Текст книги "Легенда о Белом Тигре (СИ)"

Автор книги: Екатерина Алферов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

– Эта техника требует совершенного контроля, – объяснял Лао Вэнь. – Ты активируешь меридиан «Лао-гун» на точке в середине ладони и формируешь ци, концентрируешь её до предела, а затем высвобождаешь единым импульсом. Слишком слабый импульс – и пламя погаснет, не достигнув цели. Слишком сильный – и ты рискуешь повредить свои меридианы.

Я практиковался, направляя пламя в глиняные мишени, которые мы установили в дальнем углу сада. Каждый выпуск энергии становился всё точнее, эффективнее.

– А что насчёт звёздного металла? – спросил я, когда мы сделали перерыв. – Ван добился прогресса сегодня. Он планирует сделать нож.

Лао Вэнь задумчиво посмотрел на меня.

– Он талантливый кузнец. Но даже с его навыками и знаниями он лишь поверхностно касается истинной природы этого металла. То, что ты делаешь с ним – это совсем другой уровень.

– И что мне следует делать дальше? – спросил я. – Продолжать эксперименты? Создавать что-то из металла?

Старый лекарь долго молчал, прежде чем ответить.

– Я думаю, тебе нужно понять, для чего предназначен этот металл. Почему он резонирует именно с тобой. Почему появился именно сейчас.

– Ты считаешь, это не случайность? – я нахмурился, размышляя над его словами.

– В мире культивации мало случайностей, Бай Ли, – тихо сказал Лао Вэнь. – Все случайности не случайны.

Его слова заставили меня задуматься.

– Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил я.

– Ничего не возникает и не исчезает просто так. Если ты не видишь предпосылки к чему-либо, это не значит, что их нет, ученик. В древних текстах есть пророчества о возвращении Четырёх Священных Зверей в час великой нужды, – сказал Лао Вэнь. – Когда скверна начнёт просачиваться в мир, когда равновесие окажется под угрозой. И первые признаки уже появляются – то существо на горе, с которым ты сражался, когда мы встретились. Болезнь маленькой Линь-Линь. Сколопендры в шахтах. Всё это проявления одной и той же скверны. Это кусочки одной мозаики.

Я снова вспомнил своё видение, Белого Тигра, сражающегося с полчищами демонических созданий. Да, я уже думал об этом. Теперь слова мудрого старца только подтверждали мои сомнения.

Прежде чем я успел спросить об этом, со стороны деревни донеслись странные звуки – крики, лай собак, тревожный звон колокола.

– Что-то случилось, – встревоженно сказал Лао Вэнь, поднимаясь. – Идём, нужно выяснить, что происходит.

Мы поспешили к центру деревни, где уже собралась толпа. В свете факелов я увидел перепуганных людей, окруживших кого-то.

– Пропустите! – крикнул Лао Вэнь, проталкиваясь сквозь толпу. – Я лекарь!

Люди расступились, и мы увидели лежащего на земле человека. Это был один из охотников, Чен, крепкий мужчина лет тридцати. Сейчас он был бледен, как призрак, тяжело дышал, а его правая рука была обмотана окровавленной тканью.

– Что случилось? – спросил Лао Вэнь, опускаясь на колени рядом с раненым.

– В лесу… – прохрипел Чен. – Напали… волки… страшные… больше, чем обычные…

Он дрожащей рукой откинул ткань, и я увидел глубокие рваные раны, явно нанесённые когтями какого-то зверя. Но было в этих ранах что-то неправильное – края почернели, а из глубины сочилась не обычная кровь, а тёмная, почти чёрная жидкость.

Скверна! Та же, что была в мерзости на горе, в сколопендрах в шахтах. Я обменялся взглядами с Лао Вэнем, и по его глазам понял, что он думает о том же.

К толпе прибежал старейшина Ли Чен, худой, вечно угрюмый мужчина с редкой длинной бородой, и закричал на охотника:

– Мой Ли Ян! Он пошёл с тобой⁈ Где он⁈

Но Чен уже потерял сознание…

Я нахмурился. Ли Ян был хорошим парнем. Надо пойти искать его, но сначала я должен был помочь наставнику…

На следующее утро вся деревня гудела от тревожных новостей. История о нападении на охотников Чена и Ли разошлась быстро, обрастая новыми пугающими подробностями с каждым пересказом. Кто-то говорил, что на них напала стая волков с горящими глазами, другие – что это был медведь, одержимый злым духом. Но все сходились в одном – обычные звери так не нападают и таких ран не наносят.

