Текст книги "Дракон с ... изъяном (СИ)"
Автор книги: Елена Байм
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
ГЛАВА 42
Утром за завтраком Генерал вел себя как ни в чем ниа бывало, ни одного намека на то, что произошло вечером. Он сидел, пил чай, что-то читал. Нас тоже заставил сесть за один стол вместе с ним, заявив, что мы не слуги, а гости.
Всю трапезу Мисс Фридман с беспокойством поглядывала на меня. Я чувствовала ее взгляд на своем лице, но упорно молчала, уставившись в чашку.
Ничего страшного со мной ведь не произошло, – уговаривала я себя. – Подумаешь, попросил оголить спину…
После завтрака, когда я уже собралась убирать посуду, Генерал появился в дверях, уже одетый для пешей прогулки: легкая светлая рубашка, небрежно расстегнутая на верхнюю пуговицу, штаны…
– Мира, – позвал он властным тоном. – Сопроводишь меня на прогулку.
Я замерла с тарелкой в руках.
– Ваше сиятельство, у меня работа…
– Ты тут работаешь не служанкой… – отрезал он, заставив меня покраснеть. – Идем.
Я вздохнула, поставила тарелку обратно на стол, вытерла руки о передник и поплелась за ним.
Мы вышли через заднюю дверь и направились к роще, что тянулась вдоль поместья за пустыми конюшнями. Утро было свежим, роса еще блестела на траве, и где-то вдалеке перекликались птицы.
Генерал шел впереди, я – позади, на шаг отставая, как и полагается слуге. Он молчал. Я тоже не горела желанием заговаривать первой. Мы прошли через рощу, вышли на открытый луг, пересекли его по тропинке, заросшей травами, и наконец оказались у пруда.
Место было красивым: гладкая, как зеркало, вода отражала бледно-голубое небо, берега поросли ивами, чьи ветви свисали до самой воды.
Генерал остановился на самом краю обрыва, глядя на воду. Я встала поодаль, не зная, чего ожидать.
– Подожди меня здесь, – сказал он вдруг, не оборачиваясь.
– Что? – переспросила я, вынырнув из своих мыслей.
И застыла с открытым ртом.
Этот несносный дракон – а иначе я его уже и назвать не могла – сбросил с себя всю одежду. Рубашка полетела на траву, ботинки отлетели в сторону, штаны стекли вниз, и он, оставшись в чем мать родила, разбежался и сиганул с обрыва в воду.
Я только и успела, что разглядеть упругие ягодицы и широкую спину, прежде чем он с оглушительным всплеском скрылся под водой.
– Батюшки… – выдохнула я и запоздало прижала ладони к щекам.
Сердце взволнованно билось в груди, а я стояла на берегу, нервно оглядываясь по сторонам – только бы никто не шел, только бы никто не увидел это бесстыдство! Генерала ждет дома невеста, а он тут, нагишом…
– Эй, служаночка! – раздался самодовольный голос снизу. Генерал уже вынырнул и стоял по пояс в воде, отфыркиваясь и улыбаясь во весь рот. Широкие плечи блестели на солнце, с волос стекала вода. – Принеси-ка мне мою одежду!
Я стиснула зубы, но послушно подхватила его вещи с травы – ботинки пришлось подхватить под мышку, рубашку и штаны перекинуть через руку, и поспешила вниз по тропинке. Та оказалась крутой и скользкой, усыпанной мелкими камешками, и я пару раз чуть не полетела кубарем, но успевала ухватиться за торчащие корни деревьев.
Когда наконец спустилась на берег и подняла глаза, поняла, что дракон уже вышел из воды.
Он стоял на прибрежном песке, раскинув руки в стороны, и подставлял лицо солнцу – обсыхал, нисколько не смущаясь своей наготы.
Вода стекала по его груди, по животу, по мускулистым бедрам, и солнечные блики играли на его мокрой коже.
Я вспыхнула, кажется, до самых корней волос. Ведь на этот раз я успела разглядеть не только драконий пыл, но и другие его достоинства…
Резко отвернулась и на вытянутой руке протянула ему одежду, глядя в сторону, на воду, на ивы, куда угодно, только не на него.
– Держите, ваше сиятельство, – выдавила я.
– Спасибо, – произнес он буднично, но в голосе его я отчетливо уловила насмешку. Он наслаждался моим смущением, мерзавец.
Я прислушивалась, как он одевается – шорох ткани, звон пряжки, приглушенное ворчание, когда он штаны на мокрое тело. Я стояла, не оборачиваясь, и считала про себя до десяти, чтобы успокоиться.
