Текст книги "Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ)"
Автор книги: Екатерина Гераскина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
Я поднялся с разрушенного кресла. Моя человеческая ипостась едва удерживала рвущегося наружу зверя. Я шагнул к креслу, к своей Кристине, больше не заботясь о том, чтобы скрывать свою одержимость. Больше никакой лжи. Больше никаких игр.
Эра думает, что она победила?
Она подписала себе смертный приговор. Все они.
Глава 30
Глава 30
Кристина
Я едва дышала, намертво прижатая к широкой и твердой груди Кейгана.
Мое сердце билось заполошной птицей, ударяясь о ребра так сильно, что, казалось, Кейган должен был чувствовать каждый его удар.
Я замерла в его руках, оглушенная, сбитая с толку, совершенно не понимая, почему я всё еще жива.
Почему он не зовет стражу, почему не заковывает меня в железо, узнав всю правду?
Вместо этого его объятия были такими бережными и собственническими, словно он готов был заслонить меня собой от всего мира.
– Кира, – голос Кейгана прозвучал над моей макушкой. Низкий, ровный, пропитанный той самой стальной, безжалостной властью, от которой у его врагов стыла кровь в жилах. Он отдавал приказы четко, коротко и без единой лишней эмоции, при этом даже не подумав выпустить меня из рук. – Ты поработаешь с Эрой снова. Держи её в той же иллюзии.
Седоволосая девушка чуть склонила голову, внимательно слушая.
– А затем спустишься в подвал, – продолжил лорд Блэквут. – К Сабине и Изольде. Внушишь этим двум тварям ложные воспоминания. Сделай так, чтобы они абсолютно четко помнили, что им удалось выкрасть Мираэлу. Вложи им в головы мысль, что прямо сейчас они с ребенком прячутся в подземельях старых графских развалин на окраине столицы и ждут там остальной Ковен для проведения ритуала. Заставь их поверить в свой триумф. Нам нужно выманить остальных.
Кира лишь спокойно, с профессиональной отстраненностью кивнула:
– Будет сделано.
Она развернулась и бесшумной, скользящей походкой растворилась в полумраке коридора, оставив нас одних.
Тишина оглушала.
Я судорожно сглотнула, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.
В подвале? Он запер тех двух ведьм в подвале?! Значит, он всё знал. Он поймал их. И он не собирался меня убивать.
Шок от этого осознания был настолько сильным, что у меня подкосились колени. Если бы не руки Кейгана, стальным обручем сжимавшие мою талию, я бы снова рухнула на мраморный пол.
Лорд медленно посмотрел на меня.
Его большие, горячие ладони поднялись и нежно, с трепетом легли на мои щеки. Его длинные пальцы зарылись в мои волосы на висках, заставляя поднять голову и посмотреть ему прямо в глаза.
Я робко вскинула ресницы и задохнулась.
В его глубоких, черных как бездна глазах больше не было того ледяного, отстраненного мрака, которого я так панически боялась все эти дни.
Первородная Тьма в его взгляде сейчас была… теплой. Она пульсировала лаской, отчаянной нежностью и такой безграничной защитой, что у меня перехватило дыхание.
– Кира – ментальный маг, – его низкий, бархатный шепот окутал меня, проникая под самую кожу. – Она работает с сознанием, с чужими воспоминаниями. И… она показала мне всё, что видела в голове Эры.
Большой палец Кейгана дрогнул и медленно, с болезненной бережностью скользнул по моему лицу. Он погладил тот самый уродливый, глубокий шрам на моей щеке, который оставила его «воскресшая» супруга. Его прикосновение было почти невесомым, словно он боялся причинить мне боль.
– Я теперь всё знаю, Кристина, – хрипло, с надрывом выдохнул он. – Всё.
Из моих глаз брызнули слезы.
Горячие, неудержимые капли покатились по щекам, обжигая рубцы и омывая его пальцы.
Я смотрела на него широко распахнутыми глазами, не в силах вымолвить ни слова. Вся моя ложь, все мои жалкие попытки спрятаться, весь мой трехлетний ужас – всё это сейчас рушилось, рассыпаясь в прах под его тяжелым, теплым взглядом.
А затем я почувствовала это. Мягкое, прохладное, шелковое прикосновение к моим щиколоткам. Я скосила глаза вниз сквозь пелену слез и увидела, как черные ленты его магии ласково обвивают мои ноги, струятся по коже, словно живые.
