Текст книги "Договорные обязательства (ЛП)"

Автор книги: Элли Риверс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 15



Наступило Рождество, а вместе с ним и день рождения Себастьяна.

Планировать одновременно рождественский пост и пост ко дню рождения для социальных сетей всегда было той еще задачей. В этом году у меня хотя бы имелся отличный запас кадров с вечеринки у Кэрол, так что я вполне могла бы просто выложить еще одно наше фото на фоне ее елки и со спокойной душой закрыть этот вопрос.

Но мне хотелось, чтобы на этот раз все было иначе. Раньше мы никогда не праздновали дни рождения, но теперь, учитывая нашу зарождающуюся дружбу, мне искренне хотелось сделать для него что-то особенное.

Как ни странно, я знала о нем довольно много. Помнила его любимую еду, увлечения, а еще нашла в его шкафу пару походных ботинок, благодаря которым у меня и родился идеальный план на этот день.

Я встала пораньше, чтобы приготовить кофе и вафли на нашей крошечной кухне. Себастьян поднялся в восемь и выглядел совершенно растерянным.

– Это что такое? – спросил он, разглядывая праздничную сервировку на обеденном столе.

Я купила шарик, маленький торт и поставила на передний план открытку. Открытка была ужасно слащавой, но на ней была цитата из «Игры престолов», над которой он смеялся, когда мы смотрели сериал, так что я знала: это то, что нужно.

Я вышла из кухни с улыбкой на лице.

– Это в честь твоего дня рождения.

Лицо Себастьяна мгновенно залил яркий румянец, и на секунду он выглядел виноватым.

– Но… я ведь ничего не устраивал на твой день рождения.

Мой день рождения был еще до переезда в Нэшвилл, и мы с Джесси провели его вдвоем. Я тогда сама организовала себе «праздник» для Instagram, подписав, будто это подарок от Себастьяна.

– Все в порядке. Это было еще до… всего этого, – произнесла я. – Мне просто хотелось сделать что-то приятное. Садись.

Себастьян выглядел почти неловко, и я на миг засомневалась: а не перестаралась ли я? Но все равно закончила с приготовлениями и села напротив него.

– Держи, – сказала я. – Завтрак в честь дня рождения!

– Не нужно было… Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной…

– Тебе не нравится? – спросила я, почувствовав, как сердце ушло в пятки.

– Нет! – тут же возразил Себастьян. – Все очень мило, правда, но я не хочу, чтобы ты делала это из чувства долга.

– Вовсе нет, – я покачала головой. – Я просто… хочу, чтобы мы сделали что-нибудь приятное.

Себастьян изумленно моргнул.

– Правда?

– Да, – ответила я. – Ты ведь не против? У тебя же не было других планов?

– Нет, – отозвался он. – Просто мы обычно не празднуем дни рождения.

– Знаю, но мы меняемся, – мягко возразила я. – Хочу попробовать по-другому.

Нерешительность в глазах Себастьяна растаяла. Он кивнул.

– Ладно.

Завтрак прошел весело. Мы болтали обо всем на свете, и к полудню он выглядел расслабленным и довольным. Я видела, что больше никаких сюрпризов он не ждет, поэтому, когда я прихватила ключи и велела ему надеть спортивную одежду, он выглядел потрясенным.

Я повезла его в место, о котором мне рассказала Эми: неподалеку от озера и дамбы с неплохими пешеходными тропами. На улице было совсем мало людей.

– Что мы делаем? – спросил он.

– Идем в поход, – ответила я. – Я нашла твои трекинговые ботинки.

– Я… я никогда не ходил в походы.

– Черт, – пробормотала я про себя.

– Но я купил их как раз потому, что хотел попробовать, – улыбнулся он. – Куда мы идем?



Для зимнего дня было удивительно тепло, и я искренне радовалась, что нам не придется морозить носы.

Мы прошли полторы мили сначала вдоль берега, а затем углубились в деревья. Именно такие тренировки я и любила. Меня приятно удивило пение птиц вдали, хотя формально на дворе стояла зима.

Себастьян рассматривал все вокруг, и между нами установилось уютное, почти интимное молчание. Было что-то очень успокаивающее в том, чтобы просто молчать рядом с человеком, который тебе нравится. Эта тишина не казалась тяжелой или скучной – она была мирной и приятной.

