Текст книги "Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ)"
Автор книги: Екатерина Гераскина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)
Но Кейган ответил:
– У меня ведьмы в тюрьме. Остатки ковена нужно допросить.
– Как только закончишь с ними, так сразу и выпишу, – понимающе кивнул правитель.
Только сейчас, когда напряжение немного спало, я отвела взгляд от императора и Кейгана и заметила сидящую в кресле молодую девушку. Мою ровесницу с копной роскошных огненно-рыжих волос и невероятно красивым, живым и заинтересованным лицом.
Она внимательно рассматривала меня и приветливо улыбалась. А поймав мой робкий взгляд, и вовсе открыто помахала мне рукой. Я неуверенно ответила ей тем же, хотя и была совершенно растеряна.
Неужели это… сама императрица?
А потом внутри меня что-то щелкнуло. Я инстинктивно повела носом по воздуху, втягивая запахи, и… перед глазами реальность вдруг неуловимо изменилась, обретая новые, пугающе четкие грани. Пространство прорезала осязаемая связь. Ярко-красная, пульсирующая в такт сердцебиению нить цвета свежей крови тянулась от могучего императора прямо к груди этой рыжеволосой девушки.
Слова сорвались с моих губ раньше, чем я успела их обдумать:
– Вы… истинные.
– Хм. Да, – Эрэйн Норвелл тут же подобрался, подался вперед и пытливо прищурился, глядя на меня. – Как узнала?
– По… вашей крови, – выдохнула я, всё еще завороженно глядя на эту сияющую алую нить, которая пела песню их абсолютной принадлежности друг другу.
– Так, так, так… – медленно протянул император, и они с Кейганом обменялись тяжелыми, многозначительными взглядами. Я испуганно замерла, не понимая, сделала ли я что-то не так. – И обряды у ведьм на крови ведь были. Хотя подобная магия как я знаю их книг им не подвластна. Те могут лишь оборачиваться и варить свои зелья. Интересно, конечно. Выходит, ты прямо видишь эти связи?
– Не знаю, как у других, – я нервно сглотнула. – Но у вас я её отчетливо вижу.
Чтобы проверить эту внезапно проснувшуюся способность, Кейган немедленно отдал приказ. В мою комнату тут же пригласили Нортана, Киру, Керрана и Риэль. Стоило им войти, как я, едва заметно принюхиваясь к запаху их крови, безошибочно увидела такие же яркие, неразрывные нити истинности между парами.
Моя новая природа Кровавой фейри раскрывалась во всей своей пугающей мощи.
– Как интересно… Как интересно, – пробормотал император, потирая подбородок. – Кейган? Что думаешь?
– Думаю, – голос лорда Блэквута лязгнул холодным металлом, – что ведьмы могут быть в сговоре с кем-то из подобных фейри.
– Плохо, – помрачнел Император. – Одно дело, когда такая фейри появилась в твоей семье, обрела истинного и теперь находится под твоим абсолютным присмотром. И совсем другое, когда неучтенная Кровавая фейри, спевшаяся с Ковеном, бродит по столице и может начать всех убивать.
– Кейган, – Император повернулся к моему дракону. – Нужно срочно заняться допросом выживших ведьм.
– Конечно, – кивнул Кейган.
Вскоре мужчины начали расходиться. Прежде чем нас с Кейганом оставили одних, и Кира, и Риэль подошли к моей постели, справившись о моем самочувствии. С ними подошла и Ассоль. Мне было непривычно и неловко, что такие высокие гости навещают меня в спальне, но императрица оказалась удивительно приятной, простой и милой в общении.
Она тепло протянула мне руку на прощание и произнесла:
– Будем дружить. И… Кристина, что ты думаешь по поводу того, чтобы пойти учиться в Академию магии? Мы с Кирой как раз туда поступили.
– А я там преподаю проклятья, – с улыбкой добавила Риэль.
– Я… – мой голос предательски сорвался на хрип. На глаза навернулись слезы, и я едва не расплакалась от нахлынувших эмоций. – Я бы очень хотела.
Это ведь была моя главная мечта… до того, как Эра всё разрушила.
Ассоль радостно хлопнула в ладоши и припечатала:
– Тогда жди официального приглашения! И выбирай специальность.
Кира и Риэль ободряюще улыбнулись, и вскоре все покинули комнату.
Тут же слуги бесшумно принесли легкий, восстанавливающий обед. Кейган помог мне подняться. Я сходила в ванную, чтобы смыть с себя остатки пережитого кошмара и привести себя в порядок.