Лао Вэнь провел всю ночь, борясь за жизнь раненого. Я помогал ему, приготавливая отвары, меняя повязки, удерживая Чена, когда тот метался в горячке. К рассвету самое страшное было позади – жар спал, и охотник погрузился в глубокий сон. Но его правая рука… Старый лекарь сделал всё, что мог, но тёмная зараза успела проникнуть слишком глубоко.

– Придётся ампутировать, когда он окрепнет, – тихо сказал мне Лао Вэнь, когда мы вышли из дома больного. – Иначе скверна распространится дальше.

– Это то же самое, что было с Линь-Линь? – спросил я, хотя уже знал ответ.

Лао Вэнь кивнул.

На крыльце дома нас ждал староста Чжао. Несмотря на ранний час, он был уже полностью одет.

– Как он? – спросил староста, кивая в сторону комнаты больного.

– Будет жить, – ответил Лао Вэнь. – Но… руку спасти не удастся.

Чжао нахмурился, разглаживая складки на своей дорогой шёлковой одежде – единственной такой во всей деревне.

– Плохо. Чен – один из лучших охотников. Без руки… – он не закончил фразу, но и так было ясно. В деревне, где каждая пара рабочих рук на счету, инвалидность означала нищету.

– Община поможет, – твёрдо сказал Лао Вэнь. – Как мы всегда помогали друг другу.

Староста неопределённо хмыкнул.

– Я собираю совет старейшин через час. Нам нужно обсудить… происходящее. Ты тоже должен быть, Лао Вэнь. И, – он бросил на меня быстрый взгляд, – твой помощник. Он может знать что-то полезное.

Когда староста ушёл, я вопросительно посмотрел на Лао Вэня.

– Почему он хочет, чтобы я присутствовал?

– Ты силён, – ответил старик. – Думаю, они хотят, чтобы ты помог. Некоторые верят, что ты можешь знать больше, чем говоришь.

– А ты что думаешь? – прямо спросил я.

Лао Вэнь долго смотрел на меня, прежде чем ответить:

– Я думаю, что ты действительно знаешь больше, чем осознаёшь сам. Память может подвести, но тело помнит.

Я не мог с ним спорить.

– Что мне говорить на совете? – спросил я.

– Правду, – просто ответил Лао Вэнь. – Но не всю. Я сам поведаю им о скверне. Но о звёздном металле и твоих… особых способностях лучше умолчать. По крайней мере, пока.

Я кивнул, понимая его осторожность. В деревне и так ходили слухи о моей странной природе. Если они узнают, что я могу управлять металлом силой мысли и трансформировать своё тело… реакция может быть непредсказуемой. Не хватало того, чтобы меня заклеймили демоном.

– Я буду осторожен, – пообещал я.

Совет старейшин проходил в том же доме старосты Чжао, где мы обсуждали находку звёздного металла. Но атмосфера была совсем другой – тревожной, напряжённой. За столами собрались пять старейшин, кузнец Ван и мы с Лао Вэнем. Также присутствовал молодой писарь, готовый записывать решения совета.

– Начнём, – сказал староста Чжао, когда все расселись. – За последние недели в нашей деревне и окрестностях произошло слишком много необычных событий. Сначала странная болезнь ребёнка, потом находка в старых шахтах, теперь нападение на охотника. – Он обвёл всех тяжёлым взглядом. – Что происходит с нашей деревней?

Воцарилась тишина. Никто не решался высказаться первым.

– Всё началось с твоего появления, – внезапно сказал один из старейшин, указывая на меня. Это был Ли Чен, чей внук пропал в лесу. – До тебя в Юйлине было спокойно.

Я почувствовал на себе взгляды всех присутствующих – кто-то с подозрением, кто-то с любопытством, кто-то с неприкрытой враждебностью.