– Идем? – спросил он наконец.
Я обернулась. Он стоял уже одетый, но волосы все еще были мокрыми, и несколько капель скатывались по виску на ворот рубашки.
Он быстро, пружинисто сделал пару шагов по тропинке, взлетел наверх, а затем протянул руку мне.
– Хватайся, давай.
Я заколебалась лишь на мгновение. Сердце в очередной раз сбилось с ритма, но я протянула руку. Он дернул меня на себя одним резким движением, я влетела наверх. Не удержав равновесия, я оказалась прижатой к его груди – лицом к мокрой рубашке, к его телу.
Но он быстро отстранился.
– Мокрый, – сказал он коротко. – Намочишь платье. А нам еще возвращаться домой.
Я кивнула, глядя в землю. А сама подумала:
– О-оххх, как же я хочу снова прижаться к этой могучей груди…
От этой мысли мне стало жарко. И стыдно. И снова жарко и стыдно.
Мы пошли обратно через луг. Он – впереди. Я – позади.
И всю дорогу я старалась смотреть себе под ноги, потому что стоило мне поднять глаза – я видела его широкую, сильную спину и обтянутые тканью сочные ягодицы. Ну неприлично же быть … таким!
ГЛАВА 43
К вечеру, когда Генерал опять отправил слуг по домам до утра, а мисс Фридман удалилась в свои покои, я выждала, когда дракон поднимется к себе, и пошла следом за ним, чтобы помочь ему проверить эффект зелья.
Я старалась ступать тихо, но деревянные ступени предательски поскрипывали под ногами. У двери я остановилась. Прислушалась. Тишина.
Я глубоко вздохнула и толкнула дверь. Генерал сидел за столом, склонившись над бумагами. При моем появлении поднял голову и удивленно взглянул на меня.
– Служаночка, тебе что-то надо? – спросил он со странной заботой, откладывая перо.
Я растерялась и замялась на пороге, переминаясь с ноги на ногу.
– Эмм... ваш эликсир... Я пришла напомнить, чтобы вы не забыли принять перед сном пять капель.
Генерал кивнул, и в уголках его губ мелькнула тень усмешки.
– Уже принял.
– Ах... ну... тогда я не нужна?
– Нет. Можешь идти.
Я снова замялась на пороге, чувствуя неловкость и досаду. Я надеялась на что-то, хотя сама не знала, на что. Еще раз взглянула на него – Рагнар уже вернулся к бумагам, будто меня и не было.
Я вышла и прикрыла за собой дверь.
Пошла к себе, разделась, легла в кровать.
Сон не шел. Я ворочалась с боку на бок, комкала простыню, взбивала подушку, но в голову лезли всякие думы.
Неужели я настолько некрасива, что дракон даже не хочет на меня и смотреть?
Я села на кровати, нащупала в темноте свечу, чиркнула и зажгла огонь. Подошла к зеркалу.
Подняла свечу выше, оглядела себя: округлые плечи, тонкая талия, распущенные волосы, падающие на спину темной волной. Лицо, может, и не писаной красавицы, но милое – нежные губы, большие глаза.
– Вроде хорошенькая, – прошептала я своему отражению. – Видимо, у драконов свой странный вкус.
Я вздохнула, задула свечу и снова забралась в кровать. Долго ворочалась, считала до ста, потом до двухсот, потом сбилась и просто лежала, глядя в потолок. Сон пришел только под утро.
Проснулась я невыспавшаяся, злая. Солнце уже стояло высоко – оказывается, я проспала завтрак. Глаза слипались, а на душе было плохо…
К тому же пришлось есть одной, в одиночестве. Я сидела за длинным кухонным столом, ковыряя ложкой остывшую кашу, и чувствовала себя покинутой и никому не нужной.
Когда повариха заглянула на кухню за ведром, я спросила ее:
– Вы не видели мисс Фридман и графа Вальмонта? Куда все подевались?
– А вы что, не слышали? – усмехнулась она, кивнув в сторону ворот. – Агнесс все утро отмывала вывеску, а сейчас Генерал ее вешает.
– Агнесс? – переспросила я, и что-то внутри меня неприятно кольнуло.
Я отодвинула тарелку, даже не доев, выскочила из-за стола и побежала к воротам.
И действительно, у ворот на высокой лестнице стоял Генерал, приколачивая вывеску к каменной арке ворот. Лестницу помогали держать мисс Фридман, Агнесс и Эдгар. Все было бы хорошо, если бы не одно «но».