Но застыла перед зеркалом, рассматривая себя, и снова слезы счастья потекли по лицу.
У меня не осталось шрамов!
Я так изменилась! Словно была я и не я одновременно! Словно лучшая версия себя!
И волосы, и глаза были красными, багряными. Это было непривычно, пугающе и… красиво. Кожа светилась перламутром, и уши были заостренными.
Выходит, моя магия раскрылась в ином свете.
И мне это нравилось, хоть и пугало.
Мое новое тело, ощущалось легким и полным скрытой силы.
Но стоило мне только открыть дверь и выйти из ванной комнаты, как в спальню, топоча маленькими ножками, вбежала Мими.
Девочка резко замерла на пороге, во все глаза уставившись на меня. Мои волосы изменили цвет, я стала другой, и на секунду мое сердце рухнуло в пятки, вдруг она меня испугается.
Но Мираэла радостно взвизгнула и со всех ног бросилась ко мне. Я упала на колени, подхватила её и подняла на руки, отчаянно прижимая к своей груди теплую, родную малышку.
– Мама! – звонко и счастливо крикнула она, обнимая меня за шею.
Я перестала дышать. Она назвала меня мамой.
В дверях стоял Кейган и смотрел на нас.
Горячие слезы всё-таки прорвали плотину и неудержимым потоком потекли по моим щекам, впитываясь в светлые волосы девочки. Я зарылась лицом в её макушку, целуя её.
– Я буду тебе мамой, моя маленькая… – жарко, сквозь слезы зашептала я, баюкая её в своих руках, чувствуя, как сзади меня бережно обнимают сильные, надежные руки Кейгана. – Я всегда буду твоей мамой. И никому в этом мире тебя не отдам.
Глава 36
Глава 36
С моего нового пробуждения прошло ровно двое суток.
Жизнь в особняке Блэквутов обрела новый, размеренный, но полный томительного ожидания ритм.
Кейган уходил из дома рано утром, когда небо еще было укрыто густым предрассветным мраком, и возвращался поздно вечером, вымотанный до предела.
Как бы я ни пыталась расспрашивать его о ходе расследования и допросах ковена, он мягко, но непреклонно уходил от ответов.
Мой истинный просто не хотел меня волновать, оберегая мой покой любой ценой. А мы с маленькой Мираэлой каждый день с нетерпением ждали его возвращения.
Два дня назад мне пришлось принести нерушимую магическую клятву Императору о том, что моя новая природа Кровавой фейри никогда не причинит вреда ему и его семье.
Я произнесла слова клятвы без единой капли сомнения. Император, в свою очередь, сдержал свое слово – в тот же вечер из закрытых королевских архивов мне доставили целую стопку старинных книг по древним расам.
И теперь всё свое свободное время я проводила за чтением. Пока Мими весело играла на залитой солнцем зеленой полянке, я жадно изучала ветхие страницы, пытаясь понять саму себя.
Слуги в особняке были строго предупреждены Главой Тайной канцелярии и не подходили к нам слишком близко.
Что касается Мими – я с огромным облегчением поняла, что не чувствую к ней абсолютно никакой пугающей тяги. Запах ее крови не будил во мне монстра. Наоборот, рядом с этой крошечной девочкой моя магия успокаивалась, приходила в равновесие.
Наверное, потому что моя суть признала ее дочерью.
А еще рядом всегда были тени. Они действительно вели себя так, словно были живыми: они реагировали на мое настроение, тянулись ко мне дымчатыми щупальцами и ластились.
Меня не оставляли в одиночестве. Кира, Ассоль и Риэль навещали меня по очереди, искренне справляясь о моем самочувствии. Я чувствовала их неподдельную обеспокоенность и колоссальную поддержку. А вчера Кира принесла мне официальное приглашение в Академию магии!
Когда я узнала, что её супруг – тот самый пугающий, суровый беловолосый дракон Нортан – является там ректором, у меня едва не подкосились ноги.
Признаться честно, иногда я впадала в настоящий шок от того, какие высокопоставленные и могущественные друзья окружают Кейгана. Я до дрожи боялась, что просто не смогу соответствовать своему мужчине. Но Кира, будучи одаренным менталистом, тонко чувствовала мои внутренние сомнения. Она мягко, тактично помогала мне их преодолеть, убеждая, что моя душа и моя искренность значат гораздо больше любых титулов.
А еще обещала меня познакомить с кое-кем. Самым настоящим фениксом.