– Тени… – прошептала я одними губами.
– Это особая магия, – тихо отозвался Кейган, всё так же не отрывая взгляда от моего заплаканного лица. – У первородной Тьмы есть собственное сознание. Собственная воля. Не нужно их бояться, Кристина. Они никогда не причинят тебе вреда.
– Я догадывалась… – хрипло, едва слышно выдавила я, всхлипнув.
Кейган медленно опустил руки с моего лица. Его взгляд потемнел еще сильнее, когда он взял мои дрожащие кисти в свои большие, надежные ладони.
Он аккуратно, миллиметр за миллиметром, закатал длинные рукава моего платья. Его челюсти сжались до побелевших желваков, когда перед ним предстали широкие, уродливые рубцы от тяжелых железных кандалов.
Следы моих мучений.
Я инстинктивно попыталась отдернуть руки, сгорая от стыда за свое изуродованное тело, но он не позволил. Его хватка была мягкой, но непреодолимой.
Лорд Блэквут медленно склонил свою темную голову. Его горячее дыхание коснулось моей истерзанной кожи. А затем он прижался губами к самому глубокому шраму на моем правом запястье.
Меня прошило током.
Я прерывисто выдохнула, когда он оставил долгий, медленный, обжигающий поцелуй на изуродованной коже. Затем он перешел к левой руке, целуя каждый рубец, каждую вмятину от железа.
Его губы были мягкими, а действия – аккуратными, что мои колени окончательно ослабли.
Я тихонько заскулила, глотая слезы, чувствуя, как в груди распускается теплое, ослепительное солнце. Он не считал меня чудовищем. Он не испытывал ко мне отвращения.
– Этот брак с Эрой, – глухо проговорил Кейган, не поднимая головы, продолжая гладить мои запястья своими большими пальцами. – Это была лишь ширма. Фикция, необходимая для того, чтобы выманить ведьм из их нор. Я не мог рассказать тебе правду раньше. Не мог посвятить тебя в свои планы. Я слишком сильно хотел, чтобы ты просто привыкла ко мне, чтобы перестала бояться. Потому что я почти сразу понял, кто ты на самом деле. Моя Тьма тянулась к тебе с первой секунды. Ты моя пара. Моя настоящая истинная.
Я потрясенно замерла.
– Но… как? – сорвавшимся голосом спросила я. – Вы ведь были прокляты! Риэль сказала… что проклятие заблокировало вашу чувствительность и что восстанавливаться ты будешь очень долго. Как вы могли понять?
– Тш. Только на «ты» Кристина.
Кейган медленно выпрямился. На его суровом, высеченном из камня лице появилась легкая, хищная и немного самодовольная усмешка. В этот момент он был дьявольски красив.
– Я гораздо крепче, чем думают другие, – его глаза лукаво блеснули. – А что касается моего «венчания»... Священник, который проводил обряд, это не храмовник. Это мой старинный друг, лорд Кайден Айсхарн, глава Ледяного клана.
Я изумленно распахнула глаза, вспоминая ту пугающую, ледяную ауру и военную выправку мужчины у алтаря.
– Когда-то в прошлом Кайден тоже серьезно пострадал от зелий ведьм, – продолжил Кейган, и его голос снова стал серьезным. – Да много кто из Высших Лордов пострадал от их козней на самом деле. Они слишком хитры и слишком хорошо прячутся, заставляя нас расплачиваться жизнями близких. Сейчас я ищу способ устранить этот ковен. И когда Эра появилась на пороге, разыгрывая безутешную жертву, я понял, что это наш единственный шанс захлопнуть ловушку. Обряд не имел никакой юридической или магической силы. Ты – единственная хозяйка моего дома, Кристина.
Его руки снова скользнули вверх, бережно обнимая меня за плечи, притягивая вплотную к своему обжигающе горячему телу. Я уперлась ладонями в его широкую грудь, чувствуя, как ровно и мощно бьется его сердце.
– И теперь я знаю, что ты фейри, – его шепот был похож на бархат. Он смотрел в мои глаза с такой пронзительной глубиной, что я тонула в ней без остатка. – Больше никто и никогда не посмеет назвать тебя дивной тварью. Ни Эра, ни кто-либо другой в этой Империи.
Он наклонился ближе, и его губы оказались в миллиметре от моего лица.
