Текст книги "Феникс поневоле"

Автор книги: Екатерина Корнюхина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

– Зато я могу, – юноша задумчиво посмотрел куда–то в темноту. – Это настоящее мужское дело: выявить врага нашей семьи… Хотя, – он вздохнул, – наверное, дед это сделает раньше… Нет, ну все–таки интересно: что случилось с тем же Валли? Или этот парень по своей привычке водит всех за нос?

– Как это?

– Очень просто. У него такой характер, Валли совершенно спокойно может отсиживаться в каком–то укромном уголке, на необитаемом острове, в то время как все считают, что он почти умер.

– А сколько ему лет? – поинтересовалась Шазаль.

– Наверное, уже тринадцать, если он жив. Почему у тебя такое лицо? Не веришь, что рыжий бесенок может так поступить? Очень даже может. Хотя, – сделав таинственную паузу, Юан подмигнул сестре, – мы с тобой вполне в состоянии проверить, чем он занимается. Конечно, если сам Валли хочет, чтобы его нашли. Как тебе эта идея?

– Ты хочешь его искать? – уточнила девушка. – Старшего сына Бьерека?

– Ага. А что?

– Ничего… А почему отец его не искал? Или Лис?

– Бьерек искал, – с легким удивлением в голосе ответил Юан. – Но у него ничего не получилось. Бьерек, конечно, опытный воин, но он – простой человек. Дед считал, что вовсе нечего делать из Валли изнеженного сынка и бежать на помощь, когда он о ней не просит. А Бьерек… он, по–моему, прошел все побережье.

– Какое побережье?

– Западное. Считается, что Валли там побывал. Может, и мы туда отправимся?

– Ну, давай, – согласилась Шазаль, поскольку собственных планов у нее не было. – Только как мы будем его искать, если даже Бьереку не удалось найти сына?

– Прибудем на место и решим, – беззаботно махнул рукой Юан. – И потом, не забывай, что Бьерек всего лишь человек! Что будем делать теперь?

– Как – что? Ночь на дворе, давай спать! А что мы еще можем сделать?

– Продолжить путешествие. Ты опять забыла? Мы же можем не спать подолгу, не испытывая никаких неприятных ощущений.

– Я не забыла, – резко ответила Шазаль. – Я просто этого не знала. И поскольку я шестнадцать лет жила, как обычный человек, то и ночью предпочитаю спать.

– Как хочешь. Я не возражаю, – смирился Юан, и через миг в стороне от костра возник забавный маленький домик с крышей, края которой почему–то загибались вверх.

Шазаль на этот раз не удивилась. Похоже, Юану и в голову не приходило, что вполне можно переночевать под тем навесом, который он уже создал. Девушка вошла внутрь, обнаружила две комнатки с кроватями, выбрала себе одну и начала раздеваться.

Она слышала, как мягко хлопнула дверь: Юан тоже пошел спать.

Забравшись в постель и с удовольствием вытянувшись на шелковистых простынях, девушка закрыла глаза и попыталась подумать обо всем, что произошло сегодня и могло произойти в ближайшем будущем. Но, как обычно, соображений оказалось слишком много и ей не удавалось сосредоточиться на каком–то одном. Точнее, мысли ее то и дело возвращались к несчастному Нурдаилу. Шазаль снова видела перед собой его лицо – круглое, побледневшее, с проявившимся выражением покорности и удивления. Он ведь даже не пытался сопротивляться, его не пришлось подталкивать копьями! Нурдаил сам пошел навстречу смерти, подчинившись желанию юнца, назвавшегося принцем из далекой страны… Неужели князь не понял, что Юан нагло присвоил себе титул?

Сон подкрался незаметно. Мысли и неприятные воспоминания стали бледнеть, потом исчезли вовсе.

По старой привычке Шазаль проснулась очень рано. Не открывая глаз, она с удовольствием потянулась, сознавая, что на этот раз никуда спешить не надо.