Всё моё укоренившееся, вбитое годами животного страха представление о том, что в Империи признавали только абсолютную чистоту драконьей крови, окончательно распалось на мелкие осколки.
Ведь сегодня днем Ассоль на мой робкий, полный затаенной тревоги вопрос выразилась предельно четко: с момента начала правления её супруга всё в этом мире будет кардинально меняться. И более того, Эрэйн Норвелл совсем недавно открыто, бескомпромиссно заявил Высшему совету о своей новой государственной политике.
Так что полукровкам теперь были открыты совершенно новые, немыслимые ранее возможности. Им больше не нужно было вечно прятаться в тени и стыдиться своей природы.
Это относилось и к забытым древним магическим расам тоже. Но эту переворачивающую все устои новость император решил пока придержать в строжайшей тайне, сохраняя её как своё главное политическое оружие до нужного момента.
Наступил вечер.
Я искупала Мими в теплой воде, переодела ее в чистую ночную рубашку и уложила в кроватку, заботливо подоткнув края мягкого одеяла. Малышка сладко засопела, а я опустилась в кресло и стала задумчиво смотреть в темное окно, наблюдая за игрой лунного света в ветвях деревьев.
Внезапно внизу негромко хлопнула входная дверь.
Кто-то пришел. Я инстинктивно повела носом, прислушиваясь к своим новым, обострившимся чувствам. И тут же уловила этот пульс. Ток его крови.
Кровь моего дракона пахла совершенно по-особенному – густо, горячо, с терпкой ноткой кардамона и белого перца. Этот аромат разительно отличался от запаха обычных людей, он будоражил и манил, даря абсолютное чувство защищенности. Кейган вернулся.
Я с нежной улыбкой погладила спящую Миру по светлой головке и только хотела подняться с кресла, чтобы пойти встречать своего истинного, как дверь детской тихонько отворилась.
Он стоял на пороге. Кейган выглядел невыносимо уставшим: на его резких скулах залегла темная щетина, строгий черный камзол был небрежно переброшен через широкое предплечье, а ворот черной рубашки расстегнут, обнажая сильную шею.
Но стоило ему только увидеть нас с Мими в мягком свете ночника, как вся его суровость и усталость мгновенно испарились. Его губы дрогнули, и он тепло, невероятно искренне улыбнулся.
Кейган бесшумно, чтобы не разбудить дочь, подошел ко мне. Он отбросил камзол на спинку соседнего кресла и жадно, собственнически прижал меня к себе. Его сильные руки обвились вокруг моей талии. Дракон тяжело выдохнул, зарывшись лицом в мои волосы, жадно вдохнул запах у моей шеи и ласково, по-звериному потерся носом о мою кожу.
Я закрыла глаза от нахлынувшей нежности, положила ладони на его широкую, твердую грудь, чувствуя под пальцами ровный стук его сердца, и едва слышно прошептала:
– Я так скучала...
Глава 37
Глава 37
– Я так скучала...
Едва эти искренние слова, сорвались с моих губ, как Кейган замер.
Он напрягся, словно натянутая до предела струна. На одно мгновение в полумраке детской повисла такая густая тишина, что я услышала, как сбилось ритмичное биение его драконьего сердца.
А затем Кейган выдохнул – тяжело, рвано, с каким-то глухим, почти болезненным надрывом.
Его сильные руки, обнимавшие меня за талию, сжались до боли крепко. Он буквально впечатал меня в свою твердую грудь, словно боясь, что я могу исчезнуть, раствориться, как утренний туман.
Мой истинный зарылся лицом в мои волосы, жадно вдыхая их аромат, и его горячие, сухие губы прижались к моему виску.
– Боги, Тина... – прохрипел он мне в самую макушку, обжигая дыханием. – Если бы ты только знала, как и я скучал. Эти двое суток в казематах... там столько грязи, столько мрака. И единственное, что помогало мне не потерять человеческий облик и не разорвать этих тварей на куски голыми руками... это мысли о вас. О тебе и Мираэле. Я думал о том, что вы ждете меня дома. И это держало моего зверя в узде.
Я закрыла глаза, чувствуя, как по щеке скатилась непрошеная, обжигающая слеза. Его слова проникали в самое сердце, заполняя те пустые, выжженные болью дыры, которые оставили после себя годы пыток и одиночества.
Могла бы я подумать, что мои мысли и желание стать частью семьи Блеквутов сбудутся? Нет.
Но я так рада.
