Текст книги "Феникс поневоле"

Автор книги: Екатерина Корнюхина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Шазаль вздрогнула, подалась вперед, и бегающие глаза бородача сразу же уставились на нее.

– Ты сказал – гости? Гости приехали к князю Нурдаилу?

– Совершенно верно, госпожа, – тот снова принялся кланяться.

– И они будут развлекаться? Князь опять устроит охоту?

– Госпожа все знает сама, – торговец попытался улыбаться, но губы его тряслись. – Конечно, князь устроит охоту. Но я слышал, что на этот раз он придумал новое развлечение, поэтому хочу успеть доставить в замок товар, – он кивнул на мешок. – Один слуга из замка намекнул мне, что драконья кровь понадобится для развлечений.

Шазаль сглотнула, поскольку во рту вдруг стало горько.

– Я знаю, как развлекается князь, – глухо произнесла она и, посмотрев на брата, добавила: – Пойдем отсюда. Оставь его.

Юан возражать не стал, и на лице их трясущегося собеседника отразилось явное облегчение. Похоже, он решил, что молодые господа неминуемо отнимут у него мешок.

Шазаль быстро шагала прочь. Юан спешил за ней, свистнув на ходу лошадям. Те резво выбежали из–за скалы, повергнув своим появлением и размерами торговца в новый шок.

– Чего такого он сказал? – удивленно спросил Юан, когда ему удалось догнать сестру. – Что за князь? Признаюсь, мне сложно представить, для чего можно…

Девушка, не останавливаясь, мотнула головой.

К горлу подступил комок, и она не сразу смогла ответить.

– Князь Нурдаил для своих гостей обычно устраивает охоту на людей. Собственно, поэтому я и попала в горы. Спасалась от собак и охотников.

– Он охотится с собаками на людей? – переспросил юноша, впрочем не выказывая особого изумления.

– Да. Я слышала, что для этого его ловчие приносят щенков диких собак, злобных и кровожадных. Их специально учат. А потом он посылает своих слуг по окрестным деревням – ловить «дичь».

– И они поймали тебя?

– Да. Теперь понимаешь, почему я полезла на ту стену?

Перепуганный торговец давно исчез из виду, и теперь Юан и Шазаль шли по узкому промежутку между грудами камней. Лошади, не нуждаясь в призывах или понуканиях, легко трусили следом.

– Подожди, – Юан остановился. – Даже если это все правда, нам совершенно не обязательно ходить пешком.

Шазаль посмотрела на него в упор:

– Ты же хотел путешествовать? И не так, как делают наши взрослые родственники? Так чем ты недоволен? И зачем ты прицепился к этому человеку?

– Интересно было.

– Пугать? Он тебе что–то сделал?

– Нет, – Юан обезоруживающе улыбнулся. – Он и не смог бы, даже если бы попытался. Давай забудем о нем? Я подумал: может, лучше навестить этого… как его?

– Нурдаила Веселого.

Юноша хохотнул:

– Ну и имечко! Ты не хочешь его проучить?

– Никогда об этом не думала. Я не знаю. Мне просто жутко представить, какие развлечения он может устроить при помощи драконьей крови.

– Поджечь что–нибудь, – деловито предположил Юан.

– Нет, – девушка покачала головой. – Теперь ты не понимаешь.

– Так пойдем и посмотрим.

Шазаль задумалась. Предложение брата в первый момент показалось ей совершенно нереальным.

– Я… боюсь. Он может узнать меня.

– А ты сталкивалась с ним лицом к лицу?

– Нет, – удивленно ответила она. Действительно, Шазаль даже мельком не видела человека, по прихоти которого ей пришлось стать «дичью».

– Значит, он тебя тоже никогда не видел. Послушай, этот князек даже и не подумает о том, что ты когда–то была крестьянкой! Ему это и в голову не придет, Тебя не узнали даже те, с кем рядом ты жила долгие годы! Да встряхнись же ты!

– Я не знаю… А что мы будем делать?

– Явимся в замок и посмотрим по обстановке. Что с тобой? Мы все можем, ты разве забыла? Мы – внуки Китарлиса. Если ты так не уверена в себе, можешь просто молчать. Я сам все сделаю!

– Давай попробуем, – без особого энтузиазма согласилась Шазаль.