– Моё появление могло совпасть с началом этих событий, – осторожно сказал я. – Но не думаю, что я их причина.

– А что думаешь? – требовательно спросил староста.

Я посмотрел на Лао Вэня, получил едва заметный кивок и продолжил:

– Я думаю, что в этих краях пробуждается скверна. То, с чем я сразился на горе, когда встретил Лао Вэня, – это был не просто дикий кабан. Это было существо, искажённое тёмными силами. Лихорадка Линь-Линь, которую не могли вылечить обычные травы, тоже была их проявлением. И, думается мне, если те существа, что напали на охотника Чена и охотника Ли, если они выглядели необычно, то они могли быть подвержены влиянию тьмы.

– Скверна? – переспросил староста. – Что это вообще такое?

– Порча, – вмешался Лао Вэнь. – Искажение естественного порядка вещей. В древних текстах говорится, что скверна появляется, когда граница между нашим миром и другими реальностями становится тонкой. Она проникает через трещины, искажает живые существа, распространяется как болезнь.

– Демоны, значит, – пробормотал один из старейшин, самый старый из всех. – Моя бабка рассказывала о таком. О стародавних временах, когда тёмные твари выходили из-под земли, а люди прятались в домах, рисуя защитные символы на дверях.

– Но почему именно сейчас? – спросил кузнец Ван. – Что изменилось?

Все снова посмотрели на меня, словно я был ответом на этот вопрос. И, возможно, так оно и было.

– Не знаю, – честно ответил я.

Старейшины снова начали переговариваться между собой. Я заметил, что мнения разделились – кто-то относился к моим словам с недоверием, кто-то с суеверным страхом, а кто-то, как Ван, с задумчивым интересом.

– И что нам делать? – наконец спросил староста. – Если эта… скверна распространяется, как мы остановим её?

– Для начала – усилить защиту деревни, – сказал Лао Вэнь. – Не отправлять людей в лес поодиночке. Особенно по вечерам и по ночам, пусть охотники и собиратели хвороста возвращаются раньше. Заготовить травы и лекарства, которые могут помочь против скверны. И… – он сделал паузу, – решить, что делать с найденным металлом.

– При чём тут металл? – удивился один из старейшин.

– При том, что звёздный металл особенный, – ответил Лао Вэнь. – В древних текстах говорится, что он обладает свойствами, противостоящими скверне.

Кузнец Ван энергично кивнул:

– Да, я тоже читал об этом в старинных свитках моего деда. Звёздный металл называли «слезами небес» и верили, что оружие из него способно поражать демонов.

– Тогда решено, – сказал староста. – Ван, ты продолжишь работать с металлом, попытаешься сделать из него что-нибудь полезное. Лао Вэнь, подготовь запас лекарств. Охотники будут ходить в лес только группами, и только вооружёнными. А мы… – он выразительно посмотрел на писаря, – изменим сообщение, которое собирались отправить в Луоян.

– Как изменим? – спросил Лао Вэнь.

– Добавим информацию о нападениях, – ответил Чжао. – Императорские чиновники должны знать, что происходит. Возможно, они пришлют не только экспертов по металлу, но и защитников.

Я почувствовал, как внутри растет беспокойство. Императорские чиновники, кузнецы, защитники, то есть императорская армия… Чем больше людей прибудет в деревню, тем сложнее будет скрывать мою истинную природу. Возможно, придётся покинуть Юйлин раньше, чем я рассчитывал. Но выбора не было. События развивались своим чередом, и всё, что я мог – подготовиться к тому, что грядёт.

Долго раздумывать мне не дали.

– Бай Ли, – подал голос старейшина Ли. – Ты можешь найти моего сына? – его голос дрогнул. – Даже если он… больше не с нами, принеси его тело, я вознагражу тебя за это…

Надо же… не так давно он обвинял во всём меня, что нападения происходят по моей вине, а теперь резко переменил своё мнение. Но даже если его отец был груб, сам Ли Ян был хорошим парнем, я не мог его бросить. Что ж… Я глянул на наставника, тот погладил свою бороду и кивнул.

– Сделаю, что смогу, – вежливо ответил я и поклонился.