Запуская пальцы в растрепавшиеся волосы, Шазаль подумала, что, пожалуй, вот так, в одиночестве, ей значительно проще и легче. Как и все прошедшие годы, она сейчас была наедине сама с собой. Никто не давал советов, не подсказывал, не заставлял ломать голову над истинными причинами тех или иных поступков…

Как ни приятно было нежиться в постели, но встать пришлось. Шазаль не хотела заставлять Юана ждать ее. Ведь брат как–то обмолвился, что тоже просыпается рано.

Открывая глаза, она поднялась, села на постели. Сонно жмурясь, осмотрелась. Все вокруг выглядело абсолютно так же, как и накануне вечером. Уютная комнатка, мягкие ковры, в которых нога утопала по щиколотку…

Но что–то изменилось.

Чувствуя это, девушка снова и снова обводила комнату взглядом, не понимая, что именно ее встревожило.

Потом решилась позвать:

– Юан?

Ответом была тишина. Полная, давящая на уши.

– Юан!! Юа–ан!!

Опять никакого ответа и ни малейшего шуршания ветерка за стенами.

Медленно опуская ноги на пол, Шазаль подумала о том, что, возможно, брат еще просто спит, устав накануне, а стены домика, созданного его прихотью, не пропускают никаких звуков. Но сердце тревожно замирало, и ощущение неправильности не исчезало.

Шазаль подбежала к двери, украшенной резными узорами, схватилась за ручку и дернула.

Дверь не подалась.

– Откройся! – внятно произнесла Шазаль, мигом вспомнив о том, что двери в черном замке повиновались звуку голоса.

Эта дверь, похоже, была другой. Она не открывалась и все тут! Шазаль испробовала все способы: дергала за ручку изо всех сил, налегала плечом, била ногой. Ну и конечно, приказывала, используя все подходящие к случаю слова.

Никакой реакции.

Взмокнув от бесплодных усилий, девушка отошла от упрямой двери и повернулась к ней спиной. Взгляд ее тут же устремился к окну, прикрытому какой–то невероятной шторкой из узеньких полосок древесной коры.

Подбежав, Шазаль сдернула в сторону эту выдуманную братом штору, не обнаружив ни малейшего сопротивления. Но, не успев обрадоваться, замерла.

За окном виднелось темно–серое марево, как если бы домик тонул в плотном, столь частом осенью в горах тумане. Впрочем, туманом эта пелена вовсе не была. На миг Шазаль померещились склоны скал, каменные монолиты…

Она охнула. Откуда–то из живота поднялся холод, проник в руки… Пальцы онемели, но Шазаль заставила себя двигать ими, пытаясь справиться с окном. Оно оказалось холодным, единым целым, упрямо не желавшим выпускать девушку наружу.

Окно не открывалось!

Шазаль отступила, прикусив губу.

Что–то произошло. Вероятно, ночью, когда они с Юанем спали.

Кто–то превратил комнаты в казематы. Кто–то, кому брат с сестрой помешали. Кто–то, кто знал, где именно заночевали Шазаль и Юан.

…Махать флагом. Эта фраза брата всплыла в голове Шазаль и снова исчезла.

Шазаль села на кровать, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Только теперь происходящие вокруг события заставили ее крепко призадуматься.

До этого момента все рассуждения о тайном враге проходили мимо сознания девушки. Она не видела этих самых врагов, у нее хватало других проблем с внезапно появившимися родственниками. И все то, что говорили Хэргал, Китарлис или Юан, оставалось лишь пустым звуком.

Но теперь…

По спине Шазаль скользнул озноб, так, как если бы позади нее, совсем близко находился некто, держащий в руке острый нож.

Вздрогнув, она обернулась, но, естественно, никого не увидела.

Комната была абсолютно пуста. И мертва.

Шазаль наконец сообразила, что именно встревожило ее в тот момент, когда она открыла глаза. Все, что она видела вокруг, было лишь похоже на то, что создал накануне Юан. Все предметы здесь, самые малейшие детали интерьера, сливались в единое целое. Как ни старалась Шазаль, она не смогла обнаружить ни малейшей щелочки.

Это был настоящий каземат. Шазаль поймали в ловушку. Как Хэргал…

Шазаль содрогнулась. Она слишком хорошо помнила, как красивая слепая женщина вышла из–под скалы, не зная, где находится и сколько времени прошло. У девушки перехватило дыхание. Все что угодно, но только не это! Не заточение в камне!