– Потому что ты – мое дивное создание, – выдохнул Кейган.
И он нежно, бесконечно трепетно, словно боясь спугнуть, прижался теплыми губами к моему лбу.
Этот простой, целомудренный поцелуй был наполнен такой безграничной любовью и защитой, что все мои страхи, преследовавшие меня годами, окончательно рассыпались в пыль.
Глава 31
Глава 31
Кейган
Двое суток. Ровно столько времени мне понадобилось, чтобы подготовить операцию.
Два бесконечных, изматывающих дня, проведенных вдали от… Кристины.
Я бы всё отдал, чтобы просто остаться в особняке, запереть истинную в своей спальне, спрятать её от всего мира и не выпускать из объятий.
Но я не имел права на эту слабость, пока над головой моей парой и моей дочери висела смертельная угроза.
Сначала нужно было выжечь заразу.
Моя женщина находилась под абсолютной защитой. Я оставил с ней бойцов из своего личного штата. Мои Тени не отходили от неё ни на шаг, оплетая каждый дюйм поместья плотной, незримой сетью, готовой разорвать любого нарушителя на куски.
А рядом с Кристиной неотлучно вызвались быть Кира, готовая в любую секунду выжечь мозг нападавшему и Риэль, которая и сама сплошное оружие. Керран вызвался помогать в этой операции, потому что у того тоже были счеты с ведьмами. Одна из них погубила настоящую мать Риэль. Нортан тоже не остался в стороне, потому что с помощью ведьмовских зелий, ему хотели навязать ложную истинность. Кроме того, для всех детей в моем особняке тоже будет безопасно.
Старые графские развалины на глухой северной окраине столицы всегда пользовались дурной славой.
Местные жители обходили это проклятое место десятой дорогой, боясь даже смотреть в сторону осыпающихся, почерневших от времени башен и обвалившихся стен, густо поросших плющом.
Но для моих целей это место подходило идеально. Думаю, ведьмам «понравится».
Верхние этажи поместья давно превратились в груду щебня, но глубокий, выложенный из монолитного камня подвал сохранился превосходно. Настоящий каменный мешок.
Идеальная мышеловка.
Я стоял в абсолютной, непроглядной темноте, слившись со своими Тенями, и холодно наблюдал за центром сырого подземелья.
Ловушка была захлопнута. Кира – наш единственный ментальный маг – отработала безупречно. Она ювелирно вскрыла сознание пойманных Сабины и Изольды, выпотрошила их страхи и вложила туда ложные, воспоминания. Сейчас эти две твари, прикованные к стене цепями, искренне верили в свой невероятный триумф. Их ауры буквально фонили победой и предвкушением. Они верили, что выкрали мою дочь и теперь ждут здесь, в этом подвале, остальной Ковен для проведения главного ритуала.
А в самом центре, на каменном возвышении, лежала «Мираэла».
Наши артефакторы под руководством талантливой Медеи, которая жила в Империи под другим именем, превзошли сами себя: кукла была пугающе похожа на живую девочку. На ней было платье, её грудная клетка мерно вздымалась, имитируя ровное, глубокое дыхание спящего ребенка.
Ночь вступала в свои права. Тяжелая, беззвездная, давящая.
Мои люди были расставлены по всему периметру. Керран контролировал правый фланг подземелья, Нортан со своими личными воинами – левый. Воздух звенел от напряжения, но ни один мускул на моем лице не дрогнул.
Мой внутренний зверь, почуявший запах скорой крови тех, кто посмел угрожать моей семье, жаждал вырваться наружу и разорвать их на куски. Но я заставил его ждать. Я должен был вырвать этот сорняк с корнем.
Сквозь узкие, забранные ржавыми решетками окна под потолком донесся шум. Шум десятков крыльев, разрезающих ночной воздух.
Хриплое, утробное карканье разорвало тишину мертвых развалин. Они прилетели.
Я чувствовал, как Тени послушно ластятся к моим рукам, ожидая приказа.
Черные птицы одна за другой пикировали в провалы окон, с тошнотворным хрустом ломающихся костей и шорохом перьев обращаясь в женщин в темных балахонах. Семь ведьм.
Впереди вышагивала та самая Моргана – их главная, зеленоглазая тварь с бледным, хищным лицом. Я узнал ее из ведения Эры.
Они жадно, словно голодные гиены, бросились к центру подвала.