Юан тут же подозвал лошадь и вспрыгнул в седло. Шазаль, замешкавшись и потому опоздав на долю секунды, отстраненно подумала, что Тибор был бы снова недоволен племянницей.

– Куда нам надо? – уточнил юноша.

– Мы должны попасть к замку князя Нурдаила Веселого.

Лошади сорвались с места, скалы почти сразу же исчезли, под копыта легла наезженная дорога, а впереди возник замок.

Шазаль видела это строение второй раз в жизни. В прошлый раз замок показался ей олицетворением безнадежности и жуткой смерти, от которой невозможно скрыться. Теперь он выглядел как неухоженное, грубо построенное жилище из камня, и все.

Юан, явно красуясь перед сестрой, пришпорил лошадь и, очутившись возле ворот, ударил кулаком по потускневшей от времени металлической пластине.

Шазаль вздрогнула, услышав громкий, требовательный звон. И запоздало сообразила, что, похоже, брат ПОЖЕЛАЛ, чтобы звук оказался именно таким.

В башенке возле ворот открылось маленькое окошко и показалось чье–то круглое, заросшее щетиной до самых глаз лицо. Стражник успел открыть рот, чтобы выругаться, но в последнюю секунду, рассмотрев хорошо одетых гостей, изобразил улыбку:

– Приветствую молодых господ… Чего… э-э угодно?

– Совсем озверели в своей глуши? – сурово спросил Юан. – Забыли, как надо встречать усталых путников? Живо открывайте ворота и зовите вашего хозяина!

Физиономия в окошке исчезла. Пока распахивались тяжелые створки ворот, Шазаль украдкой оглянулась назад. Еще можно было ускакать подальше отсюда. Но неожиданно для себя самой девушка вдруг заметила на дороге клетку на колесах, сопровождаемую шестерыми всадниками. Эта зловещая процессия направлялась к замку. Для завтрашней охоты была доставлена еще одна партия «дичи».

Юан окликнул ее:

– Сестренка? Мы зайдем внутрь или тебе эта конура не нравится?

– Зайдем, – одними губами ответила Шазаль.

– Прошу вас, ваши светлости, – лебезил бородатый привратник, бестолково суетясь между огромными лошадьми. – Сейчас, сию минуту, князь самолично вас встретит!

Юан надменно кивнул и направил лошадь во внутренний двор. В глазах его светилась жажда приключений. А Шазаль, отыскав взглядом тот сарай, в котором ей уже довелось ночевать, чувствовала лишь неуверенность и страх. Да–да, самый натуральный, правда, слабый страх. Ей все еще не верилось, что замысел Юана удастся.

Но из главных дверей уже появился большой, тучный человек с недоуменным выражением лица.

По поведению слуг Шазаль поняла, что видит именно князя Нурдаила Веселого. Сердце ее екнуло.

Хозяин замка, рассмотрев лошадей и одежды незваных гостей, поспешил навстречу. На ходу хлопнул в ладоши и что–то буркнул слугам. Приблизившись, князь проговорил:

– Хорошим людям – хороший прием! Добро пожаловать в мою скромную обитель. Поможем, чем сможем, накормим и на ночлег уложим, – и, в восторге от складной фразы, он оглушительно хохотнул.

Пока Нурдаил веселился, Юан спрыгнул на землю и подал руку Шазаль:

– Иди сюда, сестренка! По–моему, мы можем рассчитывать на достойный прием у столь радушного хозяина!

И, грациозно откинув назад растрепавшиеся золотистые волосы, он продолжил, глядя в лицо Нурдаила:

– Судя по тому, милейший, как нерасторопно двигались ваши люди, нас здесь не признали. Что же, я склонен простить вашу неосведомленность, учитывая удаленность замка от… более населенных мест. Я – принц Иормайский, а эта молодая леди – моя сестра Шазаль, герцогиня Наззиата и Армицы.

У князя отвисла челюсть.

Шазаль до глубины души была поражена тем, с какой легкостью Юан присвоил себе и сестре громкие титулы.

– О, ваше высочество! – забормотал Нурдаил, сменив тон, и, похоже, пытаясь вспомнить, как именно полагается вести себя в присутствии столь титулованных особ. – Прошу прощения, я не ожидал… Я, действительно, живу в такой глуши. Прошу прощения. И у вас, ваша светлость, тоже. Не соизволите ли пройти в замок и отдохнуть после долгого пути?

