Текст книги "Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона (СИ)"

Автор книги: Елена Крамская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Глава 25

– Значит, драконья кровь у тебя все-таки проснулась.

Бриенна почти не шевельнула губами, произнесла эти слова так тихо, что шорох желтых листьев под ветром мог бы их заглушить, но я услышала. И в ту же секунду все внутри сжалось.

– Вы выбрали странный способ начать знакомство, – произнесла я ровно.

Бриенна не ответила сразу. Ее тонкие пальцы все еще лежали поверх закрытой книги, которую она таки спрятала под складками серого плаща. Ноготь большого пальца медленно водил по краю кожаной обложки.

Под ее ладонью на темной коже книги тускло мерцала тонкая, почти невидимая линия рунического знака Защитной печати.

Один неверный жест – и книга, вероятно, вспыхнет, или ударит того, кто попытается ее забрать.

Я чуть склонила голову.

– Откуда вы знаете, что именно проснулось во мне?

Бриенна наконец повернулась ко мне. Без испуганной суетливости, которую изображала в гостиной.

Ее глаза оказались не серыми, а серебристыми. Такими бывают зимние озера – сверху спокойные, а под тонкой коркой льда темная глубина.

– Оттуда же, откуда вы знаете, что моя книга – не сборник молитв, – тихо ответила она.

Я почувствовала, как уголок моих губ дрогнул. Она была смелее, чем казалась.

– Вы не ответили.

– А вы не спросили прямо.

– Хорошо, – Я медленно повернулась к ней всем корпусом, – Откуда вы знаете о том, что драконья кровь проснулась?

Бриенна едва заметно вздохнула, но я уловила, как напряглись ее плечи.

– Я не знаю о вас всего, леди Марцел. Не знаю, что случилось до вашего приезда, не знаю, почему от вас пахнет огнем и старой смертью. Не знаю, почему принц Валериан только что пытался подавить вашу связь с… кем-то.

Она сделала паузу.

– Но я видела, как он коснулся вашего запястья. Видела, как метка погасла, и видела, что вы не поддались.

– Вы следили за мной?

– Я сидела в саду.

– Это не ответ.

Бриенна нервно провела языком по пересохшим губам.

– Нет, не следила. Но я всегда слежу за магией вокруг себя. Иначе долго не проживу.

Это прозвучало слишком просто. Она не пыталась произвести на меня впечатление. Оттого я поверила ей чуть больше, чем хотела.

Я медленно подняла ладонь. Магия отозвалась сразу. Под кожей пробежало знакомое голодное и послушное тепло. Мне стоило лишь захотеть, и воздух между нами может стать плотным и тяжелым. Я могла бы выбить книгу из ее рук, если бы мне это было нужно.

Но Бриенна тоже это почувствовала, и ее пальцы сильнее легли на руну.

Мы сидели рядом, плечом к плечу, две девушки в спокойном осеннем саду, и обе понимали, что если одна применит силу, то вторая сможет ответить.

– Если бы я хотела вас выдать, – первой заговорила Бриенна, – Я уже пошла бы к распорядительнице, или к королеве. Вы ведь понимаете, что за такую новость мне пообещали бы многое.

– Например?

– Место среди фавориток принца, защиту для моего дома или деньги. Может быть, даже позволили бы уйти с Отбора с приличным приданым и без позора.

– Но вы не пошли. Почему?

Бриенна опустила взгляд на свои руки.

– Потому что я не хочу быть обязанной людям, которые смотрят на магию как на мясо, которое можно разделать и продать.

От этой фразы по моим рукам пробежали мурашки.

Перед внутренним взглядом вспыхнул образ лениво откидывающегося в кресле у камина Валериана, и его слова, обращенные к Гере «Можешь выпотрошить ее, мне плевать».

Я нервно сглотнула.

– И вы решили, что я не такая?

Бриенна посмотрела на меня прямо.

– Я решила, что вы опасны, но это не одно и то же.

Что ж, это был честный ответ.

Я медленно выдохнула и холодный воздух царапнул горло.