Не помогало и то, как чертовски хорошо Себастьян выглядел в своих джинсах. Он шел впереди, и мне открывался шикарный вид на его задницу.

Боже, как же мне хотелось к ней прикоснуться.

Мы слишком долго не спали вместе. Если эта пауза продолжится, придется достать тот старый вибратор, который у меня остался. Он, конечно, и близко не сравнится с Себастьяном, но я всегда могу представить, будто это он…

Я настолько погрузилась в свои грешные мысли, что врезалась прямо в его спину, когда он остановился.

– П-прости, – сказала я, пытаясь выбросить из головы пошлые фантазии. Получилось плохо.

– Это я виноват, – ответил он, отодвигаясь чуть дальше, чем мне хотелось бы. – Я просто залюбовался видом. Может, я все-таки из тех парней, которым нравятся походы?

– Может быть, – отозвалась я, не сводя с него глаз.

Смотрит ли он на меня так же? Представляет ли меня в своей постели? Бросает ли взгляд на мою задницу с мыслью: «Боже, как же хочется ее схватить»?

Потому что если и так, то он не подавал ни малейшего вида.

Каждую ночь мы ложились спать в разных комнатах. И я осознала, что все эти поцелуи исходили только от меня. Да, он прикасался ко мне на людях, но наедине… мы были просто друзьями.

Все спокойствие, что я обрела за время прогулки, мгновенно испарилось. Я окинула себя взглядом, гадая, не был ли причиной всему тот небольшой вес, который я набрала. Может, дело в этой бесформенной футболке или небрежном пучке на голове?

Или дело просто во мне?

– Готова идти назад? – спросил он, повернувшись ко мне.

– Да, – улыбнулась я, хотя эта улыбка далась мне с трудом.

Он снова пошел вперед, но протянул мне руку.

– Думаю, мне стоит держать тебя, – произнес он. – А то вдруг упадешь.

Я ни разу не оступилась по дороге сюда, но от мысли об его ладони в моей щеки мгновенно вспыхнули. Боль немного отступила.

Может, все-таки я ошибаюсь?

Он тихо рассмеялся.

– Обожаю то, как ты краснеешь, когда на тебе нет макияжа.

– Вовсе я не краснею, – пробормотала я, принимая его руку.

Прикосновение его ладони и наши переплетенные пальцы заставили мое лицо пылать еще сильнее. Его взгляд замер на моих краснеющих щеках.

И все же мне это нравилось. Это теплое, хрупкое чувство было таким нежным в тишине природы. Оно напоминало только что появившуюся бабочку, совсем недавно выбравшуюся из кокона.

Это затягивало куда сильнее, чем мне хотелось бы признать.

Держаться за руки не должно ощущаться так – особенно с мужчиной, с которым меня связывает контракт.

Но у меня не было сил остановиться.

Когда мы подошли к машине, он притянул меня к себе и мягко коснулся губами моего виска. Жар, который только-только начал спадать, волной вернулся к щекам, стоило моему телу прижаться к его груди.

– Спасибо, – прошептал он, и его губы скользнули по моей коже. – За то, что сделала все это для меня.

Я повернулась к нему с банальным «Не за что» на языке, но слова застряли в горле, стоит мне осознать, насколько близко его лицо.

Я поддалась порыву и накрыла его губы своими. Сердце заколотилось как бешеное, и я мысленно умоляла его не отстраняться. Мне так хотелось, чтобы эта дистанция между нами оказалась лишь моей фантазией.

Вместо этого он ответил на поцелуй с той же силой, скользнув ладонями к моим бедрам, а затем на поясницу, чтобы удержать меня прижатой к себе.

Все мое тело ожило, готовое принять что угодно от мужчины, который меня целовал. Мне хотелось домой. Хотелось распахнуть дверцу машины и наброситься на него прямо там, но ровно в тот момент, когда я решила, что все идет как надо и наконец получу желаемое, он отстранился.

Воздух, оказавшийся куда холоднее тела Себастьяна, стал для меня резким отрезвлением.

– Нам пора домой, – торопливо проговорил он, будто пытаясь сбежать от меня как можно быстрее.

Мое сердце практически остановилось.

– Хорошо, – выдавила я. – Поехали домой.

