Текст книги "Турнир Королевств (ЛП)"

Автор книги: Элис Кова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

– Я и забыла, что ты там был.

– А я вот нет.

Она взглянула на него, пытаясь понять, что он подразумевает. Задаваясь вопросом, кажется, в тысячный раз, о том, что он оставил недосказанным. Словно почувствовав ее досаду, Оливин просто улыбнулся, когда они остановились перед общим домом. Выражение его лица казалось… искренним. Почти уязвимым. В какую игру он сейчас играет?

Двое служителей одновременно открыли двери.

Внутренняя часть общего дома была полностью преображена, должно быть, слуги усердно поработали во время проведения дуэлей. Между столбами, поддерживающими второй этаж, были натянуты гирлянды цветов. Многочисленные столы были убраны, и на их месте поставили длинный банкетный стол. Вокруг стояли семь бархатных кресел. По три с каждой стороны и один в дальнем конце.

– Пожалуйста, займите свои места, – распорядился один из официантов. Они сели в конце длинного стола по двое, она с Оливином напротив Менны и Эванелем. Эйра легонько провела руками по скатерти. Это было самое тонкое кружево, которое она когда-либо видела, нити не толще волоска, сплетенные вместе в замысловатые узоры, которые на первый взгляд казались почти сплошными.

Не успели они сесть, как другой слуга объявил:

– Встаньте ради Ее Величества, королевы Люмерии, Голоса Ярген, Таавина, и Пера Люмерии, Джахрана.

Они тут же вскочили на ноги. С черного хода первыми вошли двое мужчин, Люмерия следовала за ними. Королева была одета в свои обычные шелковые одежды. Четыре фрейлины, одетые в похожие наряды, шагали за ней по пятам.

– Добрый вечер, добрые чемпионы Меру и Соляриса. – Даже кивок мог быть воплощением изящества, когда его делала Люмерия. – Для меня большая честь пригласить вас на этот торжественный прием в честь победы.

– Это честь для всех нас, Ваше величество, – ответил Оливин.

– Пожалуйста, садитесь. – Люмерия скользнула на свое место. Таавин был по правую руку от нее, Джахран – по левую. Все они последовали ее примеру и сели после нее.

Две из четырех фрейлин протянули руки за голову Люмерии. После недолгих маневров они освободили ее от вуали. Они отступили назад, все еще придерживая ткань, чтобы отрезать край стола и создать ширму между Люмерией и остальными, чтобы Люмерия могла есть, не беспокоясь о своей вуали, но и не показывая своего лица.

– Как вам турнир на данный момент? – Джахран ни к кому конкретно не обращался.

– Замечательно, – тепло ответил Оливин. Остальные уклонились от ответа. Эйра поймала взгляд Эванеля, и он казался таким же скептичным, как и у нее, хотя они оба старались скрыть это. Она готова была поспорить, что у Меру были те же опасения, что и у Соляриса, по поводу растущего уровня турнира. – Жить и соревноваться с таким количеством потрясающих людей из-за пределов нашего континента захватывающе.

– Приятно слышать. – На лице Джахрана появилась теплая улыбка. Она была достаточно искренней, чтобы Эйра задалась вопросом, действительно ли он не понимает, в чем могут заключаться их настоящие проблемы.

– Как он воспринимается людьми? – спросил Оливин, когда служители поставили перед каждым из них чашу с пахнущей цветами водой. Он взглянул в сторону Эйры, собираясь заговорить с ней, когда Эйра обмакнула пальцы в чашу в такт с остальными. Она подняла руки и позволила воде стекать до тех пор, пока персонал не принес теплое полотенце.

Таавин одобрительно улыбнулся ей. Эйра опустила взгляд, пряча свою улыбку. Они думали, что она не знает, что делать, но Эйра уже давно изучала традиции Меру.

– В целом, довольно позитивно.

В целом. Слово запомнилось Эйре. «Довольно позитивно» также подразумевало наличие некоторых проблем.

Оливин должен был думать в одном направлении с ней и, скорее всего тоже это уловил.

– Был ли кто-нибудь расстроен выступлениями? Помимо того, что расстроен поражением своей команды.