– Вы справились! – прошипела Моргана, её глаза фанатично вспыхнули зеленым фосфором, когда она увидела отпущенных из цепей, но слегка заторможенных Изольду, Сабину и «ребенка» у алтаря.
Моргана занесла костлявую руку, готовясь ударить.
Пора.
Я отдал приказ.
Пространство подвала взорвалось. Мои Тени, до этого невидимыми змеями скользившие по стенам, рухнули вниз монолитным, непроницаемым куполом, намертво запечатывая все выходы. С потолка, обрывая пути к отступлению, с оглушительным лязгом рухнули тяжелые антимагические сети, сплетенные из блокирующих рун.
Ведьмы завизжали. Это был звук истинного, первобытного ужаса.
Мои бойцы вышли из мрака. Вспыхнули ослепительные боевые пульсары. Свет залил подземелье, обнажая искаженные паникой лица ведьм.
– Именем Императора, на колени! – мой громовой рык сотряс своды подвала.
Операция шла блестяще. Сети прижали большинство ведьм к полу, блокируя их оборот.
Но я недооценил отчаяние крысы, загнанной в угол.
Моргана, поняв, что на камне лежит лишь кукла, издала нечеловеческий, пронзительный вопль.
В ней проснулась первобытная, темная ярость. С невероятной силой она рванулась в сторону, разрывая на себе кожу, и выскользнула из-под опускающейся сети в самый последний момент.
– Мне больше нечего терять! – истошно, брызгая слюной, закричала верховная ведьма. – И ты все равно подохнешь!
В её руках блеснул ритуальный обсидиановый кинжал.
Не раздумывая ни секунды, она с размаху полоснула им по своим собственным ладоням. Кровь брызнула на каменный пол. Моргана рухнула на колени, безостановочно, с бешеной скоростью читая древний речитатив.
Воздух вокруг неё мгновенно сгустился, запахло гниющей плотью и смертью. Она пыталась призвать проклятие такой силы, чтобы забрать нас всех с собой в бездну.
Я шагнул в круг света.
Глядя на то, как эта жалкая тварь, пытавшаяся убить мою дочь и искалечившая мою истинную, бьется в агонии своего колдовства, я почувствовал, как внутри меня поднимается неконтролируемая, темная волна.
Моргана захлебнулась словами, в ужасе вскинув на меня свои фосфоресцирующие глаза. Она поняла, что её магия – ничто перед первородной стихией.
– Тебе действительно больше нечего терять, – холодно констатировал я.
Я даже не стал поднимать рук. Я просто позволил своей магии сорваться с цепи.
Мои тени бросилась на неё. Черные ленты взвились из-под земли. Они обвили Моргану, впились в её плоть. Ведьма даже не успела закричать.
Мрак просто растворил её. Тьма поглотила её с чавкающим, жутким звуком. Через секунду на том месте, где стояла верховная ведьма ковена, не осталось ничего.
В подвале повисла мертвая тишина.
Пять оставшихся в живых ведьм затряслись в животном ужасе. Их спесь, их вера в свою исключительность испарились вместе с их предводительницей.
Они попадали на колени, прижимаясь лбами к грязному полу, скуля и моля о пощаде. Они были готовы на всё.
– Надеть на них антимагические кандалы, – брезгливо бросил я своим людям. – Отведите в подвальные камеры Тайной канцелярии. Пусть дознаватели выжмут из них каждое слово. Тех, кто готов говорить останутся в живых, – это я уже адресовал ведьмам.
Я направился к выходу, когда боковым зрением уловил движение у лестницы.
Эра.
Мои люди притащили её сюда закованной, чтобы она лично видела крах всего, ради чего уничтожала жизни. Но в хаосе, когда Моргана пыталась наложить проклятие. Эре удалось освободить руки.
Она бросилась бежать. Вслепую, спотыкаясь о камни, цепляясь грязными подолами своего платья за арматуру, она пыталась проскользнуть в узкую щель обвалившегося хода. Её лицо было искажено паникой и безумием.
– Стой! – крикнул один из охранников, вскидывая арбалет с болтом, заряженным парализующей магией.
Но Эра не слушала. Она рванулась вперед, прямо в темноту старого хода, совершенно забыв, что мы находимся в проклятых графских развалинах. Её нога поехала по замшелому камню. Старая плита, державшаяся на честном слове, с глухим, страшным грохотом рухнула вниз.