– Тогда скажите мне, леди Тарли. Что именно вы увидели?

Она чуть повернула к себе закрытую книгу, словно собиралась с мыслями.

– Я увидела древнюю связь, а не просто брачную печать. Не договор, не родовую клятву, не магическую привязку, которую можно наложить ритуалом. Такие вещи имеют узлы. Их можно разорвать, переписать или испортить. А вашу нельзя.

Ее голос стал тише.

– У вашей метки нет внешнего источника. Она не питается алтарем, кровью жреца или предметом. Она живая. Я видела, как она спряталась от прикосновения Валериана. Не погасла и не исчезла, она просто ушла глубже.

Я посмотрела на свое запястье.

Под тканью рукава еще чувствовался холод пальцев Валериана, и след от его грязной и липкой магии. И под ним едва уловимый жар, от которого сердце болезненно сжалось.

Дейран. Где он сейчас? Почувствовал ли, что Валериан пытался коснуться нашей связи?

Я стиснула зубы.

– Значит, вы считаете, что принц не смог бы ее уничтожить?

Бриенна подняла брови.

– Уничтожить? Нет, что вы! Но он использовал магию, я это почувствовала.

– Какую?

Она помолчала. Потом осторожно почти ласково и не касаясь провела указательным пальцем над страницей книги. Тусклая синяя руна на обложке мигнула.

– Магия принца холодная, – сказала Бриенна, – Она напоминает изморозь на стекле – красивая издалека, но стоит дотронуться, и ты понимаешь, что это всего лишь тонкий ледяной слой.

– Не слишком лестное описание для наследника престола.

– Я не пытаюсь быть лестной.

На этот раз Бриенна почти улыбнулась уголками губ, но улыбка исчезла быстро.

– В его магии нет корня, леди Марцел, и нет глубины. Она не растет из него самого. Ему ее дали. Она работает на подавление, и заставляет человека чувствовать себя меньше и слабее. Эта магия может спутать мысли, вызвать страх или подавить чужую волю.

Я вспомнила, как ледяные пальцы Валериана сжали мое запястье. Как на миг захотелось поверить, что Дейран далеко, что никто не придет, что сопротивление бессмысленно. Именно это он и пытался сделать.

– Но древнюю связь эта магия разрушить не может, – продолжила Бриенна, – Она не для этого создана. Принц может накрыть ее, или заглушить на время, создать видимость, будто ничего нет, но ваша метка защищает сама себя.

– Он уверен, что ему удалось ее подавить.

– Пусть остается уверен.

Мой взгляд снова встретился с ее взглядом.

– Вы хорошо понимаете придворные правила для девушки, которая якобы ничего не умеет.

Бриенна отвернулась к фонтану.

– В моем доме учат не только читать старые тексты.

– Расскажите о своем доме.

– Зачем?

– Потому что я не собираюсь заключать сделок с человеком, о котором знаю лишь то, что он умеет прятать руны под книгами.

Она замерла. Я ждала.

Бриенна могла бы уйти или сказать, что это не мое дело, но вместо этого она тихо произнесла:

– Дом Тарли когда-то служил хранителем королевских архивов.

Я нахмурилась.

– Я думала, ваш отец управляет Южными землями.

– Сейчас – да. А раньше мои предки были теми, кто расшифровывал древние договоры, утверждал магические клятвы, ставил печати на границах, составлял и хранил завещания старых династий. Мои предки были великими магами, но они знали, как устроена магия.

В ее голосе прозвучала странная горечь.

– А потом начались гонения. После Раскола многие решили, что любое знание опасно. Особенно если оно старше нынешней короны. Наши библиотеки закрыли. Часть книг отобрали, а часть сожгли. Остальное семья спрятала.

– И вы умеете читать эти тексты?

– Немного. Отец начал учить меня, когда понял, что у меня есть чувствительность к рунам. Я вижу, где заклинание лжет, чувствую, когда печать повреждена. Иногда могу скрыть магический след или поставить защиту.

Она чуть подняла ладонь.