– В городе было несколько восторженных болельщиков, которые слишком близко к сердцу восприняли поражения. Ничего серьезного. – То, как говорил Джахран, звучало как ложь. Эйра не могла понять, почему; это было просто то, что подсказывало ей внутреннее чутье.

– Какая часть игр вам наиболее понравилась?

– Легко упомянуть сегодняшние дуэли, учитывая, что мы выиграли, – вмешалась Менна. Она схватила свой кулон, когда перед ними поставили тарелки, пробормотав несколько слов про себя перед едой.

За ужином беседа текла непринужденно. Ни одна тема не задерживалась слишком надолго. Никаких истин не искали. Все было сохранено в тайне и поверхностно.

Все казалось фальшивым.

Эйра не понимала, как Каллен вообще мог терпеть такую жизнь. Должно быть, он так много времени проводил на подобных ужинах похуже этого. Как он еще не сошел с ума? И как он мог смириться с этим на всю оставшуюся жизнь?

Люмерия встала, и на этом ужин закончился. Ее фрейлины вернули вуаль на место.

– Спасибо, участники. Было приятно провести это время с вами. У меня есть еще кое-какие дела, которые требуют моего внимания. Но, пожалуйста, наслаждайтесь угощениями и напитками. Этот дом в вашем распоряжении на весь вечер.

– Ваше величество, – пробормотали все они, кланяясь.

К удивлению Эйры, Таавин и Джахран заказали еще напитки, решив задержаться. Менна и Эванель завязали разговор с Джахраном, оставив Эйру, Таавина и Оливина. Эйра не могла не задаться вопросом, было ли это сделано специально.

– Ты попросил их отвлечь Джахрана? – тихо спросила Эйра, когда они приблизились к Таавину.

– Я понятия не имею, о чем ты говоришь. – Но его самодовольный вид говорил об обратном. Эйра знала, что Таавин связан со Двором Теней. Не могло быть случайностью, что Тень и бывшая Тень нашли минутку побыть с ним наедине.

– Конечно, не имеешь. – Это были последние слова Эйры, прежде чем Таавин посмотрел в их сторону.

– Эйра и Оливин, я рад видеть вас обоих.

– И мы вас тоже, ваша светлость. – Оливин низко поклонился. Эйра сделала то же самое. Она задавалась вопросом, действительно ли он рад видеть ее. Она в этом сомневалась.

– Пойдемте, прогуляемся со мной. Есть второй этаж, который я еще не видел.

Эйра последовала за Таавином вверх по лестнице, Оливин позади. Она сама еще не видела верхний этаж и обнаружила, что это скудно оборудованный игровой зал с открытой террасой у задней стены.

– У тебя есть что-то для меня? – Голос Таавина стал серьезным, когда он посмотрел на Оливина. Все его поведение изменилось в тот момент, когда они остались одни.

– Это она обнаружила, а не я.

– Ты все еще шпионишь, хотя больше не Тень? – Таавин слегка нахмурился. Было время, когда мысль о его неодобрении ранила бы ее, но Эйра была рада обнаружить, что она больше не та девушка.

– Двор Теней не владеет ночью или способностью подкрадываться и шпионить, – сказала Эйра вежливо, но твердо. – Важно помнить об этом, иначе Двор может снова оказаться застигнутым врасплох.

Таавин покачал головой, почти скрывая легкую ухмылку.

– Ты заигрываешь с дальнейшим недовольством Призраков.

– Я думаю, мы все можем согласиться с тем, что единственные люди, которые выигрывают от того, что мы ссоримся между собой – это Столпы. В наших интересах быть союзниками, по крайней мере, на данный момент. Есть более важные вещи, на которых нужно сосредоточиться, чем мое шныряние. Кроме того, я слышала, что после нападения на Двор вам не помешала бы любая помощь. – Эйра порылась в кармане. Она принесла вспышку, как тонко проинструктировал Оливин. Как только она показал маленькую черную бусинку, скромно зажатую между двумя пальцами, выражение лица Таавина стало серьезным.

– Где ты это взяла? – прошептал Таавин.