Мы ехали в молчании, и я судорожно прокручивала в голове воспоминания, пытаясь понять, не придумала ли я все это.

Когда мы оказались наедине в нашей гостиной, я снова поцеловала его. Тело ныло от желания, и я попыталась мягко направить его в сторону его комнаты.

Но он отстранился.

– Прости, – тихо сказал он. – Но я не могу.

Я уставилась на него, и внутренности сжались в тугой узел от этих слов.

Он не может… переспать со мной?

– Дело… дело во мне? – этот ответ мог с легкостью разбить мне сердце, но я должна была знать.

– Нет, – ответил он. – Конечно же нет.

Я не знала, верить ли ему, но все равно кивнула. Он бросил на меня виноватый взгляд и ушел в свою комнату.

На одну предательскую секунду в голове промелькнула мысль: а не пошел ли он к себе, чтобы позвонить кому-то другому?

Мне не хотелось снова вступать на эту скользкую дорожку. Не хотелось ничего додумывать.

Но все равно было больно.

Я ушла к себе и разглядывала свое тело в зеркале, гадая, был ли причиной набранный вес или отсутствие косметики. От этой мысли сердце немного сжималось. Мне хотелось верить его словам, но поступки говорили громче.

Я попыталась отогнать эти мысли и села за ноутбук, но слова не складывались. Тяжело вздохнув от досады, я решила почитать. Не помогло.

Тогда я сделала публикацию в Instagram и потратила время, планируя другие посты. Это испортило мне настроение еще сильнее, но зато помогло убить время. Совместных фото с Себастьяном у меня было немного, поэтому я использовала больше снимков из интернета, надеясь насытить ими подписчиков и наконец перевести дух.

К тому моменту, когда я заснула, мое настроение стало еще хуже, чем прежде.



ГЛАВА 16



Спустя неделю после Рождества я все еще чувствовала себя сплошной открытой раной.

Я выходила на пробежки, пытаясь выбить из головы мысли о том, что со мной что-то не так и именно поэтому Себастьян мне отказал, но эта мысль засела намертво.

В порыве злости я чуть не убила Роханду, но, написав это, так и не смогла оставить в книге. Эта сцена совершенно не вписывалась в сюжет, поэтому я просто все удалила. В глубине души я понимала, что за этой злостью скрывается закипающая обида. Почему он меня не хочет? Я стала выглядеть хуже из-за пары набранных килограммов? Мне нужно ярче краситься? Лучше одеваться?

Мне не хотелось ставить собственную ценность в зависимость от мнения мужчины, но после того, как мать годами вбивала мне это в голову, подобные мысли возникали первыми. Если собственному мужу я кажусь непривлекательной, может, так оно и есть? Она всегда хотела, чтобы я верила, будто моя значимость равна моей внешности.

После шести дней в таком круговороте мыслей я была на грани безумия от досады и злости. На кого именно были направлены эти эмоции, я и сама не знала.

Может, на меня саму.

При Себастьяне я пыталась изображать улыбку, но она получалась натянутой. Я видела, что он замечает мое состояние, и гадала, понимает ли он причину.

А если понимает, то, может, думает, как бы мягче сказать, что я его больше не привлекаю?

В канун Нового года Себастьян вернулся домой в шесть вечера, и я поймала себя на мысли, что почти не хочу его видеть. Я разрывалась между желанием спрятаться в своей комнате и порывом натянуть самый откровенный наряд, чтобы попытаться его соблазнить. И то и другое было так себе идеей. В итоге я просто осталась на диване, бессмысленно сидя в телефоне.

– Привет, – произнес Себастьян. – Как прошел день?

Ужасно. Отвратительно. Хуже некуда.

– Нормально, – ответила я.

– Правда? Ты какая-то тихая.

– Я в порядке. А твой день как? – слова прозвучали сухо и устало.

Себастьян растерянно моргнул.

– Да хорошо. Для предновогоднего дня – довольно спокойно.

– Это отлично, – отозвалась я, пытаясь, и безуспешно, придать голосу непринужденность. Ну почему я не могу просто перешагнуть через это? В наших отношениях секс никогда не был чем-то постоянным.

Но то, как именно он мне отказал, не давало покоя.