Кейган медленно отстранился, его большие ладони бережно обхватили мое лицо. Черные, бездонные глаза истинного, в которых еще недавно плескалась лишь холодная, смертоносная Тьма дознавателя, сейчас светились такой всепоглощающей, пронзительной нежностью, что у меня перехватило дыхание.
Он посмотрел на спящую в кроватке Мими, которая мирно сопела, раскинув ручки, а затем снова перевел взгляд на меня.
– Пойдем, – тихо шепнул он, переплетая свои пальцы с моими. – Пусть малышка спит. Мои тени никого к ней не подпустят. А нам нужно побыть вдвоем.
Мы бесшумно выскользнули из детской. Я думала, что мы пойдем в его старую спальню, но Кейган уверенно повел меня в совершенно другую сторону – в закрытое восточное крыло особняка, куда я еще ни разу не заходила.
Заметив мое невысказанное удивление, он остановился перед массивными двустворчатыми дверями из темного дуба и, глядя мне прямо в глаза, произнес:
– Я приказал наглухо запечатать те старые покои. Ту спальню, где была Эра. Я больше никогда не переступлю её порог. Для нас я подготовил новые комнаты.
От этих слов по моей спине пробежали мурашки. Он сделал это ради меня. Чтобы мне не пришлось делить с ним пространство, отравленное присутствием моей жестокой сестры, которая украла мою жизнь.
Мы вошли в его новую гостиную. Здесь было невероятно уютно: стены обшиты благородным темным деревом, в огромном камине уже потрескивал огонь, отбрасывая на пол золотистые блики, а на полу, прямо перед пылающим очагом, была брошена роскошная, пушистая шкура какого-то огромного зверя.
Слуги, предупрежденные о возвращении хозяина, бесшумно оставили сервировочный столик с ужином у дверей и исчезли. Кейган сам вкатил его в комнату.
Атмосфера была такой интимной, такой домашней, что я на мгновение забыла о том, что нахожусь рядом с Главой Тайной канцелярии. Кейган направился в гардеробную, а потом в ванную.
Я расставила еду на столик и принялась ждать истинного. Тот не заставил себя долго ждать. Он вышел в домашних брюках и в полурасстегнутой черной рубашке, босым и с влажными волосами.
Сейчас он был не безжалостным палачом, а просто уставшим мужчиной, который наконец-то вернулся домой.
Мы поужинали прямо за небольшим столиком. Кейган ел, но при этом ни на секунду не сводил с меня своего темного, гипнотического взгляда.
– Император прислал мне книги, – негромко начала я, отставляя бокал с ягодным соком. – Древние фолианты из закрытой королевской библиотеки. Те самые, о расах, которые считались давно исчезнувшими.
Кейган отложил приборы и внимательно подался вперед.
– И что ты узнала?
– Я начинаю лучше понимать себя, Кей, – я посмотрела на свои руки. На чистую, сияющую перламутром кожу запястий, на которой не осталось и следа от тех жутких, стянутых рубцов от железных кандалов. – Я читала о Кровавых фейри. В легендах нас описывали как чудовищ, но это не так. Наша магия... она не для убийства. Она для абсолютного контроля над жизненной силой. Я не монстр, Кейган. И я больше не боюсь того, кем я стала после ритуала.
Мужчина медленно поднялся, обошел стол и мягко потянул меня за руку, поднимая на ноги.
– Ты никогда не была монстром, Тина, – хрипло произнес он. – Чудовищем была твоя сестра. А ты – нет.
Он повел меня к пылающему камину. Мы опустились прямо на мягкий, густой ворс расстеленной шкуры.
Кейган сел, прислонившись спиной к основанию дивана, вытянул свои длинные, босые ноги и усадил меня между ними, спиной к своей груди. Его сильные руки тут же обвились вокруг моей талии, прижимая вплотную к себе.
Я затылком чувствовала, как бьется его сердце. Вдохнув запах его кожи – терпкий аромат кардамона и белого перца – я закрыла глаза, полностью растворяясь в этом моменте.
Я снова чувствовала себя защищенной.
– Ты обещал рассказать... – тихо проговорила я, поглаживая его руки, обнимающие меня. – Что было в казематах? Ты узнал что-нибудь?
Кейган тяжело вздохнул. Его подбородок потерся о мою макушку.
– Сабина и Изольда заговорили, – его голос стал жестче, приобретая металлические нотки, но руки обнимали меня всё так же бережно. – Они сломались на вторые сутки. Они рассказали всё. Я не хотел пугать тебя, Тина, но ты должна знать правду. Ты должна понимать, с чем мы столкнулись. Тем более, некоторые вещи касаются и тебя. Я не хочу тебя пугать, но…
– Я не боюсь. Пока ты рядом – не боюсь, – искренне ответила я, хотела повернуться к нему, но тот не дал. Положил подбородок на мое плечо и продолжил.