Дракон был только в одних штанах.
С голым торсом.
Солнце играло на его коже, высвечивая каждый мускул, каждую линию. Плечи – широкие, грудь – мощная, живот – плоский и твердый, а еще этот шрам… уходящий под резинку штанов и намекающий на нечто большее.
Я замерла, чувствуя, как щеки заливаются краской. И стала про себя его костерить. Что за наглый дракон? И тут я вспомнила, как граф вчера сетовал, что не захватил с собой сменной одежды. Если замарает рубашку, нечего будет надеть, так как в местных лавках не продают одежду его размеров.
Но это ведь не значит, что он теперь будет ходить нагишом? – с ужасом подумала я.
И ноги сами понесли меня вперед, к группе.
Когда я подходила, то услышала звонкий смех. Смеялась Агнесс – заливисто, счастливо, запрокинув голову. Она стояла рядом с лестницей и что-то говорила дракону, а он улыбался в ответ и шутил.
Я остановилась как вкопанная.
Надо же. Со мной он не шутит, а меня может только стращать и смущать.
И зачем я только пошла к ним? Чтобы увидеть, как он смотрит на другую? Чтобы почувствовать себя лишней?
Я развернулась и пошла обратно в дом. Смех за спиной практически сразу же прекратился, будто его оборвали, но я не обернулась.
Поднялась к себе, упала на кровать и заплакала.
– Неужели я настолько несимпатичная, что даже деревенская девка краше меня в несколько раз? – шептала я в подушку, чувствуя, как слезы жгут глаза. – Что в ней такого, чего нет во мне?
Я плакала до тех пор, пока слезы не кончились. А потом села на кровати, вытерла лицо рукавом и посмотрела в окно.
Что ж. Я еще покажу этому самовлюбленному дракону, что я красивая и соблазнительная. Он потом локти кусать будет, да только даже поцеловать себя ему не разрешу.
Довольная своей мыслью, я весь остаток дня ходила с хорошим настроением. Улыбалась поварихе, напевала что-то под нос.
А когда наступил вечер, я приняла ванну – теплую, с душистым мылом. Распустила волосы, расчесала их, дала им высохнуть свободными волнами. Надела ночную сорочку – самую лучшую из тех, что у меня была.
И хотя дракон меня сегодня опять не позвал, я решила: я ему все равно докажу, что я – красивая.
Я осторожно приоткрыла дверь, осмотрелась и робко вышла в коридор, а затем уверенным шагом направилась к спальне графа.
ГЛАВА 44
Стоило мне оказаться возле двери, как вся моя смелость меня и покинула. Ладони вспотели от страха, однако отступать было поздно. Один раз стукнула для приличия по двери и, не дожидаясь ответа, зашла в комнату дракона.
Он стоял у окна, спиной ко мне.
На нем не было ничего, кроме полотенца, обернутого вокруг бедер. Похоже, он только что принимал ванну – вода все еще стекала по его плечам, с мокрых волос, падая на пол и оставляя темные разводы на деревянном полу. Лунный свет заливал его фигуру, делая ее нереальной красивой.
Я шумно вдохнула.
Он обернулся.
– Ой! – выкрикнула я смущенно, пятясь и теряя остатки напускной смелости. – Кажется, я дверью ошиблась!
Я уже развернулась, чтобы выскочить в коридор и захлопнуть за собой дверь, но его голос – громкий и властный, остановил меня:
– Стоять!
Я замерла.
Он подошел ко мне, бесшумно ступая босыми ногами по полу. Я чувствовала исходящее от него тепло.
Затем наклонился к моему уху и прошептал – так тихо, что по коже побежали мурашки:
– Как хорошо, что ты зашла...
У меня перехватило дыхание. Я подняла на него глаза, готовая услышать что-то важное, что-то, что перевернет все...
– Я ведь забыл выпить пять капель, – закончил он, – А тебя увидел и сразу вспомнил. Стой тут!
Он развернулся и пошел к столу. Достал бутылек с эликсиром, открутил крышку и сделал глоток прямо из горлышка – как всегда не измеряя, сколько капель он пьет.
Я стояла, не понимая, куда себя деть от стыда. Щеки горели огнем. Я смотрела в пол, на разводы от его мокрых следов, и умоляла, чтобы он не заметил, как дрожат мои руки.