– Но я не воин, леди Марцел. Я не могу ударить, как вы, не смогу остановить сильную ведьму. Если я попытаюсь использовать слишком много силы, у меня начнется лихорадка. А потом я просто не смогу встать.

Я смотрела на нее внимательно.

Она не была сильной в привычном смысле, но она знала свои границы, и это делало ее опаснее многих.

– Вы знаете мою мачеху, Геру? – спросила я.

– Нет, но я ее встречала раньше в столице. От вашей мачехи пахнет не одной магией. Понимаете, у каждого мага есть свой след – своя основа. Это как голос, который невозможно спутать с другим. Вот у вас это огонь, но не обычный – в нем примешаны тепло, металл и запах леса после грозы.

Она замолчала, как будто собиралась с мыслями.

– А ее магия похожа на одежду, сшитую из чужих лоскутов, – наконец сказала она, – Слишком много чужих голосов. В ней смешались старость и следы женщин, которых я никогда не видела, но чувствую так ясно, что мне становится плохо. Она носит в себе чужую силу. Много чужой силы.

Я вдруг отчетливо увидела Геру в темном коридоре в доме в Топких землях. Молодую, и красивую, улыбающуюся над чашкой с сонным отваром. Увидела сухое тело старой ведьмы и новорожденную Маю, плачущую в ту минуту, когда умерла ее тезка.

– И она здесь, – продолжила Бриенна.

– Вы ее чувствовали?

– Вчера ночью, в коридоре неподалеку от королевского крыла, я почувствовала очень слабый след. Будто кто-то намеренно скрывает ауру. Но скрыться полностью невозможно, если внутри тебя столько… шума.

Я с трудом удержала дыхание ровным.

– Что вы хотите от меня? – спросила я, – Раз вы меня не выдали…

Бриенна слегка нахмурилась.

Она закрыла книгу плотнее, словно разговор теперь стал официальным.

– Я не хочу становиться женой Валериана.

Я едва не усмехнулась.

– Какая редкая мысль среди кандидаток.

Глава 26

Бриенна сглотнула. Ее взгляд на мгновение метнулся туда, где между кустами мелькали яркие платья других девушек.

– Меня отправили сюда не потому, что я красива, и не потому, что моя семья мечтает породниться с короной. Отец не хотел меня отправлять. Он спорил и писал прошения. Просил оставить меня в Тарли. Но ему ответила, что это личное приглашение короля.

Она горько улыбнулась.

– От личных приглашений короля не отказываются, как вы понимаете.

– Зачем вы нужны им?

– В наших архивах все еще хранятся старые договоры и родословные. Записи о магии, которая существовала до нынешней династии. О драконьих линиях тоже.

Я повернула голову медленно.

– О драконьих линиях?

– Если я стану приближенной Валериана, – продолжила она после паузы, – Если меня выберут хотя бы в число финалисток, двор получит возможность требовать от моего отца доступ к хранилищам. Он не хочет жениться на мне, леди Марцел, но ему нужен доступ в архивы.

– А если Валериан выберет вас?

Бриенна побледнела.

– Тогда мой дом перестанет принадлежать себе. А я… – она резко отвернулась, – Я не знаю, что будет со мной, но я видела, как он смотрит на девушек. Он смотрит не как заинтересованный мужчина, а как человек, который выбирает, что ему купить.

Она посмотрела на меня и тихо добавила:

– Но на вас он смотрит хуже. Я вижу, что вы его цель!

Я промолчала.

– Итак, – сказала я после паузы, – Вы хотите уйти с Отбора.

– Не просто уйти. Если я попрошу об этом, то мой дом обвинят в оскорблении короны. Если я заболею, меня могут оставить здесь под надзором. Если проиграю в испытании – королева скажет, что я недостаточно достойна и потребует архивы как компенсацию за «потраченное время».

– Тогда вам нужно выбыть так, чтобы это выглядело не как отказ и не как поражение.

– Именно. Я помогу скрывать вашу магию и научу читать печати. Помогу понять, где ваша мачеха ставит ловушки. Я знаю, как выглядят старые защитные контуры в дворцовых стенах. Возможно, смогу помочь вам найти то, что у вас отняли.