– Ты спрашивала меня раньше, как вообще ведьмы могли узнать, кто кому является истинной парой? Как Эра узнала, что ты моя пара, и решила использовать это, чтобы уничтожить меня? – Кейган сделал паузу, словно подбирая слова. – Оказалось, всё дело в артефакте.
Я удивленно повернула голову, пытаясь заглянуть ему в лицо.
– Артефакт?
– Да. Древний, невероятно мощный предмет. Сабина назвала его «Око Крови». Это некие артефакторные очки, созданные давным-давно. Тот, кто их надевает, способен визуально видеть нити магических и истинных связей между существами. Прямо как ты сейчас видишь их своим зрением Кровавой фейри.
– Но откуда они у них?
– Моргана берегла его как величайшее сокровище. Но у этого артефакта была своя цена, Тина. Чтобы очки работали и показывали правду, их линзы нужно было регулярно напитывать свежей кровью. И не просто кровью, а кровью дивного народа.
Мое сердце болезненно сжалось. Я вспомнила те три года, проведенные в подвале. То, как сестра и ведьмы приходили ко мне, как резали кожу... Они не просто мучили меня. Они выкачивали из меня силу, чтобы питать свои артефакты!
– Сейчас мои ищейки переворачивают каждую пядь земли в северном лесу, – продолжил Кейган, его пальцы успокаивающе поглаживали мой живот. – Мы ищем эти очки. Если такой артефакт попадет не в те руки, последствия будут катастрофическими.
– Они рассказали что-нибудь еще? О Холмах? – шепотом спросила я. – Я помню, что Моргана говорила, будто моя кровь может открыть Врата.
Грудь Кейгана за моей спиной тяжело поднялась и опустилась. Я почувствовала, как напряглись его мышцы. Он замялся, и эта пауза заставила холодок пробежать по моему позвоночнику.
– Да. Они рассказали о Холмах, – голос дракона стал пугающе тихим. – И о тебе, Тина. О твоем прошлом.
Я замерла, боясь пошевелиться. Я смотрела на него. А он на меня.
– Раньше ведьмы свободно входили в спящие Холмы, используя старые запасы крови фейри, которые они добывали не один десяток лет. Но в последние десятилетия что-то произошло. Кровь начала терять свои свойства, она портилась, Холмы перестали откликаться на мертвую магию и наглухо закрыли свои каменные двери. Ковен терял свои безопасные убежища.
Он замолчал, и я услышала лишь тихое потрескивание поленьев в камине.
– И тогда Моргана... – Кейган крепче стиснул меня в объятиях, словно защищая от невидимого удара. – И твоя мать, Илэрия. Они придумали новый план.
– Моя... мама? – мой голос сорвался на жалкий писк. – Моя мама была в сговоре с Морганой?
Я знала, что мама была ведьмой, знала, что она любила только Эру, но услышать это... Услышать, что я была частью какого-то чудовищного плана, было невыносимо.
– Илэрия не просто была в сговоре. Она пошла на крайние меры, чтобы дать ковену новый, бесконечный, живой источник крови. Живой ключ от всех Врат.
Меня замутило. Осознание того, к чему он ведет, ударило в голову ледяным молотом.
– Илэрия целенаправленно забеременела от представителя дивного народа. Но твоя кровь была не так полезна, как кровь чистокровного фейри, тем более ты родилась природной фейри и твоя кровь не была такой сильной, как кровь твоего отца кровавого фейри. Но тем не менее они добились своего. Пусть ты и не могла подпитывать артефакт кровью, ты могла сама по себе открывать старые Холмы.
– И я открывала их… всегда, когда просила мама. Я когда была маленькой думала, что это игра такая…
– Да, они получили в твоем лице ключ к убежищам.
– Вот в кого такая Эра…
Слезы снова хлынули из моих глаз, но теперь это были слезы горькой, обжигающей обиды и предательства.
Вся моя жизнь... мое рождение... Это не было чудом. Это не было любовью. Я была просто ключом. Инструментом, который моя собственная мать родила на свет только для того, чтобы посадить на цепь и тянуть из меня кровь ради выживания ковена ведьм.
И она взяла с меня клятву никогда не искать отца!
– Боги... – я закрыла лицо руками, содрогаясь от беззвучных рыданий. – Значит, Эра... она знала.