– В доках. – Они перевозят вспышки в мешках с мукой, которые везут из Офока. Я могу только предположить, что они используют два источника муки, потому что Офок находится ближе к Карсовии, откуда вспышки, должно быть, поступают в Меру. Я бы, по-возможности, начала с поиска человека, отвечающего за подбор персонала для турнира. – Эйра говорила быстро и уверенно. Ее не собирались увольнять. Она не позволила бы им опровергнуть ее теорию, только не тогда, когда все части сложились в единое целое.

– Как ты узнала об этом? – тихо спросил Таавин, забирая вспышку из ее пальцев, чтобы подтвердить то, что Эйра уже знала. Она настоящая.

– У меня есть выход из деревни. – Она не видела смысла лгать. – Не пытайтесь выяснить, как и где. Вы его не найдете.

– Я тоже вам не скажу. – Оливин встал на ее защиту.

Брови Таавина изогнулись.

– Ты тоже решил гневить Призраков?

– Я стал Тенью не для того, чтобы ублажать Призраков. Я сделал это, чтобы разрушить Столпов. Последнее всегда будет для меня намного, намного важнее первого.

Таавин вздохнул.

– Я мог бы найти ваш проход, если бы захотел. Вы и понятия не имеете, какими силами я обладаю.

– Вы не должны хотеть найти его, – возразила Эйра, пытаясь ослабить напряженность своим тоном.

– И почему это? – Похоже, он заинтересовался.

– Потому что, если вы найдете его, вам придется положить этому конец. – Эйра кивнула на вспышку. Она вспомнила, что сказал Оливин, когда они только начали работать вместе. Что привлекло его в ней. Почему они, без сомнения, все еще взаимодействовали. – Я более ценна для вас тем, что могу свободно передвигаться, и не обязана ни вам, ни Люмерии, ни Денее, ни кому-либо еще. Я лучше подхожу в качестве стороннего агента, который является ценным союзником.

Таавин положил бусину в карман и не стал отрицать эту идею. Теперь у Теней был суперключ и бусина – две вещи, которые нашла она, и лучшее доказательство ее полезности. Тем не менее, Эйра оставила тревоги и вытекающие из них возражения при себе. Она верила во все, что говорила. Ей придется работать с ними.

– Ребекка нашла дверь, к которой, вероятно, подходит суперключ. – Таавин, должно быть, прочитал ее мысли. – Мы откроем ее завтра и посмотрим, возможно, это как-то связано со вспышками.

– Я хочу быть там, – сказала Эйра, игнорируя нотку решимости в голосе Таавина. – Я далеко зашла. Я нашла ключ и вспышки. Я заслужила право довести дело до конца.

Таавин обдумывал ее просьбу.

– Я поговорю об этом с остальными.

Это не было отказом, и это было лучшее, на что Эйра могла надеяться.

– Было бы здорово.

– А теперь нам нужно возвращаться, пока остальные не заинтриговались, что мы тут делаем. Ждите вестей в ближайшее время.

Глава тридцать первая

Н

астало утро индивидуального турнира, и Эйра поднялась последней. Прошлой ночью она поздно легла, но ее нежелание вставать было вызвано не только физическим истощением.

Она была недовольна предстоящим днем.

Турнир, казалось, набирал обороты, они прошли уже половину пути – три игры. Прошло чуть больше недели, и она была готова закончить игры. По общему признанию, эта неделя показалась целой вечностью.

Еще один день, когда она устроит шоу для людей, которым хочется увидеть, как ее сверстники разобьют ей лицо. Еще один день борьбы под оглушительные приветствия и улюлюканья, словно она была не более чем какой-то выставочный пони. Она валялась в постели так долго, что Элис, наконец, постучала.

– Эйра?

– Я не сплю.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – Элис проскользнула в комнату. – Странно, что именно я тебя бужу.

– Ага. – Эйра села. – Просто немного торможу.

– Пора одеваться. Скоро объявят построение.

– Элис, меня так ломает, идти совсем не хочу, – пробормотала Эйра.

– А так и не скажешь. – Элис присела на край кровати. – Тебе нехорошо?

– Может сказать им что-то, чтобы меня оставили здесь? – Это была неплохая идея. – Происходит гораздо больше важных вещей. Мне кажется… неискренним сосредотачиваться на играх, когда Ульварт все еще на свободе.