Последние слова она произнесла тише. Мой пульс ускорился.

– А взамен?

– Когда придет время, вы поможете мне уйти. Не обязательно из дворца, хотя бы из Отбора, и без позора для семьи.

Я смотрела на нее долго. Могла ли она лгать? Да! Могла ли быть подставлена Изольдой? Да. Могла ли Гера специально привести ее ко мне, чтобы проверить? Возможно.

Но если Бриенна была ловушкой, она была слишком правдоподобной. А главное, я чувствовала, что ее страх настоящий, сдержанный и загнанный внутрь. Это страх человека, который давно понял, что его жизнь пытаются обменять на бумаги.

Я медленно протянула руку.

– Я не обещаю спасти тебя, – сказала я, – И я не знаю, смогу ли вывести вас из этой игры. Я не буду давать вам красивые клятвы, которые не смогу выполнить. Но обещаю, что не буду использовать вас как расходный материал.

Бриенна на секунду закрыла глаза. Ее лицо изменилось – с него исчезла настороженность, и осталась только усталость, которую она слишком долго прятала.

– Этого достаточно, – прошептала она.

Она кивнула. Потом осторожно вытянула руку из-под плаща. На ее ладони лежал маленький кусочек темного воска, размером с ноготь. В него была вдавлена тонкая серебряная нить.

– Возьмите. Это защитная печать. Она слабая и она не остановит ведьму, если та ударит в полную силу. Но предупредит вас, если кто-то попытается войти в ваши покои с магией. Или если на двери появится следящее заклинание.

– И вы отдаете одну почти незнакомой девушке?

– Девушке с драконьей кровью, которую только что пытался подавить будущий король, – сухо ответила Бриенна, – Это, знаете ли, несколько меняет расчеты.

Я взяла печать. Воск оказался холодным. Но стоило ему коснуться моей кожи, как серебряная нить чуть дрогнула, словно узнала меня.

– Интересно. Ваша кровь реагирует даже на обычную защитную магию. Это… редкость.

Я сжала печать в ладони.

Мы сидели молча еще несколько секунд. Впервые за долгое время мне не было так одиноко. Я уже собиралась подняться, когда вспомнила самое важное.

Сердце снова сжалось.

– Бриенна, Вы сегодня утром были в королевской библиотеке?

Ее брови слегка поднялись.

– Была. Нас водили туда после собрания. Леди Элеонора хотела проверить, умеем ли мы отличить хроники Аэлиона от сборника любовных баллад.

– И как? Успешно прошли проверку?

– Леди Изольда Вейн заявила, что ее интересуют только книги о королевах. Элара чуть не расплакалась, потому что перепутала годы правления Матеуша и его деда. Мая спросила, почему в библиотеке нет модных журналов из Южных Островов.

Я прикрыла глаза на мгновение.

– Понятно. А вы ничего необычного там не видели?

Бриенна посмотрела на меня внимательнее.

– Что именно?

– Небольшую потертую темно-синюю книгу. На обложке – серебряный дракон, свернувшийся кольцом.

Лицо Бриенны изменилось. Сначала она просто замерла, потом медленно опустила взгляд на свою книгу.

– Это ваша книга?

– Она принадлежала моей матери.

– Я видела ее в архивной части библиотеки. Я почувствовала оттуда очень сильную Родовую печать, такую сильную, что у меня в висках зазвенело. Когда мы проходили мимо, один архивный служитель нес ее в руках. Он выглядел так, будто боится даже дышать рядом с ней.

У меня перед глазами вспыхнул образ дневника. Темно-синяя кожа, серебряный дракон. Тепло, которое разливалось по пальцам. Голос матери, оставленный в строках.

– А сейчас? – спросила я, и мой голос предательски сорвался, – Где она сейчас?

Бриенна медленно покачала головой.

– В библиотеке ее уже нет. После урока я задержалась, сказала распорядительнице, что мне нужно найти книгу о древних печатях. Она не поверила, но отпустила меня к полкам. Я видела, как архивный служитель вынес ваш дневник. А потом в библиотеку пришла женщина.