Она метнулась к стене и, боясь подтверждении собственной догадки, приложила дрожащие ладони к стене. Камень. Непробиваемый ледяной камень!

Шазаль отшатнулась. Кому же она помешала – ничего не понимающая и не умеющая, раз ее заперли, как Хэргал? Но ведь тетка, похоже, была скована камнем полностью, и вокруг нее не было свободного пространства! Все правильно, ибо Хэргал была во много раз опытнее и сильнее Шазаль.

Из памяти начали – одно за другим – подниматься воспоминания. Ледяной блеск в глазах деда, когда тот говорил о скрытом враге. Полыхающая ярость в голосе Хэргал.

Что именно говорила тетка? Что племяннице следует быть осторожной и постараться как можно скорее свыкнуться с новой жизнью! Но Шазаль не сразу поняла, что все члены новой семьи оказались вовсе не такими, какими представлялись на первый взгляд. Девушка просто не успела разобраться…

Нарастая изнутри, отчаяние удушливой петлей перехватило горло. Шазаль лихорадочно осматривалась, но спасительного выхода так и не находила.

Везде был каменный монолит. Как тот, в котором шестнадцать лет томилась Хэргал, даже не понимая, что с ней происходит. Она освободилась только потому, что камень раскрошился… от крови Шазаль!

Может, кровь подействует и сейчас? Девушка с сомнением осмотрела руки. Ни одной, самой пустяковой ранки на них не было. На теле тоже не оказалось царапин. А ведь тогда, в Северных Горах, Шазаль просто истекала кровью. Для освобождения Хэргал потребовалась широкая кровавая дорожка.

Откуда взять столько крови?

Появившаяся было в сердце надежда стала бледнеть. В комнате не было ни единого острого предмета! Точнее – здесь просто не стало отдельных предметов. Даже ножки кровати, и те словно вросли в ковер.

Следовательно, порезаться Шазаль никак не могла. На долю мгновения у девушки возникла идея прокусить себе руку до крови, но… она сразу отбросила эту мысль. Кусать себя ей показалось даже страшнее, чем задохнуться в каменном мешке.

Умирать не хотелось. Но ощущение безвыходности подкатилось к самому горлу. Как глупо! Совсем как тогда, в северных степях Хирокии, когда Шазаль, обрадовавшись вечерней остановке обоза, побежала прочь от повозок. И едва не стала ужином какого–то хищника.

Тогда его почему–то остановили змеи.

Камень вокруг…

Каменные змеи, о которых Сапак говорил, что на самом деле это длинные, очень вкусные черви, прикрытые толстыми пластинами. Они обладали столь мощными челюстями, что в состоянии прогрызть ход в скале.

Каменные змеи–черви, обитающие в Северных Горах…

Шазаль потрясла головой. Ей показалось, что заточение уже так подействовало на нее, что в голове начали появляться какие–то совершенно бредовые, не связанные с реальностью мысли.

Откуда–то из угла послышался тихий хруст. Звук был неприятным, но Шазаль воспряла духом. Если здесь раздаются звуки, значит, еще не все потеряно!

Осторожно, не делая резких движений, девушка передвинулась к тому углу, откуда шел хруст. Звук повторялся снова и снова.

Опустившись на колени, Шазаль принялась тщательно осматривать пол и стены. Ничего нового она пока не видела, зато хруст не умолкал ни на минуту.

А затем пол вместе с ковром начал внезапно проваливаться вниз.

Шазаль показалось, что время повернуло назад. Точно так же осыпались мелкие камушки в яму, из которой потом вышла Хэргал. Может, это она пришла на помощь к племяннице?

Но так мелочиться Хэргал явно не стала бы. Если бы тетка и явилась сюда, то непременно в блеске молний и грохоте громовых раскатов.

Тем временем яма все увеличивалась.

Среди серой крошки мелькнуло тускло поблескивающее, неприятное на вид, шершавое, длинное тело. Это была никакая не Хэргал, а… каменная змея! Одна, другая…

Шазаль, замерев, наблюдала за работой рептилий, затем с изумлением поняла: каменные змеи прогрызают ей путь на свободу! Отверстие расширялось на глазах.