– Сиерра собирает у себя небольшую компанию на Новый год. Хочешь пойти?

Я задумалась. Сиерра мне нравилась, да и хоть какая-то смена обстановки не помешала бы, чтобы перестать вариться в собственном негативе.

– Давай, – сказала я.

– Ты уверена? – уточнил он. – Я вижу, что ты в последнее время сама не своя, но…

– Все нормально. Я переоденусь.

Я встала, чтобы подобрать что-то более подходящее для вечеринки. В итоге решила еще и накраситься: Мартин запросто мог узнать от кого-то из гостей, как я выглядела. Когда я вышла из комнаты, Себастьян мельком посмотрел на меня и тут же отвел взгляд.

Я будто вернулась в наш медовый месяц, когда он точно так же прятал свои взгляды.

Почему он так себя ведет? Почему выглядит так, будто его ко мне тянет, но держит дистанцию? Складывалось ощущение, что он изо всех сил пытается быть полной противоположностью тому, каким был раньше.

До места мы ехали на его машине, и говорить мне особо не хотелось. Настроение было настолько мрачным, что любое сказанное слово могло спровоцировать ссору. Он то и дело посматривал на меня, будто пытаясь завязать разговор, но так ничего и не произнес.

Сиерра жила в высотке в центре города. Из окон открывался неплохой вид на реку, и, судя по ужасным пробкам, в которых мы простояли, где-то неподалеку должен был быть салют.

Она открыла дверь с радостной улыбкой:

– Вы пришли!

– Спасибо за приглашение, – вежливо ответил Себастьян. Я выдавила улыбку, хоть и чувствовала, насколько она фальшивая.

– Входите, входите, – позвала она, отступая в сторону.

– Вау, какая прекрасная квартира, – отозвалась я.

– Спасибо! Ее нашел мой брат для нас с мужем. Он занимается инвестициями в недвижимость, так что квартира досталась мне с сумасшедшей скидкой. Семейные связи!

– Понимаю, – сказала я. – А Кэрол тоже здесь?

– О, нет, – ответила Сиерра. – Она сказала, что встретит Новый год во сне. Старшее поколение так и делает, а это тусовка для тех, у кого еще остались силы. Тут пара ребят с работы, ну и несколько моих друзей.

Я на секунду замерла, пытаясь перестроиться под формат вечеринки. Отлично. Молодежь. Из той категории, что любит подкатывать ко мне или к Себастьяну. Или просто наклюкаться и погулять от души.

Я умела хорошо выглядеть, но когда дело доходило до веселья, из меня был так себе тусовщик.

– Мы можем уйти, если хочешь, – шепнул мне на ухо Себастьян, пока Сиерра шла впереди.

Я качнула головой:

– Нет, все в порядке.

– Но ты была без настроения, когда мы выходили. Ты всю неделю сама не своя с тех пор, как я сказал…

– Все нормально, – прервала я его, не желая выяснять отношения прямо здесь. – У меня большой опыт по части «делать вид, что все отлично».

Я завернула за угол в гостиную и заметила пару знакомых лиц, с которыми, впрочем, толком не общалась. Из колонок гремел танцевальный трек, все были с бокалами. Чувствовала себя не в своей тарелке. Я привыкла к глянцевым, показушным приемам, а не к простым посиделкам с друзьями.

– О, а это мой брат, Дерек, – произнесла Сиерра, взяв какого-то мужчину за руки. Я повернулась к ним, и дыхание перехватило, когда я узнала его лицо.

Дерек – тот самый парень с приветственного вечера. Тот, что загнал меня в угол у туалета.

Его взгляд, само собой, сразу зацепился за меня. Себастьян рядом ощутимо напрягся.

Только этого мне не хватало. Но второй раз списать все на пищевое отравление и сбежать уже не выйдет.

– Привет, – обратился он только ко мне.

Сиерра прищурилась, глядя на брата:

– Дерек, ты что творишь?

– Не бери в голову, – пробормотал он. – Ты ведь та девушка с вечеринки, да?

Сиерра вцепилась в него:

– Простите нас, – процедила она сквозь зубы и уволокла его в сторону.

– Так вот кто тот парень, – сквозь зубы проронил Себастьян.

– Прекрасно, – пробормотала я, сворачивая к кухне в надежде найти хоть какой-то алкоголь.