Но дракон не стал меня смущать. Он подошел к кровати, лег, подложив под спину подушку, вытянул ноги. Полотенце чуть сбилось, открывая край бедра, но он даже не поправил его.
А потом – нежным, ласковым голосом, которого я у него еще не слышала, – он сказал:
– Подойди ближе.
Я робко подошла. Ноги будто налились свинцом, каждый шаг давался с трудом.
– Сними лямку с левого плеча.
Я замерла.
– Что?
– Сними. Лямку. С левого плеча, – повторил он медленно, смакуя каждое слово. – Так... хорошо... чуть медленнее... плавнее...
Я послушалась. Лямка скользнула по плечу, обнажая его. Сорочка чуть сползла вниз.
– А теперь вытяни правую ногу и поставь носок ноги на кровать.
Я смутилась еще сильнее. Если я поставлю ногу на кровать, сорочка задерется и оголит меня до колен. Но увидев, как внимательно следит за моей ногой дракон, как его взгляд темнеет и становится тяжелым, я все же решилась.
Медленно, чувствуя, как ткань скользит по бедру, я поставила ногу на край кровати.
– Мммм... – довольно протянул он. – А теперь медленно поднимай сорочку... до бедра...
Я вспыхнула до корней волос. На мне было простое белье – старенькое, заштопанное в паре стратегических мест. В этот момент я очень пожалела, что выкинула розовые панталоны. С ними я бы чувствовала себя увереннее. А сейчас, стояла перед ним, чувствуя себя жалкой поломойкой, на которую он больше никогда не посмотрит.
– А теперь возьми правую руку и медленно проведи ею по своей шее... – прошептал он.
– Что? – переспросила я, не веря своим ушам.
Но видя, что дракон не шутит, я попыталась сделать так, как он сказал. Но я сильно нервничала – рука дрожала, движения были резкими, неуклюжими.
Дракон тихо шепнул:
– Закрой глаза и представь, что ты одна.
Я закрыла глаза. И он начал говорить – тихо, бархатно, обволакивая каждым словом:
– Представь, что у тебя нежная, бархатная кожа... Ты скользишь по ней... вниз... еще... касаешься своей красивой, упругой груди... Она у тебя такая манящая... так и хочется дотронуться до нее языком... лизнуть... чтобы вырвать стон из твоих губ... таких влажных и таких горячих...ммм… мне так нравятся твои груди... они аккурат помещаются у меня в руке...
Я слушала его, слушала, словно завороженная. Его голос проникал куда-то глубоко, разливался по венам теплом, заставляя забыть, где я и кто я. Я чувствовала, как моя собственная рука скользит по груди, и это было... приятно.
Неловко, странно, но приятно. А потом я почувствовала, как что-то сжало мою грудь через ткань.
Я распахнула глаза.
Дракон стоял передо мной вплотную. Его ладони – сильные, горячие сжимали мою грудь, и в глазах его был такой жаркий, затуманенный голод, что у меня перехватило дыхание.
– Аххх! – вскрикнула я и отстранилась, отступая на шаг.
Он не сразу отпустил меня. Посмотрел на свои руки, потом на меня – затуманенным, словно пьяным взглядом. А затем встряхнул головой, будто сбрасывая наваждение, и его лицо приняло привычное нахальное выражение.
– Я же говорю, – произнес он своим обычным тоном, с насмешкой и ленцой. – Ты не подходишь. Ничего! Абсолютно ничего не чувствую. Может, все-таки стоит предложить роль помощницы лекаря Агнесс? – задумчиво произнес он, возвращаясь к кровати и падая на нее с самым безразличным видом.
– Свободна.
Граф повернулся на бок, видимо собираясь спать, и махнул мне рукой в сторону двери.
И я, которая секунду назад пылала от негодования и распутности дракона, теперь же неожиданно для самой себя решила бросить ему вызов. Агнесс?! Серьезно?! Он хочет видеть помощницей не меня, а – Агнесс?!
– Не дождешься, – прошептала я, разворачиваясь и выходя из комнаты. -
Еще увидишь, на что способна женщина в гневе.
ГЛАВА 45
Утром я встала пораньше, умылась ледяной водой, чтобы согнать с лица остатки сна, привела себя в порядок и отправилась искать мисс Фридман.
Нашла ее в кладовой – она перебирала запасы зерна, хмурясь и бормоча что-то про непорядок на кухне.
– Мисс Фридман, – начала я как можно более непринужденно, – можно попросить вас об одном одолжении?
Она подняла на меня взгляд:
– Смотря о каком.
