сесть, а затем подзывает официанта. Бегло изучив меню, мы делаем заказ, и Холланд просит принести их лучший бурбон «Блэнтонс».
– Стэнхоуп прилетел с Восточного побережья, – объясняет Холланд, пока официант ставит передо мной стакан. – На этой неделе мы с ним закрыли сделку. Купили двухлетнего чистокровного жеребца по кличке Секрет Фараона. Из линии Секретариата.
Я моргаю.
– Серьезно?
– Абсолютно, – с гордостью подтверждает Стэнхоуп. – Двадцать два миллиона. И он стоит каждого чертового цента. Жеребчик уже показывает класс на дорожке, а его племенной потенциал просто зашкаливает. Холланд сделал чертовски умную инвестицию.
Я перевожу взгляд на Холланда, который скромно качает головой, но эта напускная скромность никого не обманет.
– Мы строим будущее, – заявляет он. – И это будущее включает в себя ультрасовременный тренировочный комплекс. Арены. Конюшни для кобыл. Манежи для случки. Полномасштабное предприятие.
Я медленно киваю, и общая картина начинает складываться. Мы расширяемся еще сильнее. А значит, нам нужно пополнение в команде.
– То есть наше расширение только что стало еще масштабнее, – подвожу я итог.
– Именно. – Холланд приподнимает свой стакан в сторону Джайлса. – И я рад сообщить, что после долгих обсуждений и жестких переговоров Джайлс согласился перейти в Айронхорс. На полный день. Начиная со следующей недели. Как раз тогда, когда прибудет Секрет Фараона.
Джайлс расплывается в такой широкой улыбке, какой я у него еще ни разу не видел. Он сразу будто помолодел лет на десять.
– Это невероятная возможность, – делится он. – Современное оборудование, лошади мирового класса, да и, честно говоря, зарплата, которую предложил Холланд, очень упростила мне выбор.
– Ты это заслужил, – вставляет Стэнхоуп. – Я работал с Джайлсом уже на трех разных проектах, и лучшего специалиста не найти. Он именно тот человек, который нам нужен, если мы хотим побороться за Кентукки Дерби в следующем году.
– Спасибо на добром слове, – Джайлс коротко смеется, а затем смотрит на меня. – Все закрутилось очень быстро, но я воодушевлен. Знаю, что у тебя большие планы на Айронхорс, и чертовски горд стать частью этого дела.
Я выдавливаю улыбку и поднимаю свой стакан.
– Что ж, тогда за будущее.
Все чокаются стаканами. Настроение у всех праздничное. Подают стейки и омаров с картофелем, украшенным черной икрой, и Стэнхоуп пускается в рассказ о Саратоге и о том, как племенной жеребец какого-то магната из хедж-фонда потерял подкову прямо посреди заезда. Все хохочут. Я тоже киваю и улыбаюсь в нужных местах.
Но внутри у меня все так и переворачивается.
Потому что, хоть я и безумно рад за Холланда и знаю, что Джайлс станет отличным приобретением для команды Айронхорс – тренер он просто чертовски крутой, – мои мысли уже унеслись на несколько километров дальше, в Уайлдхейвен Шторм.
Мэтти это точно не понравится.
Она еще не знает, что вот-вот потеряет своего главного тренера. Единственного надежного человека, на которого она могла опереться во всем том хаосе, что творился весь последний год. Единственного сотрудника, за которого она дралась зубами и ногтями, когда ей пришлось уволить всех остальных. И если я хоть немного ее знаю, она примет это на свой счет. Расценит как очередное предательство. Как еще один гвоздь в крышку гроба того наследия, которое она изо всех сил пытается сохранить.
Я разглядываю янтарную жидкость в своем стакане и пытаюсь просчитать, насколько сильным будет этот удар.
Джайлс слегка наклоняется ко мне.
– Мне и самому тошно оставлять Мэтти в такой момент. Правда тошно. Но я с самого начала говорил ей, что эта подработка – не навсегда. Я сделаю несколько звонков, поспрашиваю у знакомых. Постараюсь, чтобы она нашла толкового человека на мое место.