– Лили, – позвал Себастьян, следуя за мной. – Что происходит? Из-за того, что я сказал, будто не могу…

– Не здесь.

– Извини, – тихо произнес он. – Если бы ты дала мне объяснить, я бы сказал, что имел в виду.

– Нам не нужно говорить об этом здесь. И вообще я не хочу это обсуждать.

Потому что меньше всего на свете я хотела услышать вслух, что он меня не хочет.

– Ты расстроена. Зачем ты вообще пошла, если тебе плохо?

– Мне нужно было выбраться из дома. Я не знала, что наткнусь на парня, который загнал меня в угол на другой вечеринке и пытался затащить в постель, – пробормотала я. – И я не знала, что это будет скорее обычная дружеская вечеринка.

– Ну… я думал, будет больше коллег, хотя она сразу предупреждала, что звала в основном ровесников.

– Я думала, это мероприятие, где нам нужно просто красиво позировать.

– Я… нет. Я просто хотел, чтобы мы отвлеклись. Думал, это поднимет тебе настроение.

Я вздохнула:

– Ладно, тогда иди и развлекайся.

– Ч-что?

– Ты знаешь этих людей лучше меня. Общаться я не умею – во всяком случае, без фальши. Иди поболтай, а я отсижусь тут.

– Я их босс. Во всяком случае, для большинства.

– Вряд ли они тебя боятся, раз уж позвали.

– Может, и так, но я не брошу тебя одну.

– Почему?

– Потому что здесь тот тип.

От этих слов внутри разлилось тепло, которое, впрочем, ни к чему не вело. И от этого стало только закипать раздражение. Он может включать защитника, но даже не хочет меня?

– Тогда я просто побуду с тобой, – вздохнула я. – Только сначала налью себе что-нибудь.

Я налила дешевое шампанское в пластиковый стаканчик и послушно пошла за ним. Себастьян от мысли о светских беседах восторга не испытывал, но люди вокруг казались вполне милыми. Со временем он немного расслабился, и стало меньше сухого бизнесмена и больше его настоящего.

Для меня это было одновременно радостно и печально. Мне нравилось видеть, как он открывается другим, но в некоторых отношениях со мной он таким не был.

Я чувствовала, что постепенно выпадаю из реальности, пока он разговаривал. Краем глаза я заметила Сиерру, которая делала мне знаки подойти. Я направилась к ней, даже не уверенная, заметил ли Себастьян мое отсутствие.

– В общем… – начала Сиерра. – Брат сказал, что подкатывал к тебе на той встрече.

Я скривилась:

– Он тебе это сказал?

– Не словами. Но у него пунктик на замужних женщин, что, к слову, отвратительно, и я этого не одобряю.

– Все… все в порядке.

– Вообще-то нет. Не хочу, чтобы тебе было некомфортно. Я могу отправить его домой.

– Не переживай.

– Он… упомянул еще кое-что. Когда Себастьян тогда вас нашел, он выглядел… очень злым. Настолько, что Дерек даже перепугался.

– Вряд ли его пугают разъяренные мужья, – пробормотала я.

– Это да. Но ему показалось, будто Себастьян винил во всем только тебя.

Я неловко усмехнулась:

– Себастьян – твой босс. Ты уверена, что стоит обсуждать это со мной?

– Я не боюсь своего босса. Я боюсь, что между вами что-то происходит, а я закрою на это глаза.

– Ничего не происходит.

– Он тебя бьет?

Я резко повернулась к ней, округлив глаза:

– Господи, нет!

Сиерра облегченно выдохнула:

– Слава богу. А то я уже думала, что придется его прикончить. Он вроде милый, но они все такими кажутся.

– Нет, тот вечер просто… вышел неудачным. Себастьян не знал, что Дерек – твой брат. Он подумал, что я с ним знакома и сама его позвала.

– Оу, – протянула Сиерра.

– А я его знать не знала. Но я сижу дома и толком не работаю. Вот Себастьян и решил, что я… ну, ты поняла.

– Мужики – идиоты.

– Я тоже хороша. Мы оба не умеем нормально разговаривать.

И я до сих пор продолжала это делать. Я игнорировала его целую неделю только потому, что он сказал, что не может со мной переспать. И хотя мне было больно, я понимала: так больше продолжаться не может.