Глава 16

Поиски Ли Яна

Я решил не откладывать поиски, пока ещё можно найти следы.

Вечер выдался необычайно тихим. Небо было ясным, без единого облачка, а воздух – неподвижным, словно затаившимся в ожидании чего-то. Деревня тоже затихла рано – люди старались не выходить из домов после заката, опасаясь нападений.

В доме Лао Вэня мы с Сяо Юй и старым лекарем сидели за ужином, обсуждая план на предстоящую ночь.

– Я отправлюсь в лес сразу после того, как луна поднимется над горизонтом, – говорил я. – Начну с места, где на Чена напала тварь, и буду двигаться по следам скверны, если найду их.

– А если найдёшь саму тварь? – обеспокоенно спросила Сяо Юй.

Я демонстративно сжал кулак.

– Постараюсь справиться. Или, в крайнем случае, отступлю. Я не обещал сражаться, только найти пропавшего.

– Не рискуй без необходимости, – предупредил Лао Вэнь.

Я кивнул. С приближением ночи зверь во мне становился беспокойнее, жаждал выхода, жаждал охоты. И скверна… я чувствовал её запах даже здесь, в деревне – слабый, но отчётливый, доносящийся из леса.

– Луна почти взошла, – сказал я, чувствуя её приближение, хотя не мог видеть её из окна. – Мне пора.

– Ты уверен, что хочешь идти именно сейчас? – спросил Лао Вэнь.

– Я всегда охотился ночью, – ответил я. – Если что-то таится в лесу, я найду это.

Старый лекарь не стал спорить. Вместо этого он достал небольшой мешочек и протянул мне.

– Возьми. Это особый порошок из белого корня, которым мы лечили Линь-Линь. Если будешь ранен – съешь, это должно изгнать скверну из твоего тела.

Я принял подарок, привязав мешочек к поясу.

– Спасибо. Я вернусь до рассвета.

И с этими словами я вышел в ночь, навстречу восходящей полной луне.

Лунный свет заливал деревню серебристым сиянием, превращая знакомые очертания домов и деревьев в нечто сказочное, почти нереальное. Деревня спала, лишь изредка в окнах мелькали тусклые огоньки свечей – кто-то не мог уснуть или дежурил на случай новых опасностей.

Тьма мне не мешала. Я прекрасно различал всё, и камни, и деревья, как будто мои глаза привычно перестроились на зрение хищника.

Я двигался бесшумно, скользя между тенями, стараясь остаться незамеченным. Мне было легко – тело само знало, как сливаться с темнотой, как ступать, не производя ни звука. Шаг Ветра, усиленный тремя звёздами, позволял преодолевать большие расстояния одним прыжком, почти не касаясь земли. Я понёсся прочь от домов.

Вскоре я достиг опушки леса, где, по словам свидетелей, на Чена и Ли напали странные существа. В лунном свете я легко различил следы борьбы – примятая трава, сломанные ветки, пятна засохшей крови на листьях и её плотный запах. Но самым важным знаком была вонь – вонь скверны, тёмная и маслянистая, всё ещё висевшая в воздухе, несмотря на прошедшее время.

Я опустился на колени, принюхиваясь к следам. Я мог различить не только общий запах скверны, но и его оттенки, его возраст, даже направление, в котором двигался его источник. Я словно вернулся на несколько месяцев назад, когда жил в горах. Зверь внутри ликовал. Он жаждал охоты!

След уходил глубже в лес, извиваясь между деревьями, временами исчезая, но потом снова появляясь. Я последовал за ним, двигаясь быстро, но осторожно. Все мои чувства были в полной готовности.

Чем дальше я продвигался, тем сильнее становился запах скверны. Не просто отдельных существ, но – целого скопления. Где-то тут было логово!

Лес вокруг менялся – деревья становились искривлёнными, с корой, покрытой странными наростами, листья приобретали нездоровый, бледный оттенок, как будто выцвели по краям. Даже земля под ногами казалась больной – слишком мягкой, словно разлагающейся изнутри.

Здесь стало тяжело дышать, как будто что-то выпило саму суть мира, энергию ци, из этого места.