Завершив приветствие, Нурдаил подумал и с трудом поклонился.

Юан еле заметно кивнул в ответ:

– Ваши извинения приняты, милейший. Мы с сестрой действительно рассчитываем на отдых. Надеюсь, ваш замок подойдет для нас.

– Я сейчас распоряжусь… – засуетился Нурдаил. – Сейчас все будет, ваше высочество. Покорнейше прошу пройти. Желаете ли присоединиться к моим гостям?

– Возможно, – Юан посмотрел на сестру и, заметив ее нерешительность, широко улыбнулся: – Не переживайте, герцогиня. Этот милейший человек сделает все, чтобы наше пребывание в его замке стало… незабываемым. Пойдемте, герцогиня.

Шазаль взяла Юана под руку, и они двинулись следом за Нурдаилом, который суетился, раздавая слугам новые и новые указания.

– Почему ты назвался принцем? – шепнула девушка.

– А почему нет? – Юан пожал плечами. – Звучит внушительно, и этот толстый дурак будет готов лизать нам пятки. Между прочим, теперь ему и в голову не придет, что ты когда–то была его «дичью». Что тебе не нравится?

– Непривычно… А такой принц на свете есть?

– Понятия не имею. Имя я только что выдумал. Мне отец всегда говорил: чем выше титул, тем меньше подозрений. Неужели ты не понимаешь выгодности ситуации?

– Нет.

Наклонившись к ее лицу, Юан прошептал:

– Мы с тобой можем приказать что угодно. И все эти люди побегут выполнять. Они же привыкли кланяться тем, кто стоит выше. И издеваться над теми, кто ниже.

Тихонько переговариваясь, брат с сестрой прошли по темному, плохо освещенному коридору, где под ногами что–то чавкало, а возле стен пищали крысы, и очутились в большом помещении с низким потолком.

У дальней стены был устроен большой очаг, где на вертеле жарилась целая туша. Посередине стоял длинный стол, вдоль него – деревянные лавки, па которых сидело десятка три людей.

Проходя мимо них под руку с Юаном к Нурдаилу, который спешно освобождал почетные места в торце стола, Шазаль думала, что, возможно, видит именно тех, кто охотился на нее. Но странно – ненависти к этим людям она не ощущала. Они казались ей странными, эти мужчины и женщины, в нелепых одеждах, с лоснящимися от жира губами, притихшие при появлении высоких гостей.

Шазаль кожей чувствовала устремленные на нее любопытные, оценивающие, заранее заискивающие взгляды. Стараясь не ежиться, она села рядом с братом и увидела перед своим носом, на грязной скатерти глиняное блюдо, куда слуги уже положили лучшие, по мнению Нурдаила, куски жаркого.

Еда. Мясо.

Девушка сглотнула комок, возникший в горле, и вдруг поняла, что не сможет проглотить ни кусочка. Впервые в жизни она смотрела на еду без вожделения. Возможно, потому, что эти куски мяса казались отвратительными, слишком жирными – после утонченных яств у Китарлиса. Возможно, из–за присутствия Нурдаила, его гостей. Возможно, из–за сознания того, что в сарае уже томятся крестьяне, которым осталось жить совсем недолго.

Зато Юан забавлялся вовсю. Правда, есть он тоже не стал, зато повел умную беседу с хозяином замка и с теми, кто оказался за столом поблизости. Слушая его голос, Шазаль понимала, что брат еле сдерживает смех.

Два дня назад Юан говорил сестре, что хочет посмотреть мир, пообщаться с «простыми людьми». Похоже, все его общение заключалось в подобных розыгрышах и жестоких шутках. Юан ПРОСТО ТАК напугал несчастного торговца в горах, ПРОСТО ТАК назвался здесь принцем, чтобы вдоволь потешиться над Нурдаилом, вылезающим из кожи вон, чтобы угодить и понравиться гостям королевской крови.

Спустя некоторое время шок от появления «принца» и «герцогини» прошел. Гости князя вновь налегли на еду и вино, за столом поднялся шум, поскольку каждый старался перекричать соседа.

Шазаль чувствовала, что находиться здесь долго не сможет. Она толкнула Юана локтем и шепнула:

– Давай уйдем?