Я перестала дышать.

– Она была в плотной темной вуали. Лицо я не увидела. На ней был тяжелый плащ, хотя в библиотеке тепло. Она не разговаривала с архивариусом. Просто протянула руку, и он отдал ей книгу. Затем, она пошла в сторону закрытого королевского крыла. Там, куда не пускают даже распорядительницу.

Бриенна медлила.

– Женщина хромала и опиралась на серебряную трость.

Мамин дневник – единственная вещь, которая могла помочь мне понять, как использовать свою силу.

Во мне поднималось пламя. Настолько яростное, что на мгновение захотелось вернуться в тайный ход, ворваться в королевское крыло, выбить любую дверь, которая встанет на пути, и сжечь все до основания.

Но я медленно вдохнула, и заставила огонь свернуться внутри тугим, горячим узлом.

Ветер сорвал с дерева сухой лист. Он упал прямо к моим ногам, красновато-желтый, похожий на обгоревшее письмо. Я раздавила его каблуком.

Пусть Гера листает дневник моей матери, уверенная, что получила преимущество, но она не знает главного – я уже прочла достаточно, чтобы начать. Сначала выясню, как далеко Гера успела зайти, а потом заберу то, что принадлежит мне.

Глава 27

Едва мы с Бриенной переступили порог моих покоев, как я быстро, и бесшумно закрыла за нами тяжелую дубовую дверь.

Сердце колотилось где-то в самом горле, отдаваясь гулким стуком в барабанных перепонках. Адреналин, бурливший в крови после встречи с Валерианом в саду и разговора с Бриеной о дневнике, требовал выхода.

Я резко выдохнула, отрываясь от двери.

– Мне нужно туда, – бросила я, направляясь прямиком к стене, задрапированной тяжелым гобеленом, – Прямо сейчас. Я должна найти комнаты Геры. Должна увидеть, где она прячет дневник.

Мои пальцы уже потянулись к краю плотной ткани, готовые откинуть ее и нащупать стык каменных плит, скрывающий потайную дверь. Я действовала на чистом инстинкте, подгоняемая обжигающей яростью и страхом упустить время.

– Стой!

Резкий, сдавленный шепот Бриенны хлестнул меня по нервам. Ее холодная и цепкая рука, впилась в мое запястье мертвой хваткой, отдергивая меня от стены.

– Ты с ума сошла?! – зашипела я, пытаясь вырвать руку, но Бриенна держала меня мертвой хваткой.

– Смотри, – едва слышно выдохнула она, кивнув на щель между стеной и гобеленом, – Только не касайся.

Я замерла, с трудом усмиряя сбившееся дыхание. Мое драконье зрение, уже взбудораженное злостью, мгновенно сфокусировалось, и я прищурилась, вглядываясь в полумрак.

Там, на внутренней стороне деревянной панели, скрывающей механизм, была натянута магическая нить. Она слабо, мерзко вибрировала, словно живая вена. От нее исходил тошнотворный, липкий запах гнилой воды.

– Сигнальная магическая печать, – прошептала Бриенна, отпуская мою руку. Она отступила на полшага, брезгливо вытирая ладони о юбку, – Очень тонкая работа.

Холодный пот мгновенно проступил между лопаток, заставив ткань платья прилипнуть к спине.

– Кто-то заметил, что проходом недавно пользовались, – кивнула Бриенна, не сводя глаз с вибрирующей черной нити, – Сквозняк и сдвинутая пыль… ведьмы на такие вещи реагируют острее сторожевых псов, но она не знает, кто именно проник внутрь.

– А если бы я открыла дверь?

– Нить бы бесшумно порвалась, – голос Бриенны дрогнул, – Следующий человек, который коснется панели, вберет эту магию в себя. Она оставит на твоей коже несмываемый магический отпечаток. Ты бы выдала себя с головой.

Меня замутило. Бездна только что разверзлась прямо у моих ног, и я балансировала на самом ее краю, чудом не рухнув вниз.

– Сними ее, – жестко сказала я, – Сожги, разорви, сделай что-нибудь.