Звериное чутьё подсказывало мне, что я приближаюсь к источнику. И действительно, вскоре лес расступился, открывая небольшую поляну, в центре которой чёрным провалом зияла тёмная дыра – вход в пещеру или нору, достаточно большую, чтобы согнувшись в неё мог войти человек.

Запах скверны здесь был почти невыносимым. Он исходил из отверстия волнами, словно зловонное дыхание подземного чудовища. Нормальный человек, вероятно, задохнулся бы от этой вони, но моя культивация позволяла мне выдерживать давление ядовитого воздуха, хотя и с большим трудом.

Я осторожно приблизился к входу в нору, прислушиваясь. Изнутри доносились звуки – влажное шлёпанье, тихое шипение, скрежет когтей по камню. Там определённо было что-то живое. Не одно существо, а несколько.

Разумнее всего было бы вернуться в деревню и привести помощь. Но что-то подсказывало мне, что промедление только усугубит ситуацию. Скверна распространялась, и чем дольше она оставалась нетронутой, тем сильнее становилась, пожирая всё вокруг себя.

Решение было принято. Я шагнул в логово тварей.

Нора оказалась началом целой системы туннелей, уходящих глубоко под землю. Они не были созданы природой – стены выглядели так, словно их прогрызли гигантские челюсти и когти, оставив неровные, зазубренные края. Всё вокруг было покрыто странной слизью, которая тускло светилась в темноте, обеспечивая слабое, белёсое освещение.

Запах скверны становился всё сильнее по мере продвижения вглубь. К нему примешивались другие запахи – гниющей плоти, крови, разлагающихся растений. И наконец-то я учуял ещё один – человеческий! Неужели это Ли Ян, которого я ищу? Жив ли он ещё?

Туннели разветвлялись, создавая запутанный лабиринт. Но моё чутьё безошибочно вело меня к источнику скверны, к центральной камере, откуда исходила вся эта тьма.

По мере продвижения я замечал всё больше признаков изменения – кости мелких животных, вросшие в стены; странные грибы, пульсирующие при малейшем движении воздуха; тёмные кристаллические образования, растущие против всех законов природы. Вся эта подземная система была чужеродной, неправильной, будто кусок иного мира, проросший в наш.

Внезапно туннель расширился, переходя в просторную пещеру. Я замер на входе, скрытый в тенях, и наконец увидел источник всей этой дряни.

В центре пещеры располагался бассейн с жидкостью, которую нельзя было назвать водой. Она была густой, тёмной, с маслянистым блеском и постоянно движущейся, словно живое существо. Из этой субстанции поднимались пузыри, лопающиеся с глухим звуком и выпускающие чёрный дым, который висел под потолком пещеры плотным облаком.

Вокруг бассейна сновали существа – те самые, что напали на Чена и Ли Яна. По форме они напоминали волков, но искажённых, трансформированных скверной до неузнаваемости. Их шкура свисала клочьями, обнажая плоть, покрытую чёрными венами и наростами. Головы были непропорционально большими, с лишними глазами, в случайных местах, и пастями, полными слишком длинных, игольчатых зубов.

Я насчитал шесть таких тварей. Они кружили вокруг бассейна будто в ритуальном танце, время от времени опуская морды, чтобы выпить из него. После каждого такого глотка наросты на их телах увеличивались, а движения становились более дёргаными, неестественными.

Но самым ужасным был не бассейн и не волки-мутанты. На противоположной стороне пещеры, лежал человек – или то, что когда-то было человеком. Скверна не смогла изменить его, поэтому она высасывала его жизненную силу. Чёрные вены покрывали его кожу, уже почти добравшись до сердца. Я видел через разорванную рубаху, как они пульсируют на его теле.

Я всмотрелся и похолодел. Нашёл! Это был Ли Ян!

Юноша был ещё жив и дышал – я видел слабое движение груди вверх и вниз. Но спасти его шансов практически не оставалось. Скверна уже пустила слишком глубокие корни в его теле. Я должен вытащить его, раз обещал. Быть может, Лао Вэнь что-нибудь придумает.

Я стиснул кулаки, начиная покрываться металлической бронёй. Мои когти блеснули во тьме. Мерзость должна быть уничтожена, её распространение – остановлено. Но как я мог справиться с шестью тварями и источником скверны одновременно?