– Да ты что? – юноша удивленно посмотрел на нее. – Потеха только начинается!

– Потеха? Нет, этого я не хочу. Давай просто уйдем и по дороге выпустим «дичь»?

– Я уже и так понял, что ты хочешь их освободить, – ответил юноша, отвернувшись от Нурдаила, который, похоже, сгорал от желания узнать, о чем шепчутся высокородные гости. – Но просто выпустить их – это скучно и… Ты прекрасно понимаешь, что князек завтра прикажет наловить новых.

Шазаль замолчала. Почему–то о таком, совершенно естественном, исходе дела она не подумала. А ведь Юан прав. Обнаружив исчезновение «дичи», Нурдаил, скорее всего, придет в бешенство, заставит своих подручных наловить вдвое больше людей и охотиться на них станет с утроенной яростью.

Девушка с изумлением поймала себя на том, что, оказывается, без труда может вообразить дальнейшее поведение Нурдаила Веселого. И сразу же вспомнила собственный ужас, когда Хэргал сказала что–то подобное, а ее племянница, тогда называвшая себя Абешей, сочла, что красивая, загадочная женщина лично знакома с хозяином замка. Оказывается, все гораздо проще.

Пораженная собственным открытием, Шазаль углубилась в мысли и не заметила, как прошло время. Очнулась она, только когда к Нурдаилу явился с докладом один из слуг.

Тот, довольно хохотнув, хлопнул себя по пузу:

– Изволят ли ваше высочество и ваше сиятельство потешить себя нашей местной забавой?

– В чем она заключается? – спросил Юан.

– Видите ли, ваше высочество, мы – люди простые. И развлечения у нас тоже простые. Как говорится: чем богаты… Преступников, пойманных на воровстве или убийствах, мы заставляем приносить радость людям.

– Что? – впервые за все время спросила Шазаль, решив, что ослышалась.

– Ваше сиятельство, мы придумали для преступников особое наказание, – с готовностью пояснил Нурдаил. – Они у нас служат для потехи. Чтобы, значит, прочувствовали, каково нарушать закон, порядок так сказать, установленный для всех.

Шазаль посмотрела князю в глаза.

Значит, для приезжих особ королевской крови он решил выставить обыкновенных крестьян преступниками? Уж она–то знала, что это не так!

А Нурдаил, не подозревая о мыслях гостьи, продолжал:

– Ну, и мы их… гоняем по окрестностям. А вот сейчас, – он горделиво приосанился, – один человечек по моему приказу сумел достать настоящую драконью кровь! Я так думаю, что надо по маленькому кусочку добавить им в… ха–ха, ужин! Побегут быстрее!

Шазаль почувствовала, что волосы ее встают дыбом от подобной, чудовищно бессмысленной жестокости.

Посмотрев на брата, она заметила, что лицо Юана замерло, а в глазах появился стальной блеск. В нем опять проснулся внук Китарлиса…

– Возможно, мы примем участие в вашей потехе, – проговорил юноша. – Правда, герцогиня? Это очень занимательно. Но я желаю внести некоторые изменения, чтобы развлечение стало более утонченным. Я надеюсь, мы займемся этим прямо сейчас?

Нурдаил вытаращился на «принца»:

– Но, ваше высочество, уже почти стемнело.

– Ерунда, – улыбнулся Юан. – Так будет только интереснее.

И, не дожидаясь ответа, он поднялся из–за стола. Почти все гости, прислушивающиеся к разговору, тут же последовали его примеру. Нурдаил, покосившись через плечо, поспешно вскочил:

– Вы совершенно правы, ваше высочество… Но, боюсь, осужденные преступники не успеют получить свой ужин с сюрпризом.

– И не надо, – отмахнулся юноша. – У вас, милейший, такие большие запасы хлеба и… драконьей крови, что вы собираетесь разбазаривать ее направо и налево? Право, я поражен вашей расточительностью!

Шазаль с облегчением заметила, как слова пятнадцатилетнего самозванца произвели на Нурдаила впечатление. Князь заморгал, соображая, потом быстро сказал:

– Драконьей крови хватает, ваше высочество. Я мог бы преподнести вам скромный подарок… Но вы совершенно правы: кровь драконов слишком ценна, чтобы э-э… пускать ее в дело таким образом.