– Значит, она вообще ничего не подозревает?
Он качает головой.
– Я поговорю с ней завтра.
– Давай лучше я сначала с ней поговорю. Я сам хочу ей все сказать.
– Ну хорошо, – соглашается он и хлопает меня по плечу. – Не переживай так. Мэтти девчонка разумная, да и покрепче будет, чем кажется со стороны.
– Это точно, – отвечаю я, и это не просто дежурные слова. – И все же... момент мог бы быть и поудачнее.
Джайлс кивает.
– Он всегда мог бы быть поудачнее.
Холланд берет вилку и принимается за стейк.
– Я понимаю твои опасения, Кейсон. Но мы оба прекрасно знаем, что Уайлдхейвен Шторм – не место для профессионала уровня Джайлса. То, что мы создаем здесь, – это мировой класс. Это бизнес, который приносит прибыль. И мы никого не переманиваем. Мы просто нанимаем лучших. Люди постоянно меняют планы, увольняются и двигаются дальше. Это обычная часть ведения бизнеса. Ничего личного.
Вслух этого никто не произносит, но скрытый смысл тяжелым грузом повисает над столом. Потеря для Мэтти – это выигрыш для Айронхорс.
И, похоже, волнует это только меня одного.
Я извиняюсь и на минуту отхожу в мужскую комнату. Плещу в лицо холодной водой. Вцепляюсь в раковину.
Для меня это уже не просто бизнес. Это стало личным, и это пугает меня до чертиков.
Я приехал в Уайлдхейвен с конкретной целью – превратить ранчо Айронхорс в ведущее коневодческое хозяйство и построить дом для себя и мамы. Я был сосредоточен только на этом, и мой план был предельно ясен.
Но я никак не рассчитывал встретить Мейтленд Шторм.
Когда она появилась в моей жизни, все изменилось. Где-то между стопками текилы и случайными танцами, между ее осторожной улыбкой и яростным блеском в глазах, я поймал себя на том, что перестал рассуждать как бизнесмен и начал думать просто как мужчина.
Я не хочу делать ей больно.
А теперь, по моей вине или нет, ей будет больно.
К тому времени как я возвращаюсь за стол, Холланд уже заказал на всех десерт и вовсю объясняет планировку тренировочного комплекса. Стэнхоуп и Джайлс внимательно слушают. Я сажусь на свое место, беру бутылку и наливаю себе еще.
Остаток вечера я держу свои мысли при себе. Позволяю Холланду расписывать новые контракты на разведение и партнерство с синдикатом в Кентукки, а Стэнхоупу – объяснять новую стратегию продвижения, которую разработает его фирма в Нью-Йорке. Все это впечатляет.
Это совершенно другой уровень.
После десерта – пирога с пеканом и бурбоном – Стэнхоуп прощается, торопясь на ночной рейс до аэропорта Кеннеди. Джайлс задерживается еще ненадолго, болтая с Холландом о скачках, жеребятах и уходе за пастбищами.
Когда он наконец поднимается, чтобы уйти, он дружески хлопает меня по плечу.
– Ну, я пошел. Мне завтра спозаранку быть в Уайлдхейвен Шторм. Буду ждать от тебя весточки, прежде чем положу ей на стол заявление об уходе.
Я жму ему руку.
– Спасибо за это.

Глава 33
Глава 33
Я все еще вожусь на кухне, складывая посуду возле раковины, когда снова кошусь на телефон.
Пусто.
Все та же тишина, которая пялится на меня с тех пор, как двадцать минут назад закончился ужин.
Кейсон обещал написать. Сказал, что извиняется за отмену, мол, возникло срочное дело. Мы перенесли все на среду – целых два дня ждать, – но мне все равно обидно. Я так ждала этого вечера. Похоже, даже слишком. Утром специально подольше возилась с прической, выбрала блузку с небольшим декольте и даже надела сексуальное белье. Только для него.
Дура.
Господи, я никогда не была такой девчонкой. Из тех, что переживают из-за шмоток или проверяют телефон каждые пять минут в ожидании сообщения от парня. Я будто за одну ночь превратилась в Чарли.