– Что-нибудь случилось прошлым вечером?

– Не совсем. – Эйра пыталась излучать спокойствие, даже когда все ее нервы были на пределе. – Ничего, кроме того, что с каждым днем все больше осознаю, как много поставлено на карту, сколько еще я должна бы сделать.

Она думала об этом всю ночь и этим утром. У Таавина и Теней были оба ее трофея. Она чувствовала себя опустошенной и обязанной им. Еще большей марионеткой, чем была раньше.

– Я не могу просто сидеть и смотреть еще один индивидуальный турнир. Я не хочу идти и развлекать людей, которым на меня наплевать… некоторые из которых, я думаю, на самом деле, были бы счастливы, если бы я умерла.

– Не говори так.

– Это правда.

Элис вздохнула.

– Я понимаю, что ты чувствуешь. Если хочешь остаться здесь, мы можем попробовать.

– Правда? – Эйра медленно подняла глаза на подругу.

– Сегодня индивидуальная игра. Нам говорили, что она не обязательная. Давай попробуем. – Элис улыбнулась.

Эйра быстро оделась, готовясь выйти на арену, на случай, если не удастся откосить, а затем они спустились вниз, где Ноэль с Калленом заканчивали завтракать, и быстро поделились с ними своей идеей.

– А я пойду на игру, – быстро объявила Ноэль. – И ни в малейшей степени не возражаю, если вы двое останетесь здесь, но я хочу посоревноваться.

– Серьезно? – спросила Эйра, слегка удивленная переменами в подруге по сравнению с первой игрой.

– Теперь, когда у меня есть шанс ощутить это, я хочу, чтобы была моя очередь блистать. – Ноэль усмехнулась.

– Тогда я тоже пойду на игру, – сказал Каллен. – В конце концов, мы договорились, что никуда не пойдем, если не по двое.

– Я думаю, что тут не так все страшно, игра же будет проходить у всех на виду. – Эйра не понимала, почему пытается отговорить его. Она точно не хотела, чтобы Каллен остался… Все, что они говорили или делали друг с другом, не имело ни малейшего смысла. В какой-то момент ей захотелось оттолкнуть его со всей силой, на которую она была способна. В следующий момент ей хотелось поцеловать его.

– Ты пытаешься забрать моего телохранителя? – спросила Ноэль. Эйра закатила глаза.

– Я обещал Лаветт, что мы посмотрим эту игру вместе. – Каллен быстро отправил в рот кусочек еды, что дало Эйре возможность придумать, как сменить тему.

– Знаешь, пока идет игра, город должен быть пуст. Возможно, Элис, мы могли бы вернуться в тот книжный магазин

– Ты хочешь уйти средь бела дня? – спросила Элис.

– Днем или ночью… у нас равные шансы быть замеченными. Но, возможно, меньше при дневном свете, поскольку все будут в Колизее.

– Это еще один способ проникнуть на склад в доках?

– Нет, я клянусь, – ответил Эйра всем, не только Элис. – Я не рискую возвращаться туда, особенно одна.

– Ты уверена, что это разумно? – Каллен бросил на нее обеспокоенный взгляд.

Независимо от того, насколько взволнованной она была в присутствии его, она знала, что он беспокоится из добрых побуждений. По крайней мере, в данном случае это было справедливо.

– Я буду осторожна.

Раздался решительный стук в дверь.

– Солярис, пора.

Они встали и поприветствовали служащего.

– Я сегодня неважно себя чувствую, – начала Эйра. – Думаю, остаться здесь, поскольку это индивидуальная игра, и это не…

– Сегодняшняя игра обязательна для всеобщего присутствия, – перебил он.

– О. – Эйра обменялась безнадежным взглядом с Элис, а затем встала в строй с остальными.

Она была в некотором оцепенении всю дорогу. Обязательна? Почему такая перемена? Какой бы ни была причина, это не могло быть хорошо, и Эйра почувствовала, что каждый мускул в ее теле напряжен.