Шазаль подавила вздох. Возможно, розыгрыш Юана был и не столь бессмысленным, как ей представлялось. Во всяком случае, нескольких слов хватило, чтобы избавить крестьян от жуткой участи. Как у него это получилось? Ведь Юану всего пятнадцать лет!

Прийти к какому–либо определенному выводу девушка не успела. Гости князя потянулись к выходу, вытирая руки об одежду и возбужденно обсуждая перспективы ночной охоты. До подобного развлечения, похоже, никто раньше не додумался.

Никто из них не подозревал о том, что у элегантного принца, занесенного каким–то ветром в северную глушь, имеются свои планы…

Во дворе крестьян загоняли в клетки на колесах. Увидев это жуткое сооружение, Шазаль похолодела, вообразив, что может оказаться внутри. Она ухватилась за руку Юана, чтобы не упасть. И тут подоспело спасение в лице конюха, ведущего в поводу лошадей.

Брат с сестрой уселись в седла, а остальные гости – с криками и хохотом в это время готовились к охоте. Нурдаилу Веселому подвели мощного коня, который только и мог выдержать вес такого здоровяка.

– Я, пожалуй, покажу, как развлекаются у нас на родине, – с некоторой ленцой произнес Юан. – Эй, милейший, распорядитесь, чтобы всю вашу «дичь» свезли в одно место и пока не выпускали.

– Конечно, ваше высочество! – угодливо закивал князь. – Будет очень забавно посмотреть, что придумали в ваших столицах!

Вслед за клетками с крестьянами кавалькада охотников выехала из замка.

Стоял ветреный вечер. Небо было чистым, кое–где на нем уже засветились яркие точки звезд.

Шазаль ехала рядом с братом, борясь с желанием немедленно убраться отсюда. Юан, почувствовав ее настроение, склонился к сестре и шепнул:

– Осталось недолго. Самое интересное впереди! Готовься посмотреть на… последнюю охоту в жизни этого князька!

– А «дичь»?

– Да будут они в порядке! – с заметным раздражением заверил ее юноша. – Чего о них беспокоиться?!

– Ты что–то придумал?

– Конечно! Потерпи немного, скоро сама увидишь.

В вечерних сумерках вся процессия удалялась прочь от замка. Дорога вела к горам. По обочинам виднелись заросли кунта, который и днем–то не выглядел особо привлекательным, а теперь и подавно казался лапами каких–то чудовищ, выжидающих случая, чтобы схватить зазевавшуюся жертву.

Когда замок отдалился настолько, что превратился с смутную тень, князь Нурдаил распорядился собрать все клетки на колесах в одном месте.

Юан ничего не сказал, и Нурдаил, похоже, счел это признаком расположения к нему высокого, хотя и очень молодого гостя. Когда клетки остановились, он подъехал к Юану и Шазаль с довольной улыбкой на лице:

– Не изволите ли, ваше высочество, сделать какое–либо распоряжение? Все готово.

– Я вижу, – высокомерно ответил Юан, осматриваясь. – Что же, приступим! Господа! – он посмотрел на гостей, которые спешно проверяли снаряжение. – Не хотите ли поучаствовать в одной игре, которую придумал мой отец, Светлейший и Благороднейший Бардагир, Повелитель земель и морей?

Что–то в его голосе заставило Шазаль содрогнуться, а гостей Нурдаила – восторженно завопить, объявляя о своей полнейшей готовности играть в любые игры, лишь бы те были придуманы венценосными особами.

Юан, выдержав паузу, продолжал:

– Я думаю, что будет значительно интереснее, если главной «дичью» станет наш радушный хозяин. Я ожидаю от вас необыкновенного усердия, поскольку желаю хорошенько повеселиться. Самых рьяных я, несомненно, запомню и особо отмечу! Чего вы ждете, господа? Вперед! А вам, милейший (это уже относилось к побледневшему Нурдаилу), лучше поторопиться. И оставьте своего коня здесь. Он не участвует в игре!

У Шазаль перехватило дыхание. Она была уверена, что Нурдаил сейчас воспротивится, ведь он должен понимать, что, скорее всего, больше никогда не вернется в замок живым.

Несколько мгновений вокруг царила полная тишина. Потом звякнуло чье–то стремя, и один из тех, кто недавно пировал за столом князя, крикнул:

– Нурдаил, ты слышал желание его высочества? Шевелись! Правила ты и сам хорошо знаешь!