– Ты так гипнотизируешь эту штуку, словно то, чего ты ждешь, сейчас чудесным образом там материализуется. Если придет сообщение, он звякнет, в курсе? Кончай психовать, – бросает Чарли, споласкивая тарелку рядом со мной.
– Я не психую, – вру я. – Просто проверяю, не написала ли Шелби. Хотела узнать, выехали они из Шайенна или нет.
Чарли хмыкает.
– Ты про ту Шелби, которая больше часа назад скинула в общий чат фотки из грузовика Кейба, где она хвастается чеком и новой лентой? Про эту Шелби?
Я со вздохом закатываю глаза и с легким стуком ставлю тарелку.
– Ладно. Я жду весточки от Кейсона.
Чарли расплывается в улыбке.
– То-то же.
У меня нет сил на пикировки. В груди тяжелым грузом осело разочарование, как бы я ни пыталась убедить себя в обратном. Не то чтобы у нас были какие-то грандиозные планы. Собирались просто покататься на лошадях. Но я так предвкушала эту встречу. А за последний год я мало чему радовалась, так что это чувство для меня в новинку, и я просто не знаю, куда себя деть.
Я вытираю руки, когда телефон наконец оживает и начинает звонить.
Ну наконец-то.
Сердце пропускает удар, в животе сладостно ноет. Я хватаю трубку со столешницы, уверенная, что увижу имя Кейсона.
Но это не он.
Звонит Карл.
Я едва не оставляю звонок без ответа. Палец уже тянется смахнуть «Отклонить».
Но что-то заставляет меня коснуться экрана и ответить.
– Привет, Карл. Что тебе нужно? – спрашиваю я резким, сухим тоном.
– Мне нужно тебя увидеть, – тараторит он быстро, взволнованно. – Я в городе.
Я прикрываю глаза и прислоняюсь бедром к столешнице.
– Карл, если это насчет нас...
– Нет, – перебивает он. – Это насчет ранчо. Клянусь.
Это заставляет меня насторожиться.
– Насчет ранчо?
– Да, – уже тише говорит он. – Слушай, по телефону я ничего объяснять не буду. Ты должна увидеть это своими глазами.
– Увидеть что?
Он колеблется.
– Мне просто... мне нужно, чтобы ты мне поверила, Мэтти.
Поверила ему. Ну да. Будто я мало этого слышала.
Я перевожу взгляд на Чарли, которая увлеченно вытирает столовое серебро и складывает его в выдвижной ящик под кухонным островком, а затем снова подношу телефон к уху.
– Ты мне почти ничего не объяснил, Карл.
– Знаю. Все я знаю. Но это правда важно. Встреться со мной в «Бакхорне». Всего на десять минут. Больше я тебя не задержу. Пожалуйста.
В «Бакхорне»? Странное место для обсуждения дел ранчо. Это самый пафосный ресторан в городе, дорогущий стейк-хаус, где собираются люди в пиджаках и с большими деньгами. Карл обычно по таким заведениям не ходит.
– Ты тащишь меня в стейк-хаус ради какого-то романтического жеста? – скептически уточняю я. – Потому что видит бог, Карл, если там будут цветы или...
– Не будет, – быстро перебивает он. – Клянусь. Ничего такого. Сама увидишь, когда приедешь.
Я медлю. Разум твердит остаться дома, но чутье – то самое, которое отлично знает Карла и улавливает тревогу в его голосе, – подгоняет ехать. В итоге я поддаюсь интуиции и поднимаюсь наверх, чтобы переодеться во что-то более приличное, чем топ на лямках и домашние штаны.
– Буду через пятнадцать минут, – бросаю я и вешаю трубку, пока не передумала.
Я быстро натягиваю джинсы, блузку и сапоги – те самые, которые приготовила для прогулки с Кейсоном. Снимаю с волос резинку, прочесываю их пальцами и крашу губы блеском. Выхватив из шкафа куртку на овчине, я спускаюсь обратно.