– Приветствую вас, участники! – Люмерия поприветствовала их, как обычно. – Сегодня индивидуальный турнир, но правила немного поменялись. От каждой команды будет участвовать по одному из вас. Однако, в отличие от других игр, вы не будете определять, кто выйдет на арену.

– Мне это не нравится, – пробормотала Эйра себе под нос.

– Вот тебе и мой шанс блеснуть, – надулась Ноэль.

– Тебя все еще могут выбрать, – сказала Элис, сохраняя оптимизм.

Люмерия продолжила:

– Сегодня мы отдаем право выбора в руки членов королевских семей. Солярис сделает выбор в пользу Квинта. Квинт сделает выбор в пользу Дракони. Дракони выберет за Сумеречное Королевство. Сумеречное Королевство выберет за Меру. А Меру выберет за Солярис.

– Таким образом, каждая нация будет вознаграждена за то, что уделяет внимание тем, кто живет за пределами их границ. И каждой нации придется выбирать, выдвигать ли им участника, которого они считают сильнейшим, чтобы заручиться доброй волей, или участника которого они считают самым слабым, рискуя вызвать гнев.

– Подобно нашему договору, выбор, который мы делаем, влияет на окружающих нас людей… людей, с которыми мы наиболее близки и от которых больше всего зависим. Эта продуманная игра была разработана выходцами из Сумеречного королевства. – Люмерия отступила назад. – Солярис, если ты не против, начни, пожалуйста.

Ви шагнула вперед.

– Я выбираю Лопа из Квинта.

Следующей была министр Фаун из Квинта.

– Я выбираю Харкора. – Разумный и безопасный выбор.

Король Тортиум продемонстрировал свое соображение:

– Графф, из Сумеречного.

Арвин шагнула вперед. От Эйры не ускользнул короткий взгляд в сторону Ви и Таавина. Это длилось всего секунду, но она заметила. Это вывело Эйру из состояния презрения к тому, что ее заставили прийти сюда.

Что они там придумали?

– Я выбираю Оливина из Меру, – сказала Арвин.

Наконец, пришел черед Таавина.

– Я выбираю Эйру из Соляриса.

– Меня? – Эйра моргнула.

– Удачи. Выиграй для меня. – Ноэль похлопала ее по плечу. К счастью, она не казалась искренне расстроенной из-за того, что не смогла принять участие в игре.

Эйра еле проснулась, а теперь вдруг будет соревноваться? Она слегка прищурила глаза, будто могла сфокусировать что-то, что зрело на задворках ее сознания, заострив зрение.

– Победитель этой игры будет удостоен особо почетной чести. После более чем недели изоляции победитель получит возможность посетить представление «Сумерки в городе» сегодня вечером с другим участником по своему выбору, – объявила Арвин.

Участники были в восторге от идеи убраться из деревни. Вот оно. Выбираемся. В деревне за ними слишком следили, и был только один вход в Колизей и выход из него, который на ночь плотно закрывался. Где бы ни находилась дверь, Эйра была уверена, что она не в деревне участников. Что означало, что им придется уйти. Поскольку Эйра решила не рассказывать Таавину о выходе, она вынудила его действовать, не будучи уверенным, в ее способности улизнуть, когда понадобится. Или, возможно, даже если бы он был уверен, что она сможет, он… и, вероятно, Призраки хотели уверенности, что она окажется в нужном месте в нужное время. Они хотели точно знать.

Или… может быть, они просто хотели, чтобы она показала им, насколько она серьезно настроена.

Эйра издалека встретилась взглядом с Таавином, вспоминая, что она сказала ему прошлой ночью: «Я заслужила».

«Докажи это», – казалось, почти говорила в ответ эта игра. Она давала ей возможность заслужить выход и возможность увидеть, что открывает суперключ. Эйра сомневалась, что это была случайность, что Арвин (кстати, тоже Тень), выбрала игру, организованную таким образом, с Оливином рядом с ней. У них два шанса на победу, как и два шанса на неудачу.

Увидеть дверь было проще простого.

– Те, кто не участвует в соревнованиях, будут препровождены на балкон для зрителей. Участники, которые все еще находятся на арене, пожалуйста, пройдите под королевскую ложу, – объявила Люмерия.