План сформировался быстро. Первым делом нужно было избавиться от волков-мутантов. Затем разобраться с бассейном, хотя бы завалить его камнями. И, возможно, если останется время и силы, попытаться спасти юношу.

Я достал из кармана мешочек с порошком белого корня, который дал мне Лао Вэнь. Отсыпав небольшую щепотку на ладонь, я направил в неё ци, активируя свойства порошка. Он начал светиться мягким белым светом, привлекая внимание существ.

Когда все шесть голов повернулись в мою сторону, я метнул порошок в дальний угол пещеры. Вспышка белого света озарила камеру, на мгновение ослепив тварей. Они с визгом бросились к источнику света, оставив бассейн без охраны.

Момент для атаки настал.

Я вышел из укрытия и активировал Шаг Ветра, чтобы в одно мгновение оказаться рядом с бассейном. Я словно растворялся в воздухе в одном месте и материализовался в другом.

Первый волк-мутант успел среагировать на моё появление и бросился на меня. Я встретил его атаку, нанеся точный удар в область сердца. Металлические когти вошли в плоть твари без малейшего сопротивления, словно разрезая бумагу. Я вырвал ядро и раздавил его. Существо издало пронзительный визг и рухнуло к моим ногам, быстро разлагаясь в чёрную жижу.

Остальные пятеро, увидев гибель собрата, напали одновременно. Я уклонился от первых двух с помощью Шага Ветра, оказавшись за их спинами. Мои когти удлинились, напитавшись ци, и превратились в смертоносное оружие. Одним взмахом я снёс голову третьей твари, вторым – распорол бок четвёртой.

Но оставшиеся были умнее. Они разделились, пытаясь зажать меня с разных сторон. Один прыгнул прямо на меня, а другой зашёл сзади. Я перекатился, уходя от атаки, но клыки второй твари всё же задели моё плечо, оставив глубокие раны.

Я зашипел от боли. Моего навыка всё ещё было недостаточно, чтобы покрыть себя металлом целиком.

Боль лишь подстегнула меня. Зверь внутри зарычал, требуя крови и отмщения. Я позволил ему взять верх – не полностью, но достаточно, чтобы высвободить первобытную ярость.

С рычанием, от которого задрожали стены пещеры, я атаковал оставшихся тварей. Мои движения стали размытыми, сочетание Шага Ветра и звериной скорости стало моим козырем. Они просто за мной не успевали.

Я превратился в воплощение смерти для этих искажённых созданий.

Вскоре все шесть волков-мутантов лежали мёртвыми, я вырвал оставшиеся ядра и разделался с ними. Без стабилизации тела волков быстро разлагались, превращаясь в ту же чёрную субстанцию, что наполняла пруд.

Не теряя времени, я обратил внимание на главную угрозу – источник скверны. Бассейн пульсировал, словно нечто живое или иммитирующее жизнь, выпуская всё больше чёрного дыма с каждым импульсом. Его поверхность бурлила, как будто что-то пыталось вырваться из глубины.

Я решил применить огненную технику Белого Тигра и сосредоточил ци в ладонях. Мои руки сияли всё ярче с каждым мгновением.

– Ладонь Белого Тигра! – выкрикнул я, высвобождая накопленную энергию.

Из моих ладоней полыхнул поток белого пламени, гораздо мощный, чем в пещере со сколопендрами. Недаром я потратил столько времени на тренировки! Мой удар пронзил центр бассейна, вызвав взрыв шипящей чёрной жидкости. Скверна взвилась столбом, пытаясь потушить мой огонь, но пламя было сильнее. Оно пожирало тьму, очищало, превращало чёрную массу в безвредный пепел.

Я давил и давил своей ци, стараясь пробить жижу до самого дна. Чёрный пруд начал уменьшаться, испаряясь под воздействием очищающего огня. Моё упорство дало свои результаты. Постепенно скверна отступала, оставляя лишь обычную каменную выемку, заполненную чистой водой.

Я рухнул на колени, истощённый использованием техники. Даже с тремя звёздами такой объём ци был на пределе моих возможностей. Тело дрожало от напряжения, перед глазами плыли цветные пятна.