Шазаль была готова прыгнуть в яму, но помедлила, наблюдая за змеями. Она никак не могла понять, откуда взялись змеи и почему они с таким упорством уничтожают камень. Но она даже и не думала о том, что каменные змеи–черви каким–то образом могут ей помочь.

Значит, есть какая–то другая причина. Совершенно иная.

Но обо всем этом стоило подумать позже, когда Шазаль будет на свободе, подальше от этого жуткого места, наводящего на нее ужас своей незыблемостью, непробиваемостью… для всех, кроме змей–червей!

Шазаль осторожно подползла к отверстию, с краев которого осыпались мелкие камушки. В глубине мелькнуло длинное тело змеи, опять раздался хруст.

Спрыгнув вниз, она ударилась коленями об острые края крупных камней на дне. Шазаль успела пожалеть о прочных брюках, которые сняла накануне. Но возвращаться в комнату было выше ее сил. Скорее на свободу, к ветру и свету Ргун!

Змеи ползали где–то совсем близко. Видно их не было, слышались лишь шелест и хруст, но Шазаль не ощущала ни малейшего страха или отвращения. Да она была готова перецеловать всех змей! Не теряя ни минуты, Шазаль на четвереньках двинулась вперед. Когда–то она точно так же пыталась убежать от дракона, рассерженного воем охотничьих собак. Кровью которого впоследствии пропиталась…

Какая–то смутная догадка, связанная с этими громадными, мощными существами, мелькнула в голове и сразу же пропала. Шазаль слишком торопилась выбраться на свободу и не могла сосредоточиться на чем–то другом.

Довольно скоро впереди забрезжил тусклый свет, и потянуло свежим, странно пахнущим воздухом.

Шазаль побежала бы, если бы могла подняться на ноги, не рискуя при этом разбить себе голову. Но ей оставалось лишь передвигать руки и ноги, упиваясь видением дневного света и истово благодаря в душе каменных змей.

Она выбралась на поверхность и наконец–то распрямилась, подставив лицо лучам светила, наслаждаясь простором вокруг и свежим, сильным ветром.

Когда первый восторг улегся, Шазаль догадалась оглядеться по сторонам.

Никакого намека на симпатичный домик с изогнутой крышей поблизости не было. Шазаль просто находилась в совершенно другом месте.

Водопада, который очаровал ее накануне, не было и в помине. Лошадей и Юана – тоже. Вокруг громоздились мрачные скалы. Среди них метался ветер, сверху нависала опрокинутая чаша небосвода.

Пока Шазаль спала, некто переместил ее в каменный каземат и отправил… на край света. Только на какой именно?

Однако потерянной Шазаль себя вовсе не чувствовала. Она выбралась на свободу, живая и здоровая. Правда, одна. Куда делся Юан?

Шазаль, взобравшись на ближайший камень, осмотрела скалы, прикрыв ладонью глаза от света Ргун, но никого так и не увидела. Страшная догадка заставила ее опустить руку, Юан тоже попал в плен! Он, похоже, находится в непробиваемом подобии той комнаты, в которой уснул накануне. И не известно, придут ли на помощь и ему каменные змеи…

Вспомнив о них, Шазаль посмотрела себе под ноги. Змеи почему–то не спешили уползать по своим делам. Они свернулись кольцами у ног девушки, время от времени поднимая головы.

Шазаль присела на корточки. Она чувствовала, что необходимо как–то поблагодарить существ, которые проложили ей путь на свободу.

– Спасибо, – негромко произнесла Шазаль. Ей было неловко. Вряд ли змеи понимали человеческую речь, но иного способа в голову не приходило.

Змеи, словно по команде, повернули к ней головы.

– Спасибо! – повторила Шазаль. – Я не знаю, почему вы это сделали, но я очень благодарна. Я бы умерла там. Или сошла с ума… Вы – очень добрые, я всегда буду помнить о том, что вы для меня сделали! – вздохнув, Шазаль сделала паузу, подняла голову, обводя взглядом источенные ветром скалы. – Да-а, – продолжала она, говоря уже по большей части с самой собой, – я‑то на свободе, а Юан… Возможно, он где–то поблизости. Но я не знаю, как его искать. И где… Наверное, ему даже хуже, чем мне.