– Брак – сложная штука, – произнесла Сиерра, вырывая меня из мыслей. – На первом свидании с мужем я зачем-то ляпнула, что люблю клубничное мороженое, хотя терпеть его не могу. Теперь он постоянно мне его покупает, и это так мило, что у меня рука не поднимается его поправить.

– Ты могла бы просто сказать ему.

– Это никогда не бывает так просто, правда?

Я кивнула, понимая, насколько она права. Я о слишком многом не говорила с Себастьяном. Пожениться было самым простым. А вот разговаривать – совсем другое дело.

– Спасибо, что волнуешься за меня, – сказала я Сиерре. – Но у нас все в порядке. Честно.

На секунду я задалась вопросом: что подумает Сиерра, когда мы разведемся? Вспомнит ли она этот разговор? Поймет ли, где в нашей истории пошли трещины?

Я оглянулась на Себастьяна и встретила его взгляд. Он выглядел обеспокоенным и каким-то одиноким. Я глубоко вдохнула.

– Мне пора к нему.

– Эй, если что-то понадобится – дай знать, хорошо? – предложила Сиерра.

– Спасибо, – ответила я. Возможно, когда я снова останусь одна, я воспользуюсь ее предложением.

Когда я подошла обратно, я ждала, что Себастьян спросит, где я была, но он лишь привычно и мягко обнял меня за талию. Он выглядел расслабленным, будто был рад тому, что я снова рядом.

Внутри все сжалось от горького чувства. Мне так хотелось, чтобы он был рад моему присутствию во всех смыслах.

Я понимала: когда мы вернемся, мне придется с ним поговорить. Обязательно.

Пока я обдумывала, как начать этот разговор, народ стал скапливаться у телевизора. Кто-то запустил танцевальную игру.

– Не думала, что доживу до дня, когда компания пьяных двадцатилетних будет играть в детскую танцевальную игру, – засмеялась я, наблюдая, как двое парней танцуют под Poker Face.

– Ты ведь любишь танцевать? – спросил Себастьян.

– О да, – ответила я. – Но я сто лет не участвовала в танцевальных играх. К тому же это выглядело бы стыдно. Не хочу, чтобы потом ходили сплетни.

– Не думаю, что здесь кто-то останется достаточно трезвым, чтобы хоть что-то вспомнить.

Я прикусила губу, сомневаясь.

– Я с тобой потанцую! – раздался третий голос. Я повернулась и увидела Сиерру. – Давай, хуже, чем у тех парней, у нас точно не получится.

– Не думаю, что я достаточно выпила, чтобы танцевать перед публикой.

– И что? Не обязательно напиваться, чтобы повеселиться.

Я колебалась еще секунду, прежде чем осознала: на этой вечеринке я еще ничего не сделала для себя. Я просто стояла рядом и делала вид, что мне интересно, пока Себастьян с кем-то общался. Но мне хотелось сделать хоть что-то в свое удовольствие.

– Пошли, – решилась я.

В итоге мы танцевали под какой-то к-поп трек. Я не слышала его годами, но там было полно прыжковых движений, которые меня затянули. Сиерра не отставала, и в итоге обошла меня всего на пару очков.

– Да-а-а, черт возьми! – выдохнула она, тяжело дыша. – Это было эпично!

– Еще одну! – крикнул кто-то из толпы.

И мы продолжили.

Следующий трек был медленнее, заставляя плавно двигать бедрами. Я не танцевала так с… ну, со времен медового месяца.

Я рискнула и бросила взгляд на Себастьяна: он опирался на спинку дивана и не спускал с меня глаз.

И в этот момент мне было абсолютно плевать на всех остальных в комнате. Себастьян смотрел на меня точно так же, как в нашу первую ночь во время медового месяца. Его взгляд потемнел; казалось, он готов забрать меня домой прямо сейчас и больше никуда не выпускать.

Песня закончилась, и наваждение рассеялось. Как только я это заметила, выражение лица Себастьяна изменилось, и я задалась вопросом, вернется ли тот взгляд снова.

– Это было круто, – сказала Сиерра, утирая лоб. – Но я слишком стара для этого.