И Нурдаил Веселый повиновался. Шазаль оставалось только наблюдать за тем, как он грузно слезает на землю, оправляет одежду, обводит недавних приятелей взглядом УЖЕ ЗАТРАВЛЕННОГО зверя. Затем поворачивается и идет прочь, все быстрее и быстрее.

– Ваше высочество? – деловито осведомился все тот же мужчина, который подгонял Нурдаила. – Изволите дать ему час? Обычно всегда так бывает.

– Час – слишком много, – жестко произнес Юан. – Подождите, пока он скроется из вида, и начинайте! Да, господа, не убивайте его сразу, погоняйте…

Шазаль не верила своим глазам. Она все еще ожидала, что эти люди опомнятся и вместо того, чтобы охотиться на своего же приятеля, набросятся на молодого самозванца. Ничуть ни бывало! Все до единого изготовились травить Нурдаила.

Через несколько минут все они скрылись из виду.

Юан посмотрел на сестру:

– Ну как? Понравилось?

Но Шазаль смогла лишь отрицательно мотнуть головой. Девушке было очень не по себе, и, стремясь избавиться от тягостного впечатления, она направила лошадь к клеткам с крестьянами, которые ошалело наблюдали за происходящим. Рядом топтались не менее изумленные стражники.

Уже не думая о том, послушаются ли ее люди Нурдаила, девушка крикнула:

– Отправляйтесь назад, в замок! Здесь вы больше не нужны!

Удивительно, но и они послушались сразу же! Развернули коней и помчались прочь, боясь того, что принц–самодур и их, за компанию с хозяином, обратит в «дичь».

Подъехавший Юан обвел клетки с притихшими крестьянами взглядом:

– Ну, я так понимаю, этих можно отправлять домой? Да, сестрица? Ну, выходите!! – он повысил голос. – Запоры давно открыты!

Несколько секунд никто не шевелился. Люди боялись поверить в счастливое избавление. Затем чья–то рука толкнула решетчатую дверцу, и та распахнулась. По одному люди выбирались наружу и боязливо отходили в сторону.

– Идите домой! – зычно объявил Юан. – Никто, думаю, на вас больше охотиться не будет! Ну?! Шевелитесь!

Кое–кто подался в кусты, кто–то остался стоять.

– Убирайтесь! – рявкнул юноша. – Ночь на носу!

Людей как ветром сдуло. Шазаль, зная, насколько каждый из них измучен тяжелым трудом и гораздо более невыносимым ожиданием смерти, подивилась тому, как проворно они двигались.

Вскоре на полянке среди кустов остались только брат с сестрой.

Откуда–то издалека доносилось азартное подвывание охотничьих собак, которым, похоже, было все равно, на кого охотиться, и крики людей.

– И это все? – произнесла Шазаль.

– Н-да, скучновато вышло, – вздохнул юноша. – Я‑то думал: он хоть для вида посопротивляется… Не–ет, куда там! Ну что, сестренка, поехали отсюда?

…Маленький костерок уютно потрескивал, выбрасывая вверх снопы оранжевых искр.

Неподалеку слышался шум маленького водопада.

Именно это природное явление заставило Шазаль остановиться. До этого она гнала как сумасшедшая, не глядя по сторонам и боясь, что в любой момент откуда–нибудь выскочит окровавленный Нурдаил Веселый, преследуемый по пятам охотниками и собаками. Напрасно Юан утверждал, что они уехали уже очень далеко на запад и что князь будет просто не в состоянии преодолеть такое расстояние…

Но невиданное зрелище воды, падающей вниз с нагромождения живописных камней, отвлекло девушку от тяжелых мыслей. Несмотря на то что ночная мгла вокруг сгустилась окончательно, Шазаль, заинтересовавшись водопадом, к своему удивлению, выяснила, что может прекрасно видеть и ночью.

Юан быстро устроил костер, столик с едой, удобные кресла и даже прочный навес, заслоняющий путников от прохватывающего до костей ветерка, тянущего со стороны Северных Гор.

Хотя заботливо подобранные братом яства на столе выглядели изысканно и источали аппетитные запахи, Шазаль смогла выпить лишь бокал сока. Сцена с Нурдаилом стояла перед ее глазами, как наяву.