Она шмыгнула носом. Вся радость от освобождения куда–то испарилась. Мысль о брате, попавшем в беду, оказалась невыносимой. Юан, такой красивый, немного наивный, временами жестокий, желавший посмотреть мир, в котором родилась его мать, – теперь в ловушке, из которой нет выхода!

Отчаяние требовало выхода. И за неимением других слушателей Шазаль снова обратилась к змеям:

– Мой брат пропал. Вы же везде ползаете, может, вы знаете, где Юан, – и спохватилась: ведь змеи явно не могли знать, как зовут ее исчезнувшего брата. – Я хотела сказать: юноша. Очень молодой. Запертый в ловушке, как и я.

Видимо, беседа в подобном ключе змеям показалась неинтересной.

Большинство из них медленно поползли прочь. На виду оставалась только одна, но и та, похоже, намеревалась проложить себе ход под землю.

Шазаль вздохнула. Какое дело змеям до ее брата? Они и так слишком много сделали для нее!

Она собралась идти прочь, но вдруг заметила на соседнем валуне большую ящерицу. Существ, подобных ей, Шазаль еще видеть не доводилось. В Северных Горах иногда, очень редко, попадались другие – меньшего размера, черные, с красными крапинками вдоль спинки. Все жители селения считали, что эти создания ядовиты, и, если замечали ящерицу, старались убраться подальше. И Абеша в прошлом не была исключением.

Но сейчас Шазаль осталась на месте. Во–первых, потому, что была поражена размерами и видом появившейся ящерицы. Она была огромной, с закрученными в спирали рожками на голове, с раздвоенным хвостом и широко открытой пастью, в которой виднелись мелкие, но, несомненно, острые зубы. А во–вторых, в последнее время девушка начала испытывать к пресмыкающимся довольно теплые чувства. Песчаные змеи когда–то спасли ее от хищника, их каменные собратья (или сестры?) только что освободили Шазаль из плена…

И, замерев на месте, она рассматривала страшновато выглядевшее существо, ожидая, что будет дальше.

Ящерица некоторое время тоже оставалась в неподвижности. Потом шевельнулся раздвоенный хвост, и, проворно перебирая четырьмя парами лап, ящерица отбежала к противоположному краю камня и оглянулась.

Шазаль наблюдала, чувствуя, как в душе просыпается совершенно неуместное в данный момент любопытство. Ведь ей следовало отыскать Юана, а не таращиться на диковинное существо!

Ящерица тем временем вернулась, как–то нетерпеливо щелкнула хвостом и опять отбежала.

У Шазаль екнуло сердце. Ящерица недвусмысленно приглашала следовать за ней!

Это открытие поразило девушку до глубины души. Мало того что змеи освободили ее, так теперь и ящерица хочет указать путь! Невероятно!

– Я иду, иду! – крикнула девушка, срываясь с места.

Ящерица, конечно, ничего не ответила. Она немного выждала, не сводя с Шазаль неподвижного взгляда, затем проворно побежала по поверхности валунов и скользнула вниз.

Шазаль двигалась следом, чувствуя, как внутри все дрожит от невероятного открытия. Пожалуй, это было даже удивительнее, чем комната, выполняющая любые прихоти хозяина! Живые существа, которым природой назначено заниматься совсем другим, вдруг почему–то помогают ей!

Рогатая ящерица оказалась изумительно проворной. Через некоторое время Шазаль уже бежала, стараясь не терять своего поводыря из виду.

Сердце едва не выскакивало из ее груди. Скоро она найдет Юана!..

Но все оказалось совсем не так просто, как представлялось Шазаль. И совсем не быстро.

Ящерица бежала все дальше и дальше, а вокруг не появлялось ничего нового, кроме непонятного рокота, накатывающегося откуда–то из–за скал.

В воздухе появился какой–то странный запах.

Поблизости не было ни единой живой души, кроме ящерицы. Шазаль иногда слышала пронзительные крики, но у нее не было времени выяснять, что за существа их издавали.