Я замялась, на ходу пытаясь придумать предлог:
– Вы не могли бы … отправить Агнесс куда-нибудь на пару дней?
Экономка прищурилась. Посмотрела на меня долгим, пронизывающим взглядом, будто видела меня насквозь. Я выдержала его, стараясь не моргать и не краснеть.
Но расспрашивать она не стала. Только хмыкнула:
– Ладно. Есть одно дело – нужно забрать сменные вещи, одежду для графа. С учетом дороги как раз за два дня управится. Пойду, скажу, чтобы собиралась в путь.
Я выдохнула с облегчением.
– Спасибо вам, мисс Фридман.
– Иди уже, – махнула она рукой.
К завтраку Агнесс в поместье уже не было. Довольная, что устранила соперницу хотя бы на пару дней, я принялась готовиться к новому дню.
Сначала напросилась с мисс Фридман на рынок – нужно было закупить нитки и мыло для стирки белья. Всю дорогу я шла рядом, послушно несла корзину и кивала, но мысли мои были далеко, я разглядывала вывески.
Когда экономка отвернулась к прилавку с пряностями, я скользнула в боковую улочку, где приметила небольшую лавку с вывеской «Мадам Роуз. Дамское белье». Я очень волновалась, но от своей идеи не отступила.
Внутри было очень красиво. На вешалках висели сорочки – простые, хлопковые, более красивые для особых случаев … Но в углу, на отдельном манекене, висела она – розовая, кружевная, полупрозрачная, как утренний туман.
Я смотрела на нее и не могла отвести взгляд. Ткань струилась, переливалась, кружево ложилось узором, от которого захватывало дух.
– Помочь вам, милая? – спросила продавщица – полная женщина с добрыми глазами.
– Сколько? – выдохнула я.
Она назвала цену. У меня внутри все упало – целое состояние. Но я вспомнила, сколько монет мне дал Генерал. Оно того стоило. Ради него…
– Беру.
Через пять минут я вышла из лавки с небольшим свертком, спрятанным на дне корзины. Когда мисс Фридман обернулась, я уже стояла у прилавка с нитками, делая вид, что внимательно изучаю цвета.
– Нашла что-то? – спросила она.
– Да, вот, – я показала ей моток бежевых ниток. – Как раз для штор в гостиной.
Она кивнула и отвернулась. А я выдохнула.
День тянулся невыносимо долго. Я мыла полы, протирала пыль, носила воду – и все время думала о свертке, спрятанном под кроватью. Сердце то замирало, то ускорялось. Я то хотела вечера, то боялась его.
А что я скажу? А если не позовет? А если позовет, а я струшу?
Граф, как и вчера, отпустил слуг пораньше. Я зашла в свою комнату, заперла дверь и вытащила белье.
Розовое кружево мягко заструилось в моих руках. Я разложила сорочку на кровати, провела ладонью по тонкой ткани, она скользила сквозь пальцы.
Я разделась, надела ее. Подошла к зеркалу на стене. Из отражения на меня смотрела совсем другая девушка. Кружево подчеркивало грудь, просвечивало, играло тенями в свете свечи. Волосы рассыпались по плечам – я распустила их, тряхнула головой, и они упали темной волной.
Я смотрела на себя и… передумала.
Весь азарт, на котором я продержалась весь день, вдруг ушел. Куда-то испарился, оставив после себя пустоту и страх.
– Что я делаю? – прошептала я своему отражению. – Я же не… я не такая.
Я собрала волосы обратно в косу дрожащими пальцами. Стянула с себя розовое кружево, аккуратно сложила и спрятала под подушку. Надела свою старую, выцветшую хлопковую сорочку – простую, привычную.
И решила, что никуда не пойду.
Легла в постель, потушила свечу. В темноте было тихо, я закрыла глаза, проваливаясь в дрему.
Стук в дверь вырвал меня из сна, когда я уже почти уснула.
– Открывай! Немедленн!
Раздался голос графа – низкий, требовательный, с возмущением.
– Мы так не договаривались.
Я села на кровати, спросонья не понимая, где я и что происходит. Нашарила в темноте халат, накинула на плечи и на ватных ногах пошла открывать.
На пороге стоял он. Граф Рагнар. Глаза его возмущенно горели в полумраке, брови были сведены к переносице.
– Ты почему не пришла?
Я пожала плечами, все еще не до конца проснувшись:
– Так вы не позвали. Вот и не пришла.