– Да что с тобой? – поинтересовался Юан, не выдержав тягостного молчания сестры. Сам он уписывал еду за обе щеки и периодически добавлял на стол новые блюда. – Тебе что–то не понравилось?

– Мне… сложно объяснить. Я все время ждала, что он свернет тебе шею. Ну, или попытается… Ты же послал его на верную смерть!

– Я поступил с ним так же, как он сам поступал с крестьянами.

– Скажи, а ты ЖЕЛАЛ, чтобы князь подчинился?

– Нет. Это он желал сделать так, как я хочу. Разве это не справедливо? Скольких людей загрызли его собаки или закололи его гости, эти безмозглые ублюдки?

– Многих, – со вздохом ответила девушка. – Но то, что ты сотворил было… страшно.

– Интересно, – юноша отставил в сторону пустую тарелку, и та сразу же пропала, – а когда тебя везли в клетке, тебе не было страшно?

– Было. Но тогда я даже не думала, что мне удастся спастись. Я просто приняла это…

– И он принял. Так что с тобой происходит?

– Я сказала: мне жутко! Я никогда не предполагала, что Нурдаил так безропотно подчинится!

– Я же сказал: дело в титуле, – терпеливо повторил Юан. – Этот князек привык повелевать чужими судьбами. Он мнил себя единственным хозяином в округе. А я показал, что на любого хозяина найдется… другой.

– Странно, – произнесла девушка, глядя в огонь. – Теперь мне кажется, что вся жизнь вокруг изменилась. И дело не в том, что я оказалась внучкой Китарлиса и побывала в родовом замке. Нет, наверное, я просто…

– …ничего раньше не видела, – закончил фразу Юан, видя, что сестра мучается, подбирая нужные слова. – И я теперь это понял. Что ты могла увидеть и узнать в твоей деревне? Ничего, кроме… этой, как ее?

– Сухъямы. Да, ты прав. Знаешь, там было все привычно и одинаково. Всегда. Допустим, тот же Сапак вместо того, чтобы работать, трепался. Магрун – ну, тот, который был глухим, – наоборот, всегда молчал. Они никогда не делали ничего… необычного. И я сама – тоже.

– Наверное, вы и друг на друга мало внимания обращали? – подхватил Юан. – Ну, конечно, сплетни передавали, но по–настоящему никогда не разговаривали между собой.

– Тоже правильно, – кивнула Шазаль. – Но все равно ты поступил с ним слишком жестоко.

– Жестоко? – изумился юноша. – Ничего подобного. Он это заслужил. И должен был понять, каково очутиться в шкуре «дичи»! Я не сделал ничего лишнего! Почему ты решила вдруг пожалеть человека, который послал тебя на смерть ради собственного развлечения?

– Не знаю! Наверное, потому, что в прошлый раз я его даже не видела. И я тогда злилась только на того человека, который отнял у меня мешок с моей сухъямой! А сейчас… Послушай, я не могу говорить так гладко и понятно, как Хэргал. Я просто чувствую, что все это, ну, разные вещи, что ли!? Когда я тогда бежала в горы – это одно, а сегодняшнее – со–овсем другое.

– Возможно, я догадываюсь, что ты имеешь в виду, – проговорил Юан, – но даже если у тебя в голове два события не соединяются, то это не означает, что между ними нет связи. Тебя схватили по приказу Нурдаила, ты ведь это знаешь, так? То, что ты его не увидела тогда, это просто случайность. Сегодня ты видела клетки?

– Видела.

– Что бы было со всеми этими людьми, если бы не мы с тобой?

Шазаль помедлила, прежде чем ответить. В подобной ситуации она оказывалась слишком часто за последнее время: некоторые выводы возникали в ее голове только после того, как кто–то объяснил ей, что к чему.

– Их бы накормили хлебом с драконьей кровью внутри, – с трудом выговорила девушка. – И наверное, они бы все умерли до восхода Ргун.

– Кто придумал такое блюдо? – вкрадчиво поинтересовался Юан.

– Нурдаил.

– Что бы он сделал, если бы вся «дичь» к рассвету умерла?

– Послал бы за другими.

– А теперь что будет?

– Он, скорее всего, погибнет и больше никогда не сможет развлекаться подобным образом.