Она бежала, озабоченная только тем, как бы не потерять из виду рогатую ящерицу.

Тени удлинялись. Ргун медленно полз вниз, к горизонту. Наступал вечер, а конца прогулки так и не предвиделось.

Но теперь Шазаль не чувствовала усталости. И несмотря на медленно сгущающийся сумрак, она прекрасно видела бегущую впереди ящерицу.

Постепенно Шазаль привыкла и к ритму движения, и к необходимости следить за тем, куда, в какую расщелину между скалами юркнет необыкновенный поводырь. Сгущающийся сумрак не мешал, и даже странный неумолчный рокот перестал отвлекать.

Шазаль выяснила, что, оказывается, может о чем–то думать на бегу. Больше всего в данный момент ее занимало странное поведение пресмыкающихся.

Она пыталась найти ответ самостоятельно, благо подсказывать было некому. За прошедшие шестнадцать лет Шазаль ни разу не сталкивалась с тем, чтобы какие–либо животные, птицы или тем более пресмыкающиеся в чем–то помогали ей. А теперь это происходило безо всяких просьб или желаний с ее стороны.

В степях Хирокии она даже не успела подумать о том, чтобы у кого–то просить помощи. Шазаль даже не знала о том, что под поверхностью земли находятся норы песчаных змей!

Они сами решили защитить ее. И ушли, только убедившись в том, что хищник оставил попытки напасть на девушку.

Может, виноват Черный замок? Но песчаные змеи защитили ее, когда она еще звалась Абешей и не имела понятия о том, что многое может измениться по ее желанию!

Значит, что–то произошло раньше. В Северных Горах. В том пылающем аду, где она пропиталась, а затем и хлебнула драконьей крови!

Опять эта кровь!

Сознание того, что внутри, под кожей, течет жуткая жидкость, способная уничтожить все вокруг, оказалось очень неприятным. Но Шазаль вовремя напомнила себе, что прожила в новом состоянии уже достаточно много времени и особых неудобств так и не ощутила.

Может, все змеи и ящерицы ЧУВСТВУЮТ в ней дракона, а вовсе не человека? Именно поэтому и помогают? Но это предположение выглядело довольно смешным, и Шазаль выбросила его из головы. Сейчас главное – найти Юана. Шазаль знала о своем неумении строить сложные, далеко идущие планы. Но она прекрасно чувствовала себя, оставшись в привычном одиночестве…

Глубоко задумавшись, Шазаль не сразу заметила на небе слабые нежно–оранжевые всполохи. Немного замедлив темп, она рискнула обернуться. И увидела на востоке светлеющую полосу.

Незаметно миновала ночь, а рогатая ящерица неустанно бежала вперед. Хотя, возможно, ее давно подменила другая, похожая…

Когда окончательно рассвело, девушка наконец увидела источник рокота, преследовавший ее всю дорогу.

Шазаль была так поражена, что даже остановилась. Вниз из–под ее ног уходил пологий склон. И в самом низу, там, куда звала ящерица, на сушу набегали и откатывались назад волны, украшенные зеленоватыми кудрями пены.

Воды было слишком много. Огромное пространство, занятое ею, тянулось далеко, к самому горизонту. Шазаль сообразила, что видит перед собой то самое МОРЕ, о котором как–то вскользь упоминала Хэргал.

Отыскав взглядом ящерицу, девушка побежала вниз. Под ногами попадались раковины столь причудливых форм и расцветок, что Шазаль очень хотелось остановиться и рассмотреть каждую, но ящерица–проводник быстро и без остановок бежала вдоль кромки воды. Шазаль не оставалось ничего другого, как следовать за ней. Она успокоила себя тем, что раковины можно будет рассмотреть когда–нибудь позже. Они же никуда не денутся.

Путь по берегу моря занял весь следующий день.

К вечеру ящерица привела девушку в совсем дикий край, где, казалось, никогда не ступала нога человека. На берегу громоздились огромные каменные глыбы, некоторые из них стояли словно по колено в прибое, и вода проделала в них причудливые отверстия.