Он замер. Взгляд его изменился – возмущение сменилось каким-то лукавым взглядом. Он мягко взял меня за запястье, пальцы его были теплыми, сильными.
– Пойдем.
Я не сопротивлялась. Ноги сами понесли меня следом за ним по темному коридору.
Мы зашли к нему в спальню. Здесь было темно. Граф отпустил мою руку, прошел к кровати и лег прямо поверх одеяла – закинув руки за голову, глядя на меня из полумрака.
Кивнул, мол подойди.
Я шагнула ближе, но передумала и сначала зажгла свечи. Затем уже вернулась к нему. И тут же заметила на кровати коробку.
– Что это? – спросила я.
– Я подумал, раз так не получается, в этом ты сможешь меня сильнее возбудить, – ответил он.
Я медленно подошла, с любопытством приподняла крышку. Внутри, на темном бархате, лежало платье горничной. Но не простое – из тончайшей ткани, с глубоким декольте, с корсетом, который подчеркивал талию. А рядом – чулки. Ручной работы, из тончайшего кружева, с узорами, которые вились от щиколотки до бедра.
Я провела по ним пальцами.
– Красиво… – выдохнула я.
– Одевайся.
Я вскинула на него глаза:
– Что?!
Но граф не шутил. Он смотрел на меня серьезно, без тени улыбки. Темные глаза поблескивали в лунном свете, и я поняла – он ждет.
Медленно, чувствуя, как щеки заливает краска, я взяла платье и надела его поверх своей сорочки. Ткань легла по фигуре, обтянула грудь, подчеркнула талию. Я перевела дыхание.
Затем, помедлив, поставила ногу на край кровати. Чулок мягко скользнул в моих руках. Я вспомнила, как он учил меня в прошлый раз – медленно, чувственно, играя. Я раскатала чулок и начала натягивать, ведя рукой вверх, от щиколотки к колену, от колена к бедру. Ткань скользила, кружево щекотало пальцы.
– Аррр… – вырвалось у графа. Низкий, вибрирующий рык, от которого у меня по коже побежали мурашки.
Я вздрогнула. Только теперь уже не от страха. Странно, но его низкий, рокочущий рык нашел отклик где-то глубоко внутри меня. Тело мое напряглось, словно в ожидании чего-то удивительного. Грудь налилась, затвердела, соски заострились под тонкой тканью платья.
Я сама не поняла, как подняла руку и провела ею по своей щеке. Затем плавно коснулась губ, провела по ним пальцем, скользнула вниз по шее, по ключице, к краю декольте.
Перевела взгляд на дракона.
Его зрачки вытянулись, стали вертикальными, как у зверя. Взгляд потемнел – он следил за движением моей руки, не мигал.
Я сначала смутилась под этим пристальным, голодным взглядом. А потом заметила, что в районе гульфика на его штанах обозначился заметный бугор.
Не понимая до конца, как у мужчин все это происходит, но интуитивно чувствуя, что я на верном пути, я медленно, играя, начала стягивать платье горничной. Ткань поползла вниз, оголяя плечи. Ключицы выступили острее, грудь открылась взгляду наполовину.
Затем, словно случайно, я коснулась пальцами своей груди, скользнула по ней кончиками пальцев.
Дракон вздрогнул, подался вперед.
Я подняла на него лукавый взгляд и спросила тягучим, томным голосом:
– Совсем ничего не чувствуете?
Он медленно, очень медленно ответил, растягивая слова:
– Ни-че-го…
– Жаль, – сказала я хитро, резко прекращая себя ласкать. Одернула подол платья, поправила декольте и шагнула к двери. – Доброй ночи, Рагнар. Все-таки вам, наверное, лучше позвать Агнесс на роль помощницы.
– Ах ты, маленькая дря… – по-доброму прошипел он, и в меня полетела подушка.
Я звонко рассмеялась, поймала ее на лету, швырнула обратно на кровать и выскользнула за дверь, захлопнув ее за собой.
Забежала к себе, закрылась на засов и оперлась спиной о дверь. Сердце колотилось так, что долго не могла отдышаться. Я улыбалась. Широко, счастливо, глупо.
Все-таки его дракон немного, но среагировал на меня.
Я оттолкнулась от двери, прошла к кровати и рухнула на нее, глядя в потолок и все еще улыбаясь.
– Значит, в следующий раз надо посильнее его завести, – прошептала я в темноту. И, счастливая, закрыла глаза, уже придумывая новый план по покорению и завоеванию не такой уж неприступной твердыни…