– Ну? – торжествующе спросил юноша. – Так в чем дело?

– Теперь уже ни в чем, – призналась Шазаль. – Ты прав. Это я еще не научилась… соединять несколько мыслей в одну.

– Делать выводы всегда сложно, – с видом человека, умудренного опытом, поведал пятнадцатилетний Юан. – И вообще, эта история уже закончена. Давай о ней забудем и поговорим о чем–то другом.

Шазаль посмотрела на него. Забыть об этом страшном спектакле? Как это? Возможно, Юан имеет в виду что–то другое, а она, как обычно, не в состоянии понять?

Но разочаровывать брата не хотелось. И, взяв с блюда какой–то яркий фрукт, она ответила:

– Давай. А о чем?

– Хотя бы – о продолжении нашего путешествия! – с чисто мальчишеским азартом предложил Юан. – Судя по тому, что нас еще не остановили, дед ничего не имеет против. И мамочке пришлось смириться.

– Нас могли остановить? – переспросила Шазаль. – Как?

– Появился бы отец или кто–то из взрослых, погрозил бы пальчиком и приказал бы отправляться в замок. Они же в принципе могут выяснить, где мы находимся. Дед мне как–то говорил: использовать в обычном мире нашу силу – все равно, что махать флагом: вот я!

– А если мы будем вести себя, как все люди? – Шазаль указала на стол. – Ничего не желать, просто путешествовать?

– Тогда они нас потеряют. Вообще–то это мысль!.. Но что мы в таком случае будем есть?

– То же, что и обычные люди.

Юан отрицательно покачал головой:

– Нет, мне что–то не хочется. Я как посмотрел на угощение князька, так подумал, что лучше сяду на диету.

– А я ела очень вкусные пирожки в Бей–Сагате, – заявила Шазаль.

– Ну, может быть… А где этот Бей–Сагат? – полюбопытствовал брат.

– Э-э… – девушка замялась, осмотрелась, словно пытаясь обнаружить поблизости приметную красную башню с шаром на вершине. – Не знаю. Мы с Хэргал долго плыли по реке, прежде чем попали в тот город.

– Всегда можно посмотреть по карте. Послушай, а зачем вы с ней плыли по реке, да еще и долго? Она же могла сразу очутиться дома?

– Она хотела сначала попасть в другой город, туда, где жили родственники ее мужа… – медленно проговорила Шазаль.

– Так и туда она могла переместиться сразу же?

Прежде чем ответить, Шазаль снова вспомнила все, что происходило в те дни, кажущиеся теперь невероятно далекими. Освободившись из каменного плена, Хэргал потеряла зрение. И потом, она несколько раз с яростью сожалела об утраченных силах…

– Она не могла, – твердо сказала Шазаль. – Она просто не могла этого сделать. Она ослепла, не знала, где находится. Хэргал вынуждена была взять меня проводницей. Я ей рассказывала, что вокруг, а она говорила, что делать и куда идти. Она была ВЫНУЖДЕНА так поступить, вот в чем дело. Для нее гораздо важнее было поговорить с теми людьми! А воевать с ними, по–моему, она не собиралась.

– Ничего себе! – Юан нахмурился. – Я не знал этого… Что, правда, она совсем ничего не видела?

– Ничего. Зачем ей было притворяться?

– Знаешь, что получается? – юноша зачем–то понизил голос и подался к сестре через стол. – Она ведь провела в Северных Горах более шестнадцати лет. Я слышал: мать с отцом как–то говорили о том, что, будь Хэргал на месте, она бы никогда не дала Райвану жениться на Лоде. И ты бы не родилась. Но дело не в этом. Она ведь потеряла свою силу!

– Ну да. И что? – Шазаль не поняла, что его так взволновало.

– Я думаю, что человек, устроивший ей ловушку, на это и рассчитывал. Только он не мог предположить, что ты ее так скоро откопаешь. Но ей хватило и шестнадцати лет! Интересно, если бы она провела там сотню лет, что бы с ней случилось?

– Я не знаю, – испуганно ответила Шазаль.

– А я не тебя спрашиваю, а себя самого. Мне хочется понять. Тебе разве не интересно, что происходит в семье?

– Нет. Мне сложно разобраться. А уж думать о том, что произошло до моего рождения, в другом месте я вообще не могу.