Когда Шазаль, поднимая голову, окидывала взглядом скалы и узкую полоску песка, заваленного раковинами и костями рыб, ей становилось не по себе. Появлялись мысли о том, что ящерица вовсе не помогает, а заманивает в ловушку. Однако где–то в сердце теплилась надежда, и Шазаль продолжала путь.

Миновала еще одна ночь.

Местность вокруг, озаренная нежными всполохами новой зари, стала еще более пугающей. Шазаль твердила себе, что раз за целых два дня никого не встретила, то, похоже, здесь и нет никого, кто мог бы на нее напасть. Но вой ветра и рокот волн, бьющихся о прибрежные скалы, действовали угнетающе.

Но в какой–то момент рогатая ящерица внезапно остановилась у самой воды, замерла на миг, а затем, словно испугавшись набегающей волны, юркнула в сторону и исчезла из виду.

Шазаль растерялась. Она попыталась отыскать ящерицу, но та словно сквозь землю провалилась.

Значит, путешествие закончено? Но где же Юан? В какой–то из скал?

Очередная волна, зашипев, откатилась назад, оставив на песке несколько комков водорослей, среди которых вдруг что–то шевельнулось.

Нагнувшись, Шазаль рассмотрела маленькое гибкое существо, у которого никаких рогов на голове не было, зато обе пары лапок были снабжены плавательными перепонками. Выбравшись из водорослей, эта водоплавающая ящерица пробежала по полосе прибоя в сторону девушки, а затем скользнула в набегающую волну.

На этот раз Шазаль быстро сообразила, что ее снова зовут за собой. Но огромная масса воды выглядела настолько непривычно, что девушка некоторое время помедлила.

Неужели Юана отправили под воду?

Облизнув пересохшие и ставшие солеными губы, Шазаль боязливо шагнула в волну. Совсем близко в воде мелькнула спинка ящерицы.

Шазаль двинулась дальше, чувствуя, как по ногам вверх бегут мурашки от волнения. Вода в море неожиданно оказалась теплой.

Морская ящерица нырнула. Шазаль уже зашла по горло, недоумевая и стараясь понять, ГДЕ здесь следует искать брата.

Проворная ящерица снова появилась и тут же нырнула.

НЫРЯТЬ? Опускаться с головой под воду?

Шазаль едва было не повернула к берегу. Она никогда в жизни не ныряла и не умеет плавать! Это невозможно!

Волна, вздыбившись, налетела на девушку, окатив с головой, и устремилась на берег. Машинально попытавшись вытереть мокрое лицо мокрой же рукой, Шазаль обреченно подумала, что выбора нет. Правда, у нее было легкое ощущение того, что она забыла что–то важное. Следовало сосредоточиться и вспомнить, но морская ящерица, проявляя явное нетерпение, опять появилась на поверхности воды. Сделав маленький круг, она исчезла.

– Подожди, пожалуйста, – взмолилась Шазаль. – Я не могу так быстро.

С отчаянием человека, которому нечего терять, она, вдохнув побольше воздуха, резко бросилась вперед.

Но в первый раз у нее ничего не получилось. Шазаль лишь немного побарахталась, судорожно пытаясь что–либо рассмотреть в мутной воде.

Не получилось и во второй, и в третий раз. Но Шазаль понимала, что хочешь не хочешь, а погружаться в сумрачную глубину придется. Это немного напоминало ей далекое прошлое, когда, лишившись приемной матери, девушка вынуждена была учиться полностью самостоятельно добывать себе еду. Точнее – возделывать каменистую почву, сажать сухъяму, по осени собирать урожай. Надеяться было не на кого.

Сейчас ей тоже никто не мог помочь.

Если ящерицы привели ее сюда, значит, Юан спрятан где–то на морском дне. И Шазаль ныряла – раз за разом, не обращая внимания ни на что вокруг.

Тоненькое тельце ящерки иногда появлялось перед глазами. Когда девушка открывала под водой глаза, она видела, как удивительное существо кружит поблизости, явно не понимая причины задержки.

Постепенно страх перед морской пучиной притупился. Шазаль казалось, что с каждым разом она может продержаться под водой все дольше, проплыть немного дальше. А морская ящерица звала прочь от берега, глубже и глубже. Туда, где мелькали смутные, непонятные тени, где на дне колебались длинные ветви водорослей.