Но работа ещё не была закончена. Я с трудом поднялся и направился к каменному выступу, где лежал сын старейшины. Юноша был ещё жив, но едва-едва. Чёрные вены, опутавшие его тело, стали менее заметными после уничтожения источника скверны, но всё ещё присутствовали, особенно вокруг сердца.

Я на мгновение задумался. Если моя ци уничтожает скверну даже в воде, могу ли я попробовать сделать то же и с человеком? Моих сил после боя почти не осталось. Если я использую последние крупицы ци на очищение, то скорее всего не смогу выбраться из пещеры самостоятельно.

Но разве я мог оставить его здесь умирать? Я помнил лицо старейшины Ли Чена, его тревогу за пропавшего сына. Даже если шансы спасти юношу были минимальны, я должен был попытаться.

Что-то в глубине души просто кричало, что я не хочу знать, что будет, если скверна поглотит человека полностью. Будет что-то… отвратительное. То, чего нельзя допускать.

Собрав остатки сил, я активировал технику Белого Тигра в последний раз. Я сделал пламя как можно более слабым, ведь я не хотел убить молодого охотника, но в то же время оно было достаточно мощным, чтобы начать процесс очищения. Я направил свою ци его на грудь юноши, концентрируясь на сердце, пытаясь выжечь скверну, но при этом не повредить жизненно важный орган.

Процесс был медленным и мучительным. Раз за разом я пропускал свою ци по его меридианам тонким потоком. Юноша стонал и выгибался, хотя был без сознания. Я чувствовал, как мои собственные силы тают, но упорствовал. Мне пришлось прикусить губу, чтобы боль прочистила сознание. По подбородку покатились капли, падая на пол, а рот наполнился вкусом крови.

Когда последние следы скверны исчезли из тела юноши, я рухнул на пол, пытаясь отдышаться. Голова кружилась, а руки и ноги тряслись, как слишком долгого бега. Не знаю, сколько я пролежал на полу, пока смог сесть. Я выпил воды, добавив туда щепотку порошка из белого корня, и съел лепёшку, которые принёс с собой. Теперь у меня были силы начать медитацию. Скверна сожрала всю энергию жизни вокруг на сотни шагов, но благодаря еде, я получил немного сил и энергии. Я заставил свою ци двигаться по меридианам.

Мне понадобилось больше часа, чтобы прийти в себя. Когда я ощутил, что чувствую себя лучше, я поднялся. Проверив пульс спасённого, я с облегчением обнаружил, что он стабильный, хотя и слабый. Юноша выживет, хотя потребуется время, чтобы полностью восстановиться. Теперь нужно было выбраться из пещеры и доставить его в деревню.

Я огляделся и заметил, что стены пещеры начали меняться. Без источника скверны и ядовитых испарений неестественные наросты и изменения исчезали, возвращаясь к нормальному состоянию. Вскоре это место снова станет обычной подземной пещерой.

Собрав последние силы, я взвалил бессознательного юношу на плечи и начал долгий путь наверх. Без Шага Ветра это было невероятно тяжело, но мысль о том, что я возвращаю отцу потерянного сына, придавала мне сил.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я выбрался на поверхность. Луна уже почти зашла, первые проблески рассвета окрашивали восточный горизонт. Я был измотан до предела, каждый шаг давался с огромным трудом. Но деревня была уже близко.

Наверху было гораздо легче дышать, тут сам воздух был наполнен ци. Поэтому я шагал в странном состоянии полумедитации, чувствуя как с каждым новым вздохом и с каждым новым шагом, становится легче идти.

Когда я показался на окраине Юйлина с телом юноши на плечах, первой меня заметила одна крестьянка, шедшая к колодцу. Она закричала, привлекая внимание других. Вскоре вокруг меня собралась толпа – кто-то испуганно шептался, кто-то выражал изумление, кто-то бросился за старостой и старейшинами.

Лао Вэнь пробился сквозь толпу, его глаза расширились при виде моего состояния и юноши на моих плечах.

– Бай Ли! Ты вернулся! Это же…

– Сын Ли Чена, – выдохнул я, чувствуя, как последние силы покидают меня. – Он жив, но слаб. Скверна… я нашёл источник и уничтожил его.