– Нет! – Бриенна вскинула руки, – Исчезновение нити тут же ударит ей по нервам. Кто-то, обладающий силой, поймет, что в замке есть кто-то, кто видит ее ловушки. Это поднимет тревогу, Аделаида. Мы не можем ее уничтожить.

– И что ты предлагаешь? Нам нужен этот ход!

Бриенна прикусила нижнюю губу, напряженно раздумывая. Ее серебристые глаза сузились.

– Я могу… усыпить того, кто наложил магию, – наконец неуверенно произнесла она, – Наложить контур тишины. Магия в нити замрет, перестанет пульсировать. Мы сможем открыть дверь, не порвав ее. Но предупреждаю: это сработает только один раз, и продержится недолго. Потом печать восстановится.

– Сделай это, – я сглотнула горькую слюну, – Но не сейчас. Сейчас у нас есть проблема посерьезнее.

Я отвернулась от стены и начала мерить комнату шагами. Шелк юбок раздражающе шуршал, путаясь в ногах.

Ждать больше было нельзя.

Пазл сложился в моей голове, образуя страшную, залитую кровью картину. Нападение диких племен на границе не было случайностью. Скорее всего, это был отвлекающий маневр. Блестяще разыгранный спектакль, щедро оплаченный золотом короны, чтобы выманить моего отца и Дейрана.

Валериан и Изольда собираются убить короля. Гера уже здесь, во дворце, плетет свои сети и контролирует каждый вздох. Валериан знает о моей метке, пусть и считает ее жалкой сказкой.

А мой отец… боги, мой отец сейчас там, на севере, бьется с наемниками, даже не подозревая, что удар может прийти в спину, и что его собственная жена продала его.

– Мне нужно связаться с Дейраном, – я резко остановилась, повернувшись к Бриенне.

Девушка побледнела так, что веснушки на ее носу стали похожи на брызги грязи.

– Ты с ума сошла? – выдохнула она, делая шаг назад, – Он на севере! Это сотни миль! Прямая ментальная связь на такое расстояние без алтаря или артефакта-накопителя…

– Я должна, Бриенна. Он обязан знать, что заварушка на границе – это ловушка. Если Валериан убьет короля в ближайшие дни, завтра мой отец и Дейран будут объявлены государственными изменниками. Я не позволю этому случиться.

– Связь убьет тебя! – Бриенна в отчаянии всплеснула руками, – Драконья кровь сильна, но твое тело не выдержит такого потока!

– Выдержит, – Я шагнула к ней, заглядывая в испуганные серые глаза, – Ты знаешь способ. Я вижу это по твоему лицу, что знаешь.

Она нервно сглотнула. Закусила губу так сильно, что на ней выступила капелька крови.

– Есть старая руна, – сдалась, наконец, она, и ее голос задрожал, – Руна усиления родственной связи. Она работает через кровь. Я могу начертить контур и открыть дверь. Но… пройти через нее должна ты сама. И я не знаю, Аделаида, честно не знаю, что от тебя останется, если тот, кого ты зовешь, находится слишком далеко. Тебя может просто разорвать на части в пустоте.

– Рисуй, – ледяным тоном скомандовала я.

Бриенна подошла к камину и выгребла остывшую серую золу в подол своего плаща. Затем достала из кармана маленький кожаный мешочек с солью – видимо, всегда носила его с собой для защиты.

Отодвинув тяжелый ковер в центре комнаты, она опустилась на колени прямо на голый, холодный камень. Быстрыми, выверенными движениями она начала сыпать соль пополам с золой, вычерчивая сложный, угловатый узор. Символы переплетались, замыкаясь в идеальный круг.

– Нужна твоя кровь, – хрипло потребовала она, не поднимая головы.

Я вытащила из прически тонкую серебряную шпильку. Не задумываясь ни на секунду, с силой полоснула острым концом по ладони. Алая, густая кровь брызнула из линии пореза.

Я шагнула в центр круга и сжала кулак.