– Ты куда это? – спрашивает Чарли, провожая меня взглядом.
Я снимаю ключи с крючка и прячу телефон в карман.
– Я ненадолго. Нужно кое-что проверить.
– О, так ты все-таки дождалась сообщения! – кричит она мне вслед. – Не делай ничего такого, чего не сделала бы я, сестренка!
«Бакхорне» светится в темноте ноябрьской вайомингской ночи точно фонарь, его окна разливают теплое янтарное сияние из-за тяжелых каменных стен. Я паркуюсь через два места от грузовика Карла и замечаю его у самого входа – он стоит, скрестив руки на груди, и так бешено мерит шагами пятачок, как делает всегда, когда из последних сил пытается не сорваться.
Когда я подхожу ближе, он выпрямляется и натягивает дежурную улыбку.
– Спасибо, что приехала.
– Я здесь, Карл. А теперь выкладывай, ради чего все это.
Он кивает в сторону двери.
– Пошли. Мы просто выпьем по стаканчику.
Я застываю на месте.
– Погоди. Ты притащил меня сюда, чтобы просто выпить?
– Все не так, как ты думаешь, – говорит он, беря меня за руку.
Я тут же отдергиваю ладонь.
– Карл, видит бог...
– Мэтти, я тебе не наврал, – настаивает он. – Ты сейчас сама все поймешь. Просто... иди за мной.
Заходить внутрь мне совершенно не хочется. Каждое подсознательное чувство так и вопит, что это какая-то подстава. Но сапоги упрямо шагают вперед, и я послушно иду за ним сквозь тяжелые деревянные двери в полумрак обеденного зала, где пахнет просто божественно – чем-то сладким, дымным, хорошим стейком и бурбоном.
Хостес приветливо улыбается, готовая нас проводить, но Карл отмахивается:
– Мы просто займем столик у бара.
Она кивает, и он идет впереди.
Нервы у меня натянуты до предела, пока мы лавируем между столами с нарядной публикой: мужчины в отутюженных костюмах, женщины в жемчугах, влюбленные парочки держатся за руки и наслаждаются романтическим ужином при свечах. Мы заворачиваем к бару, и Карл подводит меня к высокому столику на двоих в самом углу.
Я тянусь к стулу, но Карл кладет ладонь мне на поясницу и мягко направляет к противоположному сиденью.
К тому, что развернуто лицом ко всему залу.
– Карл, какого хрена здесь происходит?
Он не отвечает. Лишь снова натянуто улыбается.
– Просто присядь.
Я опускаюсь на барный стул, сердце бешено колотится о ребра. Смотрю, как Карл подходит к стойке и заказывает выпивку. Он стоит ко мне спиной.
И тут я бросаю взгляд налево.
И каменею.
За круглым столом в другом конце зала сидит Холланд Ладлоу. Рядом с ним Кейсон – в руке стакан, голова чуть опущена. Еще там сидит какой-то незнакомый мне мужчина, а прямо напротив Кейсона – Джайлс Годвин.
В животе завязывается тугой узел.
Отсюда мне не слышно их разговора, но общая атмосфера и так понятна – расслабленная, праздничная. Холланд хохочет, разливая что-то из бутылки. Кейсон наклоняется и что-то говорит Джайлсу, тот кивает в ответ.
Затем они поднимаются.
Незнакомец жмет всем руки, извиняется и уходит. Я провожаю его взглядом, пока он идет к стойке хостес. Девушка уходит за его курткой, а он утыкается в телефон. Когда он скрывается за деревянной дверью, я снова перевожу взгляд на их столик.
Джайлс что-то говорит Кейсону и хлопает его по плечу.
Но до меня доносится именно голос Холланда – громкий, уверенный, раскатистый.
– Добро пожаловать в команду, – заявляет он с улыбкой, от которой у меня кровь стынет в жилах. – «Айронхорс» рад тебе.
Я смотрю во все глаза. Сижу не шевелясь, пока в голове вихрем проносятся мысли.
Возле меня снова вырастает Карл с двумя тумблерами в руках. Один он ставит передо мной, но я даже не тянусь к нему. Мой взгляд намертво прикован к сцене в глубине зала.