Они сделали, как им сказали. Ее друзья попрощались с ней. Элис ободряюще сжала ей руки. Каллен с Ноэль выразили слова поддержки.

После того, как они разошлись, Эйру провели под королевскую ложу. Лоп и Графф разговаривали между собой. Харкор держался особняком, напряженно хмурясь. Эйра добралась до Оливина.

– Похоже, ты застрял со мной, – сказала она.

– Ужас. – Он смотрел вперед, наблюдая скорее за служителями, чем за ней. Эйра последовала его примеру. Они раскладывали странный набор предметов. Там была груда веревок, металлических прутьев, деревянных досок. – Ты ведь знаешь, в чем тут дело на самом деле, верно?

– Я знаю, почему выбрали нас с тобой, ведь это очевидно. – Но она понятия не имела о том, какое испытание их ожидало.

– Хорошо. – Оливин резко кивнул. – Один из нас должен победить.

– О, я посмотрю, что открывает этот ключ. – Ничто не могло ее остановить. – Я потрясена, что у тебя могут быть какие-либо сомнения.

– Сомневаться в себе? Никогда.

– Э

Глава тридцать вторая

та игра проста, однако, тут совсем не просто. – Голос Люмерии достаточно громким эхом разнесся над ними. – Вы попадете в лабиринт, созданный специально для вас. В лабиринте вы отнесете камень вашей команды в центр и положите его в ладони статуи, чтобы добиться победы.

Пока она говорила, служители ходили между ними, привязывая ленты к их запястьям. У Эйры была золотая, у Оливина – серая.

– Ленты соответствуют цвету вашего камня и, когда придет время, помогут вам найти его, – сказал служитель.

– Участники, у вас есть все необходимое для победы в этой игре, – продолжила Люмерия. – Вы можете использовать любые доступные вам средства, чтобы пройти лабиринт. Однако вы не имеете права взбираться на стены или подниматься выше их вершин.

– Значит, не все в игре честно. – Оливин провел пальцами по ленте.

– Но, похоже, что большинство вещей таковыми и являются. – Эйра оглянулась на других участников. Они были достаточно далеко, чтобы не услышать их разговор.

– Не хочешь объединиться в команду?

Он промурлыкал:

– Однако в этом есть смысл, но трудно что-то планировать, прежде чем мы попадем туда.

– Если я увижу твой камень, я возьму его и брошу ледяное копье высоко над головой. Так ты поймешь, что нужно идти к центру и встретить меня там. – Если существовало правило, по которому они не могли подниматься выше стен, Эйра предположила, что у лабиринта нет крыши. Более того, крыша помешала бы зрителям наблюдать за ними.

– Все будут знать, что мы работаем вместе, если ты это сделаешь.

– Я могу представить это как совпадение. – Она пожала плечами. – И, кроме того, они ничего не говорили о том, что мы не сможем работать вместе. – Эйра снова посмотрела на арену. Обслуживающий персонал заканчивал установку. – Что думаешь?

Он выглядел так, словно жевал внутреннюю сторону своих щек.

– Мы должны победить, но нам также нужно быть осторожными с нашим объединением.

– Каллен помог Лаветт две игры назад. – Эйра была довольна, что в ее голосе не прозвучало горечи.

– Они помолвлены.

– Это твой способ сделать мне предложение? – осмелилась пошутить она.

Его глаза засияли весельем.

– Это, должно быть, худшее предложение в моей жизни.

– Я не слышу «нет». – Она знала, что должна прекратить поддразнивание, но что-то в игре в застенчивость было слишком забавным, чтобы от нее отказаться.

Он просто ухмыльнулся и смягчился:

– Хорошо.

– Все в порядке? – быстро повторила она. – Тогда «да».

– Да, за то, чтобы мы помогали друг другу, – сказал он, когда закончил посмеиваться. – Если я найду твой камень, я пошлю сигнал наверх в виде светящегося глифа.

Эйра кивнула.

– Пожалуйста, встаньте в шеренгу. – К ним подошли пятеро из обслуживающего персонала. Каждый служащий встал напротив участника. – Вы доказали, что вполне способные, но будет легче, если вы не будете сопротивляться.