Капли моей крови падали прямо на серую золу. Едва они касались рун, зола вспыхивала тусклым, багровым светом, словно тлеющие угли. Воздух в комнате мгновенно потяжелел, приобретая привкус железа и электричества.

– Садись, – скомандовала Бриенна, отступая за пределы круга. По ее лицу градом катился пот, – Закрой глаза и сконцентрируйся на метке. Не думай ни о чем другом, и ищи в темноте своего дракона.

Я опустилась на колени и закрыла глаза.

Я потянулась к левому запястью, туда, где под кожей спала моя вязь. Я заставила себя обо всем забыть и сфокусировала всю свою волю, в одном-единственном человеке.

Метка на запястье внезапно отозвалась. Сначала легким, болезненным покалыванием, а затем… вспыхнула. Жар прошил руку до самого плеча, вонзился в грудь.

Пространство вокруг меня с оглушительным, беззвучным треском разорвалось.

Меня вышвырнуло в пустоту.

Это не было похоже на обычный мысленный разговор, который я себе представляла. Мои легкие обожгло. Лицо обдало ледяным, режущим ветром, который нес с собой крупу жесткого снега.

В уши ворвалась какофония звуков, от которой я едва не оглохла. Хриплые, отчаянные крики раненых мужчин. Истошное, полное боли ржание лошадей. Оглушительный, ритмичный лязг стали о сталь, влажный хруст прорубаемой плоти.

А затем на меня обрушилась чужая ярость. Она не принадлежала мне. Она сжигала меня изнутри, заставляя задыхаться. В левом плече внезапно вспыхнула дикая, пульсирующая боль – словно кто-то глубоко вогнал под ключицу зазубренный клинок. Я инстинктивно вскрикнула в своей реальности, схватившись за целое плечо.

Аделаида?!

Голос разорвал хаос в моей голове. Это был мысленный рык, полный такой абсолютной паники, что у меня перехватило дыхание.

Где ты?! – его сознание буквально вцепилось в мое, сминая, подавляя своей мощью, – Ты ранена?! Откуда кровь?!

Он был там, на поле боя, после тяжелой сечи. Я чувствовала его сбившееся, тяжелое дыхание, вкус медной крови на его губах, дикий адреналин, все еще курсирующий по его венам. И его всепоглощающий ужас за меня.

Дейран… – я попыталась сформировать слова, но они рассыпались. Расстояние давило, ломало мысли, причиняя физическую боль, от которой темнело в глазах. Говорить было невозможно.

Я собрала остатки воли в кулак и начала транслировать ему образы. Короткие, хлесткие, как удары плети.

Сначала золоченые решетки на окнах дворца я за ними. Затем образ умирающего короля Матеуша. Образ Изольды и Геры, их сближенные головы, и заговор, еще, образ Валериана, и его пальцы, сжимающие мое запястье, его смех, и обрывки разговора…

…мой венценосный отец слишком цепляется за жизнь. Обычные яды, которые вы ему подливали, не действуют. В его жилах, пусть и разбавленная, течет драконья кровь. Я поехал к ведьмам за чем-то более действенным.

….именно поэтому мне нужна Аделаида. Через нее я свяжу руки Марцелу. Без его армии… остальные лорды-бунтовщики не посмеют пискнуть, когда отец наконец испустит дух.

….Дейран – проблема. Но он застрял на границе, а когда вернется, Аделаида уже будет моей женой перед лицом богов и людей, и я обрюхачу её. Если он посмеет открыть пасть…

….если он посмеет, – я сама с ним разберусь. Родство не спасет его от эшафота, если он пойдет против короны. Я найду способ заткнуть племянника.

Я выливала эти картинки в его разум, задыхаясь от боли, чувствуя, как из носа в реальности потекло что-то теплое и липкое.

На том конце связи повисла мертвая, звенящая секунда тишины. Он принимал и осмысливал информацию.

Его мысль ударила четко, прогоняя мой главный страх.

– Марцел жив, но слегка ранен. Мы разбили их основную часть наемников. Нашли сундуки с королевским золотом.

Он тяжело, с присвистом втянул воздух (я почувствовала это так ясно, словно он стоял позади меня).