– Вот это тебе и нужно было увидеть, – тихо произносит он. – Я же говорил, что ему нельзя верить.
Я молчу. Просто не могу вымолвить ни слова. В ушах звенит. В груди все сдавило.
Кейсон... он ведь сказал, что вынужден отменить встречу из-за какого-то срочного дела. Обещал написать позже. Сказал, что увидимся в среду.
Но он ни словом не обмолвился об этом. Не сказал, что собирается ужинать с моим тренером лошадей. Что он помогает Холланду увести Джайлса прямо у меня из-под носа.
– Не верю, – выдыхаю я.
– Я тоже сначала не поверил, – Карл наклоняется ближе. – Я был в кафе через дорогу, когда заметил Джайлса на тротуаре. Выскочил перехватить его, хотел предупредить, что завтра утром немного задержусь – собирался посмотреть дом, который сдают в аренду. И тут вижу Холланда с этим богатеем. Они ждали Джайлса перед входом. Пожали руки и зашли внутрь.
Я тяжело сглатываю, не сводя глаз с этой троицы.
– Я зашел следом и сел прямо тут, пытался подслушать, о чем они толкуют. Потом приехал Гэллоуэй. Когда официант принес им горячее, я разговорился с ним, спросил, что там за балаган. Он обмолвился, что они обмывают крупную сделку и нанимают одного из парней на работу. Вот тогда я и решил тебе звякнуть.
В другом конце зала трое мужчин снова жмут друг другу руки, все так же улыбаясь. Снова чокаются.
– Не понимаю. Зачем им сдался Джайлс?
– Они займутся лошадьми.
Я резко поворачиваюсь к нему.
– В каком смысле?
Он вздыхает.
– По городу уже вовсю слухи ходят. Поговаривают, Холланд хочет отдать часть земель «Айронхорс» под конное ранчо. Что они активно скупают лошадей. А вчера я заметил геодезистов на том участке, который ты им продала, ну и поспрашивал. Сказали, что работают на подрядчиков из Джексона, и там затевается масштабный проект – будут строить крытый и открытый манежи и все такое.
Ощущение такое, будто меня с размаху ударили под дых.
– Что? И ты молчал?
– Собирался рассказать, когда разузнаю все подробности. И найду доказательства. Но тут я увидел Джайлса и...
– А я думала, я ему небезразлична, – шепчу я, скорее самой себе.
Желваки на лице Карла ходят ходуном.
– Да уж, таким парням, как он и Ладлоу, важно только одно. Бабки. И им плевать, через кого придется перешагнуть ради этого.
Я медленно поднимаюсь, тело словно задеревенело. Руки дрожат, и я судорожно разглаживаю ладонями джинсы.
– Мне пора.
Карл не пытается меня удержать. Лишь смотрит на меня с сочувствием в паре глаз.
– Мне жаль, Мэтти. Правда.
Я иду мимо бара, мимо чужого смеха, спиной ощущая всю тяжесть обрушившегося на меня предательства. Я не смотрю на Кейсона, который как раз подходит к хостес. Я просто не вынесу его взгляда, когда он поймет, свидетельницей чего я стала.
– Мэтти? – удивленно доносится его голос мне вдогонку, когда я толкаю двойные двери.
Но я даже не оборачиваюсь.
Ледяной воздух бьет по лицу, точно пощечина, и я срываюсь на бег.
– Мэтти, постой!
Я заскакиваю в грузовик, блокирую двери и завожу мотор. Врубаю передачу и с силой вжимаю педаль газа в пол, с пробуксовкой пролетая мимо него, пока он оглядывает парковку.
Слезы застилают глаза, стоит мне выехать на шоссе.
На соседнем сиденье надрывается телефон. Я даже не смотрю на экран. Это либо Кейсон, либо Карл, а я сейчас ни с одним из них говорить не хочу. Мне хочется просто ехать.
И я еду.
Пока не кончаются слезы.





