– Чт…

– Лофт нет, – хором произнесли все служащие.

Веки Эйры отяжелели, она покачнулась. Ее застигли врасплох, и она погрузилась в глубокий сон.

***

Сознание вернулось к ней с неестественной скоростью. «Световорот» ослабил власть над ее сознанием, и Эйра, очнувшись, обнаружила, что находится в каменной комнате без потолка. Она слышала возбужденную болтовню зрителей и первые одобрительные возгласы.

Встав, она повернулась, пытаясь сориентироваться. Она могла разглядеть самую верхнюю ступеньку арены – пузырьки с песком, видневшиеся на том конце. Это будет ее точка отсчета, чтобы сориентироваться.

С неразличимого расстояния донесся рев. Он мог разноситься с близкого расстояния, но каменные стены приглушали звук, из-за чего было трудно определить местоположение. Это был Харкор? Или это был еще какой-то ужас, поджидавший их в этом лабиринте? Она не найдет ответа, стоя здесь.

Эйра быстро провела руками по стенам. Они были гладкими и твердыми. Никаких иллюзий. Очевидным вариантом было подняться наверх. Возможно, в этом и заключалась цель – посмотреть, смогут ли они соблазнить кого-нибудь нарушить правила.

Низкий грохот сотряс землю где-то вдалеке. Что это, взрыв? Эйра повернулась, снова ища выход. Они бы не поместили ее туда, откуда она не могла сбежать. Это сделало бы игру скучной. Должно было быть что-то, чего она не видела.

Она прижала ладонь к стене, и на кончиках ее пальцев вырос слой инея. Он покрыл стены, просачиваясь в щели между камнями. Ища… ища выход.

Вот так.

Ее лед застрял в трещинах вокруг панели стены, которая не соединялась с остальной частью. Панель была установлена идеально ровно, но теоретически ее можно было сдвинуть. Эйра уперлась в нее плечом, отталкиваясь ногами. Она не повернулась, как обычная потайная дверь. Вместо этого она поддалась, откатившись с грохотом в виде груды камней. Эйра выпала вместе с ними, неловко кувыркнувшись, ушибив локти и колени, чтобы не разбить лицо о камень.

Она находилась в центре длинного коридора, который делал крутые повороты в обоих концах. Налево или направо? Не имеет особого значения. Она повернула направо.

Вдоль стен тянулись ниши, в некоторые из них были вставлены статуи. Они принимали облик всевозможных зверей. Кошка, ястреб, сова, лиса… Эйра попыталась проговорить их в своей голове. Она могла отслеживать свое продвижение с помощью льда вдоль стены, но это могло выдать ее местоположение любому другому, кто появится, потому что она ожидала, что Харкор приложит все усилия, чтобы саботировать остальных.

Вместо того чтобы свернуть за угол, Эйра прижалась к стене. Это был еще один длинный коридор. Совершенно пустой.

Она снова пошла. Ничего не произошло – даже грохот и крики вдалеке стихли. На развилке Эйра повернула налево, а затем снова направо. Свернула еще раз и оказалась в тупике.

Надо возвращаться.

Направо, потом налево, потом… должно быть, направо. Но она столкнулась с левым поворотом. Эйра посмотрела на статуи на стенах. Лиса, сова… Следующим был ястреб, как она и ожидала. Повернувшись, она пошла обратно.

Только на этот раз это был не тупик, проход продолжался. Ее шаги замедлились. Люмерия сказала, что это испытание было разработано Сумеречным королевством. Они были теми, кто создал этот лабиринт – другого объяснения тому, как он был создан так быстро, не было. Солярис или Квинт, вероятно, тоже помогали с Первопроходцами и руническим эквивалентом Квинта… но такое большое изменение сразу должно было быть работой «сдвига».

«Сдвиг» смотрит на то, что есть, и преобразует это в то, что могло бы быть. Дюко рассказал ей о магии, когда она впервые прибыла сюда. Ей не надо смотреть на то, что есть… она должна думать о том, что могло бы быть.

Раздался крик, резко оборвавшийся. Ее внутренности скрутило узлом. Она не могла разобрать, кто это был. Был ли этот шум вызван неожиданностью в лабиринте? Или другим соперником?