Дно здесь резко понижалось, на нем громоздились обломки скал, поросшие водорослями, превратившиеся в загадочные подводные острова. Шазаль и представить себе раньше не могла, что под водой живет так много разных существ. Впрочем, раньше она даже не думала о том, что ей доведется увидеть само море.

Тем временем тоненькая морская ящерица старалась завлечь девушку в неширокую расщелину между подводными скалами. Но у Шазаль недоставало сноровки. Она вынуждена была выныривать и жадно хватать ртом воздух.

Наконец, решив, что наловчилась достаточно, Шазаль вдохнула поглубже и нырнула, энергично загребая руками и ногами. На этот раз она решила осмотреть расщелину.

Ящерица мелькнула впереди и скрылась в толще воды. Шазаль делала сильные гребки, стараясь опуститься как можно ниже. Достигнув краев расщелины, она оттолкнулась от скал руками и проплыла внутрь. Левую ладонь сильно защипало. Скоро Шазаль заметила темные разводы в воде.

Пожалуйста, поранилась! А драконья кровь может причинить немало бед обитателям моря. Ее ведь разнесет во все стороны…

Но даже не успев вообразить последствия этой катастрофы, Шазаль увидела внизу неподвижно замершую ящерицу.

Сжав левую руку в кулак, чтобы хоть немного остановить кровотечение, Шазаль опустилась почти к самому дну. Взбудораженный ее движением песок клубился в воде, и под ним что–то проступало.

Шазаль так и не поняла, что именно видит. Она знала, что действовать надо быстро, поскольку запаса воздуха в груди хватит ненадолго. И интуитивно она приложила пораненную ладонь к тому месту на дне, где упорно крутилась ящерица. Та мигом всплыла, сделала круг в воде и исчезла.

От ладони Шазаль в воде расплывалось темное пятно. А песок…

Она уже не удивилась, увидев, что слой песчинок начал проседать. Из образовывающейся ямы неожиданно вырвался сноп пузырьков воздуха.

Шазаль чувствовала, что сможет продержаться под водой совсем немного. И, решившись, сунула правую руку вниз, в крутящуюся мешанину из мелких ракушек и взбаламученного песка, нащупала что–то дергающееся, ухватила покрепче и рванулась вверх.

Левую ладонь жгло, как огнем, но приходилось загребать именно ею, поскольку другая рука была занята. Шазаль изо всех сил плыла к спасительной поверхности, не глядя вниз, лишь понимая, что тащит что–то достаточно большое.

В груди появилось жжение, ей пришлось сделать над собой усилие и не пытаться вдохнуть воду.

Два отчаянных гребка. Вода посветлела…

Ап! Она вынырнула–таки, судорожно глотая воздух. В следующий миг ее ноша вдруг сильно потяжелела, увлекая девушку обратно под воду.

Каким–то чудом сумев вынырнуть, Шазаль отыскала взглядом берег. Он оказался несколько дальше, чем ей представлялось.

То погружаясь, то выныривая, девушка запоздало сообразила, что тому, кого она вытащила из западни на дне, тоже не хватает воздуха. И постаралась подтащить неожиданно обмякшее тело к живительному воздуху.

Услышав надрывный вздох, она поплыла к берегу, чувствуя, как с непривычки звенит в ушах и немеет все тело.

Когда под ногами оказалось твердое, надежное дно и Шазаль выволокла–таки свою ношу на берег, ее сильно пошатывало. Девушка рухнула на влажный песок и некоторое время просто лежала, тяжело дыша и не очень–то веря в то, что жива. Потом осмотрела левую ладонь. Порез казался не очень глубоким, и темная, пузырившаяся на воздухе кровь едва сочилась.

Правой рукой девушка убрала с лица прилипшие волосы, перевернулась и села. Медленно повернув голову, Шазаль замерла.

Рядом с ней, судорожно стараясь приподняться на локтях, кашлял и плевал кто угодно, но только не Юан!

Этот паренек и был одет по–другому, и волосы оказались темными, а не светлыми.

Шазаль так изумилась, что даже забыла про царапину на ладони и звон в голове.