Раздался влажный, отвратительный хруст. Острый каменный сталактит, словно ждавший свою жертву, пробил её насквозь. Эра дернулась, издав задушенный, булькающий звук, и безвольным кулем повисла на камнях. Кровь хлынула изо рта, заливая её светлые волосы.
Я подошел к краю провала и молча, сверху вниз посмотрел на её искореженное тело.
Её зеленые глаза, в которых застыл предсмертный ужас, стекленели. Я смотрел на женщину, которая когда-то делила со мной ложе, которая называла себя моей женой и которая пыталась убить нашу дочь.
В моей груди не дрогнуло ничего. Ни сожаления. Ни злорадства. Ни даже облегчения. Абсолютно ничего. Для меня она была мертва уже очень давно.
Операция была завершена. Ковен разгромлен. Угроза для Мираэлы и Кристины устранена навсегда. Я должен был чувствовать триумф.
Но внезапно мое сердце сбилось с ритма.
Я замер на середине полуразрушенной лестницы, хватаясь рукой за влажную стену. В груди вспыхнула ослепляющая боль.
Это была не моя боль.
Это был разрывающий, беззвучный крик на другом конце нити. Крик моей пары.
Мой зверь взвыл в подсознании, заметался, впадая в глухую, неконтролируемую панику. Тени вокруг меня взбесились, ввинчиваясь в пространство, реагируя на мой внезапный, животный страх.
Кристина.
Что-то было катастрофически не так.
Во внутреннем кармане моего камзола раскалился артефакт экстренной связи.
Тот самый, который я лично оставил Риэль и Кире.
Я выхватил плоскую коробку. Мои пальцы дрожали, когда я влил в него магию, снимая блокировку и доставая бумагу.
Развернул лист. Строчки прыгали, слова были выведены криво, перо местами прорвало плотный пергамент насквозь:
«Кейган! Бросай всё! Умоляю, возвращайся немедленно!
На особняк никто не нападал. Защитный барьер цел. Я клянусь! Но Кристина…
Кейган, она умирает!
Она просто рухнула на пол на ровном месте. Её тело страшно корёжит, её выгибает от жутких судорог, словно невидимая сила ломает ей кости изнутри. Я пытаюсь помочь, я вливаю в неё силу, использую все заклинания против смертельного проклятья, замешанного на крови, но моя магия абсолютно бессильна! Я не могу это остановить!
Быстрее!!!»
Тяжелый пергамент в моих дрожащих руках мгновенно истлел, осыпавшись на холодный камень серым пеплом. Реальность вокруг меня начала трескаться от вышедшей из-под контроля первородной Тьмы.
Всё не может так закончиться… не может… не может…
А потом вспомнил предсмертный ритуал Морганы и ее слова.
И понял, теперь им не нужно было держать Кристину, как фейри и ту, что могла отыскать Холмы, в живых. Им и правда нечего терять, она решила её убить.
А я сойду с ума, так и не обретя полностью, но потеряв пару.
И даже так ведьмы переиграли меня.
Глава 32
Глава 32
Кристина
Кейган покинул особняк двое суток назад. Он ушел на охоту, чтобы выследить и уничтожить Ковен ведьм, навсегда избавляя нас от угрозы.
Теперь я знала, что все эти тихие, незаметные люди вокруг нас —служанки, молчаливые садовники и даже работники кухни – были его служащими.
Агентами Тайной канцелярии, которым он безоговорочно доверял и которые незримыми тенями следили за мной и Мими.
Я сидела в просторной гостиной и до сих пор не могла до конца поверить в происходящее. Не могла поверить, что меня пощадили.
Что мне больше не нужно было планировать побег, вздрагивая от каждого шороха. Что меня… приняли. Приняли такой, какая я есть.
А спустя несколько часов этот мрачный, но понравившийся мне дом, внезапно наполнился звонкими голосами и смехом.
В особняк Блэквутов приехали Кира и Риэль со своими детьми. Буквально за считанные минуты огромная гостиная превратилась в настоящий, шумный детский сад.
Я с замиранием сердца наблюдала за тем, как на моих глазах расцветает маленькая Мираэла.
Она больше не была той забитой, испуганной крохой, которую я спасла из подземелья.
Приемные девочки Киры и очаровательная дочь Риэль мгновенно приняли её в свою компанию.