Эйра поспешила. Проходя мимо, она отметила основание статуй большим пальцем, надеясь, что отпечаток инея был достаточно тонким, чтобы другие его не заметили… но он мог отслеживать ее прогресс. Пройдя, как показалось, достаточно долго, чтобы обойти всю арену, и ни с кем больше не столкнувшись, Эйра заметила статую с отпечатком ее большого пальца впереди, а не позади.

Она поникла, получается, она ходила по кругу. Выбирая дорогу наугад, пытаясь направляться к королевской ложе, держа в поле зрения пузырьки, она каким-то образом ухитрилась идти по кругу.

Толпа начала подбадривать и глумиться. Она подумала, не предназначалось ли ей что-нибудь из последнего. Как глупо она, должно быть, выглядит. Эйра развернулась. Тупик теперь был позади нее. Она едва подавила крик разочарования.

Она должна сохранять самообладание и рассудительность. В этом был какой-то трюк. Способ победить. Если только ее не саботировали индивидуально? Арвин явно участвовала в игре… но это не означало, что Столпы не внедрился в прислугу. Мысль о Столпах заставила ее разум закружиться. Стены казались ближе. Она отвернулась от тупика и пошла быстрее, будто могла обогнать панические мысли, пытающиеся выползти из темных ям ее разума, в которые она пыталась их спрятать.

Они собирались держать ее здесь вечно. Мышь в лабиринте. В ловушке.

Эйра кружилась так же быстро, как и ее мысли. Даже когда она пыталась успокоить их, они не замедлялись. Затем… легчайший ветерок коснулся ее пальцев.

Каллен.

Остановившись, она глубоко вздохнула и посмотрела на небо. Ей его было не видно, но он каким-то образом мог видеть ее, и эта мысль успокаивала, побудив сосредоточиться на том, что она знала. Она все еще могла видеть солнце – все еще видела флаги самого верхнего кольца Колизея вокруг себя. Она не была в ловушке. В любой момент она могла подняться на вершину стены, и игра могла закончиться, но она была бы свободна. Не было причин для паники. Это было именно то, чего они хотели.

Щурясь на солнце, она осознала, что происходит. Солнце светило из-за пузырьков… но это было невозможно. Королевская ложа находилась на северной стороне арены. Солнце должно было светить справа от них.

Во время своего второго испытания в Солярисе она создала иллюзию по всей тренировочной площадке, чтобы спрятаться от лучников. Что, если они делали что-то подобное здесь и сейчас? Эйра снова пошла. Она сосредоточилась на статуях, как и раньше. Лишь периодически поднимая взгляд.

Когда она подняла глаза в третий раз, пузырьки были уже не перед солнцем, а справа от него, обращенные на юг. Они меняли стены и создавали иллюзию над ареной, по крайней мере, для тех, кто находился внутри лабиринта. Но солнце не двигалось. Оно было постоянным. Либо потому, что им не пришло в голову создать иллюзию, либо потому, что они не могли, либо они оставили все как есть в качестве подсказки.

Но что с этим делать? Также по-прежнему не было никаких признаков ее камня. Или кого-либо еще.

Думай о том, что могло бы быть… А не о том, что было. «Участники, у вас есть все необходимое для победы в этой игре».

Эйра целеустремленно хлопнула ладонью по стене. Она сделала вдох и собрала всю силу изнутри, на которую была способна. Холодный туман начал заполнять воздух вокруг нее, когда ее окружил мороз. Подобно волне, он разбивался о каждую стену. Еще больше силы. Эйра вложила все, что у нее было, в магию, которая покрыла каждую поверхность лабиринта перед ней.

Ее лабиринта.

«Вы попадете в лабиринт, созданный специально для вас», – сказала Люмерия. Только для нее. Они соревновались друг с другом в лабиринтах, созданных только для них. Сумеречное Королевство – без сомнения, Арвин с Ви и Таавином – разработали игру, которая удвоила бы их шансы на победу, потому что Эйра и Оливин не могли вмешиваться. Каждый лабиринт, без сомнения, был разработан с учетом уникальных навыков участника, обеспечивая равную или, возможно, не столь равную сложность.