– Да, – Кейган перехватил мои руки, отрывая их от залитого слезами лица. Он нежно, трепетно поцеловал мои ладони. – Она всё знала. Вы с Эрой действительно сестры по матери. Но в тебе нет ни капли её гнилой ведьмовской сути. В тебе течет кровь древнего народа.
Я развернулась в его руках, утыкаясь заплаканным лицом ему в шею, хватаясь за его расстегнутую рубашку.
– Но кто мой отец, Кейган? Кто он? Почему он оставил меня с ними?!
Дракон зарылся сильными пальцами в мои красные волосы, успокаивающе массируя затылок.
– Я не знаю, моя девочка. Сабина и Изольда тоже этого не знают. Знали только Илэрия и Моргана. Мы продолжаем расследование, и клянусь тебе, я переверну всю Империю, но найду его.
Я плакала, всхлипывая. Вся та чудовищная несправедливость, с которой мне пришлось столкнуться, сейчас выходила из меня вместе со слезами.
Моя мать родила меня на заклание. Моя сестра держала меня в кандалах.
Кейган чуть отстранился, его жесткие, мозолистые пальцы бережно вытерли слезы с моих щек. Он смотрел на меня так пронзительно, так глубоко, что вся моя боль начала медленно отступать, растворяясь в этом темном, спасительном омуте его глаз.
– Послушай меня, Тина, – его голос вибрировал от сдерживаемой силы и абсолютной уверенности. – Мне плевать, кто тебя родил и для каких целей. Мне плевать на гнилые планы твоей матери и на то, кем был твой отец. Они больше не имеют над тобой никакой власти.
Он наклонился ближе, его дыхание опалило мои губы.
– Твоя семья теперь – это я. И Мираэла. Ты спасла мою дочь, ты спасла меня. Ты – моя пара. И я никому, никогда в этой жизни больше не позволю причинить тебе боль.
Его губы накрыли мои. Это был не поцелуй собственника или хищника. Это было глубокое, отчаянное признание в любви, скрепляющее нашу истинную связь крепче любой магической клятвы.
Я ответила ему со всей той накопившейся нежностью и жаждой жизни, что бурлила в моей новой крови. Мои руки скользнули по его широким плечам, пальцы зарылись в темные волосы.
Огонь в камине трещал, отбрасывая тени на пол.
– Я сейчас скажу тебе одну вещь, но прошу не питать пустой надежды…
Кейган посмотрел на меня. Я задержала дыхание.
– Это мои мысли. Ведьмам была нужна кровь для того, чтобы находить истинные пары, разрушать их и использовать в своих целях. Причем постоянно. В последнее время это особенно часто применялось ими. Они хотели стать женами ключевых фигур Империи. А если нет, то предлагали свои услуги заинтересованным лицам. Клану Изумруда в том числе. Глава и его старший советник уже задержаны. Они же пытались манипулировать истинностью Нортана и Киры. Истинностью манипулировали и в клане Льда. Кайден Айсхарн, как и я, принял ложную связь за правду. Его мачеха оказалась тоже ведьмой. Ведьмы торговали, по сути, истинностью. Плюс ко всему, имели доступ и умели делать сильнодействующие зелья, которые оказывают влияние на разум человека, а это слишком серьезно. В эту ловушку попался министр экономики Империи и сам император. И только особая звериная природа Эрэйна, ведь он не дракон, как все думали и в том числе и ведьмы, не позволила его бывшей невесте из клана Изумруда действительно стать императрицей. С помощью крови фейри Моргана хотела найти истинную Эрэйна и перенести связь на Ирилу. И только опять же чудо и сама суть огненной драконицы Ассоль и то, как она ее глубоко прятала, не дала ведьмам шанса найти ее. Тогда они решили, что у императора вовсе нет пары. Правда, Ирила и так чуть было не расправилась с Ассоль. Подводя итог, я считаю, что тут без неких особых знаний не обошлось. А понимая, на что ты способна в качестве кровавой фейри, я думаю, что Моргана как раз стала обладательницей знаний именно твоего народа. Её сильнодействующие проклятия, которые основаны на крови, как сказала Риэль, – тому тоже подтверждение. И я думаю, что твой отец у ведьм.
Я ахнула и прикрыла рот рукой.
Он до сих пор где-то в плену?
Но не успела я сказать, как Кейган обнял меня и прошептал:
– Я ведь уже пообещал перерыть всю Империю. Я это сделаю, мы найдем его.