– Моя очередь! – визгнула другая девчонка и подбежала к экрану. Они с подругой заняли наше место, а мы отошли перевести дух.

– Выглядело весело, – произнес Себастьян, подходя ко мне, пока я жадно пила воду.

Я глянула на Сиерру, которую уже утянула какая-то подруга.

– Да, – сказала я. – Я так не танцевала со времен Пуэрто-Рико.

– Серьезно?

Я пожала плечами:

– Вряд ли мне стоит ходить по клубам, где меня могут узнать.

– А ты горячая, – бросил какой-то парень, проходя мимо за выпивкой.

Себастьян смерил его тяжелым взглядом, но тот не стал задерживаться: схватил пиво и испарился.

– Все определенно заметили, – заметил он.

– Ты сам сказал, что все слишком пьяны, чтобы обращать внимание, – возразила я. – Я бы не стала, если бы…

– Нет, дело не в этом. Ты выглядела… потрясающе.

Я вспыхнула. Мне безумно хотелось поцеловать его, сделать хоть какой-то шаг, но я панически боялась снова получить отказ. Вместо этого мы просто прошли в гостиную понаблюдать за остальными.

Он стоял раздражающе близко, и я невольно гадала, поцелует ли он меня в полночь.

В 23:30 Сиерра переключила на трансляцию с падением шара в Нэшвилле. Несколько человек повозмущались, но желание встретить Новый год по всем правилам победило. Я никогда не видела, как празднуют в Нэшвилле, и это было весело. Люди на экране танцевали под живую музыку, да и в квартире некоторые подхватили это настроение.

Я понимала, что Новый год – условность, но в нем был смысл. За последние несколько месяцев я переехала в Нэшвилл, потеряла подругу, обрела новую и полностью изменила отношения с мужем. А что дальше? Неизвестно. До конца нашего брака оставалось около восьми месяцев. И я понятия не имела, что произойдет за это время.

– О чем думаешь? – спросил он.

– Да так, о том, что Новый год формально ничего не значит, но я все равно придаю ему значение. Все-таки есть что-то важное в том, чтобы подвести итоги и надеяться на лучшее. Приятно, что мы выделяем на это время.

Себастьян вскинул бровь:

– Очень философски.

– Ну, я сегодня много писала. После этого всегда тянет на философии.

– Когда ты снова сможешь мне доверять… дашь почитать, что ты пишешь?

Я залилась краской. Технически он уже все прочел. Ну, кроме концовки, над которой я сейчас работала.

И он бы мгновенно узнал в герое себя.

– Ну… возможно, – произнесла я. И я бы действительно дала – если бы смогла объяснить все так, чтобы он не сдал меня семье в порыве злости.

Мне хотелось верить, что он меня не выдаст, и до сих пор он этого не делал, но изобразить его в рукописи таким ужасным человеком – особенно учитывая его прошлое – могло сильно его ранить. По моему опыту, близкие люди всегда мстили, если чувствовали себя задетыми.

– Уверен, мне бы понравилось, – добавил он.

– Как-нибудь я намекну, а ты попробуй догадаться.

Его глаза загорелись:

– Буду ждать.

Я мысленно чертыхнулась, хотя где-то внутри мне безумно хотелось, чтобы он узнал. Хотелось быть с ним полностью откровенной – не только в сексе, но и в этом.

И все же я до смерти боялась, что он возненавидит меня, когда все поймет.

– О чем книга? – спросил он. – Хоть это ты можешь рассказать?

– О девушке, которую всю жизнь контролировали, и о том, как она пытается вырваться и спасти свой трон.

Его взгляд стал грустным:

– Звучит немного автобиографично.

– Да, так и вышло, – тихо ответила я.

– По тому, как ты ее бережешь, видно, как сильно ты ее любишь, – произнес он. – Здорово видеть тебя такой увлеченной.

Я кивнула. Страх перед его реакцией все еще растекался по венам, но теперь – куда медленнее и контролируемо.

Нас прервал начавшийся отсчет. Я обернулась к экрану, где цифры сменяли друг друга, пока не осталось меньше десяти. Себастьян подтолкнул меня плечом и тоже начал считать, и я присоединилась на последних секундах.

Вокруг все скандировали, целовались и кричали. За окнами квартиры вспыхивали и рассыпались красными, золотыми, зелеными и синими искрами залпы салюта, знаменуя наступление нового года.