Они не отпускали Мими ни на шаг, окружив её заботой, рассаживая по кругу роскошных кукол. Даже старший мальчик, Марк – сын Риэль, – который поначалу долго и упрямо сопротивлялся, хмуря брови и заявляя, что «не мальчишеское это дело – в куклы играть», в итоге сдался под напором девчонок. Он со вздохом уселся на пушистый ковер и покорно стал главным подопытным в их бесконечных «чаепитиях».
Риэль, откинувшись на спинку соседнего кресла, с мягкой, теплой улыбкой следила за детьми. В её расслабленной позе по-прежнему угадывалась скрытая, смертоносная грация хищника.
– Они оборотни, – вдруг тихо, но с нескрываемой гордостью произнесла Риэль, поймав мой изучающий взгляд.
Я потрясенно моргнула. И тут же всё встало на свои места: её желто-карие, нечеловеческие глаза, её звериная пластика. Теперь мне стала ясна её истинная суть.
– Я фейри, – почти шепотом ответила я, робко прикусив губу. Произносить это вслух было всё еще непривычно и страшно, но рядом с этими женщинами я парадоксально чувствовала себя в безопасности.
– А я человек, – ласково улыбнулась Кира, изящно поправляя свои пепельно-седые волосы. – Но говорят, что в далеком прошлом мои предки могли превращаться в нагинь. От них мне не досталось оборотничества, зато досталась магия разума.
– А какова суть магии фейри? – с искренним, живым интересом спросила Риэль, плавно потянувшись к изящной фарфоровой чашке с чаем.
– Я черпаю силу напрямую из живой природы, – начала рассказывать я, чувствуя, как отступает внутренняя скованность. – Из земли, из корней. Я могу находить скрытые, спящие Холмы. Говорят, раньше вся наша Империя была ими буквально пронизана, как кровеносными сосудами. Именно поэтому ведьмы так отчаянно хотели спрятаться там, используя мою кровь как ключ. Еще одним из умений моего народа был гламур... флёр. Способность казаться окружающим гораздо красивее, чем ты есть на самом деле. Но многие дары мне недоступны. Или же я просто не знаю, как их развить, ведь меня никто этому не учил.
С Кирой и Риэль было удивительно легко и просто. В их компании не было ни капли высокомерия столичных аристократок. Каждая из них поделилась кусочком своей души.
Риэль с легкой грустью в глазах рассказала о том, что только недавно вышла замуж за сурового Керрана. А до этого, долгие пять лет, она воспитывала детей абсолютно одна, прячась от всего мира, пока первородная Тьма не позвала их и не показала им дорогу к отцу.
– И как же они его нашли? – в неподдельном ужасе выдохнула я, представив, как маленькие дети одни путешествуют по Империи. – Это ведь безумно опасно!
Риэль тяжело вздохнула и со звоном поставила чашку на стеклянный столик.
– А в каком ужасе была я, Кристина… Пока я бежала по их следу, сходя с ума от страха, они уже добрались до столицы и встретились с отцом.
Она в красках описала, как всё это произошло, и от её истории по спине бежали мурашки.
А потом о себе начала рассказывать Кира. И я снова задохнулась от ужаса, слушая спокойный, ровный голос этой хрупкой седоволосой девушки, перенесшей немыслимые испытания.
– Я тоже целых три года провела в темном, гниющем подвале… – хрипло произнесла я, когда она замолчала. Ледяные мурашки покрыли кожу от нахлынувших воспоминаний о пытках и железных цепях. Как же много, оказывается, у нас было общего с Кирой.
Риэль вдруг подалась вперед и крепко, горячо сжала мою ладонь. Я изумленно замерла. То, сколько искренней поддержки, сострадания и тепла я сейчас чувствовала от этой малознакомой женщины, поражало меня до глубины души.
Я от родной сестры никогда в жизни не получала и десятой доли этого тепла.
– А кто твои родители, Тина? – мягко спросила Кира.
– Мать была ведьмой. Сестра, Эра, – тоже ведьма, – горько усмехнулась я. – А кто мой отец – я не знаю. Но, полагаю, раз во мне проснулась эта сила, он был истинным фейри.
– А он жив? – поинтересовалась Риэль, нахмурив тонкие брови.
– Не знаю. Мать, умирая, взяла с меня клятвенное слово, чтобы я никогда, ни при каких обстоятельствах его не искала, – я пожала плечами, проглатывая старую обиду.