– Этот ублюдок решил убрать нас чужими руками, – рык Дейрана завибрировал в моих костях, – Если можешь – беги.

– Что? – я опешила.

– Ты нашла тайный ход. Уходи через него, – его голос не терпел возражений. Это был тон альфы, спасающего свое, – Скройся в городе. Мои люди в столице найдут тебя через время. Я не позволю тебе оставаться в одной клетке с этим выводком.

Боль в голове стала невыносимой, но я упрямо, зло стиснула зубы.

– Я не побегу! – бросила я в ответ, вкладывая в мысль всю свою непреклонность.

– Аделаида! Не смей со мной спорить! – Его ментальная хватка стала жестче, почти причиняя боль.

– Если я убегу сейчас, – я сопротивлялась его давлению, выстраивая свой собственный щит, – Они убьют короля этой же ночью! А завтра утром объявят отца и тебя в государственной измене! Скажут, что северные легионы бросили границу и идут на столицу поднимать бунт! Я не позволю Валериану надеть корону!

– Это не твоя война! – взревел он в моем сознании.

– Это моя война! – я кричала в ответ, и по моим щекам в реальности текли горячие слезы, – Услышь меня! Я не могу этого допустить!

Наши воли столкнулись. Лед и пламя, Белый Северный дракон и Огненный дракон. Это было физически больно, это разрывало меня на части, но я не отступила ни на миллиметр. Я чувствовала его колоссальное сопротивление, его желание просто прийти, схватить меня за шкирку и утащить в безопасное место. И его медленное, тяжелое, скрипящее осознание того, что я права.

– Черт бы тебя побрал, Аделаида, – его мысль прозвучала как хриплый стон человека, сдающегося перед неизбежным. В ней мешались дикая, собственническая злоба и такое пронзительное, обжигающее восхищение, что мое сердце сделало сальто. Он уступал.

– Хорошо, – глухо произнес Дейран. Расстояние начало брать свое, его ментальный голос начал искажаться помехами, – Следи за ними…

Его присутствие внезапно стало таким плотным, словно он прижался лбом к моему лбу.

– Если с тебя упадет хоть один волос, я сожгу весь их род, этот замок, этот город и всю эту землю!

Связь начала рваться. Воздух вокруг меня взорвался тысячей осколков.

Бриенна, где-то на периферии сознания, кричала от напряжения, не в силах больше держать контур.

– Аделаида! – голос Дейрана прорвался сквозь нарастающий гул в последний раз, спеша передать самое главное, последнюю деталь.

В моем сознании яркой вспышкой возникло изображение королевского указа, зачитываемого глашатаем. И мысль Дейрана, холодная, как сталь палача:

– Матеуш не подписывал приказ о переносе Отбора и вашем вывозе. После ранения он так и не пришел в сознание.

Связь оборвалась.

Меня швырнуло вперед. Я рухнула лицом прямо в кровавую золу, тяжело, со свистом хватая ртом воздух.

Тело сотрясала неконтролируемая, крупная дрожь. Кровь, капающая из носа, заливала губы и подбородок, капая на ковер. В голове стоял непрерывный, мучительный звон.

Я попыталась открыть глаза, чтобы найти Бриенну, и замерла – мир вокруг меня был серым, и абсолютно, пугающе плоским.

Магическое зрение, которое последние месяцы позволяло мне видеть потоки силы, руны и чужие ауры, исчезло без следа. Я больше не чувствовала вибрации защитной нити в стене. Я не чувствовала слабой ауры Бриенны, которая без сил осела у камина, прижимая руки к груди.

Мой источник был пуст. Иссушен до самого дна этим колоссальным броском сознания через сотни миль. Сейчас я стала абсолютно слепой и беззащитной перед магией, я стала обычной, слабой смертной.

Король был еще жив, но Валериан уже фактически присвоил себе власть. Тихий и бескровный переворот уже начался, прямо у меня на глазах.

– Мы должны спасти короля, – прохрипела я, сплевывая кровь и с трудом отрывая тело от пола, – Пока он еще дышит.