Старый лекарь быстро организовал доставку юноши в свой дом для лечения. Меня усадили за стол, и Сяо Юй принесла мне горячего чаю. Я выпил и почувствовал, что засыпаю. Я был в безопасности, поэтому позволил себе закрыть глаза. Мне удалось немного подремать, прежде чем меня снова подняли.

К этому моменту подошёл староста Чжао и остальные старейшины.

– Что здесь происходит? – потребовал Чжао, оценивающе глядя на меня, грязного и избитого.

– Бай Ли нашёл и спас моего сына, – ответил Ли Чен прежде, чем я успел открыть рот. – И уничтожил источник скверны в лесу.

– И как это удалось одному человеку? – в голосе старосты сквозило подозрение.

– Говорят, что он культиватор, – тихо сказал кто-то из старост.

Мой наставник гневно вскинул голову:

– Хватит шептаться! – неожиданно громко сказал Лао Вэнь. – Этот юноша, кем бы он ни был, только что спас всю деревню от страшной угрозы! Спас сына одного из вас! Рисковал жизнью, пока вы спали в тёплых постелях!

Его слова заставили всех замолчать. Староста Чжао некоторое время изучал меня, затем медленно кивнул.

– Хорошо. Мы обсудим это позже. После того, как Бай Ли отдохнёт и восстановит силы.

Я не слышал, как они ушли, потому что тут же снова провалился в сон.

Глава 17

Охотник Чен

Я проспал почти двое суток. Когда наконец проснулся, солнце уже клонилось к закату, окрашивая комнату в тёплые оранжевые тона. Рядом с моей постелью сидела Сяо Юй, перебирая травы для очередного лекарства.

– С возвращением, – мягко улыбнулась она, заметив, что я открыл глаза. – Как себя чувствуешь?

Я прислушался к ощущениям в теле. Усталость ещё не прошла полностью, но потраченная ци начала восстанавливаться.

– Лучше, – ответил я, садясь на постели. – Что я пропустил?

– Многое, – Сяо Юй отложила травы. – Сын старейшины Ли Чена, Ли Ян, выздоравливает, хотя ещё очень слаб. Весть о том, что ты нашёл и уничтожил источник скверны, облетела всю деревню. А ещё… – она понизила голос, – теперь все говорят, что ты не обычный человек. Разве может обычный крестьянин или охотник разобраться с чудовищами и вырвать у них из пасти добычу.

– И как они к этому относятся? – осторожно спросил я.

– По-разному, – она пожала плечами. – Некоторые испуганы, другие считают это благословением. Старейшина Ли Чен теперь твой горячий сторонник – говорит, что Небеса послали тебя защищать нашу деревню. А старейшина Мэн… – она замялась.

– Что?

– Он предлагает изгнать тебя. Говорит, что такие, как ты, приносят беду. Говорит, что тебя надо срочно отправить в армию императора, чтобы ты не натворил дел.

Я вздохнул. Такая реакция была ожидаема. Люди всегда боялись неизвестного, непохожего на них.

– А староста? Что говорит Чжао?

– Он хитёр, – проницательно заметила Сяо Юй. – Видит свою выгоду. Такой герой как ты… это может привлечь внимание высокопоставленных лиц из столицы. Повысить статус деревни, его собственный статус…

Я только цыкнул. Меня уже взвесили и измерили, и повесили ярлык с ценой…

Девушка понимающе улыбнулась. Она налила мне свежего чаю и протянула лепёшку.

– А твой дедушка? – спросил я, проглотив угощение.

– Защищает тебя. Говорит, что неважно, чужак ты или нет, важны твои поступки. А ты уже трижды спас жителей деревни.

Дверь открылась, и вошёл Лао Вэнь. Он выглядел уставшим, но довольным, увидев меня в сознании.

– Наконец-то, – сказал он. – Я уже начал беспокоиться. Два дня сна даже для культиватора твоего уровня – это много.

– Я был полностью истощён, – признался я. – Уничтожение источника скверны потребовало почти всей моей ци. Если бы не лекарство наставника, я мог бы и не вернуться…