Кира и Риэль многозначительно переглянулись. А затем Кира, сидевшая в кресле напротив, напряженно подалась вперед и произнесла то, о чем я сама втайне думала бессонными ночами.
– Знаешь, Тина… когда я была в сознании Эры, когда я переписывала её воспоминания, я чувствовала к тебе такую лютую, черную, иррациональную неприязнь, – голос Киры стал тихим и серьезным. – Там не было абсолютно никаких сестринских чувств. Ты уверена, что была ей родной в той семье? Что вы действительно кровные сестры?
– Я не знаю… – сорванным шепотом выдохнула я и опустила взгляд на ковер. Пальцы сами собой сжались в кулаки. – Но знаешь, – я вскинула подбородок, глядя в глаза Кире, – отец, если он и жив, тоже никогда не искал меня. Так что… не думаю, что мне стоит вообще о нем думать. У меня теперь своя жизнь.
Мы продолжали сидеть, неспешно разговаривая и попивая остывший чай.
И вдруг…
Всё произошло в одну проклятую секунду.
Глубоко в груди, прямо под ребрами, вспыхнуло резкое, ослепительно горячее жжение. Такое чувство, словно мне в сердце вонзили раскаленный крюк.
Я судорожно вздохнула, но воздух не прошел в легкие. Жжение мгновенно переросло в разрывающую, первобытную агонию. Меня согнуло пополам. Я едва успела прижать ладонь ко рту, как горячая, густая кровь неудержимым потоком хлынула из моего горла, просачиваясь сквозь пальцы. Внутренности скрутило жесточайшим спазмом.
Дети закричали. Этот крик, полный животной паники, резанул по ушам.
Я испытывала острое, сводящее с ума сожаление о том, что пугаю их.
Мими зашлась в истерике, она заплакала и рванулась ко мне, протягивая ручки, но Риэль молниеносно перехватила её, оттаскивая назад.
Кира бросилась ко мне. Её руки подхватили меня, укладывая на диван.
– Лекаря! Быстро зовите лекаря! – закричала она срывающимся голосом.
Сознание стремительно мутилось. Перед глазами плясали черные круги. Меня снова жестоко скрутило, позвоночник выгнулся дугой. Я перевернулась на бок, пачкая дорогую обивку дивана, и выплюнула на пол очередной страшный сгусток крови.
Я до крови прикусила губу, пытаясь не кричать от той адской боли, что сжигала меня заживо.
– Проклятье! Смертельное проклятье на крови… Это ведьмы! – в ужасе выдохнула Риэль. Эти слова донеслись до меня сквозь густой туман агонии.
Риэль отчаянно вливала в меня свою Тьму, пытаясь выжечь эту гниль, но ничего не выходило.
– Я ослаблена… – прохрипела я, захлебываясь. – У меня… магии нет…
– Что нужно делать?! Тина, держись! – Кира в панике сжимала мои плечи.
– Улица… – едва выдавила я. – Вынесите меня… на землю…
Кто-то из мужчин – агентов Кейгана, мгновенно ворвавшихся в гостиную, – подхватил мое бьющееся в судорогах тело на руки. Он вынес меня из особняка.
В лицо ударил прохладный вечерний ветер. Сгущались сумерки.
– Опусти… – просипела я.
Служащий бережно опустил меня прямо на влажную траву. Риэль тут же упала на колени рядом со мной, снова пытаясь вливать в меня магию.
Но минутное, обманчивое облегчение сменялось новым, еще более жестоким приступом кровяной тошноты.
– Кей… – простонала я, инстинктивно ища защиты у своего истинного дракона.
– Я написала ему! Отправила экстренный вестник! – крикнула Риэль, её побледневшее лицо склонилось надо мной. – Но он на севере столицы.
Не успеет…
Эта мысль отчетливо, кристально ясно прозвенела в моей угасающей голове. Я умру здесь, на этой траве.
Жажда жизни ударила в голову. Я свернулась калачиком на сырой, холодной земле. Я больше не пряталась. Не таилась.
Мои окровавленные пальцы глубоко впились во влажную почву. Я закрыла глаза и из последних, жалких крох своих сил потянулась к магии. Я отчаянно, безмолвно кричала земле, умоляя её напитать меня и дать мне шанс выжить.
Или хотя бы дождаться истинного…