Но я толком ничего не заметила, потому что ровно в полночь Себастьян схватил меня за руку, развернул к себе и поцеловал.

Я напрочь забыла, что мы находимся среди людей. Его губы были такими горячими, и, несмотря на все мрачные мысли, я ответила на поцелуй. Тело требовало большего, и я подалась вперед, растворяясь в его объятиях.

Мы целовались целую вечность – и одновременно мгновение. Себастьян отстранился первым, опустив ладони мне на бедра. Его лицо пылало, а взгляд был темным и голодным. Я уже почти решила найти туалет, но тут он произнес:

– Нам пора домой.

Я быстро кивнула, напрочь забыв о том, что он говорил неделю назад. Вдруг он передумал?

Попрощавшись с Сиеррой, которая все так же висела на шее у мужа, мы отправились к машине. Пока он вел машину, я думала о том, что все мои страхи – лишь плод воображения. Вдруг я опять все накрутила, как тогда с Хизер?

Сердце колотилось в бешеном ритме, когда мы вошли в дом. Я уже собиралась позвать его к себе, но увидела, что он направляется в хозяйскую спальню.

– Ты куда? – спросила я.

– Не хочу сбивать режим и засиживаться допоздна, – буднично ответил он. – Пойду лягу.

– Что? – я шокированно замерла.

– Говорю, мне пора спать.

– И это все? – внутри все похолодело.

– Ну да. А в чем дело?

Все переживания накрыли меня с новой силой. И его слова о том, что он не может со мной спать, и то, как глубоко я после этого ушла в себя.

– Нам надо поговорить, – твердо произнесла я.

– Это из-за того, что я сказал на той неделе?

– Да. Я вообще ничего не понимаю, Себастьян. Ты только что страстно целуешь меня на вечеринке, смотришь так, будто… будто хочешь меня, а потом мы просто идем спать? И больше ничего?

– Я же говорил тебе неделю назад: я не могу.

– Ты асексуал или вроде того? Если да, просто скажи, это нормально…

– Нет, дело не в этом.

– На работе проблемы?

– На работе все в порядке.

– Твой отец? Мой отец?

– Все нормально.

За исключением того, что я набрала вес, видимо.

– Дело во мне, да?

– Что? – он выглядел искренне растерянным.

– Я так больше не могу, – эмоции захватили меня сильнее, чем я ожидала. – Я не могу постоянно гадать, что сделала не так. Почему ты резко изменил отношение ко мне.

– О чем ты вообще? – спросил он. – Дело не в тебе.

– Во мне, – отрезала я. – Я же умею читать между строк. Ты говоришь, что дело не во мне, а у самого виноватый вид, будто ты врешь.

Себастьян лишь ошеломленно молчал.

Я качнула головой:

– Просто признайся, что я тебя больше не привлекаю.

Он быстро заморгал, выходя из оцепенения:

– Что, прости?

– Просто скажи это. Ты перестал меня хотеть, когда я немного набрала и перестала постоянно ходить перед тобой с макияжем. Больше ничего не менялось. Я не дура, Себастьян. Дело во мне. Я изменилась.

Он произнес низким, глухим голосом:

– Ты правда думаешь, что ты меня не привлекаешь?

– Да, – ответила я. – И я хочу, чтобы ты просто признался, а не скрывал это.

Себастьян больше не выглядел растерянным. Он был в ярости.

– Лили, ты преследуешь меня во снах, – произнес он. – Когда я закрываю глаза, я вижу тебя – в чем бы ты, блять, ни была одета, в любом весе. Стоит мне увидеть изгиб твоего тела, хоть немного кожи – я хочу прикоснуться. Руками, языком – неважно чем. Я хочу тебя.

Пульс забился где-то в горле от его слов. Я почти физически ощутила невидимые прикосновения.

– Тогда почему ты отворачиваешься? – спросила я.

– Четыре года наши отношения строились на фальши при людях и только сексе за закрытыми дверями. И это… это было ненормально для нас обоих. Я жалею о том, как относился к тебе, и больше не хочу это повторять. Каждый раз, когда я думаю о сексе с тобой, я вспоминаю, как ты чувствовала себя использованной. Я хочу чего-то большего.